Пиши .про для писателей

Божественная жемчужина. 3. Пробуждение

Автор: Игорь Чио

БОЖЕСТВЕННАЯ ЖЕМЧУЖИНА. Мистический роман. Часть I.
Verdana№10. Страниц — 08.
24.01.2018 — правка 80% quittance.ru/tautology.php
19.05.2018 — посл. правка содержания.
Предыдущая: Глава 2. СЕМЬ ИМЕН ДЕВЫ proza.pishi.pro/mistika/9634.html
Следующая: Глава 4. ВЕСТНИЦА СЕМИ ОСТРОВОВ proza.pishi.pro/mistika/9807.html

Глава 3. ПРОБУЖДЕНИЕ (n)

Слишком много в мире людей, которым никто не помог пробудиться.
Антуан де Сент-Экзюпери. Планета людей.

Мягкий звук, похожий на ритмичный шелест, настойчиво выталкивал Диану из сна в объятия волшебной полудремы; одеяло ластилось как волна, с тихим шипением отходящая обратно в море, радостная тем, что отдала энергию, гнавшую ее к берегу. Воздух комнаты был пронизан лучистым сиянием, плавно колыхался разводами цветочных запахов и обволакивал теплом. Эта композиция, воспринимаемая чувствами, деликатно извлекала сознание из глубин небытия.
— Как жаль будить божественную деву, прекрасную в гармонии покоя, — прошептал голос откуда-то сверху, и вздохнул. — Придется… Я создан, чтобы красоту тревожить, и поднимать со дна ее глубоких вод, начала чувственные к волнам и теченьям, изменчивым ветрам и своевольным вихрям.
Приоткрыв веки, девушка увидела над собой порхающего на крылышках, малыша с хитроватыми глазками-бусинами, и золотым луком в пухлой ручке.
— Вообще-то я уже проснулась.
— Упс, ты меня слышишь! — мальчик смущенно хихикнул и залился румянцем, будто его застали во время подглядывания за спящей нимфой. — А я, — начал оправдываться он. — Я уже хотел разбудить юную Диану.
Называя ее по имени, он вдруг стал почтительным, и даже попытался сделать в воздухе церемонный поклон, но чуть не потерял равновесие, и смешно перекувырнулся в воздухе. Все его движения были по-детски умилительны, отчего она сонно улыбнулась:
— Какой забавный. Ты мне снишься?
— Юная принцесса не спит, но еще и не проснулась, поэтому ищет себя там, где ее нет.
— Я, вообще-то, дома, лежу в своей кровати, — она задумалась. — Но, может ты и прав. Все вокруг какое-то ненастоящее.
— Это декорации к пьесе, в которой юная Диана играет главную роль.
— А ты, наверное, суфлер, — шутя, предположила она. — И о чем эта пьеса?
— Я мастер ювелир, а все сюжеты мира о том, как трудно из сырых алмазов, гранить бесценные бриллианты. Художники, поэты, музыканты, писатели, актеры… Их таланты — моих трудов плоды, и головная боль. Любой из них провалит свою роль, когда в пути не встретит свою музу. Нет творчества без их союза, и эта непосильная обуза, лежит на мне, — малыш снова вздохнул, на этот раз картинно, с видом божества, уставшего делать добро.
— Ах, ах, я должна тебя пожалеть?
— Я бы не отказался, — глазки малыша стали кроткими как у молодой овечки. — Хочешь быть моей музой?
— Не знаю. А что нужно делать?
— Для начала проснуться.
— Ты меня совсем запутал. Я сплю или нет? И, если я не дома, то где?
— Мы за кулисами между двумя сценами: земной и небесной. На первой юная Диана оставила свое тело, и оно сладко спит. Там, в ее реальности, — он махнул ладошкой на окно, — сейчас влажная ночь. В городе Ангелов идет дождик, а утром будет свежо и солнечно.

— А что происходит на небесной?
— Начинается интермедия второго Акта. Сверху спускаются на крыльях близнецы: Гипнос божество Сна, и Танатос ангел Смерти. Братья начинают спорить о своем значении в жизни людей. Гипнос доказывает, что он полезен, приносит расслабление и отдых, а Танатос утверждает: он важнее, потому что смерть, есть избавление от всех иллюзий земной жизни…
— Я умерла?! — перебила малыша Диана.
— О, нет! Главные героини не умирают в начале второго акта!
— Ладно, тогда рассказывай дальше.
Мальчик кивнул кудрявой головой.
— Оба брата упрямы и стоят на своем. В их спор вмешиваются родители. Мать, ночная темнота Нюкта, говорит, что им нечего делить, ведь Сон и Смерть сыновья одной природы. Но их отец, вечный мрак Эреб, не соглашается с ней и говорит что спор для братьев лучше дружбы, ибо вместе они насылают на людей бессознательный сон наяву, который подобен отсутствию человека в своей жизни, или прижизненной смерти. Для примера он упоминает проклятого богами Сизифа.
— Какие ужасные и скучные сложности. Мне что-то лень об этом думать.
— Ох, да, юной Диане надо полежать и понежиться, ведь просыпаться ранним весенним утром так тяжело, — мальчик активнее замахал крылышками, создавая легкий пульсирующий ветерок. — Проявляться из темноты нужно постепенно, чтобы не напугать саму себя.
— Или того, кто без спроса появился в моей комнате, — пожурила она.
— Я здесь чтобы разбудить юную принцессу.
— Разве она не могла проснуться сама?
— Юность тот возраст, когда пробуждение по собственной воле почти невозможно. Цветок не распускается прежде, чем росток пробьется из почвы к солнцу.
— Что-то подобное я уже слышала от папы. Темнота недр и все такое, но это слишком надуманно. Мне часто снится, как я плыву среди бескрайнего моря. Оно всегда спокойное, но вчера стало волноваться. И еще я видела на горизонте остров с башней.
— Сны говорят образами — особым языком, на котором бесконечность общается с душами людей. В ее речах нет места для хитрости, лжи, и суетных мелочей. Бездна всегда вещает о главном.
— И что может означать мой последний сон?
— О, это была финальная сцена из первого Акта небесной пьесы, — малыш прищелкнул языком и перешел на театральный пафос: — Юная Диана мирно дремала в лодке без паруса и весел; мудрое подводное течение, огибая опасные рифы и скалы, заботливо несло ее к чудесному берегу; наконец, она заметила узкую полоску земли, и… — малыш торжественно махнул руками сверху вниз. — Тут опускается занавес! Антракт. Музыканты покидают оркестровую яму, а зрители, сонные от скучного и бесцельного плутания юной девы по бескрайнему океану, встают с кресел и плетутся в буфет. Они еще не знают, что во втором Акте спектакля, сразу после интермедии, героиня ступит на горячий песок пляжа, и узнает о своем предназначении.
— Ах, опять сложности. Предназначение! Типа я должна что-то сделать, неизвестно для кого и зачем! Разве нельзя жить просто ради своего удовольствия?
— Конечно можно, но тогда не получится проснуться.
— Раз так, то я лучше буду спать.
— Ну, если тебе так хочется, — малыш опустился пониже, простер ладошки над головой Дианы, и патетично произнес: — Кто ищет рая на Земле, тот попадет совсем в другое место. Сознание, погружая в темноту, услышит дева жаркие призывы, зовущие соблазнами на дно, и там проспит весну и лето. Когда же осень поздняя, свою увидит зиму, где от бессонницы и угрызений скорбных, ломает руки согбенная старость, то горько пожалеет о годах, легко растраченных на мишуру и сладость.
— А-а-а, нет! Мы так не договаривались! Какая еще старость? Мне всего семнадцать, ладно, если честно, почти восемнадцать лет, и я слышать не хочу ни про какую зиму! Не желаю стареть. Моя мечта быть всегда молодой, как моя бабушка.
— Да, Мэриан удивительная женщина, — восхищенно сказал мальчик. — Она отмечена печатью Гептады.
— Что еще за печать? — оживилась белочка.
— Ну… — глазки малыша плутовато сощурились. — Если ты решила спать дальше, то незачем и рассказывать об этом.
— Не вредничай. Вообще-то я уже передумала, и хочу проснуться, — прощебетала Диана.
— У-у-у… Между желанием и действием могут поместиться целые миры сомнений и праздности.
— А почему я должна соглашаться, не зная, во что это для меня выльется?
— Не должна, — примирительно согласился малыш. — За пробуждением последует чудесная награда.
— А как узнать, что эти чудеса не снятся? — недоверчиво спросила она. — Ущипнуть себя?
— Понять, что уже не спишь можно только одним способом.
— Каким же?
— Проснуться.
— Очень смешно!
— Сон наяву, бессознательная жизнь или бездумие, узнаваемо в упрямом повторении одних и тех же действий, не приводящих к Развитию. Шок от осознания прошлого бездумия и есть пробуждение. Если бы боги дозволили Сизифу пробудить свой разум, он бы просто залез наверх и подтянул к себе камень, чтобы сделать свою гору еще выше, а после ужаснулся бы, вспоминая, как глупо, тратил свои силы прежде.
— Все это страшно интересно, только у меня начинает портиться настроение.
— Отталкивать то, что давит, бесконечно тяжело. Лучше притягивать то, что возвышает. Надо только занять вершину своего сознания, но для этого следует проснуться.
— Ты говорил о какой-то там награде.
— Утром юная Диана пойдет играть с мамой в теннис…
— Пф-ф! — разочарованно фыркнула она. — А потом будет купаться в бассейне. Я думала, со мной произойдет что-нибудь необычное.
— И была права, — малыш загадочно улыбнулся. — Юная принцесса увидит свою неземную красоту.
— Ты неисправимый сказочник, — Диана раскинула руки и посмотрела в потолок. — Это какой-то странный сон. Меня обнимают свет, тепло и чудесные запахи, я сплю и не сплю одновременно…
— Все богини так спят. Свободно, сладко, без одежд, доверившись объятиям Гипноса; их руки полусогнуты, лежат над головой, волнистых прядей россыпь на подушках… Как у тебя сейчас, — глазки малыша заблестели. — Богини во сне так безмятежны… И покрывало вовсе им не нужно.
— Ах, так значит, это ты стащил с меня одеяло? — нахмурилась Диана.
— Я?!
— Да, ты! И подглядывал за мной, пока я спала?!
— Я подглядывал?! — он округлил глазки, краснея щечками.
— Ах, ах, — выгнув спину, Диана лениво повернулась набок и сладко потягиваясь, прошептала: — Конечно ты, кто же еще? — Она расслабила тело от приятного напряжения, зевнула, украдкой поглядывая на сконфуженного мальчика, и перевернулась обратно на спину: — Ладно, я пошутила и вовсе не сержусь. Ты мне нравишься. Такой пухленький и говоришь загадками.
Не пропуская ни одного движения девы, карапуз так увлекся созерцанием ее обнаженной грации, что крылышки его дрогнули и замерли, а сам он, неожиданно потеряв свою воздушную опору, вдруг шлепнулся своим пузиком прямо на Диану, распластав ручки на ее груди.
— Ай! — только и успела воскликнуть она.
— Ой, ой! — смущенно запричитал шалун. — Крылья перестали меня слушаться!
— Оказывается ты легкий, как плюшевый мишка.
— Я не плюшевый, я же ангел, — он стал нагло устраиваться на месте своей «посадки».
Диане захотелось потрогать копошащегося малыша. Она погладила его по розовому плечику:
— Какой нежненький… и теплый.
— Согревать богинь — мое любимое занятие.
— Никакая я не богиня. И хватит возиться, ты меня уже всю истоптал, — капризно заметила белочка, скрывая удовольствие. Чувствовать, и трогать гладкое тельце малыша было приятно. Она провела рукой по изгибу детской спинки. — Мальчик с крылышками, луком и стрелами, я догадываюсь кто ты.
— Осторожнее не уколись, — он улегся на пузике, подпер руками свою голову в кудряшках, и очарованно прошептал, рассматривая лицо Дианы: — Брюнетка с черными опалами в глазах. Вблизи ты еще прекраснее.
— Ты мне льстишь, я шатенка, глаза у меня серые, и мне кажется, что это «неожиданное падение» тебя вполне устраивает. Уж не подстроил ли ты его сам?
— Я?! — малыш притих, будто камбала на дне, тихонько засопел, и стал подползать к лицу девушки. Потрогав пальчиком ее губы, он признался: — В моем падении виновата твоя красота. И мои крылья. Они как будто окаменели.
— Хватит! Мне уже говорили о моей несуществующей красоте. Все закончилось провалом в памяти.
— Похититель душ! — глазки Амура округлились. — О, как он льстив, красив, самолюбив…
— Ты его знаешь?! — подскочила Диана.
— И очень хорошо. Купаться в мутном водопаде страсти, неистовых в экстазе, очарованных любовниц, и подавлять их волю жезлом, плющом обвитым, с гроздью винограда — услада ненасытного безумца.
— Кто он?
— Юной принцессе лучше бы не знать, — малыш жалостливо заглянул в ее глаза. — Его прикосновение к девичьей душе, подобно действию сладчайшего из ядов. Он отравляет разум, плоть и волю. Он леопард коварный, вечно опьянен, и одержим всепоглощающим азартом.
— Что за ужасы?! Скажи, он лгал, когда говорил о моей красоте?!
— Нет, он пленился тобой и говорил чистую правду.
— Вы оба меня обманывали! — вдруг воскликнула Диана. — Моя внешность заурядная!
— Да, да, мне известно, — малыш вздохнул. — Утро юной принцессы начинается с мучений перед зеркалом, и то, что она в нем видит, ей совсем не нравится, но это иллюзия.
— Хороша иллюзия! Эти вечные проблемы с кожей, эта ужасная аллергия, — Диана перестала хмуриться, и погрустнела. — Иногда мне кажется, что отражение смотрит на меня как-то особенно. В последнее время девушка в зеркале даже двигается сама по себе и хочет мне что-то сказать, но ее не слышно.
— Та девушка, она… другая, — туманно сообщил малыш, поглядывая в небольшое зеркало на стене. —
— Знаю. Ее зовут Маргарита. Она становилась мной, строила всякие козни, а потом пропадала. Я тогда была совсем маленькой. Почему я это помню?
— Потому что не забывала, — малыш небрежно махнул рукой. — Ты замечаешь, что иногда Маргарита говорит вместо тебя? Раньше юная Диана всегда была тихой и послушной девочкой, никогда не возражала родителям, хотела нравиться маме, а если даже была не согласна, то просто молчала.
— Да, это странно. В последнее время я говорю не то.
— Думая одно, юная Диана говорит другое и делает третье, а еще может передумать, сказать «нет», подразумевая «да», и сделать совсем не так, как хотела.
— Почему так происходит?
— В этом одна из чудесных тайн Девы. Она непознанная загадка.
— Ты надо мной смеешься! Лицемер.
— Вовсе нет, — серьезно ответил мальчик. — Называть женщину загадкой, и даже не пытаться ее разгадывать — вот верх лицемерия! Да что там говорить о мужчинах. В вашем мире Дева стала загадкой даже для самой себя, ведь тайное женское знание почти утрачено.
— И что во мне может быть такого, чего я сама не знаю?
— Например, Гептада — Великий Совет семи богинь, которые живут в каждой девочке с рождения, но просыпаются в разное время.
— Вот как? Совет богинь отметил бабушку своей печатью? Звучит красиво, но непонятно.
— Ее богини живут в гармоничном союзе, но это большая редкость.
— Они что, могут ссориться?
— У-у-у, — сложив губы трубочкой, тревожно протянул малыш. — Еще как! Что может быть опаснее, чем семь прекрасных женщин, собравшихся в одном месте?! Когда некоторые богини получают преимущество, а остальные ущемлены в правах, то поднимается невообразимый гвалт! Они начинают спорить и перебивать друг друга, каждая хочет доказать, что она важнее и тогда внутри Девы порождается Хаос!
— Могу себе представить, — хихикнула Диана. — А в моей Гептаде богини тоже ссорятся?
— В твоей сонное царство. Пять из них еще не пробудились. Юной принцессе еще предстоит узнать об уникальности этих семи богинь и принять их, как части себя самой. Тогда Дева поймет: она — чудесное, глубокое, и очень сложное творение, в котором все подчинено естественной логике женского начала.
— Парни говорят, что в женской логике не бывает логики.
— Они, как попугаи вторят невежеству отцов, а те думают, что способны оценить женскую логику, применяя свою, мужскую, но космос невозможно измерить линейкой!
— Ты серьезно?
— Конечно. Прямая логика примитивна, и подчиняться ей не следует, ведь мужская логика для девушки, то же самое, что силки для птицы. Коварный птицелов расставляет свои логические сети, чтобы изловить и запереть красивую птичку в клетку: заключить женщину в рамки, навязав ей свои правила. Но соглашаться и следовать мужской логике или подражать ей это большая ошибка. Правильнее ставить эту логику в тупик и быть для мужчин загадкой, тогда от поклонников не будет отбоя.
— Ого, ты, правда, так думаешь?
— Я просто знаю это! Мужчинам не интересны женщины, которые рассуждают как стрела, направленная в цель. Об этой прямой логике мужчины знают все, ведь это их способ познавать мир. Куда более интересно для них то, что они называют логикой женской, а за их двуличными шутками, скрывается неспособность ее понимать!
Женская логика это Вселенная, порождающая саму себя; это логика высшего порядка, недоступная мужскому разуму, ведь она не нуждается в маленьких шагах, вымеряющих расстояние от точки причины к точке следствия. Она не подчиняется законам пространства и времени: может превращаться, исчезать и появляться, создавать тоннели в препятствиях и быть в двух местах одновременно, поэтому женщина способна через секунду узнавать то, на что мужчина тратит годы!
Женская логика может делать противоположные выводы, исходя из одинаковых посылок, и давать различные результаты при одних и тех же действиях, как тасование колоды карт. Ведь логика женщины изменчива, потому что чувствительна к естественным ритмам природы.
Да и вообще, логика это мужской метод познания, а женщина — сам предмет познания — клубок из тайн, спрятанных под густой вуалью. Мужчины не знают, но именно этот клубок и есть та путеводная нить Ариадны, которая выведет их из смертельно опасного лабиринта. Это ужасно, но они до сих пор не уразумели, что женские тайны, свитые в нить, постигаются не умом, а только сердцем!
— Любовью…
— Да… Когда возникает любовь, прямолинейный мужской вектор соединяется с женским движением по кругу. Так формируется спираль — логика Развития, вытекающая от слияния двух Равновеликих Начал, женского и мужского. Все, что мешает Равенству этих двух начал или сеет между ними ненависть, служит Хаосу.
— Мне нравятся твои рассуждения, — в голосе Дианы послышалась признательность.
— Это простые аксиомы. В вашем мире есть силы, которым выгодно скрывать истину о величии женского начала. Разоблачить тысячелетнюю ложь и выполнить предназначение тебе поможет та, другая девушка.
— Маргарита? Но она часто вредила мне!
— Да, она очень своевольная, но такой и должна быть настоящая Хозяйка.
— А я тогда кто?
— Любовница.
— Почему все хотят мной командовать? — рассердилась Диана. — Мама итак следит за каждым моим шагом! Зачем мне еще и хозяйка?
— Она всегда стремится занять высокую вершину, строит там неприступную цитадель и ревниво охраняет ее от проходимцев. Без Хозяйки Любовница будет вынуждена жить на равнине, и станет доступна первому встречному.
— Я должна сидеть в темнице под семью замками?!
— Вовсе нет! Любовница добровольно открывает ворота крепости на милость осаждающего.
— Я не предательница!
— О, конечно нет! Во время осады Хозяйка настаивает на выгодных условиях мира, поэтому сдавшись, Любовница всегда побеждает.
— А если мне не понравится тот, с кем она договорится?
— К осаде Хозяйка допускает только тех, кого избрала Любовница.
— Кто она вообще такая?
— Актриса, которая играет независимые от мужчин роли.
— А я зависимые?
— Ты и Маргарита единое целое, имя которому Дуальная Звезда. Свет исходит из ее центра в разные стороны, но струится в одном направлении.
— Не могу представить такое.
— Девичья река, впервые столкнувшись с мужским огнем, всегда раздваивается. С этого момента в ее жизни начинают происходить коллизии. Чтобы выжить ей следует правильно распределить потоки. Если она предпочтет своевольные течения Хозяйки, то неизбежно иссохнет, не добравшись до океана гармонии. Если же она выберет равнинное русло зависимых ролей жены и матери, то выйдет из берегов, затопит плодородные почвы, осядет и станет болотом, где живет усталая от гнета рабыня. Чтобы сохранить себя, река вынуждена течь в разные стороны, но в одном направлении — в место, где огненная стихия мужчины обуздана мощью ее водопадов; туда, где влажные и плодородные земли будут согреты солнцем; там она сможет породить новую жизнь, питать и заботиться о росте.
— Как все сложно, — белочка надула губки. — Хозяйка, любовница, два русла одной реки и семь советчиц с разными мнениями. Это же кошмар!
— Женщиной вообще быть непросто.
— Наверно было бы неплохо дружить с Маргаритой, но раньше от нее были только проблемы. Она уводила меня из дома, делала все наперекор, портила вещи, а мама ругала меня за ее проступки. Потом Маргарита ушла в зеркало и пропала, но появилась совсем недавно.
— Она и сейчас живет в нем и никогда не скучает. Хочешь узнать, что она делает?
— Было бы интересно подсмотреть, — оживленно согласилась белочка.
— Минуту, — малыш начал водить рукой в воздухе, глядя в круглое настенное зеркало. — Пока тут только Пьер.
— А кто он?
— Пьер де Ронсар. Придворный поэт французских королей и кумир Маргариты.
Диана перехватила взгляд малыша и посмотрела в ту же сторону:
— Он что здесь? Я никого не вижу.
— Вдохновленный гений обычно блуждает между мирами; он везде и нигде, как воздух или свет звезды, но ты можешь его услышать. Сейчас он увлечен своим сонетом, — малыш поднял пальчик вверх, призывая Диану прислушаться.
Она замерла, напрягая слух. В комнате зазвучал негромкий голос поэта, декламирующего стихи в такт своим неторопливым шагам, отдающимся эхом в безлюдном коридоре Лувра:

Когда ты, встав от сна богиней благосклонной,
Одета лишь волос туникой золотой,
То пышно их завьешь, то, взбив шиньон густой,
Распустишь до колен волною нестесненной.
О, как подобна ты другой, пенно-рожденной.

— Я его слышу! — прошептала Диана. — И понимаю. Я знаю французский язык?
— Знала. А теперь вспомнила, — вскользь пояснил малыш, будто говорил о забытой безделушке. — О, а вот и она. Еще не королева, совсем юная, но уже такая своевольная.
— Королева Марго?! — удивилась Диана.
Малыш приложил палец к губам и заговорил шепотом:
— Она твое отражение, а французские принцессы — ее любимые роли.
В зеркале вновь послышался голос поэта:
— Герцогиня, какой приятный сюрприз видеть вас! Скажите, что привело сюда прекрасную Венеру, так чудесно озарившую скучный полумрак моего уединения?
— Виной тому ваше произведение, в котором вы вознесли меня столь высоко, что в этой похвале многие увидели желание угодить моему честолюбию и подумали что, подобно Фемистоклу, я считаю необходимым говорить приятные вещи лишь тому, кто меня больше всех хвалит.
Находить удовольствие в похвале — общий порок женщин, а я не хочу уподобляться многим и более ценю свою уникальность, чем восхищение льстецов. Вместе с тем мне приятно, что такой порядочный человек, как вы, захотел нарисовать мой портрет этими яркими красками и не виню вас. Однако копия слишком превосходит оригинал, поэтому, не узнав своего отражения в тех качествах, которыми вы меня наделяете, я охотно поступила бы как старая мадам Рандан, которая после смерти мужа никогда не смотрелась в свое зеркало, а когда случайно увидела себя в чужом, удивленно спросила: «Кто это?»
Амур перестал водить рукой и отвел взгляд от зеркала.
— Изумительный голос и стиль речи; она льется как искристое вино в бокал: струится, наполняя содержанием, и принимает изящную форму хрустального сосуда. Так говорит настоящая королева, и она часть юной Дианы.
— Хотелось бы на нее посмотреть… Маргарита говорила мне, что она будущая королева, поэтому может делать все, что ей вздумается. Я ей верила.
— Она была еще слишком маленькой. Чтобы стать королевой надо найти собственную ось вращения и тогда мир начнет кружиться вокруг нее. Умение управлять орбитами, приближать полезное и отдалять вредное, приходит с пониманием себя, как важной части окружающего мира. Влиять, и одновременно избегать дурного влияния — два таланта, которые выделяют королеву из толпы.
— Мне кажется, что однажды она разобьет зеркало.
— Зеркала это общие грани разных реальностей, они способны накапливать и сохранять энергии, искажать пространство, а иногда и время. Что произойдет, если это зеркало разобьется, не знаю даже я.
— Все это очень любопытно. Мне нравится мой сон. Сделай так, чтобы я помнила его, когда проснусь, ведь ты Морфей, бог сновидений? В легендах сказано, что ты умеешь принимать любую форму и являться во сне. Почему же ты предпочел образ Амура?
— Да, я Амур! Только я настоящий, а не форма. Я бог любви! — мальчик поднялся и гордо выставил босую ножку.
— И как же ты тут оказался, маленький бог любви?
— Я? — мальчик развернулся к ней спиной и, помахивая крылышками, чтобы удерживать равновесие, начал ступать по ноге Дианы, словно по канату, к ее лодыжкам.
— Ты переспрашиваешь, чтобы выгадать время и придумать какую нибудь ложь?
— Нет, нет! Я просто боюсь сказать лишнее.
— Как интересно. Что же ты от меня скрываешь? — она приподнялась на локтях, чтобы лучше видеть маленького эквилибриста.
— Совсем чуть-чуть. Того, что можно рассказать, намного больше, — Амур, плюхнулся на свою пятую точку и начал по-детски играться, хватая маленькими ручонками пальцы ее ног. — Например, я могу сказать, что ты прекрасная богиня.
— Какая грубая лесть.
— Ты сама не понимаешь, как восхитительна твоя красота!
— Ах, голова кружится от комплиментов, — съязвила Диана.
— Я только говорю о том, что вижу и слышу. Твой голосок — музыка.
— Мой голос обыкновенный!
— В нем благозвучный трепет с придыханием, он льется как нектар очарования, в нем дрожь застенчивых вибраций и переливы интонаций, то вкрадчиво манерных, непокорных, то обаятельно смешливых и задорных.
— Ты напрасно ломаешь свои поэтические стрелы, — упрямо буркнула она. — Мой голос обычный, а внешность невыразительна.
Карапуз комично нахмурился и шлепнул Диану по коленке:
— Глупышка! Твоя истинная красота спрятана под защитной пеленой! Упс… — мальчик испуганно закрыл пухлые губы маленькой ладошкой.
— Спрятана?! — встрепенулась белочка.
Плутоватые бусины малыша суетливо забегали.
— Смотри, какая красивая птичка, — он ткнул пальчиком в сторону окна. — Ты увидишь ее, когда очнешься.

=================================================================
Предыдущая: Глава 2. СЕМЬ ИМЕН ДЕВЫ proza.pishi.pro/mistika/9634.html
Следующая: Глава 4. ВЕСТНИЦА СЕМИ ОСТРОВОВ proza.pishi.pro/mistika/9807.html
=================================================================
ССЫЛКИ:
Интермедия — (от лат. intermedius — находящийся посередине) — небольшая пьеса или сцена, комического или нравоучительного характера, разыгрываемая между действиями основной пьесы (драмы или оперы); то же, что и интерлюдия («междудействие»).
Гипнос и Танатос — братья-близнецы, сыновья ночной темноты — Нюкты, и вечного мрака — Эреба. Гипнос (от др.-греч. «сон») — в древнегреческой мифологии божество сна. Танатос — Танат, Фанат (от др.-греч. «смерть») — в греческой мифологии олицетворение смерти.
Сизиф — строитель и царь Коринфа, после смерти приговоренный богами вкатывать на гору тяжелый камень, который достигнув вершины, раз за разом скатывался вниз. Выражение «сизифов труд», означает тяжёлую, бесконечную и безрезультатную работу и муки.
Пьер де Ронсар (1524 — 1585), французский поэт XVI века. С 1554 придворный поэт Генриха II. После кончины Карла IX (1574) впал в немилость и окончательно отошёл от двора. «Любовные стихи к Кассандре», Пьер де Ронсар. Перевод В. Левика.
Пенно-рожденная — одно из имен Афродиты, древнегреческой богини любви (у римлян — Венера). Согласно мифу Афродита была рождена из морской пены.
Маргарита де Валуа (14 мая 1553 — 27 марта 1615, Париж, Франция), благодаря А. Дюма, известна также как «Королева Марго» — французская принцесса, дочь короля Генриха II и Екатерины Медичи. В 1572—1599 годах была супругой Генриха де Бурбона, короля Наваррского, который под именем Генриха IV занял французский престол.
Вольное изложение текста из Мемуаров Маргариты де Валуа (1553-1615), младшей дочери королевы Екатерины Медичи.
Эрос (др.-греч. Эрот), Амур (лат. Amor), Купидон (лат. Cupido) — божество любви в древнегреческой мифологии, безотлучный спутник и помощник Афродиты, олицетворение любовного влечения, обеспечивающего продолжение жизни на Земле.


Свидетельство о публикации №9421

Все права на произведение принадлежат автору. Игорь Чио, 23 Апреля 2018 ©

23 Апреля 2018    Игорь Чио Рейтинг: +2 0    120





Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии и оценивать публикации:

Войти или зарегистрироваться


Чтобы общаться и делиться идеями, заходите в чат Telegram для писателей.

Рецензии и комментарии ()


  1. Светлана Рожкова 03 июня 2018, 23:56 #
    Игорь, каюсь, я прочитала эту часть ранее, и хотя у меня вызвала она интерес, и удовольствие, но обычно я не делаю поспешных выводов, и хотела читать дальше, но за делами позабылось побуждение, что-то увело в другую сторону; и я заметила, что минусуют бездумно, не читая, не только меня — этот тип, как вирус, следит на чужих страницах. Я уже убрала десяток минусов у Валерия на достойных сильных стихах! И хочу сказать, что со временем продолжу и ваш труд читать! Очень интересная работа, судя по этой главе! Кто для Вас Амур? Ангелочек — ребёнок, дух, шалун, развратник? Очень интересно, куда же приведёт приключение юной особы и Амурчика! У меня это путешествие впереди! До встреч на страницах! С.

    Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии.

    Рейтинг
    Божественная жемчужина. 5. Радуга любви 0 +1
    Божественная жемчужина 7. Взлет и падение 0 +1
    Божественная жемчужина 8. Сцилла и Харибда 0 +1
    Божественная жемчужина 9. Слуга из преисподней 0 +1
    Божественная жемчужина 10. Тайная красота 0 +1


    Дом проклятых душ Глава 1

    Почему во многих религиях мира так настойчиво порицается убийство и тем более самоубийство? Довольно каверзный вопрос, согласитесь. Существует мысль о том, что судьба каждого из нас заранее предопределена. Поступки каждого человека предписаны заранее.. Читать дальше
    120 0 +1

    Ужас леса BigFooT

    Моя книга, она о том как группа друзей выехала на природу для отдыха, их предупреждали что в лесу водиться некий монстр, но они не послушали и затеяли вечеринку! 7 Глав, скоро будет дополнение!.. Читать дальше
    66 0 +1

    Мистические тайны Гурджиева-6

    Статья о взаимоотношениях между двумя великими мистиками прошлого столетия Георгия Ивановича Гурджиева и Алистера Кроули.. Читать дальше
    120 0 0