Пиши .про для писателей

Ты мой хлеб...

Автор: Мамчур Денис

Глава 1 «Сам себе господин»


Во всех тавернах один закон: кто платит — тот и барин. Так что сегодня Генрих был просто королём. Дабы отметить свой триумф, он заказал молодого поросёнка, фаршированного яблоками. Странного вида мужчина достал из-за пояса нож, отрезал смачный кусок свиного мяса, положил его себе на хлеб и вонзил клинок в поверхность стола.
Дабы поесть, мужчина поднёс руку ко рту, подтянул мешающуюся чёрную марлю, которой было обмотано его тело, и поднёс пищу к чёрным потрескавшимся губам. Зеваки за соседними столами с интересом наблюдали за загадочным посетителем, но стоило тому устремить на них свой суровый взгляд, как мужчины быстро возвращались ко своим делам.
И всё у него было хорошо, не считая одного прискорбного факта. Он застрял в этом проклятом оккупированном городе! Для человека, который всю свою жизнь провёл в дороге, стоять на месте было хуже смерти. Столько новых мест ожидали его прибытия, столько не пали от его клинка, стольких женщин не склонил перед собой…
Закончив трапезу, он встал и подошёл к барной стойке, у которой хозяин наливал очередную порцию пива.
— Вы уже уходите? — спросил мужчина, посмотрев, что гость не съел и половины блюда. — Я думал, вы ожидаете друзей.
— Терпеть не могу делить с кем-то еду, — цинично заявил Генрих.
— В таком случае, с вас пять золотых.
— Пять?
— Да, я же вам говорил. Чему вы удивляетесь? И только не нужно разговоров, что, мол, договаривались на меньше…
— Нет, я к тому, что город в осаде, поля истоптаны армиями… поросёнок должен стоить восемь, а то и десять. Продешевил ты, мужик.
— Хотя бы пять заплати, оно и лучше будет.
— Ах, да… оплата.
Загадочный человек швырнул на стойку толстый кошель. Однако вместо денег внутри была долговая расписка хозяина и отрубленное людское ухо. Сперва мужчина не понял, что он держит в руках, но затем через несколько секунд пришло осознание.
— А теперь, мой дорогой друг, — начал убийца и прислонился к продрогшему мужчине, — скажи, найдётся ли в мире что-то такое, что заставит мою душу содрогнуться, сердце заливаться кровью, что-то, что затмит собою любые богатства, что-то, что заставит мои уста произнести: «Не может быть…»?
Подобный вопрос наёмник задавал едва ли не каждому встречному на своём долгом пути, однако, как и перепуганный трактирщик, никто не мог внятно ответить ему на эти слова.
— Ладно, бывай, — сказал мужчина и направился к двери. — Не хворай. А если нужно будет, погаси другие долги, просто шепни слушок. Мне всё равно нечем заняться.
Следующей остановкой на своём пути наёмник выбрал один тёмный квартал, который даже стражники обходили стороной. Каждый горожанин знал, что здесь живут люди крупного криминального авторитета и главы гильдии воров. Генрих же, как уважающий свою профессию человек, также состоял в этой негласной организации.
На улице его уже ожидал информатор, который снабжал воров информацией и организовывал встречи с нужными людьми.
— Привет, Генрих, — сказал юный парень. — Как жизнь?
— Пока не жалуюсь, — кратко ответил убийца.

— Ты предупреждай, когда прибываешь в город, а то слишком чисто работаешь.
— Да я вот всё думаю, может, начать оставлять свидетелей? Гляди и на улицах узнавать будут, плакаты развесят…
— Не советую. Вечно что-то испоганят: губы сведут, нос кривой нарисуют…
— Ты это серьёзно?! — возмутился убийца и указал на своё полностью закрытое лицо.
— Ладно, Генрих, мы с тобой не любезностями пришли обмениваться. Стоять на улице холодно, да ещё и дождь скоро пойдёт… Говори, зачем пришёл?
— Из города валить надо.
— Один человечек занимается подобным, но цену ломит заоблачную.
— Где он живёт?
— Ему девяносто лет, ни жены, ни детей… Можешь даже не думать, старичка ты не запугаешь. Есть только один вариант — заплатить, — сказал информатор, отчего наёмник невольно сплюнул. — Что, опять все деньги на девушек потратил?
— Не твоё собачье дело! Лучше подскажи, где здесь можно поживиться?
— Ты серьёзно не слышал? Весь город об этом говорит.
— Не тяни, — нетерпеливо произнёс наёмник.
— Армия Вальдара оттесняет наши войска. В панике вельможи стащили сюда все свои побрякушки и закрыли на одном складе. А коль город осадили, следовательно…
— Охраны будет немного, — продолжил Генрих. — Спасибо за наводку. Прощай.
— Погоди. Ты давно не платил взнос в гильдию. Барон недоволен.
— И что ты сделаешь? Убьёшь меня? — грозно произнёс Генрих и повис над парнишей.
— Ничего, я просто должен был сказать, — быстро отмахнулся молодой информатор. — Я передам ему, что ты заплатишь потом, как появятся деньги. Возможно.
— Ну, вот и славно, — сказал Генрих и похлопал парня по щеке. — Сразу видно, что с тобой мы нашли общий язык, а не как с твоим предшественником. Бывай.

Глава 2 «Поимка неуловимого»


Следующим вечером Генрих отправился на унизительно лёгкое дело. Одного дня опытному наёмнику и вору хватило, чтобы составить план и изучить охрану. Его заранее предупредили о том, что охраны было немного, но три человека… это было слишком легко даже для дилетанта. Похоже, сохранность сокровищ строилась исключительно на незнании населения о том, что же на самом деле хранят на продуктовом складе.
Была также вероятность того, что всё это ловушка, однако и этот аспект Генрих учёл. Собственно, если бы не риск быть пойманным, он бы даже не взялся за эту затею.
Дождавшись наступления ночи, разодетый в чёрное наёмник пробрался на территорию склада. Дыра в заборе и сонный сторож вовсе не проблема. Далее два охранника у входа и один человек, скрывающийся в переулке, для подстраховки. Его Генрих обезвредил первым. Тёмная фигура проскользнула во тьме, и, подойдя со спины, он свернул несчастному шею.
Далее было несколько вариантов развития событий, но наёмник избрал самый дерзкий. Чтобы хоть как-то развеять свою скуку и уровнять шансы, он в открытую вышел к главному входу на освещённый фонарём участок.
— Итак, что вы будете делать? — задал вопрос наёмник двум стражникам.
Новобранцы переглянулись и приняли решение действовать по уставу. Они опустили забрала на своих шлемах, обнажили мечи и взяли в руки щиты. Вдвоём они одновременно подошли к нарушителю и хотели было его окружить, как тот перекатился и оказался у них за спинами. Ударив одного из стражников по ноге, Генрих повредил тому колено, вынудил рухнуть на землю и на время выйти из битвы.
Второй же стражник быстро сориентировался и, прикрываясь щитом, начал размахивать перед собой мечом. Убийца достал два зазубренных кинжала и зажал ими лезвие клинка. Рывком он вырвал меч из рук новобранца и полностью его обезоружил. У парня по-прежнему оставался его щит, которым он прикрывался от града ударов.
Разумеется, своими кинжалами он был неспособен пробить щит, и Генрих это прекрасно понимал. Юнец настолько сосредоточился на том, чтобы удержать заслон, что и не заметил, как противник зашёл к нему со стороны. Один нож он вонзил ему в бок точно меж защитных пластин, а второй в шею, перерезав сонную артерию.
За считанные секунды парень захлебнулся собственной кровью и пал в бою. В это время пришёл в себя его напарник. Воин с трудом опёрся на больную ногу и намеревался отомстить за товарища. Однако Генриху стоило разбежаться и в прыжке ударить ногами по щиту. Этого было достаточно, чтобы повалить раненного бойца на землю. Быстро взобравшись противнику на грудь, Генрих достал длинный стилет и вонзил его в прорезь для глаз. Несколько секунд его жертва корчилась от боли, но затем последний стражник опустил руки и испустил дух.
Закончив с самой интересной частью, Генрих вошёл на склад, достал мешок и принялся собирать в него разные ценности. Семейные портреты и дорогая мебель мало интересовали мужчину. Он взял лишь золотые украшения, горсть монет, пару подсвечников, неполный набор столовых приборов, как ему в руки попала золотая тиара.
Столь изящная работа ювелира, тонкая гравировка, инкрустация драгоценными камнями… Подобные реликвии носят короли либо их потомки. Наёмник несколько секунд разглядывал столь ценное произведение искусства, после чего смял её руками для экономии места и сунул в мешок.
— Ну, кажется всё, — сказал Генрих, взвалив мешок на плечи и направившись к выходу с территории.
Стоило мужчине выйти в город, как он заметил нехорошие признаки: мало прохожих, лязг железных лат со всех сторон… засада. Тут же бывалый вор свернул в узкие переулки, а стражники направились за ним. Наёмник подготовился и хорошо изучил местность. Стоило патрулям его настигнуть, как он скрывался за очередным поворотом. Однако так не могло длиться вечно. Кольцо всё сжималось, а с тяжёлой добычей на руках ему не уйти.
В одном из широких переходов Генрих подобрал заранее подготовленный второй мешок, а свою добычу сбросил на стоящую рядом телегу. Поводя стражу ещё несколько минут за нос, он извлёк из поклажи драный плащ, затёртую шляпу и дырявое покрывало.
— Где он? — спросил командир патруля, когда он со своими людьми вышел на оживлённую улицу.
Стражники смотрели по сторонам, но от загадочного наёмника не осталось и следа. И никто из них даже не мог предположить, что он лежащий на углу бездомный, прикрывающийся тонкой простынёй, и был тем самым вором.
Дождавшись, когда силы стражей правопорядка рассредоточатся, Генрих встал и направился домой. К этому моменту уборщик подкатил свою телегу, чтобы собрать мусор и с этой улицы. Пока старик занимался делом, Генрих забрал с телеги свои вещи, швырнул старику монетку и вошёл в двухэтажное здание.
— Я вернулся. Как ты, без меня не скучал? — сказал мужчина трупу бывшего хозяина квартиры.
Вернувшись в своё временное жильё, вор мог вздохнуть с облегчением. Он взвалил тяжёлый мешок на кровать и принялся разглядывать добычу. Вещи были ценные, однако их можно было легко продать. Большинство из этого он мог сразу же отнести своим знакомым из гильдии воров. И вдруг он учуял странный запах.
— Что это смердит?
Сначала он обратил своё внимание на труп, однако Генрих хорошо знал, как пахнет разлагающееся тело. Смрад шёл не от покойника, а от тех вещей, которые он с собой принёс. На улице он был не так заметен, но, войдя в помещение, убийца ощущал его даже сквозь свои бинты. И тогда-то Генрих осознал, где допустил просчёт.
В этот же самый момент за дверью послышался лай собаки, а по ступеням застучали тяжёлые сапоги стражников. Без лишних раздумий убийца бросился в окно с высоты второго этажа. Однако по приземлению он обнаружил, что был полностью окружён целым отрядом.
— Собака, — произнёс вор и сложил руки за голову.

Глава 3 «У меня к тебе предложение»


Некогда неуловимого преступника доставили в камеру, где его сковали по рукам и ногам. Прочные стальные цепи крепко удерживали пленного, а нанесённые на них руны не позволяли использовать любую магию. Сам же убийца испытывал довольно смешанные чувства. С одной стороны, он был впечатлён способом своей поимки, а с другой — крепкие путы и грязные замкнутые стены навевали ему болезненные и неприятные воспоминания.
Так заключённый просидел в темнице сутки без еды, воды и какой-либо компании. Однако их отсутствие он мог переносить на протяжении длительного периода времени. Хотя понемногу дух мужчины начал слабеть.
И тут дверь в камеру распахнулась, и в неё вошёл неизвестный мужчина. Склонив голову, он мог видеть лишь ноги своего посетителя. Ботинки и штаны были весьма простые, но дорогие и тщательно вычищены. Исходя из этого, можно было сделать вывод, что человек он был весьма состоятельный.
— Знаешь, я ведь специально расставил караульных так, чтобы тебе не пришлось их убивать, — начал незнакомец.
— Коль я до сих пор жив — значит вам что-то от меня нужно, не так ли? — сказал с ухмылкой Генрих.
— Правильно мыслишь.
— И что же? Хотите узнать о моих заказчиках, подельниках… или же нужно кого-то убрать?
— Нет, мне нужны от тебя услуги иного рода, — произнёс мужчина. — Ты должен будешь сопроводить одного человека, девушку.
— Сопроводить? — насмехнулся убийца. — Нет, мужик, такие задачи не по мне. К тому же с бабами я не работаю.
— Правда? Что-то мне подсказывает, что ты согласишься.
— И что ты можешь мне предложить? Мою жизнь? Умру раньше, умру позже, вообще без разницы. Золото? Сдались мне эти побрякушки. Ты меня не купишь.
— Твоя никчёмная жизнь мне не нужна, да и денег я тебе на дам. Я хочу предложить тебе нечто, что заставит твой дух содрогнуться, а сердце заливаться кровью, нечто, что затмит собою все земные богатства… — загадочно произнёс незнакомец, чем завладел вниманием убийцы.
— Я слушаю, — покорно произнёс Генрих.
— Имя Катерина, сводная сестра принца Браяна, и при его смерти обладает первоочерёдным правом на трон.
— Никогда о ней не слышал.
— В этом-то и суть. Твоя задача сопроводить её в столицу Золотого царства. Вашими врагами станут не только войска Вальдара, но и солдаты государства, куда ты должен её сопроводить. Возможно, у вас на пути так же станут и сами князья Виола. Большинство из них будут рады убрать из игры такого сильного оппонента.
— Иными словами, рассчитывать придётся лишь на себя, — просуммировал Генрих. — А что с моей наградой?
— Ты получишь её сразу после того, как выполнишь задания.
— И что это я пока не узнаю?
— Именно.
— Ну, смотри мне, если обманешь…
— Я человек слова. Ты получишь именно то, что я сказал.
— Интригует… — радостно произнёс убийца.
— Мы договорились?
— Договорились, — сказал Генрих, после чего путы тут же освободили его. — Кстати, кто ты такой?
Потирая затёкшие руки, наёмник поднял голову, однако его заказчика там не оказалось. Выйдя из камеры, он встретил пару рыцарей в зелёных доспехах и рогатых шлемах. Это были особые войска, прозванные виолскими горнадами, и подчинялись они лично принцу Браяну, что было весьма странным.
Сами же солдаты не произнесли ни слова. Стоя на посту подобно статуям, они дождались выхода Генриха, после чего так же молча провели его в покои своей госпожи.

Глава 4 «Побег»


Рыцари проводили Генриха к покоям, где восседала таинственная наследница. Воины молча встали по обе стороны от двери и позволили наёмнику войти внутрь.
В целом комната не пестрила дорогим убранством и мало походила на жилище одного из главных претендентов на королевский престол. Вполне обычная, но аккуратная мебель, столик с зеркалом, небольшой шкаф для одежды, книжные полки… На кровати же лежала толстая наплечная сумка, подготовленная к дороге, и странного вида футляр.
Сама же девушка стояла на балконе, откуда открывался замечательный вид на город. Ровные короткие светлые волосы, небольшой носик, нежная и гладкая кожа, ровная осанка… она словно сошла с картины, и даже Генрих отметил её выдающуюся внешность. Однако на самом лице не было ни радости, ни тревоги. С серьёзным взглядом княгиня наблюдала за улицами и высокой оборонной стеной, которая отделяла их от неприятеля.
— Катерина, верно? — спросил мужчина, встав посреди комнаты и сложив руки.
— А вы, значит, наёмник, которому поручено меня сопроводить? — сказала женщина и осмотрела собеседника. — Полагаю, условия задания вам уже разъяснили.
— Да, — кратко ответил Генрих, будучи не в духе от своей миссии. — Меня лишь терзает один вопрос, кто был тот человек?
— Это тебе знать ни к чему, — ответила женщина и вернулась к наблюдению за городом.
— Просто хочу знать, с кого спросить, если мне не выдадут положенную награду.
— Насчёт этого можешь не волноваться. Что бы там тебе не пообещали, ты получишь всё в точности, как было оговорено. Не больше и не меньше.
— Для вас же будет лучше если оно так и есть. Для вас и для вашего покровителя… — пригрозил Генрих, на что девушка невольно усмехнулась. — Что ж, сперва нам нужно выбраться из города. Я уже знаю одного человека, но для этого понадобятся деньги.
— В этом нет необходимости. Всё уже готово.
— Что?
Генрих вышел на балкон, чтобы осмотреться, и застал невероятную картину. Главные ворота отворились, и вражеское войско тотчас заполонило улицы.
— Принести в жертву целый город ради одного человека… — произнёс про себя убийца.
— Проход свободен. Теперь твоя работа.
Сперва Генрих не поверил в произошедшее, но затем начал активно рассуждать. Такой радикальный шаг давал им отличную возможность обойти блокаду. События разворачивались быстро. Солдаты методично захватывали улицы одна за другой и вскоре были бы готовы окружить дворец. А значит действовать необходимо так же быстро.
— Значит так… — начал рассуждать Генрих, как девушка сама направилась к выходу.
— Нужно уходить, — Катерина забрала сумку и собиралась покинуть покои.
— Одну минуту! — возмутился наёмник и остановил женщину. — Послушай меня, дворяночка, вы, конечно, уже всё спланировали, но далее, как ты успела заметить, начинается моя работа. Ты слушаешь и делаешь всё в точности так, как говорю тебе я. Всё ясно?
— Более чем, — фыркнула Катерина. — Тогда веди, наёмник.
Принцесса вручила Генриху поклажу, и они оба спустились на нижние уровни замка. Повсюду разносились крики и суета. Дворцовая стража спешила укрепить главные ворота и подготовить крепость к осаде. Им предстояло пройти через парадный вход до того, как его перекроют, однако у наёмника были свои планы.
— Ты куда? — спросил мужчина, остановившись в проходе.
— Как это куда? Выход там.
— Именно. Собственно поэтому мы туда и не пойдём, — разъяснил Генрих. — Скажи, принцессочка, где у вас прачечная?
Катерина хорошо знала замок и сопроводила Генриха в место, где стирали одежду. Прислуга спешно покинула свои рабочие места и оставила работу незавершённой. Повсюду валялись мокрые портки, рубахи и бельё.
— Вот, надень-ка, — сказал наёмник и швырнул дворянке грязный сарафан. — Нам будет гораздо легче покинуть дворец, если ты не будешь выглядеть как принцесса.
— Логично, — ответила Катерина, рассмотрев новое убранство.
— У тебя две минуты.
За то время, пока девушка меняла свой наряд, наёмник осмотрел ближайшие комнаты и обнаружил окно, через которое можно было проникнуть во двор. Уже оттуда пара направилась в город.
— Оставайтесь в своих домах! Не выходите на улицы! Всех же защитников города я прошу сдаться. Нам не нужны лишние жертвы! Ваша оборона прорвана, мы превосходим числом. Дальнейшее сопротивление бессмысленно! — кричал командир отряда, который занял улицу.
— Это плохо, — сказал Генрих, укрывшись с Катериной в тёмном переулке. — Они заводят людей по домам.
Попадись они сейчас, их бы так же заперли в каком-то жилище, и беглецы могли упустить свой шанс. Проблемой было то, что захватчики уже успели занять большую часть города. Передвигаясь дворами, Генрих мог провести панночку в обход оживлённых улиц, но при любом раскладе им не получится избежать всех патрулей. Был нужен новый план.
— Хм… — глубоко задумался Генрих.
— Ну, будут какие-то соображения?
— Да, есть одна идея. Однако мне понадобится твоя помощь.

— Помогите! — раздался крик, чем привлёк внимание солдат.
Перепуганная женщина выбежала на середину улицы и упала на колени. Рыцари тут же подоспели к несчастной, которая кидалась в разные стороны в поисках помощи.
— Что с вами? Почему вы не в доме? — спросил один из солдат, присев рядом с дамой.
— Там… мой ребёнок… прошу, помогите! — кричала Катерина, указывая в сторону переулка.
— Ребёнок? Что с ним? — попытался разъяснить воин, но женщина лишь невнятно кричала.
— Прошу, спасите моего ребёнка!
— Что будем делать? — спросил солдат, обратившись к своему товарищу.
— Нужно помочь, — ответил тот после пары секунд размышлений. — Показывай, что случилось. Мы поможем.
Женщина завела двух мужчин в переулок, а те слепо последовали за ней. На тот момент они даже предположить не могли, что идут навстречу своей гибели.
Спрыгнув с крыши дома, Генрих повалил первого бойца на землю и тут же свернул ему шею. Едва его напарник успел обернуться, как искусный убийца метнул нож ему в горло. Юноша выронил своё оружие и опёрся на стену, прикрывая руками рану. Он пробовал кричать и звать на помощь, однако захлёбывался собственной кровью. В тщётных попытках он упал на землю и попытался отползти к своим товарищам.
— Зараза, промазал, — сказал Генрих, когда ему не удалось моментально убить вторую цель.
Наёмник наступил на умирающего солдата, прижал его к земле, взялся за торчащий у него в шее нож и рывком ещё больше рассёк парню горло. За считанные секунды юноша умер от кровоизлияния.
— Уж сильно вы падки на женские слёзы, — упрекнул несчастных солдат Генрих. — А ты неплохо сыграла. Откуда такой талант?
— Это не первая роль, которую мне доводилось играть, — кратко ответила Катерина.
— Ладно, но на этом твоя работа ещё не закончена. Займись вон тем парнем, а я раздену этого.
— И что ты собираешься делать дальше? Никто нам не позволит разгуливать по городу, даже если мы наденем их доспехи, — подметила женщина.
— Я знаю.
Отряд воинов Вальдара зачистил соседнюю улицу и уже был готов переходить к следующему кварталу, как на горизонте показался один из своих. Мужчина спешно шёл к товарищам, неся на своём горбу тело израненного сослуживца.
— Помогите! — кричал Генрих, приближаясь к отряду. — Он потерял много крови! Срочно требуется врач.
Солдаты осмотрели раненного, и тот был в ужасном состоянии. Все его латы были перепачканы кровью, а сам юноша не приходил в сознание, так что его ноги беспомощно волоклись по земле.
— Чего стоите?! Быстрее помогите мне! — возмутился Генрих и начал кричать на воинов. — Он сейчас умрёт!
— Срочно, носилки.
Командир приказал положить раненого на носилки и отправил с Генрихом ещё одного новобранца. Вместе мужчины спешно покинули город и направились к военному лагерю. По дороге умирающий солдат изредка приходил в себя и стонал, чем вынуждал товарищей прибавить шагу.
Войдя в шатёр, бойцы аккуратно переложили раненого на кушетку. Оставалось лишь дождаться врача.
— Не волнуйся, лекарь скоро придёт, — сказал новобранец и начал рассматривать страдающего солдата. — Не пойму, где это тебя цепануло? Ладно, давай снимем шлем.
Юноша осторожно приподнял голову пострадавшего и освободил его лицо дабы облегчить ожидание. Какого же было его удивление, когда вместо бывалого вояки он увидел лицо прекрасной девушки.
— Женщина? — едва успел удивиться парень, как Генрих вогнал ему нож под рёбра.
Катерина тут же освободила кушетку, на которую наёмник взвалил раненного бойца. Генрих привязал руки юноши ремнями и вложил ему кляп.
— Не волнуйся, лекарь скоро придёт, — сказал наёмник, и похлопал бедолагу по щеке.
Катерина, как могла, оттёрла свой доспех от крови, надела шлем и вместе с убийцей вышла на улицу. Будучи незамеченными, эти двое направились к выходу из лагеря, как вдруг их окликнули со спины.
— Эй, ты! Погоди! — крикнул офицер Генриху и направился в его сторону с парой солдат.
— Иди вперёд, я догоню, — тихо шепнул наёмник, и развернулся. — Да, сэр?
— Покажи, что в мешке, — потребовал командир, указав на поклажу.
Развязывать драку посреди вражеского лагеря было не самой лучшей идеей, так что опытный наёмник решил покориться. Он невольно снял мешок и вручил его для проверки командиру отряда.
— Так, что тут у нас? Платье, золото… — говорил офицер, рассматривая содержимое рюкзака. — Мародёрствовал?!
— Я… — неспешно произнёс Генрих, не зная, что ответить на этот вопрос.
— Ты хоть знаешь, что за это светит трибунал?!
— Простите, сэр. Оно просто лежало, вот я и… — виновато произнёс мужчина и развёл руками.
— Сними свой шлем.
И тут наёмник действительно занервничал. К горлу подступил тяжёлый ком, а по лбу потёк холодный пот. Спорить с командиром было бессмысленно, и он неспешно поднёс руки к голове дабы снять шлем. Его лицо не было известно местной страже, а солдатам иного королевства и подавно. Однако он не знал, как они отреагируют на его внешний вид.
— Это что такое? — произнёс офицер, увидев перебинтованное лицо собеседника.
— В бою с магом. Он мне огнём просто в лицо и…
— Ууу… можешь не продолжать, — сказал командир, представив себе эту картину. — Можешь надеть обратно.
Офицер вновь взглянул на мешок, который держал в руках. Солдатам было запрещено заниматься грабежом на захваченных территориях. За подобные проступки их могли лишить жалования, отправить под трибунал или даже казнить… Мужчина это прекрасно понимал, и ему не хотелось рушить жизнь начинающему солдату.
— Скажи, как тебя зовут?
— Генрих, сэр.
— Жена дома ждёт?
— Да, сэр.
— Иди, давай, — принял волевое решение офицер и вернул солдату его вещи. — Иди, я сказал! И только попробуй попасться мне во второй раз…
— Я всё понял, сэр. Простите. Это больше не повторится.
Генрих не мог поверить своей удаче. Он даже несколько раз поклонился в знак признательности и поспешил покинуть место встречи. Лишь пройдя добрую сотню метров он мог вздохнуть с облегчением.
— Фух… пронесло, — тихо прошептал наёмник.
Теперь же ему предстояло найти Катерину. Девушка ушла вперёд, однако за время разговора уже успела скрыться из виду. Мужчина направился следом, но найти её в лагере полном солдат в одинаковых доспехах было всё равно, что искать иголку в стоге сена.
Им было необходимо покинуть лагерь, но уйти без Генриха она не могла. Следовательно, женщина ждала где-то у границы. Помимо поисков своей цели, наёмнику предстояло решить ещё одну проблему. Уйти в тыл им не позволят патрули, они банально примут их за дезертиров. Нужно было избавиться от брони и найти незаметное средство перемещения: крытую повозку, телегу… Легче сказать, чем сделать.
Вдруг рассуждения Генриха нарушили крики солдат. Несколько воинов пробежали мимо него и направились просто к выходу из лагеря. Наёмник последовал за ними к источнику шума. Кто-то выпустил всех лошадей, и солдаты пытались вернуть их в стойла. Краем глаза мужчина заметил всадника, покидающего лагерь. На скаку броня наездника сильно болталась и едва с него не спала.
Наёмник тут же распознал в этом человеке Катерину и бросился в погоню. Пока животное ещё только начинало разбег, он нагнал её и быстро запрыгнул в седло. Эти действия не остались незамеченными со стороны, и за лжесолдатами тут же началась погоня.

Глава 5 «Галопом»


Едва заняв седло, мужчина перехватил поводья у Катерины и заставил лошадь бежать галопом. Генриху удалось выиграть немного времени, пока солдаты были заняты конями, однако погоня не заставила себя ждать. Животному приходилось нести на своей спине сразу двух человек в полном обмундировании, из-за чего скорость значительно снизилась.
В чистом поле, где их было видно на километры вперёд, вражеская конница начала медленно настигать нарушителей. Воины пока не знали, с каким врагом они столкнулись, однако приказ был ясен: «Задержать любой ценой!».
— Эта лошадь может скакать быстрее? Нас догоняют! — сказала Катерина, оглядываясь назад.
— Молчи! И не лезь под руку! — вспылил Генрих и ещё сильнее гнал животное.
Дабы улучшить себе обзор и хоть как-то снизить вес, наёмник скинул с себя шлем. На выносливость скакуна это практически не повлияло, зато теперь он мог лучше видеть дорогу. Именно в этот момент он заметил, как со стороны к ним начало заходить второе звено кавалерии.
Генрих тут же дёрнул поводьями, и лошадь резко завернула вправо. Тяжёлыми копытами она вспахала землю и опасно прижалась к ней брюхом. Лишь чудом животное устояло на ногах и продолжило движение.
— Из тебя хреновый наездник! — возмутилась женщина.
— Заткнись! — убийце без того приходилось туго с норовистой лошадью, и выслушивать замечания Катерины он никак не хотел.
Когда казалось, что хуже быть не может, их шаткое положение и без того усугубилось, когда всадники начали обстрел из луков. Похоже, что солдаты более не считали беглецов обычными дезертирами и перешли к более радикальным методам. Из-за частого обстрела лошадь кидало из стороны в сторону так, что Генрих едва мог удержать упряжь в руках.
После нескольких таких рывков, порвался мартингал, который фиксировал голову лошади. Частично освободившись от упряжи, кобыла запрокинула макушку, резко остановилась и ударила ею всадника. Катерину же от мощного толчка откинуло назад. Женщина не успела ухватиться за Генриха и рухнула спиной на землю. Вернув себе контроль над лошадью, наёмник быстро её успокоил и помчал дальше, позабыв о своей напарнице.
— Генрих! — закричала женщина, однако мужчина всё отдалялся.
Оставшись одна, она могла лишь смотреть в спину своему защитнику и ожидать, когда её настигнут вражеские всадники. Однако затем она заметила, что лошадь Генриха начала поворачивать. Обогнув дворянку по кругу, наёмник вновь приблизился и немного сбавил темп. Мужчина выставил руку и помог княгине на скаку запрыгнуть обратно в седло.
Стрелы стремительно проносились над головами, а позади слышался стук копыт. Конница Вальдара обходила беглецов с флангов и отрезала путь к отступлению. Кольцо вокруг них сжималось, и наёмник ничего не мог с этим поделать. И это были не единственные их проблемы…
— Лошадь долго не выдержит, — сказала Катерина, обратив внимание на темп скакуна.
Оставалось совсем немного, прежде чем их верховая окончательно остановится и рухнет от усталости. В обычных условиях наёмник ещё мог попытаться скрыться от погони, но не с изнеженной дворянкой за спиной. Срочно нужно было что-то придумать.
И тут он заметил тропу, которая вела в лесную посадку. Направив лошадь просто навстречу неприятелю, он ударил стременами и вынудил животное на последний рывок. Пронесясь в такой близости от всадников, что он мог ощутить на себе их взгляд, Генрих первым проскочил меж деревьев.
Роща была слишком густой, и кавалерии пришлось следовать за беглецами вдоль узкой тропы. Теперь местность была не такой открытой, однако у них на хвосте по-прежнему был с десяток солдат. У лошади же из носа пошла кровь и окрасила пену во рту в розовый оттенок. Ещё пара десятков метров и конец. Тогда Генрих заметил небольшой лесной ручей, через который был проложен тонкий деревянный мостик. Это могло быть их спасением.
— Приготовься, — предупредил наёмник и напряг ноги.
— К чему? — в недоумении переспросила девушка.
Скрывшись из виду за очередным поворотом, Генрих столкнул женщину в воду и прыгнул за ней следом. Падение при такой скорости не прошло без следа и оба наездника сильно ударились о прибрежные камни. К счастью, их доспехи частично смягчили удар и оберегли носителей от переломов, пусть и оставив сильные ушибы.
Наёмник прикрыл незащищённую голову руками, дабы ненароком не приложиться виском об угловатые валуны. Было больно, однако убийца заставил себя встать на ноги. В распоряжении у них было всего несколько секунд, и мужчина без лишних церемонностей затащил Катерину под хлипкий помост и прикрыл ей рот. Несколько мгновений спустя всадники пронеслись над их головами, оглушая грохотом копыт, и устремились на звуки брошенной лошади.
— Пойдём. У нас мало времени, пока они не поймут, что произошло.
На удивление наёмника женщина довольно легко перенесла падение и даже не хромала. Пройдя вдоль ручья, беглецы свернули в лес и скрылись в непроглядной лесной чаще. Лишь спустя ещё несколько сотен метров убийца позволил остановиться и сделать привал, чтобы перевести дух.
— Они наверняка уже нагнали ту лошадь, — сказал Генрих, присев под деревом. — Вскоре они поймут и где мы соскочили. Передохни пару минут, и пойдём дальше.
— Успокойся, для спешки нет причин, — сказала Катерина, присев напротив.
— Поясни.
— Это кавалерия. Они не станут искать нас в лесу. Слишком рискованно для них, к тому же лошади не пройдут через все эти кусты. Сначала они вернутся в лагерь, доложат командиру, и лишь затем за нами направят отряд.
— Ты в этом уверена?
— Абсолютно.
— Что ж, тогда у нас гораздо больше времени, — сказал наёмник и с облегчением вздохнул. — Давай снимем это наконец.
Генрих спрятал латы в густых зарослях кустарника, а Катерина начала искать что-то в их дорожной сумке.
— Замечательно, не промокло, — сказала женщина, достав своё любимое платье.
— Зачем было тащить с собой эти тряпки? Сэкономила бы место для чего-то более полезного, — возмутился мужчина.
— Я сама решу, что для меня полезно. А теперь отвернись, мне нужно переодеться.
— Да ладно, чего я там у вас, женщин, не видел?
Катерина посмотрела на наёмника недовольным лицом и жестом приказала тому отвернуться. Генрих решил не спорить с ней, дабы не подымать шуму, и развернулся по направлению к лесу.
— Вот скажи мне, это все бабы такие или только дворянки? Погоня, драки… а вам лишь бы прихорошиться. Мы посреди леса! Тебе не всё равно, как ты будешь выглядеть? А?!
После этих слов Генрих обернулся, чтобы увидеть реакцию девушки, однако та уже успела надеть своё красивое серо-коричневое платье. Корсет подчёркивал тонкую талию и плавно переходил в длинную юбку из четырёх подобных лепесткам лоскутов. Так она не сильно мешалась при ходьбе, а при развороте распускала пышный подъюбник. Рукава имели утолщения в области плечей и окончательно расходились у запястья. Грудь была полностью закрыта, а невысокий воротник обхватывал шею. Единственный вырез был на спине, который почти полностью оголял эту часть тела. Несмотря на свою простоту, платье было украшено редкими жёлтыми полосами, а на юбке золотые нити формировали узоры, отдалённо напоминающие крылья.
— Что? — спросила недовольным голосом женщина, уловив на себе взгляд наёмника.
— А ты быстро переодеваешься.
— Тебе бы тоже не помешало что-то надеть, — сказала Катерина, намекнув на странный внешний вид убийцы. — Разве так на тебя не оглядывается каждый встречный? Зачем они тебе вообще?
— Мы не обговариваем эту тему! — резко вспылил Генрих и встал над Катериной. — Никогда. Это ясно?
— Более чем, — кратко ответила женщина.
— Вот и отлично. А теперь пойдём. Нужно выбираться из этого леса.

Глава 6 «Убийца и попутчик»


Уйдя от погони, Генрих и Катерина направились бродить лесом. Согласно наблюдениям женщины, они миновали линию фронта и сейчас находились на землях подконтрольных Виолу. Это означало, что хотя бы сейчас они могли вздохнуть спокойно. Однако напарникам ещё предстояло выбраться из леса.
— Проклятье! — сказала Катерина, в очередной раз зацепившись платьем за кустарник. — Скоро мы отсюда выберемся?
— Можешь спросить у белок или лесных ветров. Я же убийца, а не следопыт, — ответил Генрих, идя впереди. — Однако, как мне подсказывает опыт, мы рано или поздно куда-то выйдем. А пока ваша светлость может присматривать себе ближайший кустик для ночлега.
— Очень смешно.
— А я и не шутил. Мы можем провести здесь ещё не одну ночь.
— Не волнуйся, я могу о себе позаботиться, и ночлег в подобном месте меня не пугает.
— Ну, ну…
Внезапно их разговор прервало лошадиное ржание. Звук эхом разнёсся меж деревьев и заставил беглецов насторожиться. Никто не решился произнести ни слова. Они стояли неподвижно и вслушивались в лесную тишину. Ни пения птиц, ни стрекотания сверчков… всё будто застыло в ожидании.
Ржание вновь повторилось. Генрих точно определил его источник, он находился где-то впереди. Помимо этого, мужчина уловил ещё несколько едва различимых звуков: звон упряжи, скрежет несмазанных колёс…
— Кавалерия? — тихо шепнула Катерина.
— Не похоже, — ответил ей Генрих. — Лошадь всего одна, к тому запряжена в телегу. Это не солдаты Вальдара. За мной.
Наёмник провёл девушку за деревьями и укрылся с ней в невысоких кустах, откуда они могли хорошо осмотреть постороннего. Им оказался мужчина средних лет. Запрягши лошадь в телегу, он выехал в лес, чтобы, очевидно, заготовить себе прутьев на изгородь. И теперь, когда работа была практически закончена, отдыхал у своей телеги и покуривал трубку. Генрих увидел в этом неплохой шанс и приказал Катерина ждать на месте.
Стоило мужчине отложить трубку и повернуться к телеге, как перед его горлом возник острый клинок.
— Здоров, мужик, — сказал Генрих, подкравшись сзади. — Не откажешь ли ты заблудшим путникам и не подскажешь, где здесь ближайшая деревня?
Человек замер на месте и не мог произнести ни слова. В своей жизни он не раз сталкивался с разбойниками, но сейчас его застали врасплох. Он медленно протянул руку к лежащему на стволах топору, но Генрих ещё сильнее прижал лезвие, дав понять, что это плохая идея. Горячая капля крови прокатилась по шее и стекла за воротник.
— У меня нет с собой денег, — невнятно пробормотал заложник.
— Разве я похож на вора? — доброжелательно произнёс Генрих, а затем посмотрел на себя со стороны. — Ну, возможно, оно так и есть.
— Что же вам тогда нужно?
— Ванна, тёплый кров, огонь очага, кружка холодного пива, пышногрудая красавица на коленях… но можно ограничиться и твоей доходной клячей.
— Забирайте коня, только не трогайте, — умолял мужчина.
— Слышали, принцесса? Нам отдают лошадь.
Катерина вышла из своего укрытия и подошла к Генриху, который всё ещё удерживал перепуганного мужчину. У того тряслись колени, спина взмокла от пота, а наёмник вёл с ним непринуждённый разговор.
— Хватит уже. Чем скорее мы выберемся отсюда — тем лучше.
— В таком случае, — сказал Генрих и повернул мужчину к своей компаньонке, — что мне с ним делать? Решение за вами.
— Мне совершенно плевать. Подобного рода вопросы — это твоя работа, — ответила женщина и принялась распрягать коня.
— Слышал, что сказала дама?
— Так, вы меня отпустите? — умолял мужчина.
— К счастью для тебя, за твоё убийство мне не платят.
— Большое вам спасибо! Я клянусь, я никому…
Не успел бедолага договорить, как Генрих перерезал ему горло. Кровь бурным потоком прыснула из раны, и бурая вязкая жидкость залила несчастному грудь. На последних секундах жизни, обнадёженный словами убийцы, мужчина хотел что-то сказать, но, заикаясь, не сумел произнести ни слова. Обессилев, он рухнул на лесную подстилку. В борьбе за жизнь он сжал руками опавшую хвою и попытался подвестись, однако всё было уже кончено. Глаза закатились, а тело начало медленно остывать.
— К сожалению, я не оставляю свидетелей, — сказал Генрих и протёр нож от крови. — Распрягла?
— Да, вот только здесь нет седла, — ответила Катерина. — Может, всё же, возьмём телегу?
Генрих оттолкнул женщину и взвалил на спину лошади старый кожух, заменив им седло.
— Не собираюсь я тащиться на этой скрипучей рухляди, — сурово произнёс наёмник. — Если не хочешь ещё полюбоваться нашим мёртвым другом — запрыгивай, и поехали.
Женщина тяжело вздохнула и уже собралась отправляться, как вдруг заметила на телеге пару шапок. Одна принадлежала убитому мужчине, а вторая…
— Что-то случилось? — спросил Генрих, когда девушка на пару секунд застыла на месте.
— Нет, отправляемся.
Княгиня не стала говорить наёмнику о своей находке, она села на лошадь, и вместе они направились к выходу из леса.
— Твою мать… — сказал товарищ лесоруба, укрывшись в кустах.
Сперва он хотел помочь своему другу, но увидев как беспощадно с ним расправился забинтованный головорез, решил не покидать своего укрытия. Лишь когда неизвестные скрылись среди деревьев, он выбежал из зарослей и со всех ног помчал в сторону деревни.
Покинув рощу из высоких хвойных деревьев, беглецы вновь оказались в чистом поле. Долгое время их единственным ориентиром была узкая просёлочная дорога, которая уходила за горизонт. Ближе к середине дня они встретили указатель, на котором была выжжена надпись: «деревня Развилка».
— Развилка? Как оригинально, — произнесла Катерина.
— Зато ясно и понятно, — ответил ей наёмник. — Ты имеешь представление, где мы?
— Да, — кратко ответила женщина.
Сидя без седла, Катерина чувствовала каждый ухаб и кочку, в которую попадала лошадь, и даже пару раз чуть не выпала из импровизированного седла. Дорога была долгой, и такая перспектива совершенно её не радовала.
— Можно аккуратней? — возмутилась женщина. — Не мешок с картошкой же везёшь.
— Ты мой хлеб… или деньги… или как тебе будет угодно, но только не попутчик. Так что сиди и помалкивай.
Долгое время они ехали молча. Генрих следил за дорогой и вёл лошадь, Катерина же сидела к нему спиной, устремив свой взгляд далеко назад.
— Я вижу, тебе не очень приятна моя компания, — произнесла девушка про себя. — Всё же у каждого человека есть своя цена.
— Цена? Да. Вот только не золотом меня подкупили, — наконец нарушил молчание наёмник. — Деньгами платят и за куда более приятную работу. Я же в этом деле долго… ужасно долго. Все эти монеты, камни и разные побрякушки мне ужасно наскучили. Давно я не встречал что-то такое, что действительно было способно меня поразить, что-то, от чего сердце забьётся быстрее и будет обливаться кровью… К тому же перспектива выступить против войск сразу трёх королевств весьма приятный бонус.
— Я заметила. Особенно, когда ты лошадь едва ли до смерти не загнал, лишь бы сбежать от солдат Вальдара, — подметила женщина.
— Я люблю риск, но я не самоубийца, — коротко ответил наёмник и, спустя ещё несколько минут молчания, добавил. — Кстати, с чего, собственно, это всё началось? Я что-то не помню, чтобы шла война.
— Всегда где-то идёт война, — загадочно произнесла женщина, а затем повернулась к собеседнику. — Значит, сейчас ты уже хочешь говорить.
— С жертвами болтать, конечно, интересно, но рассчитывать на содержательный диалог не приходится. А вот со спутником — другое дело.
— Извини, но я кто угодно, только не попутчик, — заявила Катерина, развернулась и сложила руки.
— Не придирайся к словам, женщина! — вспылил Генрих.
— Выровняй лошадь, тогда и поговорим.
— Хорошо! Вот так сойдёт? — сказал мужчина и заставил коня идти более-менее ровно.
— Вполне, — одобрила Катерина и начала рассказ. — Между Вальдаром и Виолом постоянно случались стычки на пограничной территории, мелкие распри, на которых правильные люди могут неплохо наживиться. Однако затем наше государство пошло на необдуманный шаг, когда напало на крупнейший приграничный город Крауг. Этим мы вынудили Вальдар начать настоящую войну.
— Что-то я не слышу в твоём голосе огорчения.
— После смерти верховного короля прямым наследником стал его единственный сын Браян. Князья увидели в этом отличную возможность и начали борьбу за власть. Ослабленная, сумасбродная, бесконтрольная земля… Война с таким могущественным противником, как Вальдар, просто уничтожит Виол, — поведала девушка. — Пока на востоке в тщётных попытках разрозненные войска князей пытаются удержать прежние владения, на западе Золотое Царство решило урвать свой кусок пирога. Они атаковали незащищённые границы Виола, пытаясь занять как можно больше земель, пока до них не добрались войска Вальдара. Такая вот история.
— В таком случае, зачем тогда мы направляемся в Золотое Царство, если они вам враги?
— Никогда не знаешь, когда враг может стать хорошим союзником, и какую с этого можно будет поиметь выгоду.
— Дело ваше, — сказал Генрих и развёл плечами.
— А что ты думаешь по этому поводу?
— Мне всё равно, куда тебя везти. В любом случае, это куда лучше, чем оставаться в вашем дрянном Виоле. Заказов немного, платят мало. Вот Золотое Царство — это другое дело: богатые снобы, интриги, горы золота… настоящий рай для наёмника. Правда, нужно быть очень внимательным, ведь частенько бывало, что меня пытались надуть или вовлечь в очередную политическую историю. К тому же люди там весьма неприятные, — поделился своим опытом Генрих. — Я бы посоветовал сдаться войскам Вальдара. Гляди и титул какой-никакой сохранишь. Но дело, конечно, твоё.
Увлечённые разговором, путники, наконец, прибыли в деревню. Время было позднее, а на небе собирались тяжёлые тучи.

Глава 7 «Веселье и долги»


Поселение было окружено небольшой оборонной стеной из древесных стволов, однако путников пропустили через ворота без лишних вопросов. Сразу при въезде находился постоялый двор, куда и направился Генрих. Оставив лошадь у стойла, дабы та могла попить, путники вошли внутрь.
Пусть гости и не были редким явлением, но странная пара, которая показалась на пороге этим вечером, привлекла внимание управляющего. Красивая девушка в элегантном платье и загадочный мужчина в бинтах.
— Комнату на двоих и ванну для дамы, — сказал Генрих и положил на стойку пару золотых монет.
Хозяин с подозрением осмотрел посетителей, после чего попробовал на зуб монеты. Убедившись в их подлинности, он взял с полки ключ и вручил новым постояльцам.
— Второй этаж, первая дверь направо, — произнёс мужчина. — Ванна будет готова через пару часов.
— Благодарю, — сказал Генрих, взял ключ и направился в свою комнату.
Старые скрипучие кровати, грязная постель, осыпающийся потолок… это место не могло похвастаться роскошным убранством, но главное — здесь было сухо.
Наёмник взвалил вещи на кровать и выглянул в окно, чтобы осмотреться. Катерина же тем временем критически осмотрела комнату. Девушка подошла к письменному столу и провела пальцем по его поверхности, от чего на нём остался толстый слой пыли.
— Настоящая дыра, — огорчённо произнесла женщина. — Как типично для людей. Живут хуже, чем зверь в берлоге.
— Ну, не дворец, конечно, но жить, знаешь ли, можно, — ответил ей Генрих.
— За такую плату они могли бы и прибраться. У меня дома мы конюшни содержали в лучшем виде.
— Это в Виоле, что ли?
— Нет, я родом не отсюда.
— Ладно, — Генрих достал из сумки толстый кошель с деньгами и направился к выходу. — Сиди здесь и никуда не высовывайся! Я вскоре вернусь.
Покинув стены двора, мужчина направился к голубятне. Там он заплатил за почтового сокола и отправил сообщение своему коллеге из гильдии воров. С учётом времени на доставку письма и обратную дорогу, он должен был прибыть на Развилку через двое суток.
Дабы скоротать время и немного побыть наедине с собой без надоедливой княгини, он направился в таверну. Здесь наёмник мог, наконец, расслабиться. Дабы снять напряжение, он заказал самое дешёвое пойло и в больших количествах, не жалея денег и на закуску.
— Ну и смердит от тебя, друг, — сказал трактирщик, сидящему у стойки Генриху. — Ты давно мылся?
— Дней пять назад. А тебе что с того?
— Ты мне всех посетителей распугиваешь.
— Сейчас я твой посетитель! — гневно выкрикнул Генрих и ударил кулаком по столу. — Наливай давай, пока я не протрезвел!
Трактирщик закатил глаза и в очередной раз наполнил кружку наёмника. Тот запрокинул голову и залпом выпил напиток, после чего закусил хрустящим огурцом. В этот момент к нему подсел высокий бородатый мужчина.
— Что, работа тяжёлая? — поинтересовался собеседник.
— Ты себе не представляешь. Вот скажи, со всеми бабами так тяжело, или только с моей?
— Женщина, значит. Тогда нужно ещё выпить. Я угощаю, — сказал селянин и долил Генриху из своей бутылки. — А ты что, на место её поставить не можешь?!
— Нельзя, в том то и дело, — сказал Генрих, залив в себя очередную кружку.
— Это как это? — заикаясь, поинтересовался мужчина.
— Не моя это женщина. Понимаешь?
— Нет…
— Ну, и ладно, — сказал наёмник и взмахнул рукой. — Ещё по одной?
— Давай.
Мужчины сидели так ещё несколько часов, пока наёмник окончательно не отрубился. Проспав некоторое время, Генрих пришёл в себя уже на улице. Судя по лежащим бутылкам, веселье перешло на улицу, а вот его собеседника рядом не оказалось. Проверив карманы, наёмник не обнаружил там своего кошеля.
Сам же мужчина, споив незнакомца, выкрал у него все деньги и присоединился к своим товарищам. Компания тут же купила в таверне небольшой бочонок рома и распивала его за углом. Мужчины пили и хохотали вплоть до тех пор, пока одному из них не влетела бутылка в голову.
— Не того вы…. решили развести… ребята, — сказал Генрих, опираясь рукой о стену дабы не упасть.
— Вы посмотрите, кто проснулся, — сказал глава компании и встал на ноги. — Слушай, мужик, иди себе подобру-поздорову.
— Да я пойду, только это… деньги верните, — пробормотал Генрих, от чего мужчины засмеялись. — Значит по-хорошему не получится.
— Ребята, давайте проводим господина.
Набравшись храбрости от алкоголя, троица без опаски подошла к наёмнику. Глава компании первым нанёс удар, от чего наёмник сделал пару шагов назад, но не упал.
— И это всё? — насмешливо сказал Генрих и выпрямил спину. — Давай ещё раз.
Мужчина ударил незнакомца ещё раз, и тот вновь попятился назад. Казалось, что очередной синяк на лице должен был его образумить, но Генрих лишь потёр щеку и вновь обратился к бывшему собеседнику.
— Нет, нет, нет, не годится! Давай ещё раз, я в тебя верю.
Речи наёмника разъярили мужчину. Тот разбежался и замахнулся кулаком, дабы окончательно спровадить нахала. Во время этого действия Генрих сам подошёл ближе и нанёс прямой удар чуть ниже груди. От этого мужчину согнуло пополам. Он упал на колени и жадно хватал ртом воздух.
— Слабак! — возмутился Генрих и взмахнул ногой, разбив тому нос.
— Ах ты ж падла! — закричали товарищи и подбежали к Генриху, дабы отомстить за своего друга.
Сперва наёмник сделал шаг в сторону и, когда пьяный задира пронёсся мимо него, поставил ему подножку, окунув лицом в грязь. Второй же подошёл справа и начал махать кулаками. Генрих отвёл голову от пары взмахов, но, будучи пьяным, всё же пропустил один удар. Убийца попятился назад, где его схватил поднявшийся на ноги мужчина.
— Давай! Бей! — выкрикнул пьяница, скрутив руки Генриха за спиной.
Стоило его товарищу подойти ближе, как наёмник подпрыгнул, оттолкнув того ногами. Как только нападавший попятился назад и упал от мощного толчка, Генрих вновь встал на ноги и перебросил через себя удерживающего его мужчину. Когда противник оказался на земле, наёмник болезненно вывернул ему руку.
Осознав, что в одиночку у него нет никаких шансов, третий член компании поднялся на ноги и дал дёру. Убийца быстро выхватил нож и швырнул его в беглеца. Орудие пролетело пару метров и встряло в землю, а недалёкий грабитель скрылся за углом.
— Зараза, — сказал Генрих, упустив третью цель. К счастью, кошель с деньгами остался на месте.
Вернув украденные деньги, Генрих вышел из закоулка и прислонился о перила, чтобы перевести дух.
— Эй, красавчик, что там у тебя стряслось? Подрался с кем-то? — послышался женский голос со стороны. — Может, хочешь провести время повеселее?
Мужчина повернул голову и, сосредоточив взгляд, увидел женщину, стоящую у входа в таверну. По её вызывающему внешнему виду наёмник сразу понял, к какой из почитаемых профессий она относилась.
— Я не против, — ухмыльнулся Генрих и обхватил девушку за талию. — Даже можем позвать пару твоих подружек.

Спустя ещё некоторое время Генрих очнулся в борделе в обнимку с тремя очаровательными девицами. Некоторые спали после долгой бессонной ночи, третья же лежала рядом с ним и гладила его по груди. Наёмник оголил лишь нижнюю часть тела и рот, остальное же осталось скрыто чёрными повязками.
— Знаешь, красавчик, было бы куда веселее, если бы ты снял все эти свои бинты, — сказала женщина.
— О нет, это мой маленький секрет, — ответил мужчина, проведя рукой по телу путаны. — Поверь, тебе не понравится то, что ты увидишь.
— Я уже увидела достаточно.
— Скажи, сейчас утро или вечер?
— Смотря, какого дня.
— В смысле? — недоумевающее спросил Генрих.
— Если считать с того момента, когда ты нас навестил, то завтра уже давно настало.
— Проклятье! — воскликнул наёмник.
— Что случилось? Тебе у нас не понравилось?
Генрих в спешке обмотал ноги, надел штаны, поправил повязку на рту, обулся и уже был готов уходить. Мужчина развязал толстый кошель, быстро пересчитал деньги и оставил десяток монет девушкам за труды.
К счастью для наёмника, его знакомый ещё не приехал, и он первым прибыл на условленное место встречи. Спустя пару часов ожидания в пустую хижину вошёл невысокого роста человек, волоча за собой тяжёлый мешок.
— Генрих! Ты тут, мать твою?! — воскликнул торговец.
— Можешь так не кричать. Я здесь, — ответил мужчина, стоя в тёмном углу.
— Хоть раз мне тебя ждать не пришлось.
— Меньше слов — больше дела. Ты привёз то, о чём я тебя просил?
— Кто бы говорил, — про себя произнёс торговец. — Да, всё, как договаривались.
Мужчина присел за стол и по очереди начал извлекать из сумки амуницию наёмника.
— Стальные наручи, один кожаный нагрудник, метательные иглы (пять штук), подсумок, три дымовые шашки, две осколочные. Будь осторожен, шрапнель далеко разлетается, — предупредил торговец. — И, наконец, сабля. Деревянная рукоять, укороченная гарда, без навершия. А к ней пузырёк с ядом. Всё, как ты просил.
— Замечательная работа, — сказал Генрих и взял в руки клинок.
— Прямиком из Асторы. До сих пор пахнет пылью и жаром равнин, — сказал торговец и извлёк последний свёрток специально для Генриха. — А это от нашего знакомого алхимика.
Наёмник развернул свёрток. В нём было несколько связок бинтов и две пробирки с мутной жидкостью внутри. Убедившись, что всё доставлено верно, без лишних подсчётов убийца швырнул торговцу кошель с деньгами.
— Прошу.
— Погоди минуту! Здесь не всё, Генрих.
— Нет! Здесь всё! — злобно произнёс наёмник и вонзил нож в поверхность стола.
— А я сказал, что здесь не хватает! — так же грубо произнёс торговец и встал перед покупателем. — Я не для этого тащился в такую дыру.
Пару секунд мужчины смотрели друг другу в глаза. Никто не желал уступать. Если обычных торговцев Генрих мог легко запугать, то с этим человеком было намного сложнее. Он снабжал амуницией всю гильдию воров, и за ним стояли большие люди. Однако сегодня наёмник был настроен куда решительней.
— Мы далеко, очень далеко, и совершенно одни. Ты уверен, что вернёшься обратно? — лукаво произнёс убийца.
— В таком случае, это будет наша последняя встреча, Генрих. Больше гильдия тебе не поможет.
— Да будет так, — сказал наёмник и собрал вещи в мешок.
— Ради чего это всё, Генрих? — произнёс торговец вслед мужчине, когда тот уже покидал хижину. — Оно того стоит?
— Да, стоит, — коротко ответил наёмник.
Собрав всё необходимое снаряжение, Генрих, наконец, направился обратно в постоялый двор. Едва он вошёл в помещение, как услышал довольно громкие звуки. Стоило мужчине подняться наверх и открыть дверь, как он застал там Катерину, играющую на скрипке. Закрыв глаза и погрузившись в мысли, девушка исполняла красивую и очень сложную арию. Столь мелодичная и выдающаяся игра была под силу лишь самым талантливым музыкантам.
— Что ты творишь? Быстро прекрати! — возмутился Генрих. — Ты меня слышишь?!
Однако девушка не реагировала на слова мужчины. Она отвернулась к окну и продолжала играть. Катерина отложила инструмент лишь тогда, когда полностью закончила композицию.
— Ты в своём уме?! Это так пытаешься не привлекать внимание?!
— Ты сам приказал мне не покидать комнаты, — сказала Катерина, складывая инструмент в футляр. — Мне же нужно себя чем-то занять.
— Лучше бы вместо этой своей скрипучей деревяшки взяла что-то более полезное. Например, больше денег!
— В следующий раз будешь меньше времени проводить в борделях, — ответила ему женщина.
— Откуда ты узнала?
— От тебя смердит дешёвыми духами, — ответила наблюдательная Катерина. — Ладно, пойдём. Пока ты предавался плотским утехам, я узнала от управляющего о небольшом конвое, который следует в нужную нам сторону. Они отправляются этим вечером.
— Это ещё зачем?
— Во-первых, я не желаю ехать, чувствуя каждую кочку. Во-вторых, на бедре у той лошади, которую мы увели, стоит клеймо. Это лишь вопрос времени, когда нас остановит стража.
— Что ж… так будет куда быстрее, — задумался мужчина. — Ладно, согласен.
Генрих облачился в купленную амуницию, а Катерина тем временем собрала все свои вещи. Уже через полчаса путники покинули постоялый двор и направились к воротам, у которых стояли нагруженные повозки.
— Добрый вечер, можно с вами поговорить? — обратилась женщина к конвоиру.
— Да…
— Я слышала, вы направляетесь на запад. Не согласитесь ли вы нас подвезти?
— А вы кто такие?
Конвоир с недоверием отнёсся к путникам, особенно к человеку, который скрывал своё лицо за чёрными бинтами. К тому же и сама Катерина не вызывала доверия.
— Дворянка? — задал вопрос конвоир.
— Почти. Сейчас — просто юная особа, которая бежит от войны.
— А этот? — спросил мужчина и кивнул в сторону Генриха. — Что это за тряпки на нём?
— Это мой телохранитель. Пусть его вид вас не пугает, это следствие давней травмы, — разъяснила девушка.
— Охранник? Лишний человек с оружием нам в дороге не помешает, — задумчиво произнёс мужчина. — Ладно, садитесь. Ещё одни попутчики на мою голову.
— Благодарю.
Катерина сложила сумки на повозку, после чего взобралась на неё сама. Генрих последовал за ней, но затем заметил ещё одного человека на самой первой повозке. Судя по седой бороде, мужчина был весьма стар. Носил он простой тёмно-зелёный балахон, а в руках держал посох покрытый рунами.
— Генрих? Что-то случилось? — спросила Катерина, когда её компаньон застыл на месте. — Генрих.
— Мы уходим, — коротко ответил наёмник, собрал свои вещи и направился прочь.
— Генрих, стой! — крикнула девушка и бросилась вдогонку. — Что произошло?
— Видишь того человека? — сказал, обернувшись, мужчина и указал на старца.
— Ты его знаешь?
— Нет, но я знаю магов.
— Это ты сейчас серьёзно?!
— Я не буду ехать бок о бок с магом, — внезапно заявил мужчина и ускорил шаг.
— Что такого они тебе сделали? — спросила Катерина, от чего у наёмника затряслись руки.
— Ты… ты не знаешь.
— Я, конечно, не знаю, каких скелетов ты держишь в шкафу, но других вариантов у нас нет. Так что, пожалуйста, усмири свои принципы и хорошенько подумай. Нам безумно повезло, что эти люди согласились нас подвезти. Пешком мы ещё не скоро доберёмся до Золотого Царства.
— Эй, вы там! Вы едете или нет?! — раздался голос конвоира.
— Так что? — слова Катерины заставили наёмника задуматься. Он крепко сжал зубы от злости, ведь сам прекрасно понимал, что у них нет выбора. Всё же Генрих согласился.
— Ладно, поехали.

Глава 8 «Маги, ненавижу магов»


Караван отправился поздним вечером. Как путники узнали позже, они везли лес к далёкому поселению. Там их пути и должны были разойтись. Сам же наёмник молчаливо сидел, свесив ноги с повозки, и смотрел на отдаляющиеся лесные пейзажи.
— Ты как-то необычайно молчалив, — сказала девушка, но мужчина ей ничего не ответил. — Это из-за того человека?
— Будь так любезна, не беспокой меня! Ясно? — сказал Генрих, лёг на бок и подложил себе сена под голову. — Спокойной ночи.
Время тянулось мучительно медленно. Этой ночью даже при всём желании Генрих не мог сомкнуть глаз. Изредка он таки проваливался в сон, но спустя десять минут вновь просыпался и оглядывался по сторонам. Они ехали на последней из пяти гружёных повозок, незнакомый маг расположился на первой. Однако даже так он находился слишком близко, чтобы мужчина мог чувствовать себя спокойно.
Лишь следующим вечером конвой сделал плановую остановку у небольшой лесопосадки. Торговцы-лесорубы развели огонь и поставили на него большой котёл. Генрих с Катериной, наконец, могли сойти на землю и немного размять ноги.
— Ох, как же спину ломит, — сказал наёмник, разведя руками в стороны.
— Да, спать на толстых стволах ещё то удовольствие, — ответила девушка.
— Скажи спасибо, что они хотя бы сеном их прикрыли.
— Эй, путники! — раздался голос конвоира. — Идите сюда, каша уже готова!
Сварив целый казан пшенной каши, лесорубы набрали её в тарелки и угостили всех своих попутчиков.
— Негоже ехать на голодный желудок, — улыбнулся конвоир и вручил Катерине жестяную тарелку.
— Благодарю, — ответила девушка и присела рядом с остальными странниками.
Неожиданно для самой себя Катерина ощутила странное, согревающее внутри, чувство. Холодный ветер, предвестник ночи, завывал в чистом поле и пронизывал тело отвратной стужей, солнце опускалось за горизонт, и его нежные лучи более не согревали, рядом сидели мужчины, говорили на свои обыденные приземлённые темы, а в руках у женщины была погнутая протекающая тара с безвкусной похлёбкой, на которую даже не нашлось соли… Но по какой-то причине она ощущала нечто, чего не знала так давно. Стоило девушке подуть и взять в рот очередную ложку, как столь обычная еда приятно согревала её тело. Уже давно Катерина не радовалась столь простым вещам. И это её настораживало…
Генрих же расположился рядом и стоило ему протянуть руку, дабы освободить рот от чёрной марли, как он уловил на себе взгляд странствующего мага, сидящего на другом конце поляны. Внезапно наёмник встал, забрал свою тарелку и отошёл в сторону.
— Ты куда? — спросила Катерина.
— Скоро вернусь. Что-то аппетита нет, — ответил наёмник и скрылся за деревьями в посадке.
Отойдя от лагеря на пару десятков метров, Генрих присел у старого пня и сложил на него свою еду. Лишь убедившись, что его не видно, наёмник развязал рот и принялся есть.
— Зараза! — разгневался Генрих и отодвинул тарелку в сторону, когда больше не мог взять и ложки. — Ну и угораздило меня…
В действительности, у него не было никаких объективных причин, дабы остерегаться этого мага, но внутренний голос просто кричал ему об опасности. Проявив над собой огромные усилия, жизнерадостный наёмник хотел было выбросить этого человека из мыслей, но не мог. В итоге у него лишь разболелась голова, а чувство тревоги никуда не делось. Мужчина прикрыл руками лицо и просидел так пару минут. Спустя время боль утихла, и наёмник вновь открыл глаза. Он присел, опёршись о дерево, и посмотрел на свои руки.
— Ох, нужно было прихватить с собой бутылочку.
Генрих просидел бы так ещё ни одну минуту, как вдруг ощутил на себе чей-то пристальный взгляд. Кто-то смотрел на него из кустов в паре десятков метров.
— Кто здесь?! — крикнул Генрих и встал на ноги дабы осмотреться.
Стоило мужчине это сделать, как в листве послышался шелест, и неизвестный помчался прочь. Можно было подумать, что это был кто-то из лесорубов, но двигался он в противоположном от лагеря направлении. Без лишних размышлений убийца побежал следом. Словно специально беглец выбирал самые непролазные заросли, которые сильно замедляли наёмника и не давали ему разглядеть наблюдателя. То и дело звуки меняли своё направление, чем ещё больше сбивали его со следа. Наконец, Генрих выбежал на более-менее открытую поляну, но от загадочного наблюдателя не осталось и следа. Ни шороха листьев, ни примятой травы, неизвестный словно растворился в воздухе.
Ещё пару минут наёмник бродил по поляне, задаваясь вопросом: «Кто или что это было?». В конечном итоге он направился обратно в лагерь, не подозревая, что ему стоило лишь поднять голову. Скрываясь меж ветвей, наблюдатель проводил свою цель взглядом.
По возвращению Генрих обнаружил, что некоторые лесорубы уже расставили палатки и готовились к ночлегу. Катерина же тем временем стояла в стороне и говорила с магом, которого так остерегался Генрих. Это весьма разозлило мужчину, однако он не стал вмешиваться. Вместо этого наёмник присел у догорающего очага и принялся ворошить веткой тлеющие угли. Через пару минут юная княгиня закончила разговор и присоединилась к своему защитнику.
— Поговорили? — недовольно спросил Генрих.
— Совсем немного. Зовут его Гаспар.
— Гаспар? Так просто? А я-то думал, как-то типа Делакрион.
— У тебя странные представления о магах.
— И о чём говорили?
— Да так… ничего серьёзного. А что у тебя там стряслось? Я слышала ты что-то кричал в лесу.
— А, это… мне показалось, что за мной кто-то следил, — сказал Генрих и обернулся к лесной чаще.
— Ты ведь не думаешь, что это был наш знакомый маг? Всё это время он находился в лагере у всех на виду.
— Нет, это был… Честно говоря, я сам не знаю, что это было. Но точно не он.
— Я уж было подумала, что у тебя разыгралась паранойя.
— Сначала тебя сопровождать, теперь ещё этого мага терпеть… тут у кого хочешь крыша поедет.
— Хам, — коротко ответила Катерина и покинула компанию Генриха.
— Тебе тоже спокойной ночи!
Поскольку они были лишь попутчиками, наёмнику и его спутнице пришлось спать под открытым небом. Места в палатке для них не нашлось. Благо не было дождя. Ровно как и прошлой ночью, сегодня Генрих не сомкнул глаз.
Рано утром конвой снова отправился в путь. Теперь, когда все были на ногах, наёмник мог отдохнуть. Так он проспал пару часов, пока повозка не выехала на брусчатку. Тряска и шум быстро отогнали весь сон. Протерев глаза, Генрих обнаружил, что конвой свернул с намеченного пути и направился в сторону небольшой деревни.
— Эй, почему мы повернули? — спросил Генрих.
— Нашему магу нужно сделать здесь небольшую остановку, — ответил кучер.
— И как долго это продлится?
— В отличие от вас, он деньги платит, так что потерпите. Тронемся с места, как он скажет.
— Прелестно, — сказал Генрих и откинулся на спину.
Путешественники остановились на окраине селения. Там к магу подошёл староста и разъяснил суть проблемы.
— Как хорошо, что вы приехали. Мы очень рады, что вы нашли для нас время, — говорил староста.
— Мы сделали вынужденную остановку ради вас, так что давайте перейдём сразу к делу, — ответил старик. — Показывайте, что у вас стряслось.
Староста провёл Гаспара к полю, где росла пшеница. На первый взгляд всё было совершенно нормально: колоски медленно созревали, земля была здоровой.
— Вижу. Слишком низкие побеги для этого времени года, — сказал маг, осмотрев растения.
— Воистину так. Обычно, сейчас мы готовимся ко сбору урожая, но такими темпами пшеница может и вовсе не созреть. Вы ведь повелеваете землёй! Прошу, помогите нам!
— Посмотрим… — сказал Гаспар, присел опёршись на посох и внимательно осмотрел землю. — Ну, растения я изменить не могу. Однако земля слишком плотная, корням не хватает воздуха. Я могу её вспушить. Также я бы посоветовал удобрить почву. Пепел либо навоз.
— Большое вам спасибо!
— Поле большое, это займёт не один час. Позаботьтесь пока о наших лошадях.
Проходя меж засеянных рядов, чародей проводил по земле посохом, и та меняла свою структуру, становилась более мягкой и рыхлой. Остальным же членам конвоя приходилось ждать, пока он не закончит.
Тем временем Генрих разузнал от местных о небольшом пруде с родниковой водой. Находился он в лесной глуши вдали от любопытных глаз. Мужчина забрал свёрток, который получил от торговца, взял прочие вещи и покинул конвой.
— Снова уходишь? — поинтересовалась Катерина.
— Скоро вернусь. Жди здесь.
Пройдя сквозь лесные заросли, Генрих всё же добрался до источника. Это был небольших размеров водоём, который находился в рытвине меж большими камнями. Сама вода, которая сочилась из-под земли, была чистой, как лёд, и такой же холодной.
Наёмник осмотрел пруд, после чего разложил свои вещи. Он развёл костёр и поставил на него небольшой котелок. Набрав в сосуд воду из пруда, наёмник сперва бросил в него белые марлевые повязки и хорошо их прокипятил. После этого он извлёк из свёртка две пробирки и по очереди вылил их содержимое. Со временем вода в котле приобрела мутный оттенок, а белая марля начала впитывать в себя препараты.
Пока настойка отстаивалась в котле, наёмник, наконец, снял со своего тела зловонные бинты. Вся кожа этого человека была иссушена, обожжена и приняла тёмный оттенок гари. Тело наёмника напоминало сожжённый до углей кусок мяса. Но в, казалось бы, мёртвых тканях, по прежнему пребывала жизнь. Спину, руки, ноги и шею Генриха покрывали тонкие красные кристаллические прожилки. Словно паутина они окутывали собою всё тело и исходили от вросшего в левую ладонь кроваво-красного рубина. С грустью на лице, он посмотрел на столь ненавистный камень, но тут же отогнал от себя нежеланные воспоминания.
Пусть весь смрад и исходил от старых бинтов, а сухая потрескавшаяся кожа более не обладала собственным запахом, наёмник всё же решил окунуться. Стоило ему погрузиться в чистые родниковые воды, как они омыли его тело, проникли в каждую щель, вызывая неимоверную боль. Однако Генрих терпел. Он погрузился под воду с головой, дабы избавиться от грязи и остаточного запаха. Силы воли наёмника хватило всего на немногим более десяти секунд.
Он выбрался на землю, встал на колени и начал тяжело дышать. Со временем боль ушла, а едва ощутимый ветер охладил пекущее тело. Тем временем настойка полностью пропитала марлю, и она обрела смолистый чёрный цвет. Тщательно обмотав своё тело даже в самых сложных местах, он сжёг оставшиеся бинты, забрал котелок и направился обратно в деревню.
Тем временем Гаспар закончил свою работу. Колдун взял награду у благодарного старосты, и конвой вновь отправился в дорогу.
— Что-то теперь ты сильно притихла, — сказал Генрих, обратив внимание на свою попутчицу. — О чём задумалась?
— Да вот думаю, где бы нам достать деньги. Ты ведь потратил всё до последней монеты, — сказала женщина, всматриваясь вдаль.
— Обычно я стараюсь действовать скрытно, и мне хватает пары ножей. Однако с тобой мы рискуем ввязаться в открытое противостояние, поэтому мне понадобилось дополнительное снаряжение. Это было необходимое приобретение.
— Такое же, как выпивка и развлечения в борделе?
— А что поделать? Я мужчина в самом расцвете сил, — гордо произнёс наёмник и прилёг на спину.
— И именно поэтому ты проводишь время только с путанами? — неожиданно спросила Катерина.
— Что?!
— Нельзя быть дамским угодником, если женщины проводят с тобой время только за деньги, — съязвила княгиня.
Слова девушки сильно оскорбили Генриха. Он хотел было ответить, но не смог, ведь это была правда. Этим женщинам абсолютно всё равно кто их клиент и как он выглядит, главное, чтобы плата была достойной. На большее со своей внешностью ему не приходилось рассчитывать.
— Знаешь, — сказал Генрих спустя полминуты, — моя жизнь состоит не только из убийств и похождений по борделям.
— Да ну? — недоверчиво произнесла Катерина.
— Помимо обычной оплаты я могу поставить и дополнительное условие, если заказчица приглянулась. Так я побывал с послом, дочерью генерала и даже с одной симпатичной княгиней, — сказал наёмник и широко улыбнулся.
— Со мной ты тоже поставил такое условие? — с осторожностью спросила девушка.
— Нет, моя награда совершенно иная. Личиком ты хороша, но мне нравятся девушки с более выдающимися формами.
— Козёл! — вскрикнула Катерина и швырнула в Генриха пучок сена.
— Эй, ты чего? Найдёшь ты себе мужика. Наверное…
— Закрой свой рот! — ещё громче закричала девушка и завалила Генриха сеном.
— Хватит. Успокойся, — говорил мужчина и засмеялся.
После разговора с Катериной он и думать забыл о человеке, который сидел на первой повозке. Всё волнение с беспокойством будто рукой сняло, и наёмник вновь заулыбался. Однако его радость длилась недолго…
— Проклятье, — сказала Катерина, когда во время очередной остановки каша пролилась через трещину в тарелке и испачкала её платье. — Сколько можно?!
— Вот, возьми мою, — сказал Генрих и предложил девушке свою тарелку. — Она не протекает.
— Простите, молодые люди. Можно к вам присоединиться? — спросил Гаспар, подойдя к путникам.
— Не похоже, что мы тебя звали, — грубо ответил Генрих.
— Прошу, простите моего знакомого. Садитесь.
— Благодарю, юная леди, — сказал маг и присел на корягу напротив.
— Скажите, Гаспар, куда вы направляетесь? — начала разговор девушка.
— Я путешествую вместе с лесорубами. Они доставляют лес в Луговицу. Её жители как раз страдают от какой-то хвори, и меня пригласили помочь им.
— Какая занятная история, — сказал Генрих, отведя взгляд.
— Я покину вас на минуту, мне нужно оттереть платье, — сказала Катерина и встала со своего места.
— Куда это ты собралась? — возразил Генрих и схватил девушку за руку.
— Взгляни своему страху в глаза, — тихо шепнула она ему на ухо. — Что ж, я пошла.
Как только мужчины остались наедине, Генрих отставил свою тарелку и отвернулся в сторону. Есть ему не хотелось, ровно как находиться в компании незнакомого мага.
— Интересная вы пара, — начал Гаспар, но наёмник промолчал. — У вас весьма странный вид. Должно быть, это ужасно больно, если вы используете столь сильные масла.
— Что? — Генрих удивился осведомлённости мага и повернул на него голову с озлобленным взглядом. — Что ты только что сказал?!
— Пусть мой посох не вводит вас в заблуждение. В первую очередь, я алхимик. Я сразу узнал запах от масел, которыми пропитаны ваши бинты, — разъяснил мужчина. — Я встречал подобных людей, но вы полностью обмотаны. Что же это за такие страшные раны, которые покрывают всё тело? И как в таком случае вы умудрились выжить?
— Не твоё это дело, ублюдок. Усёк?
— Я понимаю, это нелегко говорить на такие темы.
— Ты меня плохо слышишь? Свалил отсюда, пока ноги целы, — наёмник разозлился не на шутку.
— Эти масла лишь снимают боль, они не лечат. Вы хотите остаться таким до конца своих дней? Хотите и дальше скрывать своё лицо ото всех? Даже от самых близких?
— Даже если так — это моё дело. К тому же у меня нет близких, — сказал Генрих более спокойным голосом и свесил голову.
— Знаете, Генрих… Вас ведь так называет госпожа Катерина? Мне интересна ещё одна деталь. Вы совершенно не похожи на мага, даже близко, но, тем не менее, я ощущаю мощную магическую ауру. Как такое может быть? Это, случаем, не связано с вашими ранами и с тем, почему вы до сих пор живы?
— Лучше не суй в это свой поганый нос, старик, а то худо будет. И я не шучу, — сказал убийца с холодным пронзительным взглядом.
— Я уже много лет занимаюсь медициной, алхимией и практикую магию, за моими плечами богатый опыт, у меня есть собственная лаборатория… Я могу попытаться вам помочь, Генрих. Пойдёмте со мной, дайте понять, что с вами произошло, и мы вместе найдём решение.
— Я скажу так, чтобы ты точно понял. Пошёл на хер!
— Очень жаль, — произнёс Гаспар и встал со своего места. — Однако, мне кажется, мы всё же договоримся.
На секунду на лице мага мелькнула загадочная улыбка, которую не мог не заметить Генрих. Более мужчина не стал ничего говорить. Старец покинул наёмника и направился к своему шатру.
— Как поговорили? — спросила Катерина, которая всё это время ожидала на расстоянии.
— Очень… информативно, — неожиданно сказал Генрих. — Давай спать, я очень устал.
— Так ведь ещё совсем рано, — удивилась девушка.
Путники первыми подготовили свои места для ночлега, позже на боковую пошли и лесорубы. Разумеется этой ночью Генрих вовсе не планировал спать. Дождавшись, пока все уснут, он направился к шатру мага и принялся ждать. Долгое время ничего не происходило. Но затем, спустя пару часов, незаметно для всего лагеря Гаспар вышел наружу, держа в руках деревянную клетку. Маг проследовал до опушки леса и вышел в чистое поле. Генрих более не мог следовать за ним. Наёмнику оставалось лишь наблюдать за магом из своего укрытия. Старец открыл клетку и выпустил оттуда голубя. Птица медленно взмыла в небо и полетела по направлению к своему дому.
Было очевидно, что Гаспар отправил некое послание, однако перехватить голубя не представлялось возможным. Теперь наёмник был обречён терзать себя вопросами. В голову тут же прокрались всякие мысли. Такое время маг выбрал не случайно, и сразу после их разговора… Больше всего на свете Генрих хотел узнать, что же сокрыто в том сообщении. Так же ему хотелось в эту самую минуту просто разорвать мага, метнуть ему нож в шею… Однако они были под конвоем, и убить его без веской на то причины он не мог.
Крепко сжав зубы и стиснув кулаки, убийца проследил за магом обратно до его шатра. После этого, судя по всему, Гаспар уснул. Ни о каком сне и речи быть не могло. Наёмник вслушивался в каждый шорох, но повсюду была лишь тишина…
Тем временем вдали от лагеря сражённая птица рухнула на землю. Охотник подошёл к своей добыче и снял у неё с лапы послание.
На следующее утро Генрих проснулся от шума повозок и лошадиного ржания. Долгие ночи без сна всё же взяли своё, и наёмник не заметил, как уснул. Лесорубы уже давно собрали лагерь и готовы были отправляться. Катерина прогуливалась неподалёку, разминая ноги перед дорогой. Наёмник слегка привстал и почувствовал что-то необычное: в руке у него был зажат лист бумаги.
— Что это? — удивился Генрих и принялся читать. — «Дорогой друг. Я не могу поверить своей удаче. Мне удалось найти рубин! Его держит при себе один человек. Я не знаю, кто он. К тому же он явно мне не доверяет, но я найду способ. Приготовь лабораторию и оборудование для исследований. Вскоре я доставлю его к нам. Твой коллега, Гаспар.»
Перечитывая строки из раза в раз, Генрих не мог поверить своим глазам. Он держал в руках то самое письмо, которое маг отправил своим почтовым голубем. Но как?! Это было совершенно невозможно! В недоумении он огляделся по сторонам, но ничего подозрительного не заметил.
Со временем пришло страшное осознание. Самые худшие опасения наёмника подтвердились. Нужно было срочно действовать, пусть его противником и был опытный маг. Даже, несмотря на свой возраст, он был опасен, и любая оплошность могла стоить ему жизни. Однако затуманенный злостью разум убийцы этого не осознавал. Руки сами потянулись за клинками, а тело было готово к рывку. Как вдруг к нему подошла Катерина.
— Ты проснулся, — приветливо улыбнулась женщина. — Что-то случилось?
— Да так… — сказал Генрих и запрятал письмо. — Ничего особенного.
— Всё в порядке? Ты какой-то взволнованный.
— Я ведь сказал, всё хорошо, — оправдался наёмник. — Лучше скажи, ты ночью ничего странного не слышала?
— Нет. А что?
— Просто так спросил.
— Все на месте?! Отправляемся! — прозвучал громкий голос конвоира.
— Ладно, позже поговорим.
Генрих обернулся и сопроводил взглядом Гаспара, который занял своё место на первой повозке. Отвлёкшись на Катерину, мужчина немного остыл. Теперь он был способен мыслить более-менее здраво. Весь последующий день он не спускал глаз с Гаспара. Тот вёл себя совершенно обыденно. Так продолжалось вплоть до следующего вечера, когда караван сделал очередную остановку на ночлег. Маг не стал расставлять свой шатёр и расположился под открытым небом. Генрих долго размышлял, но гнев глубоко внутри вынуждал убийцу действовать. Наконец, мужчина решился. Всё должно было окончиться сегодня.
Наёмник приготовил оружие и, когда ночь опустилась на лагерь, незаметно прокрался к месту ночлега мага. Гаспар мирно спал, повернувшись на бок и укрывшись одеялом. Убийца, словно змей, бесшумно подобрался к своей жертве и вознёс клинок над головой. Один точный удар, и лезвие вонзилось в шею алхимика. Как вдруг его тело превратилось в песок и рассыпалось по земле. Ослеплённый жаждой убийства, Генрих не заметил в темноте обманку, за что и поплатился. В наёмника тут же влетел небольшой валун, который отбросил его и прижал к дереву.
— Ты думал, я не замечу, как ты следил за мной весь день? — спросил Гаспар в окружении трёх каменных големов.
— Урод… — тяжело произнёс наёмник и попытался встать.
— Так или иначе, ты пойдёшь со мной. Нам нужно многое обсудить.
— Не дождёшься!
Маг взмахнул посохом и направил своих големов. Одним ударом создание сломило тонкое дерево, однако Генрих успел отпрыгнуть назад. Тут же наёмник снял с пояса несколько игл и метнул их в мага, но того прикрыли големы.
— Думаешь, если я стар, то всё будет так легко?! — произнёс Гаспар.
В силу своего возраста, маг не мог самостоятельно дать отпор убийце, однако полагался на своё волшебство. Чтобы добраться до него, было необходимо сначала покончить с големами, но это было не так просто. Генрих обнажил саблю и нанёс удар по одному из созданий, однако лёгкое орудие было не способно пронзить каменную плоть существ. Отколов лишь небольшой кусок, Генрих тут же отпрыгнул назад, дабы избежать удара.
Медлительные создания с трудом поспевали за ловким наёмником и не могли нанести ему никакого урона. Тогда Гаспар решил им немного помочь. Маг поднял руку, и лесная почва разверзлась подобно гейзеру. Высвобожденная сила отбросила наёмника далеко назад, но тот быстро встал на ноги и приготовился к бою. Големы не стали его атаковать и неожиданно отступили назад. В этот момент земля под ногами мужчины зашевелилась и размякла. Образовавшийся водоворот поглотил в себя всё в радиусе нескольких метров.
Обычному человеку крайне сложно одолеть настоящего чародея. Для этого необходимо быть быстрым, всё время находиться в движении и ожидать всё что угодно. Генрих хорошо помнил наставления своего учителя. Пока земля не поглотила его ноги, он подпрыгнул вверх и ухватился за торчащую ветку. Дерево опасно накренилось, но всё же мужчина избежал опасного заклинания.
Стоило земле принять прежнюю твёрдость, как Гаспар направил своих големов. Каменным кулаком создание быстро сломило ствол дерева, и убийца рухнул на землю. Не успел он встать на ноги, как каменные марионетки окружили его.
— Достаточно! Сдавайся, и я…
Не успел он договорить, как сзади к нему подобралась Катерина и ударила чародея по затылку толстой ветвью. Дубина раскололась пополам, а Гаспар едва наклонил голову.
— Глупая девка!
Старец взмахнул посохом и швырнул в девушку земляной ком. Почва отбросила её и сковала ей руки.
— Так тебе никогда не навредить магу.
— А я и не собиралась, — ухмыльнулась княгиня.
Гаспар быстро обернулся, но, потеряв должный контроль, големы упустили Генриха. Убийца отбежал в сторону и скрылся в густых зарослях.
— Найти его! Живо! — в порыве злости закричал Гаспар.
Создания принялись ворошить и вырывать растения, дабы найти свою цель. Вдруг из-за листьев вылетела бомба с зажженным запалом. Пролетев мимо плотно стоящих големов, она взорвалась и расколола их на куски.
Избавившись от защитников, Генрих выбежал из зарослей с саблей наготове. С холодным сосредоточенным взглядом он направился прямиком к Гаспару, дабы снести тому голову. Приблизившись к магу на несколько метров, он взмахнул лезвием. Как вдруг из земли появилась рука и схватила ногу наёмника. Новый голем поднял человека над собой и швырнул обратно в лес. Стоило Генриху едва встать на ноги, как он принял очередной удар. Второе создание ударило его в бок. Мужчина отошёл назад, и за его спиной появилось третье существо. В последнюю секунду он успел пригнуться и избежать захвата.
Против него вновь было трое големов, а маг по-прежнему оставался недостижим. Генрих глубоко вздохнул, взял саблю двумя руками и приготовился к последнему рывку. Как только один из големов приблизился к нему, он бросился в атаку. На бегу убийца нанёс удар и повредил созданию ногу. Первый противник тут же рухнул на колено и более не мог его преследовать. Второй громила расставил руки, дабы схватить цель. Не сбавляя скорости, наёмник рухнул на землю и проскочил меж его ног. Тут же поднявшись, он вскочил на третьего голема, оттолкнулся и перепрыгнул через него. В прыжке убийца поднял руку с саблей и уже было настиг Гаспара. Однако маг взмахнул посохом и поднял земляной гребень, который отшвырнул наёмника в сторону. Попавшая на тело земля тут же затвердела и сковала Генриха.
— Это было глупо, — уверенно произнёс чародей.
Наёмник ничего не ответил, а лишь широко ухмыльнулся. Тут Гаспар посмотрел под ноги и увидел дымящуюся бомбу. Снаряд взорвался, и острые металлические осколки пронзили тело мага, разрывая внутренние органы. После такой травмы он тут же рухнул на землю и стал истекать кровью.
Как только чародей пал в бою, Генрих освободился от оков, достал нож и подошёл к поверженному противнику.
— Мы ведь могли помочь друг другу… — тяжело произнёс Гаспар, сплёвывая кровь.
— Я тебе не верю. Более не верю…
Генрих взмахнул лезвием и рассёк горло Гаспара. Пусть участь мага была уже предрешена, но он хотел лично нанести последний удар.
От звуков битвы проснулся весь лагерь, однако мужчины решили не вмешиваться в поединок. Лишь когда один вышел победителем, они подошли ближе.
— Что здесь произошло?! — в недоумении спросил конвоир. — Что ты натворил?! Зачем?! Зачем ты убил его?!
Генрих ничего не отвечал. Сейчас его переполняла такая буря эмоций, что при всём желании он не смог бы произнести и слова. Вместо этого он стоял над телом убитого чародея, глубоко дышал, а на его лице красовалась безумная улыбка.
— Ты меня слышал? — сказал конвоир, и лесорубы подняли оружие. — Отвечай!
— Этот человек напал на нас, — сказала Катерина, встав перед толпой.
— Гаспар? Напал?! Быть такого не может!
— Вы так думаете? — сказал девушка и показала запястья, исцарапанные от каменных оков.
— Гаспар бы никогда не навредил человеку.
— А как хорошо вы его знаете? Он маг, алхимик, направлялся в деревню дабы излечить людей от болезни… Но что это говорит о нём? Человека он бы не тронул, но тех, чьи тела изувечены болезнью и ранами, он не считает более за людей. Он напал на моего друга, хотел изучить его раны, экспериментировать… Мы лишь защищались. Вы и сами всё видели.
— Коль вы так говорите, леди Катерина… — сказал конвоир.
Для лесорубов, которые пришли лишь на середину драки и пропустили её начало, слова девушки были убедительными. К тому же, за время их странствий Катерина не раз общалась с конвоиром и заслужила его доверие. Лесорубы опустили оружие.
— Я вам верю. Но ваш друг обязан сложить оружие до конца нашего пути.
— Большое вам спасибо, — сказала девушка.
— Коль это была необходимость, я не стану докладывать страже. Однако если меня спросят…
— Я всё понимаю. О большем я вас и не прошу.
— Хорошо, ребята. Позаботьтесь о теле. Кем бы он ни был, но он заслуживает на упокоение, — скомандовал командир.
Лесорубы занялись телом Гаспара. Его вещи решено было оставить и разделить меж всеми членами конвоя. Генрих же сдал всё своё оружие и сидел у телеги, когда к нему подошла Катерина.
— Спасибо, — тихо произнёс мужчина.
— Не знаю, что заставило тебя сделать это, но я верю, что он того заслужил, — сказала девушка.
— Заслужил, поверь.
У юной княгини не было никаких причин доверять Генриху. Они были едва знакомы, а рассказать ей всю правду он никак не мог. Но, тем не менее, она доверилась ему и отстояла его перед лесорубами. Это вызвало у убийцы уважение.

Глава 9 «Над горизонтом сгущаются тучи»


Прошло довольно много времени, и останки несчастного лесоруба уже начали разлагаться. Не побрезговали ими и лесные звери, так что от убитого мужчины осталось лишь истерзанное тело и голова. Солдаты, прибывшие на место происшествия, прочёсывали лес в поисках каких-либо следов. Над трупом стоял командир в прочном доспехе с гербом и дорогим мечом на поясе.
— Я не ожидал, что вы прибудете на место лично, князь, — говорил товарищ умершего, стоя позади широкоплечего мужчины со шрамом на глазу. — Чтобы ваша персона в столь тяжкий час тратила время на дела обычных людей…
— Избавь меня от этих формальностей! Говори, что видел, — приказал правитель.
— Мы с товарищем выехали в лес, чтобы заготовить дров для изгороди. Набрали полтелеги и уже собирались возвращаться. Я вернулся за топором, а он закреплял брёвна. Потом иду и вижу: какой-то мужчина схватил его и нож к горлу приставил. Весь чёрный такой, в бинтах…
— Меня интересует вовсе не он.
— Простите…? — в недоумении переспросил лесоруб.
— Ты сказал, с ним была женщина. Как она выглядела?
— Ну… короткие светлые волосы, в платье.
— И это всё? Значит, мужчину с перевязанным лицом ты разглядел, а стоящую рядом с ним женщину не сумел?!
— Так это, господин… страшно было.
— Моим людям ты сказал, что он называл её принцессой? Это точно?
— Точно! Я их слышал, словно вас сейчас.
— Понятно, — сказал князь и положил руку на рукоять меча. — А теперь скажи, ты об этом ещё кому-то рассказывал?
— Так ясно дело! Я как на хутор прибежал, так сразу всё старосте поведал. Мы портреты по всем ближайшим деревням разослали. Писарь молодец, хорошие портреты вышли.
— Ладно, можешь идти, — князь убрал руку с оружия и принял решение отпустить человека.
— Прошу, найдите этих негодяев, — сказал на прощание лесоруб и пошёл по направлению к своему хутору.
— Что вы успели найти? — спросил князь у своего подчинённого.
— Прошло много времени, сэр. Был дождь, следы уже успело смыть. Однако мы нашли это, — сказал солдат и показал обрывок ткани. — Застряло в кустарнике здесь неподалёку. Также в дне пути отсюда, в селении под названием Развилка, мы нашли украденную лошадь. Жители сказали, что видели их. Они присоединились к каравану, который вёз лес на запад.
— Замечательно, — сказал мужчина и улыбнулся. — Отправьте за ними княжеских гончих. Остальным же войскам приказ к мобилизации. Пусть гарнизон снимается с лагеря.
— Что делать с беглецами?
— Женщину, по возможности, взять живой. Мужчину в расход.
Тем временем на Развилке в таверну наведалось двое странных путников. Первой была девушка невысокого роста. У неё были короткие тёмно-коричневые волосы, которые едва доходили до ушей. Одета она была в довольно необычную одежду: лёгкие ботинки, широкие бежевые штаны с поясом, льняная рубашка и светлый вышитый разными нитями плащ. На тонкой цепочке висел меч с необычной гардой, на которой была скоба для указательного пальца.
— Скажите, мы ищем одного мужчину. Молодой, белые волосы, маг, — спросила девушка у трактирщика.
— А что он сделал? Украл девичье сердце, а затем без предупреждения исчез? — поинтересовался человек за стойкой.
— Нет, — холодно ответила девушка. — Вы его видели?
— В последнее время сюда много кто заглядывает, но такого я не видел.
Пока её напарница была занята делом, вторая девушка сидела за столом и выпивала. Несмотря на то, что она была выше и старше, родственные связи между ними были сразу видны. У неё были такие же карие глаза, схожие черты лица и тёмные волосы, заплетённые в заячий хвост. На этом их схожесть и заканчивалась. В отличие от своей скромной и сдержанной сестры, вторая была одета более вызывающе. Она носила более красивые туфли, чулки и короткую юбку. Под широким свисающим на плечах вышитым плащом виднелось нижнее бельё.
Из-за своей внешности, девица сразу собрала вокруг себя немаленькую компанию из местных мужчин, которые не пожалели денег на выпивку.
— Пей! Пей! Пей! — кричали мужчины, когда женщина разом выпивала целую бутылку.
— Хорошо пошла, — сказала незнакомка, выпив напиток до дна.
— Вот это да! За такое нужно выпить, — предложил пьяный мужчина и начал наполнять кружки.
— Ох, ребята, с вами, конечно, весело, но я всё-таки девушка, — сказала женщина, после чего они все вместе рассмеялись. — Ладно, давай ещё по одной, но мне нужно спешить.
— У тебя какое-то дело, красавица?
— Да. Мне нужно сделать что-то… что-то важное… — сказала гостья, щёки которой покрылись румянцем от выпивки.
— Скажи, откуда родом будешь? На местную ты не похожа, — спросил мужчина.
— У вас какие-то проблемы с гостями из других земель?
— С кем у нас только проблем нету. Лживое ворьё из Золотого царства, у которых всё уже от денег слиплось. Торгаши из Асторы, которые такую цену за свой порох ломят… Уроды из Вальдара, которых и хлебом не корми, дай только чужих земель захапать. А эти слащавые аристократишки из Вавилона? Все из себя такие правильные, гордые… В шею таких гнать надо!
— Да! — закричали остальные мужчины и подняли кружки.
— Но ты не волнуйся, подруга. Для таких красоток мы можем сделать и исключение, — сказал пьяница и навалился на девушку.
— Отстань, — возразила старшая и столкнула мужчину со стола на пол.
— Кстати, красавица, а что это за меч у тебя за спиной стоит? — спросил его товарищ и указал на странного вида клинок, стоящий у стены.
— А, это…
Девушка обернулась и посмотрела на свой меч. То было внушительных размеров двуручное орудие, полностью сделанное из металла. Его толстое изогнутое лезвие и литая перемотанная бурой тканью рукоять придавали клинку зловещий и устрашающий вид.
— Тебе не тяжело с такой громадиной на плече ходить?
— Брось! Ты посмотри на неё! Не такой он и тяжёлый. Коль женщина поднять его может, то мужик и подавно! — возразил третий пьяница.
— Правда? — ухмыльнулась девушка и встала из-за стола. — Что ж, мальчики, предлагаю небольшое пари.
Незнакомка взяла меч и вышла со всей компанией на улицу. Там она вонзила клинок в пень для колки дров и рассказала условия.
— Кто сможет поднять этот меч, с тем я познакомлюсь поближе, — сказала девушка и пробудила в мужчинах азарт.
Смельчаки брались за рукоять и пытались вынуть тяжёлый клинок из дерева. Однако один за другим все они терпели неудачу. Помимо огромного веса лезвие меча крепко встряло в пне, и вынуть его не представлялось возможным. Незнакомка, которая предложила пари, с весельем наблюдала за тем, как суровые мужчины в тщетных попытках ворочались у её меча.
— А ну разойдись! — скомандовал последний мужчина.
Здоровяк подошёл к клинку, сплюнул на руки и крепко взялся за рукоять. Расшатанный во время предыдущих попыток, клинок зашевелился. Приложив ещё усилий, мужчина всё же вырвал орудие и торжественно поднял его над головой.
— Ха! Как нечего делать! — гордо произнёс силач и вонзил меч в землю. — Ну что, красавица, когда начнём?
— Можем хоть сейчас, — сказала девушка.
Незнакомка подошла к своему клинку, взялась за рукоять и так же подняла его над головой. После этого она провертела орудие в руке и тяжёлым взмахом рассекла победителя пополам. Ошеломлённая толпа не сразу поняла, что произошло. Алая кровь залила землю и брызнула им в лицо. Сама же девушка стояла на месте, раскрыв рот от восторга.
— Ах ты, сука! — выкрикнул кто-то из толпы.
Стоило селянам едва дёрнуться, как следующим взмахом незнакомка так же легко рассекла и их. Окровавленные ошмётки разлетелись в разные стороны и прилипли к стенам.
На шум сбежались солдаты из гарнизона, которые прибыли в поселение по личному поручению князя Ольгерда. Воины не сразу поверили своим глазам, однако быстро пришли в себя. Двое лучников тут же натянули тетиву и прицелились в девушку с огромным мечом. Словно ветер мимо них пронеслась её напарница и отсекла им головы острым тонким клинком.
Солдаты тут же переключили своё внимание на нового противника. Набросившись небольшой группой, они рассчитывали зажать противника. Первому же смельчаку девушка вспорола живот. Второму, кто поднял на неё оружие, первым взмахом она отрубила руку, а вторым — голову. После этого она перевернула меч обратным хватом и со спины пронзила насквозь третьего противника. В этом один из солдат увидел хороший момент для атаки, но тут же поплатился за свою самоуверенность. Вынув лезвие из живота поверженного противника, девушка моментально отбила удар и поранила запястье воина. Тот упустил оружие, но умелая мечница тут же подхватила клинок второй рукой. Юноша погиб от своего же меча. Собственным же клинком девушка блокировала удар со спины. Развернувшись, она оттолкнула противника и вонзила меч его товарища тому прямо в глаз. Там она его и оставила. Шестой пехотинец с криком побежал в атаку. Аккуратным взмахом девушка перерезала тому горло, после чего подпрыгнула, оттолкнула тело ногой и приняла следующий удар.
Всё это время за углом здания скрывался ещё один солдат с арбалетом. От одного лишь вида крови у новобранца затряслись колени. Он слышал, как умирали его товарищи один за другим, а он трусливо прятался в стороне. Юноше не хотелось умирать, но моральные муки, на которые он сам себя обрёк, ещё сильнее разрывали его сердце. Подвести товарищей, бежать с поля боя, до конца жизни слыть трусом в глазах окружающих и самого себя… Нет! Не этого он хотел, идя на службу.
В конце концов он вышел из-за своего укрытия, но с ужасом осознал, что было поздно. Все его товарищи были мертвы и лежали на земле, а он остался последним из своего отряда.
— За Виол! — закричал парень и выстрелил.
Арбалетный болт полетел точно в голову мечницы, но так и не настиг своей цели. Доли секунды было достаточно, дабы девушка среагировала на атаку, отклонила голову и пронеслась мимо пехотинца. В следующее мгновение арбалет новобранца вместе с его кистями рухнул на землю. Парень посмотрел на свои руки, но осознание пришло не сразу. Лишь через несколько секунд невыносимая боль ударила ему в голову, и молодой парень закричал во всё горло. Однако его страдания были недолгими. Девушка тут же снесла ему голову.
— Это так ты понимаешь «не привлекать ненужного внимания»? — сказала девушка своей напарнице, которая всё это время наблюдала за боем.
— Да ладно тебе, сестрица, — ответила девушка с двуручным мечом и подошла ближе. — Ты тут кровью замазалась. Дай вытру.
— Ты пьяна! — возразила младшая и оттолкнула от себя руку. — Никогда не понимала, как ты можешь развлекаться с этим отродьем?
— Эти людишки не так уж и плохи. С ними можно хотя бы выпить, не то, что с тобой.
— Сплошной ветер в голове. Поэтому госпожа Арсия и назначила меня главной, — про себя произнесла младшая. — Ладно, пойдём. Скоро сюда прибудет подкрепление. А у нас задание.
— Эй, Мая…
— Ну что ещё?!
— Ты посмотри на это, — старшая сестра сорвала со стены плакат, на котором находился портрет разыскиваемого преступника.
— Генрих, — сказала Мая, увидев рисунок.
— Надо же, он ещё живой. И, похоже, где-то неподалёку.
— Мы ищем его долгие годы… — произнесла Мая и сжала кулак.
— В таком случае, быть может, изменим цель наших поисков? Ты ведь у нас главная. Решай.

— Генрих, что-то не так? — спросила Катерина у своего попутчика.
— Не знаю. Что-то предчувствие нехорошее, — задумчиво ответил наёмник.
— Похоже, дождь будет, — сказала девушка, всмотревшись на горизонт позади.
— Да, тучи сгущаются.

Глава 10 «Лекарство от боли»


Наконец, караван добрался до деревни. Конвоир остановил телеги далеко на окраине и начал дожидаться селян. Мужчина не стал заходить в само поселение из-за бушевавшей там болезни. Вскоре на дороге появилась группа людей, которые пришли за своими брёвнами.
— Где староста? — спросил конвоир, не увидев своего заказчика.
— Слёг от болезни, — сказал селянин, а затем сам осмотрел конвой. — А где чародей? Он должен был прибыть вместе с вами. Мы его ждём.
— Боюсь, с господином Гаспаром приключилась беда.
— Что?! — в недоумении спросил сельский мужчина.
Опечаленные жители переглянулись, а затем опустили головы. Они так долго ждали прибытия Гаспара, который единственный откликнулся на их просьбу. Он был их последней надеждой.
— Что ж, я… — не находил слов селянин, — я сообщу в деревне. Вот ваши деньги за лес.
Мужчина с грустью отдал кошель с деньгами, и его товарищи начали перегружать брёвна. Это была огромная утрата для людей, и глубоко в душе конвоир терзал себя за то, что не сумел доставить им мага.
— Эй, вы, — обратился он к Генриху и Катерине. — Помогите этим людям. Вы перед ними в долгу.
— Ох, ладно, — сказал Генрих, вскочил с телеги и помог мужчинам перегружать брёвна.
Затем путники отправились вместе с жителями в их деревню. Там наёмник помог выгрузить лес под деревянные настилы и завести лошадей обратно в стойла. Генрих никогда бы не ожидал от себя такой сострадательности, но именно из-за него эти люди не дождались своего лекаря. После окончания работы мужики развели костёр и приготовили небольшой ужин.
— Садись, ты ведь тоже нам помогал, — сказали один из них и пригласил путников.
— Эй! Что ты творишь? — возразил его друг. — Не видишь, что ли, не наши они.
— И что с того?
— А то, что с ними я есть не буду.
— И я… и я… — отозвались другие работники.
— Откуда тебе знать? — заступился житель и обратился к путникам. — Откуда родом и куда путь держите?
— Родом я с юга, но уже давно живу в Виоле, — ответила Катерина.
— С юга? — удивились мужчины. — Это откуда?
— Очень издалека.
— Ладно, женщина пусть садится, а мужчина постоит в стороне, — решили мужчины.
— Замечательно. Огромное вам спасибо за гостеприимство, — недовольно возмутился Генрих. — Конечно, я ведь всего-то пару десятков стволов перетащил. Чего мне там. Я постою.
Наёмник отошёл в сторону и присел на лавочку рядом с одним из домов. Мужчину очень обидело такое отношение к себе. Все народы не любили своих соседей, но в Виоле это было особенно ярко выражено.
— Пить хочешь? — спросил один из мужчин и подал Генриху кружку.
— Не откажусь, — ответил наёмник и выпил. — Эй! Это ведь обычная вода!
— Ну так, после работы самое то, — сказал селянин и присел рядом с незнакомцем. — Спасибо, что помог нам и… прости их. У нас чужеземцев не сильно жалуют.
— Я это уже заметил.
— К тому же все сейчас сами не свои. Кто друга из-за болезни потерял, кто жену и сына… Тяжело им сейчас.
— Скажите, как давно у вас эпидемия? — поинтересовалась Катерина у своих компаньонов.
— Чего…? — в недоумении спросили селянине, и девушка закатила глаза.
— Как давно люди болеют? — переспросила княгиня более понятным языком.
— А, это! Так уже полгода как. Начиналось всё незаметно. Эту заразу из леса грибники принесли. Сперва мы думали, что они поганками какими-то отравились. Выхаживали их, но лучше им не становилось. Потом заболели их семьи, а затем и соседи. Сейчас у нас половина деревни в кроватях лежит, а пятерых уже похоронить успели, — с грустью поведали мужчины.
— Неужели во всей округе нет ни одного знахаря?
— Так он был. Как-то раз он нашему старосте травы от простуды дал, а того так дрисня одолела, что три дня из хаты не выходил. Ну, мы того знатока к лошади привязали и в чистое поле пустили, — рассмеялись мужики, а Катерина тяжело вздохнула и склонила голову.
— Скажите, а насколько заразна эта болезнь? — поинтересовалась девушка.
— Ну… — задумались мужчины. — Тяжело так сказать, мы ведь не разбираемся. За первые пару дней близкие сразу заболевают, а вот те, кто за ними потом ухаживал, на здоровье не жаловались. Пока.
— Значит, заразно на первых этапах… Разрешите мне взглянуть на пострадавших?
Всех больных местные переселили на окраину деревни. Войдя в дом, открывалось печальное зрелище. Стоны доносились отовсюду. На выставленных в ряд кроватях лежали люди, корчившиеся от боли. Загадочная болезнь отбирала у жертв все силы, лишала возможности ходить и даже встать с кровати… Из-за этого в помещении стоял невыносимый смрад. Сиделки были вынуждены сами кормить больных. Всё, что могли эти люди — медленно дожидаться своего конца. Сразу при входе Катерина прикрыла нос платком и подошла к одному из больных.
— Мешки под глазами, как от недосыпания, тёмные подкожные пятна по всему телу, ужасная слабость… — говорила девушка, осматривая больного. — Есть ещё какие-либо симптомы?
— Сперва, больные жалуются на сухость во рту, — ответила сиделка. — Затем все говорят о сильной боли в костях.
— А кашель?
— Нет, такого не было.
— Странно… — задумчиво сказала Катерина и выпрямила спину. — Как же тогда они заражают остальных?
Девушка прошлась по комнате и бегло осмотрела каждого больного. И тут её взгляд упал на стакан с водой, стоящий на столике рядом с одним из заражённых.
— Вы говорили, что в первую очередь заболевают члены семьи и соседи.
— Всё верно, — ответил сопровождающий мужчина.
— Слюна.
— Что, простите?
— Болезнь передаётся через слюну на посуде, — сказала девушка. — Я знаю, что это.
Княгиня покинула дом с заражёнными и созвала всех жителей деревни. Люди с удивлением сошлись в центр деревни, дабы выслушать юную девушку. Вместе с ними вышел и староста, которого болезнь настигла не так давно. Мужчина всё ещё мог передвигаться, но лишь при помощи трости.
— Не томи, говори, зачем нас собрала, — заявил глава деревни.
— Я знаю, что за болезнь терзает вашу деревню, — сказала Катерина. — В первую очередь, не ешьте и не пейте с больными из одной посуды! Так вы хотя бы не заразитесь. Но, что самое главное, я знаю, как их излечить.
— Правда? — с недоверием отнеслись селяне к молодой лекарше. — И что же тебе нужно?
— Во-первых, мне понадобится большой казан с чистой проточной водой, — сказала княгиня, и пару человек тут же побежали за нужными вещами. — Также мне потребуются следующие травы: авран, бессмертник, артишок, желтушник, вороний глаз, аконит…
Пока девушка рассказывала, местные стояли, открыв рты, и совершенно не понимали, о чём она говорит. Катерина тяжело вздохнула и была вынуждена подробно описать каждое растение. Лишь после этого местные мужчины отправились в поля за необходимыми травами.
— Также мне понадобится пара бутылок крепкого алкоголя, — сказала девушка.
— Закуску принести? — поинтересовался староста.
— Это для лекарства! — вспылила княгиня. — Кретин…
К наступлению темноты силами селян были собраны все необходимые травы. Мужчины подвесили казан над огнём, и Катерина начала приготовление снадобья. Девушка делала всё по памяти, без заметок и рецептов. Она по очереди смешивала травы, добавляла спирт и доводила смесь до нужной консистенции. Это потребовало времени, но, тем не менее, всё было сделано верно. Самый сложный этап остался позади.
— Плавно перемешивайте. Жидкость должна оставаться однородной. Не давайте травам налипать на стенки котла, — сказала Катерина и вручила ложку одному из жителей.
— Вы не собираетесь этим заниматься? — возмущённо спросил селянин.
— Отвар нужно перемешивать всю ночь. Я и так сама изготовила вам лекарство, — ответила ему княгиня. — Так что, будьте так любезны, позаботьтесь хотя бы об этом!
— Леди Катерина, мы разогрели баню для вас, — сказала деревенская девушка.
— Замечательно, — с восторгом сказала дворянка. — Кстати, а где Генрих?
— Ваш попутчик? Он с моим братом. Боюсь, большинство домов занято больными, и нам негде вас разместить. Но я подготовила вам место в хлеву. Не волнуйтесь, мы всё убрали и постелили свежего сена.
— Ясно. Что ж, я пошла.
Жители растопили баню, и княгиня могла понежиться в горячей воде. Девушка изъявила желание наслаждаться в одиночестве. Местные девушки не стали с ней спорить.
Тем временем Генрих вместе со своим новым другом осматривал хлев, которому предстояло стать их местом для ночлега. За время знакомства мужчины слегка выпили, но оба крепко стояли на ногах.
— Я знаю, это не совсем хоромы, но… — сказал товарищ, почёсывая затылок, — моя сестра хорошо постаралась.
— Мне приходилось ночевать и в худших местах, — ответил Генрих. — Вот скажи, неужели во всей деревне не нашлось для нас места?
— Если честно, место-то есть. Вот только никто из жителей не захотел брать вас к себе. Против твоей подруги никто ничего не имеет, а вот ты со своими…
— Я всё понял, — обидчиво сказал Генрих и отвернулся.
— Прости…
— Мне не привыкать.
— Нет, Генрих, извини. Я не это хотел сказать, — ещё раз повторил селянин. — Кстати, а эта твоя знакомая… Она кем тебе приходится?
— Попутчица, — уверенно ответил наёмник.
— А ты не знаешь, её, случаем, никто там не ждём? Муж или кавалер какой?
— Поверь, это не та женщина, с которой бы тебе захотелось жить.
— О ком это вы говорите, мальчики? — раздался голос позади.
Когда мужчины обернули головы, то увидели Катерину, которая вошла в простом сельском сарафане и с мокрыми волосами.
— А где платье? — спросил Генрих.
— Я попросила постирать его. Мы больше недели провели в дороге. Оно изрядно испачкалось, — сказала девушка и осмотрела помещение. — Ладно…
Княгиня сгребла сено в кучу, выровняла его, постелила поверх дырявое покрывало и получила неплохую кровать. Генрих же был вынужден спать полусидя у входа в хлев. Так он мог быть уверен, что никто из посторонних не войдёт без его ведома. Также девушка попросила спровадить любого, кто посмеет её беспокоить.
На следующее утро отвар был полностью готов. Катерина разлила лекарство по стаканам и дала выпить каждому больному. Жители с недоверием относились и к девушке, и к её снадобью. Однако каково было их удивление, когда за считанные часы больные начали поправляться. Ноющая боль в костях прошла мгновенно. Некоторые даже смогли встать на ноги.
В честь такого события местные жители организовали настоящий праздник. Селяне зарезали несколько свиней, достали из погребов скромные запасы и развели костры. Этим вечером еда готовилась перед глазами людей, и те истекали слюнями. К новоприбывшим гостям тут же поменялось отношение. Мужчины без всяких опасений звали Генриха в свою компанию. Вчера наёмник сдерживался, однако сегодня он мог себе позволить выпить по-настоящему.
— Я говорил, что Генрих хороший мужик! — высказывал своё мнение товарищ.
— Так кто же спорил? — возразил соседний мужчина. — Мы ведь все заняты были. Заняты, говорю!
— Чего ты орёшь? Все тебя слышат.
— Да? Но ладно. Генрих, ты ведь на нас не злишься?
— Нет, конечно, нет, — сказал наёмник, хотя на самом деле ему страшно хотелось ударить этого мужчину в морду.
— Кстати, а что там случилось с тем магом? Как его там было-то… Гильом? Гарри? Гаспар? Говорят, его грохнули. Это правда?
— И откуда такие слухи? — поинтересовался убийца.
— Один мой товарищ, который доски грузил, сказал своей сестре, та сказала моей жене, а она сказала мне, что кто-то из конвоя говорил, что его грохнули.
— Твой товарищ, сестра или жена там были? — спросил Генрих.
— Нет.
— Вот и не говори всякую чушь. Дерево на него упало и пришибло насмерть.
— Пришибло? Мага? Они разве не крепче, чем обычные люди?
— Так ствол какой был. Тут любой кони бы двинул, — поведал наёмник.
— Всемилостивая Богиня… Выпьем же за мужика, — сказал селянин и наполнил кружки.
— А я, если честно, рад, что он не приехал, — сказал товарищ. — Молодая красивая девушка куда лучше старого дряхлого мага. О, Генрих! А где Катерина? Что-то её не видно.
— Я очень сомневаюсь, что она придёт. Подобные гуляния не для неё.
— Это почему же? — спросила Катерина и присела у костра рядом с мужчинами. — Что это вы пьёте?
— Это вино ещё мой дед у одного торговца увёл. Всё в погребе лежало для особого случая. Вот я и решил, что это тот самый случай, — поведал товарищ Генриха.
— Правда? — спросила Катерина и осмотрела бутылку. — Налейте и мне.
— Ого! — удивились мужчины, но больше всего поразился Генрих.
К этому моменту гостям подали свинину в меду, пряники и свежие фрукты. Пусть юная княгиня и присоединилась к празднеству, но вела она себя достаточно сдержано. Пила вино размеренно, небольшими глотками, как и подобает при княжеском дворе. Вскоре по деревне пронеслись заводные звуки флейты. Молодые парни и девушки бросились в пляс. Друг Генриха не раз пытался пригласить понравившуюся ему княгиню, но та из разу в раз ему отказывала. В конечном итоге мужчина напился и в слезах покинул компанию, оставив Генриха и Катерину наедине.
— А ты жестока, — сказал наёмник.
— Меня не интересуют такие мужчины, — гордо ответила девушка без всякого чувства вины.
— Боюсь спросить, а кто же тебя интересует?
— Ты таких не знаешь, — ухмыльнулась княгиня и продолжила пить.
— Ну что, голубки, воркуете? — спросил староста с тростью, подойдя к попутчикам.
— Вам едва лучше стало, а вы уже пьёте? — возмутилась Катерина.
— Не волнуйся, учёная, у меня своя бутылка, — ответил ей мужчина.
— Я не об этом. Поберегли бы своё здоровье, а то надорвётесь.
— За это не волнуйся. После твоего замечательного взвара я словно вновь молодым себя почувствовал. Даже колено и то перестало болеть.
— Рада слышать, что вам лучше, — сказала Катерина, сделала глоток вина и продолжила. — А теперь касательно нашей награды. Завтра мы отправляемся в путь. Мне необходимо двое коней, припасы и немного денег в дорогу.
— За спасение нашей деревни, всё, что пожелаете, госпожа учёная, — согласился довольный староста и поклонился. — Скажите, а что всё-таки за беда такая с нами приключилась?
— Если я скажу название этой болезни, вам это что-то даст? — спросила девушка, но староста не понял её сарказма. — Она называется чёрная пема. Это весьма редкое заболевание. Подхватить его можно лишь съев грибы, покрытые чёрной слизью. На будущее. Просто помыть их не поможет.
— Да за такое я бы этих грибников на дереве подвесил, вот только они все померли, — сказал староста и потёр затылок. — Ладно, спасибо вам ещё раз, госпожа учёная. А теперь прошу меня простить…
— Не думал, что ты в подобном разбираешься, — сказал Генрих.
— Всему, что я знаю, мне поведал учитель.
— Должно быть, это очень умный человек.
— Мудрейший из всех, кого я знаю, — с уважением произнесла девушка.
— А эта чёрная пема… Похоже, очень серьёзное заболевание.
— Да, неизлечимое.
— Что? Но ведь эти люди…
— Я приготовила для них обезболивающее. Оно лишь снимает симптомы.
— Они считают, что ты спасла их. Как ты можешь о таком говорить?
— Нам были нужны средства. Эти люди всё равно обречены, я лишь облегчила их страдания. Когда они всё поймут, мы будем уже очень далеко. К тому же они сами виноваты в собственных страданиях.
— А ты жестока… — сказал Генрих и улыбнулся, будучи впечатлённым хитростью своей напарницы. — Что ж, за ум и расчётливость моей напарницы, — путники ударили кружками и продолжили наслаждаться праздником.

Глава 11 «Тёмные призраки прошлого»


Прохладным весенним днём у ворот небольшого дома на окраине остановился мужчина. Он был уже не молод и присел, чтобы перевести дух с дальней дороги. В руках он держал причудливый железный посох, на плечах свисал тёмный плащ с капюшоном. Под ним же путник носил достаточно скромную, чтобы не выделяться из толпы, но и достаточно дорогую одежду, дабы её мог позволить себе обычный человек.
Путник присел на лавочку у невысокого каменного забора и даже немного придремал. Так он просидел немногим более десяти минут, как у ворот появился хозяин дома. То был крепко сложенный среднего роста мужчина возрастом около тридцати лет. У него были короткие густые чёрные волосы. Так стригли их воины, дабы легче было носить шлем.
— Могу я узнать, что вы здесь делаете? — спросил хозяин у странника.
— Прошу прощения, я скоро ухожу. Дайте лишь немного передохнуть.
— Долго идёшь?
— Да. Когда холм переезжал, упряжь порвалась, а все кони разбежались.
— Это за тем перевалом? — поинтересовался хозяин и указал далеко вдаль.
— Да, — ответил путник. — Но я скоро ухожу.
— Пойдём в дом.
— Что, простите? — удивился странник.
— Ты давно в дороге, должно быть, устал. Пойдём в дом. Немного отдохнёшь, а завтра снова отправишься в дорогу.
— Большое спасибо, — признательно произнёс путник. — Как вас зовут?
— Генрих, — приветливо произнёс хозяин и подал незнакомцу руку.
— Максимилиан Валериус, — гордо ответил странник и пожал руку.
Мужчина завёл незнакомца в дом. Там гостя сразу посадили за стол, и жена Генриха подала тарелку уже остывшей каши, которая осталась с завтрака. Женщина была на пять лет младше своего мужа. Особо выдающейся внешностью она не выделялась, однако Генрих с восторгом наблюдал за своей супругой. Девушкой она более десяти раз отвергала ухаживания молодого солдата, но всё же мужчина добился своего. Именно за это он её и ценил.
— Спасибо, Белла, — сказал Генрих, и женщина присела с ними за один стол.
— Крайне признателен, — поблагодарил хозяев голодный путник.
— Скажите, Максим, вы ведь маг? — спросил Генрих, переведя взгляд на посох странника.
— Не все маги носят с собой посох. Но вы правы, я маг.
— Очень интересно, — сказала женщина. — Мой дед тоже был магом. А чем занимаетесь вы?
— В частности, магия земли, — ответил Максим.
— Ого! Какая штука…
Пока маг был занят едой, маленькая девочка подняла его посох и начала махать им над головой. Генрих тут же отобрал у ребёнка вещь, посадил к себе на колени и присел вместе с ней за стол.
— Зоя, сколько раз тебе повторять, что чужие вещи брать нельзя? — строго возразил мужчина.
— Прости, папа, — виновато произнесла девочка.
— А-то придёт бычок и… — сказал Генрих и начал щекотать девочку.
— Папа! Перестань!
— Ой, я забыл вас представить. Это моя жена Белла и дочь Зоя.
— Очень приятно. Максимилиан Валлериус, — поприветствовал маг.
— Коль вы уже поели, позвольте показать вам ваше место на ночь, — девушка провела мужчину в гостиную и остановилась перед камином.
— А где кровать? — поинтересовался гость.
— Простелите себе одеяло. Заодно будете подбрасывать дров в огонь. О, кстати, если хотите спать в тепле — этих дров придётся наколоть, — сказала женщина и пошла заниматься своими делами.
— Да… так я ещё ни у кого не останавливался, — сказал Максимилиан и потёр лоб.
— Моя жена — суровый человек, — смеясь, произнёс Генрих. — Пойдём, я дам тебе топор.
Пока маг занимался колкой дров, Генрих взял косу и начал работу на своём участке. Максиму работа далась легко. Несмотря на свой возраст, в его теле по-прежнему было много сил.
— Скажите, а вы, правда, колдун? — спросила девочка у мага, который завершил работу.
— Да, правда.
— Ура! А вы можете показать что-то? Сколдуйте что-то! Пожалуйста! Пожалуйста!
— Коль ты так просишь…
Максим поднял с земли горсть глины и поднёс над ней руку. Земля приняла форму рыцаря с мечом и мгновенно затвердела.
— Держи, дарю, — сказал маг и отдал девочке фигурку.
— Ух ты! Похож на нашего папу, — с восторгом произнесла Зоя. — Мама, смотри, что мне дядя Максим подарил!
— Какая красота. А теперь иди, поиграй где-то, не мешай дяде работать, — сказала Белла.
— Так всё уже готово.
— Правда? В таком случае немного отдохните, а я поднесу ещё.
— А… — не находил слов волшебник.
— Коль хотите поесть и остаться у нас на ночлег, придётся поработать, — холодно ответила ему женщина.
Максим склонил голову, и был вынужден продолжить работу. К вечеру мужчина наколол дров не только на эту ночь, но и ещё на пару недель вперёд. В этот момент маг был уже не рад, что решил воспользоваться гостеприимством хозяев этого дома. Он начал думать, что было бы куда проще провести очередную ночь в какой-то посадке.
— Как работается? — спросил Генрих у мага, который присел у крыльца и вытирал пот.
— Устал…
— Максим, у меня к вам ещё одно дело… — Генрих провёл мага на свой участок к тому месту, где лежал большой валун. — Собственно, вот она моя проблема. Этот булыжник каждый год мешает мне вспахивать поле. Я бы убрал его, но для меня он слишком тяжёлый, а соседей поблизости нет. Вы говорили, что повелеваете землёй. Не могли бы вы с этим помочь?
— Хм… Валун большой, но это не проблема. Покажите, куда его перенести, и отойдите подальше.
Максим сосредоточился и выставил посох перед собой. Камень затрясся и медленно поднялся над землёй. Не сбавляя концентрации, маг пошёл вперёд, передвигая валун по воздуху. Медленными шагами он подвёл его к тому месту, которое указал Генрих. Разведя руками, мужчина развеял заклинание, и камень тут же рухнул на землю.
— Ого, впечатляет, — сказал Генрих и присел на булыжник. — Такую глыбу поднять… Магия действительно очень полезная вещь.
— А вы, Генрих? Не умеете колдовать? — неожиданно задал вопрос Максим, осматривая мужчину.
— Куда там. Я только мечом орудовать умею. Но это тоже неплохое умение. Эту землю мне выдали, как капитану отряда. Неплохой участок, только от города далеко. Зое не с кем и поиграть, да и в город ездить долго. Одним словом, земля так себе, но зато своя. Вот ещё и от валуна избавились.
— А в роду у вас, случаем, магов не было? — продолжил разговор Максим на свою тему.
— Нет. Вообще никого, даже близко. Я о магах только из рассказов знаю и от Беллы.
— Интересно… — про себя произнёс чародей и ещё больше задумался.
— Чего там интересного? Ни огненный шар создать, ни пронзительный холод… скука.
— Магия не такая редкая вещь, как вы думаете. Опытные чародеи встречаются не часто, однако многие люди в той или иной степени владеют ею. А вот те, у кого в роду не было ни одного мага, действительно невероятно редкое явление.
— Ну, спасибо. Наверное, — сказал Генрих, не понимая, к чему клонит его собеседник. — Ладно, пойдём. Белла уже должна была приготовить ужин. Сегодня у нас поросёнок с яблоками. Моё любимое.
Максим провёл в доме ночь, а на следующее утро отправился в дорогу. Хозяева проводили мага, не ожидая, что через неделю он вновь вернётся к ним в дом. Вернётся и не один…
Пламя пожирало сельский дом, от которого остались лишь руины. Генрих, поднявший меч за свою семью, не мог ничего противопоставить могущественным магам. Воина быстро обезоружили и взяли в свои объятья големы. Беллу и Зою, которые пытались бежать, настигли каменные змеи и приволокли обратно. Каменные твари с рубиновыми глазами кружили вокруг своих жертв, не давая тем шансов на бегство. Мать прижала ребёнка в груди и прикрывала ей глаза, не зная, что произойдёт дальше.
— Мама, мне страшно, — в слезах говорила девочка.
— Тише, дорогая. Всё будет хорошо. Я рядом. У нас всё будет хорошо, — успокаивала её Белла, сама не веря в эти слова.
Наблюдала за этим женщина, одетая в красное платье. На голове у неё была тиара, а на руках — стальные перчатки. У неё были длинные седые волосы, но молодое лицо. Генрих же изо всех сил пытался вырваться и дать магам бой, но безуспешно.
— Уроды! Падонки! Я вам кишки выпущу! Всех перебью! — во весь голос кричал мужчина.
— Это он? — спросила женщина.
— Да, госпожа, — ответил ей Максим.
Колдунья подошла ближе и схватила лицо Генриха. Острые железные когти на перчатках впились в кожу мужчины, и по щеке потекла кровь. Холодными красными глазами женщина осмотрела кандидата. В этот момент мужчина почувствовал нечто странное. Будто что-то проникло в него, добралось до самых глубин его души и осматривало его изнутри. Ужасное чувство страха и беспомощности поглотило мужчину. Он не мог ни пошевелиться, ни даже моргнуть, а воздух приобрёл дурманящий привкус крови.
— Генрих, значит… — задумалась чародейка и ухмыльнулась. — Думаю, ты нам подойдёшь.
— Сука! Тварь! — закричал воин, когда колдунья отпустила его лицо. — Я вас всех перережу! Ни одного не оставлю!
— Спокойней, человек. Ты нам нужен целый.
— Да я скорее сам себе глотку перегрызу, чем с вами куда-то пойду! — гневно кричал воин.
— Правда? Как жаль, — наигранно произнесла чародейка. — Быть может, ты передумаешь.
Стоило волшебнице произнести эти слова, как огромные каменные змеи опутали мать с ребёнком и медленно начали их душить.
— Генрих… — задыхаясь, произнесла Белла.
— Только попробуй их тронуть! — закричал мужчина, наблюдая за страданиями своей семьи.
— Начнём, сначала, с женщины. Я прикажу переломать ей все кости и вспороть живот. Долго она не проживёт, но зато как мучительно. Девочка же сможет наблюдать, как из истерзанного тела её мамаши вытекает жизнь капля за каплей, — говорила безжалостная чародейка. — После мои питомцы займутся ребёнком. Медленно отгрызут ей руки, а затем и ноги. Она не умрёт, сразу. Будет лишь лежать на земле, истекать кровью… медленно страдать на глазах своего дорогого папочки, который не сумел их защитить.
— Хватит! — вскрикнул Генрих и покорно склонил голову. — Что тебе нужно?
Колдунья взмахнула рукой, и змеи ослабили хватку. Теперь Белла и Зоя могли дышать, но по-прежнему находились в оковах каменных гадов.
— Мне нужен ты, Генрих, — произнесла чародейка. — Ты пойдёшь с нами. Твоё тело и дух будут служить нам. Если, разумеется, выживешь.
— А моя семья?
— Останутся живы. Но вы никогда больше не увидитесь.
— Я… я согласен. Лишь отпусти их.
— Очень хорошо, — сказала чародейка и приказала змеям отпустить своих жертв.
Волшебница вместе со своими подручными забрала Генриха и повела прочь от его дома. Мужчина обернулся и мог лишь сопроводить взглядом своих жену и дочь. Маленькая девочка вырывалась из рук и звала своего папу. Белла же сидела на земле и плакала. Такими он их видел в последний раз. Сердце Генриха разрывалось от боли, но лишь так он мог их спасти.
Следующее, что он помнил, это круглый зал. Его положили на один из пяти каменных столов и приковали железными кандалами. Чародейка подошла к одной из своих жертв и протянула руку, над которой парил небольшой красный рубин.
— Отныне называй меня госпожа Арсия…

Наёмник проснулся, тяжело дыша. Неприятные воспоминания засоряли голову, и понадобилось время, дабы он пришёл в себя. Лишь осмотревшись по сторонам, Генрих убедился, где он находится и немного успокоился.
Раннее утреннее солнце пробивалось сквозь щели и слепило глаза. На улице бегали и шумели дети, а петухи запоздало оповещали о наступлении утра. На плече мирно спала Катерина, которая устала от вчерашнего празднества. Неожиданно, после удручающих кошмаров, на сердце мужчины стало так тепло… Он решил не будить девушку и продолжил лежать на куче сена. Вся тревога постепенно покинула разум наёмника, и он вновь зажил сегодняшним днём.
Через пару часов путники уже запрягали лошадей и готовились к отбытию. Селяне приготовили им в дорогу немного припасов и щедро наградили деньгами. Кошель под свою опеку взяла Катерина.
— Не знаю, как мы теперь без вас, госпожа учёная, — говорил староста на прощание.
— Просто не забывайте давать больным этот отвар.
— Это его ещё приготовить нужно…
— Я подробно описала весь процесс. Вы ведь умеете читать?
— Ну, вы уж совсем плохого мнения о нас, госпожа учёная, — сказал староста. — Что ж, удачного вам пути.
Путники покинули деревню под восторженные прощания благодарных селян. Отъехав от деревни на несколько метров, Катерина заговорила с Генрихом.
— Тебе что-то снилось? — неожиданно спросила девушка.
— С чего ты это взяла?
— Ты кричал этой ночью. Кто такая Арсия?
— Человек, с которым ты бы никогда не захотела встречаться, — тихо ответил Генрих. — А теперь давай не будем об этом.
— Хорошо, — сказала девушка, понимая, что её компаньон не желает говорить на эту тему.

Глава 12 «Убийца против Охотника»


Путники провели несколько дней в дороге. Деревня осталась далеко позади, а припасы постепенно начали заканчиваться. Дабы разнообразить рацион и сберечь немного продуктов, Генрих пару раз оставлял девушку и уходил в лес. Однако наибольшее, что ему удавалось добыть, это несколько горстей ягод и парочку лесных орехов. Катерина, между тем, была не слишком требовательна к еде. К тому же наёмник обратил внимание, что девушка почти никогда не ест.
— Хлеба хочешь? — спросил Генрих, поравнявшись на лошади с девушкой. — Немного зачерствел и им скоро гвозди можно будет забивать, но лучше съесть сейчас.
— Спасибо, я не голодна, — коротко ответила она.
— Что с тобой такое? Ты почти не ешь с тех пор, как мы покинули деревню, — упрекнул её наёмник.
— Тебя это так заботит?
— Да. Если ты упадёшь в обморок от голода, мне придётся тебя на себе тащить. А мне бы этого не хотелось.
— Моё королевство разрушено, позади армия Вальдара, а впереди граница с Золотым царством, которую нужно пересечь… Так что нет, Генрих, я не хочу есть! — взволнованно произнесла княгиня.
— Как хочешь, — сказал наёмник, надкусил буханку и сразу же выплюнул кусок. — Тьфу, похоже, испортился. Но ничего, из него выйдут отличные сухари.
К наступлению сумерек странники добрались до глубокого ущелья. Далее они должны были пересечь его по мосту, однако того там не оказалось.
— Возможно, мы сбились с пути? — предположила девушка.
Генрих слез с лошади и подошёл к краю обрыва. За долгие годы своего существования река вымыла породу и образовала глубокий обрыв, на дне которого виднелись деревянные обломки моста.
— Нет, мы на месте, — произнёс наёмник.
Пока солнечные лучи окончательно не скрылись за горизонтом, Генрих достал из сумки карту, так любезно предоставленную им жителями. Исходя из обозначений, они находились на вершине раскидистого холма, а расщелина пересекала его строго пополам.
— Похоже, другого пути нет. Придётся спуститься к подножью и уже там пересечь реку, — сказал мужчина.
— Но это ещё один день пути.
— Да, но здесь ничего не попишешь. Я не плотник и новый мост не построю.
— А лошади такую пропасть точно не перепрыгнут.
— В таком случае предлагаю не терять времени и сразу отправляться, — сказал Генрих, свернув карту. — У нас есть ещё пара часов, пока солнце полностью не скроется.
— Может, уже завтра? Я устала. К тому же, утро вечера мудренее, — сказала девушка и громко зевнула.
— Как хочешь. Я соберу дров.
Менее чем за час лагерь был готов. Генрих развёл огонь и поджарил на нём зачерствевший хлеб. Катерина же смяла походную сумку, подложила её под голову и быстро заснула. Уже через пару секунд она неподвижно лежала и мирно посапывала. Наёмник же сидел молча и не спускал глаз со своей спутницы. Глубоко в душе он задавался вопросом о том, что произойдёт, когда их путешествие подойдёт к концу. Что случится с ней после этого? Увидятся ли они когда-нибудь? В эти моменты он даже не думал о столь желанной награде, которую пообещал ему загадочный заказчик.
— Надо же… А я успел к тебе привязаться, — сказал про себя Генрих. — Сопровождать живых, похоже, не так уж и плохо.
Мужчина снял с огня порезанный хлеб и немного перекусил. В этот момент к нему подошла его лошадь и громко фыркнула, уставившись на испечённые сухари.
— Тише, а то разбудишь. Вот, держи, — шёпотом произнёс наёмник и поделился ужином со скакуном. — Как считаешь, может мне её ещё несколько лишних деньков туда-сюда поводить? — лошадь ничего не ответила, а лишь жевала сухари. — Ты права. Нужно побыстрее от неё избавиться, а то ещё немного и я не захочу её отпускать.
Генрих сопроводил взглядом последние лучи уходящего солнца и так же прилёг у огня. Ночь была такой тихой и спокойной, что сон пришёл практически мгновенно.
Прошло несколько часов, и тлеющие угли в костре начали остывать. Под тёмным покровом ночи некто бесшумно прошёл по дороге мимо спящих путников. Лошади встрепенулись, но стоило неизвестному направить на них взгляд, как животные тут же успокоились и не издали ни звука. Подойдя к обрыву, он вознёс над ним руку. Руны на его наруче засияли, и со дна поднялось облако пыли.
Следующее утро выдалось довольно прохладным. Генрих и Катерина проснулись рано, но хорошо выспались. Девушка собрала все вещи и снарядила лошадей. Наёмник же скрыл все следы их лагеря, собрал оставшийся мусор и направился к ущелью, чтобы сбросить его в пропасть. Однако от увиденного он выронил из рук все вещи.
— Генрих, ты чего? — перед путниками был всё тот же широкий обрыв, однако сейчас через него вёл новый деревянный мост. — Ты тогда пошутил про плотника?
— Я здесь не причём, — в недоумении ответил Генрих.
— Выглядит прочным, — сказала Катерина, выйдя на край постройки и постучав ногой по доскам. — Ни грязи, ни трещин… Он совершенно новый.
— Но как такое возможно?! Вечером его здесь не было.
— Этого я не знаю. Однако путь теперь свободен.
Спустя пару часов к этому же месту подошли двое девушек. Старшая сестра слезла с коня и присела под деревом, чтобы попить воды. Мая же осмотрела окрестности и нашла присыпанные землёй истлевшие угли.
— Похоже, староста не обманул. Они точно здесь были.
— Странный мужик. Ты ему палец отрубила, а старику хоть бы хны, — сказала старшая, сделав пару глотков. — Может, стоило их убить?
— Не собираюсь я тратить время на это людское отребье. К тому же след из крови привлечёт гораздо больше внимания, чем несколько перепуганных селян.
— Тебе решать, ты ведь главная.
— Дай-ка и мне глотнуть, — попросила Мая, но стоило ей поднести флягу, как в нос ударил резкий запах спирта. — Это ведь не вода!
— Я знаю, — сказала старшая сестра и ухмыльнулась.
— Ладно, если поторопимся, нагоним их через несколько часов, — девушки оседлали лошадей и пересекли мост.
***

— Ты уверен, что мы поступили верно? — спросила Катерина, остановившись к середине дня на обед.
— Я не доверяю мостам, которые появляются сами по себе, — ответил наёмник, привязывая лошадь к дереву. — До конца дня обогнём холм и направимся дальше.
— Я разведу огонь, а ты не забудь стреножить лошадей.
— Чего…?
— Ноги им перевяжи, чтобы не убежали, — разъяснила девушка.
— Я крепко их привязал.
— Генрих, пожалуйста, сделай так, как я прошу.
— Ладно, ладно. Сделаю.
Девушка отправилась собирать хворост, а наёмник остался заниматься лошадьми. Однако мужчина не собирался выполнять требования княгини. Он просто ещё раз затянул узел.
— И смотри мне, никуда не убегать! — сказал наёмник лошади, и та фыркнула в ответ. — То-то же.
Пока Катерина была занята розжигом огня, её попутчик подошёл к реке и набрал котелок воды. Их оставшихся продуктов было достаточно, чтобы сварить неплохую похлёбку. Обед проходил молча. Генрих как всегда отвернулся от девушки и освободил от марли рот, дабы положить в него ложку горячей юшки. Доев свою порцию до половины, мужчина отставил тарелку и встал со своего места.
— Мне нужно отлить, — сказал наёмник и направился в кусты.
— Мне было просто необходимо это знать! — возмутилась Катерина.
Отойдя достаточно далеко, наёмник спустил штаны. Далее ему предстояло разбинтовать поясницу, что занимало немало времени. В этот момент он услышал странный шорох неподалёку. Подняв глаза, Генрих увидел чей-то силуэт, который, не скрываясь, шнырял по кустам, а затем затерялся в листве. Наёмник тут же надел штаны обратно и поспешил к лагерю. Тем временем пара лазутчиков вернулась к командиру княжеских егерей, группа которого заняла позицию на возвышенности.
— Всё в порядке, сэр. Они остановились точно там, где вы и предполагали, — доложил лазутчик.
— Конечно. Куда им было идти, коль мы единственный мост разрушили? — удовлетворительно произнёс командир. — Вас не заметили?
— Нет.
— Хорошо. Тогда начинаем! — произнёс командир и дал отмашку лучникам.

— Нужно уходить! Быстро! — крикнул Генрих.
— Что-то случилось? — в недоумении переспросила девушка, когда её напарник в спешке вернулся обратно.
— Мы здесь не одни!
В этот самый момент в дерево поблизости влетела стрела с небольшим свёртком пороха на конце. Когда фитиль догорел, раздался сильный хлопок. Такой взрыв едва ли мог кому-то навредить, однако его предназначение было не в этом. Испугавшись хлопка, лошади сорвались с места, и не остановила их даже обмотанная у дерева верёвка.
— Ты перевязал им ноги?! — недовольно фыркнула Катерина.
— Не сейчас! — сказал Генрих и поднял своё оружие. — Оставайся здесь и не двигайся. Это засада!
— Но ведь…
— Слушай, что я тебе говорю! — крикнул наёмник и скрылся в кустах.
Генрих выбирал самые заросшие пути, однако даже это не обеспечило ему незаметности. В листья тут же влетела стрела и пронеслась в сантиметрах от головы Генриха.
— Первого нашёл, — произнёс наёмник.
Через несколько секунд последовал второй выстрел. Лучник целился точно туда, где шевелились листья. Однако сам наёмник остался на месте и тряс за соседнюю ветку. Когда вторая стрела встряла в землю, убийца покинул укрытия и помчал к лучнику пока тот не успел натянуть тетиву. Противник укрылся на возвышенности, но это не было проблемой для Генриха.
Вдруг со стороны мимо наёмника пронеслась ещё одна стрела, а затем и ещё. Мужчина едва успел среагировать и бросился к укрытию. Охотники заранее заняли позиции и прикрывали друг друга. Было необходимо спрятаться и обдумать свои действия. В поле зрения оказалось достаточно широкое дерево, однако в следующую же секунду на земле возник капкан. Мужчина перепрыгнул ловушку и спрятался за ствол, в который встряло три стрелы.
Теперь лучники знали, где он, и не позволят ему высунуть головы. К тому же хитрые ловцы поставили капканы на все пути отступления. Как ни крути, но положение наёмника было плачевно.
— Ладно, ребята, сейчас посмотрим, кто кого, — сказал Генрих и достал из подсумка дымовую шашку.
Справа от дерева тут же разрослось непроглядное облако, на котором сконцентрировали своё внимание лучники. Самый нетерпеливый выпустил стрелу с шансом попасть, двое других ожидали появление противника. Однако сам Генрих даже не вошёл в это облако. Он остался сидеть за деревом и, когда противники перевели взгляд куда ему нужно, мужчина выпрыгнул из-за укрытия и побежал напрямую к своей цели.
Одинокий лучник даже не успел понять, откуда он появился, прежде чем умереть. После этого мужчина спрыгнул вниз и съехал по отвесному склону. Впереди показался ещё один капкан. Генрих метнул в механизм стальную иглу и активировал его заранее. Тут же он проник на позицию вторых лучников. Метнув первый нож, он перерезал тетиву лука, не дав противнику выстрелить, а второй — уже в горло. Затем он обхватил тело парня и прикрылся им от летящей стрелы. Его напарник, который занял позицию повыше, начал спешно перебирать стрелы в колчане, но из-за спешки они выскальзывали из пальцев. В конечном итоге, он бросил оружие, и снял с пояса охотничий нож.
Генрих же, который не стал подбирать свои ножи, вступил с ним в бой с одними лишь кулаками. Сперва мужчина увернулся от пары ударов, затем вывернул охотнику кисть, заломал её за спину, а свободной рукой свернул шею. После этого он спустился за своим оружием, прилёг на землю и уже оттуда определил ещё две позиции охотников. Те, по какой-то причине, всё ещё его не заметили. В таком случае мужчина решил воспользоваться преимуществом и бросился вперёд.
— Какого…? — в недоумении произнёс мужчина, поднявшись выше на холм.
Эти егеря были уже мертвы. На телах мужчин были немногочисленные колотые раны, а одному свернули шею. Все умерли быстро, но без участия Генриха.
— Сэр, наёмник напал на людей на западном склоне, — доложил один из лазутчиков.
— Замечательно. Спускайте собак!
Охотник дал гончим понюхать переданный им обрывок платья, после чего спустил с поводка. Выдрессированные псы тут же почуяли запах и спустились вниз по склону. Катерина же всё это время сидела в лагере и ждала Генриха. Вдруг кусты рядом зашевелились. Однако вместо наёмника оттуда бросились разъярённые псы с раскрытыми пастями. Девушка не на секунду не заколебалась и даже не отступила назад. Достав из рукава необычный клинок, она взмахнула им перед собой.
— Катерина? — произнёс Генрих, услышав собачий визг со стороны их лагеря.
В этот момент мужчина потерял бдительность и задел ногой тонкую леску. Один её конец был привязан к дереву, а второй — к запалу бомбы. Однако подобные ловушки были ненадёжны, и в этот раз возгорание не произошло. Сегодня судьба была на стороне Генриха.
— Фух, — тяжело вздохнул наёмник, подобрал бомбу и продолжил взбираться вверх по склону.
Спрятавшись в кустах, убийца мог наблюдать командира охотников в окружении двух подчинённых. Один из них стоял с подзорной трубой и пытался что-то разглядеть.
— Ты ведь сказал, что они тебя не заметили! — вспылил командир.
— Так и есть, сэр. Я был далеко от их лагеря, они просто не могли меня увидеть! — оправдывался лазутчик.
— Что там творится на северном склоне?! Почему никто не стреляет?!
— Я не знаю, сэр. Я не могу разглядеть наших людей, — говорил второй помощник.
Этот разговор весьма заинтересовал Генриха, однако в ту же секунду его заметили. Мужчина выскочил из укрытия и метнул ножи в стоящих от него по сторонам лазутчиков. Командир же, который не ожидал, что кто-то сможет добраться до него, не был готов к бою. Он поднял арбалет, но, когда он его всё-таки зарядил, Генрих был слишком близко. Убийца повалил жертву на землю, выхватил арбалет и прижал его к горлу. Через несколько секунд он задушил мужчину и покончил с охотником. Рассмотрев оружие, он решил взять его с собой, и спустился вниз к лагерю.
На месте он застал с десяток убитых гончих, а в центре поляны стояла Катерина со странным клинком в руке. Внешне это оружие в точности повторяло продолговатое стальное перо длинной с обычный короткий меч.
— Всё в порядке? — спросила девушка.
— Вообще-то, это я должен говорить, — сказал наёмник, осматривая убитых животных. — Что здесь произошло?
— Они спустили собак, пришлось обороняться.
— С тобой всё в порядке? На тебе кровь.
— Это от них. Они меня не задели, не волнуйся.
— Отлично. В таком случае спрячься где-нибудь. Об этом мы позже поговорим, — сказал наёмник, указал на клинок девушки и отправился дальше в лес.
— Это разве были не все?
— Ещё кое-кто остался, — загадочно произнёс мужчина и скрылся меж деревьев.
Сейчас ничто им не мешало, и они могли легко сбежать, однако Генриха беспокоило нечто иное. Уже давно его не покидало чувство, что всё это время за ними кто-то наблюдает. Быстрым шагом он направился к северному склону.
— Он над головой! Он над головой! — внезапно послышались человеческие крики.
Генрих тут же побежал к их источнику, но они затихли прежде. Выбежав на поляну, наёмник обнаружил тело одного из охотников, над которым присела странная фигура. Внешне создание напоминало человека, но точно им не являлось. У загадочного существа была коричнево-зелёная кожа. На руках было пять пальцев, как и у людей, а вот на ногах всего два и один отросток на пятке. На руках и ногах была стальная броня с острыми когтями. Туловище же защищала более лёгкая и подвижная броня из дублёной кожи. Сверху на ней были протянуты тонкие стальные трубки, которые образовывали спирали, защищая жизненно важные органы. Их расположение так же было странно. Пояс был полностью увешан метательными ножами и двумя более длинными кинжалами. На лице была стальная маска с большой лобной долей. Судя по её форме у создания не было носа. Вместо волос у него было пять толстых отростков, на внутренней стороне которых располагались поры для дыхания.
Существо медленно поднялось и повернулось к человеку. Не задумываясь, Генрих метнул одну стальную иглу точно в голову неподвижного существа, однако то схватило её рукой в сантиметрах перед своим лицом. Не теряя ни секунды, убийца обнажил свои кинжалы и подбежал к противнику. Стоило ему подобраться ближе и начать атаковать, как создание начало уклоняться. Оно продолжало стоять на месте, изгибая своё туловище так, как было не под силу ни одному человеку. Тем не менее, убийца подобрал момент для удара и направил лезвие кинжала точно в горло оппонента. Охотник резко отклонил тело назад, и стальное остриё прошло над ним. Затем, опёршись на руки, монстр перебросил своё тело, выбив ногой нож из рук противника.
— Проклятье…! — про себя произнёс Генрих и быстро достал из-за пояса тонкий стилет.
Когда оппонент вновь встал на ноги, мужчина продолжил серию атак. Охотник блокировал удары локтями и предплечьем, останавливая руку Генриха ещё до того, как он успел нанести удар. Существо использовало такую технику боя, которую опытному наёмнику ещё никогда не доводилось видеть. Во время одного из выпадов, неизвестный схватил мужчину за запястье и вынудил его выпустить стилет из рук. Затем быстро повернулся к нему спиной и локтём ударил убийцу по голове. Стерпев удар, наёмник взмахнул клинком, но противник быстро отступил.
— «Быстрый…», — рассуждал Генрих, переводя дыхание, а охотник тем временем снял с пояса кинжал. — «Дальний бой неэффективен. У меня остался всего один нож, а сабля осталась в лагере. Это плохо».
Восстановив силы, Генрих вновь бросился в бой. В отличие от наёмника, охотник держал нож обратным хватом. Орудуя левой рукой, мужчина изо всех сил старался наносить удары как можно быстрее, но монстр отражал каждый его выпад. Вдруг противник приблизился и толкнул Генриха в грудь. Мужчина наклонился и едва не упал на спину. В последний момент он опёрся рукой о землю, и ударил противника по ногам.
Охотник вовремя подпрыгнул и отступил назад, сложив кинжал в ножны. Генрих тут же встал на ноги, зажал меж пальцев три стальные иглы и метнул их в неизвестное существо. Одним рывком создание взмыло вверх и вцепилось когтями в ствол дерева, увернувшись от атаки. Затем, таким же сильным прыжком, оно преодолело несколько метров и взмыло над Генрихом, подняв ногу для удара. Наёмник скрестил руки над головой и блокировал замах, после чего оттолкнул от себя создание.
Монстр приземлился на три конечности, свободной рукой снял с пояса кинжал и рывком пронёсся мимо Генриха, рассёкши ему бок. Убийца сжал зубы от боли и быстро обернулся за созданием, которое уже встало у него за спиной. Ещё до того, как он успел произвести замах, охотник ударил ногой точно по ране мужчины, заставив его испытать дополнительную боль. Затем одним точным ударом он ударил его кулаком в подбородок, от чего тот упал и прокатился по земле. Однако Генрих даже не думал сдаваться и вновь встал на ноги. Монстр сложил кинжал и снял с пояса метательные ножи.
— Сейчас! — произнёс Генрих, подобрав подходящий момент.
Мужчина снял с плеча заряженный арбалет и выстрелил навскидку, монстр же тем временем взмахнул руками, и его ножи исчезли. Несмотря на неточность стрельбы, болт полетел прямо и устремился точно в сердце существа. Однако, стоило стальному наконечнику коснуться спирали, как мелкие руны на ней засияли и создали оранжевую вспышку, которая отразила снаряд.
— Что…? — не успел удивиться Генрих, как его тело пронзили шесть ножей.
С начерченными белыми знаками клинки были невидимы во время полёта и стали различимы лишь настигнув свою цель. Один из них вонзился в левую руку, вынудив бросить последний нож, а пятеро других поразили живот. В одно мгновение Генрих испытал сильную боль, а конечности скрутили спазмы. Однако мужчина выдержал, стерпел и устоял на ногах. Между тем загадочный охотник вновь бросился в атаку и вплотную приблизился к беззащитному противнику.
— Тварь! — закричал Генрих и поднял над головой использованный арбалет, дабы ударить им противника.
Охотник подставил под удар левую руку, и вспышка из спирали на левом предплечье вновь отразила атаку, расколов орудие на щепки. Блокировав удар, монстр снял с пояса кинжал и намеревался покончить с этим сражением. Вдруг из ран наёмника хлынула кровь и моментально кристаллизировалась, приняв вид шипов. Острые иглы вонзились в плоть охотника, пронзив кожаную броню. Он быстро отступил, и из его ран потекла тёмно-зелёная кровь. В глазах же у Генриха потемнело, и он рухнул на землю, потеряв сознание.

Глава 13 «Камень отчаяния»


По приказу Арсии двое убийц проникли в дом отставного чиновника, деятельность которого доставила так много проблем их ордену. Генрих проник с чёрного входа, в то время как его учитель вошёл через парадный. Через несколько минут мужчины вновь встретились в центре особняка.
— Судя по крикам, у вас там весело, — сказал Генрих.
— Не жалуюсь. А что у тебя?
— Всего двое. Сам же хозяин забаррикадировался в этой комнате ещё с двумя стражниками, — ответил мужчина, указав на укреплённую дверь.
— Да…? — произнёс наставник и тактично постучался.
— Не думаю, что они откроют.
— В таком случае будем настойчивей.
Наставник приложил руку к двери, и её пронизали красные кристаллические прожилки. Высвободив энергию, убийца разорвал дверь на куски и освободил проход.
— Прошу, — сказал учитель и взмахнул рукой.
— Только после вас, мастер Ким.
Едва только убийца переступил порог, как стражник с копьём направил на него своё оружие. Ким легко отклонился от удара, отломил рукой стальной наконечник и вонзил его в горло солдата. Второй воин набросился с мечом на вошедшего следом Генриха. Мужчина парировал атаку саблей, после чего отскочил в сторону и вонзил противнику нож меж рёбер.
Сам же политик испуганно сидел за своим столом, боясь сдвинуться с места. Когда с охраной было покончено, убийцы перевели внимание на свою основную цель.
— Мерзкие твари! — закричал пожилой мужчина, снял с пояса инкрустированный кинжал и напал на ближайшего противника.
Ким без труда заломал его руку, крепко схватил за шею и прижал к стене. После этого сосуды на теле чиновника вздулись, и сквозь кожу красные частицы покинули его тело, наполнив собою рубин в правой руке убийцы. Когда процесс был завершён, наставник бросил иссушенное тело на землю и протёр руки. В этот момент сражённый Генрихом стражник нашёл в себе силы, поднял с земли арбалет и выстрелил в убийцу.
Снаряд пробил лёгкое наставника насквозь, но тот успел метнуть кинжал ему в голову. После ранения Ким прислонился к стене и вытащил болт из своего тела. Затем рана убийцы затянулась, оставив лишь окровавленную дырку в одежде.
— Проклятье! Похоже снова придётся идти к портному, — обеспокоенно произнёс мужчина.
В отличие от своего подмастерья, Ким носил дорогой камзол с буфами, цветастые кальсоны и туфли с длинным заострённым носком. Такая одежда была весьма популярна в те времена, что и огорчило мужчину. Так же следуя моде Ким отрастил длинные чёрные волосы.
После завершения работы мужчины решили немного расслабиться и заняли гостиную опустевшего дома. Стоило Киму лишь провести рукой, как красная искра из его камня тут же разожгла огонь в камине. Генрих же посетил погреб и принёс оттуда бутылку дорого вина.
— Я в этом, конечно, не разбираюсь, но выглядит старой — значит дорогая, — сказал убийца и поставил бутылку на стол.
— Ага, — сказал его наставник, любуясь картиной на стене.
— Что, картина понравилась?
— Да, очень красивая. Будь у меня дом — обязательно бы повесил её на стену, — сказал мужчина, после чего снял произведение и бросил его в камин.
— Я думал, она тебе понравилась, — удивился Генрих.
— Коль я не могу её забрать, что с неё толку, — Ким присел за стол и взял наполненный бокал. — Решил увести у нашей жертвы одну бутылочку?
— Я спросил, но мне никто не возразил. Правда, парни?! — воскликнул Генрих, задав вопрос убитым солдатам. — Проклятье. Я скоро все твои привычки перейму, — мужчины засмеялись и выпили по бокалу в честь успешно выполненной работы. — Сколько уже прошло? Пять лет?
— Да, но теперь для нас время уже не имеет значения, — произнёс наставник и откинулся на спинку дивана. — Лишь мы с тобой пережили тот ритуал. Нам следует держаться вместе.
— Прости за того солдата, что тебя арбалетом подстрелил, — сказал Генрих, указав на дырку в одежде.
— Ай, ничего страшного, я могу себе это позволить, — сказал Ким и показал два камня в каждой из ладоней. — Тебе же следует быть осторожней. Коль не можешь восполнять его силу — старайся избегать ранений. Мы с тобой, как эта картина. Мы живы до тех пор, пока полезны. Но как только мы станем им не нужны… — произнёс Ким и посмотрел на догорающее полотно.
— Ты меня предупреждал об этом.
— Я посчитал не лишним ещё раз напомнить, — сказал мужчина и пристально посмотрел на Генриха. — Ты ведь ещё ни разу его не использовал, и не знаешь что это такое… не знаешь этого захватывающего чувства. Лишь прислушайся и ты услышишь слова тех, чья кровь застыла в виде камня; прислушайся — и почувствуешь то, что чувствовали они под конец своей бренной жизни. Попробуй Генрих… Ты должен знать, что же держишь в руке.
Мужчина развёл плечами и решил попробовать. Он закрыл глаза и сосредоточился на кристалле в своей правой руке. Сперва была лишь тишина, но затем он почувствовал, как энергия пронизывала всё его тело и циркулировала подобно крови. Однако убийца заглянул ещё глубже. Наконец он услышал шёпот, а затем и голоса.
— Генрих…!
— Папа, спаси…!
От услышанного мужчина упал на пол и в панике забился в угол. Прошло уже много времени, но голоса своей семьи он не забудет никогда. Тут же по всему телу проступил холодный пот, и руки затряслись. Дрожащим взглядом он посмотрел на кровавый рубин в своей руке и отказывался принимать то, что сейчас услышал. Мужчину разрывало отчаяние и чувство собственной беспомощности, а мучительные голоса эхом доносились в голове.
— Зачем?! — закричал Генрих и схватил Кима за воротник. — Зачем ты мне это сказал?!
Из глаз мужчины текли слёзы. Сейчас больше всего на свете он ненавидел своего наставника за то, что тот заставил его осознать.
— Зачем…? — тихо повторил Генрих и упал на колени от горя.
— Значит, всё же услышал, — холодно произнёс Ким, стоя над своим учеником. — Ты чувствуешь боль. Отчаяние… гнев… Ты желаешь отомстить?
— Что? — удивился словам своего наставника Генрих. — Но она ведь твоя госпожа. Ты сам говорил…
— Мы полезны им, верно. Но как долго так будет продолжаться? Разве ты никогда не чувствовал себя всего лишь инструментом? Разве ты никогда не хотел ощутить себя снова живым? Что ещё может заставить твой дух сотрястись сильнее, чем бой с самым опасным магом в истории?! — произнёс убийца и широко улыбнулся. — Пойдём со мной, Генрих, и мы отрубим голову этой змее!
Вдруг Генрих проснулся от глубокого вдоха. Его глаза залило кровью, и он попытался встать, но тут же тело пронзила резкая боль, что заставило его вновь лечь на спину. Тяжело дыша, мужчина всё же начал приходить в себя. Над ним был самодельный навес из веток и листьев, вокруг пахло дождём. Сам же мужчина лежал на подстилке из мха, а рядом сидела Катерина. Девушка сняла с наёмника бинты и наложила повязки на раны.
— Где я? — спросил Генрих, всё ещё не осознавая происходящее.
— Мы в лесу, Генрих, — тихо произнесла девушка.
Постепенно мужчина начал вспоминать засаду и свою битву с неизвестным существом.
— Где он?!
— Кто? — удивилась девушка.
— Создание, что напало на меня в лесу. Где оно?!
— Когда я нашла тебя, рядом никого не было. Ты был ранен, и я перетащила тебя сюда.
— Сколько я без сознания?
— Чуть более суток. У тебя начался бред. Ты весь дрожал и говорил во сне. Хорошо, что я взяла в деревне эти повязки.
— Но как? Как ты справилась с такими ранами? — удивился Генрих.
— Внутренние органы не повреждены, а крупные артерии не задеты. Мне всего-то нужно было остановить кровотечение, — разъяснила девушка.
— Что?! — не поверил услышанному Генрих. — «Меня поразило шесть ножей, но не повредили ни одного органа. Это не может быть случайностью, оно намеренно сохранило мне жизнь. Но зачем?»
— А ещё я обнаружила это, — сказала девушка и указала на рубин Генриха. — И твои ожоги…
Мужчина собрался с силами и медленно поднялся, чтобы сесть. Отрицать что-либо было бессмысленно. Поэтому он решил рассказать Катерине о том, что с ним произошло.
— Ты, должно быть, слышала об ашатанах, — начал рассказ мужчина. — Изгои в каждом государстве, одержимые идеей своего превосходства и абсолютной власти, люди, которые заключили договор с демонами. Черпая силы из чувств и эмоций своего носителя, эти создания наделяют его огромной силой. Однако даже этого им оказалось недостаточно. Чтобы увеличить свои силы, ашатанам нужны особые люди. Неспособные сами управлять такой мощью, мы, люди лишённые магии, словно паразиты высасываем энергию из других и передаём её демонам. Однако наши тела слабы, поэтому их необходимо усилить, — сказал наёмник и показал камень в своей руке. — Рубин, кровавый кристалл, камень жизни… Последнее особенно иронично, если учесть, что для его создания из человека извлекают всю кровь до последней капли.
— Значит, ты был один из них? — спросила Катерина.
— Да, был. До тех пор пока они не отняли у меня тех, кого я любил, и не превратили в этот грёбанный кристалл у меня в руке! — громко воскликнул Генрих, но затем успокоился. — Вместе с моим учителем, мы решили восстать против Арсии, предводительницы ашатанов, но потерпели поражение. Демоническое пламя, синее, как морская лазурь, и обжигающее, как жар, вырывающийся из-под земли… Моего учителя обратили в камень, а моё обгоревшее тело бросили на съедение птицам. Однако они допустили ошибку. Я был всё ещё жив. Жив, да? Громко сказано. Я стучался в двери, умолял о помощи… Обычные люди страшились моего вида, магам же было куда интересней изучить камень в моей руке, чем помочь мне излечиться. С отчаянием пришло и осознание. Тогда я понял своё место в этом мире. Когда ты убийца, людям совершенно всё равно как ты выглядишь и каково твоё происхождение. Этому научили меня ашатаны, и это ремесло я обратил против них.
— Но почему ты не используешь силу своего кристалла?
— Если я это сделаю… Они всё ещё там. Если я использую его, то сам же и убью их, — тяжело произнёс мужчина, опустив взгляд на землю.
— Если всё, что ты мне рассказал, правда и этот камень действительно состоит из крови, то твоей семьи в нём нет. Людская душа не в крови, Генрих.
— Откуда тебе знать?! — разозлился мужчина. — Это тебе не роман из твоих книжечек! Это живые люди! Да откуда тебе вообще что-то знать об утрате!
Слова девушки очень обидели наёмника. Он встал на ноги и, невзирая на свои раны и отсутствие бинтов, покинул самодельное укрытие. Дабы выбросить эти слова из головы, он шёл далеко прямо, прежде чем выйти к реке. Генрих присел у берега и посмотрел на своё обгоревшее изуродованное лицо в отражении. Когда гнев начал уходить, на смену ему пришла раздражающая боль. Ветер и влага травмировали чувствительную кожу, вызывая самые неприятные чувства. Мужчина вспомнил о своей последней битве. Тогда, когда его жизнь висела на волоске, он всё же использовал часть силы своего камня. Тут же он сбросил свисающие повязки и посмотрел на свой рубин, не потерял ли он в размере. Но всё было хорошо, камень остался прежним.
— Этого больше не повториться… — сказал Генрих, мечтая о том, чтобы заплакать. — Я больше не использую вас, не заставлю вас вновь страдать.
За этим всем со стороны наблюдала Катерина. Девушка стояла за стволом и присматривала за Генрихом. Сперва она хотела выйти и утешить мужчину, но всё же развернулась и решила оставить его наедине.

Глава 14 «Большой театр»



На рощу опустилась ночь, но Генрих так и не появился. Катерина начала беспокоиться за мужчину, однако не решилась его искать. Она самостоятельно разожгла костёр и легла спать. Лишь после полуночи наёмник вернулся обратно в лагерь. Возможно, он бы и дальше ходил по лесу, однако обожжённая кожа с каждой минутой начинала болеть всё сильнее. Заглянув под настил, он начал искать свои бинты, чтобы снова перевязать тело.
— Я положила их возле пня, — произнесла княгиня, лёжа на боку, когда наёмник разбудил её своим шумом.
Выйдя обратно на улицу, он обнаружил свои вещи вдали от самодельного укрытия. Присев на рухнувшую корягу, Генрих сперва проверил повязки, которые ему наложила девушка. Раны были глубокие и даже не начали затягиваться. Наёмнику пришлось затянуть их потуже, а уже после обмотать их чёрными бинтами. Рано утром путники уже готовы были отправляться.
— Ты сама это сделала? — спросил Генрих, оценив навес из веток.
— Да, — коротко ответила княгиня, собирая вещи.
— Давай помогу, — предложил мужчина, но Катерина сама взвалила на себя сумки.
— Пойдём, впереди долгая дорога.
— Коль так, ты уверена, что донесёшь сама?
— Было бы куда легче, будь у нас лошади. Но благодаря кое-кому мы опять без средств передвижения, — обижено произнесла девушка.
— Кстати, Катерина, — остановил её Генрих и указал на стальное перо, выглядывающее из сумки. — Отдай-ка это мне.
— Что, не доверяешь мне оружие?
— Не хочу, чтобы ты случайно этим порезалась.
— Держи, — грубо ответила девушка и отдала клинок наёмнику.
Дорога была долгой. Всё это время путники шли, практически не произнося ни слова. Довольно часто им доводилось делать остановки. Из-за своих ран Генрих не мог долго идти, ему приходилось поправлять повязки, дабы не началось кровотечение. Катерина совершенно точно знала, куда идёт, однако такими темпами они не скоро добрались бы до места назначения. И тут им повезло найти помощь.
Выйдя на большую дорогу, они увидели столб дыма, поднимающийся в небо, и услышали звонкие мелодии лютни. Так уже случилось, что им посчастливилось наткнуться на бродячий театр. Такие люди путешествовали по всему Виолу, радуя жителей городов и деревень. Там были артисты, музыканты, акробаты и жонглёры. Сейчас они расставили лагерь, дабы отдохнуть с дороги и отрепетировать свои номера. К появившимся же путникам они отнеслись враждебно. Пара крепких мужчин тут же преградили дорогу и взялись за оружие.
— Кто такие?
— Простите, мы не хотим вам навредить, — тактично произнесла Катерина. — Мы уже несколько дней в пути. Прошу, позвольте нам у вас отдохнуть.
— Уходите! Нам тут лишние люди не нужны. На дорогах и так сейчас полно ворья всякого.
— И это нам говорят двое верзил с дубинами? — высказал Генрих. — Не таким я себе представлял большой театр.
— Что ты сказал, урод? Не хочешь повторить?!
— Ой, я с радостью, — ответил наёмник и положил руку на саблю.
— Парни, прошу, успокойтесь! Не нужно только начинать здесь драку. Актёрам не подобает неистовствовать даже при самой скромной публике.
— Она права, ребята. Опустите оружие, — сказал постановщик труппы и успокоил своих людей. — Вы действительно путешественники?
— Скорее беженцы, — уточнила Катерина.
— Проходите. Еды не дадим, но у костра погреться разрешим.
Мужчина пригласил незнакомцев в лагерь, и те сели в кругу других артистов. Некоторые повторяли свои реплики, другие же отдыхали после тренировок, но поддержать разговор с путниками решился лишь глава группы.
— Моё имя Катерина. А это мой напарник Генрих.
— Приятно познакомиться. Жюль, — поприветствовал путников мужчина.
— Большое вам спасибо, что приютили, — повторила Катерина.
— Ты говоришь, что вы беженцы? Мы тоже, в некотором роде, — сказал постановщик. — Во время войны людям не до выступлений.
— В таком случае, не самое лучшее место вы выбрали. На востоке дела обстоят не лучше, — доложила княгиня.
— Это так, но зато сражений куда меньше. Пока войска пытаются сдержать наступление Вальдара на западе, Золотое царство без труда отбирает земли на севере. Мы же планируем пересечь границу и податься в дальние странствия. В Виоле ловить больше нечего.
— В таком случае нам по пути, — довольно произнесла Катерина. — Возьмёте нас с собой? Мой попутчик может обеспечить вам охрану.
— Этот? — презрительно произнёс Жюль, посмотрев на Генриха. — Нам скорее от него нужна охрана.
— Тогда, что если мы спонсируем ваше небольшое путешествие? — задала вопрос Катерина и протянула небольшой мешочек с золотыми монетами.
— Простите, но мы не берём попутчиков.
— Эй, Жюль, — шепнул один из артистов. — Нам, вообще, нужны деньги…
— А ещё я знаю, как без проблем пересечь границу с Золотым царством…
— В таком случае по рукам, — сказал Жюль и принял деньги. — Пойду скажу группе, чтобы освободили для вас место.
— Было разумно отдавать ему почти все наши деньги? — спросил Генрих, который до этого сидел молча.
— Пешком мы будем ещё долго добираться до границы. А ещё… Те охотники, которые устроили на нас засаду. Я осмотрела их форму. Это княжеские егеря. Значит, кто-то всё же узнал о нас. В таком случае на этом они не остановятся и вышлют патрули. В таких условиях крайне опасно путешествовать в одиночку, а с ними мы можем сойти за артистов, — разъяснила беглянка. — Если повезёт, они нас и через границу провезут.
— Я поговорил с труппой, — сказал, вернувшись, Жюль. — Они освободили для вас место в повозке с реквизитом.
— Крайне признательна.
— А теперь, не могли бы вы рассказать, как именно собираетесь пересечь границу. Нам нужно знать, куда ехать.
— Хорошо, — согласилась Катерина и отошла с постановщиком к карте. — Золотое царство обладает куда меньшей армией, и линия фронта разрозненна. Жители некоторых городов мирно сдались без боя, поэтому туда не стали размещать гарнизоны. Через один из таких городов мы без проблем пересечём границу.
— Вы весьма осведомлены, — задумчиво произнёс Жюль.
— Это проблема?
— Сейчас вы наши компаньоны, я не собираюсь задавать лишних вопросов, — обнадёжил её мужчина. — Однако нам придётся сделать пару остановок по дороге. Коням нужно есть, да и нам самим не помешали бы припасы. Мы хотели заработать немного денег с выступлений.
— Ситуация на поле боя быстро меняется. Но, думаю, на пару спектаклей у нас ещё есть время, — сказала Катерина.
— В таком случае не будем терять времени. Ребята! Собираем вещи! Мы отправляемся!
Объединившись с актёрами, беглецы отправились в путь. Их разместили в последней повозке вместе с театральным реквизитом. Места было очень мало, так что им едва ли было как сесть.
— Никогда не любил театр, — сказал Генрих и взял в руки одну из кукол-марионеток. — Вот честно, что в этом забавного? Длинные затянутые пьесы, а посмеяться можно только с этих неуклюжих кукол.
— Как скажешь, — безразлично произнесла Катерина, отвернув голову.
— Ладно! Что случилось?!
— Не понимаю, о чём ты.
— Как только мы покинули лес, ты всю дорогу молчишь. Что тебя не устраивает?
— Всё в порядке. Я всего-то сама соорудила укрытие, спрятала тебя от дождя, перевязала несколько тяжёлых ран, нашла по лесу твоё снаряжение, целый день сидела и выхаживала тебя… И что после этого? Ты вспылил, стоило мне задать один простой вопрос, и ушёл бродить до наступления ночи! Нет, всё в порядке, Генрих. Просто замечательно.
После этих слов Генрих внезапно почувствовал себя виноватым. Его наняли, чтобы защищать Катерину, но в этот раз это она спасла его. Она не была должна этого делать, в конце концов он всего лишь какой-то наёмник, совершенно чужой ей, однако она его спасла. С одной стороны это было выгодно ей, но как много людей решилось бы на такое? К тому же на протяжении всего их пути она не раз помогала ему, отстаивала перед другими людьми, доверяла ему… А в благодарность, он лишь сорвался на неё.
— Прости за то, что тогда накричал на тебя, — виновато произнёс Генрих. — И спасибо тебе за то, что спасла меня.
— Не за что, — всё так же холодно произнесла девушка.
— Я серьёзно. Если бы не ты, я был уже мёртв. Я работаю один, и не привык говорить такие слова, так что прости, если недостаточно искренне.
— Мне этого достаточно, — сказала девушка и улыбнулась. — Мне ведь тоже не часто приходится кому-то помогать. Просто хотелось признания.
— И ещё одно… Тогда в лесу я рассказал тебе то, что никогда ещё никому не говорил.
— Не волнуйся, я никому не расскажу.
— Так получилось, что я поведал тебе свой секрет, — ухмыльнулся Генрих. — Будет справедливо, если ты расскажешь мне что-то о себе. Где родилась? Откуда родом? Как провела жизнь?
— Не думаю, что тебе будет интересно это слушать, — отказалась девушка.
— Ну да… В таком случае, расскажи откуда у тебя эта штука? — сказал Генрих и достал из-за пояса стальное перо. — Это меч? Или что оно такое? Где ты вообще это хранила?
— В футляре от скрипки. Не зря же я его носила с собой, — сказала с улыбкой Катерина. — А вообще это довольно древнее и дорогое лично мне оружие.
— Я слушаю…
— Давным-давно на далёких южных краях у Первого короля появилось дитя. Растил он её словно дочь, обучая искусству, науке и письму. А когда девочка подросла, дал он ей пышные крылья, подарив небеса. С той поры и до наших дней, рассекая облака, она летит к полю битвы туда, где тысячи глупцов бессмысленно проливают свою кровь. Сражает врагов своим острым крылом, обрушая кару на тех, кто некогда разрушил её дом… — с восторженным взглядом поведала Катерина. — Это перо из её стального крыла.
— Интересная сказочка, — пренебрежительно сказал Генрих. — Вот только верится с трудом.
— А рассказ о камне из крови звучит правдоподобней? — ответила ему девушка.
Вдруг повозка резко остановилась. Артисты вышли на улицу, и вскоре послышались разговоры. Генрих выглянул сквозь щель и увидел несколько стражников, которые ходили от повозки к повозке, опрашивая странников.
— Солдаты. Они проверяют каждую повозку, — взволнованно произнёс мужчина. — Давайте вы уйдёте, и хоронить вас раньше времени не придётся.
— Стой, — шепнула княгиня, когда наёмник уже взялся за оружие. — У меня есть идея получше.
Воины заставили всех артистов покинуть транспорт и выстроиться в одну линию. Они уверяли, что это обычная проверка, но было очевидно, что эти солдаты кого-то искали. Командир обошёл всех женщин, сверяя их с ориентировкой.
— Это все? — спросил солдат.
— Да, вроде бы, — ответил постановщик.
Жюль сразу смекнул, что речь идёт о новых попутчиках, которых они взяли с собой. Прямо сейчас он мог бы просто сдать из страже, в конечном итоге он не был перед ними ничем обязан. Однако постановщик волновался за судьбу своей собственной труппы. Окажись, что они укрывали разыскиваемых преступников, их всех могла ожидать незавидная участь.
— А что здесь? — спросил командир, подойдя к последней повозке.
— Театральный реквизит, — ответил Жюль.
— Показывай! — потребовал воин.
Постановщик подошёл к занавеске и медленно отдёрнул её в сторону. Внутри сидела девушка в ярком театральном костюме и с длинными чёрными локонами. Перед глазами она держала листок с текстом и вдумчиво повторяла свои реплики.
— Мы что, уже приехали? — непонимающе спросила девушка, когда её побеспокоил командир.
— А это ещё кто такая? — спросил воин.
— Что значит, кто такая? — обиженно произнесла девушка и встала на ноги. — Между прочим я Жанна Арман, исполнительница главной роли этого театра. Да и как вы смеете отвлекать меня от подготовки к выступлению?! У нас скоро премьера, и мне нужно повторить несколько томов текста. Вы хоть представляете, как же тяжело приходится артистам? А тут ещё вы со своими проверками! — девушка настолько сильно начала давить на командира, что тот уже был сам не рад, что решил проверить эту повозку.
— Погодите. А это там кто? — сказал стражник, заметив силуэт в тёмном углу телеги.
— А! Это чучело…
Девушка подошла к сидящему на коленях человеку, замотанному в чёрные бинты. Силуэт был неподвижен, а из-под повязок небрежно выглядывала солома. Стоило девушке едва коснуться чучела, как оно безжизненно рухнуло на спину.
— Мы его для постановок используем.
Командир внимательно осмотрел подозрительную девушку и сравнил её внешность с описанием. О загадочной беглянке, которую разыскивал князь, были известны лишь основные черты. Тёмноволосая артистка не очень подходила под портрет, так что труппу отпустили. Катерина вновь заняла место в последней повозке и сняла с головы парик.
— А ты молодец, — сказала девушка Генриху, который поднимался после падения.
— Спасибо.
Выдёргивая солому из бинтов, Генрих внезапно обнаружил кровь на своей руке. Одна из повязок ослабла, и у наёмника вновь открылась рана. Мужчина не стал ничего говорить вплоть до тех пор, пока они не прибыли в большой город. Катерина отдала последние деньги на лекарство и послала за ними одного из членов труппы. Вернувшись за кулисы, актриса осмотрела раны убийцы и зашила их нитью с иглой.
— Я сделала всё, что могла, — сказала девушка, закончив работу. — До этого я сшивала лишь костюмы, так что…
— Большое вам спасибо, — поблагодарила её Катерина. — И, если можно, не говорите об этом Жюлю.
— Прости, он наш руководитель. Я обязана.
— Что ж… — коротко произнесла Катерина и склонила голову.
— Но, как мне кажется, он уже догадывается, кто вы. Не волнуйтесь на этот счёт.
— Спасибо вам ещё раз, — сказала княгиня, и девушка пошла готовиться к своему выступлению.
— Зараза, а ведь это я должен о тебе заботиться, — недовольно произнёс Генрих. — Жалкое зрелище.
— Ничего подобного.
— Раз ты так говоришь, то не могла бы принести мне кружечку холодного пива, закуски какой-нибудь…
— Может и подушку тебе под спину подложить?
— Было бы неплохо, — ухмыльнулся мужчина.
— Пожалуйста! — крикнула девушка и швырнула сумку в своего попутчика.
Выйдя из-за сцены, девушка заняла место в зрительском зале. Сегодня вечером почти все места были заняты, но это было вовсе не из-за талантов выступающих. Место выступления было окружено лишь невысоким деревянным забором, так что лишь половина зрителей честно приобрели билеты.
— Как спектакль? — спросил Генрих, присев возле Катерины.
— Что ты здесь делаешь? Тебя могут увидеть.
— Знаешь, в такой толпе девушка в дорогом платье бросается в глаза куда больше, чем бледный перебинтованный мужчина, — оправдался наёмник. — Так как спектакль?
— В детстве учитель не раз водил меня в театр. Даже тогда мне не всегда нравились выступления, но сегодня… Игра совсем неубедительна, актёры путают интонации, а музыканты играют настолько фальшиво, что травмируют мой бедный слух.
— У тебя слишком высокие запросы, — ответил на всё это мужчина.

— Добрый вечер. Это здесь можно приобрести билеты? — спросил состоятельный мужчина, у скучающего билетёра.
— Да, — вяло ответил работник. — Цена на плакате, но если хотите, можете просто пройти. Выступление всё равно почти закончилось.
— Я считаю, что любой труд должен оплачиваться, — сказал мужчина и положил на стол несколько золотых монет.
— Эй, здесь как-то многовато! — удивился билетёр, увидев столь большие деньги.
— Сегодняшнее выступление того стоит, — улыбнулся мужчина и вошёл в зал.
Тем временем Катерина заскучала в зрительском зале и пошла обратно за кулисы. Там она повстречала Жюля вместе с другими актрисами. Одна из танцовщиц присела на пол и растирала больную ногу.
— Не знаю, Жюль. На ещё один выход меня не хватит.
— Ничего, мы и так уже заканчиваем, — сказал постановщик, выглядывая через занавес. — Они ничего и не заметят.
Катерина же просто прошла мимо и так же посмотрела через занавес на выступление акробатов. Краем глаза она заметила нового посетителя, который занял своё место в зрительском зале.
— Я могу выйти, — неожиданно произнесла дворянка.
— Что? — удивился Жюль такому предложению.
— Ваши музыканты смогут сыграть одну мелодию?
— А вы разве умеете?
— Я вас удивлю, — ухмыльнулась девушка.
Постановщик подал знак акробатам задержаться на сцене. Тем временем княгиня набросала на лист бумаги ноты и передала их музыкантам. Композиция была не из сложных, так что скрипачи согласились её сыграть.
Руководитель труппы объявил о выходе новой актрисы, и на сцене появилась Катерина. Стоило музыкантам заиграть любимую мелодию, как девушка начала свой танец. Её движения были плавны и в точности следовали такту музыки. Чем быстрее становилась игра — тем насыщенней был танец. Нежно переступая с ноги на ногу, становясь на кончики пальцев, Катерина грациозно кружилась на сцене. С каждым разворотом распускалось и её платье, добавляя красоты всему выступлению.
— Ого, это было… что-то, — сказал Генрих после выступления, ожидая вместе с Жюлем за кулисами. — Зрители в восторге.
— Я танцевала не для них, — загадочно ответила девушка и прошла к своей повозке.

Глава 15 «Лицо убийцы»


В благодарность за выдающееся выступление Катерины, Жюль пригласил её к костру вместе с другими артистами.
— Это было просто невероятно! — говорил постановщик. — Не желаете подработать в нашем скромном театре?
— Спасибо, но подобная работа меня не интересует, — гордо ответила княгиня.
— Как знаете. Но всё же, где вы научились так танцевать? Я никогда прежде не видел столь талантливое исполнение, — сказал Жюль, на похвалу которого обиделись другие танцовщицы. — Что вы на меня так смотрите? Это правда.
— У меня были талантливые учителя.
— Катерина, не желаете ли вина? — предложила одна из девушек.
— А разве актёрам можно?
— После выступления, почему нет? Хотя, иногда можно тяпнуть рюмку другую и до…
— Вам бы над своей игрой поработать, а не вино пить. Да ещё и такое дешёвое, — упрекнула их княгиня.
— Да что ты в этом понимаешь?! Актёра по достоинству может оценить лишь актёр.
— В первую очередь актёра оценивает зритель, которому он и демонстрирует своё умение.
— Ах так…! — слова Катерины сильно зацепили молодую актрису. — В таком случае может продемонстрируешь нам свою великолепнейшую игру на скрипке? Или она тебе для красоты?
— Я играю лишь для достойной публики, — ответила ей княгиня.
— Дамы, дамы, прошу вас, успокойтесь, — попытался погасить спор Жюль. — Мы ведь собрались, чтобы отметить наше выступление.
— Кстати насчёт этого. Сколько удалось собрать? — поинтересовалась дворянка.
— Достаточно, — гордо ответил мужчина. — Куда больше, чем мы зарабатываем на дороге.
— Значит, ещё пара выступлений, и мы будем готовы покинуть Виол?
— Насчёт этого… я немного подсчитал наши финансы… В общем, у нас достаточно денег, чтобы пересечь границу. Конечно, придётся затянуть пояса, но медлить, я считаю, больше не к чему. Мы сделаем небольшую остановку, закупим провизию в дорогу, а затем отправимся прямиком к вашему городу.
— Рада это слышать, — улыбнулась Катерина.
К вечеру следующего дня караван остановился в совсем небольшом селении, настолько мелком, что оно не удостоилось даже собственного названия. Дома выросли просто посреди крупной дороги. Их жители зарабатывали на жизнь тем, что снабжали путников провиантом и предоставляли разного рода услуги. Жюль первым спрыгнул с повозки и направился за товарами. Следом за ним последовала Катерина.
— В первую очередь животным нужно попить, — попросил мужчина у пожилого торговца. — Затем приготовьте нам всё из этого списка.
— Скажите, у вас можно подковать лошадей? — поинтересовалась девушка.
— Да, кузнец сейчас на месте, — ответил торговец. — Но это будет не дёшево.
— Нам подходит.
— Что-то не так с лошадьми? — поинтересовался Жюль.
— В этой части королевства дороги просто ужасны. Лучше лишний раз проверить подковы, дабы избежать неприятностей.
— Воду я скоро поднесу. Спину до жути ломит, — сказал торговец.
— А где вся молодёжь? — поинтересовался постановщик.
— Так всех молодых парней на войну забрали. В деревне одни бабы да дети остались. Мужиков всего ничего.
— Бессмысленная война… Будь она проклята!
— Все войны в каком-то роде бессмысленны, — произнесла Катерина. — Однако, если она началась, то это кому-то нужно.
— Каким же чудовищем нужно быть, чтобы распоряжаться жизнями людей? — произнёс про себя постановщик.
— А вы далеко путь держите? Столько припасов берёте.
— Да. Сначала доберёмся до одного города на границе… — начал разговор Жюль, но Катерина не стала его слушать и отправилась обратно к повозкам.
Тем временем артисты начали расставлять лагерь. Им предстояло погрузить на телеги всю купленную амуницию, подковать лошадей, подготовиться к дороге… К тому же, из-за объёмов заказа, часть провианта предстояло доставить из соседних деревень. Таким образом они задержались в селении ещё на несколько дней.
Местные с радостью приняли артистов. Некоторым даже предоставили пустующие дома. В благодарность труппа поставила несколько сценок. На большой дороге уже давно не слышали столько радости и веселья.
— Погляжу, у вас тут весело, — сказал торговец, привезя овёс из соседней деревни.
— Да, не жалуемся, — ответил один из немногих местных мужчин. — Это впервые к нам театр пожаловал.
— Это хорошо вам, а то у нас столько слухов смутных ходит…
— Так война же!
— Война войной, но когда свои своих же режут, это уже не до шуток. На Развилке целый отряд стражников вырезали, а солдаты всю округу переворачивают в поиске каких-то беглецов. Вон, плакаты повсюду. Пади преступники какие-то страшные, коль князь лично такую награду назначил, — сказал торговец и достал несколько плакатов о розыске. — Вот этот лесорубу горло перерезал. Кто знает, может и Развилка тоже его рук дело?
Пока торговец говорил, местный мужчина всматривался в плакат и не мог поверить своим глазам. На листе бумаги точно был изображён тот странный мужчина, который прибыл к ним вместе с бродячими артистами. А описание на втором листе точно совпадало с его спутницей. Оставив торговца, местный поспешил к руководителю труппы, чтобы переговорить о его компаньонах. Тот как раз стоял у повозки вместе с другими актёрами…
Вечером следующего дня в лучах уходящего солнца Катерина вышла в чистое поле и положила скрипку на плечо. Девушка намеренно выбрала место вдалеке от селения, дабы никто из жителей не слышал её музыки. Играла она вплоть до самого захода, после чего сложила инструмент в футляр и направилась в деревню той же дорогой. Однако сегодня ей было не суждено спокойно вернуться домой. У ворот деревни она увидела солдата, который верхом на коне помчал в сторону города.

— Вот, — сказала Катерина, приведя Генриха к трупу гонца.
— Как это вышло? — поинтересовался мужчина.
— Он очень неудачно упал с лошади.
— Правда? Прям таки неудачно? — подозрительно произнёс убийца.
— Генрих, я тебя позвала не за этим, — ответила девушка и вручила наёмнику лист бумаги. — Это было у него в сумке.
— Похоже, нас кто-то сдал…
— И это ещё не самое страшное. Обрати внимание на последнюю строчку. Там указан город, куда мы направляемся.
— Если эта информация попадёт не в те руки, нам отрежут единственный путь к спасению, — задумался мужчина. — Главный вопрос, кто? Местные или же кто-то из актёров?
— Боюсь, это уже не важно. Каждый человек в деревне знает, куда мы держим путь. Когда придут солдаты, они без проблем это узнают и тогда…
Генрих вчитывался в послание и рассуждал о словах княгини. Даже если он вычислит доносчика, даже если заставит его замолчать, слухи об их местонахождении уже достигли преследователей. Они могут попытаться бежать, однако вражеская кавалерия без проблем настигнет медленный караван. Тогда мужчина сжал в руке лист бумаги и пришёл к единственному правильному решению.
— Тогда они ничего здесь не найдут!
Поздно ночью, женщина проснулась от шума на улице. У дверей лежал её пожилой муж, а над ним стояла чёрная фигура. Не успела хозяйка закричать, как ей в голову тут же влетел клинок. Тем временем яростный огонь медленно пожирал деревню. Брошенные в окна сосуды проливали горящий спирт, который моментально воспламенял деревянные постройки. Многие застигнутые врасплох люди заживо сгорали в своих жилищах. Тех же, кто успел вовремя сбежать, смерть настигала во дворе. Люди умирали один за другим, до конца не осознавая, что происходит. Человек в чёрном был словно везде и разил любого, кто пытался бежать. Вдруг за углом послышался шум. Генрих тут же обернулся и вознёс саблю над головой. Перед ним оказалась маленькая девочка, сжимая в руках куклу и глазами ища своих родителей. Мужчина же неподвижно стоял на месте. Одного взмаха стальной сабли было достаточно, чтобы рассечь тело ребёнка пополам, но в груди что-то защемило. Поднятая рука затекла и затряслась, но Генрих так и не посмел оборвать жизнь невинного дитя. К остальным своим жертвам наёмник был более беспощаден. Лагерь артистов усеян телами, многие из них даже не успели встать с постели, дворы заполнены кровью и останками убитых, а дома полыхают огнём… Сегодняшней ночью убийца показал своё истинное лицо.
И вот он, стоит на выгоревшей пустоши. Подхваченные ветром искры пролетают мимо его лица, а в голове до сих пор звучат стоны и крики убитых людей. Солнце взойдёт, огонь потухнет, земля впитает кровь, но время не скоро сокроет резню на большой дороге. Не забудет её и Генрих… Рядом же стояла Катерина. По злому велению судьбы именно эта женщина стала причиной несчастья, её жизнь оказалась ценнее жизни всех этих крестьян и артистов. Сама же княгиня прекрасно осознавала это, но ни капли не сожалела. Холодным спокойным взглядом она проводила нескольких детей, которые бежали от кошмара в тёмный дремучий лес.
— Я убил их… — тяжело произнёс наёмник, — убил их всех: женщин, мужчин, стариков…
— Но только не детей, — добавила Катерина.
— Я сделал то, что считал нужным. Я устранил всех, кто знал о нас слишком много. Дети здесь ни при чём, они ничего не скажут.
— И что будет с ними дальше? Ты об этом подумал? — неожиданно задала вопрос княгиня, на который наёмник не знал ответа. — Ты лишил их дома, лишил их близких… Где теперь их место в мире, в котором идёт война? Думаешь, их кто-то приютит? Думаешь, они смогут сами выжить в этих лесах? Это не жалость. Это слабость.
— Называй, как хочешь, — сказал Генрих и тяжело прищурил глаза.
Неожиданно девушка взяла его за руку и прижалась к плечу. Впервые за его жизнь, кто-то стоял рядом и не страшился того, что он совершил.
— Ладно, пойдём, — произнесла девушка и направилась к лошадям. — Возможно, ты ещё сможешь побороть свои сомнения, — тихо добавила она.

Глава 16 «Гораздо важнее»


Идя по следу беглого убийцы, девушки-ашатаны пожаловали в опустошённое пожаром селение. Угли давно истлели, но от них по-прежнему был ощутим жар, унёсший жизни десятков людей. Вся деревня была похожа на почерневшую равнину, где почти ничего не напоминало о прежней жизни. Воздух же был пропитан зловонным запахом разлагающихся тел. Вороны стаями слетелись на то, что оставили им дикие псы.
— Ты была права, сестрёнка. Они точно здесь были, — сказала старшая сестра и спрыгнула с лошади.
— Не часто Генрих решается на такое… — сказала про себя Мая. — Но я узнаю его почерк.
— И что теперь делать будем? Как я погляжу, он не оставил нам людей, чтобы с ними побеседовать. Опять будем обшаривать одну деревню за другой? Так они могут и уйти. Могу представить лицо нашей госпожи, когда мы вернёмся: ни Генриха, ни ашатана-предателя, за которым нас посылали…
— Ты бы помолчала и осмотрелась по сторонам.
— Зачем? Здесь же ничего нет!
— Правда…? — произнесла Мая и указала пальцем на свежие могилы. — Похоже, кто-то всё же остался.

— А потом страшный дядя сжёг все наши дома. Родители сказали бежать, я и побежала… — говорила со слезами девочка в шатре у князя. — Мы с ребятами спрятались в лесу. Но никто из взрослых не пришёл.
— Достаточно! — сказал Ольгерд, которого не интересовали рассказы испуганных детей. — Этот человек… с ним была девушка?
— Да, была тётя. Они рядом жили, — сказала девочка.
— А они не говорили, куда направляются?
— Тот злой дядя приехал с артистами, они добрые. Я слышала, как папа говорил с дядями, и те сказали, куда они едут.
— А ты помнишь название этого города или места? — спросил князь, на что девочка утвердительно кивнула и поведала название злосчастного города. — Хорошо. Выдайте им три мешка хлеба и десять фляг с водой.
— Но ведь на бумажке написано…
— В объявлении указана плата за их поимку. Будьте благодарны хотя бы за это. А теперь прочь из моего лагеря! — спровадил сирот князь.
— Сэр, нам от них избавиться? — спросил подчинённый.
— Не тратьте время. Лучше запрягайте коней и огласите солдатам приказ о мобилизации!

— Ты есть не будешь? — спросила Катерина.
— Нет, не хочется, — тяжело произнёс Генрих. — Уже три дня пути, но запах гари у меня до сих пор в носу стоит. Ты, конечно, можешь сказать, что я не виноват, так сложились обстоятельства…
— Я не стану так говорить. Это всецело наша вина: моя и твоя, — произнесла девушка, доедая последний кусок хлеба. — Однако ты слишком сильно реагируешь на такое. Ты убийца, и, мне казалось, ты привык к смерти.
— Но я не всегда был убийцей… — тихо произнёс наёмник, но затем тяжело вздохнул и решил немного сменить тему. — Это ты ещё не видела моего учителя Кима. У того вообще не было никаких принципов: женщины, дети… ему всё равно.
— Правда? — заинтересованно спросила княгиня.
— Всё, что я знаю, я перенял от него. Даже привычки. Но порой я искренне страшился этого человека.
Внезапно по лесу разнёсся оглушающий звук горна. Беглецы тут же вскочили на ноги и осмотрелись по сторонам. Грохот шёл со спины, так что они бросились в противоположном направлении, позабыв обо всём. Они мчали вперёд сквозь ветки и колючие кустарники. Выбежав из сосновой рощи, путники оказались на равнине и тут же остановились.
— Вы бы знали, как тяжело было вас найти! — воскликнул Ольгерд.
Перед ними был целый княжеский взвод, преградивший путь. В авангарде стояла кавалерия, за которой следовала многочисленная пехота, и замыкали строй лучники. Сам же князь верхом на белом коне находился в тылу и отдавал приказы своим солдатам. Более сотни солдат полностью окружили небольшую рощицу, а позади наверняка прочёсывала лес вторая группа. Шансов на бегство не было, а столько человек было не осилить даже Генриху.
— Сдавайтесь! Вам более некуда бежать! Возможно, ещё и сохраните свои жизни.
Генрих и Катерина не двигались с места. Девушка стояла за спиной мужчины, а тот в быстром темпе раздумывал, как им быть.
— В таком случае…! — провозгласил князь и поднял меч. — В атаку!
Первой в бой вступила вражеская кавалерия. Всадники на своих верных скакунах помчали по направлению к противнику. Генрих решил действовать несмотря ни на что. Он оттолкнул Катерину назад и сам побежал навстречу к неприятелю. Как только до всадников оставалось пару десятков метров, наёмник достал из подсумка две дымовые шашки и бросил их над головой. Большое тёмное облако покрыло поле и полностью скрыло наёмника из виду. Не успев остановить своих лошадей, всадники угодили точно в завесу. Лишившись зрения, воины начали рассекать воздух своими мечами в поисках наёмника. Генрих же ползком подобрался к лошади, одним движением повалил всадника на землю и занял его место в седле. Тут же он направил свою лошадь из облака, которое начал сдувать ветер. Всадники быстро заметили противника и последовали за ним. Убийце приходилось гнать коня в разные стороны, дабы избежать завывающих над головой стальных мечей. Двое самых опытных наездников поравнялись с убийцей и намеревались остановить его. Тогда Генрих на секунду отпустил поводья, достал иглы и метнул их в двух лошадей по сторонам. После ранения, они скинули с себя наездников и сами рухнули на землю. Упавшие всадники стали преградой для других воинов, и Генрих обрёл относительную свободу. Тогда раздался очередной горн, и лучники выпустили целое облако стрел. Однако их целью было не убить мужчину, а отрезать его от своей спутницы. Тем временем пехота окружила девушку, которая не могла бежать без своего защитника. Теперь наёмник был не нужен, и лучники приготовились стрелять на поражение. Такой залп легко накроет его вместе с конём. Княгиню же окружало такое количество солдат, что пытаться прорваться было бы самоубийством. Генрих повернул голову и устремил свой взгляд обратно на рощу. Среди густой кроны деревьев стрелы не сумеют его достать, однако Катерина по-прежнему была в руках врага. Мужчина встретился с девушкой взглядом, ударил поводьями и направился обратно в лес. Катерина смотрела ему в спину, ожидая, что вот-вот он развернётся и вернётся за ней, однако этого не произошло. Наёмник скрылся меж деревьев, оставив её одну. Молодой княгине не оставалось ничего кроме как сдаться.
— Гори оно всё огнём! Никакая награда не стоит того, чтобы умереть! — повторял мужчина, осознавая своё положение.
Генрих остановил лошадь лишь к середине дня. Главной целью солдат была наследница, и они не стали догонять бежавшего убийцу. Привязав лошадь, наёмник рухнул на землю у дерева и начал рассуждать, что ему делать дальше. Он убийца, не воин. И даже если бы он им был, человеку не совладать с целым взводом. Сейчас речь шла лишь о его собственном выживании, но никак не о спасении незнакомой ему княгини. По крайней мере, так он пытался думать. Внутренний голос говорил о том, что он должен, однако разум яро противился этому.
— Я не вернусь! Слышишь меня?! Я не вернусь! И речи быть не может! — сорвался мужчина на своего коня. — Плевать мне на эту награду, это того совершенно не стоит. Мне это не нужно! Мёртвым ничего не нужно! — Генрих присел и начал биться затылком о дерево. — Что значит речь не о награде? А о ком?! О ней…? Я её совершенно не знаю. Она никто мне! Понимаешь? Никто!
Сейчас наёмник выглядел по-настоящему жалко. Из-за нервов он сидел на земле и говорил сам с собой. Если бы он мог, глаза бы залили солёные слёзы. Через несколько минут он всё же сумел успокоиться. Тело всё ещё трясло, но мысли начали постепенно проясняться. Он поднял левую руку, с которой спали бинты, и посмотрел на свой рубин.
— Я не променяю её на вас. Вы мне гораздо важнее… вы моя семья… всё, что у меня осталось…
Вечером Генрих шёл по лесу, ведя лошадь за собой. Теперь он снова был один… За свою долгую жизнь он давно привык к такому расположению вещей, однако сейчас что-то было не так. Он более не чувствовал свободы, тишина ужасающе давила на слух. Каждые несколько метров мужчина останавливался и оглядывался назад, но там никого не было. Такую грусть от утраты он ощущал всего лишь раз, когда навсегда оставлял свою семью. Подобную беспомощность он познал, когда понял, чем является его камень. Схожая боль пронзала его тело, когда огонь выжигал его плоть. А отчаяние точно как тогда, когда его отверг целый мир. Жизнь потрепала его, как никого другого, однако дух мужчины был силён. За всё время он не раз терял волю к жизни, но столько же раз вновь находил в ней смысл: будь то месть, азарт от убийств, радость от плотских утех… Но сейчас все эти вещи вновь блекли и теряли свою красоту.
Сам того не осознавая, он вновь оказался в той роще, где они с Катериной в последний раз завтракали вместе. Перед ним был лагерь, где в спешке они оставили все свои вещи. На земле лежал футляр с прекрасной скрипкой внутри. Генрих поднял дорогой инструмент с земли и присел на колоду. Эта девушка защищала его, отстаивала перед другими, когда он был явно неправ… Она заботилась о нём, когда могла бросить, перевязала его раны после тяжкой битвы, чего никто не делал уже очень давно… И даже когда Генриху вновь пришлось убивать, когда он лишил жизни стольких людей, он впервые сделал это не ради денег, а ради другого человека. Тогда он вновь посмотрел на рубин в своей руке. Долгие годы он видел в нём свою семью, тех, с кем он был по-настоящему счастлив… Однако они давно застыли в красном камне, а все те светлые дни остались далеко в прошлом. Сейчас же где-то в заточении томилась молодая девушка, которую он был обязан спасти!
Тем временем небольшое войско князя встало неподалёку от того места, где они устроили засаду. Девушку завели в шатёр, где она предстала перед Ольгердом.
— Коль хотите убить меня — не томите. Буду рада избавиться от вашей компании, — сказала Катерина, сидя в окружении нескольких стражников.
— Нет, не сейчас. Мне очень интересно узнать, что же это за наследница, о которой я ничего не знал… — сказал князь и сложил перед собой руки.
После весьма продолжительного разговора Катерину вывели на улицу и посадили в специально оборудованную клетку. Она находилась практически в центре лагеря под присмотром с полсотни солдат. Ольгерд решил сохранить ей жизнь, пока не выведает всё, что желает знать. Стражники дали пленнице несколько кусков хлеба.
— Прошу, ваше величество. Не помрите нам здесь с голоду, — насмешливо сказал стражник и вручил девушке деревянный стакан.
Катерина едва поднесла сосуд к губам, как почувствовала на дереве несколько борозд. На обратной стороне стакана красовалась вырезанная надпись: «Не пей». Девушка незаметно вылила воду на землю, после чего отставила стакан в сторону. Спустя пару часов солдаты в лагере начали чувствовать ужасные боли в животе. Генрих мог наблюдать, как большинство из них тут же слегло на землю, а у других началась сильная рвота. Его диверсия удалась, и теперь мужчина мог беспрепятственно войти в лагерь. Оставалось лишь найти Катерину, однако девушка сама его встретила.
— Генрих! — обрадовалась княгиня и обняла мужчину.
— Тише, — шепнул он. — Нужно уходить.
Миновав больных солдат, которые были даже не в состоянии поднять тревогу, убийца провёл девушку к лошади, которую он привязал неподалёку. Неожиданно у самого выхода им на пути встал рыцарь в цельном стальном доспехе.
— Стой! Иначе… — не успел договорить мужчина, как Генрих метнул ему стальную иглу точно в глаз.
— Быстрее! Бежим! — закричал наёмник и побежал с девушкой со всех ног.
Добравшись до лошади, он посадил княгиню перед собой и взялся за поводья.
— Что ты с ними сделал? — поинтересовалась девушка, на что Генрих показал ей наполовину заполненный пузырёк с ядом.
— Сильная штука. В такой концентрации они не умрут, но на ноги встанут не скоро. О, кстати… — сказал мужчина и снял с упряжи футляр. — Твоя скрипка.
— Благодарю.
— А как же поцелуй герою?
— Давай сперва уедем отсюда!
— Твоя правда, — сказал наёмник и погнал лошадь прочь от военного лагеря.
Князь не скоро узнал о том, что произошло, а настоящие последствия стали известны лишь на утро. Злости мужчины не было предела.
— Как?! Как такое произошло?! — кричал правитель на своего верного рыцаря, которому лекарь перебинтовывал глаз.
— Простите, сэр. Я подвёл вас.
— Это слабо сказано! Я бы приказал казнить тебя, но кое-кто заслуживает этого куда больше! — сказал мужчина и немного успокоился. — Что с ними?
— Тяжёлое отравление, — констатировал лекарь, закончив работу. — В вашем распоряжении осталась лишь четверть бойцов. Остальным же нужно как минимум пару дней.
— Тогда оставьте этих увальней здесь. Всем же, кто ещё может стоять на ногах, прикажите немедленно седлать коней! Они по-прежнему держат путь к границе. Нельзя их упустить!
Вдруг посреди разговора с улицы донеслись крики. Собравшиеся мужчины не понимали, что происходит. Раненный рыцарь в своём доспехе вышел на улицу, чтобы разобраться. Перед шатром лежали поверженные солдаты, а посреди окровавленной земли стояла девушка с огромным мечом на плече. Воин тут же схватился за оружие и побежал вперёд. Старшая сестра подпустила его как можно ближе, а затем нанесла удар кулаком. Стальной нагрудник согнулся, и рыцарь упал на землю. После этого на его голову обрушился огромный меч, едва не разорвав его тело пополам. Спустя несколько секунд обезглавленное тело влетело в шатёр, и следом вошла ашатанка.
— О, князь! А мы вас искали, — довольно произнесла девушка.
Мужчина прорвался сквозь занавеску и бросился бежать в противоположную сторону. Вдалеке виднелась пара лошадей, до которых он и стремился добраться. Вдруг его ногу опутала стальная цепь, и одним движением Мая повалила беглеца на землю.
— Не спешите так. Нам нужно поговорить, — сказала девушка, приставив клинок к горлу дворянина. — Куда они направились?

Глава 17 «Грехи прошлого»


Генрих и Катерина торопились, как могли, дабы избежать преследования графа. Однако, несмотря на спешку, им всё же доводилось делать остановки на отдых и спокойный сон.
– Доброе утро, – произнесла девушка, когда наёмник открыл глаза, лёжа у неё на коленях.
– Доброе, – улыбчиво ответил Генрих и присел рядом. – Ничего не произошло?
– Нет, всё тихо. Никаких следов преследования, – обнадёжила княгиня. – Ты, кстати, снова говорил во сне. На этот раз о Киме.
– Правда? Что-то я ничего такого не помню.
– Он был тебе другом? Что с ним произошло? – поинтересовалась девушка.
Генрих сперва не хотел отвечать и в очередной раз ворошить прошлое. Однако для своей любимой собеседницы он решил сделать исключение.
– Ким пользовался уважением и доверием Арсии. С детства выращенный ашатанами, он был их непоколебимым клинком и последним, от кого стоило ожидать предательства. Однако та змея всё знала, и уже нас застали врасплох. Меня наградили этими ожогами, Кима же она обратила в камень. Это произошло в старом ашатанском селении около Аврийских гор. Возможно, его статуя до сих пор там стоит. Ах, печальная смерть.
– Интересная история, – произнесла Катерина и незаметно улыбнулась.
– Так себе. Я предпочитаю лишний раз о ней не вспоминать и… – говорил Генрих, но затем неожиданно прервался.
Мужчина резко оттолкнул девушку в одну сторону, а сам прыгнул в другую. В следующее мгновение из земли вырвались стальные цепи, едва не спутав им руки и ноги.
– Проклятье. А ты наблюдательный, – произнесла Мая, выйдя со своей сестрой на поляну.
– Надо же, кого я вижу! Мая! – воскликнул мужчина, встав на ноги. – А ты подросла.
– Я сама с ним справлюсь. Просто не мешайся у меня под ногами, – скомандовала младшая сестра, достала меч из ножен и вышла вперёд.
– Ну, смотри, сестрёнка. Если что, я тут постою, – ответила старшая и опёрлась о свой огромный меч.
– Катерина, беги отсюда, – тихо шепнул Генрих.
– Что? Почему?
– Они пришли за мной, так что беги, куда глаза глядят. Это мои грехи, – сказал мужчина, снял с пояса саблю и вышел навстречу к Мае. – Уверена, что помощь сестры не понадобиться? Мне бы не хотелось, чтобы ты в очередной раз разочаровала нашу стервозную госпожу.
– Много времени прошло с тех пор, и я уже не та девочка. Ты же остался прежним: такой же дряхлый, израненный, цепляющийся за свою никчёмную жизнь остаток человечины…
– Эй, я ведь и обидеться могу!
Генрих крепко сжал рукоять сабли, а на лбу проступил холодный пот. Наёмник ужасно нервничал, ведь знал своего противника. Ему не победить. Эта мысль засела в голове и эхом повторялась каждую секунду. Обычному человеку не хватит ни скорости, ни силы одолеть ашатана в открытом бою. Однако он должен был попытаться. Они всё ещё не достигли границы с Золотым царством, и он был обязан доставить Катерину в целости и сохранности.
Как только Мая сделала рывок и помчалась к своей цели, Генрих снял с пояса стальную иглу и метнул её точно в голову. Буквально за доли секунды ашатан отклонила тело, провела взглядом летящий предмет и набросилась на наёмника. Мужчина же едва успел подставить под удар свою саблю. Атаки девушки были сильны, но основной упор она делала на скорость. Генрих с трудом успевал блокировать многочисленные удары, а вот каждый его выпад без труда парировали. Так Мая отклонила оружие мужчины и за пару секунд нанесла несколько порезов, от которых тот рухнул на землю.
– Ты слаб, Генрих. Прими свою смерть, – предложила ашатан, лежащему противнику.
– Нет, я ещё немного поживу, – ухмыльнулся наёмник.
В этот момент взорвалась брошенная им на землю шашка, и поляну заволокло дымом. Мая, которая не ожидала такого хода, прикрыла нос и прищурила глаза от едкого дыма. Генрих же успел скрыться.
Девушка находилась в полном неведении, однако не спешила покидать завесу. Убийца мог находиться где угодно, и любое опрометчивое решение могло привести к смерти. Генрих воспользовался положением и атаковал мага из тумана. Мужчина появлялся из самых неожиданных мест и наносил одиночные удары. Скорость Маи не могла ей помочь против того, кого она не видит. Так одним взмахом мужчина рассёк ей бок, оставив кровоточащую рану. И тут, во время следующей атаки, Генрих случайно зацепил ногой торчащую из земли цепь.
– Проклятье… – едва успел произнести наёмник, как его тут же атаковала Мая.
От столь резкого удара он вылетел из завесы, а на груди появился ещё один порез. Тем не менее девушка сама была сильно ранена и, шатаясь, встала перед Генрихом, держась рукой за бок. Это была отличная возможность. Сжав зубы, убийца встал на ноги в готовности нанести смертельный удар, как с боку к нему приблизилось лезвие огромного меча. Лишь в самый последний момент мужчина прикрылся саблей, что и спасло ему жизнь. Отлетев на пару десятков метров, он ударился спиной о дерево и упал на землю. Ужасная боль пронзила всё тело, и несколько секунд Генрих не мог даже пошевелиться.
– Тебе повезло, что я никогда тебя не слушаю, – произнесла девушка своей раненной сестре. – Готов развлечься сразу с двумя, Генрих?
– О, я такое люблю. Но я бы предпочёл место с кроватью, – съязвил мужчина, поднимаясь на руки.
– Возможно, в другой раз, – улыбнулась сестра и нанесла удар.
Лезвие меча рассекло толстое дерево, сам же Генрих отскочил в сторону. Ашатан нанесла ещё один взмах, но и на этот раз наёмник без проблем от него увернулся. Тогда старшая взяла меч в обе руки и подняла над головой, замахнувшись со всей силы. От удара орудие встряло глубоко в землю, а в стороны полетели комья грязи. Наёмник дождался последней секунды и всего лишь сделал пару шагов в бок. Тогда девушка с силой вырвала меч из земли, от чего в стороны разлетелись комья грязи. Почва попала в глаза наёмника, на время его ослепив. Этого времени магу хватило дабы нанести удар кулаком точно в грудь оппонента. Генрих почувствовал, как ломаются его рёбра и впиваются в лёгкие. Прокатившись по земле, он бы так и остался на ней лежать, однако за свою жизнь он до того привык к боли, что нашёл в себе силы вновь подняться. Оставив основное оружие, он снял с пояса два ножа и метнул их противника. Лезвия клинков на лету рассекли мышцы на ногах старшей сестры, от чего та упала на колени. Зажав стилет в левой руке, убийца набросился на девушку, метя точно в шею.
Вдруг кожа ашатана покрылась густой буро-рыжей шерстью, хотя это был вовсе не мех, а тонкие острые металлически волоски. Тело увеличилось, сделав её выше двух метров, а голова превратилась в лисью. Из одежды на этом существа остался лишь большой вышитый плащ.
Стоило кинжалу её коснуться, как тот моментально проржавел и рассыпался. В этот самый момент левую руку Генриха опутала стальная цепь. Мая без труда встала на ноги и вся её кожа превратилась в сталь, на предплечьях и голенях появились изогнутые лезвия, а лицо лишилось носа, глаз и рта, приобретя вытянутую форму. Её тяжёлая рана так же затянулась. Одним движением руки младшая дёрнула цепь и отправила Генриха в полёт, прочесав им землю на поляне.
Произошло именно то, чего с самого начала и опасался мужчина. Заключая договор с демонами, ашатаны приобретали не только невероятные способности, но и могли принимать их облик, становясь ещё сильнее. Окись и Сталь. Так именовались демоны сестёр.
Дабы освободиться из пут, Генрих перерезал ремни на наруче. Выдернув руку, он ещё несколько метров прокатился по земле, после чего незамедлительно встал на ноги. За это время к нему подоспела старшая сестра и уже замахнулась мечом. Бежать было поздно. Мужчина взялся обеими руками за саблю и подставил её под удар. Борясь с невероятным давлением, Генрих тут же упал на колени и из последних сил удерживал оружие над головой. Однако от контакта с клинком демона стальная сабля неостановимо начала ржаветь и через несколько секунд вовсе переломилась. Лезвие тяжёлого меча вонзилось в Генриха, разрубив плечо. Когда клинок углубился в плоть, демон одним рывком выдернул клинок, и правая рука убийцы повисла на тонком куске мяса.
Голова ревела от боли, кровь ручьями текла из ран, правая рука фактически была отрублена… Захлёбываясь от крови, Генрих жадно глотал последние вдохи воздуха. Сёстры же встали перед своей жертвой, наблюдая за последними секундами убийцы. Бессмысленно было пытаться. Сознание постепенно покидало изнурённое тело, и мужчина уже чувствовал на себе холодное дыхание смерти. В голове крутилась лишь одна мысль: «Он не смог. Не смог защитить Катерину, не смог выполнить своё последнее задание и доставить её в безопасное место…». Склонив голову, он посмотрел на драгоценный камень в своей руке. Вот он, момент, которого он так долго ждал, логическое завершение его истории. Ещё несколько секунд и он наконец воссоединиться со своей семьёй… или же его ждёт Забвение? Уже не имеет значения. Всё кончено.
– Задание выполнено, – подвела итог Мая.
– Это было просто, – ответила сестра и положила клинок на плечо. – Идём?
– Да, мы здесь закончили.
Но почему-то именно сейчас, ему меньше всего хотелось умирать. Что- по-прежнему держало его в этом мире. Тогда он, наконец, осознал… Цепляясь за прошлое, вся его боль, все те лишения, на которые он себя обрёк, были бессмысленны! На пороге смерти он понял, что его близкие всегда были куда ближе, чем он раньше считал, и не в камне дело… они всегда будут с ним. К тому же их путь завершился многие годы назад, он же всё ещё жив…
– Простите, но я воспользуюсь вами, – тихо произнёс мужчина и поднёс ладонь к лицу. – Я использую последний подарок, что вы мне оставили.
Кровавый рубин засиял. Красные жилы пронизали плоть, срастив отрубленную руку с телом, затянули все раны, на голове вновь выросли пышные чёрные волосы, а кожа вновь стала гладкой, пусть и сохранив смолистый оттенок. Впервые за долгие годы Генрих вдохнул полной грудью, ощутил на себе осеннюю прохладу, почувствовал, как развеваются его волосы на ветру…
Рывком он приблизился к ашатанам, которые едва успели обернуться. Одним лишь кулаком он ударил Маю настолько сильно, что отбросил стального демона далеко в сторону. Сломанные от удара кости запястья моментально срослись и приняли исходное положение. В этот самый момент старшая сестра подняла меч и атаковала противника со спины. Выхватив из-за пояса стальное перо, Генрих удержал этот удар одной лишь рукой. Корозия же не распространилась на оружие, и перо оставалось прежним.
– Чудная сталь… – произнёс убийца.
Развернувшись, мужчина ударил монстра-лиса в бок ногой так, что чудище попятилось назад. Следующим же рывком он вновь приблизился к Окиси и атаковал демона. Старшая лишь размахивала тяжёлым клинком, но никак не могла попасть по наёмнику.
– Эта сила… эта скорость… до чего же я чувствую себя живым! – восторженно говорил Генрих.
Порезав руку девушки, убийца подпрыгнул вверх и ударил её ногой по морде. Когда ашатан отошла, Генрих приготовился к очередному рывку, как перед его лицом появилась стальная цепь. Затянув петлю на шее мужчины, Мая оттащила того назад и прижала к дереву, дав своей сестре возможность для атаки. Изо всех сил хватаясь за цепь, Генрих не мог сорвать её с шеи, а противник тем временем приближался. Тогда он снял с пояса ржавый обломок стилета и прислонил его к петле. Ржавчина сразу же начала разъедать сталь, и мужчина разорвал звенья, отскочив в сторону. Дабы скрыться от старшей сестры, он забежал в посадку и спрятался среди деревьев. Та же не стала тратить время на поиски и просто рубила и вырывала деревья.
Стоило старшей заметить Генриха, как она направила на него свой клинок. Однако ловкий убийца постоянно прятался за стволами, что так сильно мешали демону. Когда её меч встрял в дереве, Окись вырвала бревно с корнем и швырнула его в убийцу. Подскочив на месте, Генрих перелетел колоду и метнул в девушку последнюю иглу. Та подставила свою левую руку. Стальной наконечник пронзил ладонь насквозь, но тут же рассыпался в порошок, не нанеся ощутимого вреда. Уворачиваясь от атак, Генрих вынудил девушку надломить ещё больше деревьев. Послышался треск и несколько массивных дубов обрушились на голову демона, похоронив его под своими стволами.
Не успел наёмник перевести дыхание, как мимо него пролетело лезвие на цепи. Создав подобное оружие в обеих руках, Мая рассчитывала поразить наёмника на расстоянии, но тот легко отразил удары. Когда оба лезвия отлетели в стороны, мужчина приблизился и поднял стальное перо для удара. В ту же секунду Мая дёрнула за цепи и призвала лезвия обратно. Вены на лице Генриха вздулись, и за одно мгновение он отскочил на несколько метров, избежав удара. Рубин наделил его невероятной силой, но мужчина чувствовал, как с каждой секундой она всё больше угасала.
Мая же выбросила цепи и отрастила на предплечьях два стальных клинка. Враги вновь вступили в бой. Генрих начинал двигаться всё медленнее. Взмахном руки соперница рассекла его губу, а затем, перескочив с ноги на ногу, вонзила ему лезвие в живот. Генрих взмахнул пером, ударил девушку по шее и вынудил её отойти. Мужчине не хватало сил пробить стальную оболочку, а все нанесённые Маей раны затягивались за считанные секунды. И вдруг во время боя тело ашатана сковала судорога. На стальном лице появился рот и маг сплюнула лужу крови. В конечностях не оставалось сил, и она пала на землю.
– Вы можете стать демонами, но тела у вас всё равно человеческие, – сказал Генрих и бросил пустой флакон из-под яда.
Девушка тут же вспомнила, как потеряла наёмника из виду в дыму, и как тот нанёс ей первый удар.
– Да чтоб тебя… – тяжело произнесла девушка искажённым голосом и вновь приняла человеческий облик.
В этот самый момент из-под завала выбралась старшая сестра и метнула в Генриха несколько тяжёлых деревьев, что вынудило его отступить. Демон поднял бездыханное тело сестры и заревел от утраты. Подняв свой меч, старшая сестра помчалась на Генриха дабы отомстить. Когда мужчина увернулся от первого удара, демон-лис схватил его левой рукой и швырнул о землю. Генрих быстро откатился в сторону и избежал последующего удара. Встав на ноги, противники взялись за оружие и побежали навстречу друг другу. Словно ветер они пронеслись мимо, взмахнув клинками. В эту секунду на шее ашатана появилась кровоточащая рана. Стиснув зубы, девушка развернулась, но к этому моменту к ней подоспел наёмник и вонзил стальное перо ей в живот по самую рукоять. Лис издал свой последний рык и рухнул на землю. Генрих же отошёл назад, так и оставив оружие в теле монстра.
По завершению битвы красный рубин поблек и вовсе исчез из руки наёмника. Генрих исчерпал всю его силу. Теперь мужчина, наконец, простился со своим прошлым.
– Спасибо вам и прощайте, – печально произнёс он и направился к Катерине, которая ожидала его на другом конце поляны.

Глава 18 «Справедливая награда»


Перед нападением девушки-ашатаны спугнули лошадь путников, так что им вновь пришлось преодолевать долгую дорогу пешком. Однако это не было проблемой. Их более никто не преследовал, никто не пытался убить… последние дни пути прошли спокойно и размеренно.
– Ах, какой замечательный сегодня ветерок. Только вот прохладно немного, – сказал Генрих, здоровое тело которого скрывали лишь чёрные бинты.
– Стоило всё же взять с собой какие-то вещи, – ответила ему девушка.
– Шутишь? Это ведь так здорово! Ветер, холод… я так за этим скучал. Я хочу чувствовать это как можно дольше.
– Необычно видеть тебя таким.
– А ты почему такая задумчивая? Всю дорогу только и молчишь.
– Это я так… есть один важный вопрос.
– Хотя, после того, что произошло, оно и не мудрено, – сказал Генрих, как на горизонте показался пограничный город. – О, смотри! Мы на месте.
– Да. Стоит перейти границу и всё будет кончено, – тихо произнесла девушка. – Пойдём?
– Кончено, говоришь… – повторил про себя Генрих и остановился.
– Эй, ты чего? Город совсем рядом, – обернулась Катерина.
А ведь княгиня была права. Стоило им пересечь границу, как миссия Генриха будет завершена. Девушка направится дальше, а он получит свою награду и вновь отправиться в путь по большой дороге. С того самого момента, как они впервые встретились, он не мог дождаться этого момента, но сейчас… За время их приключения, Катерина стала ему самым близким человеком. Именно ради этой девушки он сделал то, на что никогда бы в жизни не решился. Он привязался к ней и теперь не представлял жизни без разговоров у костра, её красоты и заботы. Он вновь стал прежним, обрёл здоровое тело, навсегда простился с болезненным прошлым, что тянуло его назад… но в чём смысл? В чём смысл всего этого, если он не в состоянии быть рядом с тем, кого любит?
– Что-то не так? – поинтересовалась девушка, когда Генрих не издал ни слова. Неожиданно мужчина обнял её и крепко прижал к себе.
– Прошу, не уходи, – прошептал ей Генрих на ухо. – Ты княгиня и у тебя долг перед твоим государством, но Виола больше нет. Останься со мной…
– Генрих… – тихо произнесла Катерина.
– Я понимаю, что не смогу дать тебе многого, однако я сделаю всё, что в моих силах, дабы ты ни в чём не нуждалась. Мы уйдём, начнём всё сначала! Мы заживём счастливо, только ты и я. Обещаю, я больше…
Слова Генриха неожиданно прервались, когда резкая боль зародилась у него в груди. Стальное перо пронзило его сердце. Мужчина медленно наклонил голову и мог видеть, как красные капли стекали по оперению, а клинок крепко сжимала женская рука. В следующую секунду за спиной Катерины распустились роскошные стальные крылья, и она вонзила перо ещё глубже. Ноги Генриха подкосились, и слабость накрыла его тела. Мужчина беспомощно рухнул на землю и всмотрелся в лицо своей любимой. Его пронизывал холодный и безразличный взгляд, с которым она смотрела на умирающего спутника.
– Я потратила на тебя столько времени, но из потенциального союзника, ты превратился в жалкого человека, мечтающего о своём убогом существовании, – разочаровано произнесла женщина.
Тем временем со стороны рощи на дорогу вышел древний охотник, с которым некогда сражался Генрих. Существо остановилось перед названой княгиней и принялось слушать.
– Я нашла более подходящего кандидата, – спокойно произнесла женщина. – Когда закончишь с Вальдаром, отправляйся в Аврийские горы. Я сама доложу обо всём господину.
Охотник кивнул и бросил взгляд на лежащего Генриха, который протягивал руку в сторону Катерины. Женщина повернула голову и в последний раз посмотрела на него.
– Он бесполезен, – безразлично произнесла она. – Оставь его.
Девушка развернулась и направилась к городу. Генрих остался один. Всё тело трясло от холода, а по щеке стекали слёзы. В одночасье весь его мир рухнул. Душа ревела от боли, а сердце заливалось кровью. Вскоре в глазах потемнело, и все сокровища мира стали ему более не нужны…


Свидетельство о публикации №11544

Все права на произведение принадлежат автору. Мамчур Денис, 09 Августа 2018 ©

09 Августа 2018    Мамчур Денис Рейтинг: +1 0    63





Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии и оценивать публикации:

Войти или зарегистрироваться


Чтобы общаться и делиться идеями, заходите в чат Telegram для писателей.

Рецензии и комментарии ()



    Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии.

    Рейтинг
    Игры на выживание 0 +1


    Две жизни сумасшедшего (глава I)

    Все запылало. Не пламенем, но ужасом. Секунда между сладким сном и сладковатым чародейством замерла, чтобы состарить сердце мальчишки. Он впервые увидел ведьму. Не страшная, скорее непонятная, точно у ночной гостьи не было лица. Леденящая душу. Сон —.. Читать дальше
    46 4 0

    Лесная и морская нимфы

    Пробравшись сквозь заросли лесной чащи, я наконец-то ступила на песчаный берег большого стеклянно-прозрачного озера. В светлое время сквозь воду можно увидеть несколько десятков метров от берега этого водоема его мир: камни, водоросли, стайки рыбок и.. Читать дальше
    340 0 0

    Асмодениум

    Пролог и Глава 1.. Читать дальше
    268 0 0