Пиши .про для писателей

Крестовая дама. 1. Храм

Автор: Игорь Чио

БОЖЕСТВЕННАЯ ЖЕМЧУЖИНА. Мистический роман.
Часть III. Крестовая дама (линия Дианы 20 мая — 6 июня 2010)
26.01.2018 — правка 80% quittance.ru/tautology.php
11.10.2018 — посл. правка содержания.

ХРАМ

Эпиграф: Знание — орудие, а не цель.
Лев Толстой.

Одно из самых почитаемых сооружений в деловом центре Лос-Анджелеса — монументальное здание, построенное с учетом сакральных пропорций и геометрии, выглядит среди окружающих его небоскребов, по крайней мере, необычно и человека склонного к осмыслению молчаливых посланий, обязательно привлечет обилием символизма, отражающего тайные мистические учения.
Сочетание архитектурных стилей древнего Египта и средиземноморья эпохи Возрождения, планировка, скульптурные композиции, живописные и мозаичные панно, внутреннее декоративное убранство — все здесь подчинено единому идейному замыслу, который имеет несколько слоев, начиная с очевидного, для всех, и заканчивая тайным, доступным лишь ограниченному кругу посвященных.
Экскурсоводу, ведущему группу по территории этой достопримечательности, уместно было бы, подняв указательный палец в небо, многозначительно изречь латинское слово: «moneo», означающее «напоминаю», и, перефразируя знаменитую надпись на вратах ада в «Божественной комедии» Данте Алигьери, патетично призвать: «Открой глаза, всяк сюда входящий».
Главной деталью этого ансамбля, воздвигнутого в 1926 году по проекту Бертрама Гудхью, является башня с пирамидой Солнца наверху, вершину которой, венчает золотая рука, держащая факел — оккультный символ возвышения человека через познание, или, так называемая, «рука Люцифера».
Перед главным фасадом здания, снаружи напоминающего зиккурат, расположен парк «Сад Магуайр», протянувшийся от 5-й Западной и Цветочной улиц. Здесь в солнечный весенний день 20 мая 2010 года, минуя необычные скульптуры и фонтаны парка, не спеша прогуливались двое: немолодой, но подтянутый мужчина с бородкой а ля Ван-Дейк и хрупкая светловолосая девушка. Голосок ее, звонкий и немного детский создавал впечатление, что это говорит героиня из мультфильма — любопытная белочка или маленькая шустрая птичка. Речь девушки в зависимости от нюансов ее настроения напоминала то щебетание с переливными трелями, то звуки ксилофона, извлекаемые с виртуозной скоростью. На Марвина Перла эти особенности голоса дочери производили эффект чудесной музыки, то бодрящей ритмом, то умиляющей красотой мелодии.
— Почему мы говорим на русском? — поинтересовалась белочка. — Бабушка тебя просила?
— Да, она считает, что тебе это пригодится, и потом, владеть несколькими языками полезно.
— А зачем мы сюда пришли?
— У меня тут назначена небольшая встреча.
— Ты говорил, что покажешь мне храм.
— А мы как раз и стоим перед его вратами.
— Это же LAPL, просто библиотека, хотя и центральная, — она разочарованно наморщила носик.
— Публичная Библиотека Лос-Анджелеса это храм просвещения и цитадель божественной власти. Ты обратила внимание на внутреннюю потолочную мозаику ротонды, когда заходила туда раньше?

— Да, там висит большая люстра, в виде земного шара. Вокруг него кольцо из знаков зодиака, а на потолке солнечные лучи.
— В мозаике ровно 72 луча, по количеству филиалов в библиотечной системе города. Это аналог каббалистической гравюры с 72-мя именами бога — комбинациями букв иврита, изменяющими реальность, или 72-мя способами активировать сознание, преодолеть любые трудности и стать подобным Богу. «Люстра Мира» весит тысячу килограмм, крепится к куполу здания точно под пирамидой солнца и состоит из 48-ми светильников — по числу штатов, на момент открытия библиотеки. Вся эта композиция под куполом башни является, своего рода, декларацией о намерении стать Богом на Земле или, попросту говоря, захватить мировое господство…
— Власть это скучно, — перебила отца Диана. — Мы же не будем заходить внутрь? Мне больше нравится гулять тут.
— М-да, не будем отвлекаться на политику, — согласился Марвин. — Этот парк сочетает эстетику средиземноморских садов и множество метафор, его также называют «spine», то есть спинной хребет, состоящий из 33-х позвонков. Это своеобразная лестница посвящения. Ты заметила, что на пути к главному зданию через парк мы все время поднимаемся?
— Да, очень много ступенек.
— Они ведут к небесному Храму Истины — им и является в архитектурном замысле, библиотека, — увлекшись, Марвин стал углубляться в таинства архитектурного символизма: — Можно сказать, что сейчас мы с тобой как раз идем вдоль позвоночника к мозгу, минуя символичные степени посвящения. Как влага поднимается по стеблю, чтобы дать силу роста прекрасному цветку, так и человеческая воля стремится вверх, из темных недр бессознательности к завязи интеллекта, чтобы, соединившись с солнечной энергией Знания, напитать разум пробуждающей силой.
Он вдруг заметил в глазах девушки легкую поволоку. Обняв, и прижимая к своей груди локоть отца, она повисла на его руке и умиротворенно молчала, находя более удовольствия в возможности побыть с ним наедине и слушать его голос, нежели в смысле сказанных им слов.
— Диана, ты меня совсем не слушаешь.
— Нет, папочка, я слушаю и слышу больше, чем остальные.
— Что именно? — заинтересованно переспросил Марвин.
— Дыхание тайны… Ты как будто ходишь по кругу и что-то ищешь.
— Это действительно так, — задумчиво подтвердил он. — А кто эти остальные?
— Например, мама, — тихо чирикнула птичка. Спохватившись и желая сменить скользкую тему, которую сама же и спровоцировала, она быстро защебетала: — Эти подробности про позвоночник, мозг, тьму, наверно интересны, только они пугают меня.
— Но почему?
— Они будят во мне что-то устрашающее. Я чувствую, что если попытаюсь заглянуть внутрь себя, то найду там жестокое пламя, и оно превратит меня в пепел.
Марвин в раздумье провел рукой по седеющей бородке:
— Мне сложно это понять, — наконец сказал он. — В твоем неприятии вещей, даже весьма слабо связанных с мистицизмом, есть, скрытая от тебя самой, причина.
— Я не хочу искать ее и о страхе говорю только потому, что ты никогда не смеялся над моими странностями.
— Диана, это не странность, а уникальность! — уверенно возразил отец. — Ты обладаешь внутренней силой, недоступной другим, но вся беда в том, что ты не можешь ею управлять, а все мои попытки научить тебя этому разбиваются о твой страх. Я не виню, но очень хочу узнать его причину, чтобы помочь.
— Если бы эта сила дала мне красоту, — мечтательно сказала мультяшная белочка, — я бы не побоялась прыгнуть даже в адское пламя.
— Диана…
— Папа, лучше оставим эту тему, иначе я услышу ложь, — в ее голосе зазвучал звонкий тембр ксилофона. — Правду говорят твои глаза. Я вижу, как ты смотришь на маму и как смотришь на меня. Не стоит тратить силы на утешения. Моя внешность непривлекательна и я давно смирилась с этим.
— Я не собираюсь тебя обманывать, — он остановился, и мягко развернул дочь к себе. — Нет ничего странного, что я смотрю на тебя иначе, чем на маму. Она взрослая женщина и моя жена, а ты — дочь, моя юная принцесса. Я люблю вас обоих, но по-разному.
— Любовь как вино, бывает всевозможных марок и сортов? — грустно спросила она, и зачем-то посмотрела поверх отцовского плеча.
Ее взгляд, брошенный, как водится у женской интуиции, точно в цель, угодил на противоположную сторону небольшого прямоугольного бассейна со скульптурой сокола, взлетающего со скалы. На Диану пристально смотрел стройный, черноволосый мужчина лет тридцати, с утонченно-женственными чертами лица. Блеск его взора резанул по лямкам легкого платья Дианы, сорвал его, и восхищенно окинул ее от волос до пальцев ног. Белочка опустила глаза, и сделала полшага в сторону, спрятавшись от незнакомца за фигурой отца.
— Диана, — по-своему понял Марвин тонкую перемену на лице дочери. — В поисках выхода твоя внутренняя сила блуждает по самым темным закоулкам и начинает разрушать тебя изнутри. Нужно указать ей правильный путь.
— Я чувствую опасность, — голос девушки слегка дрогнул.
Верно расценив эту дрожь как признак волнения, но неправильно истолковав его причину, Марвин подумал, что самое время дать дочери возможность успокоиться, и посмотрел на часы:
— Время встречи как раз подошло. Я отлучусь совсем ненадолго.
— Ну вот, ты уже хочешь от меня сбежать.
— Напротив, я очень сожалею, что мне придется уйти.
— Пап, скажи мне, этот сокол… — вдруг спросила она, не отваживаясь еще раз посмотреть в сторону хищной птицы. — Почему он здесь?
— О, это сокол-сапсан, самое быстрое существо в мире. В пикирующем полете, он может развить скорость до 322-х километров в час. В 1993-ем году сапсан находился под угрозой исчезновения, поэтому здесь, в скульптурном ансамбле, этот хищник является метафорой бдительного внимания к сохранности американской библиотечной системы. На содержание LAPL государство выделяет солидный годовой бюджет, более чем в 100 миллионов долларов. Довольно ревностное отношение к сохранению и преумножению знаний, не правда ли? М-да… а почему ты спросила?
— Не знаю, мне стало интересно… лучше бы ты не уходил.
— Диана, тебе нужно немного побыть одной и справиться со своим беспокойством.
Заверив дочь, что отлучится не более чем на пятнадцать минут, мистер Перл направился в библиотеку. Поднявшись по лестнице, над которой в стенной нише установлена «Статуя Цивилизации» в виде женской фигуры с книгой и посохом, он еще раз взглянул на часы и остановился около одного из двух охраняющих статую сфинксов, выполненных в черном бельгийском мраморе. До назначенного времени встречи оставалось три минуты.
Продолжая размышлять о дочери, Марвин обратил внимание на этих двух, хорошо знакомых ему зооморфных существ, которые в оккультизме традиционно защищают эзотерические тайны от глаз профанов. Каждый из сфинксов нес книгу с цитатой, первая из которых, повторяла надпись под изображением древнеегипетской богини Исиды из Саиса:

«Я есть все бывшее, и будущее, и сущее, и никто из смертных не приподнял покрова моей тайны».

Марвин задумался. Исида, могущественная богиня и властительница древнего Египта, мать фараонов, правивших от ее имени, которое так и переводится — Трон, и даже ее традиционный головной убор выполнен в виде трона. Но есть и другое значение имени Исида — Истина. Ее и скрывает покров — саму богиню — божественную Истину, тайну бытия…
Диана страдает от неприятия своей внешности, она должна возлюбить саму себя — божественную Истину, тогда огонь перестанет быть для нее опасным, но как помочь ей в этом? Возможно, еще не наступило время, и подсознание Дианы включает некий защитный механизм. Истина, как и богиня, действительно может опалить разум тех, кто не готов ее возлюбить. Впрочем, как и всякая женщина…
Марвин перевел взгляд на книгу в лапах второго сфинкса, с цитатой из морали Плутарха «Об Исиде и Осирисе»:

«Поэтому устремленность к истине, особенно касающейся богов, есть тяга к божественному».

Который раз, пытаясь найти в древней мудрости подсказки на свои вопросы, он постарался воспроизвести в памяти текст, следующий за этой цитатой:

«… ибо она [устремленность к истине] содержит изучение, исследование и восприятие вещей священных и является делом более святым, чем любое очищение и служение в храме».

Марвин стал углубляться в лабиринты мистических соответствий, но вдруг услышал свое имя:
— Как поживаете, мистер Перл.
— Рад вас видеть, мистер Ньюмен.
— Вот то, что я обещал, — тихо сообщил пожилой мужчина, передавая запечатанный пакет, и особым образом, коснулся руки Марвина. — Мне бы очень хотелось обсудить с вами некоторые соображения, но, я вынужден уйти. Надеюсь, мы сможем поговорить перед собранием, если появимся здесь, хотя бы за тридцать минут до начала.

После ухода отца, Диана обратила внимание на небольшую скульптуру ртутно-металлической головы, торчащей из внешней стенки бассейна, и обращенной лицом в небо — загадочный реверанс скульптора в сторону фильма «Терминатор-2», премьера которого, состоялась во время строительства парка, в 1991 году. Под головой в камне выбита надпись: «CLEAR», в переводе с английского означающая — ясный, чистый.
Аномалия модерновой скульптуры не смогла отвлечь Диану от присутствия всепроникающего взгляда красивого мужчины. Ей захотелось покинуть это место. Не раздумывая более, она пошла к входу в библиотеку, но поняла, что этим сокращает расстояние между собой и незнакомцем. Глаза ее предательски скользнули в его сторону и лишь подтвердили то, что она уже знала («знать» и «чувствовать» для женской души — это глаголы-синонимы): незнакомец следил за ней и читал ее как книгу, но с конца, дерзко заглядывая на последние страницы. Его движение, весьма схожее с намерением преградить ей путь, заставило Диану остановиться.
«Боже мой, он заметил, что я на него посмотрела!»
Развернувшись, она сделала несколько шагов и замешкалась, пытаясь решить в какой стороне более людно, но посетители парка, окружавшие их с отцом пару минут назад, отдалились, будто намеренно предоставив мужчине удобную возможность подойти и заговорить с ней. И тут, как преследуемая соколом голубица, она вдруг поняла, что свобода бескрайнего неба коварна, и скрыться негде.
— С какой планеты вы прилетели? — голос незнакомца, прозвучавший у нее за спиной, был приятным, английская речь и дикция выразительны, а тон заинтересованным, отчего ей показалось, что вопрос этот не был шуткой.
От неожиданности Диана вздрогнула и обернулась. Уловив ее смятение, мужчина остановился в паре метров:
— Сожалею, если напугал вас, — взгляд его стал теплым, а тон мягким, как будто стелющим в ноги подушки безопасности.
— Я не испугалась, — она коснулась волос тонкими пальчиками, понимая по его улыбке, что он не поверил в ее смелость. — Просто я вас не знаю.
— Мое имя Дионис, а вас наверно зовут Ариадна?
— Диана, — тихо отозвалась она.
«О, боже, зачем я сказала ему свое имя!?»
— Мне следовало догадаться, что вы принцесса. У вас особая поступь, Диана. Я шел за вами и думал, что вы плывете, раскачиваясь на волнах, как лодочка. Вы очень красивы. Теперь я понимаю. Вы не простая инопланетянка, а особа королевской крови, — на лице его отразилось почтение.
— С чего вы взяли? — воскликнула Диана.
Ее догадка о том, что мужчина не шутит, превратилась в уверенность, но его слова о красоте, которую он в ней увидел, были так искренни, что открыто возражать она не захотела; робкий интерес начал просить свою хозяйку о снисхождении к странным вопросам незнакомца.
— Посмотрите на эту птицу, — Дионис жестом указал на сокола.
Диана послушно повернула голову и не заметила, как мужчина подошел ближе.
— Что в ней особенного?
— Вы приняли меня за хищника и почувствовали себя жертвой, — он коснулся ее руки чуть ниже локтя.
Невольно сопроводив его касание взглядом, она заметила на руке мужчины, черное кольцо.
— Вы хотели преградить мне путь.
— Я очень сожалею, вы сочли мою настойчивость за преследование.
— Это одно и то же.
— Настойчивость преодолевает кокетливое «нет», вращаясь вокруг очарования загадки, и становится преследованием лишь после прямого и недвусмысленного отказа. Вы не гоните меня — значит, моя настойчивость вам нравится.
— Я не собиралась с вами кокетничать! — возмутилась Диана.
— Вы говорите чистую правду! Кокетничают те, кто хочет понравиться, а вам нет нужды прилагать к этому усилий! — убежденно заговорил Дионис. — Вы обладаете даром располагать к себе с первого взгляда! — он слегка обнял пальцами ее запястье и сразу отпустил, исполнив жест восхищения: — Я очарован вашей необычной красотой.
Диана смутилась. Не зная как ей лучше реагировать, она сделала вид, что не заметила этого прикосновения, но и не одобрила его, пытаясь найти новый повод для возражений:
— Почему вы спрашивали меня, откуда я прилетела? Это странный вопрос… мне показалось, что вы не шутите.
— Вы решили, что я сумасшедший, — он сочувственно покачал головой. — Быть заподозренным в умопомешательстве, это участь того, кто видит истину: все женщины — пришелицы из иного мира и более совершенны, чем мужчины. Как еще вы сможете объяснить, что ваш способ думать и чувствовать совсем иной? Почему ваше тело отличается от моего? Откуда в вас эта особая, плавная грация?
— Не знаю, это так естественно, — Диана с удивлением поняла, что не может возразить каким-нибудь простым доводом. — Я об этом не задумывалась.
— И не надо! — Дионис ласково тронул ее плечо. — Оставьте этот труд тем, кто вынужден карабкаться к истине, которую вы с рождения носите в себе, — голос его наполнился вдохновением. — Принцесса рождена, чтобы жить в празднике и принимать дары, наслаждаясь гостеприимством того, кто видит в ней уникальное творение и готов положить к ее ногам все мыслимые и немыслимые удовольствия, которых она достойна.
Смутившись, Диана опустила голову.
«Откуда он знает, что близкие зовут меня принцессой?»
— Вы не только прелестны, но и скромны, — следуя за ее взглядом, он посмотрел вниз. — Там где вы ступаете, распускаются цветы. Видите?
Заметив, что рядом с ее босоножкой, между плитами пробивается к солнцу маленький зеленый росток, не в силах строить версии, была ли эта травинка здесь ранее, или же Дионис прав, и она вышла из-под земли только что, Диана смутилась. Не искушенная в женском искусстве принимать комплименты как должное, и вообще непривычная к мужскому вниманию, она не нашлась, что ответить.
Слова и голос Диониса, его движения и прикосновения ручного, ластящегося к ногам леопарда, убаюкали мысле-стражей Дианы. На волю вырвались маленькие птички любопытства. Поддаваясь их беспорядочному, но требовательному щебетанию, белочка отважилась на некое подобие вопроса:
— У вас необычное имя…
— Это имя земного бога, полюбившего неземную дочь. Взаимная любовь сделала их бессмертными. — Дионис медленно взял руку девушки и приложил ее ладонь к своей.
Диана ощутила что-то прохладное и, одновременно обжигающее, как вкус ментоловой конфеты. Небольшой твердый предмет между их руками завибрировал и выпустил в ее ладонь энергетическую волну, которая стремительно перетекла от руки к плечу, пронеслась по всему телу и колыхнула сознание.
— Что это!? — Диана одернула руку и увидела на ладони Диониса фиолетовую драгоценность.
Самоцвет переливался лиловым шармом с оттенками сирени.
— Я повернул кольцо, камнем внутрь, — улыбнулся Дионис. — Это аметист. Вы коснулись моей руки, и мне показалось, что он начал пульсировать.
У Дианы закружилась голова, она пошатнулась и теперь уже сама порывисто схватила Диониса за руку. Вторая волна от аметиста, на этот раз мягкая, ударила ей в ладонь, вмиг прояснив сознание. Окружающее пространство изменилось: дневной свет сменился полумраком, под ногами появился магический круг с пятиконечной звездой, по вершинам которой горели свечи. На Диану снизошла необычайная чуткость восприятия и внутренний созерцательный покой — легкая пушинка, способная уравновесить многотонную глыбу, висящую над обрывом.
Дионис, наблюдая за переменами на ее лице с экзальтированным упоением, тихо сказал:
— Даже камень почувствовал вибрацию ваших энергий. Истинная любовь всегда внезапна…
Перед ее глазами мелькнула надпись под скульптурной головой:
«CLEAR»
Взгляд девушки стал прохладным и чистым как утренняя роса; спина, линия шеи и положение головы, соединились в прямую и величавую линию осанки. Рука ее по-прежнему лежала на ладони Диониса, но не сжимала, а словно была дана для поцелуя. Она вдруг сверкнула взглядом и тихо засмеялась издевательским, гортанным смехом колдуньи.
Дионису внезапно стало жарко; на лбу его выступила влага, сразу похолодевшая от майского ветерка, а во взгляде мелькнуло беспокойное непонимание: он явно ожидал совсем другого результата.
Мир девушки стал другим; ее внезапная способность воспринимать все и сразу, будто видеть во тьме с помощью рассеянного света, изменила иллюзорную реальность: стоящий перед ней загадочный и ласковый леопард превратился в охотника, напрягшего мускулы перед прыжком, но, странное дело… Грациозный хищник замешкался, почуяв присутствие третьей, неведомой ему силы и стал осторожно водить носом по воздуху:
— Что происходит?
— Пока ничего, — ее голос зазвучал спокойно и уверенно. — Красота, как и любая драгоценность, невольно становится предметом алчных стремлений, поэтому всегда чувствует притяжение опасности. Если источник этой красоты не во внешнем блеске, а во внутреннем сиянии, то ей всегда достанет мудрости, чтобы не опираться на шаткие ступеньки, под которыми сокрыта пропасть.
Дионис почувствовал, что камень стал жечь ему ладонь. Опустив руку быстрее, чем ему хотелось, он спрятал ее в карман брюк, тайком избавился от кольца и нервно переспросил:
— О какой пропасти вы говорите?
Девушка, пристально вглядываясь в лицо мужчины, заметила в его глазах искорки страха:
— Что происходит с пылким исследователем истин? — голос ее стал таинственно-вкрадчивым, как лиловый бархат. — Разумеется, я говорила о той пропасти, в которой нет дна или предела, способного остановить падение…
Справившись со смятением, Дионис оставил романтичный тон и преобразился в напористый гейзер, обжигающий обаянием:
— Мужчина должен возбуждать чувство сопричастности с риском, а девушке нужно знать, что она играет с огнем!
— Играть с водой не менее опасно…
— Танец двух стихий прекрасен! — горячо возразил Дионис.
— Если они не ставят подножки друг другу. В противном случае, падения не избежать обоим.
— Любовь — это всегда падение в бездну!
— Прекрасно, наконец-то вы догадались о смысле пропасти, которую я упомянула, — она слегка прищурила глаза. — Вам нравится сбрасывать невинных жертв в огненную пасть вулкана или вы готовы падать туда сами?
В горле мужчины пересохло. От девушки исходил гипнотический жар, расплавляющий разум. Дионису показалось, что задавая вопрос, она едва заметно улыбнулась и эта призрачная усмешка таинственной девы, в которую так неожиданно превратилась Диана, показалась ему зловещей. Не помышляя отступать, но и не осознавая, что уже не нападает, а защищается, он воскликнул:
— Опасности меня не пугают!
— Надеть сердечную броню еще не поздно… — таинственно намекнула она.
— Стрела Амура мягка в оперении, но острием способна ранить. В этой игре с опасностью заключается великое наслаждение.
— Или великое безрассудство…
— Сжигать мосты — удел отчаянных и смелых. Да будет брошен жребий!
— Я покажу вам, что ожидает Цезаря у ворот Рима, — она плавным движением коснулась пальцами его груди, приблизилась и прошептала: — Слышите?
— Что? — не понял Дионис и тут же ощутил, как в голове его появился тихий, монотонный гул. — Что это?
— Душевная пустота уже начала заполняться…
— Чем?
— Безумием… это очищающий дар красоты. Наслаждайтесь…
Сознание Диониса помутилось от нарастающего гула. Он поднес руку к виску, и невольно отступил на шаг от странной девушки.
— Вы говорили о настойчивости, мой огненный друг… — припомнила она и посмотрела на жидкометаллическую голову терминатора T-800, торчащую из стены. — Стрела для того и создана, чтобы попасть в цель, но бывают мишени, обращенные не к стрелку, стоящему на земле, а к небу, поэтому поразить их способна лишь божественная молния.
— Тогда я стану для вас богом! — не раздумывая, выпалил Дионис.
— Я не нуждаюсь в богах, перстом указующих сверху, — холодно ответила она. — И постарайтесь уразуметь: богом вас может сделать только богиня. Если захочет.
Заметив Марвина, спускающегося по ступеням входа в библиотеку, она неожиданно поставила точку:
— Нам пора расстаться.
— Я хочу увидеть вас снова.
— Вы найдете меня, когда я сама этого захочу, но прежде вспомните об уговоре: сто лет прошло, и камень пора вернуть, — брови таинственной дивы угрожающе изогнулись. — Отдадите ли вы его добровольно и останетесь живы, или утопите свою душу в безумии, и расстанетесь с ним посмертно, — решать вам.
— Как...?! Это вы? — поразился Дионис.
— Вы очень догадливы, мой огненный друг. Я лишь показала вам обратную силу самоцвета, и как только вы от меня отойдете — гул в вашей голове исчезнет, но вы должны понять, что это предупреждение. Теперь оставьте меня, но не говорите о нашей встрече тем, кто меня ищет.
Изумленный, он поспешно дал понять, что не считает нужным навязывать свое общество, а тем более, продолжать разговор против ее воли:
— Как пожелаете, принцесса…
Опалив девушку взглядом непринятого и этим оскорбленного дара, Дионис, развернувшись, пошел прочь и лишь тогда почувствовал, как уязвлен и жалеет, что слишком торопливо ретировался, дав повод счесть свой уход побегом.
Девушка, чувствуя, как вместе с ним уходит и могущественная сила, наделившая ее чудесными возможностями, отрешенно смотрела в пустоту, свободная от каких-либо эмоций, но свобода эта была похожа на опустошение.
Спустившись по лестнице, Марвин издалека заметил дочь, стоящую в одиночестве у бассейна с соколом. Что-то в ее фигуре навело его на мысль о стройной ели, растущей на пустынном плоскогорье. Подойдя ближе, он уловил на ее лице необычную уравновешенность.
— Диана, ты выглядишь спокойной. Очень рад, что мое отсутствие пошло тебе на пользу.
— Кажется, я хотела пойти за тобой, но потом передумала.
— Решила осмотреть скульптуру?
— Опускалась в темноту недр.
Марвин с укоризной посмотрел на дочь, решив, что она подшучивает над его философским отступлением. Он уже хотел ее пожурить, но осекся, заметив, что она серьезна.
— И что же ты там увидела?
— Почувствовала… Огонь оказался холодным, — она посмотрела в сторону двух больших античных фигур, на фасаде библиотеки: — Фосфор и Геспер, зачем они здесь?
— В древности утренний и вечерний восходы Венеры, считались сиянием разных звезд… — начал издалека Марвин, но Диана перебила:
— Я знаю, Геспер — это имя вечерней звезды, а Фосфор — звезды утренней. Когда было открыто, что два явления имеют одну причину, эти мифологические образы были приравнены.
— Правильно, — изумленно подтвердил Марвин. — Не знал, что ты интересуешься античной мифологией. Здесь, в контексте архитектурного ансамбля библиотеки, Фосфор или Эосфор, он же у римлян — Люцифер, символизирует мудрость Востока, Геспер олицетворяет познание Запада, а вместе они провозглашают тождество Венеры с Люцифером. В переводе с латыни, его имя означает: «Светоносный».
— Это библиотека Дьявола? — равнодушно спросила она.
— Люцифер и Дьявол это не одно и то же, если ты об этом.
— В Голливуде считают иначе.
— О, Голливуд — это фабрика иллюзий, а точнее, хорошо оплачиваемых иллюзий. Если ты посмотришь на пирамиду Солнца, — он указал на купол библиотеки, — то увидишь, что ее вершину венчает золотая рука, держащая факел. Это рука Люцифера или Прометея, несущего людям огонь Знания. В отличие от них Дьявол олицетворяет моральное разложение человека. Стремление к знанию и духовное падение это разные вещи.
— Одно не исключает другого.
— Знание возвышает…
— Или становится причиной падения, — тон ее был бесстрастным к тому, что она говорила. — В библии «Утренней Звездой» назван Иисус.
— Я удивлен, ты читала Новый Завет?
— Да, но я не уверена, что мы говорим об одних и тех же текстах, ведь они были переписаны многократно.
— Истоки отождествления Люцифера с «Утренней звездой» лежат в античности — в том периоде прошлого, когда христианство как мировая религия еще не зародилась. Синонимом же «падшего ангела» это имя стало намного позже с подачи святых отцов.
— Какая невообразимая путаница… — она окинула взглядом пирамидальный фасад здания. — Как будто бесы дерутся за яркую Звезду, но в пыли от их драки, самой Звезды не видно, а значит не видно и сияния истины: Утренняя Звезда это вовсе не мужчина, именем которого женское начало объявили второсортным и порочным, и уж тем более не Зло. Это просто планета.
— Венера это символ божественной Звезды, сияющей на рассвете и лучом своим, разгоняющей темноту уходящей ночи. Тождество Венеры и Люцифера символизирует свет образования, рассеивающего тьму невежества.
— Люцифер это женщина? — с иронией спросила она.
— Принято считать, что божества не имеют пола… — возразил Марвин.
— Чтобы еще больше запутать людей. Венера это символ женщины — Звезды, побуждающей мужчину к познанию, она есть причина всех его стремлений и страстей! Ради нее он стремится к власти, готов конструировать и разрушать, завоевывать и присоединять, накапливать и тратить. Одержимые фанатики приравняли женщину к дьяволу, но они ошибались или хуже того, намеренно вводили в заблуждение: познание через Сатану ради тайной власти Хаоса и познание через Женщину ради торжества вселенского Порядка, — это совершенно разные вещи.
— Диана, ты меня поражаешь…
— Я лишь слегка приподнимаю покровы тайны, не дающей тебе покоя. Исида скрыла Истину под вуалью и предоставила мужчине искать путь к божественности через женщину, но задумывался ли ты, кто и зачем скрывает этот путь? По чьей воле из религий исчезли богини, а сама женщина низведена до уровня падшей, алогичной и бездушной твари? Кто тысячелетиями закидывает вход в царство Истины камнями, обмазывает грязью и опечатывает проклятьями?
— Путь к познанию истины через женщину? — искренне удивился Марвин.
— Разве зооморфные хранители тайн не убедили тебя в этом? Вспомни текст, следующий за цитатой на книге в лапах второго сфинкса.
Марвин, крайне заинтересованный беседой, прочитал на память строки из морали Плутарха «Исида и Осирис»:

— «Не менее приятна она [устремленность к истине] и богине, которой ты служишь, небывало мудрой и расположенной к мудрости, само имя которой, говорит, что более всего ей присуща способность познавать и знание».

— Богине, которой ты служишь… — таинственно повторила она. — Истина была известна в древности, но ныне утрачена, поэтому люди живут во тьме собственных иллюзий, но эта ночь закончилась и рассвет близок. Утренняя Звезда уже восходит, чтобы осветить мрак, в котором блуждают мужчины, а по их вине и многие женщины.
— Диана, ты ли это? — изумленно глядя на девушку, спросил Марвин.
— Ты хотел, чтобы во мне пробудилась скрытая сила, чему же удивляться? — она улыбнулась и вновь посмотрела на фасад библиотеки: — Наше время заканчивается… Эти всадники между надписями PHOSPHOR и HESPER у подножия фигур… Один из них передает другому факел. Что означает эта эстафета?
Марвин, обрадованный тем, что дочь пожелала вникать в тайные смыслы архитектурного символизма, так интересующие его самого, постарался скрыть свое удивление и прокомментировал:
— Посмотри на верхнюю часть фасада. Всю эту композицию венчает обрывок изречения Тита Лукреция Кара: «ET QUASI CURSORES VITAL LAMPADA TRADUNT». С латыни это переводится так: «…в руки, из рук отдавая, как в беге, светильники жизни». Это метафора сакральных знаний, передающихся в тайных обществах от поколения к поколению и с Востока на Запад.
— Тайные общества скрывались от преследований церкви, которая тогда была очень сильна и жестоко расправлялась с инакомыслием. Венера стала жертвой в войне за умы… — она заговорила, глядя в пустоту, видимую ей одной. — Чтобы влиять на разум людей, нужны величественные образы, такие как Звезда, сияющая на рассвете. Иные хотели навязать рабскую Веру, иные желали получить секреты Знания, но и те и другие стремятся к безграничной власти через дурман людского разума. Но вера в таинство Высшей силы и вера в извращенные догмы разделены огромной пропастью, а между идеями всеобщего просвещения и оккультной философией властителей — пролегает бездна. Как древнее жречество… они утаивают знание… — девушка вдруг опустила плечи. — Они ищут… — собрав остатки неведомой силы, которая внезапно иссякла, она выдохнула: — Ту, что запутывает мужчин… — Диана закрыла глаза и оперлась на руку отца.
Марвин спохватился, торопливо поддержал дочь и помог ей присесть на невысокий парапет, разделяющий зеленые насаждения от пешеходной зоны. Диана несколько раз глубоко вздохнула и огляделась: магический круг исчез, дневной свет рассеял полутьму…
— Что со мной было?
— Ты не помнишь? — Марвин удивленно посмотрел на дочь.
Диана поджала губы и отрицательно помотала головой.
— Очень жаль, ты была прекрасна и говорила о…
— Нет! Я не хочу этого знать, — торопливо перебила она. — Только не говори маме, что у меня был провал в памяти! — Диана умоляющим взглядом посмотрела на отца. — Она будет тебя ругать, но ведь ты не виноват.
— Не волнуйся, она не узнает.
Марвин, глядя, как легкий ветерок колышет светлые волосы дочери, не мог оторвать взгляда от ее лица. Он ощущал приятную эмоцию сопричастности к мистической тайне, которая, по его убеждению, была сокрыта в дочери.
Диана опустила голову и принялась разглядывать свои босоножки. Рядом между плитами она вновь увидела маленькую травинку, пробивающуюся к солнцу. Чтобы прервать затянувшееся молчание она пошутила:
— Пап, смотри, там, где я ступаю, распускаются цветы.
— Это потому, что ты богиня, — улыбнулся Марвин. — Я тебя люблю.
— И я тебя… — тихо отозвалась белочка и спросила: — А что у тебя в этом пакете?
— Древняя рукопись. В ней говорится о драгоценной жемчужине, заброшенной на чужбину и принце, который отправляется в путь, чтобы вызволить ее из пасти Змея. Жемчужина символизирует свет в темноте, потому что сокрыта между створок раковины. Это метафора тайного знания, которое открывается человеку только после настойчивых стремлений и поисков.
— Дашь мне почитать?
— Ты легко можешь найти текст в интернете, это короткая поэма, она называется «Гимн жемчужине» и давно переведена, а здесь, — он повертел запечатанный пакет, — копия оригинала на греческом языке. Я подумал, что тут могут быть некие символы, которые остались за рамками перевода.
— Почему ты так интересуешься жемчужинами? Это связано с нашей фамилией?
— Это связано с Вами, мисс Диана Перл, — в глазах Марвина появилась загадочная улыбка. — Вы моя Божественная Жемчужина.
Диана опустила ресницы, спрятав под ними удовольствие от слов отца. Немного помолчав, она, преодолев смущение и нерешительность, наконец сказала:
— Пап, ты так много знаешь… Скажи, что со мной произошло?
— Твоя внутренняя сила пробудилась и нашла выход…

=============================================
Продолжение: ПРОБУЖДЕНИЕ
proza.pishi.pro/mistika/9421.html

БОЖЕСТВЕННАЯ ЖЕМЧУЖИНА мистический роман.
Общая композиция, части и главы со ссылками:
proza.pishi.pro/mistika/13175.html

=============================================
ССЫЛКИ:
Оригинальное выражение итал. — «Lasciate ogni speranza, voi ch'entrate», буквально переводится как: «Оставьте всякую надежду, вы, входящие».
Зиккурат — (от вавилонского слова sigguratu — «вершина», в том числе «вершина горы») — культовое сооружение в Древней Месопотамии и Эламе, имеющее вид многоступенчатой пирамиды. Типично для шумерской, ассирийской, вавилонской и эламской архитектуры.
Maguire Gardens — Сад Магуайр.
West 5th Street — 5-я Западная улица. Flower Street — Цветочная улица.
LAPL, Los Angeles Public Library — Публичная Библиотека Лос-Анджелеса.
Плутарх, «Об Исиде и Осирисе». Перевод Н. Н. Трухиной.
Дионис (Дионисий) — в Древней Греции бог виноградарства, виноделия, производительных сил природы, вдохновения и религиозного экстаза.
Эосфор (у римлян Фосфор) и Геспер (Веспер) — в греческой мифологии прозвища планеты Венеры. Символически Эосфор обозначал собой Восток, Геспер — Запад.
Тит Лукреций Кар — древнеримский поэт и философ, автор поэмы «О природе вещей».
Pearl (англ.) — жемчужина, перламутр.


Свидетельство о публикации №9633

Все права на произведение принадлежат автору. , ©






Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии и оценивать публикации:

Войти или зарегистрироваться


Чтобы общаться и делиться идеями, заходите в чат Telegram для писателей.

Рецензии и комментарии ()



    Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии.