Пиши .про для писателей

Тучи над дрянью

Автор: roman

1.Амаретто.

Это была новостройка с разноцветным фасадом и детскими площадками. Она возвышалась над пустырем как дворец, её окружали бараки двухэтажек и частные домишки. Роман подошел к пятому подъезду и снова набрал.
— Привет. Ты опаздываешь, набери один — девять — один.
Он не успел ничего ответить и просто набрал номер на домофоне. Лабиринт коридоров, спотыканий и ступеней вывел к лифту, моргающему стрелками. Посчитав квартиры и возомнив себя умным, зачем-то поднялся на третий, но услышав открываемую дверь со второго, пришлось спуститься. Проблема некоторых что они не говорят свой этаж и вообще скрывают свою гниль. Из-за двери пахло холостяком, но он решительно позвонил. Дверь открылась, и он увидел её. Она сразу шмыгнула вглубь квартиры, и он уже подумал что это развод на деньги, безусловно сказывался опыт жизни в столице. В квартире пахло кислой капустой, с кухни светился свет, туда он и пошел не разуваясь.
— Привет, я Роман, потерялся в квартирах, они без номеров. Немного помолчав.-У тебя мило, ты давно тут живешь?
— Ну здравствуй. — Она молча на него смотрела.- Мы с подругой снимаем, так выгодней. Ты не против если я поем? С утра не кушала, вся в делах. Ты хочешь выпить?
Как не отказаться, когда ты пьешь уже две недели без остановки? Из кухонного шкафчика вынырнул бутыль чего-то темного и еще одна стопка. Стуча вилкой по тарелке, она налила.
— За знакомство, я Аня кстати. Ты чего здесь?-и глотнула жидкость.
— Из-за этого, -выпил и понял, что это сладкий ликер. Чуть не стошнило, это как самбука, дрянь для колхоза.- Точнее из-за средств на неё добытых. Это если анализировать. А ты чего тут?
Она глянула своими большими голубыми глазищами. Крашеная брюнетка и намалёванными губищами, она жевала мясо и смотрела.
— Разочарование сплошь и рядом. -Она хмыкнула и заглянула в телефон.- У меня есть ребенок маленький, ему полтора. А его папаша ездит на нашей машине с Инночкой. Представляешь, это его бывшая, у нее переднего зуба нету.
— Меня жена бросила, -сознался я и хлебнул еще ликера.
— Ну хорошо если нет детей или ипотеки. А мне даже алиментов эта мразь не платит.- Она махнула волосами и выпила.
Выглядела она на свою стоимость, черная водолазка с надписью “paris”и реплика известного телефона. Чавкая и сглатывая она отвечала на смс. А он пил и смотрел на неё.
— Ты кстати если допил, раздевайся и иди в залу, а я сейчас.- Она скинула все в раковину и улыбнулась. Зубы у нее были все на месте, а губы были сочные.
Роман прошел в комнату, убого обставленную, со стареньким телевизором, настроенным на попсовый канал. Это был его первый секс с другой женщиной за шесть лет. Казалось что лишаешься девственности и тебе снова пятнадцать. Это как у стоматолога. Ты знаешь процедуру, боль и знаешь что тебе ее причиняют во благо. Но все равно корчишься и сжимаешься, даже после укола. Она вышла, с блестящими глазами, в черной обтягивающей блузке и упаковкой презервативов в ладони. Лежа на диване было смешно наблюдать за ней, как за профессиональным каскадером. Промахов она не делала, обхватила обмякший член и быстро настроила все губами. Хуй встал и в гандоне был похож на сраную креветку, блестя среди кудрей. Она наконец сняла свой прикид. Груди были большими и свисали как капли до живота, который она старалась втянуть. Бедер и жопы практически не было, и он вспомнил бывшую жену. С маленькой грудью, которая умещалась в ладонь и упругими бедрами даже после родов она была восхитительна. Голова Ани скользила верх и вниз, но презерватив тормозил чувства. Наконец она подняла голову и взгромоздилась сверху. Её огромные буфера качались над лицом и он попытался ухватить их губами. Они были безвкусны, слегка кисловаты. А на ощупь слишком мягкие, почти пустые, как сладкая вата. Когда её видишь в детстве, какая она большая и белая, восхищаешься и радуешься. Но на деле разочаруешься жуя сладкую безвкусную хуйню.


— Ты можешь вставить мне сзади? Я от этого кончу. — Она слезла и встала раком на диване рядом.
Он лежал и смотрел. Потом залез, обхватив бока и резко вошел, не чувствуя при этом ничего. О том, что хуй входил полностью, можно было только судить по её притворным вдохам, хотя это было даже приятно. Сделав еще перу десятков фрикций, он сказал:
— Ты можешь лечь на спину?
— Могу, но я так не чувствую ничего, после кесарева, -добавила она.
Груди с крупными коричневыми сосками разметались и он снова оказался в ней.
— Можно я тебя поцелую?
-Извини, я не люблю целоваться и я ела мясо с луком, тебе будет неприятно. Давай я лучше встану раком, так я быстро кончу. Твой хуй заточен под мою пизду. Чувствуешь как течет?
Он не чувствовал. Просто перевернул и продолжил толкать её. Наконец подошла волна, и он почувствовал как презерватив наполняется. Она еще чуть подержала его у себя внутри и слезла, профессионально стащив гандон. Советская власть гордилась бы ее навыкам. Не задерживаясь в постели она резко поднялась и побежала одеваться. Подмыться она не удосужилась.
— Давай собираться, мне ехать нужно. — Сказала она, натягивая чулки.
— Ребенок ждет?
— Нет, постоянный клиент на ночь забронировал. Кстати у меня карие глаза. А это линзы, заметно?
-Нет, я думал что ты просто грустная. Почему ты взяла не карие?
— Все хотят то, чего у них нет, -она наконец мне улыбнулась.Ладно пошли, меня такси ждет.
Они молча спустились и она махнула из черного «рено». Машина мигнула красным, развернулась и исчезла за углом. Роман прошел по газону и сел на лавочку. Достал из кармана полбанки и глотнул, пытаясь перебороть рвотные позывы. Мысли о том что напиться не получается уже месяц, стали громоздится с мыслью, что потрахаться тоже не получилось. Пародия. Сколько стоит просто почувствовать, что человек без притворства и виражей. Когда среди ночи ты просыпаешься и слышишь бормотание и слова на незнакомом языке. Храп и посвистывание и просьбу тихую, сквозь сон принести воды. А сейчас была тревогу, поезд уезжал далеко и непонятно куда, тоска била струей, и тепло и свежесть купэшного белья только сильней вгоняла в тоску по-прошлому. Собака уходит сдыхать под крыльцо. Он хотел говорить, но с той, к которой он испытывал подобие доверия и надежды. Она не отвечала и надежда трескалась и осыпалась. На часах было девять вечера. И он пошел есть в кафе, попутно купив еще полбутылки.

2.Ночью.

Идти было абсолютно некуда. Бывшую квартиру уже заняли новые съемщики, бывшая супруга делила ложе с рыжим хуем. Любовниц не было, друзья разъехались. Роман оглядел район. Из-за угла дома виднелся какой-то супермаркет, мигающий вывеской с сомбреро. Значит там находилась пиццерия, убогая, как и район, где ее строили для рабочих слоев населения. Внутри пахло горелым сыром. Импровизированная стойка бара украшалась красавцем в джинсовой куртке, выгнившим передним зубом и бокалом пива в руке. За стойкой стояла девушка, обхват талии которой можно было совершить только вдвоем. Пройдя дальше, он заказал пару кусков пиццы и вернулся к бару. Из коктейлей только коньяк с колой и «кровавая Мери».
— Вы можете смешать в равных количествах водку и апельсиновый сок? Не по отдельности, а просто налить это все в графин?
-А можно в разные стаканы налью, а вы сами смешаете?- Она глуповато заулыбалась.-У нас нет этого в меню. Извините.
Роман с тоской посмотрел на нее, на ее толсто накрашенные тушью глаза и отросшие корни волос. Возможно, ей больше бы подошло нянчить ораву детей, готовить красный жирный борщ с чесноком. Может быть, она этим и занималась, а сюда от всего этого сбежала? Он просто кивнул и достал карту, чтоб расплатиться.
Выйдя на улицу и чувствуя внутри тепло от пиццы и водки, вдохнув воздух вечернего лета, он ощутил, что на душе стало как-то спокойней. Размышления куда идти и что делать ушли куда-то на задний план, мозг оделся в махровый халат и утонул на диване из мягких мыслей. Тогда он просто пошел по дороге. Разделительная полоса была затерта и слабо виднелась на плохо освещенной улице. Возникало чувство, что сюда приезжает только скорая помощь и наряды полиции. Это не мешало думать позитивно, вспоминалось море, мясо с мангала, водка со льдом и танцы. Поток мыслей прервал женский окрик:
— Сойди с дороги, придурок! Машина собьет!
И вправду, мимо пронеслась ржавая «девятка», слегка черканув зеркалом и обдав пылью и запахом бензина, не сбавляя скорости, ушла в поворот, грохоча музыкой и оторванным глушителем.
— Спасибо, одинокая прохожая, — он сошел на тротуар рядом с ней.- Не часто сейчас встретишь человека, бескорыстно спасающего людей по ночам. У вас случаем костюма летучей мыши в сумочке нет?
— Юмор уровня «Аншлага». Ты у меня еще про «проводить домой» спроси.- Она была ниже ростом примерно на голову, одетая в чем-то похожем на джинсы и рубашку. В темноте трудно было разобрать.
— Я еще тот Петросян. Так как других защитников я не вижу, то почему бы и нет? Тем более планы у меня отсутствуют, как и чувство самосохранения.
Она окинула меня взглядом, хмыкнула и пошла дальше. По крайней мере, не прогнала, а это уже результат. Они вышли на более освещенный участок, и он внимательно на нее посмотрел. Это была маленькая брюнетка, с нежным ртом и большими светлыми глазами. Её брови были, под каким-то углом, казалось, что она или умиляется или сейчас заплачет. В любом случае появилось желание ее обнять и потискать, как котенка. Вдруг она остановилась перед серой хрущевкой.

— Мы пришли. — Она посмотрела в упор.- Хочешь, посидим, покурим в беседке?
Роман кивнул. Ноги и вправду отваливались, а в беседке можно было и ночь провести.
— Я Роман, я здесь по делам, живу в столице, — он поклонился.
— Аня. Существую здесь. Пошли, только об оградку не зацепись.
Мы сели. Она вздохнула и прикурила две сигареты.
-И что ты тут делаешь? — Она вопросительно посмотрела.
— Сейчас сижу и курю и девушкой. А если в общих чертах, то мои семейные узы дали охренную трещину и я приехал доломать, то, что осталось, к хуям. В общем, оформить бумаги приехал.
— Ясно. Этим не удивишь сейчас. У меня все хуже. Муж от меня ушел, когда я была беременной на пятом месяце, наслушался моего бывшего, включил Отелло, короче сраное говно. Может это и к лучшему?
— Да, хуйня случается. Ну, по крайней мере, ты скорей всего хорошая мама и заслуживаешь нормального мужа. Правда, непонятно что ты делаешь среди ночи в таком районе.
-Это жизнь, чувак. Я тут живу и работаю недалеко, в кафе официантом. Сегодня кое-что перепало.
Она открыла сумку и достала оттуда бутылку неплохого конька. Бутылка была большая и плоская.
— Выпьем?
— Почему бы и нет.
Они приложились к бутылке прямо из горла. Коньяк приятно обволакивал нутро.
— Сейчас тяжело найти работу, как и хорошего мужика. Мне из-за этой работы пришлось отдавать дочь родителям. А у тебя ребенок есть?
— Да, сын.
— Мне интересно, а ты бывшую любишь? У меня просто есть один ухажер, но он женатый. Вначале что-то обещал, но сейчас прямо говорит, что любит жену, а я как бы его отдушина. Не верю мужикам, не даю залезть в сердце. Девяносто процентов падлы, женатые ловеласы, норовящие трахнуть кого-то на стороне, укрепить свое эго. — Она все больше распалялась.- Нет у вас совести. Ну, переспал ты с кучей девушек, и что? А потом что? Инопланетянку подавай или извращения!
Роман приложился еще раз к бутылке и закрыл глаза.
— Если так считать, то я тоже падла. Хотя я не гулял от жены. И скорей я еще люблю. Где-то в глубине души. И часть останется с ней навсегда.
— Ну да. Скорей всего падла. Иначе, почему шаришься ночью здесь, рядом со мной мой же коньяк бухаешь. Падла еще та.
Она рассмеялась. Смех был грудной, шел откуда-то изнутри. Что заставляет нас сидеть с незнакомым человеком и раскрывать ему свои потаенные секреты? Разве дело только в алкоголе? Наши друзья завели семьи, набрали кредитов и трясутся за работу. Им уже не позвонишь среди ночи, не завалишься с бутылкой утром, чтоб рассказать очередную хуйню. Мы ограничились разговорами о деньгах и как их легче заработать. Конструктивные беседы. Советы.
Живой человек, которого не хватало, сейчас сидел и рассказывал о бывшем муже, ушедшем в длительное блядство. Любовнике, с которым она иногда трахается на улице и даже делала миньет на морозе. Что не любит юбки, ненавидит бывшего и прочие милости.
— А если ты влюбишься? В своего любовника например.
Нет, я поставила табу на этом. Только симпатия. Знаешь как обидно, когда отношения не обоюдны?
— К сожалению да. Паршиво, не то слово. У нас, кстати, закончилась выпивка.
Она посмотрела и улыбнулась.
— Придется идти ко мне. Тем более как оставлять такого слушателя на лавочке.
Он нагнулся и поцеловал. Вначале слегка коснулся губ, но почувствовав, как они приоткрылись, всосался со страстью, которой давно уже не было. Рука легла на её спину, но она слегка отстранилась.
— Не так быстро, нахал! — Она снова улыбнулась.- Ты целуешься как подросток. Жена не научила что ли?
Взяла его за руку и повела в освещенный прямоугольник подъезда. В прихожей было тепло, алкоголь дал знать нокаутом в голову. Снова поцелуи, рубашка была снята и откинута. Ремень на джинсах не подавался, и она принялась за него сама. Снова провал и вот уже они лежали голые, она прижималась и пыталась ладошками поднять его повыше. В следующий момент он почувствовал, как погрузился в неё. Она, закрыв глаза, тихонько застонала, сильнее раздвигая бедра навстречу. Алкоголь вдруг отступил, появилась пустота. Тошноты не было, было что-то огромное и пустое. Он продолжал двигаться, то наращивая темп, то слегка останавливаясь. Целовал ее шею, губы и плечи. От нее приятно пахло, она что-то шептала. Он вспомнил это чувство. Так было на последнем танце в выпускном классе. Когда наваливается куча отрывков и играет музыка, слегка пьян от водки из-под полы, и стеклянный шар и она в красивом платье, которое больше не оденет.
Кончили они одновременно, чуть полежав, она стразу отправилась в ванную комнату. Роман вытер свои причиндалы влажной салфеткой и вышел на балкон. Услышав шаги, закурил еще одну сигарету. Она стояла рядом, голая и слегка дрожала. Приобняв ее, он почувствовал, как хуй опять набух, прикасаясь к ее заднице.
-Я еще хочу.
-А вдруг я не хочу. Попроси хорошо.
Он нагнулся и поцеловал в губы. Потом спустился чуть ниже и захватил сосок, слегка его сжал.
Она гладила ему волосы.
— Жаль, что мы раньше не встретились, до моей беременности. Теперь смотреть не на что. Раньше я была конфеткой. Хотя и сейчас на что-то гожусь.
Накрыл её губы поцелуем, он увлек её назад в постель.

Два человека лежали в обнимку, открытые и незащищенные. На улице уже начало светать.
— О чем ты думаешь?
— О бывшей жене, о бумагах, о ценах на автомобили. О всяких мелочах. А что?
— Ты все-таки ее любишь. Просто интересно. А мечта у тебя есть? Я люблю мечтать.
— Раньше я мечтал о доме, двух машинах, отдыхе за границей и работе с девяти до шести. Но сейчас это все развалилось и смылось водой. Еще водкой. Не мечтаю я. День прошел и замечательно. А ты о чем мечтаешь?
Она повернула голову и улыбнулась.
— О чистой и взаимной любви…

3.Последний герой боевика.
Если уставиться на одну точку, все вокруг стает зыбким и нереальным. Звуки, мысли, птицы, водители и прочие наполнители лишь акварельный набросок. Многие знают ощущение, когда глядишь на пролетающий самолет. Куда летят его пассажиры, ждут ли их в аэропорту, беспокоятся ли эти люди о посадке на аэродроме? Таксисты ругались между собой, голуби глупо порхали от одной кучки мусора к другой. Из репродуктора на столбе около перехода неслась реклама, стилизованная под попсовый мотив. А мыслишки роились и взрывались новогодними игрушками, искрились бенгальским огнем, тухли и снова воскресали. Он снова глотнул водки из стакана. Во рту таял мегасупермятный «холс», делая процесс более приятным.Три часа прошли в ожидании звонка, словно приговора для заключенного. Допив залпом остаток пойла, он позвонил сам, терпение сдало свои позиции.
— Здравствуй. Я уезжаю сегодня. Чтоб я зашел еще в силе?
— Привет. Ой, я забыла. Прости, забегалась. Далеко? Я задержусь тогда дома.
Роман встал и глянул на себя в отражение окна. Вроде опрятно, прическа уложена, но дрожь в руках выдавала волнение. Он подошел к стойке и попросил повторить.

Она встретила его в легком розовом «Найке» с распущенными, слегка завитыми волосами и стрелками на ресницах. Про себя он отметил, что она чуть поправилась, но это ей шло, скулы округлились. Как часто глядя на это лицо он мечтал о свернутых горах у ее ног. Костюм обтягивал ее тело с торчащей сексуальной задницей. Он почувствовал, как кровь застучала в висках.
-Приветствую тебя, о Виолетта. Вы все цветете и пахнете. Если у вас нет чуда-зеркала, то я готов им подработать, на пол-ставки. Буду рассказывать, кто прекрасней и милее всех на свете.
-Ром, не потерял чувство юмора. Я переживала за тебя. У тебя все ОК? Я просто спешу, пока тренер не уехала, нужно успеть на треню.
-Я тебя услышал. Плесни что-нибудь. Или твой Жофрен деПейрак не пьет?
-Рома, не дури! Там где-то в серванте коньяк стоял, возьми. Я пока соберусь.
Он прошел на кухню. В шкафчике он нашел начатую бутыль. Хлебнул из горлышка, несколько капель пролилось на воротник. Уже все равно. Вернувшись в залу, он начал ходить из угла в угол, он столько думал об этой встрече, в мозгу только играла песенка про Ваню и Марью Высоцкого. Виолетта, наконец, села. Она молча изучала паркет.
-Ром. Пойми, тебе так лучше будет, и мне тоже. Мы же обсуждали это не раз. И не бегай, у меня рябит от тебя. Сядь и успокойся.
-Летта, какой успокойся? Может мне еще галапередола принять? – Он остановился. – Я тебя люблю. Он тебе не нужен, уходи. Я все прощаю. Поехали ко мне, там хорошо, сына мне родишь. Меня ведь любишь?!
Она отвела взгляд снова в пол. Он снова заходил. « Там сидел за столом, да на месте моем, неприветливый новый хозяин. И фуфайка на нем, и хозяйка при нем, — потому я и псами облаян!» Летта снова заговорила.
— Мы это проходили. Я не хочу тебя мучить. Я тебя как друга люблю. Я тоже не знаю, как так получилось. Прости меня, но должен же понять. Не будет как было, мы выросли! По другому все, у тебя амбиции, а я так не могу. Понимаешь?!
-Но я же для тебя разбивался в лепешку! Он может пойти на жертву? Тля! Я ради нас, тебя, все это заварил! У меня планы на пять лет вперед расписаны!
Он осознал, что может расплакаться. В носу закололо, вдруг нутро пересохло и запершило. Она поднялась и подошла к нему, прижала голову к плечу. Прижавшись к ней, он закопался в ее локонах. Она обняла и тихо шептала: «бедненький, бедненький, бедненький...»
Неожиданно для себя он обхватил ее за ягодицы и впился в уста. Она поцеловала в ответ, все так же гладя по спине.
-Давай в последний раз? Давай по-быстрому, давай в одежде! Я потом отстану, давай!
Она испуганно оттолкнула его и улыбнулась.
-Кабель, как и раньше, а я его утешаю. Ну какой по быстрому? Уймись, это все накрут! Найдешь себе девушку и будешь с ней как хочешь, и быстренько, и долго, и медленно. А сейчас окончательно ставим точки, Ром. Забирай вещи, и мы больше так не встретимся.
Она поставила сумку на журнальный столик.
— У тебя, когда поезд?
-Через четыре часа.
Странно иногда складывается. Помнишь, как покупал деревянные рамки для фотографий, выбирал сковородку, чинил утюг. А все твое бытие умещается в спортивный мешок не первой свежести. Не хватало только урны для праха, чтоб сделать картинку еще гротескней.
-Книги там?
-Вроде все, тетрадки тоже. Ладно, я побежала, просто захлопни за собой. Мы не скоро увидимся, да?
-Угу, прощай.
-Пока. Не будь таким, тебе не идет. — Она еще раз поцеловала, слегка сжав ему верхнюю губу. — Пока.
Она вышла, обернулась на пороге и подмигнула. Дверь закрылась. Он сполз по стене. Колени дрожали, как от поднятия штанги, горло жгло. Посмотрел на себя в зеркале. Вдруг проступила седина в шевелюре и в щетине на подбородке. Морщины перечеркнули щеки, выделив синеву под глазами. Он никогда еще не был таким уставшим. Яркость потухла. Рот сжался в курью жопу и посерел. На хуй. Поднялся, пройдя в ванную прорыгался в толчок. Смыл и пошел на за добавкой. Снова присосался к бутылке. В детстве есть мечта, у всех, стать героем фильма. Выживать в перестрелках, поджигать фитиль бомбы от сигары, уметь водить вертолет. А любовнице, второстепенной героине, говорить перед прыжком в окно: «Прощай, бэйби!». И удаляешься в закат. Поэтому героям боевиков так легко было убивать врагов, они были уже с разбитым в хлам сердцем и подорванной психикой.
В подъезде отпустило, свежий воздух, мать его ети. Спустившись вниз он остановился у парадной и открыл кладь. Туфли, брюки, какие-то рубашки. Достав книги и записки, он зашвырнул спортивный мешок в мусорный бак. На улице была весна. Она подула теплым ветром и запахла влажной землей. Набрав на телефоне номер такси, и подождал голоса оператора.
-Вам куда ехать?
-ЖД вокзал.
-Спасибо за заказ, ожидайте. Счастливого пути!


Свидетельство о публикации №9264

Все права на произведение принадлежат автору. roman, 15 Апреля 2018 ©

15 Апреля 2018    roman Рейтинг: -1 0    141





Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии и оценивать публикации:

Войти или зарегистрироваться


Чтобы общаться и делиться идеями, заходите в чат Telegram для писателей.

Рецензии и комментарии ()



    Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии.

    Рейтинг
    амаретто 0 0
    Ночью 0 0
    Руза 2017 0 -2


    Никто бы не смог устоять

    Предлагаю Вам, мой дорогой читатель, познакомиться с моей работой. Каждый увидит в этом письме свое, не сомневаюсь, но главная идея — идея притягательности того, что под запретом, затянет в свою воронку каждого….. Читать дальше
    145 0 0

    Человек из книги

    Девочка, которая влюбилась в книгу и девочка, которая пришла из книги... Читать дальше
    142 0 0

    Еда

    Мой папаша всегда был довольно славным парнем, добрым и домовитым малым и, к тому же, знал много забавных историй и умел их рассказывать. Правда, когда он закатывал рукава в искупление мужского долга перед домашним хозяйством, разруха начинала раздав.. Читать дальше
    258 0 +1