Пиши .про для писателей

О войне - с любовью

Автор: Игорь Храмов Тесёлкин

ИГОРЬ ХРАМОВ ТЕСЁЛКИН

О ВОЙНЕ. С ЛЮБОВЬЮ.

Соотечественникам

Наши мертвые нас не оставят в беде
Наши павшие как часовые…
Владимир Высоцкий
«Он не вернулся из боя»

1941
Над нашим небом вновь нависли
Гарь и копоть.
Напротив враг – и руки у него
В крови по локоть.
В окопе двое нас с тобой-
Иван с Ильясом
Страну закрыли от врага
Солдатским мясом.
Вновь движется на нас с тобой
Железа груда.Не спрятаться нам, не уйти
С тобой отсюда.
Ах, что же будет, мне скажи,
Отныне с нами?
Нельзя отсюда нам с тобой — Москва за нами.
Сквозь грохот что – то ты кричишь –
Мне непонятно.
Нельзя нам время повернуть
С тобой обратно.
На свете мало так с тобою
Мы пожили
Недострадали мы с тобой,
Недолюбили.
Пускай от взрыва у врага
Заклинит башню.
Поверь, за правду умирать
Совсем не страшно.
Какие быть у нас с тобой
Могли бы дети…Отныне вместе нам с тобой
Шагать в бессмертье.
Обидно рано умирать,
Скажи мне честно?
Настанет время – и о нас
Напишут песни.
Последний взгляд перед броском –
К небесной сини.
Ну все. Пора идти на смерть.
Прости, Россия.
Пусть немецкий пулемёт
Сердце в клочья разорвёт
Будет безутешно мать
Вести от сыночка ждать
Разве можно рассказать,
То, как ждёт сыночка мать?
4.05. – 6.05.2010

Мы все выросли на фильмах о войне. Смотря эти фильмы, каждый из нас, наверное, задавался вопросом: а ведь страшно, наверное… Особенно когда в лицо тебе хлещет, как принято говорить, «свинцовый дождь», но здесь именно это ставшее таким привычным расхожее выражение является очень точным. Наверное безумно страшно – поднять, швырнуть себя в атаку, броситься навстречу смерти… что там еще – какие бы слова ты не подбирал – они не будут слишком сильными, поскольку все равно не передадут, пожалуй, того накала, того чувства, которое испытывал, наверное, каждый из нас – далеко уже послевоенных пацанов — детей детей войны, задумывавшихся о той, Великой битве… и только главная мысль, пожалуй, была одна: а я — смог бы?
Поэтому я был так потрясен, когда в ответ на мой наивный вопрос мой хороший знакомый (не рискну сказать – друг,
поскольку все-таки я всегда прекрасно понимал разницу между нами), задумавшись, твердо ответил: «Нет. Ты знаешь – за правду – не страшно». Он даже не сделал никаких оговорок – «пожалуй», «наверное». Нет — и все, и это, как и пауза перед ответом, подчеркивали категоричность, я бы даже сказал — безапелляционность его слов.
Я слишком хорошо знал этого человека, чтобы сомневаться в его искренности. Звали его Федор (он просил, чтобы к нему обращались именно так – по имени), и прихожане храмов Всех Святых, в Земле Российской просиявших, Казанской и ряда других должны хорошо его помнить. Колоритный такой дедок – невысокого роста, худенький, постоянно ходил в расшитой петухами косоворотке, брюках, которые заправлял в юфтевые солдатские сапоги и подпоясывался пояском, на котором была вышита Иисусова молитва – «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного». Такого на всю жизнь запомнишь и встретишь — ни с кем не спутаешь.

Молитву на поясе, по моему, он вышил сам, поскольку был на все руки мастер. В этом я смог убедиться на собственном опыте. Когда у матери сломалась швейная машинка, доставшаяся ей в наследство от одной прихожанки Казанского храма – музейного работника, перешившего на этой машинке, пожалуй, большую часть экспозиции, Федор в воскресенье после службы пришел к нам ее делать. Сам я, как законченный гуманитарий, на такой подвиг в принципе не способен, поэтому ограничился тем, что подавал Федору инструменты.
Вы ходите в церковь? Знаете, как чувствует себя прихожанин после воскресной службы? Молиться на самом деле очень тяжело – если только, конечно, не просто важно прийти в церковь, воткнуть свечку и гордо уйти с чувством собственного достоинства и осознания выполненного долга.
Тяжело полтора часа стоять на литургии, внимательно вслушиваясь в слова молитвы. А кроме этого и свои проблемы тоже есть, и о них тоже надо не забыть Богу сказать. Потому что часто, выходя из храма, ловишь себя на мысли, что о самом главном, пожалуй, как раз попросить и забыл. И только спустя некоторое – необходимое для понимания — время понимаешь, что это и есть как раз показатель того, что ты на верном пути: главное – просто прийти к Богу, а самое главное, как, впрочем, и все остальное, Он решит за тебя…
…После воскресной службы многие прихожане предпочитают отсыпаться. Хотя бы прикорнуть на полчасика – иначе не хватит сил на весь остаток воскресного дня. Особенно если учесть, что после службы тебя ждет праздничная трапеза – как правило, довольно обильная. Исключение составляют работники храмов, которым прикорнуть чаще всего просто нет возможности, но там – «молитва держит». Благодать…
Поэтому я просто засыпал с инструментами в руках, в отличие от Федора, который после обедни сумел еще и переделать массу дел по дому. Моему дому – и это на девятом десятке лет! Его лет. «Эх, ребенок глупый!» — и он потрепал меня по макушке. Ребенок, подходящий в то время к сорокалетнему рубежу – или около того – действительно впервые за столько лет испытал к мужчине давно забытые сыновние чувства.
Иной скептически настроенный читатель усмехнется: чудит, мол, брат-писатель, мажет и мажет краски для придуманной им лубочной картины. Пожалуй, что чересчур… А я как перед Богом клянусь: именно так оно все и было. Больше того: машинка, подаренная матери в храме и сделанная с молитвой, с тех пор по воскресным и праздничным дням не шьет ( имеются в виду именно церковные праздники) – то нитку заест, то еще что-нибудь… В будние дни – пожалуйста. Хотите – отнесите сей факт за счет моей неуемной фантазии. А лучше просто поверьте. Поверьте – потому что места не хватит, чтобы рассказать все, что я знаю об этих замечательных людях, победивших в Той войне. По крайней мере – здесь и сейчас. Бог даст – обязательно расскажу.
Так вот, этот глубоко уважаемый мной человек сказал, что на смерть было идти – не страшно. Когда за правду.
Что интересно: по настоящему верующим, по его словам, Федор тогда еще не был – таковым он стал значительно позже – после войны. Но, видимо, бывают в жизни как отдельного человека, так и целого народа — те Моменты истины, когда высвечивается и проверяется его Главная сущность. То, ради чего жизнь отдать не жалко. Которая сама по себе – Жизнь – имеет смысл только тогда, когда посвящена какой-то великой цели – той, которая больше самой жизни и озаряет ее смыслом. Иначе – зачем это все?
Я часто думаю: кем мог стать в мирной жизни, например, наш земляк политрук Клочков? То, что был он человеком явно незаурядным – несомненно. Это надо же – найти слова, которые вошли во все учебники истории: «Велика Россия, а отступать некуда. Позади Москва». России не будет – а эти слова останутся. Как слова того безымянного грека – первого марафонца, принесшего соплеменникам благую весть: «Радуйтесь, афиняне, мы победили!» Сказал — и упал замертво. Ушел в Бессмертие. Смертью смерть поправ…
Очень по христиански, кстати. Потому что для христианина главное – не достойная жизнь, а достойная смерть. И вся жизнь, по сути — ни что иное, как подготовка к этому самому важному в жизни событию. Которая и имеет смысл только тогда, когда совершается ради Любви. Любви к чему-то большему, чем ты сам – семье, Родине, человечеству, Богу… И тогда отблески этой любви озаряют всю твою жизнь. Без которой сама эта жизнь и не жизнь вовсе, а так – просто существование без цели и смысла.
Иной резвый критик, пожалуй, скажет, что, может, и не было никаких таких слов, вернее Клочков их не говорил. Откуда у простого рабочего, ставшему вдруг политруком, да такое красноречие! А произнес их за него какой-нибудь резвый борзописец – фронтовой или дивизионный журналист – советский интеллигент, одевший в годы войны офицерскую форму. Встречался мне один такой критик – в годы моей учебы на историческом факультете. Сейчас преподает историю в одном престижном вузе, готовящем кадры будущих чиновников для молодой российской демократии и, по моему, что-то даже там возглавляет. Знаменательно, согласитесь…
Этому давнему моему критику я надеюсь чуть ниже ответить: могли, могли сказать наши отцы и деды эти слова, поскольку были людьми весьма и весьма недюжинными: богатыри – не мы – во всем, в том числе и в том, что касалось слова. Об этом – Бог даст — чуть ниже. Но даже если – на минуту – допустить правоту моего оппонента, лично у меня это не вызывает ничего, кроме огромного – исключительного — уважения. В том числе и к моему фронтовому коллеге, вложившему эти гениальные слова в уста нашего земляка героя – так, как – безо всякого ропота — делился убитый друг своим оружием или одеждой: возьми, браток, и держи крепко. Тебе – нужнее… Ах, какие же люди, какие люди отдали за нас жизни, что даже память о них делает нас лучше и заставляет – хотя бы в мыслях – на них равняться!
Я уже писал, что нынешнему поколению очень повезло – они застали в живых ветеранов той Великой войны. Когда я вспоминаю знакомых мне участников Великой Отечественной, первая врезавшаяся в память отличительная черта – у них всех этот смысл безусловно был. Вернее – они умели этот смысл в эту самую жизнь привносить, просто серьезно относясь к тому делу, которое они исполняли.
Я вспоминаю духовника Саратовской епархии, настоятеля первого военного храма на территории России, открытого после советской власти, протоиерея Николая Архангельского, бывшего в годы войны командиром «Катюши». Он ни разу не сказал никому из прихожан – нет, даже не резкое слово, просто – «я не могу», никому никогда не отказывая в беседе, хотя к концу жизни почти ослеп и с трудом доходил до машины, которая ждала его у ворот храма.
Когда я в один из сложнейших периодов своей и так достаточно непростой жизни находился в очень сложном духовном состоянии, он очень здорово меня выручил. В какой – то степени – спас. Его молитвы, как и многих других, помогли мне выстоять и победить. Потому что публикация этого текста, как и других – это победа. Которая далась – уж поверь, читатель – весьма и весьма непросто.
Сейчас я думаю: а мог кто-то из священников, кроме него, тогда мне помочь? Возможно, что и нет. По крайней мере, в Саратовской епархии я таковых тогда не знал, а я знал – даже тогда — достаточно многих. Неудивительно, что человек, отличившийся в брани военной, был так искусен в брани духовной. А вообще-то – если по-простому: он просто относился к людям с состраданием и любовью. Неудивительно, что святые так часто повторяли, что Бог – это простота.
Я вспоминаю одного из ветеранов журналистики – ветерана последнего военного призыва Юрия Пятницкого. Это сейчас я вспоминаю его с теплотой, а тогда он, что называется, у меня «в печенках сидел». Особенно когда я был дежурным редактором по главной областной газете и шла какая-нибудь его статья. Тогда все дежурные сотрудники, особенно корректора, от него просто стонали, поскольку каждую свою строчку он проверял и перепроверял по нескольку раз и до самого последнего момента вносил правку. Его нещадно «резали», кромсали, иногда, как я сейчас понимаю, вовсе не по необходимости, а чтобы «сэкономить место» или просто от усталости и раздражения, он относился к этому в общем-то достаточно благодушно, вздыхая об «издержках профессии» и внося в текст новые изменения.
Компьютеров тогда не было, свинцовые буковки методом «высокой печати» набирали вручную (видите, какой автор древний) и процесс правки был технически достаточно сложным. При этом – что удивительно: процесс был очень громоздким, количество шрифтов было на порядок меньше, но при этом у каждой газеты было свое лицо.
Я даже не ставлю это слово в кавычки – оно действительно было. Я мог случайно увидеть обрывок газеты или газетный сверток на улице (в стране был дефицит упаковки и в газеты люди тогда завертывали все не очень ценное – пакет мусора, например) и буквально по клочку бумаги с уверенностью сказать, что это – официозная «Правда» или «Комсомолка» с ее хаотичной версткой и такими же взбудораженными и непричесанными, но казавшимися тогда такими искренними и милыми взглядами на жизнь.
Оговорюсь для сегодняшнего читателя – я пишу именно о той – настоящей «Комсомолке», а не о сегодняшнем – цитирую руководство газеты – «коммерческом проекте», контрольный пакет которого принадлежит американскому, что ли, капиталу и который, несмотря на это, то же самое руководство упрямо продолжает именовать «чисто российским продуктом». Уж тогда точнее будет – русскоязычным…
Сегодня, когда процесс изготовления упрощен до предела и в арсенале столько технических средств, почти все газеты как близнецы — похожи одна на другую. Ну, за исключением разве что «Завтра» — ее, в отличие от других, весьма и весьма часто — можно читать. Большинство остальных не то что просматривать – по моему, даже в качестве туалетной бумаги использовать неприлично. Не «лицо» просится на язык, а, простите, «харя». Может, потому так любят наши «политтехнологи» словечко «харизма», что уж больно слова-то родственные?
Продвинутый либеральный читатель, пожалуй, упрекнет меня в любви к проклятому тоталитарному (или уж — перестроечному — перекроечному) прошлому и даже, возможно, съязвит, что тогда и корректора, пожалуй, были значительно моложе и симпатичнее… Нет, думаю, дело все же не в этом. Попробую объяснить.
Так вот, тогда меня, начинающего репортера, с раздражением исполняющего обязанности дежурного редактора (творить надо, а приходится этой вот рутиной заниматься), ветеран – журналист сразил одной фразой: «Журналист начинается со способности удивляться. Самым простым и обыденным вещам. Кончилось удивление – кончился журналист». То есть к окружающему миру следует относиться если не с любовью, то хотя бы по крайней мере – с интересом. С интересом не к себе, любимому, а к окружающему миру.
Недавно мне попала в руки его статья про саратовский мост — «Устал, бедняга?». Такое впечатление, что написано сегодня. Этим настоящая журналистика, как, впрочем, и любое настоящее искусство и отличается – оно от времени становится лишь актуальнее. Недавно мне попал в руки пушкинский «Современник» — он гораздо актуальнее, чем «Наш современник» и наш «Новый мир» вместе взятые. Александра Сергеевича было за что убивать. Посмотрите и убедитесь сами.
Не открою секрета, что наше время характерно нарастанием апатии – падения интереса не только к окружающему миру, но даже собственной жизни. Пожалуй, сегодня все уже чувствуют, как время все более сгущается, спутываясь в злобный клубок отрицательных пустых энергий. Мир, в котором все меньше остается места для искренности и любви.
И об этом свидетельствует не только рост психических заболеваний (как блестяще определил один психологов: состояние невроза – это нормальная реакция на ненормальное существование) и самоубийств, но и количество окружающей нас пустоты в «культурном пространстве». В том числе и средствах массовой информации.
Как упрекнул меня один из редакторов нашего «продвинутого» «патриотического» еженедельника: «У тебя каждая статья – как флаг. Мимо него не пройдешь». Ничего себе – упрек журналисту, да? Посмотрите какую – нибудь из современных газет – большинство из них настолько «ни о чем», что, отложив текст в сторону, хочется раздраженно спросить: о чем эта газета?
Как и количество пустых телепередач, бездарных фильмов и стихов, никому, кроме авторов, не нужных литературных произведений. Как проговорился один из таких авторов – один из классиков современного местечкового постмодернизма: «Сегодня автор не интересен не только кучке своих поклонников, но даже самому себе…» Пожалуй, самый яркий пример все более усиливающейся бессмысленности существования. «Мир, в котором нет любви – пустой и равнодушный мир…»
Как призналась одна моя знакомая жена священника: «Твои тексты тяжело читать…». Я удивился и слегка расстроился: неужели настолько тяжело пишу? Вроде стараюсь излагать мысли простым русским языком. Который, на мой взгляд, вполне в состоянии освоить любой умеющий читать человек, более-менее успешно освоивший среднюю школу… Приятельница пояснила: над каждой мыслью приходится думать, а она, как неожиданно открыла для себя самой, за последнее время просто отвыкла это делать. Научный работник, между прочим…
Кстати, по поводу корректоров. Самый большой комплимент в моей жизни мне сделала одна из них, сказав: «Вас двое в редакции таких сумасшедших – вы и Пятницкий». В смысле – такой же настырный и надоедливый. Слава Богу! Что-то хорошее от окружающих меня людей я, наверное, все-таки взял. Я об отношении к своему делу если и не с любовью, то по крайней мере – с интересом.
Помните эпизод из фильма «В бой идут одни старики», когда за дружеским фронтовым застольем молоденький лейтенантик — интелектуал делится с фронтовыми друзьями выстраданным: «Ну как люди не поймут, что что-то великое можно совершить только – с любовью»? Безусловно. От пустоты душевной, по моему, под вражеский танк с гранатами не полезешь.
Это если бойцу повезло и гранаты у него были: тогда он мог бросить их под гусеницу подходящего танка и так остановить стальное чудовище. От взрыва гусеницу срывало и танк начинал кружиться на месте. Если у солдата находилась вторая граната и не отказывали при этом нервы – он успевал бросить ее в заднюю часть танка, где находились бензобаки, пока танк делал оборот вокруг своей оси. Тогда двигатель взрывался. Танк фактически был уничтожен. Если нет – танк превращался в неподвижную стреляющую крепость – до тех пор, пока хорошо обученные и прекрасно снабженные немецкие ремонтные бригады не чинили повреждённые траки и танк вновь вступал в строй.
Да что там с гранатами: в начале войны не то что гранат – бутылок с бензином на всех не хватало. Нет, я не про знаменитый «коктейль Молотова» — бутылку с зажигательной смесью, которая при ударе детонировала и самовозгоралась. Сегодня рецепт их создания, как и впрочем, и многого другого, можно совершенно свободно найти в Интернете. А в начале войны их еще не было. Их, как и Шостакович свою знаменитую симфонию, создали ученые ленинградского университета во время блокады, и технически это было достаточно сложным: нужно было найти такую смесь, которая бы детонировала лишь при сильном ударе, когда бутылка разбивалась о броню.
А в начале войны солдаты часто пользовались обычными бутылками с бензином, обмотанными тряпками. Видели большие «хозяйственные» спички? Вот такая спичка вставлялась в пробку головкой вверх, а боец клал в карман спичечный коробок. Время было осеннее, коробки отсыревали, да и пот, наверное, прошибал от такой работы нешуточный, поэтому если была возможность – человек брал с собой запасной.
Вот об такой коробок солдат чиркал спичкой, если она зажигалась – он давал ей слегка разгореться – и бросал в заднюю часть стремительно уползавшего танка, где находился мотор. Если бросок был удачным, бензин растекался по броне и загорался. Тогда пламя перекрывало доступ воздуха в скрытый под броней двигатель и танк останавливался. Если удавалось бросить вторую бутылку – пламя могло протечь прямо внутрь, и мотор взрывался. Замечательные авиационные двигатели, установленные на германских машинах, так же замечательно горели, поскольку работали на бензине. Видели, как фильмах про войну дымятся фашистские танки и ни одного нашего? Это потому, что на наших танках стояли «дизели» — те, которые и сегодня прекрасно используются в тракторах, трудящихся в бывшем народном хозяйстве.
Знаете, какой толщины броня была у танков времен Второй мировой? Ровно дециметр. Десять сантиметров. Ну, впрочем, это у более поздних «тигров», а у более ранних модификаций начала войны – сантиметров восемьдесят. Пробить их «в лоб» было почти невозможно — наши противотанковые пушки простреливали их лобовую броню где-то с расстояния пятисот метров.
Скорость танка, кстати, составляла около сорока километров в час. За сколько он преодолеет полкилометра – попробуйте сосчитать сами, у автора, если честно, с математикой неважно. Скорострельность пушки — при условии, что расчет полный и есть кому вовремя подтаскивать снаряды, заряжать и наводить на цель, составляет пять – шесть выстрелов в минуту, поэтому большинство орудий успевали сделать в лучшем случае два – три результативных выстрела.
Но пушек, танков, да что там — гранат и винтовок, как и всего остального, катастрофически не хватало. Историки пишут, как батальонам военного ополчения выдавали одну винтовку на десятерых: «Убьют товарища – возьмешь оружие». Сколько их, безвестных, погибло в окопах, даже не успев взять в руки оружие… Обычную «трехлинейку» Мосина против немецких автоматов — с запасом из четырех патронов, затвор которой надо было передергивать после каждого выстрела, а потом заряжать заново. Были, правда, ещё и винтовки усовершенствованной модели, патроны в которые вставлялись целой обоймой из пяти штук, но они, как вы понимаете, погоды не делали.
Но кроме пехоты, на Москву шли еще и танки. Замечательные немецкие танки, покорившие такие европейские державы, как Франция, Чехия и Польша, за две — три недели. Прошедшие великие европейские державы, как выражались штатные летописцы Геббельса, «победным маршем». И это совсем не было преувеличением.
Поэтому когда в советских и русских фильмах высокомерные немецкие офицеры небрежно бросают пленным русским бойцам: «Вы даже представить себе не можете всю мощь немецкой военной машины», это действительно очень похоже на правду. Так оно и было. У Германии была одна из лучших армий в мире. Пожалуй – лучшая, если не считать советской.
Но это стало ясно уже потом, после Курской дуги и Сталинграда, положивших, как в нас, слава Богу, вдолбили в школе, «начало перелому в Великой Отечественной войне». А пока советский мальчишка сидел в окопе и ждал, когда к нему приблизиться грохочущее, чадящее, плюющееся железом тридцати-сорокатонное чудище. Чудище надо было пропустить через себя.
Помните, как в фильмах про войну наш солдат сидит в яме и ждет, когда пройдут танки? Громыхая гусеницами и плюясь железом, проползают стальные гиганты, яму засыпает, и он, с трудом раскапывая эту могилу, с кровью из ушей от лопнувших от огромного давления барабанных перепонок, выбирается из ямы по пояс и успевает – таки бросить связку гранат прямо в мотор ползущего к Москве бронтозавра, прежде чем эффектно потерять сознание?
Так вот, это ложь. Вернее – фантазия автора. Такого быть попросту не могло. По одной простой причине – сорок тонн стали давили все живое на глубине как минимум метра напрочь. У человека была только одна возможность спастись – если он находился в окопе полного профиля глубиной не менее двух метров. Тогда он вжимался в чрево окопа и танк, громыхая, проползал над ним.
Хорошо, если такие окопы успевало выкопать мобилизованное для этих работ гражданское население. У солдат, которых бросали в бой зачастую за два часа, а то и за сорок минут до наступления противника, такого времени попросту не было.
Тогда он действительно вставал из окопа и бросал связку гранат – если они были – в менее защищенный тыл вражеской машины. Это если у него не сдали нервы и он не бросился убегать от танка, как заяц. Такие случаи, когда разум просто отказывал, действительно были, и тогда танки просто давили потерявшего разум, обезумевшего от вполне понятного страха человека.
Поэтому был приказ: не выпускать части в бой без «обкатки» их нашими танками, когда боец сидел в окопе, а мерзкое, пахнущее перегаром громоздкое чудовище, осыпая песком, громыхало прямо над ним. Но из-за сложного положения, как вы понимаете, он далеко не всегда исполнялся. Требовался действительно настоящий героизм, чтобы остановить гигантскую немецкую машину – какие эпитеты не подбери, опять-таки они не будут слишком сильными. Стального немецкого зверя действительно остановили солдатской плотью. Наших с вами дедов — прадедов. Как шестьсот лет назад, так и шестьдесят. И это, пожалуй, главный подвиг нашего народа в истории. Хотя далеко не единственный.
Читатель, у тебя возникло законное чувство гордости? Горячая волна благодарности и любви к предкам поднялась в сердце и комом застыла в горле? Тебе хочется быть достойным величия своей Родины и славы прадедов и то же чувство передать своим детям? Нет? Возможно, вы тоже считаете, что не стоила овчинка выделки и «лучше бы мы сейчас пили баварское пиво»? Сочувствую. Могу высказать осторожное предположение, что вы человек духовно больной и твердое, абсолютное убеждение в том, что этот текст – не для вас.
Мне всегда хотелось написать историческое научно-популярное исследование о военном противостоянии России и Германии на всем протяжении их существования. По моему, ничто так не говорит о характере народа, как его отношение к военному делу. Если память мне не изменяет, сам Цезарь с удивлением говорил о германцах, что у них грабеж, совершаемый за пределами государства, отнюдь не считается поступком предосудительным. Поэтому неудивительно, что лозунг «дранг нах остен» («вперед на восток») всегда находила в немецком народе такой живой отклик.
«Великая нация нуждается в великих пространствах!» Гигантское немецкое самолюбие, помноженное на замешанных на немецких аккуратности и педантизме, как и презрении к «восточным варварам», требовали выхода, так что завоевательные походы были фактически неизбежны — они диктовались «воинственным прусским духом». Коктейль поистине взрывоопасный, тем более что основания для осознания величия собственной нации действительно были – слова о великой германской культуре отнюдь не являются пустым звуком. Другое дело, что у английской, французской или русской наций таких оснований было никак не меньше…
На протяжении всей старой истории воинственность немецкого народа сдерживалась из-за его раздробленности на прусскую и австрийскую (австро-венгерскую) империи, что для старушки – Европы было несомненным благом. Да вероятно не только для нее – новейшая история это прекрасно показала. Да пожалуй, не только новейшая – костяк тевтонского ордена составляли именно немецкие, как их называли на Руси, «псы — рыцари».
«Новейшие» критики российской истории типа Александра Бушкова — автора зубодробильного боевика «Охоты на пиранью» – последыши «альтернативной истории» Фоменко и Марченко немало пролили ехидного яда по поводу сомнений в реальности героизма нашего народа в годы войны. Как Той Великой, так и любой другой – ну, впрочем, похоже, что у некоторых авторов любое упоминание России в положительном контексте вызывает оскомину.
Ну надо же – иронизируют критики – во время знаменитого Ледового побоища было «побито» всего-то полсотни рыцарей. Это согласно нашим летописям. Если быть предельно точным – немецкие хроники говорят о пяти…
Можно, конечно, сказать, что для летописцев всех времен и народов свойственно преувеличивать свои потери и преуменьшать чужие. Скорее всего, что-то подобное могло иметь место и здесь. Но главное безусловно не это.
Знаете, сколько весил тогдашний рыцарь – крестоносец в полном вооружении и на коне? Тонну! Он весил тонну. И это при том, что средний рост тогдашнего богатыря составлял где-то полтора метра. Так что Илья – Муромец, рост которого, как вычислили ученые благодаря его мощам, покоящимся в Киево – Печерской лавре, составлял 174 сантиметра, был среди своих современников настоящим гигантом. Именно для того, чтобы возить эту груду железа на себе, и были выращены знаменитые немецкие тяжеловозы. Мало того – это было чудо тогдашней военной техники.
Чтобы остановить эту чудовищную стальную лавину, позади линии русской обороны были установлены обоз с санями, полозья которых поливали водой, чтобы они вмерзли в лед. Ну, а русские мастера всю ночь ковали большие железные крючья, которые насаживали на большие пики. Ими русские мужики стаскивали тевтонских рыцарей с седел, в то время как пехотинцы, вылезая из-под саней, вспарывали брюхо чудесным немецким тяжеловозам – точно так же, как их правнуки, вылезая из окопов, вручную будут громить хваленые немецкие танки. Богатыри… именно в традиционном значении этого русского слова – несущие в себе Бога. Остановившие собой страшного стального зверя, «ищущего» поработить их Родину. И традиционно использовавшего для этого самые совершенные разработки современной военной техники.
Это нам только кажется, что в древности военная мысль стояла на месте или, уж во всяком случае, двигалась крайне медленно. На самом деле, как утверждают военные историки, системы вооружений в древнем мире обновлялись каждые десять-пятнадцать лет. Приблизительно так же, как и сегодня.
Знаете, почему были так популярны знаменитые рыцарские турниры? Нет, не только потому, что других развлечений не было, не из-за молодецкой удали и даже не из-за прекрасных дам. Просто победитель, согласно правилам, чаще всего получал доспехи побежденного.
И сразу становится понятным, почему были так популярны схватки с затупленным оружием, как у современных «исторических фехтовальщиков»: касаясь противника тупым концом копья, победитель рассчитывал получить доспехи побежденного, не рискуя при этом своей жизнью.
Впрочем, тут уж как повезет. Помните, как в «Скупом рыцаре» Пушкина Альбер признается, что причиной его славного удара была всего лишь обида за испорченные доспехи. «О бедность, бедность! Как унижает сердце нам она! … Геройству что виною было? – скупость».
Оружие в то время, впрочем как и всегда, стоило очень дорого. Позволить себе доспехи мог только или весьма зажиточный человек или профессиональный военный, которому они достались в качестве трофея. Доспехи хранились в родовом замке как наследственная реликвия и передавались от отца к сыну.
Многие воины доспехи себе позволить просто не могли, пока не снимали их с убитого противника. Они зачастую просто носили на себе «стеганку» — ватную куртку, на которую нашивали металлические бляхи и полосы, которые не очень грамотные археологи – допустим, студенты- практиканты – частенько принимали за какие-либо детали или украшения.
Да, конечно, Господин Великий Новгород был мини-государством по тем временам весьма и весьма зажиточным – «тароватым», так что и население-то, как выясняется, было почти поголовно грамотным, и доспехи себе мог позволить, наверное, не только купец, и все же… основу переднего полка иже во святых отца нашего Александра составляли простые лучники – «смерды», вооружение которых, понятно, все же значительно уступало немецкому…
А вот участники крестовых походов доспехи позволить себе могли. Это были, как сказали бы сегодня, «настоящие профессионалы» — они жили только войной и ничего другого делать не умели, да скорее всего и не хотели. Не только религиозное рвение за «Гроб Господень» двигала участниками крестовых походов, но и банальная алчность.
Каждое десятилетие оружейники придумывали для них что-то новое. Или заимствовали – что также могло иметь решающее значение. Как в случае с монголо-татарским войском, которое перед завоеванием Руси покорило такую по тем временам развитую в военном и промышленном отношении державу, как Китай.
Помимо огромных ресурсов, которые удалось выкачать из Поднебесной, Орда взяла на вооружение многие технические новшества, которых у нее до этого не было. Стенобитные машины, например, которые так помогали завоевывать богатые русские города. Или кожаные доспехи, которые китайские мастера склепывали из нескольких слоев буйволовой или воловьей кожи. Такие доспехи по прочности ненамного уступали железным, но были значительно легче, и воевать в них было несравненно удобнее. Тем более что по кожаным лакированным доспехам удар по касательной скользил, как санки по льду…
Так что монголо – татары покорили Русь не только потому, что значительно превосходили нас количественно, и им было несложно разбить поодиночке разобщенные русские города. Они чаще всего и вооружены были намного лучше! Так что раздробленная Россия обливалась кровью под чужеземным игом, отбросившим нашу страну на несколько столетий назад, в то время как Европа создавала свои первые университеты.
Университеты, возникшие впервые именно в православной греческой Византии, созданные на основе тех в основном награбленных интеллектуальных и материальных богатств, которые были получены Европой благодаря Византии, идейной наследницей которой предстояло стать будущей России, и крестовым походам. Университеты, которые дали миру целую плеяду великих немецких ученых и которыми так гордились наследники воинственных тевтонских рыцарей. Университеты, выпускников которых наши великие императоры – реформаторы приглашали «двигать» вперед русскую науку и которых так удачно громил русский мужик Ломоносов.
Громил – в прямом и переносном смысле. Под стать фамилии. Один из приглашенных немецких гениев подавал жалобу на основателя русской научной школы, за то, что тот сломал ему… нос. Так высок был градус тогдашних научных споров.
И виной тому – справедливости ради – был не только горячий темперамент основателя первого российского университета, но и взгляды его научных оппонентов, в прямом смысле слова люто ненавидящих «эту страну» и немало сделавших для того, чтобы в будущем посеять семена тех «научных» теорий, способствующих падению авторитета зарождающемуся величию державы.
Достаточно сказать, что история «норманнской» теории – именно как научной теории, а не летописного сказания — призвания варяг править нашей обильной державой, в которой традиционно «нет порядка» — идет именно от немецких ученых, которые, как пишут некоторые авторы, даже русское слово «князь» считали производным от немецкого «кнехт» — «холоп» и соответствующим образом проповедовали с научных кафедр. «Холодная» или «психологическая» война отнюдь не была изобретением двадцатого века… За отвлеченными научными и литературными спорами всегда скрываются чьи – то вполне реальные интересы.
История, как и литература – совсем не второстепенный и далеко не отвлеченный предмет! Если мы сегодня этого не поймем – эту войну мы обязательно проиграем.
Так что когда святой князь Александр Невский готовил свою дружину для боев с псами – рыцарями, он сражался в том числе и за русскую культуру. За будущие российские университеты. Или, как сегодня стало принято выражаться, «культурную идентичность». И не только русскую, но и всего славянского мира, защитницей которой предстояло стать будущей России.
То, что без России существование самого славянского мира не только безусловно было бы иным, но могло просто не состояться, особенно хорошо видно на истории славянских стран, традиционно считающих себя частью «цивилизованной Европы». Входящих в лоно католической церкви. Чехии, например, или Польши.
По моему, Патриарх Всея Руси Кирилл сказал замечательную фразу: для России 1612 год стал испытанием на сохранение ее культурной и духовной идентичности. И она это испытание выдержала — осталась православной. Для Польши тоже тогда стоял выбор – стать католической или православной. Она, как и Чехия, предпочла стать частью «цивилизованной Европы». Что в последующем стало причиной огромных бед в ее истории.
Ибо для Запада значение не только «Великой Польши», но славянских стран вообще всегда сводилось, в сущности, к одному – служить буфером между «цивилизованным» Западом и «варварской» Россией. Как в начале семнадцатого, так и в начале двадцать первого… Россия же всегда выступала защитницей и выразительницей интересов как славянских стран, так и Православия.
В одном из фильмов о послевоенной истории Польши какой-то поляк произносит, как сейчас принято выражаться, поистине «знаковую» фразу: «Ушли русские, пришли немцы. Ушли немцы, пришли русские. А Польша – где? Где, я вас спрашиваю?»
Где, где,…, — русский историк повторяет этот вопрос с раздражением. К чему это я? Да о том, что задать этот вопрос стоило бы несколько раньше, как минимум несколько столетий назад. Прими Польша или Чехия Православие – и ее история, как и история всего остального мира, безусловно сложилась бы несколько иначе. Возможно – не столь трагично. Да что там – возможно…
Всем с детства памятен «Полонез Огинского» — вероятно, самого известного поляка в мире, на котором, пожалуй, для подавляющего большинства человечества, знакомство с «великой польской культурой» и заканчивается. Простая, незамысловатая мелодия, ежели исполнена с душой, то, как тот ихний Августин, хватает за сердце, давит непрошенную слезу.
Не всем известно, что польский дворянин (по ихнему – шляхтич) Огинский – участник польского антироссийского восстания не помню уже какого года – было их несколько, и на России эти восстания никак не отразились, хотя и принимал участие в их подавлении самый известный русский полководец… Так вот, тот Огинский на свои деньги вооружил и организовал полк для борьбы с «иностранными интервентами».
После очередного поражения очередного восстания он уехал в проклятую Россию, где подвизался… кем бы вы думали? – российским сенатором. То есть принимал самое деятельное участие в управлении той самой империи, с которой так активно боролся. Много вы знаете в истории подобных примеров? И у вас наглости хватает после этого говорить о «российском империализме»?
В интервью господину Познеру на Первом канале какой-то там высокопоставленный чиновник польского посольства – то ли сам посол, то ли кто-то из его первых заместителей – высокомерно бросил фразу: дескать, я, конечно, не согласен с тем, что умом Россию не понять – это, конечно, глупость…
Так и сказал – глупость — или мне послышалось? Попробуй кто-то из русских сказать что-то подобное о поляках – вони было бы на всю Европу…
Любопытно, что это интервью прошло сразу же после известной авиакатастрофы, где погибло все польское руководство и после которой все так активно выражали сочувствие бедным полякам, вовсю ублажая их величие… Приблизительно в это же время в Саратове побывала какая-то польская делегация вместе с маршалом какого-то ихнего «великого воеводства…». Там все воеводство небось – меньше района нашей области, а туда же – «великое»! Да еще и с маршалом…
Что я могу сказать – чувства юмора вам не хватает… Не то чтобы его совсем нет – такого, наверное, не бывает, и у каждого народа свои поводы для смеха, просто у поляков оно ну больно уж специфическое. Любимая тема польских анекдотов – свой вариант «про троицу»: русский, поляк и европеец. Причем из всей этой троицы поляк, как заметила героиня известного фильма, разумеется, самый умный. Ну, кто бы сомневался…
Они, как видите, тоже всерьез считают себя великими. Так вот, все беды Польши, на мой взгляд, от одной застарелой болезни – мании величия европейского масштаба. Как говорил великий русский святой преподобный Серафим Саровский: убери грех – и болезнь исчезнет. По моему – весьма и весьма актуально.
Это я — и для некоторых не в меру ретивых представителей братского украинского народа, готовых до смерти защищать «незалэжность» «ридной неньки – Украины». Напомнить, что для Украины ее « незалэжность» может обернуться тильки одним – возможностью встать на место Польши. Ну да, в то самое место. Куда наших бывших соотечественников – славян так активно толкают наши либеральные друзья и соседи. С соответствующими, как вы понимаете, последствиями и отношением. Братья – славяне, оно вам это надо? Неужели пример западных соседей — за весь период совместной истории — так ничему Вас и не научил?
Хотелось бы только сказать, чтобы читатель запомнил: для Украины совместная жизнь со «старшим братом» — необходимое условие существования, без которого украинская нация давно бы растворилась в семье «братских» европейских народов. В плане сакральном это выливается в отпадении от Православной Церкви, а значит – от Самого Христа. Старший брат, говорите, не нравится? Неказистый, дескать, такой? Вам, красивым таким, для смирения.
Найдутся, пожалуй, сторонники либеральных ценностей, которые в ответ на вышеприведенные слова начнут вопить об истинном величии и ущемленном национальном достоинстве… Читатель, вглядись в их лица… как ты думаешь, они это делают от великой любви к России… к нашим братьям – славянам? Лично для меня ответ очевиден, и я оставляю его на усмотрение читателя. Пусть он решает, кому там, что и каким таким образом ущемили.
Вообще за свою не очень долгую жизнь мне сполна пришлось убедиться в банальной истине, которая для большинства русских людей ну никак не будет открытием: самомнение нации обратно пропорционально ее истинному величию. Взять хоть американцев, хоть наших соседей по кавказскому региону, которые тоже считают себя великими, забыв, что не только «величием», но самих их существованием они обязаны северному соседу. Не будь России – где была бы ваша Грузия? Если была бы вообще.
Сегодня у наших грузинских друзей появилась реальная возможность почувствовать и даже – в чем-то — действительно побыть независимыми. Ну и как вам – без России? Дошло наконец, что вы из себя – реально – без Нее представляете?
Среди грузинской общественности, в том числе и живущей в России, не раздалось ни одного сколько-нибудь внятного голоса, осуждающего «авантюру Саакашвили». Более того – были хамские высказывания, в том числе, и – как ни больно – среди тех, кто абсолютно всем России обязан и у кого здесь до сих пор живут – и весьма и весьма неплохо — ближайшие родственники… И из этого можно сделать безошибочный вывод, что «грузино-русская война», о которой так много говорили иные не в меру ретивые защитники национальных интересов – на мой взгляд, не только трагедия, но и вина всего грузинского народа. Грузия, у тебя еще есть возможность покаяться – пока не поздно. Если не поздно…
Чувство благодарности, кстати – признак истинного величия души. «Чти отца твоего и матерь твою» — это заповедь прежде всего о благодарности. Так о «нравственном состоянии» «малых народов», сгруппировавшихся вокруг России, можно безошибочно судить об их отношении к так называемой «титульной нации».
Россияне, ездившие отдыхать в Абхазию после известных августовских событий, рассказывают, что предпочли нашего ближнего соседа не только потому, что дешевле. В частности, и потому, что, осматривая местные достопримечательности, им на каждом шагу приходилось слышать: «Все это нам удалось сохранить благодаря Великой России». В Турции и сегодня даже, увы, Египте, на такое, понятно, рассчитывать не приходится. В Абхазии плохо относятся к русским? Это, мягко говоря, плохо соотносится с фактами. «Русских выдавливают из Абхазии»? Ляпнуть такое, по моему, мог лишь сознательный провокатор.
Кстати, по поводу Турции. В Армении, например, в отличие от Грузии, подробности их отношений с близким соседом помнят до сих пор. Как и то, кто спас армянскую нацию от окончательного уничтожения. И при личном общении это очень даже хорошо чувствуется. Как человек, прошедший еще ту – Советскую армию, могу засвидетельствовать: я убедился в этом на собственном опыте. И не только при близком общении с армянами, приезжающими на жительство в Россию…
Девчонки – выпускницы филфака, традиционно выходящие (точнее – ранее выходившие. Уж теперь не знаю) замуж за офицеров и уезжавшие с ними по распределению в Армению, рассказывали, что в период развала Союза и последовавшего за этим страшного голода выжить им помогли именно местные жители, приносившие семьям оставшихся без зарплаты офицеров еду. Самую простую – зелень и лепешки. Но именно это помогло им выжить — в самом банальном прямом – «животном» (от слова «живот» – жизнь) смысле слова.
Молодежь, наверное, и не знает, что не только прошедшие войну ветераны, но и журналисты вполне официальных газет тогда писали, что в Великую отечественную было намного — намного легче, чем в период так называемой «перестройки- перекройки». И не только – морально, о чем безусловно стоит рассказать отдельно, но и в чисто материальном аспекте. Не сомневаюсь, что эти девчонки эти лепешки запомнят и расскажут об этом своим внукам. Так же, как бабушки тех армянок рассказывали им, кто спас их народ от турецкого геноцида.
Ах, если бы мы чаще прислушивались к своим предкам… Пишу эти слова без кавычек, поскольку, в отличие от молодежи, говорю об этом безо всякой иронии. И не только в общем, философском смысле – автор ведь все-таки по образованию историк, но и прежде всего о себе, грешном, увы, прежде всего о себе… Прислушивайся я к словам своей бабушки – глядишь, до многих произошедших в нашей стране событий мог бы «дойти» своим умом гораздо раньше… До того, как они в виде газетных откровений «будоражили» наши умы, заставляя вместо учебников изучать отечественную историю по газетным публикациям.
Моя студенческая юность как раз выпала на перестройку, и это отложило на мое образование свой отпечаток… Увы, как многие из нас уже значительно позднее поняли, это далеко не всегда было хорошо, хотя далеко и не всегда так уж однозначно плохо. По крайней мере на заре нашей розовощекой глупой перестроечной юности были хоть какие-то, пусть зачастую детские и наивные, но все же искренние попытки поиска истины.
Наши коллеги, поступившие на истфак позже, на вопрос о том, как идет преподавание общественных дисциплин, отвечали однозначно: «При коммунистах все было плохо, при демократах все стало хорошо». И по одной этой фразе все было ясно: и то, как стало хорошо, и то, каких учат… тоже однозначно хорошо. Так же, как нашу «Историю КПСС» сразу «перекрестили» в «СПИД» — «социально- политическую историю двадцатого века» и уж только потом в ихнюю «политологию».
Ставя кавычки в слове «политология», я хочу, чтобы было понятно, какую именно политологию я имею в виду. Ихних, …, «демократических ценностей». Надеюсь, теперь понятно.
Если нет — обратитесь к господам, живущим на зарплату. Они объяснят. Скажу честно: мне их «стихийное» понимание истории зачастую гораздо ближе, чем «высокоумные» откровения иного профессора, с самым серьезным видом объясняющего, как много истинно великого принесли так всем нам необходимые «демократические» завоевания и почему для их утверждения было ну совершенно необходимо дотла разорить самую богатую и прекрасную страну в мире, из которой мы все родом…
Потрясающе, как разрушение великой империи показало – в первую очередь именно для нас — значение истории как важнейшей из наук. Как все «демократические» прозападные режимы в качестве главной задачи в борьбе с собственным народом поставили борьбу с его прошлым.
Война, как говорил великий русский полководец Суворов, не окончена до тех пор, пока не похоронен последний павший солдат. Сегодня можно сказать: она не окончена потому, что с ними, даже павшими, до сих пор продолжают сражаться.
«Мало убить русских, их надо еще закопать в землю», — говорили хваленые немецкие генералы. Нет, и закопать мало – надо еще и могилу сравнять с землей, а если не выйдет – вывалить на нее кучу грязи…
Третья мировая показала нам, как много значат для нас наши ветераны: их пытались убить дважды. И опять – неудачно. Хотя наши враги – надо отдать должное – весьма и весьма старались. Сначала руками ихних «историков» и политиков, поставивших знак равенства между советским и фашистским режимом. Разделить, так сказать, вину поровну…
Затем – как и во время Отечественной – руками предателей, пытавшихся убить нашу память. Именно убить – взорвать, расстрелять, уничтожить, как это делали и делают преступные режимы Саакашвили и Ющенко. Как выяснилось, дети тех самых предателей, которые уничтожали наших дедов и прадедов.
Если уж нас история и в этот раз ничему не научит – то поистине, как говорил святой князь Александр Невский в известном фильме, быть нам новыми иудами – иудами Земли Русской. Как кому-то просто – быть. Мертвые, как известно, сраму не имут. История нынешнего скорбного тысячелетия это лишний раз показала.
Не случайно в книгах о героях той великой войны постоянно присутствовала тема бессмертия. Авторы – при всем своем атеистическом воспитании – просто не могли ее обойти. Одна из них, помню, так и называлась: «Смертью смерть поправ». Как в том знаменитом фильме Леонида Быкова «В бой идут одни старики» в восторге кричит свои последние в этой жизни слова летчик, идущий на таран: «Ребята, будем жить!». Действительно – будут. Перед смертью, как известно, не лгут…
На одном из ихних ток – шоу, посвященных истории, ведущий – изрядно постаревший «перестроечный мальчик», делавший в конце прошлого тысячелетия «новое телевидение» — «демократическое», сказал поистине «знаковую» фразу: «Все «героические фильмы» делаются по одному сценарию. Герой проходит все испытания и побеждает».
Чушь-то какая! Такое и ляпнуть-то мог только «герой», жизнь положивший на утверждение «демократических ценностей»! И изрядно, как выражается современная молодежь, на этом «поднявшийся».
Мы исповедовали иные идеалы. В детстве мы смотрели фильм «Звезда» — тот, старый, хотя и новый получился очень даже приличным, и это как раз тот крайне редкий случай, когда копия вышла совсем не хуже оригинала. Как и положено мальчишкам, ставили себя на место героя, вернее – героев, которые красиво погибали за свою Родину.
И это было гораздо ближе к Той, настоящей Истине, которая для христианина — Господь наш Иисус Христос. Ибо для верующего человека безусловно главное – не достойная жизнь, а достойная смерть. Которая и является началом Той, настоящей Жизни, и крайне важно, как тебя в Той будущей жизни встретят. По заслугам. В зависимости от того, как ты прожил жизнь эту.
Если не так – то «станем есть и пить, ибо завтра умрем». Тогда главное – спасти свою шкуру, ибо загробной жизни, «как доказано», не существует…
Нет, конечно, и тогда были люди очень и очень разные. Даже среди школьников. Кто-то смахивал набежавшую некстати слезу, кто-то острил и ерничал: жалко, дескать, птичку… И вот диво: сейчас, спустя полжизни, понимаю, что именно они – спились, стали уголовниками, «пошли» по «расстрельным» статьям… или стали новыми русскими. Или и то и другое вместе: как выражались наши мамы, по крайней мере – лучшие из них, «ничего порядочного из них не вышло». «Порядочный» — значит соблюдающий в жизни определенный порядок, прежде всего нравственный.
Иногда еще говорили – «ничего приличного». «Приличный» — тот, кого можно представить в порядочном обществе и ввести в свой дом. Приличный человек, приличный фильм, приличная книга. При этом надо учесть, что ту гадость, что крутят сегодня по телевизору, раньше даже в голливудских фильмах ужасов не показывали. Других «ужастиков» тогда попросту не было…
Старшее поколение, как изрядно пожившее, зачастую выражается очень и очень точно. Зря наши «звезды» так возмущаются, когда им говорят, что самые дорогие для нас люди — наши мамы и бабушки — очень их любят. Когда в храме случайно подошедший ко мне молодой человек говорит: «Моей маме ваши статьи очень нравятся» — я понимаю, что парень делает наибольший мне комплимент, на который в принципе он способен.
«Бедные русские, о чем бы они снимали фильмы, если бы не война!», — сказал какой-то режиссер – вроде как даже классик ихнего американского кино. Посочувствовал, значит, ага… Ничто так точно не выражает характер народа, как его философское осмысление жизни. Представляете: проблема у людей – о чем кино снимать!
О чем, говорите? Наверное, так же, как и «продвинутые» на всю планету американцы – спасали мир. Наш русский Ваня – богатырь вместе с Али — Бабой помогал бы ихним Брюсу Уиллюсу и Александру, мать их, ихнему «невскому», который и псевдоним-то, видать, взял лишь от заоблачной скромности, спасать мир от остатков проклятых тоталитарных режимов в какой-нибудь ближневосточной стране, а Василиса Премудрая, вероятно, помогала бы бравым американским солдатам бомбить Садама Хусейна, а затем танцевала стриптиз, красиво обернувшись американским флагом…
Утрирую, скажете? Тогда позвольте несколько примеров – в тему.
…Когда по американскому радио – еще до Второй Мировой — была передана радиопостановка романа Герберта Уэллса, это вызвало самую настоящую панику среди американцев – они приняли литературное вторжение инопланетян за реальное. Может, потому они так слабо реагируют на «реальные раздражители», что в жизни самой американской нации трагедий было очень мало – если не считать того, что пережили жители Ирака и Вьетнама.
Мне всегда было интересно, отреагировал ли ихний хваленый Голливуд хоть как-то на тему Второй мировой, не считая абсолютно лубочных, на мой взгляд, фильмов типа оды о Перл-Харборе. Ведь и американские солдаты высаживались десантом в Европе и по сути, наверное, должны были принимать участие хоть в каких-то боевых действиях.
По моей просьбе мой более «продвинутый» знакомый-«технарь» (ну куда мы, неуклюжие гуманитарии, без них?) порылся в своих интернетовских закромах и нашел фильм американского аналога агитпропа сороковых годов – то ли «Спасти рядового Райана», то ли еще — что-то подобное, в которой геройские американские вояки штурмуют глубокоэшелонированную линию американской обороны, построенную по всем правилам фортификационных сооружений – с многочисленными огневыми точками – дзотами, дотами и всей остальной столь хорошо знакомой советскому зрителю военной атрибутикой. И они тоже, как и наши ребята, в фильме о войне пытаются подавить огонь вражеских дотов. Но как они это делают!
Вражеский немецкий дот злобно плюется свинцом. (Хотя точнее уж будет – сталью. Свинцом плюется именно американское оружие, которое именно за это наши и называли презрительно «оружием для бандитов». Пуля со свинцовым сердечником, выплюнутого из такого пистолета, растекается по бронежилету, тогда как стальная чаще всего его пробивает). Бравый американский сержант подползает к немецкому дзоту на расстояние броска гранаты… и просовывает в амбразуру – даже не найду подходящее слово – многометровую трубу? — какое-то чудовищное приспособление (гранатомет?), в другой конец которого американский воин засовывает гранату. Из амбразуры вырывается клуб дыма – путь свободен!
Время действия, напомню, середина сороковых годов. Дело даже не в том, имела ли американская армия действительно что-то подобное на своем вооружении или это изобретение было запатентовано лишь в Голливуде. Дело, повторюсь, именно в образе мышления и мировосприятия.
То есть в том, что американскому зрителю, воспитанному на подобных фильмах, история про нашего Александра Матросова, грудью закрывшего амбразуру с пулеметом, чтобы освободить товарищам путь для наступления, показалась бы не более чем красивой легендой. Пулемет, захлебнувшийся в крови героя, для американца гораздо менее реален, чем Брюс Уиллис или тот их киношный Кинг Конг– этих он хотя бы видел. А про Александра Матросова, и расскажи – ни за что не поверит.
Не случайно начало «перестройки — перекройки» ознаменовалось огромным количеством грязи, которую вывалили в «демократической» прессе на национальное достояние России.
Герои – молодогвардейцы, говорите? На самом деле – уголовники и спекулянты. Александр Матросов? Да просто на зоне над ним издевались – вот он на фронт и сбежал. Разве можно считать случайным, что подобные «версии» появлялись в самых известных российских СМИ, контрольный пакет которых, как по волшебству, оказывался вдруг у владельцев американского «агитпропа»?
Версии настолько же ублюдочные, как и их создатели, но ведь — верят! Или делают вид, что верят. Поневоле вспомнишь ихнего рейхминистра, повторявшего, что чем чудовищнее ложь – тем охотнее ей верят. Или руководившего в годы Второй мировой Управлением стратегических служб одного из создателей ЦРУ Алена Даллеса, обещавшего, что результатом войны против России станет то, что воспеваться будет лишь самое подлое и низменное, а нормальные, не утратившие совести люди, которые посмеют этим возмущаться, станут посмешищем и будут вынуждены или уйти из жизни или влачить жалкое существование.
Попробуйте перевести эти слова на нормальный язык человека, воспитанного в традиционных – я имею в виду — христианских — ценностях. Как они будут звучать? «Мы натравим на вас дьявола»! И вы удивляетесь, почему автор этих строк постоянно пишет о бесовщине? Считаете – нет оснований? Опять-таки – попробуйте обратиться к людям, не участвовавшим в «процессах приватизации». Да хоть к атеистам…
То, что это совсем не пустые слова, наше поколение сполна успело испытать на себе. Что там – чтобы не говорить голословно «мы» — я, грешный автор этих строк, сполна испытал это на себе… Просто потрясающе – как безошибочно эти люди выбирают все хотя бы относительно талантливое и самобытное, чтобы затем его насиловать, гнуть и топтать. Чтобы как-то пробиться – человек или явление должны быть воинствующе холуйскими и бездарными – иначе надеяться просто не на что.
У кого мои слова вызывают сомнения – советую взглянуть в телевизор. По моему – более чем наглядно. У героев войны полчаса, проведенные у сегодняшнего телевизора, возможно, стали бы поводом для того, что психологи называют «потерей смысла жизни». Ради чего сражались? За что воевали? Не случайно развал великой советской империи и победное шествие новых «демократических» ценностей ознаменовались настоящим взрывом психических заболеваний и кратным увеличением количеств самоубийств на территории бывшего СССР, особенно среди старшего поколения. Таковы факты.
Весьма показательно также то, что каждая страна или цивилизация ставит себе в заслугу. Американцы, например, с гордостью заявляющие сегодня: «Мы вас развалили!». Представляете, достижение – ставить себе в заслугу, пусть и эфемерную, развал самой великой и прекрасной в мире страны.
Запомните, суки: это не вы нас развалили. Это Бог нас наказал – вашими руками.
Наказание, кстати, по церковнославянски будет – «вразумление». Надеюсь, весь пройденный нашим народом ад перестройки – перекройки запомнится и станет надежной исторической прививкой против чуждых, во всех смыслах противных нам либеральных идей и напоминанием о том, как же мы должны беречь свою единственную прекрасную и любимую Родину.
А теперь вы, …, вспомните про гнев Его праведный и подумайте, …, что будет, когда до вас, …, черёд дойдет. Я бы на вашем месте молился.
Первое, чему нас учили в годы моего обучения на историческом факультете Саратовского университета: лучшее средство против заблуждений, искажения истории и фальсификаций – это документ. Поэтому позвольте цитату: «Я люблю жизнь, хочу жить, но фронт такая штука, что вот живешь-живешь, и вдруг пуля или осколок ставят точку в конце твоей жизни. Но если мне суждено погибнуть, я хотел бы умереть так, как этот наш генерал: в бою и лицом на запад. Твой Сашок». Это последнее письмо Александра Матросова своей девушке, написанное им незадолго до смерти и хранящееся Центральном музее Вооруженных сил в Москве.
Любопытный штрих, ставший широко известным именно в перестроечное время: Александр Матросов, оказывается, по происхождению был татарин. При рождении в далеком татарском селе ему были даны традиционные для этой национальности имя и фамилия, и уже в сознательном возрасте Александр решил поменять их на русские. И лично мне и это кажется промыслительным. То, что этот герой ушел в вечность именно с русским именем, которое для нас стало символом русского мужества и героизма. Символом России.
Что, конечно, никак не мешает представителям как татарского, так и других советских народов на самых законных основаниях считать его своим. Да будь он хоть сыном немецкого раввина или самого Будды, решившим вдруг принять католичество – разве это – ну хоть в малейшей степени — изменило бы наше к нему отношение? Слава Богу, у нас в России судят не по происхождению, а по делам. Которые ты смог для «этой страны» сделать. И благодаря которым человек становится для этой страны родным или чужим.
Так, например, в далекой Ассирии стоит памятник великому ассирийскому поэту – Александру Сергеевичу Пушкину. Да ради Бога! Нам что – жалко? Мы только рады. Слава Богу, Россия богата тем великим духовным Богатством, которое от деления лишь умножается. На том стоим, и, если Бог даст – стоять будем. Дай Бог вам так. Тогда мы все будем еще богаче.
Ну, а если вы, как тот известный ублюдок (именно так — сын блуда), готовы кричать: «Россия – мать, Россия – сука, ты ответишь…», странно было бы ожидать, что тебя примут как сына. Пусть даже и блудного.
Для обозначения подобного рода, извините за выражения, людей, со свойственными им образом мысли и нравственной ориентацией в русском языке есть соответствующее слово – выродок. Об этом не мешало бы помнить некоторым сторонникам либеральных ценностей, любящим напомнить нам, сколь многим мы обязаны Америке: «Мы выиграли войну благодаря американской тушенке», полученной по ихнему ленд-лизу. И которой мы, справедливости ради сказать, до сих пор за этот самый ленд-лиз платим. Вполне полновесной валютой.
Тем более что наши солдатики, в отличие от ихних киношных американских, мир спасали по настоящему. Как опять-таки по-американски выражается сегодняшняя молодежь, «реально». Может, потому так любят наши заокеанские «друзья» это слово, что у них самих ничего реального практически уже не осталось? И ужасы ихних «ужастиков» блекнут перед ужасами той настоящей войны так же, как хари киношных космических пришельцев – перед лицами настоящих, а не киношных фашистов.
От описания пыток наших героев в гестапо буквально стынет кровь в жилах. Но еще больше поражает то, что они эти пытки – выдерживали! Не ломались, не «сдавали» своих товарищей, как более позднее поколение правителей – свою страну.
Психологи утверждают: у каждого человека есть свой предел терпения. Дальше он не выдерживает и делает все, что от него требуют. Так вот, наши герои умирали под пытками, но не предавали. Так же, как христианские мученики, кровь которых стала семенем будущего расцвета христианства…
Но и простое перечисление фактов из истории немецких лагерей способно произвести эффект отнюдь не меньший. Например, про мыло из человеческого жира. Или про перчатки и абажуры из человеческой кожи.
Поражает даже не жестокость, а именно спокойная деловитость – ничто не пропадало, все шло в дело. Пепел жертв крематориев, например, шел на удобрения — капуста на огородах «великого германского рейха» росла синей от избытка фосфора. Кто-то ведь эту капусту ел. Ну – или в крайнем случае скотину, которая ела эту капусту…
Сегодняшние новейшие критики и «исследователи» истории пытаются эти факты оспорить и таким образом пересмотреть результаты Нюрнбергского процесса. Стоит ли после этого удивляться, что не только на сытом Западе, но даже в Прибалтике нацизм поднимает голову? Да что там в Прибалтике – даже в Израиле появляются свои фашисты! Уж где бы, казалось… Разве не повод задуматься?
В одном из рассказов о войне меня поразил один факт. Пленная русская женщина, угнанная в Германию, в плену зачала и родила ребенка. Разумеется, она была наказана: такое не поощрялась. А ребенка расчетливая немецкая семья скормила свиньям – чтобы добро не пропадало…
Федор – тот самый, что делал моей маме швейную машинку – рассказывал, что на войне они больше всего боялись попасть в плен. Один пожилой солдат, «погостивший» в немецком плену в первую мировую, рассказывал, как там было страшно. Нет, даже не от жестокого обращения – чисто морально.
Один молоденький солдатик посмел нагрубить немецкому офицеру. В их глазах это было равносильно оскорблению богов «недочеловеками». Да что равносильно – именно так это и было. На экзекуцию был согнан весь лагерь. Парня положили живьем в гроб, в котором предварительно были просверлены дырки, чтобы дышать, и закрыли крышку – по-немецки аккуратно, с помощью винтовых креплений, и оставили ровно на три минуты. Когда его оттуда вынули – он повредился в рассудке, и он некоторое время так и ходил по лагерю – для «воспитательного эффекта». Так в годы Второй мировой фашисты на оккупированных территориях запрещали хоронить повешенных… «Нет, ребята, уж лучше смерть – какая угодно – только не плен!»
К чему я все это сейчас рассказываю? Нет, не только для того, чтобы показать, с каким страшным врагом мы воевали, хотя и это очень и очень важно. Таких случаев – как в концлагерях, так и на оккупированных территориях — с расстрелянными, закопанными заживо, повешенными, распятыми, расчлененными, разодранными танками заживо как взрослых, так и мальчиков и девочек было великое и великое множество.
Для расследования таких случаев создавались специальные комиссии, куда приглашали и западных журналистов. И именно эти публикации во многом помогли повернуть мировое общественно мнение в нашу пользу. Мы действительно воевали с бесами в человеческом образе. И одно это — достаточное основания для того, чтобы считать ту Великую Войну Священной. И не только для нас, кстати. Для всех, исповедующих, как сейчас принято говорить, «общечеловеческие ценности», тоже. Но не только это важно.
Сегодня многие пожилые люди, честно прошедшие войну, возмущаются, когда говорят о репрессиях. В их жизни этого не было, и они искренне считают, что этого не было и не могло быть вообще. Или что так поступали только с предателями. Так вор, «отмотавший» не один срок, уверен, что «опускают» только за дело. «Опустили» — значит заслужил.
А теперь попробуйте представить себе человека, чья молодость пришлась на период «великого рейха» — того самого, в период которого были наконец ликвидированы безработица и великое национальное унижение германской нации, были построены дороги, создан первый в мире народный автомобиль и национальное телевидение и первые в истории сериалы… Он тоже, наверное, возмущается, когда говорят об ужасах Второй Мировой: «Зачем все мазать одной черной краской?»
Да, конечно, были отдельные перегибы, но ведь далеко не всех сжигали в крематориях. Кто-то — в том числе и из пленных — достойно трудился, получил профессию, а в выходные в качестве поощрения даже ходил в кино. Многие так создали семью и даже эмигрировали в Европу, которая стала для них второй родиной. Сегодня они через передачу «Жди меня» пытаются найти потомков своих дальних родственников…
Да, конечно, нельзя все мазать одной черной краской. В реальной жизни все гораздо, гораздо сложнее. Не все, далеко не все были палачами – кто-то честно трудился на благо своей страны – строил, учил, лечил и даже воевал – увы, приказы надо выполнять, и если Родина приказывает воевать – надо воевать. Однако всегда, во все времена добро остается добро, а зло – злом. Граница между ними проходит через человеческую совесть, а она, как правило, не признает нюансов и полутонов.
Хотя и здесь стоило бы сделать оговорку – если совесть здоровая. У больного человека и совесть больная. И даже любовь… Представителю великого рейха могло быть стыдно за брошенный мимо урны окурок и совсем нет – за расстрелянного пленного, осмелившегося этого самого представителя как-то ослушаться. Или просто – послушаться недостаточно быстро. В воспоминаниях пленных Второй мировой масса таких примеров. И не только советских, кстати.
Сегодня, как и в период перестройки, нам снова пытаются навязать точку зрения о «равной ответственности» Германии и Советского Союза за развязывание войны. Дескать, одно и то же. И тот тоталитарный режим, и этот. И там были концлагеря, и здесь.
Да нет, не одно и то же. Хотя системы действительно очень похожи. Сделанные, как говорится, по одному образцу. И все же… Почитайте воспоминания пленников фашистских концлагерей. Даже наш Шаламов с его документальными «Колымским рассказами», как выражается современная молодежь, «отдыхает».
В одном из рассказов Шаламов описывает, как одного из его товарищей расстреляли, потому что он слишком часто просился в туалет. То есть позывы к опорожнению кишечника были, а ходить было нечем. Кормили крайне скудно, и желудок скупо все переваривал. «Где говно, симулянт?», — сурово спрашивал охранник. И парня «расстреляли, потому что в желудке у него не оказалось говна». Да один этот рассказ, по моему, всего «Архипелага ГУЛаг» стоит. Хотя жанры безусловно разные.
А в автобиографической книге участника французского Сопротивления Людо Ван Экхаута «Это было в Дахау» описан процесс уборки лагерных сортиров. Никаких приспособлений для этого не полагалось, и заключенные убирали экскременты руками. Друг никак не справлялся – его все время рвало, и автор стал ему помогать, потому что прошлого чистоплюя эсэсовцы расстреляли, как не справившегося с приказом. И автор стал рядом, чтобы не лишиться друга…
Наверное стоит добавить, что в бараках заключенных распределяли по национальному признаку. К «неполноценным» славянам отношение было еще более жестокое, чем к европейцам. Те хотя бы посылки из Европейского Красного Креста получали. Которые, правда, как рассказывают заключенные, в основном тут же отбирались…
…Истинное величие нации определяется не только ее умением быть благодарным, но и ее способностью к покаянию – как в лице отдельных – лучших представителей, так и народа в целом. Дети солдат вермахта приезжали в страны, пострадавшие в годы войны и бесплатно помогали восстанавливать то, что разрушили их отцы и деды. Таких случаев, кстати, было достаточно много, и они также характеризуют нравственное состояние народа.
Один очень уважаемый мной собеседник рассказал мне потрясающую историю о немецком народе. В семидесятые годы немецкую нацию захлестнула волна самоубийств среди молодежи.
Эпоха семидесятых вообще осталась в истории как эпоха очередного кризиса традиционных моральных ценностей, когда философы пытались как-то рационалистически обосновать нарастающий хаос в умах с помощью учения постмодернизма, а «богословы» — модернисты «оживить» религиозную жизнь с помощью «молитвы» под рок – музыку и, как изящно выразился Серафим Роуз, «богословия под гитару». У наших «продвинутых» батюшек были свои предшественники на Западе.
Практичные немцы, как им и положено, подошли к проблеме куда как более рационалистично. Они провели социологические исследования и установили: самоубийства затронули в основном потомков воинов – участников «карательных операций» на «восточных землях» в годы Второй мировой…
У нас эти выводы стали бы поводом для многочисленных – талантливых и не очень — газетных и журнальных публикаций и призывов к покаянию, которые, скорее всего, так и остались бы призывами. Слава Богу, не в характере немцев ограничиться одними теоретическими исследованиями. Для них вопрос «Что делать?», как правило, встает в чисто практической плоскости.
Как рассказывал мне очевидец, в Германии эту проблему решили чисто немецким практическим образом. На большом немецком стадионе были собраны потомки тех, кто участвовал в карательных операциях, и тех, кто от них пострадал, а также священнослужители традиционных конфессий. Вышли генералы бундесверы в мундирах, опиравшиеся на палочки трясущимися от старости руками, и принесли покаяние. Просто попросили прощения у тех, кому они в свое время принесли столько горя. И – поистине чудо Божие – волна самоубийств моментально пошла на спад!
К моему глубочайшему сожалению, я потерял связь с этим человеком, а этот потрясший меня до глубины души взволнованный рассказ мне так и не удалось проверить. Подтвердить. В лучшем случае некоторые говорили мне, что да – «что-то подобное слышали», но никто не смог именно подтвердить эту слышанную мной историю достоверно. А жаль. Случай действительно настолько потрясающий, что самые сильные эпитеты безусловно будут уместными.
Это тот редчайший в человеческой истории пример, который – по всем законам – Божеским и человеческим — безусловно должен был быть. Я даже не хочу портить впечатление стандартным «его стоило бы придумать». Ох, как бы нам пригодился этот бесценный опыт в начале «перестройки», когда внуки старых советских сказочников кормили нас новыми – либеральными – сказками, ведя нас в очередное светлое будущее…
Ох, как же гневно затопал ногами и затряс щеками один такой потомственный сказочник, когда в ответ на скромное замечание – дескать, уважаемый Егор Тимурович, Вы так много говорите о покаянии – ну так покаялись бы за своего дедушку: «А вот дедушку давайте трогать не будем!» Понятно, что не будем. Дедушка – это святое…
Может, потому и не получается у нас никак это светлое будущее, что эти люди связывают понятие «покаяние» исключительно с народом «в целом», а перемены в сознании согласны принять лишь в том случае, если исключительно для них все останется по старому? В отличие от народа в целом…
Это – и как возможный аргумент некоторым защитникам национальной «избранности», уверяющим, что «требования национального покаяния» ну никак «не могут быть исполнены», потому что «нельзя на целый народ наложить епитимью». Попытаться осторожно возразить, что дело, вероятно, все же прежде всего в желании…
Хотя – надо бы подчеркнуть – автор принципиальный противник переложения сугубо этических понятий на язык сухого юридического права. Сегодня на «цивилизованном» Западе можно угодить за решетку, например, за официально выраженное несогласие с официальной точкой зрения о холокосте или ну хотя бы за отрицание уже упоминавшихся имевших место в начале двадцатого века армянских погромов, и президент Медведев предложил ввести в наше законодательство то же самое – юридическую ответственность за искажение исторической истины.
Так вот, я абсолютно убежден, что делать этого ну никак нельзя. Однозначно! Ничего, кроме профанации в поисках истины, этот шаг не принесет – и это прекрасно показывает опыт наших «продвинутых» западных «партнеров». Хотя бы по той причине, что чтобы ввести ответственность за искажение исторической истины, надо сперва назначить группу товарищей, которая этой самой истиной полнее всех обладает – а это мы все, как вы помните, не так давно проходили, причем весьма и весьма подробно. Опыт показывает, что громче всех об исторической ответственности кричит тот, кто ну никаким образом не хочет эту самую ответственность признавать в отношении себя. И опыт обсуждения Второй Мировой показал это более чем убедительно.
Хотелось бы также подчеркнуть, что автор убежденный противник понятия всеобщей ответственности и его псевдоцерковного псевдоаналога – «всенародного покаяния». Хотелось бы напомнить неумеренным радетелям с их ревностью не по разуму, что каяться каждый должен всё-таки за себя. Иначе запросто можно уравнять в ответственности преступника и жертву. Прочитайте мою «Идеократию» («Волга-21век» №5-6 2011) и убедитесь, что пример более чем реален. Да что – в телевизор опять-таки посмотрите…
Конечно, среди моих читателей есть люди, знакомые с историей значительно лучше меня – наверняка они что-то знают и им есть что добавить к сказанному.
Безусловно, история Второй Мировой – нашей Великой Отечественной – настолько многомерна и велика, а опыт ее восприятия настолько разносторонен, что ни один – даже самый талантливый – писатель и историк – да что там – даже множество таких талантливых людей, традиционно скрывающихся, как выражается наш брат – писатель, под «братским могильником» «коллектив авторов», не в силах ее охватить.
Нам остается лишь читать самых талантливых из них, а также воспоминания ветеранов, и, говоря казенным языком – «обмениваться опытом» — вспоминать: писать и говорить. Поверьте: не ради красного словца – эта война скрывает еще много тайн и загадок. Достаточно сказать, что даже материалы знаменитого Нюрнбергского процесса так до сих пор полностью нигде и не изданы. Да что там не изданы! Как выясняется: доступ к ним – и тот ограничен! А жаль – как показывает современная история, именно сегодня этот опыт, как никогда, бесценен.
Не в укор тому пожалевшему нас западному режиссеру, а просто, как говорится, от души, хочется сказать: слава Богу, что та страшная Великая Война у нас все-таки – была. Нет, я не только о том, что все промыслительно, и в человеческой истории, как и в жизни отдельного человека, нет ничего случайного, и неизвестно, от каких страшных экспериментов нас Господь благодаря этой Войне уберег, так что «слава Богу за все». Хотя все вышеперечисленное, конечно, правда. Но я – о другом.
О том, что благодаря Этой Войне у всех народов нашей великой и богатой страны, несмотря на культурные, национальные и религиозные различия, есть свои общие Святыни, перед которыми они могут, да что там – обязаны – «смиренно преклонить колени». Я, как вы, наверное, догадались, о наших братских могилах. Могилах наших предков, включая и тех, кто своих потомков оставить не успел. О тех, которых мы – те, кто писать и снимать кино умеет – обязаны воспеть.
Только не говорите, что им вот теперь – все равно. Даже подумав такое, вы сделаете величайшую глупость. Примеров тому – несть числа, и приведу лишь один.
Среди многочисленных «проглоченных» мною в детстве книг о войне была одна. В ней были собраны многочисленные документальные свидетельства подвига кронштадтских моряков – участников боевого десанта во время блокады Ленинграда.
Этот десант был «отвлекающим маневром» во время прорыва блокады, ребята шли на верную смерть, и они это знали. Так вот, самыми сильными из этих свидетельств были фотографии предсмертных записей: записок, сохраненных погибшими на своем теле, а то и просто выцарапанных ножом на стене подвала – последнего прибежища, из которого они уходили в вечность и уходя, пытались оставить нам самое главное…
Это удивительные послания. Сегодня, спустя три четверти века, их невозможно читать без волнения: вглядываясь в них, понимаешь, что мы потеряли — какие удивительные люди от нас уходили, какие великие ученые, поэты, писатели могли бы из них выйти – это понимаешь даже по этим коротким записям.
Видимо, действительно важен этот Момент истины, когда человек, расставаясь с этим миром, пытается вместить в себя, забрать с собой то, ради чего он жил. И по возможности – передать этот смысл нам. Вместив, если удастся, этот смысл в короткую емкую фразу – как раз, чтобы хватило сил передать ее нам – тем, кто здесь пока остается…
Это только кажется, что сказать короткую фразу легко – на самом деле, пожалуй, только мастер слова может понять, насколько это сложно – вместить в минимум слов самое главное. Не случайно один из древнеримских писателей оставил нам гениальные слова, вошедшую в учебники по языкознанию: «Будь у меня больше времени, я написал бы это письмо короче». Так вот, среди этих оставленных нам героями фраз была одна, которая стала заголовком для книги – «Живые, пойте о нас!»
Представляете — семнадцатилетний мальчишка, уходя в вечность, оставил нам именно эти слова. Ну кто теперь скажет, что ему – все равно? Даже если встать на позицию атеистов и согласиться, что с этой жизнью все заканчивается.
Не случайно любой хотя бы относительно творческий человек, считающий «эту страну» своей, всегда мечтает сказать свое слово о Той войне. Как один известный юморист и продюсер, который, оказывается, всю жизнь мечтал поставить фильм о Брестской крепости.
Фильм, кстати, получился весьма и весьма приличным – даже без скидок на «наше время». И даже лица у актеров… какие лица – нормальные, человеческие. Я уже почти готов сказать: наши, русские, но уж больно все они засветились на различных тусовках и презентациях, где все наши «герои дня» постоянно что-то жрут, жрут, жрут, а потом столь же постоянно друг друга хвалят, хвалят, хвалят, что эти вот так прочно впечатавшиеся в сознание впечатления не дают мне убрать это осторожное «почти» — какие-то остаточные явления утонченного интеллигентского сознания убрать это «почти» мешают…
Как и моему самому уважаемому критику – маме, которая, увидев пару кадров «Крепости», изрекла: «колбасников вам играть, а не офицеров». Не в смысле фашистов – «колбасников», как традиционно именуют представителей германской расы утонченные французы, а тех колбасников, что нашей сегодняшней колбасой торгуют…
Ребята, пожалуйста, ну не надо так хвалить друг друга. Смешно, право. Мы, когда надо, сами обязательно вас похвалим. Ведь наш зритель – самый благодарный в мире. Уж вам-то не знать… Конечно, когда хвалить есть за что. Потому что в появившихся сегодня многочисленных фильмах о войне, наряду с достойнейшими, как это обычно бывает, появилось весьма много пены.
Может, потому, что мы постоянно – по разную сторону баррикад? В смысле – телеэкрана, который за последние четверть века мы стали воспринимать как что – то безусловно вражеское: чуждое, наносное, вредоносное, искажающее, уродующее, корёжущее и насилующее нашу жизнь – чаще всего небезуспешно.
Плохо, что у молодого поколения того присущего нам – более старшим людям — защитного барьера нет: они то старое доброе телевидение чаще всего не видели, а зачастую ничего и не читали, зато у них есть интернет, и потому для них особенно важны исторические фильмы, особенно о войне.
Сегодня, когда проблема извращенцев, стала особенно острой, многие предлагают самые радикальные методы решения проблемы – вплоть до химической кастрации уродов. К чему это я? К тому, что авторов таких «шедевров», как «Апостол», «Штрафбат», «Главный калибр» и многих других, названия которых я попросту не запомнил, на мой взгляд, следовало бы привлекать к ответственности – за массовое изнасилование массового сознания в массовом же масштабе.
Президент страны вполне справедливо попенял составителям тестов для экзаменов по истории за излишнюю провокацию: дескать, нельзя всерьез спрашивать о том, не вводилась ли в годы Великой Отечественной в Советской армии должность полковых священников: совершенно незнакомый с отечественной историей тинейджер может принять это «откровение» за истину.
Добавим: тем более, если похожий сюжет он видел в фильме «Штрафбат», в котором батюшка, взяв винтовку, помогает вчерашним заключенным, осужденным справедливо и несправедливо, громить захватчиков, предварительно преподав им свое священническое благословение.
Абсолютно, ну просто вопиюще идиотский сюжет! Да в то время не то что подходить к священнику – креститься публично боялись – за такую идеологическую вольность могли последовать самые что ни на есть нешуточные репрессии.
Ветеран и герой войны, бывший во время боевых действий командиром «Катюши» и награжденный многочисленными орденами и медалями Николай Архангельский не мог в нашем родном Саратове после войны нигде устроиться на работу – даже учеником токаря на завод: едва узнавали, что он – сын священника, ему сразу же предлагали увольняться, и он, убеленный сединами молодой воин, от безысходности вынужден был поступить в семинарию. «Так безбожная власть, независимо от своего желания, помогла мне прийти к Богу». И это случай даже по моим скудным данным и в отдельно взятой области – далеко не единственный.
А уж в годы войны руководство воинского подразделения, допустившее подобную вольность, немедленно оказалось бы в числе рядовых вверенного им штрафного подразделения. И это в самом лучшем случае. В худшем их за подрыв боевого духа советских войск попросту расстреляли бы в двадцать четыре часа – попробуй они хотя бы допустить священника на пулеметный выстрел к своим солдатам.
Точно та же участь ожидала и германского военнослужащего, осмелившегося «крутить шашни» с «неполноценными» славянами. Тем более – секретными агентами, которые, как показывают это в некоторых постперестроечных фильмах, занимались этим прямо на службе – в свободное от заданий время. В самом лучшем случае их ожидало увольнение и самый строгий разговор в гестапо. В свободное время и за территорией части – другое дело…
Для ублажения господ солдат и офицеров великого германского рейха существовали специальные команды проституток, кадры для которых набирались только чистокровной немецкой расы. Разумеется, что для высших и нижних чинов кадры набирались и оплачивались отдельно, хотя и в том и другом случае это считалось работой на государство, за которую полагались соответствующие стаж и льготы.
Это считалось проблемой государственной важности, а к таким вопросам расчетливые пунктуальные немцы относились очень серьезно.
Система – она и есть система. Главное свойство хорошей системы в том, что она ко всему относится очень серьезно.
Я не говорю о публичных домах в концлагерях и на оккупированных территориях – такие, как вы понимаете, существовали полулегально. Людо Ван Экхаут, с которым одна из заключенных, прошедшая этот ад, поделилась своими воспоминаниями, признался, что не смог включить их в книгу – настолько это грязно.
…Вспомните «Семнадцать мгновений весны» — враг у ворот Берлина, а у них в ресторанах кофе и пиво отменные, да и в магазинах, наверное, не обвешивают, как у нас, даром что отоваривают по карточкам.
Любопытный штрих: медведь, кстати, символ не только Москвы, но и Берлина. Представляю, сколько это дало поводов для иронии нашим союзникам…Так вот, последний номер газеты «Бронированный медведь» вышел 30 апреля — буквально за несколько дней до капитуляции. Создатели советских фильмов о войне эту главную для немцев черту очень даже хорошо чувствовали – и именно потому по добрым старым фильмам так хорошо видно, какого страшного врага мы победили. Недаром консультантом легендарного сериала выступал сам Андропов.
Опять – к чему это я? К тому, что творческим и не очень людям, берущимся творить и судить о святой для нас теме, неплохо предварительно для начала ну хотя бы вернуться к школьному курсу истории. Может, хоть тогда ляпы не будут столь вопиющи. Если, конечно, не ставится конкретного цель изнасилования истории. Причем иногда на первый взгляд с самыми что ни на есть «добрыми» намерениями.
…Возьмем конкретный пример – один «Закрытый показ» с Александром Гордоном, «рассчитанный на широкого и глубокого зрителя». Лично я ни эту передачу, ни ведущего – не люблю и полностью согласен с мнением (Задорнова), что автор – провокатор, а передача – ну, сами понимаете… Но в этот раз автор, на мой взгляд, превзошел сам себя.
Шедевр, представленный зрителю в этот раз, называется «Первый отряд». Мультфильм, в котором воспитанники советских детских домов, вернувшись после смерти с того света, с помощью магии и ихнего, мать их, «астрального каратэ» расправляются с немецкими врагами.
«Астральное каратэ», поясню для «непродвинутых», это боевое единоборство, только на «более высшем» уровне. Когда мастер, сконцентрировав весь имеющийся у него запас агрессии, кричит «ийа-а», делает выпад и выбрасывает ее на врага, находящегося на значительном удалении времени и пространства. И враг, как ему и положено, падает замертво.
В качестве врагов выступают немецкие рыцари. Как Второй Мировой войны, так и Ледового побоища, поскольку временные, да и смысловые, на мой взгляд, границы в фильме тщательно стерты.
Я даже не предлагаю читателю посмеяться над идеей. Какой там смех – когда так страшно.
Самое страшное, что все эти фильмы повернуты на магии. Дешево и сердито – в смысле быстро и эффективно. Теперь вот и Великую Отечественную пытаются переиграть с помощью магии. Страшнее мины под русскую историю, по моему, и придумать невозможно. Зачем всему советскому народу надо было рвать силы, когда все решает один ихний «Момент истины».
Ребята, ну не надо никакого вашего каратэ – ни астрального, ни какого другого… Поверьте — никакие, самые эффектные и эффективные боевые единоборства не передадут того накала страстей, который там был. Один только факт, кстати, прозвучавший в документальном фильме, показанном недавно по телевизору.
На Той войне операторы обеих сторон – и нашей, и немецкой — получили задание заснять настоящий рукопашный бой. И та, и другая сторона не смогла с этим справиться. Оказывается, когда начинается настоящий бой, просто отвлеченно снимать кино невозможно: эмоции, простите за банальность, захватывают настолько, что операторы, не выдерживали и, забыв о приказе, бросали камеры, хватались за оружие и вступали в схватку.
Правда, стоит отметить, что и операторы тогда были всамоделишние – снимали настоящую жизнь, благодаря чему мы имеем многочисленные документальные кадры о Той войне, а не современные игрушечные «реалити-шоу», которые сегодня совершенно незаслуженно именуются почему-то «документальным кино». Ребята, настоящее документальное кино осталось там – в той жизни, которую мы так привычно ругали за вранье…
Поэтому когда герои современного фильма о Той войне предлагают немецким – так и хочется сказать – коллегам традиционно «разобраться по-пацански» (читатель, поверь, это не авторская ирония, это дословная цитата) с помощью приемов каратэ, у психически здорового зрителя это может вызвать лишь гомерический хохот. Ребята, это была война, а не бандитская разборка. Настоящая. И там, повторюсь, было действительно очень страшно.
В этом году отмечается семидеятилетие битвы под Москвой. Один из ее участников – мой родственник Алексей Прыгушин поведал мне такой эпизод.
Когда бойцы Красной Армии вошли в одно из освобожденных подмосковных сел, им предстало страшное зрелище.
На воротах висело тело мальчика – совсем ребенка — по виду не старше двенадцати лет, распятого так, как римляне распинали Христа и первых мучеников. Уж не знаю, что им такое этот мальчишка сказал или сделал, что фашисты решили подвергнуть его такой страшной участи, но только наши бойцы, увидев такое, решили: пленных не брать!
Мне до сих пор жутко вспоминать рассказ деда о том, как фашисты бежали от их танков, а они их «давили, давили… развернешься на месте, мясо с гусениц стряхнешь», — дед делал резкое круговое движение ладонью, зажатой в кулак, показывая, как они разворачивались, и будто что-то резко бросал на пол – как некую мерзость, которую необходимо было стряхнуть с себя, с Родины, вообще – убрать из жизни – отбросив в ад, где этой самой мрази и место
— «и опять – в бой!»
И таким огнем горели глаза деда, такая святая правота светилась в его взгляде, что никакого сомнения не оставалось: повторись история – и он обязательно поступил абсолютно так же. И какой же горячей любовью и детским восторгом загоралось в ответ мое детское сердечко!
Что-то подобное, наверное, описывал Владимир Соловьев, по моему, в своей «Повести об Антихристе», когда русские солдаты громят участников армянских погромов, а в душе у них в это время царит «Воскресение Христово». И это в какой-то степени помогает понять, в чем для нас был высший смыл Той войны.
Любовь в высшем своем проявлении подразумевает и ненависть – к тем, кто эту самую жизнь и любовь уничтожает. И гнев, который, оказывается, нужен даже святым – он «необходим нам, чтобы гневаться на дьявола».
…Читатель слышал, возможно, имя Барбары Картленд. Самая писучая и продаваемая писательница в мире, потчующая читателя красивыми мелодрамами о любви богатых пресыщенных аристократов к бедным неискушенным золушкам, которым те спешат — абсолютно бескорыстно, естественно – предложить свою помощь, а затем руку и сердце.
В одном из своих романов о любви какого – то там дипломата и очередной счастливой простушки в предисловии о событиях в Армении начала двадцатого века мне просто врезалась в память фраза: «Турция ввела против восставших армян репрессии, и возмущенная Европа ответила ей ультиматумом».
Ничего себе «репрессии»! У беременных женщин исторгали неродившихся младенцев из чрева, жен и матерей насиловали на глазах детей и мужей… Почему же такая сухая ирония в ответ на чужую беду у английского автора –представителя страны, вроде бы традиционно пекущейся о «правах человека»?
Ультиматум, кстати, также традиционно был достаточно декоративным. Единственная страна, реально вступившаяся за христианскую Армению – это Россия. И вот здесь-то собака и порылась! Армения – невольно – стала союзником России, и это послужило причиной для того, чтобы выпустить порцию яда в ее адрес.
Запад же, как видим, традиционно проводил политику «умиротворения» любого агрессора – это показала история режима Гитлера в середине века двадцатого и Саакашвили в начале двадцать первого. Отсюда – такое равнодушие к реальной чужой боли. От эгоизма. От нелюбви.
Но я сейчас даже не об этом. Я думаю: доживи дед до этих лет и случись ему увидеть такие вот фильмы о Той войне – он, пожалуй, захотел бы их создателям в лицо плюнуть. Лично у меня, простите, именно такое вот желание частенько и возникает. Судя по моим разговорам со зрителями – не у меня одного.
Хотя это еще не все претензии к подобным «шедеврам».
Традиционный налет бесовщинки – как желание «поиграть» с лукавым тоже о многом говорит. В той войне Бог был на нашей стороне – хотя наши ребята и стреляли в солдат, у которых на пряжках ремней была надпись «С нами Бог» и по танкам с готическими крестами.
Причем даже не надо быть христианином, да что там – просто верующим человеком, чтобы понять, что такое вот «прочтение» истории — гадость. Просто – обладать чувством реальности. Вернее – не потерять это чувство. Просто – не быть уродом – шизофреником, путающим – сознательно или полусознательно (полубессознательно) — реальный мир с фантазиями – своими или чужими. Ну вот – началось обсуждение.
…Иван Охлобыстин, традиционно выступающий в качестве «православного», да еще и творческого, интеллигента (да и кому, как не ему? Не мракобесу же какому-нибудь, который эту прекрасную вещь, как изящно выразилась одна моя коллега, сразу же «обложит») – естественно, одобряет. По его мнению, эта прекрасная вещь будет способствовать у подрастающего поколения интереса к истории. Ну что я могу сказать, господин Охлобыстин? Фамилия у вас хорошая. По моему – вам весьма и весьма идет.
Ага, вот еще очень любопытная, как сегодня принято говорить, «знаковая» фраза, которую я, к своему ужасу, слышу на нашем центральном телевидении от наших «властителей дум» далеко не в первый раз: «Дети – это зверьки». В смысле – что в них вложишь… Ну да, тогда конечно, тогда такие фильмы – в самый раз. Глядишь – и в результате такого вот «интереса к истории» наши тинейджеры станут путать Александра Матросова с Брюсом Уиллюсом, а Георгия Жукова и Константина Рокоссовского – с Бабой – Ягой и Змеем – Горынычем…
Причем – что интересно – сам господин Охлобыстин уверен, что его-то дети, в отличие от убогой российской массы, «историю более – менее знают». «Спрашиваю: кто сбросил бомбу на Хиросиму? Они задумываются и отвечают: ну, это больше похоже на нас». Ну да, весьма верный, классово, пардон, либерально — демократически ориентированный подход.
Недавно по Первому каналу был показан фильм «Поп – звезда», восхищенно повествующий о том, какая неординарная, креативная, по настоящему творческая православная личность Иоанн Охлобыстин.
В этом фильме продвинутый отец бросает любимой дочери, пришедшей обнять папу и вообще — публично выразить свою любовь во время съемок, поистине знаковую фразу: «Я тебе сейчас лицо обглодаю»! Это батюшка так со своей кровиночкой шутит. Лично мне почему-то хочется в слове «креативный» убрать как минимум одну лишнюю букву.
Коллеги — единомышленники с недоумением и болью говорили о том, что почему-то именно воцерковленные коллеги были возмущены тем, как этот замечательный человек играет роль любящего отца. Подумайте только – они смеют издеваться над этим святым человеком и называть его ряженым и даже бесноватым! Ссылаются на какие-то древние, абсолютно устаревшие правила ихних святых отцов и говорят, что пастырь никак не может быть женат на актрисе и что священство ну совершенно несовместимо с актерской профессией…
Абсолютно, ну просто возмутительно несовременно, нелиберально и недемократично! И каким только образом таких неведомо как сохранившихся морально устаревших выродков земля носит! Хорошо, что в наше время есть по настоящему продвинутые, преданные демократическим идеалам деятели, которые не только способствовали возведению этого великого человека в священный сан, но и сумели помочь ему совмещать священство с актерской профессией.
Отрадно также, что в наше благословенное время существуют демократически ориентированные публицисты, готовые иезуитски утонченно… простите, классово солидарно это явление обосновать. Ведь о запрете на съемки в этой древней книге церковных правил, как вы понимаете, абсолютно ничего не сказано…
Некоторые мракобесы, правда, твердят, что это настоящее осквернение святыни и даже фашисты не додумались до такого утонченного издевательства над Православием, но неужели мы будем в наше супердемократичное время обращать внимание на вопли всяких там обскурантистов! Дай им только волю — и они совсем задавят и так в конец истерзанных бедных белых и пушистых либералов…
Вообще — чем интересны такие обсуждения: видны настоящие, простите за выражение, лица тех людей, которые «делают» (ну очень уж подходящее в данный момент словечко) нашу культуру. Как выразился один мой знакомый – «откровенные вурдулаки». «Такие люди в принципе не умеют любить».
Пожалуй, я соглашусь. Лично у меня создалось такое же впечатление. Почти каждый раз, включая телевизор, вижу одну и ту же картину. Ну как, как, как, по каким таким удивительным рецептам и технологиям сделаны все эти шоу, как так гениально – генитально — всем этим ведущим удается их вести, что прав всегда оказывается последний мерзавец? И чем больший он мерзавец – тем, по каким-то удивительным, потрясающим просто стечениям обстоятельств, запрограммированных, простите за невольную тавтологию, в этих программах, он более оказывается прав. Удивительно: стоит только появиться более-менее приличному – доброму – явлению – человеку, фильму или чему другому — как тут же вся аудитория (значительная и наиболее постоянная ее часть) этих шоу на него ополчается.
Они искренне возмущены – им непонятно. Это что – фильм — притча? Нет? Он о чем? О любви? Это тема для короткометражки – сюжета на десять минут. Все остальное-то время потрачено – для чего? Да, вот эта и эта метафора – действительно интересны, а остальное – зачем?
А в подтексте – он что, этот автор, решил, что такой умный? О, мы ему дадим, мы ему покажем! Вы что, всерьез решили, что сняли хороший фильм? Он глупый и плоский.
Они действуют безошибочно – чем действительно талантливее, добрее и самобытнее вещь, тем с большей ревностью и страстностью они на нее нападают. Вурдулаки поганые. Нечисть. Пантоптикум от дедушки Ломброзо.
Сами они любить не могут и потому так страстно ненавидят всех, кто любит. Сами творить не умеют – и страстно ненавидят всех, у кого это хотя бы в малейшей степени получается. Они не умеют сопереживать, сострадать и потому так любят отвлеченные интеллектуально-эстетические построения. Иначе им «скучно». Действительно – скучно: нет возможности продемонстрировать себя, любимых… Остается нападать на автора.
Ведь если не умеешь любить – остается экспериментировать. Как Эдичка Лимонов, у которого даже в описании родной матери проскальзывают откровенно эротические нотки. Видимо, других красок для описания Самого Дорогого в мире Существа не нашел. У них, …их, была «великая эпоха». В которую они так активно зовут и нас с вами. «Завершим реформы так – Сталин, Берия, Гулаг!»
И что – Вы сомневаетесь, что этот вот замечательный человек – настоящий патриот и великий писатель России? Зря. А вот родная «демпресса» сразу поняла, да что там – собачьим нюхом почуяла и завопила: «Он вот, он вот, настоящий…» Ну да. Как тот ихний Охлобыстин. Такой же, …, патриот. Это я, простите, от волнения заговариваться начал. От осознания величия той личности, к которой я, убогий, дерзнул обратиться.
…А всего-то – поставить во главе людей, в принципе не умеющих любить. Не различающих Любовь и похоть. «Что выше любви? – Пупок». Это у нашей молодежи шутка такая. Более чем реальная. Как про то бабло, которое победило зло.
Для совсем уж морально тупых поясняю: любовь характерна наличием жертвенности – готовности служить, как сказано в той присяге, «до последней капли крови» и даже жизнь отдать за объект своей любви. Как та кроха – птаха, грудью бросающегося на защиту своего детища и заставляющая нас замереть в восхищении: мы видим в ней отблеск того великого чувства, что подвигал наших предков бросаться под танки и грудью ложиться на амбразуры.
А когда любят лишь предмет обладания, как герой столь любимой нашей продвинутой тусовки «Лолиты», это не любовь. Это похоть.
Именно это имела в виду та приснопоминаемая перестроечная дама, в свое время заявившая: «у нас секса нет»! Действительно, того обилия грязи, связанной с половым вопросом, в Той стране не было. А вот Любовь – была. Это начинаешь понимать только сегодня, когда это чувство ушло – вместе с такой же великой и богатой страной, оставив чувство горькой обиды и мерзкой, навязчивой, невыносимо давящей пустоты… А мы, дураки, еще над ней смеялись. Как тут не вспомнить слова Апостола: «смех ваш да обратится в плач» (Иакова 4-9)!
Может, потому господа либералы так любят английский, что там, несмотря на богатейший словарный запас, разница между многими понятиями, такими, например, как «Любовь» и «секс», практически стерта? «Давай делать любовь» — от одних слов дрожь по коже. И все – результат достигнут. Вместо жизни – сплошной эксперимент. Как у «специалистов» Дахау и Освенцима, сделавшими свою Фабрику Смерти огромным полем экспериментов. И даже сделавшими какие-то там научные открытия…
Как очень точно выразился об одном священнике -неообновленце один по настоящему верующий автор: да этот человек просто не умеет молиться, и поэтому на службе откровенно скучает. Как тот мальчишка – двоечник, пришедший на урок и от скуки не знающий, чем себя занять. Остается экспериментировать.
Заставить – или позволить — монаху играть рок, а священнику сниматься в кино – и объявить это «новой формой миссионерства». Внести в штрих – код кощунственный для христиан символ — три шестерки, а потом гневно обличать «мракобесов». «Вбросить» в общество идею провести конкурс красоты среди монахинь, публично сжечь Коран или построить мечеть на месте теракта, а потом активно бороться с экстремистскими точками зрения по этому поводу. А то «скучно». А так, мать их, весело…
Творчество – после молитвы – дает настоящее чувство полета, но если сам творить не умеешь… правильно, будем топтать тех, у кого это получается. Они не понимают нашу боль по поводу развала и гибели великой державы и искренне недоумевают, чего это мы так переживаем: ведь весело же! Они всегда готовы «сделать из чужой беды зрелище» (Пс 21-18), безразлично — кого «опускают» — одного страдальца или целую страну. Выродки поганые. Уроды. Бесы.
…О режиссере — ветеране Великой Отечественной, за два часа посмотревшем этот шедевр и не захотевшем принять участие в обсуждении: «Он сбежал». Дурак, да если б он сбежал – ну где были бы твои предки? Лежать бы им в качестве удобрений на полях великого рейха после печей Освенцима.
Опять – к чему это я? Опять – таки – к тому, что война, увы — продолжается. Она лишь перешла на более высокий, если угодно – сокровенный, или, как любят выражаться господа демократы – эзотерики, «сакральный» уровень. Хотя главный принцип остался тем же – баррикады проходят между теми, кто умеет и готов любить, и теми, кто готов любить лишь себя, любимых. Или свое, что тоже, по сути, является продолжением себя, любимых. Именно так, и только так, на мой взгляд, и следует толковать ставшее таким расхожим выражение «патриотизм – последнее прибежище негодяя». Негодяй жизнь за Родину отдавать не пойдет.
Это я и для представителей так называемых творческих кругов тоже. В первую очередь – для них. Не всякий дар, что на нас сходит – свыше. Как не всякая страсть – от любви. Опять — вспомните «Лолиту» Набокова.
Один мудрый священник признался, что на вопрос девушек о том, любит ли их избранник, он всегда дает один совет: воздержаться от интимных отношений. На месяц. Как правило, этого срока хватает, чтобы понять – любит ли их избранник или просто хочет «иметь».
Потрясающе! Не случайно все святые говорили, что Бог – это простота. И надо иметь некую степень готовности — свою простоту в душе, чтобы эту Великую Простоту вместить. И тогда вопрос о том, на какую сторону встать в этой войне, решится просто и естественно – сам собой.
Как решился он для многих белоэмигрантов и их потомков, воевавших против гитлеровской Германии. Возможно, им страшно хотелось идти сражаться против проклятых Советов. Да, говорила совесть, но ведь стрелять, бросать гранаты, рвать на куски штыком мясо ты будешь у нашего русского Ваньки или Федора… Как ты потом придешь в Россию – если даже победа будет за вами?
Они подумали и пошли воевать против фашистов. И получили заслуженные ордена, которыми они – в высшей степени заслуженно – гордятся. А Власов навсегда останется предателем – как бы кому не хотелось представить дело иначе. И хотя бы таким вот образом переиграть исход Той Великой Войны. Которая для нас, повторюсь, как это ни покажется кому-то банально, до сих пор продолжается.
И исход этой войны напрямую зависит от того, какую позицию по отношению к той войне займем мы. Им Там – совсем не все равно… Даже в том случае, если в этой жизни – Тогда, в Той Войне, для них никакого Там не существовало.
У одного из самых известных современных православных (сказал – и споткнулся о термин. Авторов? Философов? И то, и другое не совсем точно, поскольку этот человек, сам воевавший во Второй Мировой против фашистов, ничего не записывал. Только говорил. За ним, как за его земляком Сократом, записывали другие) пастырей, оставивших нам свое духовное наследие – Паисий Святогорец сказал замечательную фразу о том, что он восхищался своими однополчанами – атеистами, поскольку они, на его взгляд, пожалуй, были даже мужественнее: «Мы хотя бы надеялись на вечную жизнь после смерти. Ими двигала лишь любовь к Родине». Опять – таки: слова, показывающие истинное Величие души сказавшего их и прошедшего Ту Великую Войну человека.
Меня, как верующего человека, всегда волновала посмертная участь моих близких. Русская Церковь, как известно, установила 9 мая как церковную дату для поминовения «всех, на поле боя за Отечество живот свой положивших и страдальчески погибших» в годы войны.
Православный день, кстати, начинается с вечера, так что в субботу вечером, например, служится воскресная служба, а вечером восьмого мая – соборная (всеобщая) панихида о всех ветеранах Той Великой войны. Можете зайти, поставить свечку или просто поклониться – если денег на свечку нет. Потому что главное – память. И им Там станет тепло и отрадно – как бывало на фронте, когда они получали долгожданный привет из дома. А потом уже со спокойной душой можно идти праздновать.
Хорошо, что мои деды – бабки в свое время, как положено, окрестились.
Но были и другие – и не только, как раньше говорили, «иноверцы» — люди других исповеданий, но и бесшабашные комсомольцы, гордившиеся своим неверием ни в Бога, ни в черта… Они – как? Александр Матросов, Николай Гастелло, Николай Кузнецов и уж тем более Рихард Зорге – были они крещены в Православной Церкви? Сомневаюсь.
Поэтому меня так обрадовало, когда покойный Патриарх Всея Руси Алексий 2 сказал, что погибшие на войне исполнили главный Евангельский Закон: «нет выше той Любви, когда кто душу свою положит за други своя…». Уж они-то, конечно, у Бога на особом счету. Дай Бог нам так. И все – таки?
Верующий человек твердо знает: все проблемы решаются молитвой. Отчасти мои сомнении помогла разрешить поездка к мощам Спиридона Тримифунтского. Это один из самых известных святых христианской Церкви, защищавший Православие на 1 Вселенском соборе вместе с Николаем – Угодником и традиционно почитавшийся в Православном мире наравне с ним.
В ту весну к нам в Россию привезли его десницу, которую возили на поклонение по разным городам России.
От нашего Свято – Никольского – самого дорогого в моей жизни – монастыря, где находится чудотворный образ Николы Саратовского, была организована поездка в Воронеж.
Чтобы пояснить: почему самого дорогого, надо, наверное, немного сказать об истории этого уникального монастыря, который был построен в самом конце 19 века в честь последних Российских императоров – Николая Второго и Александры Фёдоровны. Храм был построен руководством Приволжского-Уральской железной дороги и имел два Престола, сохранившихся до сих пор, освящённых в честь Небесных Покровителей Царской четы: Святителя и Чудотворца Николая и Царицы Александры и насколько автору известно, это единственный храм в провинции (есть, кажется, ещё в Москве и Петербурге), построенный в честь Царственной Четы и освящённый при их жизни.
Любопытно, что Царица Александра – супруга гонителя христиан – римского императора Диоклетиана пострадала вместе с Георгием Победоносцем, традиционно считавшимся покровителем Московского княжества, Русского Царства и православного воинства. На Руси многие. В том числе и именитые, граждане называли своих дочерей в честь Александры, что доказывает, что эта святая всегда была русским людям близкой и родной.
Сразу же после открытия замироточил переданный в монастырь образ Святителя Николая, и собранная при покойном архиепископе Александре комиссия признала: считать икону Николая – Угодника чудотворной. На месте храма было решено открыть монастырь, что, в общем, является традицией Православной Церкви: на месте обретения какой-либо святыни открывать монастыри.
Но это ещё далеко не все чудеса, происшедшие в этом монастыре. В то самое время, когда поганые либералы разрушали остатки, как сегодня стало принято поэтично называть Ту Страну, «Красной Империи» и ломали её некогда несокрушимый оборонный щит, в стране осталась единственная неразрушенная дивизия ядерных сил стратегического назначения – дивизия знаменитых «Тополь-М», на которой, практически, и держались жалкие остатки нашей независимости и суверенитета.
И вот диво: именно в это время начала чудесно обновляться икона старинного письма, переданная во вновь открывшийся храм также одной из прихожанок, имя которой никто не запомнил. На иконе была изображена воинственного вида Жена с мечом в руке, который, как известно, является не только символом воинского могущества, но и княжеской власти. Она чем-то была похожа на знаменитую Родину – Мать, что на Мамаевом кургане, но изображена с христианской кротостью. Икона так потемнела от времени, что надпись было не разобрать, и мы все склонны были считать, что это образ Царицы Александры, но постепенно вместе с изображением проявилась и надпись: «великомученица Варвара». Великомученица Варвара считается покровительницей российских войск стратегического назначения, праздник которых отмечается в один день с днём памяти святой Варвары. Иконой этой святой благословил покойный Патриарх Алексий руководство этих войск – именно в то время, когда из всех стратегических войск практически только эта дивизия и осталась.
Но это ещё не всё. Великомученица Варвара традиционно считается защитницей «от напрасной» (внезапной) смерти и поэтому – единственная из Жён
— изображается с Чашей для Причастия в руках и часто вместе с Николаем – Угодником, который также является защитником от погибели и «нечаемых зол прогонителю» (Акафист Николаю-Угоднику Икос 4). Насколько автору известно, это единственное изображение Святой Варвары с мечом. Видно, уж такое лихо пришло, что самой Спасительнице от смерти пришлось взять в руки Меч. Видать, не только Страну – весь мир от погибели в пору спасать. А без России, как понимаете, этого сделать никак, ну никак нельзя…
Вот от этого монастыря и была организована поездка,
которая пришлась как раз на 9 мая. Обычно я стараюсь этот день проводить дома, но упустить такую возможность, которая в моей жизни, скорее всего, не повторится, просто не мог. По пути мы заехали в Задонск – к мощам Тихона Задонского.
Памятник героям расположен как раз напротив монастыря Святителя Тихона. Времени, как это частенько случается в поездках, было крайне мало – хотелось успеть везде.
Поездка, понятно, паломническая, но не отдать честь героям прошлой войны для потомков тех самых героев было бы просто кощунством. Поэтому договорились: быстро прикладываемся к мощам – и сбор у памятника. Купили цветы, которые, как положено, возложил старший по званию — сам настоятель монастыря — игумен Никон. И это для нас, русских людей, тоже было поклонением святыне. Без этого столь запомнившаяся нам всем поездка безусловно была бы неполной.
Я даже не беру слова «старший по званию» в кавычки – так действительно положено по уставу. Помните, как в фильме «Адмирал» главный герой читает молитвы, пока его корабль идет через минное поле? Так вот, в фильме это самый реальный эпизод.
Понятно, что в Русской армии, как и положено, молебен перед боем служил полковой – или корабельный – священник. А теперь представим, что священника нет. Смертельно ранен, к примеру, или убили. Что тогда? Молитву должен читать старший по званию. Он за это дело – перед людьми и Богом – отвечает, ему и к Богу первому обращаться. У него на это – особая благодать. Ах, если бы об этом почаще вспоминали наши руководители, что важно стоят в Церкви со свечкой. Глядишь, и жизнь начала складываться бы совсем по другому…
Это событие заставило меня по иному взглянуть на евангельское выражение «Божие — Богови, а кесарево – кесарю». Безусловно — у нас, как у граждан этой страны, есть свои обязательства, в том числе и перед отдавшими за наше будущее свои силы, здоровье и самое дорогое – свою жизнь. Независимо от их и нашей национальной, религиозной и государственной принадлежности.
В этой войне на стороне Советского Союза сражались и граждане многих других стран – начиная от братьев – славян и заканчивая солдатами Англии, Франции и даже Америки. И всем им наш общий низкий поклон. А вот как им Там – решать не нам, а Богу. И суд этот, вне всякого сомнения, будет куда справедливее и милосерднее нашего…
Для мусульман, кстати, это война тоже была Священной. В прямом смысле слова. Верховный муфтий Советского Союза объявил Священную войну – джихад (так, кажется? Читатель, в случае чего, меня поправит) 23 июня 1941. Таким образом все погибшие в той войне мусульмане согласно канонам ислама считаются мучениками за веру.
Один очень авторитетный мусульманский пастырь как-то посетовал: дескать, сегодня очень много говорится об «исламской угрозе» и крайне мало вспоминают о том, что хорошего сделали мусульмане для России. Хочу обратить внимание как уважаемого священнослужителя, так и других читателей – мусульман, если таковые найдутся: видите – это не так.

По крайней мере – не всегда и не совсем так.
Что же касается тех, кто громче всех кричит о мусульманской угрозе, вероятно, стоит отметить, что эти люди зачастую и к Православию – то относятся не сказать чтобы очень уж дружелюбно. Хотя и выступают, случается, даже вроде бы вполне с «церковных» позиций.
При этом либерально настроенные – деятели – никогда не забывают расшаркаться перед представителями более истинной, правоверно- православно – либерально- демократически выверенной ориентации…,…!
Мусульмане России – совсем не аморфное образование типа западных «протестантов». У них есть свое религиозное сообщество, выражаясь христианским термином – «церковь» – «умма», руководители который неоднократно заявляли, что террористы – это отщепенцы, или, говоря церковным языком – сектанты, которые к традиционному исламу имеют приблизительно такое же отношение, как пензенские «сидельцы» — к Православной Церкви. Тем более что и финансируются, как выясняется, и те и другие из-за одного и того же бугра…
Дело не в какой-то особой исключительной симпатии именно к мусульманам — автор все-таки христианин, и у православных накопилось к последователям ислама, мягко говоря, ну очень много вопросов, и все же… Согласитесь, являются ли боевики – смертники просто слегка нетрадиционными читателями Корана или они все-таки считаются среди единоверцев сектантами – по сути — отщепенцами, для нас — жизненно важно. Жизненно – в самом что ни на есть традиционном значении этого слова, поскольку нам вместе – жить.
Почему люди, казалось бы, во много раз более образованные и уж точно – значительно более информированные, чем автор этих строк, делают вид, будто этой разницы не замечают? Так и хочется в очередной раз задать сакраментальный вопрос: кому это выгодно?

Автор этих строк неоднократно писал, что у православных и мусульман, и не только российских – общий враг и общие интересы (смотри, например, «Настоящий Саратов» № 4 (4) 07.12. 2001 «Мусульманин и Православный – братья навек?»). События последних лет и даже дней безусловно подтверждают, что так оно и есть.

И информационные сводки показывают это как нельзя лучше.
Убит глава мусульман самого крупнейшего, пожалуй, российского региона с населением, которое в значительной своей части исповедует ислам. Причём убит представитель именно традиционного ислама, который, как рассказывают СМИ, и словом и делом усиленно споспешествовал установлению межконфессионального мира в подведомственном ему регионе. То есть это трагедия и проблема, которая касается – хотим мы того или нет – всех нас.
А сводки новостей начинаются с того, что какой-то ихний американский бэтман на ихнем киносеансе убил полтора десятка человек. Напомните мне, пожалуйста – я в какой стране живу? Она как называется? С какой такой стати такое вот внимание к их проблемам? Это чтобы подрастающее российское поколение не дай Бог, не забыло, где сегодняшний обком находится?
Они сами твердят, что их кинематограф является главным американским идеологическим оружием. А оружие иногда стреляет. В том числе, как и в данном случае – и в своих. Некоторые мракобесы -фундаменталисты в таких случаях говорят: Бог наказал. Но мы-то, как люди вполне демократичные, этих глупостей повторять не будем, верно?
Раньше, при проклятом тоталитарном прошлом,– такую вот информационную политику — вполне справедливо, на мой взгляд — назвали бы идеологической диверсией. Направленной против собственной страны. Но ныне у нас в почете иные ценности.
Это не видно лишь человеку – нет, даже не наивному, потому что даже самым недалеким все давно уже совершенно понятно – откровенно ангажированному.
Так же, как и в начале века двадцатого, когда после армянских погромов исламские и армянские священники клялись в вечной дружбе и целовались между собой. Так они демонстрировали своей пастве, что им делить – нечего. Хотя в этом, возможно, и присутствовала, как сказали бы современные «политтехнологи», некоторая доля «пиара», я не думаю, что они, во всяком случае большинство из них, делали это неискренне. Поскольку прекрасно понимали: им вместе – жить. А настоящая беда и опасность, впрочем, как и всегда, шла к нам из-за бугра.
Заслуга такого действительно выдающегося лидера современной Чечни, как Ахмад Кадыров, именно в этом. В том, что он понял, что если Чечне и позволят быть великой – то только в составе России. Как относятся к нацменьшинствам в той же Турции, мы хорошо помним на примере курдов…
И он нашел в себе мужество пересмотреть свои взгляды и соответственно – образ действий. В том числе и боевых. Можно по разному относиться к личности Кадырова и оценивать последствия его действий. Несомненно одно: то, что совершил этот человек в истории, безусловно служит на пользу миру как в самой Чечне, так и в России и во всем мире. И это уже сегодня всем очень хорошо видно.
Для чеченского народа Та война, впрочем как и эта для всех нас — стала вдвойне несправедливой и трагичной. И все же…думается, не случайно жизнь этого человека трагически оборвалась именно 9 мая. Сегодня, когда все злые силы ведут войну против России, которые мы рассматриваем как продолжение Той Священной для нас войны, Господь наш, «Который есть Истина», очень точно показывает, кто и на чьей стороне. Ох, ну почему, почему же многие из нас так не хотят учиться на действительно положительных примерах?
И снова нас — уже в который раз – пытаются расколоть по национальному, религиозному, возрастному — да какому угодно — принципу – лишь бы расколоть, раздробить, рассорить, разогнать по национальным, религиозным, «возрастным» и прочим «квартирам» — с разобщенными, как известно, сладить легче. А для этого – прежде всего – убить самое священное – нашу общую память. И снова наша сила, как и раньше – в единстве. В нашей общей памяти. В том, откуда мы все родом, читатель.
Хотя в любом случае остается очень много невыясненных вопросов, дающих повод как минимум для отдельного ну очень большого разговора. Или отдельной статьи. Согласны? Мой самый лучший в мире читатель безусловно догадался, что автору есть что сказать по этому поводу. Даст Бог – напишу. Помолись, читатель. Ну да, и чтобы опубликовали — тоже.
…Рискну в очередной раз повториться: не только для верующего, но даже просто для наблюдательного человека очевидно: ничего случайного в этом мире не бывает. Не случайно, думается, и появление этих строк. И дело, повторюсь, не только в том, что каждый хотя бы относительно творческий человек, считающий эту страну своей, мечтает сказать свое слово о Той войне.
«Всякий дар совершен сходит свыше», а человек – не хозяин таланта, а его проводник. Если только это действительно – Дар, Который – от Бога. Который, как известно, есть Любовь. Когда человек забывает об этом, он может быть наказан – у него этот дар может быть отнят.
Как замечательно сказал в интервью один известный артист — по моему, Константин Райкин: чтобы сделать что – то достойное – надо это заслужить. Необходимо всю жизнь – или хотя бы часть ее – в зависимости от дара – прожить достойно. Если нет – тебя могут наказать. У тебя может не получиться.
Я бы добавил: или получиться какая – нибудь гадость. Такое тоже очень даже частенько случается. Чаще всего – по вине человека, который, неправильно приняв и усвоив посланный сверху «сигнал», трансформирует его сообразно своим дурным наклонностям. Примеров – несть числа. Опять-таки – отсылаю читателя к набоковской «Лолите».
Но и роль проводника тоже важна. Милосердный Господь ничего не совершает без нас и всегда ждет нашего соучастия. Многие действительно в высшей степени достойные люди говорили, что когда они не претворяли в жизнь ту вещь, которую они могли и должны были сделать – были ей беременны – они страшно переживали от этого, мучились и даже могли заболеть.
Я даже не ставлю слово «беременны» в кавычки – поверьте, так оно и есть. Любой более-менее приличный, порядочный автор болеет – «носит бремя», пока не увидит свое создание вышедшим в свет. Если только, конечно, у тебя действительно вышло что-то приличное.
Как сказал тогда Фёдор: «Мы с тобой ведь даже какое-то благородство чувствовали, когда маме машинку делали, верно?» Верно, Фёдор, верно. Мне ещё было очень неудобно, и я очень хотел сохранить это чувство до клавиатуры компьютера – чтобы воплотить его в то, что я – хоть немного — действительно делать умею. Надеюсь, у меня — хотя бы чуть-чуть — получилось. Если так – значит я – хотя бы часть своей жизни – прожил не зря.
Я вынашивал эту вещь годами. Впрочем, как и почти все те вещи, которые представляли для меня – для души — хоть какую-то ценность. «Непроходные» и некоммерческие, которые и публиковались – то в подавляющем своем большинстве абсолютно бесплатно. И я ну никак не могу счесть это простым совпадением. Я действительно ей болел.
Я знал, что просто обязан сказать о тех замечательных людях, в встречу с которыми послал мне Господь – о ветеранах Той Великой войны. И как же мне обидно, что не могу сейчас достойно помянуть их всех и отвести каждому подобающее место. Поверь, читатель, никакого журнала не хватит. Тем более выходящего в таких куцых объемах, как сегодняшняя «Волга».
Как и о роли Этой Войны в нашей истории, о дне сегодняшнем — который, по сути, является лишь продолжением Той не законченной до сих пор Великой битвы. Вселенской войны со злом. И снова, как и тогда, Россия на самом переднем крае этой битвы. И снова, как и тогда, от нее напрямую зависит судьба всего человечества.
И то, как эта самая судьба сложится – не только России, но и всего человечества – зависит и от нашего в ней участия. В том числе и от нашего отношения к Той Войне. Которую начали наши деды и прадеды, а продолжать – опять отнюдь не по нашей воле — предстоит нам. Иного не дано. И в этом подлинный смысл и подлинное величие нашей истории. Нашей – как Родины, так и истории человечества в целом. Без всякого там пафоса и преувеличения.
Всеобщее объединение в противостоянии захлестнувшему «цивилизованный» западный мир сатанизму и мерзости. Какая еще объединительная идея вам нужна?
В либеральных СМИ не раз звучала мысль о том, что если уж, как они изо всех сил нам внушают, «невозможно остановить процесс глобализации», неплохо бы его возглавить. Либералы, как всегда, правы с точностью до наоборот. Эти ребята всегда заходят с того самого места, через которое они все свои поганые реформы проводят.
Россия действительно должна возглавить, но не глобалистское, а антиглобалистское движение. Выскажу крамольную для господ либералов мысль. Именно такую, и только такую, Россию весь традиционный мир и ждет, и будет рад Ее Воскресению, как ученики Спасителя – Воскресшему Христу.
Мир видел распад самой великой в современности Империи и возникновение на ее обломках антинародных, античеловеческих режимов, целью самого существования своего положивших борьбу с собственными народами. Мир видел бомбежки и захват Сербии, Ирака и Ливии, положивших начало череде кровавых столкновений на территории этих стран и фактически – войне «цивилизованного» Запада против маленьких независимых народов, в том числе и руками враждебных своим народам, но послушным международной сатанинской силе правительств. Мир видел вопиющее беззаконие и преступление против реального мирового порядка под эгидой и от имени «международного сообщества», еще более подлое и глумливое, чем в начале и середине века двадцатого. Мир увидел воинствующее утверждение настоящего сатанизма под именем «общечеловеческих ценностей», едва ли не более омерзительное, чем в Содоме и Гоморре… Перечислять можно бесконечно. Мир видел все это — и содрогнулся. А теперь скажи, читатель, возможно было бы все это, если бы Россия — или хотя бы ее усеченный секуляризованный вариант – Советский Союз – был сильным?
Русь нужна миру, пока она – Святая. Пока способна противостоять «либеральным», а фактически – насаждаемым сегодня дьявольским, античеловеческим ценностям. В этом подлинный смысл Её существования и подлинное Величие.
Я совсем не хотел при этом иметь в виду, как вы понимаете, фактически уничтожающий целые цивилизации «цивилизованный» Запад. У глобалистов, позволю напомнить, уже есть свой, как его сегодня уже традиционно именуют, «обком», и он навряд ли вот так, за здорово живешь, без пота и крови, уступит вдруг свое место – со всеми привилегиями. Глядя на день сегодняшний, приходит в голову мысль, что появление фашистских режимов именно в лоне традиционной западной цивилизации было отнюдь не случайным…
Читателю – стороннику либеральных ценностей, склонному к иронии, я опять – таки — посоветовал бы почитать ленту новостей, послушать радио или просто взглянуть в телевизор. Если уж это его не убедит – значит – не убедит ничего. Типичная нравственная глухота.
В психиатрии прошлого, когда нетрадиционное отношение к сексу еще рассматривалось как извращение, даже термин подобающий существовал – «нравственный кретинизм». И таких людей, увы, даже в нашей прекрасной стране становится все больше. И именно это, а не что – то другое, на мой взгляд, является самым большим поводом для тревоги.
Эта задача – определение и оценка вышеперечисленных явлений и процессов — является поистине титанической и явно выше моих скромных сил и возможностей. Может, поэтому материал так долго не получался. Текст попросту «не шел». Я уже мысленно составил себе подробный план материала: и об этом надо сказать… и об этом… и об этом… Для меня этот текст безусловно был продолжением той войны, и я изощрял свое слово как меч, стремясь поразить всех ненавистников моей Родины в самое сердце. Дать достойный отпор губителям всех пламенных идей. Мучителям. Душителям. Губителям людей. Какое слово ни возьми – все подходит. Господство либералов ни к чему хорошему в России никогда не приводило. Как в начале века двадцатого, таки в начале двадцать первого. И это сегодня уже ясно практически всем.
Для людей, эту страну любящих, эти строчки должны стать – хотя бы в некоторой степени – глотком свободы. Свободы, которая, по словам Апостола, может быть только в Боге. В Боге, Который, как известно, есть Любовь. Надеюсь, у меня — хотя бы в некоторой степени – ну хотя бы чуть – чуть — это получилось. Сначала я думал написать продолжение «Идеократии», но потом решил, что для войны сегодняшней вспомнить сегодня о Той войне безусловно намного важнее.
И вот здесь, совершенно неожиданно для себя, мне пришлось начать этот текст стихами.
Именно так – пришлось: вопреки первоначальному плану, авторским замыслам и даже «святая святых» языка – правилам грамматики. Неправильно будет: сказать «над нашим небом вновь нависли гарь и копоть». По всем правилам надо бы сказать «под небом». Но попробуйте сделать по правилам – получится гораздо хуже.
Так бывает, когда явление начинает жить своей, уже почти независимой от автора жизнью. Топать ножкой… Как та пушкинская Татьяна, которая «взяла и выкинула штуку – удрала замуж». Потому что – Живая. Эту простую истину никак не могут усвоить уроды, которые сами ничего живого создать не умеют и может потому всегда столь успешно пробиваются в начальники. В том числе, увы, и в литературные…
Это у них — там, «под небом голубым», где «город золотой». Здесь предлог «под» только бы все принизил – именно «над»: это как нельзя лучше передает и тревожную атмосферу сорок первого, и давящую поступь врага, и леденящее напряжение тех, кто вышел от этого самого врага нас – еще не родившихся – защищать… И руки в крови по локоть, как вы понимаете, далеко не абстрактный образ.
Дальше все было нормально – текст «пошел». Зажил совершенно самостоятельной, почти независимой от автора жизнью. Мне оставалось лишь записывать. Факты сами облекались в слова и складывались на экране компьютера.
Я долго не мог вспомнить – откуда взялось имя Ильяс? Да нет, не только ради рифмы, хотя и это безусловно важно. Среди моих знакомых не так много людей с тюркскими именами, и такого среди них точно нет. Может, кто – нибудь из знаменитостей? Тоже вроде не то.
Ах, память, память… Я даже даты к экзаменам никогда не заучивал – просто прочитывал учебник. Мог ли я тогда представить, что моя замечательная, чудесная память в последующем будет поступать со мной столь предательски?
Потом вспомнил: ну конечно – служба в армии. Наша часть расположена как раз в Солнечногорском районе, где в начале сорок первого шли ожесточенные бои за Москву. Мы с одним из моих сослуживцев – по моему, даже из другой роты, может и части — грузим то ли мешки, то ли ящики, которых за годы службы мы перекидали великое множество и в перетаскивании которых с места на места, как мне показалось, почти вся наша служба и состояла…
Жара – как в июне сорок первого. Если учесть традиционную московскую влажность, от которой многие наши ребята, особенно из сухих азиатских республик, просто «гнили» (воткнулась в тебя во время «влажной» уборки случайно уроненная соседом иголка – все, пошли гнойные язвы по всей руке), можно понять, почему дышать, как говорится попросту «нечем».
Сослуживец – веселый такой раздолбай… ну да — типа меня – только тогдашнего — значительно моложе и привлекательнее – заметив, что никого из начальства рядом нет, предлагает прервать нашу рутинную работу внеочередным перекуром. Я с огромным удовольствием соглашаюсь. Мы отползаем в тень, и у нас наконец-то появляется возможность познакомиться: «Игорь». «Ильяс» — протягивает мне руку собеседник.
Я уточняю: «Илья?», полагая, что «с» на конце – всего лишь следствие национальной транскрипции, так же, как ихняя заморская греческая Елена превратилась в нашу родную Алёнку. Нет, именно Ильяс, горячо возражает мой собеседник. Поясняет – в честь деда: он у него то ли в танке горел, то ли танк подбил: опять – эта память… И строго так на меня посмотрел: понимаешь, мол, как серьезно?
Понимаю, друг, конечно, понимаю. Что ж мы с тобой – не с одной страны, что ли… У самого оба деда на войне погибли – Иван и Василий.
Мамин папа – Василий – погиб при бомбежке Крекинга. В армию его не взяли – глуховат был после контузии, которую получил в шестнадцать в чапаевской армии, но и здесь, в тылу, работы для мужика было более чем достаточно.
Бомбили наш завод крепко – по нескольку раз в день, что, впрочем, неудивительно: как тогда красиво говорили – «крови для индустрии» — горючего дал он в войну больше, чем все остальные заводы страны.
Не только саратовцам будет интересно узнать, что знаменитая Сталинградская битва, положившая, как в нас, слава Богу, вдолбили еще в школе, начало перелому в Великой Отечественной войне, была битвой в том числе и за Саратов, его промышленные и сырьевые ресурсы. Удайся немцам захватить Сталинград и уничтожить Саратов с его мощной промышленной базой – глядишь, и война, а значит и вся послевоенная история человечества могла бы сложиться по другому.
Воздушные тревоги звучали чаще, чем желанное «отбой», а восстанавливать разрушенное бомбежками было необходимо насколько можно быстрее, и в одну из таких бомбежек дед просто не стал спускаться в убежище. Так там и остался. Похоронили их – всей бригадой – на городском кладбище.
Мамина мама – баба Аня – осталась в голодном сорок третьем с четырьмя детьми на руках. И ведь всех смогла вырастить, достойными людьми воспитать! Можно такое представить в наше супердемократичное время?
За кровь индустрии наши родные мужики и бабы платили своей кровью, потому и восприняли «прихватизацию» родного завода как самое настоящее предательство. Как продолжение той страшной войны, не прерывавшейся против России: «То, что не удалось фашистам, сегодня благополучно завершено нашей властью…» И то… Пройдись по поселку – фильмы о войне без всяких декораций снимать можно…
Не случайно в качестве первоочередных мер министр оккупированных земель Третьего Рейха Розенберг предлагал создание национальных государств из бывших союзных республик в качестве «буферной зоны» между Россией и Западом, немедленную отмену большевистской экономической системы и переход к частной собственности и всеобщее поощрение частной предпринимательской инициативы. Это, по мнению нацистского руководства, являлось необходимым условием поражения России в войне с Германией.
Еще никогда «предпринимательская инициатива» не развивалась столь свободно, как в период фашистской оккупации: любой спекулянт мог прийти в комендатуру и моментально получить «ауйсвайс» на ведение предпринимательской деятельности. Право, ельцинской администрации было чему у своих коллег –предшественников поучиться.
Многие советские подпольщики, кстати, именно так и поступали – точно так же, как и их зарубежные коллеги из знаменитой «Красной Капеллы» в Западной Европе, и именно это дало повод публицистам новой демократической волны абсолютно необоснованно объявить их барыгами и спекулянтами. Барыги и спекулянты жизнь за Родину отдавать не пойдут: мы прекрасно смогли убедиться в этом на протяжении всей нашей новейшей и суперновейшей истории.
Одновременно издавались порнографические журналы на русском языке, «прославляющие красоту женского тела» — разумеется, исключительно для приобщения порабощенных советских народов к демократическим ценностям. Так что утверждение «секса в Союзе не было» не совсем верно: был, но очень недолго – лишь в период фашисткой оккупации.
Потом пришли советские войска и положили конец бесценным демократическим завоеваниям. Ох уж этот проклятый тоталитарный режим! Ну, вы меня понимаете…
Ихний Ален Даллес оказался куда умнее Гитлера: он понял, что внедрение губительной для России системы возможно лишь в том случае, если россияне демократически за нее проголосуют. Я уж не говорю про нашу реформу образования…
Удивляет только одно: как это наши демократически ориентированные коммерсанты, увековечившие память самого гениального афериста в русской литературе – Остапа Бендера в столь любимом им Рио-де-Жанейро, до сих пор не додумались поставить памятник Геббельсу. Плохо работаете, господа-товарищи! Без демократической, понимаешь, искорки…
Второй – Иван то ли погиб, то ли пропал без вести в самый первый – самый страшный — год Той Великой Битвы. Может, где-то с твоим рядом лежит…
Конечно, не случайно, что мне сегодня – четверть века спустя – вспомнился тот парнишка – сослуживец. Как и его имя. Слишком много сегодня развелось тех, кто пытается эту войну переиграть. А для этого – убить нашу память. И им Там, как и нам здесь, очень – жизненно — важно, чтобы этого не произошло. Нельзя нам эту войну проиграть, мои дорогие, ну никак, никак нельзя…
Вот и попытался, наверное, Ангел – Хранитель – уж не знаю – мой или деда (которого из них? Или того и другого вместе?) так вот до меня достучаться. Вот на это – говорит – обрати внимание. Это – для нас всех – жизненно важно. Если просто хотим – жить. И здесь, и Там. Потому что задача Ангела в том и состоит, что подготовить нас к совместной жизни вместе с Ними — Там. А для этого – хотя бы в какой-то мере – достойно прожить здесь. Так, как наши предки, закрывшие своей грудью наше будущее.
Им было очень непросто.
В окопе сидел совсем молоденький, глупенький еще советский мальчишка, которому предстояло остановить лучшую в мире армию. Слово «глупенький», кстати, не содержит ничего уничижительного. Так до сих пор еще говорят наши российские матушки, увидев, допустим, крошечный огурчик или грибочек в семейке, «приклеившийся» к более крупному собрату: «Ну, этого брать не будем. Глупенький совсем.» «Глупенький» — значит неопытный, не поживший, не ставший еще настоящим – «матерым». Так им и не ставший.
Так же, как и ребята из 6-й роты. Им так и не суждено было повзрослеть. Они не хуже нас видели ту грязь, которая нас окружает. Может в чем-то и лучше – как видели грязь и ложь той войны все ее прошедшие. Просто кто-то – по мере сил и возможностей — пытался на этой лжи заработать, а кто-то – вопреки лжи – свою жизнь отдать — ради торжества истины. Чтобы честно – лицом к лицу – встретить эту истину Там. Они это вполне заслужили.
Хотя Ложь и Подлость не оставили их и после смерти. Список имен погибших ребят разделили ровно на три части. Одна часть была награждена Звездой Героя, часть – орденами и часть – медалями. Кто, как, по каким таким понятиям делил эти списки – останется великой тайной Системы. Может, кто с секундомером по полю боя бегал или расстояния потом замерял…
Кто придумал?
Кто решил?
Кто так славу поделил?
Кто решал?
Что за дурак?
Так!
Эти строчки встали в моем сознании так естественно — как реакция на этот факт, что я даже не помню сейчас – мои ли это стихи или строки одного из моих любимых поэтов – фронтовиков Бориса Слуцкого. Во всяком случае на его стиль это похоже, хотя в его книге я этих строк не нашел.
Я о принципе. О том, что системы – как тогда, так и сейчас – были очень похожи и действовали по одному сценарию. Когда кто-то отдает свою жизнь, а кто-то решает, как это можно и нужно оценить. О том, что выиграли мы эту войну благодаря системе, которая в основе своей безжалостна и действительно, как выражается молодежь, тупо решает, кого послать на смерть, а кого — повременить и кого и как за это наградить.
И было настоящим преступлением разрушать ту систему госмонополии, благодаря которой мы выиграли Такую войну. Единственное рациональное объяснение этому может быть только одно — то, что власть решила «сдать» эту страну – вместе со всеми богатствами и народом.
Но жизнь за Родину всегда отдают не благодаря, а вопреки системе. А благодаря тем, кто за свою Родину был готов отдать все и даже самое дорогое — жизнь. Как наши современники из шестой роты и как наши советские мальчишки летом сорок первого и последующих годов.
Многие из них в загробную жизнь не верили, и им было от этого еще тяжелей. Так, что многие из них, наверное, идя навстречу смерти – плакали. Не от трусости – нет, даже подозрением таким их святую память оскорблять не хочу – от обиды, что на этом Жизнь – кончается, а дома ждет и теперь уже никогда не дождется самая прекрасная, самая лучшая и самая добрая в мире мама и самая чудесная в мире девчонка, которую, уходя, даже поцеловать не успел. Вера в Бога тогда, мягко говоря, не поощрялась, и в одном этом страшное преступление того режима – то, что он лишал людей веры и как следствие – надежды. Того, ради чего стоит жить.
Я часто думаю – почему Всемилостивый Господь попустил эту войну? Если все промыслительно – зачем нужна была война, отбросившая нас, как выразился бы ученый старой школы диалектического материализма, на несколько десятилетий назад? К чему гибель миллионов наших соотечественников – как мы видим, как минимум далеко не худших?
Чтобы ответить на этот вопрос, надо – хотя бы чуть — чуть – вспомнить про историческую перспективу. О том, что поэты и мыслители называют чувством истории. Для человечества эта война стала Второй Мировой. И ее – хотя бы отчасти – можно рассматривать как продолжение той, Первой войны. Войны, как совершенно справедливо указывали товарищи и господа большевики, за Передел Мира. Со всеми вытекающими последствиями.
Руководство Германии, как мы уже говорили, именно так ее и воспринимало – как компенсацию за позор Первой Мировой и унизительных Версальского договора и Вейсмарской республики. Как восстановление, с их точки зрения, исторической справедливости. Борьбы за народное счастье великой Германской нации, вынужденной влачить недостойное ее величия существование.
И снова Россия, как и в начале века, против своего желания воевала против Германии. И снова, как и в начале века, руководство делало абсолютно все, чтобы этой войны избежать. И снова, как и всегда, Запад сделал ну абсолютно все, чтобы стравить Россию с противником и остаться в положении «третьего радующегося». И вновь наше руководство, даже в ущерб интересам собственной страны, шло на все, чтобы сохранить хорошие отношения с Западом. И снова – безрезультатно. И вновь – не по нашей вине. И нужно быть ну совершенно оголтелым русофобом, чтобы этих — абсолютно очевидных — фактов не признавать. Как тогда, так и сейчас.
Как завил недавно один из таких – самых известных и непримиримых ненавистников России в эфире центрально телевидения: «Мы привыкли думать, что Запад и Соединенные Штаты постоянно гадят России, и нам приятно так думать». Да неужто? Вы, похоже, русских явно с кем-то более близким спутали. Как говорится – оговорочка по Фрейду. Мы же лишь хотели бы в очередной раз подчеркнуть: история повторяется. И она очень больно бьет тех, кто не хочет усваивать ее уроки.
Для Германии, одержимой болезнью национально величия, стремящегося построить свое счастье на несчастии других, «неполноценных» народов, это обернулось великим национальным позором: весь мир, собравшись в Нюрнберге, судил… нет, не Германию. Каждый мальчишка, окончивший ту, советскую школу, твердо знал факт, который в него в этой самой школе в период проклятого тоталитарного прошлого крепко-накрепко вдолбили: мы воевали не с немецким народом, а с германским фашизмом. Он мог быть последним охламоном и не даже не заглядывать в учебник истории, но не смотреть телевизор он не мог. Хотя бы иногда – заходя в гости к друзьям – если даже своего телевизора вдруг у него не было. А там постоянно шли фильмы про войну, которые поставили дети победителей. И они, в отличие от сегодняшних авторов, испытывали ну хотя бы уважение к этой святой для народа теме.
И вот чудеса: и гласности тогда вроде как не было, и архивы не рассекречивали, и проклятые идеологи над душой стояли, а историю наше поколение знает – даже не сравнить -куда как лучше сегодняшней молодежи. И уж во всяком случае мы не испытывали постоянного воздействия той мутной мерзости и пропаганды, которой мы вынуждены повергаться сейчас благодаря идейным последователям Геббельса.
Ох, сколько же лжи и грязи выплеснули эти ублюдки на нашу историю! И система-то у нас была фашистская, и вели-то мы войну бездарно, и трупами-то врага завалили, так что даже о Победе просто смысла говорить не имеет – разве что об историческом поражении… да что там – даже печи в крематориях, где сжигали людей, по мнению некоторых из них, не более чем выдумка идеологов, необходимая для нравственного обоснования вторгшихся на территорию Германии держав – победительниц! Во всех этих воплях так и слышится так хорошо отмеченное в изданной нашим Приволжским книжным издательством книге Николая Яковлева «ЦРУ против СССР» смердяковско – солженицынское: ну почему «умная нация не победила глупую»!
Мне в связи с этим вспоминается хорошее изречение школьного учителя в исполнении Вячеслава Тихонова из старого советского фильма: «Толстой не понял, Достоевский не знал, Чехов недооценил… Будто историю творила банда разгильдяев и двоечников!»
За всеми этими критическими стрелами так и чувствуется политика «посредников» – как их назвал один из идеологов – «обоснователей» – «меркурианцев», традиционно кормящихся на своем посредничестве. Торгующих тем, что произвели другие: если не товарами, то нашей историческим наследием и памятью, объясняя нам, недоумкам, что именно хотел сказать художник или писатель в своем произведении и почему то или иное явление надо понимать и называть именно таким вот образом.
Особенно много у этих умников претензий к тому, как руководство СССР вело войну. Дескать, выиграть самую кровопролитную в мире войну безусловно можно и нужно было с гораздо меньшими для нас потерями. И они с самым серьезным и умным видом готовы сейчас объяснить – как.
Дескать, а что это ваш великий и гениальный полководец всех времен и народов начало войны проворонил? Ведь разведка предупреждала! Растяпа, а не руководитель!
Действительно, предупреждала. Как и предупреждала о начале войны 15 мая – и таких предупреждений, кстати, было гораздо больше. И она действительно должна была начаться 15 мая – в день первых русских святых – князей Бориса и Глеба – и только ожесточенное сопротивление германской оккупации православных Греции и Сербии заставило Гитлера отодвинуть начало войны на 22 июня. Первое воскресенье петрова поста – день Всех Святых, в земле Российской просиявших. Начало Этой войны, как и весь ее ход, полны подобными знамениями, и об этом достаточно много написано. Попробуйте сверить календарь боевых действий и памятных церковных дат.
Начало наступления германских войск под Москвой, например, приходится на день памяти одних из самых почитаемых русских святых – Веры, Надежды, Любови и матери их Софии. Начало контрнаступления наших войск началось как раз в канун памяти Александра Невского, а закончилось к светлому празднику Рождества Христова…
Таких совпадений – десятки, и они хотя бы поэтому не могут быть просто совпадениями. Даже окончание боевых действий в Берлине пришлось как раз на день памяти традиционного покровителя Русского государства и православного воинства – святого великомученика Георгия Победоносца, день памяти которого в год окончания войны совпал с Пасхой Христовой. Днем великого всенародного торжества, той великой пасхальной радости, которой нам, скорее всего, уже никогда больше не пережить. Опять-таки — для тупых господ либералов поясняю: «нам» — это нашей Родине и народу в целом – тому, кто любит и считает эту страну – своей. Господь зримо показывал нам: начало Этой Великой войны, как и все остальное – отнюдь не случайно…
Что сегодня могло бы стать для нашего народа поводом для столь же великой пасхальной радости? Пожалуй, только одно: полная и окончательная победа в неоконченной до сих пор Войне и восстановление – Воскресение столь всеми нами любимой и безусловно достойной своего величия Великой Страны…
Удивительно – две маленьких православных державы, для защиты и утверждения государственности в которых Россия столько сделала, и благодаря которой они, можно сказать, как государства и состоялись, сделали все, чтобы самая кровопролитная в истории России война отодвинулась ровно на месяц. Как раз столько, чтобы выпускники школ и учебных заведений, прежде чем уйти на фронт, смогли получить аттестаты и дипломы…
Говорю об этом справедливости ради, поскольку вообще об участии православных стран – славянских да еще вот Греции в Той Войне говорится очень мало и как-то вскользь, будто нехотя, как говорится – «через губу». Договорились до того, что один из участников «исторических» шоу – вышедший на пенсию политик перестроечной волны и Чиновник ну очень высокого ранга даже заявил: дескать, мы много говорим о православно – славянской солидарности, в то время как наши братья – единоверцы участвовали во Второй на стороне гитлеровской Германии… Хороши братушки!
Такое и ляпнуть-то мог разве что перестройщик –номенклатурщик, да еще столь высокого ранга. В 1944, когда Советское правительство объявило наконец-то войну Болгарии, болгарские войска не оказали абсолютно никакого сопротивления. На всей территории Болгарии в годы Второй Мировой не погибло ни одного советского солдата.
Болгария немедленно объявила войну Германии и обращается к СССР с предложением о заключения мира.
Да что говорить, когда на территории Болгарии всю войну продолжал действовать музей, посвященный… героическим русским войскам, жизни свои клавших ради независимости братской славянской страны. Немецкие военноначальники ехидно острили, что на Восточном фронте, где стоит болгарская или румынская дивизия, обязательно надо держать две немецких… правильно, чтобы болгары и румыны не разбежались. А что – действительно – братушки. Если сомневаетесь – поверьте нашим врагам: они люди по своему очень даже неглупые, и их свидетельства иной раз гораздо более беспристрастны, чем размышления иных лукавых «сторонников», пытающихся заново «открыть» для нас нашу историю.
И снова Россия, как и в начале века двадцатого, вступила в войну против своей воли. Которую она, в отличие от Первой, победоносно закончила. Это было ясно всем, и в этом было — очевидное для всех — восстановление исторической справедливости. И величия России и ее правопреемника – Советского Союза, законно занявшего достойного своего исторического значения места. И это – сегодня это совершенно очевидно – было несомненным благом как для России, так и для человечества в целом. Не видеть этого и уж тем более – оспаривать сей факт сегодня могут ну разве что совершенно уж клинические либералы. Большевистским лидерам России пришлось «вытащить из запасников» не только не только «золотые погоны» и кадетские корпуса, которые стали суворовскими и нахимовскими училищами, но и многое другое. Раздельное обучение мальчиков и девочек, например. Что для них было несомненным благом. Поколения наших прадедушек и прабабушек были значительно целомудреннее нас – уж с этим-то фактом, надеюсь, никто не будет спорить.
Та, Первая, война, закончилась для России чудовищным историческим поражением. И это никак нельзя было считать исторически справедливым, поскольку Империи приходилось воевать на два фронта – против врагов внешних и врагов внутренних. Которые оказались для нее куда как страшнее. И которые, в конце концов, и привели ее к окончательному закату и развалу.
Но самое главное и самое страшное даже не это. Самый главный урок Первой войны – тот, что народ «устал воевать». То есть выполнять свое прямое историческое предназначение – защищать свою Родину. Нести свой Крест, который показался вдруг совершенно неудобным, неподъемным и несуразным. Недостойным наступающего прекрасного времени всеобщей демократии, прогресса и гуманизма. Ему захотелось мира, земли, свободы. Захотелось воткнуть штык в землю и отправиться по домам, оставив Родину на произвол судьбы. В расчете на то, что все как-то «само собой» рассосется. Да, самой великой в истории империи не стало, но страна-то осталась, и обязательства перед ней необходимо было выполнять!
Но народ предпочел поверить обольщавшим его демагогам и не слушать голос своей совести. В любой форме предательства всегда есть элемент самообольщения. Как сегодня, так и в начале и конце времен. Когда человек в очередной раз поверил (поверит) змею – искусителю и захотел (захочет) стать «как боги». Не прилагая для этого ну никаких усилий. В отличие от христианства, которое тоже предлагает человеку стать богом, но — путем несения Креста.
Примерно так, как почтенным матери или отцу семейства надоело «тянуть лямку» и они решили вдруг «погулять», покуда есть возможность, вполне здраво рассудив, что снова «надеть хомут» они всегда успеют.
Увы – предательство не прощается: более верная своему долгу «половинка», случается, успевает устроить свою судьбу заново и не хочет не только видеть – даже слышать об изменнике, дети откровенно ненавидят и презирают, столь вожделенный ранее партнер теперь самому ненавистен – и казавшееся в момент искушения столь невинной измена обернулась целой чередой сломанных исковерканных судеб…
Слышишь, Грузия? Слышите, братья – славяне?
Естественно, что подобное историческое предательство не могло остаться безнаказанным и обернулось таким пожаром и кровью, перед которым ужасы Первой Мировой показались детскими забавами. Как очень точно сказал один из лучших советских писателей – летописцев гражданской войны – Артем Весёлый – «Россия, кровью умытая». И которое имело гораздо более катастрофические последствия как для нашей Родины, так и для всего мира…
И самое ужасное – психологические портреты начала века двадцатого и века нынешнего ну просто убийственно схожи: начиная от моральной деградации и кончая предательским параличом и суетливой, вызывающей лишь глухое раздражение и с трудом сдерживаемый гнев народа, продажностью и ложью власти.
Публицисты начала века двадцатого с ужасом писали: ну какое может быть будущее у этой страны, где падшими женщинами становятся двенадцатилетние девочки… Как видите, это явление появилось в России отнюдь не в конце двадцатого века. Как и многое другое.
Не случайно, что детям и внукам солдат начала века двадцатого пришлось продолжать и заканчивать эту войну, так позорно и преступно прерванную их отцами и дедами четверть века назад. Возмездие неотвратимо. А плодами ее победы в войне, которая практически уже почти была выиграна, и выиграна в первую очередь за счет России (вспомните ну хотя бы того же Солженицына), воспользовались другие.
…Убийственный факт: согласно интернет – опросам, большинство проголосовавших посетителей некоторых сайтов согласны для поддержания стабильности и порядка в стране перейти под внешнее управление – уж не знаю кого -мирового правительства, объединенных сил НАТО, Самого Гуманного и Демократичного в мире вождя, которого нам обещают в самом конце истории или кого там еще…
Не помню, кто там сказал, что нации, как той девушке, не прощаются минуты слабости, когда она позволяет овладеть собой первому встречному проходимцу. А если даже не позволяет, а – предлагает?
Я не удивляюсь, что предать Родину готовы люди, у которых, в отличие от автора этих строк, есть деньги для выхода в Интернет – революцию сделали тоже не те, кто ел лебеду и пух в деревнях с голоду… Даже не важно, реальны ли факты и цифры этих вопросов или они, как и все сегодняшние «рейтинги», сделаны лишь под идеологическое обоснование Очередной Великой победы «руководящей и направляющей». Не важно, согласитесь, сама себя девушка предлагает, или это за нее делает кто-то другой, кому почему-то позволили это сделать.
Важно то, что авторов этих опросов не смела волна народного гнева, как не смела она негодяев, посмевших расстрелять законную, народом избранную власть. Ведь главное не то, что эти мерзавцы захватили Триполи, Версаль, Зимний дворец или Белый дом. А то, что народ это допустил. Результат.
Что бы с нами не случилось – мы достойны своей участи. Хороши были бы наши отцы и деды, если бы они в сорок первом, вместо того, чтобы защищать страну, предпочли, как выразился один перестроечный выродок, «пить баварское пиво». Где бы мы тогда были? И были бы вообще?
Один из признаков апокалипсичности нашего времени – охватившее общество всеобщее безумие, так что мы стали забывать самые простые вещи и нуждаемся в подтверждении абсолютных, совершенно очевидных ранее истин. Нельзя, например, создать семью с представителем своего пола. Не может мужчина создать семью с мужчиной, а женщина с женщиной. Это уже не семья будет, а нечто другое, чему и название-то сразу не подберешь.
Одна из таких истин – история не знает сослагательного наклонения. Нельзя переписать историю заново. Перековеркать, исказить, изуродовать – да. Переиграть – нет.
Невзирая на это, великое множество, как правило, весьма ограниченных людей готовы вновь и вновь рассуждать на тему, что было бы… Ах, если бы не сталинские чистки накануне Второй Мировой… Если бы упрямому и недалекому Сталину удалось договориться с Западом и совместно выступить против Германии на несколько лет раньше… Если бы Сталин безоговорочно поверил Зорге и нанес упреждающий контрудар – как сложилась бы история Второй Мировой? Ситуация безусловно была бы для нас намного благоприятнее…. Если бы… если бы… если бы…
Дело даже не в том, что эти крайне самоуверенные люди, словно начинающие мальчишки-шахматисты, пытаются «улучшить» партии великих шахматистов. В конце концов, почему бы и нет. Беда в том, что они таким образом пытаются подменить собой Промысел Божий и тем лишить Историю Ее великого сакрального Смысла.
Россия начала эту войну – против своего желания – в наихудших для себя условиях. И тем не менее ее выиграла – огромным напряжением всех сил и ресурсов, беспредельным народным героизмом и самое главное – Величайшей Милостью Божьей.
Сама Богородица распростерла свой Покров над Россией, чтобы спасти нас от уничтожения. Георгий Победоносец, Архангел Михаил и весь сонм святых, спустившись с небес, облачились в серые солдатские шинели, чтобы защитить страну от окончательного разорения и поругания. Народ снова ощутил себя единым целым, а не ведомой в безликое будущее тупой равнодушной массой.

И в этом главный смысл и величайший урок этой войны, который с течением времени становится всё более очевидным.
Те, ушедшие, были безусловно лучше, добрее и целомудреннее нас. Не случайно многие из писателей – фронтовиков говорили, что лучшие из них остались Там…
И вот так, плача от горечи и обиды за непрожитую жизнь, они тем не менее вставали и тащили, тащили, тащили себя навстречу смерти – ради нас — тех, кто должен будет быть после них… И вытащили! И себя, и нас, страну.
И не будет нам света – ни здесь, ни Там – если только мы -вопреки всему сказанному – посмеем об этом забыть. Тогда уж нам точно – не жить. В отличие от них. Которые поистине – сраму не имут. Потому что отдали ради будущего все, и даже самое дорогое – свою жизнь.
Теперь черед за нами. Вопрос в том, что можем сделать для нашей страны мы. В этом, и только в этом, залог будущей прекрасной Жизни – и здесь, и Там. И возрождения нашей великой и прекрасной Родины, которое должно начаться с возрождения каждого из нас. Ради того святого, что всех нас, слава Богу, до сих пор объединяет. То, ради чего, безусловно, стоит жить и не жалко эту самую жизнь отдать.
Когда окончание этого текста готовилось к печати, в выпусках теленовостей прошла информация: в Польше и Израиле запрещён видеоролик с документальными кадрами видеохроники Второй Мировой и знаменитой песней «Священная Война» — на том основании, что война не может быть священной.
Не может, говорите? А вы представьте на минуту, что в Той Войне победила Германия. Пройдитесь по Освенциму, загляните в музей Холокоста или, на худой конец, в Интернет, где фото этих музеев достаточно богато представлены. Освежите память – может, это поможет взглянуть на проблему другими глазами?
В сегодняшней архидемократической Польше, кстати, музей Освенцима разрушается: у продвинутого европейского правительства нет денег на его содержание. А вот на музеи жертв сталинизма – есть!
В сегодняшних супердемократичных Польше и Израиле можно заработать вполне реальный тюремный срок за публично высказанные сомнения реальности истории холокоста – именно такой, какой её представляет официальная историография. Сегодня они отказывают в праве на историческую правду нам.
В Соединённых Штатах Америки Вторая Мировая была названа «хорошей войной», и неспроста. Резко увеличившееся в годы войны развитие военной промышленности, зарабатывавшей, кстати, не только на поставках по ленд-лизу, но и на продаже сырья гитлеровской Германии, позволило увеличить заработную плату и продовольственную корзину американских семей в среднем на 70 процентов. Я уж не говорю, что это послужило толчком к развитию американского ВПК и послевоенному могуществу Штатов и как следствие – всей послевоенной картины мира. Один лишь колоритный факт: даже проценты по ленд-лизу рассчитаны так, что проценты по ним мы должны платить аж… до 2030 года!
Точно так же, как и годы Первой Мировой – Российской Гражданской войны, когда западная, и прежде всего американская военная промышленность активно зарабатывала на продаже оружия как Красной, так и Белой армиям – именно это, как и последующая советская индустриализация, позволила Америке в очередной отодвинуть всеми ожидаемый мировой финансовый кризис. История повторяется, верно?
Как показывает история, желание «свободного мира» развиваться «вместо России, на месте России и после России» имеет свои давние и глубокие корни. У вас нет желания – да что уж там – не возмутиться, а хотя бы заинтересоваться сим фактом, господа либеральные теоретики? Может, тогда станет понятней та лживая суетливая поспешность, с которой нас изо всех сил стараются загнать в рай грядущей «глобализации»?
Потрясающе: в двух странах, которые самим существованием своим обязаны победе России во Второй Мировой войне, с помощью государственной юридической машины – фактически на официальном уровне — предпринимаются очень даже небезуспешные попытки, чтобы замолчать роль России в Победе в этой самой войне. Поэтому не стоит обольщаться: активно предпринимаемые сегодня, в том числе и на официальном уровне, попытки пересмотреть итоги Второй Мировой войны – не что иное, как продолжающаяся сегодня война против России. Война против исторической памяти, направленная на подрыв авторитета России, Её исторической роли и миссии и в конечном итоге – на слом России как государства для освобождения поля для построения сатанинского общества всеобщей глобализации – так же, как в начале века двадцатого они уже пытались Её использовать для построения всеобщего социалистического рая.
Наверное, не стоит объяснять, какими великими бедами это может обернуться как для России, так и для Человечества в целом. Почитайте Ивана Ильина «Что сулит миру расчленение России» — он почти сто лет назад описал это более чем убедительно.

Как замечательно сказал экс-президент Ингушетии Мурат Зязиков: «Живешь в России – не гневи Бога, береги Державу!» («Завтра» №27 (920).) Безусловно. Как для нас – Ее детей – так и ради Мира во всем мире, что, как показывают события последних лет и даже дней, совсем не просто красивая фраза.
Какой бы мерзкой и гадкой не казалось нам власть, история учит, что пришедшая за ней безусловно будет хуже. «Николашка» вам «Кровавый» не нравится? Погодите, вот «отнимет Господь кроткого и доброго царя и пошлет злых и жестоких правителей, что зальют кровью всю землю Русскую»… Керенский совсем достал? У вас еще будет возможность сравнить…Леня вам убогий не нравится? Застой надоел? «Почирикать», говорите, захотелось? Погодите, «вы еще вспомните это правительство»! Начирикаетесь так – внуки вспоминать будут… Обильно говорливый Михаил Сергеевич вконец достал? Дальше не то что писать – думать страшно.
Уже упоминавшийся в этом тексте участник французского Сопротивления Людо Ван Экхаут, прошедший в годы Второй Мировой последовательно все немецкие тюрьмы – от окружной до легендарного концлагеря Дахау, пишет, как его друзья при каждом новом переезде говорили: ну теперь-то уж точно хуже не будет, потому что хуже – не может. Он был реалистом, и именно это помогло ему выжить. У меня сложилось впечатление, что этот очень умный человек знал, о чём писал. Во всяком случае у меня после прочтения его книги сохранилось к автору чувство глубочайшего к автору уважения – чувство, скажу вам по секрету, среди творческих людей не то чтобы очень уж часто встречающееся – во всяком случае насколько я могу судить по своим коллегам…
Поэтому когда я в очередной раз читаю и слышу, что «поддерживать эту власть не имеет смысла», поскольку «каждый ее шаг неминуемо ведет к поражению», мне становится дурно. Где-то я все это уже слышал. Может, в студенческие на семинарах по истории России начала 20 века? Тогда, в годы перестройки, демпресса писала то же самое. Сегодня им вторят вполне на первый взгляд патриотично настроенные авторы…
Автору этих строк сегодняшняя власть тоже, мягко говоря, несимпатична. Но вы только представьте, что будет, если к власти придет Ксюша Собчак со товарищи, бегающие в перерывах между митингами в американское посольство и даже не стесняющиеся открыто признаваться в этом по телевизору…
Как бы ни отвратительна казалась власть, пришедшая ей на смену безусловно будет хуже. И это тоже один из великих уроков 20 века. Особенно если приходят ей на смену «злые и жестокие иноземные правители». Кавычки в этой фразе я поставил лишь потому, что это цитата из пророчества о. Иоанна Кронштадтского. Которое на протяжении всего последующего времени постоянно блестяще подтверждалось. Увы – не только в России.
«В глубокой мудрости глубокая печаль, и кто умножает знания, умножает скорбь» (Екклесиаст, 1-18). Рая на земле никогда не было, и уж точно – не будет. История движется по своим, Богом предначертанным законам, к концу времен, когда «будет великая скорбь, какой не было от начала мира, до ныне, и не будет» (Матф 24 – 21). Поэтому не стоит ждать рая земного. Необходимо беречь то, что есть. Это только кажется, что понятно и просто. На самом деле это та простота, за которой – целая история и целая жизнь. История нашей страны и жизнь каждого из нас. Писать – не переписать…
Величие империй обманчиво – они хрупки и беззащитны, как лепестки розы и крылья мотылька. Как правило, они могучи и грозны против внешних врагов и беззащитны против врагов внутренних. Колоссы можно долго раскачивать, но рушатся они в один момент. Только вышли на площадь – посмотреть на митинг у Зимнего дворца и Белого Дома или на балкон покурить – те, кто смотрел этот митинг по телевизору – а вернулись уже в другую страну.
Это те, кому было куда возвращаться. Потому что многим возвращаться стало просто — некуда. Потому что падение казавшихся столь ненавистными во время митингов империй заканчиваются страшной кровавой бучей и трагедиями миллионов, а потом так страстно хочется в столь ранее ненавистное проклятое невозвратное прошлое. Это для нас, пожалуй, один из главных уроков всего 20 века. И можно лишь удивляться величию и стойкости России, само существование которой за все время Ее истории можно объяснить только милостью Божьей…
Теперь уже даже государственные «средства массовой информации» в открытую говорят, что для реализации «их»
планов развиваться «после России, на месте России и вместо России» совершенно необходимо сломать хребет русскому народу. Без этого, как вы понимаете, ну никак нельзя представить благополучное развитие их «цивилизации».
И это – абсолютная и совершенная правда. Все, что в их цивилизации действительно было хорошего, они — весьма успешно — успели изгадить. Теперь черед за нами.
Сначала — убить нас морально, лишив смысла жизни и величия исторической памяти. А для этого – прежде всего – исказить, испохабить, стереть, уничтожить память о Той Великой Победе. Представляете, как же мы должны хранить память о Той Войне?
«Россия двадцатый век проиграла»? Такое мог произнести лишь жестоковыйный выродок, человек «с необрезанными сердцем и ушами» (Деяния Святых Апостолов 7-51), начисто лишенный любви к своей Родине. Страшно представить, как могла сложиться судьба человечества, если бы не Россия. И не только в веке двадцатом.
«Рисунок истории гораздо более сложен, чем мы можем представить себе головой». Господин «великий писатель», головой можно только удариться. Как показывает ваш пример – в том числе и об историю. Сегодня Вы Там отвечаете за последствия своих некогда изданных вами в свет произведений, поэтому мои слова – и для тех мерзких шавок, что именуют их «великими» и уж тем более – «христианскими».

Шавки – они всегда и везде одинаковы. Как хорошо ответил мне на мой вопрос ветеран Великой Отечественный – настоящий писатель и патриот Бронислав Арсиневич. В ответ на мою жалобу – ну почему, почему мои коллеги, которым я, вроде бы, никогда не делал ничего плохого, столь злобно, ну зоологически просто, меня ненавидят, рассказал мне такую историю.
Прежде чем попасть в Советскую Армию, он воевал в партизанском отряде. Как-то их зажали фашисты, и им, чтобы уйти, пришлось совершить труднейший переход через горы. Все страшно вымотались. Надо учесть, что командир «тридцатьчетвёрки» Сержант Арсиневич, как и мой родственник Алексей Прыгушин, роста был богатырского: 184 сантиметра.
Я-то думал – в танкисты брали компактных, а вот поди ты…
«Был у нас один крошечный парнишка. Я заметил: упадёт он – его все жалеют. Надо мной – смеются». Сказал – и внимательно на меня посмотрел. Соображай, мол. Слабых – жалеют. И то не всегда. Сильных – ненавидят. Это касается как отдельных людей, так, увы, и целых народов.

Мир стоит благодаря России. Мир жив и даже до некоторой степени относительно благополучен до тех пор, пока у России достает сил нести свой нелегкий Крест. Бремя своего Величия – если хотите. Или не хотите… За себя и за весь Мир. Потому что Сердце Мира – в России. Сегодня, как никогда, это ясно с арифметической точностью. И не только историкам. Не случайно вся злоба сатанинских сил направлена сегодня против России и ее, как выражаются господа демократы, сакрального (тайного, скрытого) ядра, главного составляющего — Православия. Совсем не случайно…
«Они целили в Коммунизм, а попали в Историческую Россию», — сказал Патриарх Кирилл о крушении СССР. «Они целили в Коммунизм, а разбили благополучие трудящихся во всем мире», говорят коммунистически настроенные публицисты.
Верно. Отчасти. Но недостаточно. Главное то, что целили — в Сердце. Ну, а когда попали в Сердце, какое может быть – благополучие?
Кто-то из современных, как очень точно выразился один востребованный деятель культуры, «подвизающихся на нищенской ниве патриотической прессы», но так и не продавшихся до сих пор журналистов сумел-таки опубликовать фразу, достойную войти в учебники: «Мы, Русские, народ Апокалипсиса». Справедливо. Лично я достаточно точно могу указать признаки надвигающегося конца времен. История прекратится тогда, когда у русского народа закончится терпение. И начнется хаос. Тот последний Хаос, конец которому положит лишь неотвратимый и праведный Суд Божий.
Сегодня масса философов, публицистов и писателей изощряют свои перья в том, как нам…нет, даже уже не обустроить – спасти Россию. У автора этих строк есть абсолютно точный и верный рецепт того, как это сделать. Надо просто терпеть и просто и смиренно принять то, что Бог даст. Просто… Ну и Богу, конечно, молиться. ВСЁ!
ПОТОМУ ЧТО СВОИМИ СИЛАМИ НАМ РОССИЮ СПАСТИ НЕВОЗМОЖНО. СПАСТИ ЕЁ МОЖЕТ ТОЛЬКО ГОСПОДЬ. Нам остаётся лишь терпеть и молиться.
И ещё – не стоит ожидать буквального осуществления наших желаний. Бог всегда даёт то, что мы просим, но почти всегда – не так, как мы хотим. Так в начале века двадцатого Господь в ответ на скорбные мольбы наших предков: «неужели погибла Россия?» вновь попустил ей возродиться – но уже в виде Советского Союза. Думаю, что-то подобное ждёт нас и сегодня: возрождение России обязательно произойдёт, но почти наверняка не так, как мы думаем.
И это в самом лучшем случае: если только неправы некоторые известные рок-богословы, которые утверждают, что «хребет русского народа сломлен окончательно». Остаётся уповать лишь не то, что Россия, как не раз уже было в её истории, как птица Феникс, сумеет возродиться из пепла – уже, как это не раз было, в изуродованном, изнасилованном, искорёженном виде.
И не вздумайте роптать! Кто ропщет – тот враг России – так и знайте! Самому страшно. Но уж лучше горькая правда…

Ну что, читатель – будем жить?

Хотелось бы повториться: если уж ну никак не получается достойная, по нашим суетным земным меркам, жизнь, то наверное стоит все-таки вспомнить, что для христианина главное – достойная смерть, которая и является главным смыслом и венчает главный итог жизни. Так, как ушли из жизни те, кто отдал Ее за Родину. «За други своя».
Так, как это сделали наши ветераны, отдавшие жизнь за счастье и независимость своей Родины. Так, как ушел из жизни Муаммар Каддафи, смертью своей подведя главный итог своей жизни, отданную за народ и именно за это варварски, изуверски, дьявольски, поистине с фашистским садизмом растоптанную сатанинскими силами.
Блажен ты, Муаммар Каддафи. Блаженны все вы, положившие жизнь на алтарь Отечества. Драгоценна кровь Ваша в Очах Всевышнего. Вы и жизнью и самой смертью своей обличили нечестие и тем способствовали торжеству Истины. Когда вы предстанете перед Всемилостивейшим и Праведным Судией, Он безусловно найдет за что вас помиловать. Завидная Жизнь и в высшей степени Достойная смерть. Мы, оставшиеся на земле, равняемся на вас и склоняем головы перед величием вашего подвига. Именно так: под-вигу – подвигающему, устремляющему нас к Богу.
Когда-то либералы заменили высшую форму существования человека – служение Богу служением Человечеству, выродившемуся на самом деле в служение неким аморфным, абстрактным «общечеловеческим ценностям», которые на самом деле – и это ясно уже каждому честному человеку – все более становятся античеловеческими. Когда терпимость к сексуальным извращенцам, например, объявляется одной из высших добродетелей и проявлением терпимости и свободы.
Когда-то человечество было единым организмом. Но это единение не пошло ему на пользу. Наши предки решили «сделать себе имя» и употребили все свои силы на строительство Вавилонской башни – так, как сегодня пытаются построить «новый мировой порядок», и Всемилостивый Судия разделил человечество на языки – чтобы оно не употребило свое единение себе во вред – так, как глупый ребенок может употребить во вред слишком сложную для себя игрушку.
Но тоска по единению осталась. Потому что оно – от Бога, Который стремится к единству в союзе Любви. Дьявол, как известно, производит разделение. Поэтому мы так восхищаемся теми, кто ставит во главу своей жизни служение человечеству – это тоска по утраченному когда-то единству.
Разделение произошло по числу Ангелов и каждый народ вместе с Ангелом — Хранителем получил в удел власти, данные ему от Бога. Поэтому служение народу и власти является – в высшей своей степени – служением Богу, который, как известно, «до ревности любит дух, живущий в нас» (Иакова 4-5) и потому требует от нас Служения с высшей степенью самоотвержения. Потому-то Всемилостивый Господь и допустил эту войну: дети и внуки комсомольцев, разрушавших храмы, грудью своей защищали свою Родину и тем – наверное – зарабатывали себе не только «кончину непостыдну», но и Царствие Небесное? Кто знает, кто знает… Мы можем только предполагать, все знает только Бог, но когда-нибудь мы все обязательно это узнаем…
Сегодня много говорится о межконфессиональном единении. Так вот, у автора есть абсолютно точный рецепт того, как объединить представителей всех конфессий России в общем – патриотическом единении.
В первую очередь надо выбрать общую для всех дату и символ, которые являлись бы для подавляющего большинства священными. И 9 мая подходит здесь как нельзя более кстати. И для православных, каковыми себя считают подавляющее большинство страны. И для второй по численности российской религиозной общины – мусульман.
И для иудеев, за которыми нацисты во время второй Мировой войны начали настоящую охоту и которые начали предпочли поднять восстание – абсолютно обреченное на поражение — и умереть с оружием в руках, чем отдаться врагу на милость. Израиль, напомню – единственная страна, в которой 9 мая, как и в России, является государственным праздником. У нас есть то, что нас объединяет, помимо религиозных святынь – совместно пролитая кровь наших предков.
И для атеистов и коммунистов и просто — всех честных людей России, деды и прадеды которых купили для нас возможность продолжения рода ценой собственной жизни. Для всех нас этот день является священным. Ну, и стоит ли удивляться, что на него так ополчились все ненавистники России?
Ну и наконец… Честное слово, совсем не хотелось об этом писать… Но позвольте все же пример – в тему. Я – по возможности – собираю лишние экземпляры своих публикаций и предлагаю их в библиотеки. Там, где, я знаю – их будут читать, и надеюсь, за меня будут молиться. Предложил недавно одной матушке передать в библиотеку одного заведения мою «Идеократию».
Долго отнекивалась тем, что «там читать не будут, им некогда», поскольку-де и не так уж это нужно и интересно, и учиться надо, и наконец со скрипом все же произнесла резюме: «Игорь, а вы не задумывались, стоит ли вообще о таких серьезных проблемах писать так, вы?».
Нет, она, естественно, этих самых моих вещей «не читала, но представляет». «Ну, что, я не знаю, как вы пишете… Зачем молодежи все это знать? Вы даже на службу придёте – обязательно какую-нибудь хорошую новость принесёте. Вот, теперь о том, что в Ульяновске перевалочная база НАТО открывается. Уж лучше бы вообще не приходили.» Ну, сказала бы – все это неправда, факты искажаю, передергиваю, плохо, грубо, резко, нельзя так писать, наконец просто – честно: струсила – я бы понял. Честное слово – понял. Ну, все мы люди…
«По вашему — лучше не знать?» «Ну а что мы, я, например, реально можем сделать?» «Молиться можно вообще-то…»
Нет, она, конечно, молится, причащается… у матушки два высших образования, одно из которых – богословское, и она, по моему, даже где-то там преподает – учит людей, как именно нам сегодня правильно надо быть православными…
«Раньше я стояла на службе, молилась… а теперь благодаря вам я стою и думаю о всяких мерзостях… Не то что молитва не идет – жить не хочется! По вашему, это хорошо? Так что вы подумайте хорошенько, помолитесь… а стоит ли вообще писать о таких вещах так, как вы пишете… и вообще…отчего-то ведь Господь не допускает вам работать по специальности… реализации ваших творческих планов… подумайте: может, Он тем уберегает вас и нас всех какого-то великого зла?». И она победно развернулась и ушла – спокойная, величественная, довольная, исполненная чувством собственной значимости и правоты.
Спаси Господи, матушка! Да что вы, какая там ирония – все абсолютно серьезно. Ну где бы еще я нашел такой – реальный – пример, «чтобы вставить в книжку»? В который раз убеждаюсь, что как ни фантазируй, жизнь намного, намного богаче. И – даже в плане примеров – намного результативнее. Да один этот случай, по моему, целого текста стоит! Читатель, надеюсь, прокомментирует…
А я-то ей еще журнал со своей статьей о священнике – герое войны подписал! Интересно – о чем эти люди молятся? О чем – лично она – думает, когда дьякон возглашает «миром Господу помолимся… о Богом хранимой стране нашей, властех и воинстве ея»? Чего у Бога просит? Хотелось бы только отметит, что матушка в своих претензиях не одинока. Что-то подобное я уже слышал, причём неоднократно. Может, потому и испытываю такие проблемы с работой и публикацией своих текстов.
Зато теперь я точно знаю, как становятся успешными. Просто на некоторые вещи необходимо закрыть глаза. Господь в очередной раз подтвердил мое давнее глубокое убеждение, что человек, ездящий на иномарке, безусловно является – хотя бы слегка – духовно болящим.
В армии, да и просто среди мужиков, любящих «авторитетно» поговорить «за жизнь», ходит байка о страшном поражающем оружии — пуле со смещенным центром тяжести. Смерть при попадании, дескать – почти сто процентов. Попадая в тело, такая пуля, встречая препятствие, меняет траекторию, так что, влетая, допустим, в грудь, она «бродит» по телу, пока не вылетает, к примеру, через печень.
Некоторые люди, знакомые с вооружением, правда, заявляют, что на самом деле никакой такой пули со смещенным центром тяжести не существует. Просто пуля с калибром 5,45 обладает меньшей скоростью и на дальних расстояниях при неприцельной стрельбе, натыкаясь на малейшее препятствие, производит вышеописанный эффект, в то время как традиционный выстрел калибра 7,62 пробивает тело насквозь.
Совсем как та легковесная журналисточка, плохо разбирающаяся в проблеме и пытающаяся на основе ухваченных ею «вершков» быстренько состряпать текст, который мог бы пойти в газету. Специалисты смеются, грамотный читатель плюется, но кого, скажите на милость, интересуют подобные тонкости? Главное – результат. На поражение.
Не знаю – я не технарь, поэтому в подобных вопросах, особенно что касается вооружения, разбираюсь плохо. Точнее — совсем не разбираюсь. А вот в духовном плане, как мы привыкли говорить, в «гуманитарном аспекте», это сравнение очень даже подходит.
Грех в переводе с греческого значит – «мимо». Мимо цели. Мимо Любви, добра, жизни и красоты. Самое страшное для нас – даже не враги, которые откровенно заявляют, что мир должен развиваться «после России, вместо России, и на месте России», потому-де «надо делиться», а подлые друзья. Или представляющиеся таковыми.
«Блаженны алчущие и жаждущие правды» (Матф 5-6). А если человек жаждет не правды, а душевного комфорта и «позитива» — да любой ценой? Тогда он искренне будет ненавидеть как саму правду, так и всех, кто его этому самому «позитиву» мешает. И вполне искренне с этим бороться, как с более чем реальной угрозой своему существованию. Имя им – легион.
Люди со смещенным нравственным центром. Выглядящие снаружи успешно и благопристойно, а внутри, «как гробы украшенные», гадкие и мерзкие, как и их представления о добре, порядочности, нравственности и красоте. Подлые и лживые, но делающие это потрясающе искренне, с абсолютным и непоколебимым убеждением собственной истины и правоты. Признающие – как бы признающие — непреложность всеобщего нравственного закона, но искренне уверенные, что уж вот их-то он ну никак не касается.
В Православии это состояние характеризуется очень точным словом – «прелесть». Самообольщение.
Люди, которые делают вид, что искренне верят, будто монахи, бацающие рок на ударнике и гитаре и попы, играющие в боевиках – всего лишь «новая форма миссионерства», а настоящую угрозу Церкви представляют те, кто осмелится говорить об этом. Свято верующие, что так будет гораздо лучше, поэтому разумнее промолчать. «Зачем под танк-то бросаться?» Поверь, читатель, цитата более чем реальна. Имена врагов упоминать не хочется. У меня их и так, уверяю вас, более чем достаточно…
Наша главная война сегодня – это в том числе и война с ними. Впрочем, как и вчера, так и много столетий назад. Их «позитив» и душевный комфорт – это путь в могилу. Нам с ними — не по пути. Если просто хотим – жить. И здесь, и Там. Как в самом традиционном — простом житейском, так и в метафизическом смысле – как страна и народ.
Да, и самое главное, о чем я, наверное, должен сказать: находятся-таки мужественные люди, которые журналы с моими публикациями – берут. Мои статьи – ждут. За меня – молятся. Слышите, лживые и подлые нелюди? Это я к своим оппонентам.
Потому что исповедовать подобные взгляды, против которых автор этих строк выступает, могут лишь люди абсолютно морально невменяемые. И это сегодня ясно практически всем. Кроме морально невменяемых. Надеюсь, что хотя бы в будущем это послужит нам прививкой от ваших мерзких и противных во всяком смысле идей. Вы заранее проиграли – полностью и безоговорочно. Я готов был бы сказать, что мне вас жаль, если бы не был убежден, что вы свою участь полностью заслужили.
Я писал этот текст для соотечественников. Прежде всего для молодежи – мы помним эту войну хотя бы по фильмам и по рассказам ветеранов. Тогда, во время войны, их ровесники рвались на фронт: милиция снимала подростков с поездов, идущих на Запад, как говорится, целыми гроздьями. Все же сняли далеко не всех – только по официальным данным, во время Великой Отечественной войны в частях служили триста тысяч сынов и дочерей полков, дивизий, батальонов и рот… «Что мы можем сделать для фронта?» — спрашивали они. И взрослые им отвечали: «Хорошо учиться».
Сегодня им ответили бы точно так же. И это тоже абсолютная правда. Потому что Та война до сих пор продолжается. Она, повторюсь, лишь стала более страшной, жестокой и изощренной. Она – в нашем сознании. «Дьявол с Богом борется, и поле битвы – сердца людей».
Читатель, запомни: это наша с Тобой Война. Если мы об этом забудем – то уж наши враги точно не забудут. Можешь не сомневаться! И этот мой текст, впрочем, как и все другие – мой маленький вклад в нашу будущую Великую Победу. В которую так хочется верить…
Ну что, читатель, будем жить?
Ох, как бы мне хотелось ответить на этот вопрос утвердительно! Но мне очень хочется быть честным – хотя бы ради Них – и я могу поставить лишь знак вопроса. Тревожно открывающего дверь в неизведанное, как в начале сорок первого…
2011

Автор с величайшей гордостью сообщает, что текст написан до известных митинговых событий в Москве на Болотной. Кроме абзаца про Ксюшу Собчак, естественно. И вот этих строк:

Ах, как же просто чужие судьбы
Рубить сплеча
Какая все же в руках отвага
У палача
Чужие дети есть – пить не просят –
Пойди пойми
Чужие беды судьба уносит —
Ты загляни
Чужие песни ты с детства слушал
В дому родном
Народа беды тебе рассказы –
Как о чужом
Чужие мысли тебе приносит
Чужая Сеть.
Ну что, на площадь?
Тебе по кайфу. Ты сеешь смерть.

Отклик на статью Александра Петракова «Почти как люди» о преступной деятельности бандеровцев в годы ВОВ

Спаси Христос! Низкий поклон автору за столь честный, искренний, обстоятельный и актуальный труд. Явление, описанное автором, в психиатрии носит название «нравственное помешательство», когда человек теряет грань между добром и злом и становится монстром, в религиозной практике – бесноватостью.
Но не меньше самой статьи поражают отклики на неё. Потрясают то, в каком количестве находятся моральные уроды – последователи фашистских прихвостней, готовые защищать и оправдывать фашистов и их бандеровских прихвостней. Они пасутся в интернете – зачастую на самых что ни на есть патриотических сайтах и всегда – в любое время дня и ночи готовы просто тоннами вбрасывать потоки лжи и злобы, очерняющих нашу Родину, победу нашего народа в ВОВ и обеляющие фашистских извергов.
Навряд ли этому можно найти разумное обоснование, поскольку большинство из них, похоже, совершает свою деятельность на рефлекторном уровне и ненавидит нашу Родину и всё, что с ней связано – зоологически.
Не стоит думать, что эти ублюдки окопались только на Украине или на Западе – в период, когда их единомышленники скакали в Киеве, скандируя «москалей – на ножи», у нас, в Саратове, в Заводском районе, рядом с автостоянкой на Южно – зелёной дом 1, такие же ублюдки, прыгая, с восторгом кричали «Да здравствует майдан!». Я лично видел многих из них – это место славилось тем, что там всегда торговали «дурью». Десятки звонков с жалобами от местных жителей, в том числе и в прямом эфире «Радио России» на линии с каким-то милицейским начальством со слёзными просьбами навести порядок. И? Правильно, а воз….
По свидетельствам очевидцев, те же люди – из «протестной среды» — организовывали митинги с протестами против строительства храмов в Заводском районе.
Вы говорили за майдан? Майдан уже здесь! Жив, никуда не делся, активно пиарит себя в интернете. Пока – в интернете. Нужна малая искра, чтобы обнищавщий, обозлённый народ пошёл на митинги, а затем и на баррикады.
Впрочем, это темы если и не отдельной книги, то – по крайней мере – отдельной газетной статьи.

****

По данным историка Николая Дробязко, в немецкой армии служило 5 миллионов граждан СССР, из них 2,5 миллиона принимало участие в боевых действиях. Большинство из них были русскими, причём переходили на сторону немцев целыми подразделениями. Наши историки, конечно, эту цифру оспаривают. Пусть даже немецкие архивы, где значится фамилия КАЖДОГО бойца, врут и цифра преувеличена раза в три — тем более что многие уходили к союзникам и партизанам – также целыми подразделениями. Но всё равно я — историк по образованию — был потрясён!

Ответ на рецензию одной умной девочки и доброго мальчика
О войне — с любовью
www.proza.ru/2015/12/02/1530

Работа писателя Эпизод

Эта задача – определение и оценка вышеперечисленных явлений и процессов — является поистине титанической и явно выше моих скромных сил и возможностей. Может, поэтому материал так долго не получался. Текст попросту «не шел». Я уже мысленно составил себе подробный план материала: и об этом надо сказать… и об этом… и об этом… Для меня этот текст безусловно был продолжением той войны, и я изощрял свое слово как меч, стремясь поразить всех ненавистников моей Родины в самое сердце. Дать достойный отпор губителям всех пламенных идей. Мучителям. Душителям. Губителям людей. Какое слово ни возьми – все подходит. Господство либералов ни к чему хорошему в России никогда не приводило. Как в начале века двадцатого, таки в начале двадцать первого. И это сегодня уже ясно практически всем.
Для людей, эту страну любящих, эти строчки должны стать – хотя бы в некоторой степени – глотком свободы. Свободы, которая, по словам Апостола, может быть только в Боге. В Боге, Который, как известно, есть Любовь. Надеюсь, у меня — хотя бы в некоторой степени – ну хотя бы чуть – чуть — это получилось. Сначала я думал написать продолжение «Идеократии», но потом решил, что для войны сегодняшней вспомнить сегодня о Той войне безусловно намного важнее.
И вот здесь, совершенно неожиданно для себя, мне пришлось начать этот текст стихами.
Именно так – пришлось: вопреки первоначальному плану, авторским замыслам и даже «святая святых» языка – правилам грамматики. Неправильно будет: сказать «над нашим небом вновь нависли гарь и копоть». По всем правилам надо бы сказать «под небом». Но попробуйте сделать по правилам – получится гораздо хуже.
Так бывает, когда явление начинает жить своей, уже почти независимой от автора жизнью. Топать ножкой… Как та пушкинская Татьяна, которая «взяла и выкинула штуку – удрала замуж». Потому что – Живая. Эту простую истину никак не могут усвоить уроды, которые сами ничего живого создать не умеют и может потому всегда столь успешно пробиваются в начальники. В том числе, увы, и в литературные…
Это у них — там, «под небом голубым», где «город золотой». Здесь предлог «под» только бы все принизил – именно «над»: это как нельзя лучше передает и тревожную атмосферу сорок первого, и давящую поступь врага, и леденящее напряжение тех, кто вышел от этого самого врага нас – еще не родившихся – защищать… И руки в крови по локоть, как вы понимаете, далеко не абстрактный образ.
Дальше все было нормально – текст «пошел». Зажил совершенно самостоятельной, почти независимой от автора жизнью. Мне оставалось лишь записывать. Факты сами облекались в слова и складывались на экране компьютера.

1941
Над нашим небом вновь нависли
Гарь и копоть.
Напротив враг – и руки у него
В крови по локоть.
В окопе двое нас с тобой-
Иван с Ильясом
Страну закрыли от врага
Солдатским мясом.
Вновь движется на нас с тобой
Железа груда.Не спрятаться нам, не уйти
С тобой отсюда.
Ах, что же будет, мне скажи,
Отныне с нами?
Нельзя отсюда нам с тобой —
Москва за нами.
Сквозь грохот что – то ты кричишь –
Мне непонятно.
Нельзя нам время повернуть
С тобой обратно.
На свете мало так с тобою
Мы пожили
Недострадали мы с тобой,
Недолюбили.
Пускай от взрыва у врага
Заклинит башню.
Поверь, за правду умирать
Совсем не страшно.
Какие быть у нас с тобой
Могли бы дети…Отныне вместе нам с тобой
Шагать в бессмертье.
Обидно рано умирать,
Скажи мне честно?
Настанет время – и о нас
Напишут песни.
Последний взгляд перед броском –
К небесной сини.
Ну все. Пора идти на смерть.
Прости, Россия.

Рецензия на «О войне — с любовью» (Игорь Храмов Тесёлкин)

Согласна с Вашей знакомой, о которой Вы здесь упоминали, что Ваши «тексты тяжело читать». Но не из-за того, что люди отвыкли думать. А потому, что в одной статье слишком много разнотемных противоречивых мыслей. Каждая отдельная мысль, каждый отдельный абзац требует отдельного, более глубокого обдумывания и такого же ответа.
У Вас ОЧЕНЬ много мыслей для одной статьи, ОЧЕНЬ разных и ОЧЕНЬ противоречивых. Человеку, любому человеку, трудно сосредоточиться на чем-то одном. А хотелось бы. Потому что мысли Ваши и выводы ОЧЕНЬ интересные, причём по всем темам, которые Вы затрагиваете. Чтобы Вас читали и думали над прочитанным, нужно укоротить: каждый абзац превратить в маленький очерк, миниатюру, доступную для более всестороннего обдумывания и рассмотрения, потому что вопросы, затрагиваемые Вами ОЧЕНЬ животрепещущие и требуют прочтения и ответа более глубокого. Не обижайтесь, но Вы очень разбрасываетесь: в одном тексте столько всего затрагивается, причём не тривиально; хочется охватить умом и углубиться, но…
Но сделать это трудно по той причине, что сразу очень много всего сваливается в кучу: тут и о войне, и о журналистике, и о Боге, и о проблемах современной жизни, и о прошлом, и о Польше, и Украине, и политике вообще — и много-много всего. Обычная башка обычного человека, пусть и привыкшего задумываться, просто начинает раскалываться. Мне хочется ответить Вам подробнее и осмысленнее. Но не могу. Такое впечатление, что Вас настолько всего и всем переполняет, что для Вас главное — успеть всё выплеснуть, чтобы только был текст написанным и чтобы его читали. А надо, чтобы, читая, люди задумывались. У Вас есть над чем задумываться, и очень много чего. Беда в том, что сразу всего ОЧЕНЬ много.

Кузьмена-Яновская 23.03.2018 09:36 • Заявить о нарушении / Удалить
+ добавить замечания
Много. И я не успеваю сказать не то что десятой — сотой доли того, что сказать хотел бы. А Вы. как и большинство современных людей, разучились думать. Ну, простите, это не моя вина, а Ваша беда. Ищите проблему в себе и себе же претензии и предъявляйте!
Я вот не мог читать Ваши тексты: простите — НЕ О ЧЕМ!
Знаю одно: ЛЮБОЙ человек, прочитавший мою книгу, станет немного другим. ЛЮБОЙ — даже такой умный и всесторонний, как Путин, например. А ведь к самому главному я ещё только начал приступать.
Но мир, вместо того, чтобы ценить мудрецов, предпочитает их убивать… Так проще.
Увы: это не словеса — факты, за которыми жизни! Сами смотрите:

Как уничтожали СССР и разваливают Церковь. Механизмы идентичны
Как разрушают Церковь и Россию

vk.com/public120006332

Идеократия Опыт анализа современной бесовщины
www.proza.ru/2015/12/02/1509

О войне — с любовью
www.proza.ru/2015/12/02/1530

Главная Тайна Святой Руси

Контркультура, или Рок, он же Фатум

www.proza.ru/2016/01/31/2471

О рок музыке, сатанизме, лукавстве и цензуре
www.proza.ru/2017/01/23/1816

Игорь Храмов Тесёлкин 23.03.2018 13:02 Заявить о нарушении / Удалить
Эту статью, кстати, Ваш покорный слуга писал для к юбилею ВОВ для журнала «Волга — 21 век» и впрямь старался высказать в ней всё, что с темой связано, потому что знал: больше не дадут. Не дали. И самого журнала больше нет. А статья осталась — слава Богу! А если бы я тогда таких вот критиков слушал? Думаете — не говорили? Абзацами вычёркивали!!!

Игорь Храмов Тесёлкин 23.03.2018 13:15 Заявить о нарушении / Удалить
Впрочем, можно и покороче. Специально для Вас

www.proza.ru/2018/03/10/593

Игорь Храмов Тесёлкин 23.03.2018 14:29 Заявить о нарушении / Удалить
Ваша беда в том, что Вы больше заняты рекламой, продвижением Вами написанного. Но что толку в чтении, если оно по диагонали, бессмысленное. Вы скажите мало, но не пустословьте мимо цели. Мыслей у Вас много, но всё сваливается в кучу, и происходит несварение. Я действительно честно хотела ответить — в ответ на Ваши мысли поделиться своими. Но растерялась, не сумев дочитать до конца, потому что уже к середине забыла о чём шла речь в начале. Да Вам, кажется, даже и неинтересно, что думают люди о написанных Вами текстах. У Вас одна цель — навязать их, пусть читают. А Вы не думали, что хочется и других почитать, не только Вас. Хочется почитать прозу, поэзию, публицистику, а не одни лишь Ваши «тексты». Тратить время на бездумное чтение жалко.
А Вы упрекаете людей, что они не хотят думать, и тут же лишаете их этой возможности. О чём, собственно, думать? У Вас в каждом Вашем тексте — сплошная свалка. Мысли есть, и мысли интересные, но они закопаны одна под другой, они душат друг друга. Можете обижаться, но я так думаю. Может, для Вас то, что я пишу — ни о чём. Но мне, по крайней мере, хочется, чтобы они имели хоть какой-то отклик у людей. Возможно, у меня не всё удаётся, как хотелось. Но я, читая здесь других авторов, нахожу в их произведениях то, что меня затрагивает каким-то образом. А с некоторыми у нас идёт как бы переписка произведениями. Мы не пишем друг другу рецензии, но читаем друг друга. И отвечаем литературно. Я это вижу, я это чувствую. Этих людей немного, но мы обменивается своими мыслями, вызванными после прочтения друг друга. С Вами этого не получается. Вы никого не воспринимает, кроме себя.

Ответ автора:
Право – мне Ваше рецензия очень понравилась. Я даже скопировал её: настолько она типична для некоторых моих читателей, ярким представителем и выразителем интересов категории которых Вы являетесь.
— Вы право: тратить время на бездумное чтение жалко. Я бы тоже не стал. Однако всё же советовал бы Вам предъявлять претензии в первую очередь к себе. Оно — всегда — того стоит и более продуктивно. Особенно в данном случае. Отвечу по пунктам.
1 «У Вас ОЧЕНЬ много мыслей для одной статьи, ОЧЕНЬ разных и ОЧЕНЬ противоречивых. Человеку, любому человеку, трудно сосредоточиться на чем-то одном. А хотелось бы. Потому что мысли Ваши и выводы ОЧЕНЬ интересные, причём по всем темам, которые Вы затрагиваете.»
Ой, не лукавьте!
Мыслей, говорите, много? Ну так не я виноват, что у Вас в голове больше одной мысли не умещается. Вы предлагаете поменять мысли, а я – голову.
«Человеку, любому человеку, трудно сосредоточиться на чем-то одном.»
Ой ли? Вернитесь к произведению и посмотрите количество рецензий. Заодно можете перечитать. Да, другим читателям тоже было непросто, но они текст осилили, поскольку были в нём заинтересованы. Вы же ничтоже сумняшеся предлагаете мне рецепт написания МОИХ текстов:
«Чтобы Вас читали и думали над прочитанным, нужно укоротить: каждый абзац превратить в маленький очерк, миниатюру, доступную для более всестороннего обдумывания и рассмотрения, потому что вопросы, затрагиваемые Вами ОЧЕНЬ животрепещущие и требуют прочтения и ответа более глубокого. Не обижайтесь, но Вы очень разбрасываетесь: в одном тексте столько всего затрагивается, причём не тривиально; хочется охватить умом и углубиться, но...»
… Что «но»? Объём мешает? Ну, так читайте по абзацам – Ваш покорный слуга, например, «Бесов» Достоевского первый раз почти год читал, потом опять – сначала. Оно того стоило. Вместо этого Вы предлагаете «нужно укоротить: каждый абзац превратить в маленький очерк, миниатюру, доступную для более всестороннего обдумывания и рассмотрения, потому что вопросы, затрагиваемые Вами ОЧЕНЬ животрепещущие и требуют прочтения и ответа более глубокого.»
Вы знаете, есть более радикальный вариант: сделать комиксы. На Западе, особенно в США, именно так и делают: они даже Достоевского издают в комиксах – для удобства восприятия. Мы, похоже, их систему культуры активно воспринимаем, и Вы призываете меня последовать ихнему модному «тренду» Увольте – ТРЕНДИТЕ сами! Читайте и пишите так, как Вам угодно, а я буду продолжать самовыражаться. Договорились?
3 Но сделать это трудно по той причине, что сразу очень много всего сваливается в кучу: тут и о войне, и о журналистике, и о Боге, и о проблемах современной жизни, и о прошлом, и о Польше, и Украине, и политике вообще — и много-много всего. Обычная башка обычного человека, пусть и привыкшего задумываться, просто начинает раскалываться. Мне хочется ответить Вам подробнее и осмысленнее. Но не могу. Такое впечатление, что Вас настолько всего и всем переполняет, что для Вас главное — успеть всё выплеснуть, чтобы только был текст написанным и чтобы его читали. А надо, чтобы, читая, люди задумывались. У Вас есть над чем задумываться, и очень много чего. Беда в том, что сразу всего ОЧЕНЬ много.

Ну да – как в жизни…
4 «Мне хочется ответить Вам подробнее и осмысленнее. Но не могу.»
Опять – таки, простите: в ком причина? Кто не может и кто виноват?
Такое впечатление, что Вас настолько всего и всем переполняет, что для Вас главное — успеть всё выплеснуть, чтобы только был текст написанным и чтобы его читали
Именно так – Вы не ошиблись!
5 А надо, чтобы, читая, люди задумывались.
Так не хотят! Претензии предъявляют: дескать, всего сразу и очень много! Попроще нам сделайте! Ну так сами себе делайте и сами себя читайте!
«Но растерялась, не сумев дочитать до конца, потому что уже к середине забыла о чём шла речь в начале.»
Ну так вернитесь и перечитайте! Или оставьте текст – так честнее! Я часто именно так и делаю.
6 «. Хочется почитать прозу, поэзию, публицистику, а не одни лишь Ваши «тексты».»
А это уж каждый по себе выбирает – что читать. Непонятно лишь, почему тексты в кавычках. Лев Толстой сказал замечательную фразу: «Меньше читайте – больше думайте!» По моему – всегда актуально. И не только над прочитанным, но и написанным.

Рецензия на «1941» (Игорь Храмов Тесёлкин)

Здравствуйте, Игорь.

Эмоциональное, наполненное военным пафосом стихотворение.

Небольшие замечания: м.б. «Солдатским мясом» взять в кавычки.
Обычно выражение «Солдатское мясо» применяется к случаям массовой, необоснованной гибели солдат…

и Прости, Россия в конце стихотворения
Не лучше ли Прощай, Россия.

С уважением.
Желаю творческих успехов и вдохновения.
;)

Сергей Дюнан 19.01.2016 16:34

Ну вот, наконец-то появилась возможность ответить на рецензию.
«Небольшие замечания: м.б. «Солдатским мясом» взять в кавычки.
Обычно выражение «Солдатское мясо» применяется к случаям массовой, необоснованной гибели солдат...»

Нет, знаете ли, ну никак не стоит самое выражение. Из уважения к тием самым солдатам, которые свей плотью закрывали всех нас, ещё неродившихся… Плотью плоть заимодав – как некогда Дева дала плоть Тому, Кто, став Ея Сыном, искупил нас от вечной смерти, приобщив Своей плоти… Заповедав нам: « Нет большей любви, как кто положит душу свою за дурги своя…» Смертию смерть поправ…
Для кого-то, возможно, это просто аллегория, кто-то посчитает это несколько притянутым к смыслу…. Мне кажется, человек, воспитанный в духе христианской традиции, должен это понимать даже не то что с полуслова – между строк….
Нет, ну никак нельзя ставить «солдатское мясо» в кавычки. Оскорбительно. И не только для автора. Даже не Столько для автора.
и Прости, Россия в конце стихотворения
Не лучше ли Прощай, Россия.?

Нет, именно «ПРОСТИ»! Что значит это выражение для русского человека? Для христианина?
Так до сих пор ещё прощаются в некоторых православных храмах – там, где люди не только разучились чувствовать, но БЫТЬ христианами.
«ПРОСТИ» — это значит даруй прощение перед разлукой: завтрашний день, как и сегодняшний, в руках Божиих, и надо – на всякий случай – попросить прощения за все, может быть, совершенно случайные и не осознаваемые обиды, которые ты человеку нанёс, чтобы и он, как Христос, простил тебя, и дал возможность войти в жизнь вечную…
Видите, как всё сложно? Сло – жен – но: из простого и сложного, гадкого и хорошего… Как в жизни… А Вы – разбить на миниатюры….
Читать учитесь! Умнеть – оно, знаете ли, никогда не поздно!!!

Иллюстрация: до последнего не сдавался…

Продолжение темы см

Контркультура или Рок, он же Фатум

www.proza.ru/2016/01/31/2471

Актуальное послесловие
Власть захватили враги И надо говорить об этом

Рецензия на «О войне — с любовью» (Игорь Храмов Тесёлкин)

Игорь, Вы пишите, что «Что мы можем сделать для фронта?» — спрашивали они. И взрослые им отвечали: «Хорошо учиться».
Сегодня им ответили бы точно так же. И это тоже абсолютная правда."
Я думаю, сегодня это не поможет. Чему могут научить в тех же школах, если там УЧИТЕЛЯ рассказывают детям о том, что «если родители вас обижают (ругают, кричат, или, не дай бог, бьют), то есть такой детский телефон доверия. Позвоните по нему — и с вашими родителями-злодеями очень быстро разберутся! Однако эти самые учителя молчат о том, что ребенок, позвонивший по такому телефону, окажется в детдоме. Не говорят они и о том, что в детдоме могут сделать с таким запуганным и забитым ребенком. Поэтому, мне кажется, при сегодняшней системе образования школа нифига не даст, в том числе и нормальных знаний истории, потому как историю уже не один раз переписывали. Раньше Павлик Морозов был пионером-героем, сегодня он — козёл и стукач! И это только один из примеров, а их тысячи на сегодняшний день. С уважением,

Михаил Шнапс 16.06.2018 10:32

Спаси Христос за умный отклик! Вы подняли огромную очень важную, сложную и злободневную проблему. Уже не только верующим, но простым беспристрастным людям видна, что сегодняшняя общественная система крайне враждебно настроена к человеку. И к человеку не только потенциально опасному – как раньше говорили – общественно опасному – «возмутителю спокойствия», но и просто к любому нормальному человеку, который может вдруг оказаться источником проблем для Системы. Действительно, как объяснить ребёнку, почему не стоит смотреть тот фильм и читать журнал, которые ему адли в школе? Ты возмутился, что пенсионный возраст повысили выше прожиточного минимума? Тебя аблокировлаи на ресурсе. Ты написал об этом статью? Тебя заблокировали на литературном сайте? Ты написал ряд статей? Тебя вышибли из профессии.
Большинство учат детей ловчить, лгать и приспосабливаться. Лично я вижу лишь один выход, как остаться нормальным человеком. И не только ребёнку, кстати – взрослому тоже. Надо честно сказать собеседнику, что власть в обществе – и не только в одной стране, кстати – захватили враги. Это и правда так. Власть на Земле захватили враги – люди, зоологически ненавидящие себе подобных и одержимые ненавистью к человечеству. Одержимые. Бесноватые. Бесы. Кто-то называет их масонами, кто-то – ещё как-то, но суть от этого не меняется. Их зловещая деятельность всё виднее – не заметить её может лишь, кто не хочет ничего замечать.
Ваш покорный слуга – всю жизнь об этом. Заходите, читайте, делайте выводыи рассказывайте другим…
Я писатель Вот это моя работа
Найти просто, забив в поисковик

ИГОРЬ ХРАМОВ ТЕСЁЛКИН
Как уничтожали СССР и разваливают Церковь. Механизмы идентичны
Как разрушают Церковь и Россию

vk.com/public120006332

Идеократия Опыт анализа современной бесовщины
www.proza.ru/2015/12/02/1509

О войне — с любовью
www.proza.ru/2015/12/02/1530

Главная Тайна Святой Руси

Контркультура, или Рок, он же Фатум

www.proza.ru/2016/01/31/2471

О рок музыке, сатанизме, лукавстве и цензуре
www.proza.ru/2017/01/23/1816

Как воюют с молитвой

www.proza.ru/2018/02/09/1122

www.stihi.ru/2018/02/09/6117

Бизнес – проект

www.stihi.ru/2016/01/31/12649
Приложи им зла, Господи, приложи зла

www.stihi.ru/2017/01/23/12304

Молитва о богатых 2

www.stihi.ru/2016/11/29/85
Как убивают за правду

www.proza.ru/2018/02/05/1812

Нуждаюсь в Вашей молитвенной помощи!
Моя деятельность в инете ограничена! Мои ссылки блокируют! Мои аккаунты и публикации удаляют! Меня, составителя текстов акафистов иконам Божией Матери «Игоревская», «Слово плоть бысть», Косме Саратовскому и многих других молитвенных текстов, за мою литературную деятельность всячески унижают, преследуют, угрожают, по словам священников, «посадить по голубой статье – вот тебе и мученическая смерть». Меня лишили всяких средств существования. Пройдитесь по ссылочкам, посмотрите и сделайте выводы сами. Просьба ко всем неравнодушным: если публикация понравилась – ссылку сделайте, пожалуйста!!!
Мои недоброжелатели распространяют клеветнические измышления: якобы моё творчество «осуждается Православной Церковью». Это гнусная ложь: наберите в поисковике название акафистов иконе Божией Матери Игоревская, Косьме Саратовскому – они, как и многие другие, расположены на официальных сайтах РПЦ – при этом автор вынужден жить в нищете. Мало того – подвергается за своё творчество нападкам. Сами смотрите:

Найти просто, забив в поисковик

ИГОРЬ ХРАМОВ ТЕСЁЛКИН

vk.com/id264832481

www.stihi.ru/avtor/igorchkramov

www.proza.ru/avtor/igorchkramov1 — www.facebook.com/profile.php?id=100011989815480

Нуждаюсь в Вашей молитвенной и материальной помощи. Мы с мамой больны тяжёлой формой сахарного диабета. Нуждаемся в дорогостоящем лечении и диете — питании, которое также – часть лечения.
Автор просит молитвенной помощи в издании детской книги

www.stihi.ru/2016/01/31/12649

www.stihi.ru/2015/12/02/3860

Нуждаюсь в Вашей молитвенной и материальной помощи и защите в труде на благо России и Церкви
Как разрушают Церковь и Россию
Как утверждают сатанизм в России и РПЦ

www.proza.ru/2017/01/23/1816

www.proza.ru/2017/07/25/1485

www.proza.ru/2016/11/29/2015

www.stihi.ru/2016/11/08/8521

www.stihi.ru/2016/05/06/9553

Банковские реквизиты:
Получатель
Тесёлкин Игорь Михайлович

Банковские реквизиты:

Тел 8-917-323-20-35

Карта Сбербанка

4276 5600 2490 4684
Спаси Христос!


Свидетельство о публикации №11275

Все права на произведение принадлежат автору. , ©






Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии и оценивать публикации:

Войти или зарегистрироваться


Чтобы общаться и делиться идеями, заходите в чат Telegram для писателей.

Рецензии и комментарии ()



    Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии.