Пиши .про для писателей

Перевод с гидравлического

Автор: Цуриков Павел

В августе месяце, когда дни становятся заметно короче, а вода ощутимо прохладней, аппетит хищных рыб возрастает и они выходят охотиться. Именно в такую ночь и случилась эта история.
Шайку из трёх человек с одним увлечением на всех можно было бы назвать рыболовной бригадой, Они так себя и называли иногда, но не в серьёз, в шутку. А тем летом к одному из них приехал племянник, поступать учиться в один из вузов города, которых там великое множество, город-то не маленький. И река в нём не маленькая. Приехал племянник, экзамены сдал, поступил и как-то вечером всё-таки выпросил у дядьки возможность съездить с ним на рыбалку. А того в свою очередь, посетила гениальная мысль с собой его не брать — троим в лодке тесно, а подсадить к своему приятелю в качестве юнги. В общем так и решили.
Выходили из разных мест, юнгу привезли, дали жилет и снасти, оставили ждать на берегу, но перед этим дядька его подробно проинструктировал.
— Дождёшься здесь моего старинного приятеля, ты его видел, лодка у него пластиковая, зелёная, мотор болотоходный, поэтому быстро с ним не поедете, так для тебя безопасней, особенно для первого выхода на воду. Мы сейчас пойдём в разведку, посмотрим что к чему и найдём место. Вы туда позже подойдёте.
— А. — хотел что-то уточник племянник, но был безжалостно оборван.
— А дорогу и все места он здесь знает, да и его много кто здесь знает. Река она и есть река, все друг друга знают, если не по имени, то в лицо, если не в лицо, то по лодке или по мотору. Так что всё нормуль, не бзди. И самое главное, всё, что будет говорить — запоминай, лучше, конечно, записывать, но скоро стемнеет и ты карандаш с блокнотом не взял.
-А…
— А что будет непонятно,- переспроси, по голове не ударит. Всё, толкай нас от берега и давай, до встречи.
Племянник оттолкнул надувную лодку, дядькин напарник, сидевший на передней банке и всё время хихикавший в бороду, начал отгребать от берега. Скоро лодку подхватило течение, заревел мотор и они стали отдаляться. Как только скрылись из виду, послышался другой мотор, погромче, через пару минут пластмассовый баркас ткнулся носом в берег.
— Ты что-ли студент, Вованов родственник?- спросил человек в лодке.
— Я. А вы кто?
— Я за тобой, кидай шмурдяк, прыгай сам и погнали, некогда нам тут разговоры разговаривать.
Студент закинул удочку, коробку с блёснами, залез сам, не забыв оттолкнуться от берега и вот уже под рёв китайского мотора судно полетело в сторону фарватера.
— А дядя Вова говорил, что она у вас тихоходная.
— Это неделю назад было, таинство пристыкновения вдвое более мощного мотора и замена винта чудеса творит, храбрый юноша. Крепче держись, я газку сейчас поддам.
Сам он стоял на корме во весь рост, держал в левой руке румпель с мотоциклетной газовой ручкой.
— Держишься?
-Да.
Вместо ответа мотор заревел громче, а лодка почти выпрыгнула из воды и понеслась, как бешеная. Дядьку скоро обогнали, они удивились, не зная о модернизации, но догонять не стали — вода не любит глупостей. На воде всё должно быть только всерьёз.
Минут через двадцать пришли на точку.

— Бросай якорь, на месте, вроде.
— А как?
— Якорь видишь?
-Да.
— К верёвке привязан?
-Да.
— Вот и бросай его в воду, а верёвку держи, как запецится — скажешь, верёвку не стравливай особо. Заякорились возле ямы, осмотрелись, минут через пять подошёл дядька с напарником, потом ещё пара лодок, неподалёку, на берегу, появился дед с закидушками, начал раскладывать вещи и рубить сухостой на дрова, видимо, собрался сидеть до утра. Друг дяди Вовы, во-первых, не представился, говорил редко, всё больше молчал, замечаний тоже не делал, смотрел по сторонам и как-будто чего-то ждал. В других лодках о чём-то разговаривали, о погоде, о предыдущих трофеях, о перспективах и рыбнадзоре. И только этот человек молчал, время от времени закидывая воблеры или блёсны, но не клевало. Ни у кого не клевало.
Солнце уже спряталось за деревьями, уходило в сторону горизонта, когда он прокашлялся, громко так, на всю реку, и заорал.
— Ну всё! Сейчас начнётся!
Студент вздрогнул от неожиданности, чуть не уронил спининг, он как раз пытался размахнуться. В других лодках, те, кто это заметил, засмеялись.
— Ну что, студент, как рыбалка?- закричал дядя Вова.
— Пока никак, не клюёт,- ответил племянник.
— Сигнал слышал?- кто-то крикнул издалека, наверное из лодки, что стояла дальше всех от берега.
— Какой?
— Сейчас начнётся! — заорал ещё кто-то, при таком освещении трудно было разобрать, да никто и не вникал — все смеялись.
Через несколько минут, когда солнце совсем скрылось, но небо на западе ещё было светлым, началось. То тут, то там, начал клевать судак, кто-то орал от радости, выплёскивая наружу фонтан эмоций, у кого-то были сходы и над рекой неслись маты и по этому поводу стоял незлобный громкий смех, да можно даже сказать ржач, было весело.
— Первый выход, товарищи!- крикнул тот, с кем приплыл сюда студент. В ответ все радостно заржали, кто-то засвистел.
Минут через двадцать всё затихло, рыба ушла. Дед на берегу развёл костёр и его блики на воде выстроились в длинную мельтешащую дорожку. Каждый видел её в своём направлении.
Снова начались разговоры ни о чём, обсуждали первые сегодняшние уловы, сходы. Начали разливать чай из термосов, кто-то наливал и что-то покрепче. Человек, которому сегодня доверили студента сел на корме своей лодки, посмотрел по сторонам, отхлебнул чая и начал разговор.
— Ну рассказывай, студент, как тебе рыбалка?
— Да нормально вроде, только не поймал пока ничего.
— Не страшно, сейчас, позже, на втором выходе, обязательно изловишь. Рыбу поймаешь дивную по красоте и трофейную размерами. Семиголовая Гидра ночной рыбалки к тебе уже присмотрелась. Одобрила. Ты ей понравился.
— Кто, простите, ко мне присмотрелся?- смущённо спросил студент.
— Не перебивай, ты только не перебивай!- орал в темноте дядя Вова.
И действительно, когда он заговорил, в других лодках притихли.
— Не ори на пацана, Вован, он же не в теме пока,- крикнул в ответ этот странноватый в глазах всех человек и спокойно продолжил,- Семиголовая Гидра ночной рыбалки.
— А где она? В воде?- студент заёрзал, он представил гидру, а, может быть, и гигантского ночного монстра.
— Нет. В воде её точно нет. Она везде.
— Слышь, хорош уже страха-то нагонять,- кто-то смелый крикнул из темноты, но на него зашипели, дали понять, что бы замолчал.
— Семиголовая гидра, а точнее сказать Семиголовые гидры абсолютно везде. Всюду. Они распространили свои щупальца где только возможно в поисках пропитания. Они переваривают абсолютно всё, а мы всего лишь кольчатые черви в их чревах, симбиоты, перерабатывающие то, что попадает в них на входе, творцы того, что вываливается из них на выходе. Вот ты, студент, на кого собрался учиться?
— Менеджмент и управление.
— Значит будешь старшим кольчатым червём, когда выучишься. Будешь командовать такими же как ты, и стоять ближе к выходу из тех самых Семиголовых Гидр, внутри которых окажешься по окончанию той бурсы, в которой пролетит твоя предстоящая пятилетка.
— А вы всегда так разговариваете?- спросил осмелевший, но пока ничего не понимающий студент.
— Как?
— Оскорбительно.
— Чем же оскорбился ты, студент, очевидное отрицающий?
Кто-то в темноте заржал, кто-то промолчал.
— Зачем червями всех обзываете?
— Ааа… Ты про это что-ли? Не обращай внимания. Привыкнешь скоро. Если получится не отрицать сразу, а суть улавливать.
— Не перебивай, кому сказал,- орал дядя Вова, все смеялись.
Один студент только не знал, что попал в лодку к человеку, который время от времени травил здесь, на реке, ночные байки, когда не клевало, это было особенно весело. В темноте никто никого не видел, ориентироваться было не на кого, ничьих реакций тоже никто не видел, поэтому те, кто эти байки слышал раньше, особенно их ценили. Если смеялись, то от души, без оглядки.
— Продолжаем,- сказал местный рассказчик баек, все снова затихли,- Семиголовая Гидра ночной рыбалки отличается от остальных своей неприхотливостью и справедливостью. Тех, кто покупает для рыбной ловли новые снасти она особенно ценит, подкидывает им уловы увесистые, кто не жалеет себя и не спит ночною порой, ей особенно пригож и из тысяч рыболовов счастлив и удачлив будет тот, кому с утра на работу вставать утром ранним. Кто же опечаливается от жалости к себе и часы недосыпа считает на пальцах, сокрушаясь о состоянии здоровья своего пошатнувшегося, запросто будет обманут ею и обделён рыбой выловленной. Семиголовая Гидра ночной рыбалки не дремлет и наблюдает за вами, и за теми, кто в лодках посиживает, и за тем стариком, комарами недоеденным, что с берега сейчас прислушивается.
В лодках заржали, дед на берегу ещё громче. Он частенько приходил сюда и ему было сейчас очень приятно считать себя одним целым с теми, кто сидел в лодках, ценил внимание, хотя тоже был не согласен с тем, что его обозвали кольчатым червём.
— Семиголовая Гидра ночной рыбалки с первыми лучами восходящего солнца уступает место на водоёмах Семиголовой Гидре рыбалке утренней. Та же не менее шикарна предыдущей и ведётся на те же самые качества. Так же точно ко всем нам относится, если не знаешь, то и отличить их друг от друга нет никакой возможности, кроме как с часами свериться в погоду пасмурную или задравши в небо харю свою обветренную и комарами недоеденную.
— Слышь, философ, чё там со следующим выходом? Спроси у гидры-то уже, а ?- крикнул кто-то из темноты, все снова смеялись, как сумасшедшие.
— Всему своё время, торопящийся товарищ, Семиголовая Гидра сейчас следит за нами и прислушивается. Как только рассказ мой об их разновидностях закончится — выйдет рыба, покинет убежища. Но только не всем вот улов гарантирован. У Гидр же есть множество разновидностей. Ты вот, товарищ торопящийся, кем работаешь?
— Водителем на скорой помощи.
-Ясно всё с тобой, понятно, почему торопливый такой, Семиголовая Гидра Скорости с Семиголовой Гидрой Здравоохранения поделить тебя между собой пытаются, одна тебе даёт право гонять по улицам, другая требует доставить свежачок в медучреждение.
В лодках снова заржали.
— А со мною что?- кто-то сквозь спросил из темноты,- я токарь.
— А я столяр,- добавил кто-то другой.
— Вас пожрали Семиголовые Гидры ваших контор, где большую часть времени проводите. Гидры ваши тянут внутрь себя что ни попадя, а внутри в соках их внутриутробных вы и варитесь. Железо привозят, но оно не принадлежит вам, станки не принадлежат, за электричество платить надо Семиголовой Гидре электросетей, стружку принимает Семиголовая Гидра вторичной переработки ресурсов, а вы как внутриутробные кольчатые черви, копошитесь там, перевариваетесь почти полностью ближе к пенсии, и выбрасываетесь в пользу Семиголовой Гидры Соцобеспечения, которая и рада бы выделить вам два метра сырой земли, но лучше и на этом съэкономит, да и не только на этом. Со столяркой такая же ситуация, сделаешь себе скамеечку на приусадебный участочек или полочку другу — товарищу к юбилейчику и тоже отторгнет она тебя из своих внутренностей и порёшь ты сердешный, в межсезонье наниматься к другой Семиголовой Гидре в услужение.
— А сам-то ты где работаешь, сказочник? Философию преподаёшь?- снова кто-то крикнул из темноты. Снова все заржали.
— Я-то? Мне досталось полегче вашего, я варюсь внутри конторы транспортной, переселяю граждан — товарищей, обеспечиваю их жилплощадями, предварительно с Семиголововыми Гидрами финансовой и Юридической договариваясь.
— Заклинатель змей что-ли?- снова кто-то крикнул и снова разнёсся хохот по реке.
— Типа того, переводчик с гидравлического,- сострил кто-то ещё., ржач не умолкал.
— Вот видишь, студент, какие наблюдательные люди тебя окружают, им ничего разъяснять дополнительно не требуется. А знаешь почему?
— Нет,- промычал студент, от смеха он не мог говорить.
— Потому что чем дольше живёшь, тем больше колец на тебе нарастает.
— Ага, как на дереве,- кто-то добавил из темноты. Про смех повторять не стоит. Рыбалка, подразумевающая тишину, превратилась в балаган на воде среди ночи.
Прошло несколько минут, все просмеялись, успокоились.
— Братва, мы развеселили Семиголовую Гидру ночной рыбалки. Второй выход!- заорал сказочник и переводчик с гидравличекого.
Все похватали удилища, начали забрасывать, кто-то заревел от восторга, кто-то разразился матами. Клевало. У деда на берегу звенели колокольчики. Поймал даже студент, одного, но самого крупного из пойманных за ночь судака, как и было обещано. Когда выход рыбы закончился и все начали помаленьку приходить в себя, кто-то спросил из темноты.
— А третий выход будет?
— А зачем? Разве вам этого мало? Дальше уже не рыбалка — добыча начнётся. Хотите — оставайтесь, я домой пошёл. Вован, ты как, юнгу к себе заберёшь или тоже домой?
— Домой, там другая гидра ждёт, двадцать лет уже ждёт, с лишним. С работы ждёт, с рыбалки ждёт,- ответил дядя Вова, снова все посмеялись.
— Стой, подожди, вопрос есть. Откуда такое название — Семиголовая Гидра?- спросил столяр.
— Да хрен его знает, в книге какой-то в детстве прочитал — семиголовая гидра мирового имперализма, запомнилось что-то.
Начали сниматься с якорей, заводить моторы, кто-то рассказывал, что на такой цирк в этом месте попадает не впервые, кто-то просто был под впечатлением от улова, посмеялись в волю, все были довольны и скоро эта байка забылась. Запомнил её только дед, рыбачивший в ту ночь на берегу, он пожалел, что не услышал её раньше, лет сорок назад, может быть тогда его жизнь сложилась иначе?

Еще больше рассказов здесь — vk.com/public161963806



Свидетельство о публикации №7992

Все права на произведение принадлежат автору. Цуриков Павел, 20 Февраля 2018 ©






Войдите под своей учетной записью или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии и оценивать публикации:

Войти или зарегистрироваться


Чтобы общаться и делиться идеями, заходите в чат Telegram для писателей.

Рецензии и комментарии ()