Стоящая между мирами


  Мистика
17
151 минута на чтение
2

Возрастные ограничения 6+



Я знаю. Я найду это. Я тяну руку вперед, пытаясь достать что-то в воздухе. Но всё напрасно, это уходит от меня. Впереди обрыв, я не успеваю затормозить и падаю в бездну. Падая, я всё равно не разжимаю пальцев. Это слишком важно, я не могу снова это потерять. Нет!

Глава 1. Семья Бредбери.
— Госпожа просыпайтесь! — будничным тоном сказала Элла.
Я вскочила с постели. Всего лишь сон. Но, что я искала? Что-то очень важное…
— Госпожа сегодня начало учебного года, вы не должны опаздывать!
— Да, конечно, — уверенно сказала я.
Нужно выбросить эти мысли из головы.
— Элла мне более не нужна твоя помощь.
— Госпожа завтрак через пятнадцать минут.
— Хорошо Элла.
Элла посмотрела на меня встревоженным взглядом.
— Что-то случилось моя госпожа? Могу я помочь?
— Спасибо, нет.
Я посмотрела на неё благодарным взглядом. Элла всегда всё подмечает. Ведь она буквально с пелёнок меня знает. Мой отец нанял её, когда я родилась. Поэтому всё детство Элла наблюдала за мной, развлекала, давала советы. Когда у меня были проблемы, я всегда шла к Элле. Она была мне второй матерью. Ну, уж точно лучше моей настоящей. Элле сорок восемь лет. Но для своих лет, она выглядит очень молодо. Фигура у неё стройная, рост её под метр восемьдесят. Добрые голубые глаза, каштановые волосы, завязанные в хвост. На лице не видно морщинок, её отличительной чертой было родимое пятно под правым ухом. На ней было обычное, но элегантное голубое платье, под цвет её глазам. Элла была настоящей леди, хотя она была сиротой и росла самостоятельно. Остается удивляться её гордой осанке и величавой походке настоящей леди. Только по этим причинам мой отец взял её к нам в гувернантки. Мой дедушка был графом и жил в Англии. По этому мой отец, даже переехав в Северную Америку хотел, чтобы его дети знали свои корни. Конечно, этого никто не понимал из здешних людей. Они просто смотрели на нас жалостливым видом, не понимаю к чему этот этикет и слуги. Сейчас ведь двадцать первый век. И я не виню людей в том, что они нас не понимают. Ни у кого из моих друзей нет слуг.
Элла поспешно вышла из комнаты. Похоже, у неё ещё было немало дел по дому.
Я прошла в ванную, ванна была отделана очень искусно и современно. Это было по моему настоянию, раньше она была в викторианском стиле. Я взглянула в зеркало и увидела свое лицо. В нём не было ничего необычного. У меня была белоснежная кожа, большие голубые глаза и длинные прямые черные волосы. Также я была обладательницей пухлых губ и постоянно преследовавшего меня румянца. Рост у меня был под метр восемьдесят. Многие говорили, что моя внешность была очень аристократичной. Но моей отличительной чертой была маленькая родинка прямо на середине носа. И если можно было бы провести вертикальную прямую, считая центром мою родинку, то мое лицо поделилось бы на две симметричные части. Фигура была стройной, ноги были ровными, а руки необычайно нежными. Многие могли бы назвать меня красавицей, но в целом ничего особенного. Как я сама себя иногда в шутку называла, так это типичной красавицей. Я приняла душ, умылась и одела своё повседневное платье. Это было одним из правил моего отца. Он считал, что в доме нельзя шататься, в чём попало.
Я спустилась к завтраку. Ну, вот вся семья в сборе. В центре стола сидел мой отец – Луис. Ему было сорок пять лет. Но он вполне выглядел на тридцать два года. У него была фигура атлета, белоснежная кожа и голубые глаза. Волосы у него были шелковистые черного цвета, коротко стриженные. Ростом он был два метра. Еще у него были длинные пушистые ресницы, что делало его глаза очень загадочными. Отца многие считали просто красавцем и даже сейчас на него многие посматривали. Иногда мои подруги мечтательно спрашивали о нём. Но я явно дала им понять, что такие вопросы просто не допустимы. Я была очень похожа на отца. На мать же я совсем не походила. Разве, что пропорциями фигуры.
Напротив него сидела моя мать – Мерседес. У неё были длинные кудрявые рыжие волосы, бездонные зелёные глаза. Кожа у неё была смуглая. На ней было золотистое платье с красивой вышивкой.
Её мать была просто красавицей. У неё была необычная внешность, пышные формы и стройная фигура. Ростом она была ниже Джейн на пол головы. Ей было сорок два года, но ей никто не давал больше тридцати лет. Вот такие вот родители были у Джейн.
Справа от отца сидела моя старшая сестра – Джессика. Джессике было двадцать лет, она была старше меня на три года. Джессика была топ моделью, которую все обожали. Она была очень сильно похожа на мать. Такие же рыжие волосы, смуглая кожа и зелёные глаза. Только ростом она была выше мамы, на ровне со мной. Джессика была яркой девушкой, и даже сейчас на ней было красное ситцевое платье ручной работы.
Из всей своей семьи я предпочитала отца. Мать и сестра явно не чувствовали ко мне любви. А отец, был очень ласков со мной и часто помогал мне. Так что из всей семьи я могла говорить и советоваться только с ним. Но это бывало крайне редко. Ведь мать и сестра постоянно крутились вокруг него. Иногда я даже думаю, что люблю отца.
— Доброе утро, Джейн! – ласково сказал мой отец.
И я сделала грациозный реверанс, в ответ на приветствие моего отца. Ещё одно правило моего отца при приветствии никогда не забывать о реверансе.
— Доброе утро отец, мать, сестра! – сказала я, переводя взгляд с одного на другого.
Мать улыбнулась, сестра бросила многозначительный взгляд. Я села слева от отца. На завтрак нам подали филе из рыбы и свежие овощи. Обычный завтрак. Ещё одно правило отца – плотный завтрак. Мы жили по правилу: «Завтрак съешь сам, обед подели с другом, ужин отдай врагу!» Но и это не мешало мне иногда жульничать и проносить в свою комнату сладости. Элла, конечно же, знала об этом, но предпочитала помалкивать. И вот ещё одна странность моей семьи. На завтрак, обед и ужин отец с матерью всегда пьют вино. Да, чтобы они не ели, всегда пьют его. Нас с сестрой всегда это удивляло и ужасало. Как можно пить только одно вино. Вино, конечно – благородный напиток. Но всё же есть, какие-то границы. И вот теперь моя « Всезнайка» сестра, тоже пьет вино. Не знаю, что с ней случилось, но после того, как ей исполнилось восемнадцать. Отец, с матерью уехав, в очередную командировку, как они говорили впервые взяли с собой сестру. А я мол, ещё маленькая. Мне нужно ждать своего совершеннолетия. Не знаю, какое у них тайное сообщество, но меня к этому даже близко не подпускают. В общем странная у нас семейка, что и говорить. В городе про нас даже легенды слагают. Хотя это громко сказано.
— Сегодня я хотела бы пойти с ночёвкой к Саре Паркер, – спокойно сказала я.
Чему я научилась в своей семье, так это говорить спокойно и не спеша, даже если беспокоишься. Дело в том, что Сара Паркер это мой заклятый друг. Сара была просто красавицей, хорошо училась и всегда выполняла разные поручения учителей. Сара была блондинкой, глаза были голубого цвета. Кожа была бледной, но она часто загорала в солярии, поэтому её кожа была шоколадного цвета. Первый наш конфликт случился три года назад. Моя мать хотела, чтобы я участвовала в школьной жизни. И записала меня на выборы капитана группы поддержки. Я пошла, заранее готовясь проиграть. Вступать в ряды черлидеров, да ещё и быть их капитаном. Нет, уж спасибо. Я собиралась ужасно выступить так, чтобы и разговору не было о моём вступлении в клуб. Ну, что же подумайте, случилось. Моя сестра « Всезнайка» узнала про мои планы и привела с собой маму на выборы капитана группы поддержки. А в тот год никто не запрещал на это смотреть. Я выступала ужасно, делала вид, что не имею делать колесо. И даже не умею вставать на мостик. Какого же было их удивление, когда девчонка неумеха стала делать двойные сальто с переворотом и тому подобное. Да все были в шоке, конечно ведь я делала всё не хуже гимнаста. Это было у меня от мамы. Мать в молодости занималась профессиональной гимнастикой, и я просто родилась такой. Увидев это команда, забыв про прошлые мои неудачи, единогласно выбрала меня капитаном команды. Представьте какая «радость» у меня была. С тех пор Сара меня не переносит, она приняла всё это на свой счёт. Нет, она меня и раньше терпеть не могла. Не переносила того, что я была отличницей и училась лучше неё. Ненавидела меня за мою внешность. Но после этого, она просто ловила момент, чтобы меня подставить. Собственно говоря, Сара была стервой! И вот Сара при всем классе пригласила меня на свою вечеринку. Да ещё и сделала так, что если откажусь, то я буду сущий дрянью, а она будет ангелом.
— Исключено, – коротко и ясно дал свой ответ отец.
— Почему? – слегка раздраженно спросила я.
— Ты знаешь это традиция, каждый год в этот день у нас семейный ужин, – холодно сказал отец, с расстановкой говоря каждое слово.
— Но отец у американцев тоже такая традиция! К тому же у нас каждый день семейный ужин, – слегка повысив голос, сказала я.
— Джейн не повышай голос и не сравнивай нас с ними, – голос отца звучал, как сталь.
И я знала, что дальнейший спор бессмыслен, но во мне что – то вдруг встрепенулось. Мне даже показалось, что глаза у меня загорели огнём.
— Нет, отец я пойду! – на удивление громко и твёрдо, сказала я и встала.
Я никогда не повышала голос в присутствии отца и матери. Но вдруг в тот же миг стекло разбилось. Я была в шоке! Всё происходило, стремительно быстро, но в тоже время я запоминала каждый миг. Я инстинктивно быстро перевернула стол и сделала его, как временное укрытие. Вся семья на удивление быстро спряталась за столом. Это происходило считанные секунды. Шум стих. Слуги во всем доме уже успели сбежаться. Все были ошеломлены, и повисла минута молчания. Дело в том, что у нас в доме были не простые стекла, а пуленепробиваемые. Как же так? Я всегда удивлялась, зачем нам такие окна. И вот, что значит подделка. Но, как они могут быть подделкой, если отец проверял их пистолетом. Все отскакивали, и даже царапин не оставалось. Что же тогда это такое?!!!
Посмотрев на семью, я заметила их устремлённые на меня взгляды. И как то уж само вырвалось. Но я сказала: «Извините!» Уж не знаю, за что я извинялась. Но я чувствовала себя виноватой. Виноватой за что? За то, что повысила впервые голос и имела смелость дерзить отцу или потому что стекло разбилось. Но ко мне это никакого отношения не имеет. По крайней мере, разбитое стекло. Но интуитивно я чувствовала вину. Почему?
Все были шокированы не меньше меня. Но мой отец и в такой ситуации не потерял хладнокровия. Он приказал слугам убраться, позвонил в компанию и заказал новые окна. Я же не могла прийти в себя от происходящего. И не решалась продолжать разговор. Когда все хлопоты утряслись, отец сам начал свой разговор.
— Думаю, Джейн ты поняла наш разговор. Ты не пойдешь, сегодня ни куда и точка, – строго сказал отец.
Что же моего упрямства для одного дня слишком много. И всё равно, что подумают в школе. Я уже хотела покорно произнести: «Да, отец».
— Милый думаю, нам стоит пересмотреть своё решение, – мягким, но твёрдым голосом сказала мать, – в конце концов, она у нас уже взрослая.
Говоря эти слова, она не отводила от меня взгляда. Это был голодный взгляд. Мне стало очень страшно. Она никогда не уделяла мне особого внимания. Всё внимания было сосредоточено вокруг моей старшей сестры. И впервые мать смотрела на меня так заинтересованно и восторженно. Но в этом взгляде было что – то ледяное и голодное. Мать редко спорила с отцом. Но когда до этого доходило дело, они долго спорили. Поэтому меня и удивил ответ моего отца.
— Хорошо, – хладнокровно ответил отец.
Теперь он смотрел понимающе. Будто бы прозрел истину. И так же заворожено посмотрел на меня. Только Джессику всё это раздражало. Она казалось, поняла и была разочарована. А ещё была жутко зла. Джессика смотрела на меня презренным взглядом. Впервые думаю, она смотрела на меня откровенно презренным взглядом. До этого лукавя и издеваясь надо мной, на её лице всегда играла улыбка. Что за день… Сегодня вся семья, что решила меня удивить своим поведением.
— Милая тебе пора собираться в школу, а не то опоздаешь, – ласково сказала мать и улыбнулась.
Эта улыбка, такое злейшему врагу не пожелаешь. В ней было скрыто так много, что я не все успела разглядеть.

Ну вот, не успел начаться учебный год, а я уже опаздываю. Прозвенел звонок. Это выпускной класс. Если бы не эта утренняя сцена я бы не опоздала. И вообще лучше бы я не заводила эту тему. Я забежала в класс. Конечно, учитель уже в классе. Это был учитель химии мистер Фитц. Он был старым и довольно сварливым. Он был низкого роста и пухлым. На лице его всегда были одни и те же очки. Ну, вот будет отчитывать. На удивление он посмотрел на меня, кивнул головой и отвернулся к доске. Я быстро прошмыгнула в класс. Конечно, всё это не ускользнуло от Сары. Она уже сверлила меня своим « доброжелательным взглядом».

Наконец — то обед. Ко мне подошли три девушки. Они были моими друзьями. И все три не были похожи друг на друга.
Слева стояла блондинка в шоколаде — Кирстен. У неё были голубые глаза. Она была стройной и низкого роста. Она стояла на розовой платформе. Наверное, кто – то подумает, что она глупая по её внешнему виду. Тот глубоко ошибается, она была отличницей и по рейтингу стояла на втором месте после меня. Да, дело не только в учёбе. Она была прекрасным советчиком по жизни.
Мы познакомились с ней на очередном балу в моём доме пять лет назад. Её отец владел компанией фармацевтических добавок. Её семья была несметно богата. И их забавляли балы, которые устраивала моя семья. На этом балу присутствовал парень – Оливер Квин. Он был богат, красив и занимался профессиональным фехтованием. Эта была одна из семей, которая хоть и частично. Но понимала наш образ жизни. Оливер был зеленоглазым блондином. Кожа у него была светлая, а сам он напоминал принца из сказки. Он был очень высоким, и взгляд его казалось, мог покорить любое сердце девушки. Сказочные манеры, завораживающая улыбка. Оливер учился в специальном интернате для одарённых детей, только для мальчиков. Поэтому я редко его видела. Мы с детства были друзьями. Он всегда понимал меня и успокаивал.
Кирстен видела его до этого сотню раз. И была влюблена в него до чёртиков. Поэтому когда она увидела, что Оливер пригласил меня на танец. А затем мы вышли на балкон, она была в бешенстве. С тех пор она ненавидела меня. Ещё её ужасно бесило, что она по рейтингу учёбы в школе стоит на втором месте. Кирстен привыкла быть везде первой. Мы вышли на балкон, потому что мне стало душно. Оливер не был влюблен в меня. Он был влюблен в мою сестру Джессику. Джессика тщеславная и самодовольная не могла пропустить его. Она прошла за нами на балкон и попросила меня оставить их общество. Она хотела побыть с ним наедине. Я ушла хоть и нехотя, только из-за молящего взгляда Оливера. Я прошла в свою комнату желая знать, что у них происходит. Я прекрасно знала свою сестру. Джессика просто хочет удовлетворить своё «Я». Оливер ей был безразличен, как и все остальные.
Представьте, какую картину я увидела. Покорного Оливера, надсмехающуюся Джесс и подавленную Кирстен. Мне сначала стало смешно, затем грустно. Я не хотела, чтобы Оливер страдал. Мне стало жаль Кирстен. Тогда у меня родился великолепный план. Я хотела свести этих двоих и оставить с носом свою сестру. Я бы убила двух зайцем разом. Я начала операцию с того, что поговорила с Кирстен. Она была удивлена и благодарна. Я полностью знала расписание Оливера. Поэтому где бы, не появлялся он, всегда была Кирстен. Я сокрушалась, уже не имея, ни каких надежд. Как вдруг Кирстен сама подошла к нему и заговорила. А точнее закричала на него и заплакала. Она была обижена, почему он не видит, что Джессика им просто играет и пользуется. Почему он никогда не замечает её! Кирстен уже хотела сбежать, как Оливер схватил её и обнял. С тех самых пор они встречаются. Они часто достают меня своими спорами. Или же у них свидание, а они зовут меня, чтобы я разрешила, какой же фильм им смотреть. На что я отвечаю им: «Сгиньте!» Они не обижаются и продолжают спрашивать мой совет. После этого Кирстен была мне очень благодарна, а затем мы стали с ней друзьями.
По середине стояла стройная и высокая девушка – Майя. Глаза у неё были карими. Цвет кожи светлый. У неё были крашенные зелёные волосы. Да, это было удивительно, но они и вправду были зелёными. Майя была сама себе хозяйка и очень непредсказуемая девушка.
Однажды она прочитала книгу. И в ней рассказывалось о девушке, которой приходится скрывать всю правду о себе. Девушка, которая была одинока. Её ненавидели только из–за цвета кожи. Она была негритянкой. Каждую ночь она проливала слёзы от собственного бессилия над судьбой. Девушка проклинала тот день, когда родилась. Однажды дети гнались за ней с камнями. Она упала и разбила коленку. Тогда к ней подошёл молодой парень и предложил свою помощь. Он был не таким, как другие люди. Это был парень из знатной семьи во всём округе. Спустя время они полюбили друг друга. Они были вместе короткое, но счастливое время. Люди застрелили его, они считали его предателем. Но эта девушка больше не была одинока, у неё был ребёнок. С тех пор она ходила с гордо поднятой головой и не реагировала на издевательства. Девушка поняла, что все люди равны. Не важно, какой у тебя цвет кожи. Нужно смотреть на твои поступки.
Думая Майя хотела показать, что её не волнует чужое мнение. А ещё, что все в этом мире равны. И никто не может быть выше другого не доказав этого своими поступками. У нас у всех равные права.
В школе Майю знали, как девушку, которую не стоит лучше злить. Она занималась каратэ и весьма в этом успела. Когда у неё не было настроения она колотила того, кто ей досаждал. Наше знакомство с ней было очень странным. Я как раз была на выборах капитана группы поддержки. Меня единогласно выбрали, и я вышла в холл, чтобы принять поздравления от мамы и сестры. Я попрощалась, ссылаясь на то, что у меня дела в школе. Тогда Майя и подошла ко мне.
— Эй, ты, что совсем ни кого не уважаешь в этой школе – грубо сказала она.
Я не понимая, что она от меня хочет, спросила: «В чём дело?»
— В чём дело говоришь?!!! Да ты просто надсмехаешься! Сначала корчила дуру, а потом показала класс! Это не уважение! – прокричала она.
Я искренне её не понимала. Но я слышала про репутацию этой девушки. И про то, что она самая сильная не только в нашей школе, но и в городе. Я испытывала не страх. Я испытывала наслаждения. Я обожала конфликты. И вот она сама нарывается. Я была несказанно рада этому конфликту.
— Что же, – спокойно начала я – ты меня, как ни как прилюдно оскорбляешь, понимаешь хотя бы, что делаешь, – ядовито сказала я, с наслаждением говоря каждое слово.
Я была в предвкушении. Представляла, как я буду её избивать. Это было странно, но я обожала всё плохое в понимании людей. Майя, похоже, растерялась, она не ожидала такого ответа. Никто ещё не нарывался на драку до меня. Не говоря, ни слова она кинулась на меня. Попыталась вывести из равновесия, всё без толку. В такие моменты я предугадывала всё, что хочет сделать мой противник. Для меня всё это было забавно. Не прошло и получасу, как она выдохлась. Я лишь ускользала от атак и блокировала их, но не нападала. Мне хотелось вывести её из себя. Я ждала, пока она выдохнется. Вокруг нас собралась такая толпа, что протиснуться куда-нибудь было невозможно. И вот она уставшая стояла. Понимая, что больше бессмысленно ждать я нанесла ей сокрушающий удар ногой по подбородку. Майя влетела, а затем упала на пол. Все слышали удар её головы об пол. Затем я увидела кровь и поняла, что переборщила. Я никогда не понимала, почему люблю всё негативное. Порой мне хотелось быть добрее. Но мне кажется, что это было невозможно. Майя пролежала в больнице несколько недель. Урон был не такой серьёзный, как показался в начале. Откуда я умею так драться? Всё просто. В детстве сестра часто колотила меня. Мне пришлось защищаться. Когда я стала драться лучше её, она отстала. Ни каких тёплых отношений нас никогда не связывало. Странность была в том, что после того, как Майя вышла из больницы, она пришла ко мне.
— Я ни кому не рассказала о драке. У тебя не будут неприятности. Я сказала, что поскользнулась и упала, – покорно сказала она.
— Меня это не волнует, – холодно ответила я.
— Позволь мне быть твоей слугой, – начала она, я была ошарашена, хотя на мне не дрогнул ни один мускул. – Я слышала ты из английской семьи и вам привычно, что у вас слуги, так позволь мне…
Я перебила её.
— Сгинь! Мне не нужна такая никчёмная слуга, – раздражённо ответила я и ушла.
Все последующие недели она носилась за мной, как сумасшедшая. Ходила за мной повсюду, сторожила меня. Я в конце концов, не выдержала.
— Хочешь стать моей слугой, а уверена, что выдержишь! – сказала я.
— Да, уверена, – покорно сказала Майя.
— Ну, хорошо, с этого момента называй меня госпожой. И делай всё, что я скажу, – насмешливо сказала я.
Ну, я ей покажу! Весь следующий месяц я измывалась над Майей, как могла. Придумывала всякие отвратительные задания и давала ей. Она к моему разочарованию всё выполняла с улыбкой.
Однажды поздно вечером она возвращалась домой от меня. Майя чистила у меня конюшни. Группа девчонок столпилась у переулка и поджидала её. Это были те, кого она побеждала. Они узнали об её поражении и пришли, чтобы поколотить.
— До чего же ты опустилась! Служишь теперь у девчонки, которая тебя победила! Мы всё слышали! – смеялись они.
Они надсмехались над ней. Майя хоть и была всех сильнее, была подавлена. Она всегда дралась, потому что была уверенной в себе. Теперь же, она не была уверенной. Затем девушки напали на неё все разом, как неблагородно. В тот вечер у меня было странное предчувствие, и я пошла за ней. И я вовремя подоспела.
— До чего Майя опустилась, – спокойно сказала я.
Все девушки устремили взгляд на меня.
— До чего вы опустились! Нападать на неё разом! Не честно! – ледяным тоном говорила я – Я накажу вас! Никто не смеет колотить мою слугу, если я не захочу! – закричала я и бросилась на них.
Я избила всех и наслаждалась этим. Мне не было жаль их.
На следующий день я подарила Майе книгу, ту самую из-за которой она перекрасилась. Я сказала, что хочу быть с ней просто друзьями. И она была счастлива. С тех пор мы и стали друзьями. Правда, странно мы с ней подружились. Но всё же у нас была настоящая дружба.

Третью девушку звали – Ханна. Она была ростом метр семьдесят. Глаза у неё были голубого цвета, каштановые волосы до плеч. Она была смуглой и немного полноватой. С Ханной я дружила с начальной школы, и она наверное понимала меня лучше всех. Со стороны Ханна выглядела очень мило и беззащитно. Не стоит верить первому впечатлению, Ханна хоть была милой и обходительной. Но если, кто-то вставал у неё на пути, то этот человек всегда в конце отступал. Ханна была спокойной и доброй, но в тоже время она была очень целеустремленной и проницательной. И очень сильной, в душе она была бойцом. Ханна единственная из моих подруг, с которой я начала общаться без всяких причудливых историй. Ханна с детства была очень доброй, она всегда понимала людей и пыталась им помочь. Так самоотверженно, что я считала это глупым. И вместо презрения, к ней я чувствовала жалость. Я считала её уязвимой из-за её доброты. Но Ханна убедила меня, что доброта это сила. Смотря на неё, я всегда нас сравнивала, мы были такими разными, противоположности. Меня так это бесило. Сначала я не понимала почему, а потом поняла просто, потому что я ей завидовала. Ханна всегда понимала моё настроение, мысли. Всегда поддерживала меня. Я ни кого к себе не подпускала до встречи с Ханной. Я впустила её в свой мир, а также впустила в своё сердце. Впустила лучи солнца, от которого мое сердце постепенно начало оттаивать. Я благодарна ей, за то что она показала мне другую сторону мира. До встречи с ней я жила в другом мире. В мире страданий, зла и лицемерия. Но смотря на неё, я поняла, что можно любить кого-то, быть счастливым и дарить это. Она открыла мне ворота в новый мир. Я до сих пор не могу сказать, что я добрая. Я жестокая и люблю делать злые вещи. Но всё же иногда во мне что-то просыпается. Это бывает так редко. Но я рада и этому.
— Джейн привет! – сказала, улыбнувшись Ханна.
— Бонжур! – сказала Кирстен, она немного сдвинута на французском.
— Хай! – сказала Майя.
И все трое сели за стол. Не успели мы обсудить сегодняшний вечер. Как Сара Паркер уже шла ко мне через столовую со своей свитой. Она остановилась около моего стола и улыбнулась мне. Это в прямом смысле можно было назвать змеиной улыбкой.
— Как ты знаешь сегодня у меня вечеринка Джейн! – громко и интригующе сказала Сара, нарочито сделав паузу, чтобы все вокруг услышали.
Все в столовой притихли, так что было слышно дыхание друг друга. Сара явно была довольна произведенным эффектом.
— Специально для тебя я заказала из Англии платье, которое вышло мне в круглую сумму. Ты ведь обещала ко мне прийти, – последнее предложение она намеренно выделила. – Ну, ты ведь придешь, будет весело?
Все вокруг затаили дыхание, ожидая моего ответа.
— Сара я как раз хотела сказать тебе, – спокойно сказала я, сделав паузу.
Глаза Сары так и пылали от радости моего позора.
— Конечно, я приду, – ответила я и улыбнулась ангельской улыбкой.
Сначала Сара не поняла, затем она открыла рот, хотев сказав что-то, но она молчала. Услышав мой ответ, столовая вновь приняла свой обычный вид. Все расслабились, некоторые посмеивались, стало шумно, как обычно.
— Ты хотела, что-то ещё сказать? – спросила я Сару и триумфально улыбнулась.
Она помотала головой и ушла пристыженная со своей свитой. Ну, хоть какая-то радость на сегодняшний день. Я сорвала план своей «подруги». Похоже, дела налаживаются. Но всё же, что за бред был утром?

Придя домой, я в первую очередь приняла ванную и приготовила одежду. Затем спустилась вниз, как раз тогда, когда заменяли окна.
— О, доченька! Ты приготовилась к вечеринке? Хочешь, я помогу тебе с выбором наряда? Может, хочешь что-то купить? – заботливым тоном спросила мать.
Мне стала противно и страшно одновременно. Что с моей матерью? Она никогда ничего не делает просто так. Мать в жизни не называла меня доченькой. Её любимицей всегда была Джесс. На меня же она просто не обращала внимания.
— Нет, спасибо, – улыбнувшись, ответила я.
— Ох, как жаль, а я хотела помочь тебе, – надув губки сказала мать.
Нет, это уже перебор. Да, что с ней такое? Она никогда со мной так не разговаривала, откуда вдруг такая перемена.

Глава 2. Предательство.
И вот я уже на пути к дому Сары. Отец настоял, чтобы меня отвёз водитель. Ну, дом это мягко сказано, у Сары Паркер был не дом, а настоящий особняк. Мы въехали через ворота в собственность Паркеров. Трехэтажное здание белого цвета. План и обстановка дома был сконструирован дизайнером. Да её дом был величественным, сделан он был в современном стиле. Перед домом находился бассейн внушительных размеров.
Меня удивило то, что машин почти не было. Было очень тихо, я и так припозднилась. Я вышла из машины с сумкой с вещами и направилась к дому. Никто не вышел мне на встречу. Странно. Зайдя в дом, я обнаружила, что на первом этаже ни кого нет.
Вдруг я услышала шум сзади. Повернувшись, я ни кого не обнаружила. Мне даже показалось, что я увидела, чью то тень. Видимо это мое воображение.
Я поднялась на второй этаж и зашла в комнату Сары. Ну, наконец, я нашла их. Я уж подумала, что все испарились. В комнате сидела Ханна, Майя, Кирстен, Сара и её свита: Джоанна, Сюзен, Бекка, Хелен, Челси и Шерил.
— Привет, что происходит? На сегодня ведь планировалась вечеринка, тогда где все?
Сара, сидевшая на кровати, чуть-чуть привстала и посмотрела на меня.
— Привет Джейн, я уж думала, ты никогда не появишься. Ты, здорово припозднилась. Я отменила вечеринку и решила сделать простой девичник, – спокойно сказала Сара.
Ещё один шок, Сара из года в год в первый день учебы устраивала вечеринку. Что могло на неё так резко повлиять.
— Ну ладно, без вопросов, мы уж то думали, что ты никогда не придешь, – сказала Сара.
— Пойдемте, искупаемся! – предложила Кирстен.
— А у меня идея поинтереснее, – загадочно сказала Сара – каждый вытянет из этого мешка камень, кому попадется черный должен быть исполнить общее желание, – сказав это Сара многозначительно посмотрела на меня.
Это был вызов. В любой другой момент я была бы рада принять его, но только не сейчас. Было у меня какое-то предчувствие.
Все, кроме меня согласились и ждали моего ответа.
— Ну что струсила? – спросила Сара.
— Конечно, нет! – ответила я.
Ну, я ей покажу. К тому же вряд ли этот камень вытяну именно я.
И вот Сара пошла по кругу. Первой вытянула Кирстен – белый, вторая – Бекка, третья – Челси. И вот моя очередь. Почему у меня такое чувство, что сегодня что-то случится…
Я протягиваю руку, дотрагиваюсь, тщательно обдумав, выбираю и вытягиваю…
И вот, в моей руке черный камень.
— Предлагаю пригласить Кайла Макадзи на свидание, – сказала Джоанна.
— Фу! – хором сказали все девочки.
— Нет, давайте лучше закажем пиццу, а парня, который её доставит. Джейн поцелует
поцелует и даст свой номер! – предложила Челси.
— Ооо!
Сара демонстративно развела руками, чтобы привлечь к себе внимание.
— Идеи хорошие, но слишком простые и детские. Джейн должна спрыгнуть со второго этажа в бассейн, – сказала Сара.
— Но Сара это же слишком, — сказала Майя.
— Майя права тут слишком высоко, – поддержала Ханна.
— Тогда давайте голосовать! – решительно сказала Сара и обвела взглядом свою «свиту».
Шестеро против троих, мой голос, конечно же не считается.
— Джейн ну как тебе? – злобно съязвила Сара посмотрев на меня.
— Да запросто, – ответила я.
Конечно, я так не думала, это было слишком опасно. Высота была около десяти метров. Плюс, прыгая с балкона нужно было сильно оттолкнуться, чтобы не приземлиться на землю. Хоть бассейн был и большой, он находился на приличном расстоянии от дома.
Мы все вышли на балкон.
— Тебе не обязательно это делать, – сказала мне на ухо Ханна.
В ответ я покачала головой.
— Да ладно Джейн, ты можешь этого не делать. Мы все знаем, что у тебя для этого кишка слишком тонка! – язвительно сказала Шерил.
И вся свита Сары рассмеялась.
— Шерил, – тихо произнесла я, посмотрев ей прямо в глаза – сейчас внимательно смотри и не пропусти своими маленькими глазками мое представление – уверенно сказала я.
Шерил перестала смеяться и застыла от гнева. Она комплексовала себя по поводу своих глаз.
— Джейн держись, – сказала Майя.
Я отвернулась от них, отошла на небольшое расстояние. Разбежавшись, я оттолкнулась настолько сильно, насколько могла и прыгнула. Какое странное чувство будто бы я лечу, я парила в воздухе. Это такое прекрасное состояние. Это, чувство ностальгии. Точно, как в том сне. Я тяну руку вперед, как во сне. И пытаюсь схватить что-то. Что? Что я потеряла? Что я должна найти? Что-то очень важное…
Не понимаю, как так получилось, но я оказалась на другом конце бассейна. Упав, я ударилась головой о стену.
Девушки, наблюдавшие за Джейн, думали, как прекрасна она была, будто бы летела. Увидев, как она упала, они пришли в ужас.
— Смотрите, не всплывает, – сказала в ужасе Джоанна.
— И правда, – почти шепотом сказала Челси.
— Бежим ей на помощь! – закричала Ханна.

Я тону. Но я не разжимаю пальцев, словно это поможет. Почему?
Неужели я так и умру здесь на вечеринке у моего заклятого друга. Я прижимаю свою руку, не размыкая пальцев к сердцу. Словно что-то в моей руке.
Но что это? Я вижу руку, кто-то берет меня за руку, размыкает пальцы и переплетает наши пальцы воедино. Кто это? Я плохо вижу. Но у меня очень знакомое чувство. Кто-то вытаскивает меня на поверхность.
Теперь я вижу его, очень размыто, но вижу. Это парень. У него черные волосы, спадающие до плеч, бледная кожа и голубые глаза. Эти глаза, цвет неба. Нет, я не могу описать их в них такая глубина и нежность. Он кладет меня на землю и приближается ко мне. Его волосы дотрагиваются до моей щеки. Я вся горю, но мне ведь должно быть холодно.
— Не совершай больше глупостей, – говорит незнакомец, глядя прямо мне в глаза.
Его голос, такой нежный полный грусти и чего то, что мне не понять. Какой он красивый…
Но выглядит так, будто бы он не из этого мира.
Я пытаюсь что-то сказать, но не могу. Только сейчас я замечаю, что мне тяжело дышать. Я закрываю глаз от боли в голове и легких.
Я чувствую его пальцы, он аккуратно опускает мою голову на траву.
Я чувствую его губы на своих губах, что…
Как приятно, все мысли перепутались. Боль отошла на второй план. Это – поцелуй?
Он вдыхает воздух в мои легкие, и я начинаю кашлять.
Из моего рта выходит вода, и я беспомощно ложусь и напряженно смотрю на него. Не хочу закрывать глаза, кажется, он исчезнет, если я закрою глаза. Кажется, он растает. Он берет мою руку и прижимает к своей щеке.
Что это за чувство такое? Я не хочу, чтобы он уходил никогда.
Но я потеряла слишком много крови, и я теряю сознание. Нет, не уходи…

Я прихожу в сознание. Открывая глаза, я ищу его глазами.
— Не уходи! – говорю я.
Но я обнаруживаю себя в комнате Сары, все вокруг меня столпились. К голове приложено что-то холодное.
— Слава Богу! – вскрикивает Ханна и обнимает меня.
И все вокруг облегченно вздыхают.
Я лежу в комнате Сары. Голова пульсирует, все тело ломит.
— Ханна, что случилось? – шепотом спрашиваю я.
Ханна берет меня за руки и прижимает к себе.
— Нам было так страшно… — начинает она. – Удар был таким сильным, что мы будучи в доме услышали его. Сара уже вызвала скорую, скоро они приедут… Джейн я так испугалась!
Я смотрю на Ханну, она всхлипывает. Майя напряженно смотрит на Сару, казалось, что она хочет убить её. Кирстен нервно покусывает губы. Джоанна сидит на полу и пялится в пол. Челси и остальные смотрят на меня.
— Как ты? – спрашивает Сара.
У Сары напряженное лицо, кажется, она чувствует себя виноватой. Неужели Сара Паркер может чувствовать что-то подобное? Но меня интересует совсем другое. С момента пробуждения меня интересует только этот вопрос: «Где он?» Я не подозревая, обращаюсь ко всем вслух.
— Что? – спрашивает Кирстен.
Другие недоуменно переглядываются.
— О чём ты? – встревожено спрашивает Майя.
— Где парень, который спас меня? – спрашиваю я.
Я больше не могу терпеть. Где он? Не стоило закрывать глаза. Не стоило отпускать его.
— Джейн, – очень серьезно произносит Кирстен. – О чём ты говоришь? Ты сама выбралась, когда мы прибежали, ты лежала без сознания на земле, около тебя ни кого не было. Территория большая и открытая и если бы тебя кто-то спас, мы бы увидели его, даже если бы он попытался сбежать.
О чём она говорит? Она лжёт!
— Джейн – Ханна сжимает мою руку – ты ударилась головой, поэтому тебе просто показалось, это была иллюзия…
Я вырвала свою руку из пальцев Ханны и приподнялась.
— Что ты имеешь в виду? Ты думаешь, мне могло такое показаться? Ты что не веришь мне! – закричала я.
Моя спина дрогнула, я упала на кровать.
Все они лгут. Мне не могло показаться! А вдруг? Ведь я упала. Нет…
Я хочу тебя увидеть!
Похоже, я снова потеряла сознание.

Я лежу в своей комнате.
— Госпожа, слава богу, вы проснулись! – радостно говорит Элла.
Я не могу пошевелить левой рукой. К левой руке подсоединены какие то приборы, и подсоединена капельница.
— Что это Элла?
— Госпожа, ваш отец не захотел, чтобы вы лежали в больнице. Поэтому вас с оборудованием привезли сюда. Господин сказал вам необходимо переливание крови, так как вы её очень много потеряли.
— Ясно. Ну, я намного лучше себя чувствую.
— Дело в том, что вы госпожа проспали так месяц – обеспокоенным голосом говорит Элла.
— О чём ты? – спрашиваю я.
Месяц. Не может быть. Травма, конечно, была серьезной, но месяц лежать в коме, это шутка?
— Госпожа – обеспокоенно говорит Элла, озираясь по сторонам – думаю, здесь что-то происходит. Ваш отец отдал приказ ежедневно вводить вам какую-то вакцину. Думаю, из-за неё вы и спали так долго. Сегодня я не сделала вам инъекцию, и вы проснулись. Думаю, ваш отец не хочет, чтобы вы в ближайшее время просыпались.
— Элла? Но если это правда… Зачем отцу так поступать. Конечно, между нами довольно прохладные отношения. Но не до такой же степени – оторопело говорила я.
Что тут происходит? Если Элла права, значит, отец правда не хочет, чтобы я просыпалась. Но это значит, что…
ОТЕЦ ХОЧЕТ ИЗБАВИТЬСЯ ОТ МЕНЯ!
— Элла, что ты думаешь по этому поводу?
Мне нужно знать, что думает Элла. Она мне, как мать. Элла не солжет мне и не предаст меня.
— Госпожа, я не знаю, как вам это сказать. Но в планы вашего отца точно не входит будить вас. Я видела, что эту вакцину привезли нам еще примерно на год. Ох, госпожа не хочу говорить этого. Но ваш отец что-то задумал, и простите, что-то уж преотвратительное.
Нет! Если Элла так говорит, значит это правда. Мои предположения верны. Но из-за чего отец так поступает? Неужели из-за того, что я ему тогда не подчинилась. Я и не заметила, как слезы навернулись на мои глаза. Что со мной?
— Госпожа! – Элла приобняла меня. – Не плачьте! Вы ведь никогда себе этого не позволяли!
Точно. Элла права. Мне не стоит плакать, ведь я никогда раньше не позволяла себе плакать. Но я больше не могу сдерживаться. Я всхлипываю и прижимаюсь к Элле.
— Элла, почему? Почему моя семья так ненавидит меня. Почему с детства меня сторонится отец! И почему мать с сестрой так презирали меня! Почему отец хочет избавиться от меня! Раньше я все же думала и тайно надеялась, что у нас семья. И что мне просто кажется, что все меня презирают. Из всей своей семьи я думала, что отец любит меня. Почему он предал меня? Почему? — вскричала я.
Я рыдаю, потоку моих слез теперь не остановится. Это второй раз в жизни, когда я плачу. Нет, я ошиблась третий. Первый раз был, когда я родилась.
Однажды в детстве, когда мне было три года, я заблудилась в лесу. Тогда моя мать наблюдала за мной, я думаю, она специально не уследила за мной. Я долго брела по лесу в поисках родных. Но я наткнулась на яму и угодила прямо в неё. Стемнело, мне стало страшно, я поранилась, и мне было больно. Я заплакала. Я чувствовала беспомощность и одиночество.
Но вдруг я услышала шум, это был волк, почуявший мой запах крови. Когда я увидела его, мне стало очень страшно. И я закричала. Волк уже бы набросился на меня, как мой отец заслонил меня от волка. Его ужасно поранило, он ударил волка и тот упал. Тогда мне казалось, что он мой герой. Я была так счастлива. Отец взял меня на руки и обнял. Он говорил, что очень долго меня искал и волновался. И он произнес эти слова: «Никогда не плачь, потому что это расстраивает меня! И не совершай больше глупостей!»
Я запомнила эти слова. Я знала, что если буду плакать, то отец расстроится. С тех самых пор я никогда не плакала, как бы больно мне не было.

Глава 3. Истина.
— Госпожа, пожалуйста, не плачьте больше, – умоляюще произнесла Элла.
Всё это время, что я плакала и говорила наболевшее на душе, Элла понимающе выслушивала меня и гладила.
— Спасибо тебе Элла! – искренне сказала я.
— Госпожа вы мне, как дочь.
— Но, что же мне теперь делать? – озадаченно спросила я.
— Госпожа вам нужно бежать отсюда и поскорее, – сказала Элла.
— Нет, я не буду убегать. Я хочу узнать, почему отец так поступил. Наверняка на это были причины, – решительно заявила я.
Я хочу все выяснить. Отец не мог так поступить без весомой причины.
— Элла, сейчас же сообщи отцу о моём пробуждении! – решительно заявила я.
— Но госпожа, – умоляющим тоном просила Элла. – Вы хоть понимаете, какие последствия могут быть!
— Я все понимаю. Поэтому и хочу ещё больше это выяснить, – тихо ответила я.
Элла не стала долго припираться. По крайней мере, она знала, что со мной это бесполезно.
Прошло уже полчаса с тех пор, как она ушла. В чём дело? Почему так долго? Разве он не должен был броситься сюда, как только узнал об этом.

Вдруг среди тишины раздается протяжной вой. Затем слышны, чьи-то стоны. Эти стоны, не человеческие, а похожи на стоны монстра. Я слышу крик Эллы, что там происходит.
Я бегу сломя голову на звуки стонов. Только что это был крик Эллы, что у них происходит. Звуки идут из подвала. Я открываю дверь и вижу это. Я начинаю кричать. Внизу лежит окровавленное тело Эллы. Рядом с ней стоит вся моя семья. Что это? На их лицах кровь Эллы. Они все оборачиваются и смотрят на меня. Их глаза стали черными, а зрачок красным. Кто они такие?
— Что здесь происходит? – шепотом произношу я.
Отец вытирает кровь с лица и делает шаг вперед. Я делаю два шага назад.
— Успокойся Джейн, – ласково сказал отец, его глаза снова стали обычного цвета.
Но я не могла и сделать шаг в его сторону.
— Вы убили Эллу? – скрежетав зубами, сказала я.
Мать презрительно посмотрела на труп Эллы. Подошла поближе, взяла её очень аккуратно и погладила по голове.
— Она была очень хорошей женщиной. Но слишком много знала – ласково сказала мать, а затем рассмеялась. – Но она была очень вкусной!
Мне было отвратительно смотреть на неё. Всё, что я хотела, так это вцепиться ей в глотку.
Джессика подошла ближе к матери тоже погладила Эллу. А затем взяла её шею.
— Сестрёнка, тут еще осталось, будешь? — непринужденно сказала она, явно издеваясь.
— Заткнись! Не прикасайтесь к ней! – закричала я.
Мать и Джессика вдруг неожиданно упали, как будто их что-то свалило. И начали судорожно глотать воздух, мучаясь.
— Хватит, – спокойно сказал отец и начал трясти меня за плечи. – Очнись!
Я отшатнулась от отца.
— Не прикасайся ко мне! Вы убили Эллу! Убили единственного человека, который любил меня с рождения! – закричала я.
— На себя посмотри! Кто из нас тут убийца, так это ты! – сказала Джессика.
— Джессика замолчи! – сказал отец.
— Что это значит? – спросила я.
Я вся дрожала, казалось сейчас, я могу рассыпаться в прах.
В этот момент подвал начал рушиться, стены обваливались.
Ноги у меня подкосились и я упала. Я протянула руку к Элле. Но на её тело упал камень, и кровь брызнула мне прямо в лицо. Все трое уже скрылись, бросив меня одну. Правильно, я одна. Я слышу шум сзади, кто-то идет. Тот самый парень, он берет меня на руки, как тряпичную куклу, поддерживает за голову.
— Ну, я же просил больше не подвергать себя опасности, – спокойно сказал он – надеюсь, с третьего раза ты поймешь, а сейчас спи, – сказал он и провел рукой по моему лбу.

С этого момента я больше ничего не помню. Помню, что оказалось в просторной комнате какого-то дома.
— Проснулась! – ласково сказал парень и поднес ко мне поднос с едой.
— Спасибо, – сказала я. – Но где я? Что произошло?
Может ли быть так, что все это был просто сон. Возможно, ничего этого не случалось. В глубине души именно на это я и надеялась.
— Меня зовут Ропис.
— Ропис, пожалуйста, расскажи мне правду.
Ропис задумался и посмотрел, куда-то вдаль, словно решая, стоит ли мне рассказать все или нет.
— Хорошо, но, то, что я расскажу, шокирует тебя, – серьезным тоном сообщил он мне.
Значит, это не было сном.
— Я готова.
— Хорошо тогда идем со мной, я покажу тебе прошлое!
Прошлое…
Не успела я ничего, и сказать, как открылось, что-то вроде воронки светло-желтого цвета и засосало нас туда.
Я оказалось на прекрасном лугу, цветы столь потрясающей красоты, переливались всеми цветами радуги. Это было захватывающе.
Ропис стоял позади меня, и казалось, чего-то ждал.
Вдруг на поляну выбежала девушка. Она была столь прекрасна и светила так же ярко, как солнце.
Её волосы были золотистого цвета. Волосы спадали почти до колен. У неё был смуглый цвет кожи. Казалось солнце ласкает её кожу и одаривает своим вниманием. Девушка была высокого роста и фигура у неё была очень тонкой. Глаза у неё были светло-голубого цвета. Она бежала по лугу босиком и смеялась. На ней было одето красивое длинное платье, думаю, такие одевали в средневековье.
Какая она красивая! Я затаила дыхание и приблизилась к ней. Мне хотелось прикоснуться к ней. Но моя рука просто проходила насквозь, даже не касаясь её. Ропис взял меня за руку.
— Это прошлое, ты не можешь не дотронуться до неё, не поговорить, все, что ты можешь – наблюдать.
— Наблюдать…
Кто она? Она мне так знакома. Сердце щемит, как будто бы я её знала.
На поляну вслед за ней вышел парень. Он был также прекрасен, как и она. Черные волосы и зеленые, как сама жизнь – глаза. Телосложения, как у бога. Он был очень бледным. От него исходила другая аура…
— Илана! Ну, просил же так быстро не убегать от меня, – улыбаясь, сказал он.
— Прости Лю, – ответила она.
Её и его взгляд встретились. По их взглядам можно прочитать все их чувства друг другу, они любят друг друга. Так сильно, что это видно даже в их взгляде.
Он подошел к ней, и они вместе легли на луг, держась за руки.
— Если отец узнает обо всем, он изгонит тебя, – грустно сказала она.
— Знаю, не беспокойся обо мне, – нежно сказал он, поглаживая её волосы.
— Я хочу, чтобы ты всегда был со мной, – произнесла шепотом она.
Услышав это, он улыбнулся и притянул её к себе.
— Я тоже этого хочу, – сказал он.
Я приблизилась к ним. На мгновенье время замерло. Остались, будто мы втроем. Я хочу до них дотронуться. Я тяну руку к ним, но они исчезают. Я оказываюсь в каком-то замке.
— Ропис, верни их! – кричу я.
Он качает головой и указывает в другую сторону.
Оборачиваясь, я вижу её. Илану, так ведь её зовут. Она сидит около зеркала и расчесывает свои длинные волосы.
Дверь открывается и к ней входит тот самый парень, которого она звала Лю.
— Что ты здесь делаешь? – удивленно спрашивает она.
— Я пришел, чтобы повидать тебя и нашего малыша.
Он подходит ближе и целует её живот. Только сейчас, я заметила, что он не идеально ровный, а с выпуклостью.
Она улыбается.
— Думаю, у нас будет двойня Лю! – счастливо говорит она.
— Двойня, – удивленно говорит он. – Это чудесно!
Я подхожу к ней и тоже трогаю её живот. На это раз я чувствую, что словно от моего прикосновения, чувствуется толчок. Я от неожиданности, убираю руку. Ропис кладет свои руки мне на плечи.
— Ты почувствовала! – изумленно говорит Лю.
— Да, малыши явно хотят с нами поговорить!
— Слышите, мы любим вас, мы с мамой вас очень любим, – шепчет он.
Не знаю, почему, но по моему лицу текут слезы.
Снова всё пропадает. И я вижу пожар.
Среди него я замечаю Илану с двумя малышами. К ней подходит крупный почти в два раза больше её мужчина. Дети плачут.
— Отец прости меня, но я люблю его! – шепчет Илана.
— Елена, да как ты могла! Это же архангел Люцифер, он мой вечный слуга, а ты моя дочь! К тому же ты ведь понимаешь, что у него появились черные крылья. На ваши отношения табу! – громко говорит он.
Сзади подходит Люцифер.
— Господин, прошу вас простить меня, но я правда люблю её. И если кого и надо винить, то только меня.
— Молчать! Я Зевс не потерплю этого!
Зевс…
Теперь понятно, это греческая мифология, я немного читала её. Зевс это бог-громовержец, у которого были два брата Посейдон и Аид.
— Папа сейчас не время для этого! На нас напал дядя Аид с его армией! – кричит Илана.
— Нет! Не бывать вам вместе! – кричит Зевс.
Сзади на него набрасывается какое-то отвратительное существо.
— Что это спрашиваю я?
— Цербер, – отвечает Ропис.
— Илана беги с малышками в башню! – кричит Люцифер.
— Но… — говорит Зевс.
— Сейчас совсем не до этого, – кричит Люцифер, расправляясь с цербером.
Зевс спускает на них молнии, но они все прибывают.
Я бегу за Иланой и малышами, чтобы убедиться, что с ними все в порядке. Хотя какой смысл, я ничего не могу сделать. Ропис следует за мной.
Как вдруг я вижу другого Рописа такого же, как и тот, что бежит позади меня. Я оглядываюсь и смотрю на него. Они идентичны. Значит, он был в этом прошлом. Сколько же ему лет?
Ропис протягивает руку Илане, и помогает ей. Он берет одну малышку в руки и бежит вместе с Иланой. Они поднимаются по лестнице.
Они стоят на вершине башни, и смотрят вокруг. Везде резня, пожар и много крови.
— Это моя вина! – говорит Илана.
— Ошибаешься, – говорит Ропис.
-Если бы не я, эта война не началась бы. Если бы я покорно вышла замуж за Аида.
— Не вини себя в этом.
Всё внизу в огне.
— Ропис прошу, выслушай мою просьбу. Пожалуйста, уведи эту малышку из этого мира. Ведь Аид пришел за ней!
— Что? – удивленно говорит Ропис.
— Эти две девочки, как небо и земля, огонь и вода, они противоположности. Я назвала эту девочку Небира, а эту, что у тебя на руках Кара.
— Небира и Кара…
— Я люблю их обеих. Но, как только Кара родилась, она начала поглощать свою сестру. Мы остановили её. Но она уже с рождения пытается это сделать. Отец сказал, что по пророчеству у запретной любви родятся близнецы. И один из них приведет к концу света все миры. Но другой ребенок, будет светом во тьме. Небира – это свет во тьме. А Кара – это порождение тьмы. Кара уже при рождении понимает, что её главная помеха это Небира. Отец хотел сразу убить Кару, но я не позволила. Я слишком люблю её! – сказала Илана, по её щекам текли слезы – А теперь Аид все прознал, и он хочет вырастить эту девочку и превратить её в своё оружие. Я не допущу этого!
Ропис в молчании смотрел на Илану.
— Ты хочешь, чтобы я забрал дитя тьмы и подарил ей жизнь?
— Она не дитя тьмы. Она такая же, как Небира. И я верю, что она не разрушит миры. Кара не сделает этого.
— Но ведь ты сама назвала её Карой.
— Кара – это то, что постигает любого за заслуженные грехи. Я хотела, чтобы она это осознавала!
— Мама…
Я расплакалась и неожиданно сказала это. Что я сказала почему?
Ропис приобнял меня.
— Хочешь на этом остановиться? – спросил он.
— Нет! – безапелляционно ответила я.
Я поднялась и подошла к Илане. И попыталась обнять её.
— Ропис, можно только один вопрос? – спросила я.
— Конечно.
— Кто из них я?
— Ты Кара.
После этих слов мне всё стало понятно. Я, конечно, знала, что я не подарок. Но, чтобы я могла привести все миры к концу света.
На Илану сзади напал Аид. Люцифер и Зевс, вдруг появились и отразили атаку.
Аид был мускулистым и бледным, как смерть, с длинными черными, как смоль волосами. И выглядел молодо и прекрасно.
— Ну и кто же из них та самая? – спросил он.
— Ты не получишь её! – закричал Люцифер.
— Ропис уходи быстрее! – закричала Илана.
— Не так быстро! – сказал Аид.
И напал на Рописа. К счастью он отразил удар.
Илана и Люцифер подошли к ребенку и поцеловали его напоследок.
— Я люблю тебя Кара! – прошептала Илана.
— Будь хорошей девочкой! – сказал Люцифер.
Ропис с ребенком исчезли.
— Смотри Зевс, – Аид показал ему в сторону. – Я нашел источник жизни, и демоны уже почти разрушили его, что ты будешь делать. Останешься здесь или защитишь источник жизни.
— Папа ты не обязан, – сказал Илана.
Илана протянула Небиру Зевсу и посмотрела на него молящим взглядом. Он взял её в руки и исчез.
— Вот мы и остались втроем, – сказал Аид. – А теперь расскажите мне поподробнее о своей дочке.
— Ты ничего не узнаешь! – крикнула Илана.
Люцифер с Аидом начали драться. Люцифер высвободил свои крылья. Они были размахом в три метра, черного цвета.
— Меня всегда удивляло, как Зевс может доверять тебе. Ты ведь единственный ангел с черными крыльями.
Люцифер оскалился и попытался задеть Аида. Аид ловко увернулся и начался бой. Люцифер и Аид дрались почти на равных, но у Аида было много тысячелетий опыта. Поэтому он победил, всадив кинжал в живот Люциферу.
Илана вскрикнула.
— Подожди дорогая, тобой я займусь позже! – спокойно сказал Аид и направил в её сторону стрелу.
— Нет! – закричала я.
Илана беспомощно упала.
— Снизу демонический огонь. После него, даже бессмертные умирают, – сказал Аид.
Он хотел взять Люцифера, но Илана подбежала сзади и ударила. Тот легко её оттолкнул, и она чуть не упала. Она цеплялась за башню изо всех сил.
— Мама нет! – я подбежала к ней и попыталась помочь.
Люцифер отбросил Аида и с раной пошел к Илане. Он взял её и попытался вытащить. Но все усилия были тщетны, силы покидали его. Аид нанес ему удар особым клинком.
— Отпусти меня, – прошептала она.
— Никогда, – ответил он.
— Я люблю тебя…
— Я тоже… Вечно…
После этих слов они оба упали, скрепив руки и обнявшись в демонический огонь.
— Нет! Мама, Папа! – кричала я.
Я тянула к ним руку и плакала.
— Нет! Мама, Папа!
Вдруг я вспомнила свой сон. То, что я пыталась удержать и то, что всё равно ускользнуло от меня… Мои Мама с Папой…

Глава 4. Мертвые.
А что бы вы делали, если бы узнали, что вы самое что ни на есть зло…
Я должна бороться. Но каково же мое чувство, когда я знаю, что у меня и у всех живых существ есть только один враг это – я. Каково осознавать, что этому миру было бы не просто лучше без меня, он был бы в безопасности, и все люди в нем. Почему? Я задаю себе один и тот же вопрос.
Я всегда знала, что я не ангел и далека от идеала. Но чтобы до такой степени. Хотя вот моя сестра наоборот воплощение доброты, олицетворение мира во всем мире.
То к чему я тянулась, давно исчезло. Мои родители умерли, пытаясь защитить меня. Вместо того, чтобы убить корень зла еще зародышем. Говорят, надежда умирает последней. Но, что если надежда угасла во мне навсегда.
— Борись! – сказал голос во тьме.
Этот голос. Это Ропис. Ропис говорит бороться. Но как? Как пойти против своей природы, против мироздания, которое задумало сделать меня именно такой. А может я ошибка…
Я открыла глаза. В комнате было светло и немного прохладно. Около меня сидел Ропис и держал меня за руки.
— Что произошло? – озадаченно спросила Джейн и вырвала свои руки.
— Ты испытала сильный шок и отключилась, – спокойно произнес он.
— Почему ты притворяешься милым и добрым! Ты ведь ненавидишь меня! – закричала Джейн. – Все ненавидит меня – уже спокойнее сказала она, глядя в неизвестность.
По ее лицу потекли слезы.
Ропис аккуратно прикоснулся к ее груди и прижал к своей груди.
— Если ты хочешь поплакать, то плачь, – с заботой произнес он. – Как я могу ненавидеть тебя. Ты же дочь моей любимой сестры. Я следил за тобой всю твою жизнь.
— Что? – ужаснулась Джейн.
Это был для нее новый шок. Джейн отшатнулась от него.
— Я – Ропис положил руку себе на грудь и пристально посмотрел Джейн в глаза, – брат Иланы.
— Но кто же мы? – задала главный вопрос Джейн.
— Мы в какой-то мере выше и ниже людей. Их стремления для нас ничего не значат. Потому что мы обладаем всеми знаниями. Мы быстрее, умнее и красивее людей. Но мы не живые, в какой-то степени мы мертвые – последнее слово он выделил и ухмыльнулся – Мы имеем много имен: ангелы, боги, вампиры, демоны и даже зомби. Ну, мы вообще ни к кому не относимся, но пожалуй, нас можно сравнить с ангелами. В этом измерении есть центр всего, древо жизни. Мы родились на ветках деревьев, и опали, как мертвые листья. Мы должны следить за порядком в мире. Это наша основная функция. Так же, как и древо жизни. Есть и противостоящее ей древо смерти. Древо хочет высосать из этого мира жизнь и уничтожить древо жизни. Так называемые людьми демоны – порождение этого дерева. Испокон веков мы боремся за жизнь в этом мире. Но существовало пророчество, что дитя тьмы родится в свете. Оно уничтожит этот мир и обратит все в прах. Это краткий обзор, того, что такое мы. Мы зовем себя мертвыми.
Джейн пребывала в шоке от услышанного. Но часть про пророчество пугала ее больше всего остального. Речь шла о ней. Дитя тьмы в облике света. Вот как ее называли.
Армагеддон. Апокалипсис. Конец света. Это все синонимы моего «Я». Мне вдруг стало смешно. Какой же пессимисткой я стала. Ну почему? Почему именно я? Слезы рвались наружу и Джейн заплакала. Ропис прижал ее и успокаивал. Он понимал, что это все, что он может для нее сделать.

Глава 5. Игра в прятки.
«И придет демон на эту землю в облике света. И покорит он всех своей красотой и умом. И соблазнит верных на путь неверный. И уничтожит мир он».
Теперь я знаю правду. Но, что важнее меня интересовала моя сестра. Жива ли она. Если да, то где она. Это эгоистично с моей стороны, но я хочу увидеть свою сестру. Хочу увидеть воплощение доброты надежды – свою противоположность. Я найду её.
— Ропис я хочу найти свою сестру, – твердо сказала я.
— Ты хоть знаешь, что ваша встреча может вызвать? – с иронией в голове спросил он.
— Подозреваю, – ответила я.
Если «+» и «-» соединить, то что случится? Они поглотят друг друга и оба исчезнут.
Ропис вздохнул.
— Отговаривать тебе вижу бесполезно. Тогда предупрежу, Небиру с детства воспитывали для цели покончить с тобой. И она не остановится из-за того, что ты её сестра. Хоть она и свет во тьме, Небира будет очень жестока по отношению к тебе, – жестко произнес он.
— Я готова. Сама не понимаю себя, но я чувствую, что если встречусь с ней, то пойму что-то.
— Тогда тебе нужно подготовиться для встречи с ней. Небиру с детства воспитывал и учил Зевс. Так, что она не слаба. И свита у неё тоже не из слабых. Для начала нужно пробудить твою настоящую сущность. И обзавестись свитой по возможности.
— Свитой? Зачем она мне… — недоуменно сказала я. – Я же не на третью мировую собираюсь.
Он закатил глаза.
— Думаешь, она тебя слушать будет? – жестко сказал Ропис. – Раз уж так хочешь её увидеть, то послушай меня. Небира придет сама, как только почувствует, твое пробуждение. Ты хоть силой управлять можешь?
— Силой? – проговорила я.
Ропис закрыл глаза.
— Да уж тебя всему учить надо! – возмущенно произнес он.
— Можешь не помогать мне! – сказала я – Ты не обязан. К тому же ты ведь из светлых, зачем же мне помогаешь?
Он усмехнулся.
— Наверное, потому что я такой же идиот, как моя сестра – тихо проговорил Ропис.
На этом мы и закончили наш разговор.
Позже было решено. В первую очередь, Ропис научит меня обращаться с моей силой.

И так начались долгие, утомительные тренировки. День за днем я тренировалась. В этих тренировках не было ничего необычного. Утро начиналось с кросса на длинную дистанцию, затем плаванье и дальше по списку. Казалось, он пытался сделать из меня профессионального футболиста. К счастью, проблем с этим у меня не было, так как я с детства занималась спортом.
Так же, как я интересовалась своей настоящей семьей. Я помнила о своей приемной семье.
На всем мои расспросы о своей семье, Ропис ничего не отвечал, сказал, что сам толком ничего не понимает.

Вот уже, как час я сижу в позе лотоса и медитирую. Кого из меня он пытается сделать. Сначала профессионального спортсмена, теперь монаха. Да, что же это за тренировки? Я думала, что буду по крайней мере разрушать или драться. Ведь это же полагается Каре.
Кто же моя семья на самом деле? Почему отец так поступил со мной? Эти вопросы мучают меня изо дня в день.
— Пойду, прогуляюсь, – сказала я перед уходом.
Мне необходимо побыть одной и обдумать все. Вот уже месяц я живу в лесном доме недалеко от города и тренируюсь. Я соскучилась по своим друзьям. Соскучилась по Ханне, которая постоянно лезет со своей заботой. По Кирстен, которая то и дело слишком много говорит на тему о смысле жизни, и по Майе, которая вечно спорит со мной. И даже по Саре, которая вечно издевается. По вечно радостному Оливеру. И по своему отцу… Хотя нет, он ведь не мой отец. Получается он мне никто. Более того он не человек. Но кто же он?
Мать и сестра меня нисколько не интересуют. Пустышки они.
А еще скучаю по Элле. Она всегда понимала меня и любила такой, какая есть. Но из-за меня погибла. У меня до сих пор перед глазами стоит та картина, Джессика склонившаяся над окровавленным телом. Отец и мать, губы, которых были алые отнюдь не из-за своей природы.
Я пребывала в раздумьях, как вдруг услышала шум позади себя.
Не успела я встрепенуться, как увидела прямо перед собой незнакомого парня. Высокий рост под два метра, блондин, светлый. Тонкие губы и фигура, как у атлета. Но больше всего меня поразили его глаза, такие же, как и у отца в тот злополучный день. Черные с красным зрачком. Он подошел, ничуть не стесняясь, начал нюхать меня.
Я отскочила от неожиданности. Интересно кто-нибудь учил его манерам.
— Что ты делаешь? – возмутилась я.
— Я не ошибся, – произнес он и улыбнулся.
Его улыбка прекрасна, как у ангела.
Дальнейшие его действия удивили меня еще больше, чем предыдущие.
Незнакомец сел на колено и поклонился.
— Приветствую госпожу Кару. Я искал вас. Пожалуйста, прошу, сделайте меня своим слугой. Я буду вечно вам служить.
— Постой, – сказала я. – Я это… Мне не нужны слуги, и я даже не знаю твоего имени – растерянно сказала я.
— Так в этом вся проблема, – спокойно сказал он. – Меня зовут Соломон, а еще меня зовут главным ужасом ночи.
Он поднялся и взял меня за руки.
Я вырвала руки и отступила.
— Дело в том, что мне с детства рассказывали о сущим демоне, абсолютном зле, крушителе – госпоже Каре, – восторженно, вздыхая произнес Соломон.
Что? Кто ему такое рассказывал? Меня передернуло. Это, что типа сказка на ночь.
— Послушай Соломон. Ни какой я не демон и ни абсолютное зло. Ты ошибся, спутал меня с кем-то.
— Спутать вас с кем-то просто невозможно. Я нашел вас по вашей ауре, она такая притягательная и так вкусно пахнет, что хочется вас съесть.
Так либо он чокнутый, либо маньяк, лучше уйти побыстрее.
— Давайте заключим договор. Я вижу у вас пока нет свиты, – спокойно произнес Соломон. – Я счастлив, быть первым.
— Нет уж, – сказала я.
С каких это пор я стала такой мягкой. Ну, демон, подумаешь. Вон Ропис ничем не отличается от обычного вредного старикашки. Вечно бормочет, что я не достаточна сосредоточена.
Соломон приблизился и схватил меня.
Что он делает?
— Я заключу между нами договор, – сказал Соломон.
— Нет, – закричала я.
Я попыталась вырваться, но все безуспешно. Тогда я сконцентрировалась и попыталась, как на тренировках представить себе картину.
Он резко вскрикнул и отпустил меня.
Получилось! Соломон горел красным пламенем.
Но что же это. Пламя исчезло. Он посмотрел мне в глаза.
— Ну что ж, теперь вы убедились, что я обладаю силой и смогу защитить вас. Меня не зря прозвали главным ужасом ночи. Ну и я самый привлекательный из демонов. Теперь мы заключим договор? – непринужденно спросил Соломон и улыбнулся.
Нет, с ним абсолютно что-то не то.
Что же делать? Я ведь только учусь и не знаю, как использовать свою силу. К тому же это моя первая встреча с демоном. Никогда не думала, что демоны могут быть такими надоедливыми.
Я побежала в сторону дома.
— Госпожа, пожалуйста, аккуратней. Вы можете пораниться – крикнул Соломон. – Ну что ж, если вы так хотите сыграть в прятки. Так и быть, сыграем. Но я очень умелый игрок, никогда еще никто не смог спрятаться от меня, – холодно произнес он.
Я бежала со всех ног. В душу закрался страх. Что с этим парнем. Он не вызывает враждебности, улыбается и говорит такие странные вещи.
Что же делать? Я бегу со всех ног, но я как бы объяснить чувствую его ауру. Он рядом. Мне не сбежать от него нужно спрятаться. Вокруг одни деревья. Куда же мне спрятаться? Выбора нет, он уже близко, я спрячусь за этим дубом.
Соломон или как там его, обнаружит меня сразу. Так концентрация, я и дуб одно целое. Я и дуб одно целое…
Посмотрев на свои руки, я замечаю, что мои руки стали похожи на кору дерева. Сейчас или никогда, я проверю свои силы.
Я затаила дыхание. Я не слышу его. Страх переполняет мою душу. Где он может быть. Ветер завывает, и ветки еле слышно колышутся. Все вокруг спокойно. Вдруг неожиданно сверху появляется Соломон.
— Мне нравится это игра. Но не слишком ли она утомительна, – спокойно произнес он и спрыгнул с дерева.
Что он такое?
Соломон делает шаг ко мне навстречу и протягивает свою руку вперед.
— Я не хочу заставлять вас госпожа моя. Но вы вынуждаете меня. Протяните свою руку ко мне. Идемте со мной, – почти шепотом и как-то гипнотически произнес он.
Что с моей рукой? Она тянется вперед. Что за фокусы? Я сопротивляюсь, но все тщетно. Взяв меня за руку, Соломон обнажает белоснежные зубы и улыбается.
— Теперь вы будете моей, – чуть слышно и как-то холодно произносит он.
В этот момент его кто-то хватает за горло и отбрасывает в сторону.
Ропис. Неужели он появился. Ропис закрывает меня своим телом и становится ко мне спиной. Я прижимаюсь к нему. Он поворачивается и нежно смотрит на меня. Что это был за взгляд полной нежности. Впервые вижу такое выражение у него на лице. А может просто раньше я не замечала этого.
— Как глупо с моей стороны, я ослабил свою защиту. Все потому что, я слишком сосредоточил свое внимание на госпоже Каре, – сказал Соломон.
Я выглядываю, все еще прижимаясь к Ропису. Соломон отряхивает с себя листья и небрежно поднимается.
— Боюсь тебе здесь нечего делать. Джейн моя! – угрожающе сказал Ропис.
Моя? Мое сердце вдруг забилось чаще от этих слов. Но почему…
— Ох, Ропис ты ничуть не изменился. Остался таким же собственником. Джейн? Это её человеческое имя. Называй её подобающе, её имя Кара – небрежно произносит он. – Но, знаешь ли, не тебе решать, как ей поступать! – на этот раз он говорит это очень угрожающе и бросает взгляд на Рописа.
Минуту они просто молча, стоят и смотрят друг на друга. Я чувствую от Рописа огромную энергию. Соломон резко направляет руку в сторону Рописа и тот незамедлительно делает тоже самое. Это похоже на противостояние взглядов. Со стороны кажется, что они просто буравят друг друга глазами. Но на самом деле в их руках у каждого по маленькой сфере. У Соломона алого цвета, как кровь. А у Рописа голубого, как и его глаза. Какой-то противоестественный цвет, который до сих пор даже в сравнении ни с чем не идет. Какой же он красивый…
Стоп. О чем я думаю?
Смотря на них, я вижу, что между ними идет тяжелая борьба. Ропис еле слышно вздыхает, и я понимаю, что он на пределе. А Соломон даже бровью не повел.
— Сдавайся Ропис! – улыбаясь, торжествующе говорит Соломон. – Ты уже так давно не принимал пищу. Как ты только держишься? – ухмыляясь, произносит он.
Ропис даже бровью не повел, а еще сильнее напрягся.
— Знаешь если бы эта была обычная схватка, думаю, ты бы победил. Но сейчас ты ведь очень ослаб. К тому же я не могу показать госпоже Каре, что я проигрываю. Тогда она точно меня отвергнет, – надув губки произносит он.
Да он, что с ума сошел! Я никогда не приму такого, как он. Соломон приближается ко мне и Ропису, осторожно идя к нам, как змея. Он поднимает руку и посылает Ропису силовое поле. На, что Ропис падает, и кровь начинает литься у него из плеча.
— Ну, вот и всё! – спокойно произносит Соломон. – Теперь госпожа точно станет моей, видишь ли, Ропис ты ведь из светлых, поэтому на тебя моя сила подействует, как яд. Через несколько минут ты исчезнешь! – с торжеством в голосе говорит он и смеется.
Исчезнет! Проносится в моей голове. Нет, он просто не может исчезнуть. Не может, потому что… Потому что он дорог мне и я никогда его не отпущу. Говоря это, я не понимаю, что говорю все вслух, Ропис и Соломон в шоке смотрят на меня. И только теперь я вижу, вокруг себя тьму, неописуемо черную и манящую к себе. Я подхожу к Ропису и ложу руку на его плечо. Рана затягивается и вот уже на его коже не остается и следа её недавнего присутствия.
После этого я угрожающе смотрю на Соломона, и тот невольно отступает. Я чувствую свою силу, она переполняет меня.
— О, госпожа должен заметить, что вы еще прекрасней, чем я думал, – произносит Соломон.
На что я лишь скалюсь и выпускаю на него свою силу. Он успевает отскочить, но его все равно задело. Соломон с восхищением и обожанием смотрит на меня, от чего у меня отвращение к этому красивому, но ужасному на сущность демону.
— Госпожа вы нанесли мне сильный урон, сегодня я уйду, но я обязательно приду за вами, очень скоро… — говорит Соломон и кланяется мне.
Земля под его ногами исчезает, и он пропадает, где-то в недрах Земли. Хотя судя по всему, я не думаю, что он в недрах, скорее он перешел в другой мир.
Оборачиваясь, я смотрю на Рописа, он смотрит на меня, а в глазах столько нежности и любви, что мне становится не по себе от этого. Он всегда так на меня смотрел или только сейчас из благодарности. Но благодарность ли это, кто знает…

Глава 6. Роковая встреча.
После того случая прошло несколько дней и я готовлюсь к встрече со своей сестрой, светом во тьме — Небирой. Ропис рассказал, что теперь моя сила пробудилась, и Небира знает об этом. Рано или поздно, она нападет, поэтому я решила первая пойти к ней, а именно в другой мир, являющийся мне родным.
Мы с Рописом, сидим и греемся у камина, сегодня погода на улице просто ужасная, из-за этого почти весь день мы вынуждены сидеть в четырех стенах. После недавнего признания, мне не по себе с ним наедине, хотя мы и так всегда вдвоем. Он брат моей матери и исходя уже из моральных принципов, которые все же у меня имеются, я просто не могу его любить, как дорогого мне человека. Все последние дни, я размышляю о том, что я буду делать при встрече со своей сестрой.
Витая очень далеко от этого места и представляя себе свою сестру, я даже не замечаю пристального взгляда Рописа. Вскоре он подходит ко мне и интересуется моими мыслями. Впервые, Ропис так открыто спросил у меня о моих мыслях.
— Как ты себя чувствуешь? Тебя что-то тревожит? – обеспокоенно спрашивает он.
— Да, — не уверенно начинаю я, — меня волнует очень много вещей. Начиная от значения моей судьбы, и до того момента что я буду делать встретись с Небирой.
— Знаешь, это не просто делать выбор в жизни, я ведь не понимаю людей, но просто хочу сказать тебе совет из наблюдений, которые я сделал, следя за жизнями людей. Порой бессмысленных жизней, а порой и значимых. И у тех, и у других, был поворотный момент в жизни и выбор, предоставленный им судьбой. Но вопрос лишь в том, что каждый из них выбирал. Кто-то сдавался судьбе, а кто-то из-за всех сил боролся. Были и те, кто не делал ни того, ни другого. Просто плывя по течению, не противясь судьбе, при этом и не подчиняясь ей. Вопрос только в том, что выберешь ты…
В его словах скрыт ответ для меня, Ропис пытается помочь мне и подбодрить. Но, почему он с такой тоской говорит о людях, и о том, что он их не понимает. Почему, он говорит с такой грустью.
— Можно задать тебе вопрос? – осторожно спрашиваю я, на что, тот молча кивает. – Почему ты с такой тоской говоришь о людях?
Ропис молчит, затем тяжело вздыхает и смотрит мне в глаза.
— Ты правда хочешь знать? – спрашивает он, таким тоном. Что мне становится не по себе, но я все же решительно говорю «Да!»
Ропис смотрит в угли огня и начинает тихо говорить, что мне приходится прислушиваться, чтобы услышать его.
— Тогда тебе сначала надо узнать о рождении мертвых. Как я уже говорил ранее, мертвые — это опавшие листья жизни. Ну, ты, наверное, особо не поняла, что это означает. Мертвые, это те, кто не должен был появляться на этом свете. Не должен познать человеческой жизни, её горя, счастья и удовлетворения. Все эти чувства не доступны нам. Мне было семь месяцев, когда моя мать решила покончить со мной – на этом моменте он тяжело закрыл глаза. – Моя мать ненавидела меня, потому что не желала портить свою фигуру. Она была известной моделью в Италии, и для неё я был, как крест на её карьере. Но её возлюбленный, и мой отец, не желал ничего слышать, он жаждал моего рождения, так как хотел себе наследника. Вскоре мать начала толстеть, но она все равно стягивала живот, как могла, поэтому я не мог должным образом развиваться. На шестом месяце отец узнал, что я скорее всего рожусь с отклонениями или инвалидом на всю жизнь. Он сразу же отказался от ребенка и бросил её. Моя мать проклинала его и винила во всем меня. Она била меня, не жалея даже себя. На её животе было очень много синяков и порезов. Я хоть и был ещё эмбрионом, но все чувствовал и, к сожалению душа моя не понимала, в чем же я так провинился. Аборт делать было уже поздно, поэтому мать обратилась к специальному врачу, где было уговорено вырезать меня. Естественно, все это было строго конфиденциально, поэтому операцию быстро и успешно провели. Я был вырезан и остался жив. К большому сожалению, я все-таки был жив и более того здоров. Когда врач, проводящий операцию, сообщил об этом моей матери, она пришла просто в ужас. Она сама своими руками, несмотря на восклицания врача, убила меня. Точнее задушила, – Ропис горько усмехнулся, и сглаз его потекли слезы, полные горечи и желчи. – Вот так, я появился, а точнее не появился на свет и стал мертвым. Меня причислили к светлым, потому что душа моя была чиста и невинна. Это должна была быть моя первая жизнь. Если бы она была второй, то я бы переродился. Но жизнь сразу же отвергла меня, не дав мне даже вдохнуть её запах. Затем я познакомился с твоей мамой Иланой. Зевс, её отец, окрестил меня и сделал её братом. Илана растила меня, как родного и, вырастив, я полюбил её, но не только, как сестру. Но я никогда ничего подобного ей не говорил. Илану хоть жизнь и отвергла, но она никогда не печалилась, и не отчаивалась. Она говорила, что если б смерть не настигла её в первой же жизни, то она бы никогда не встретила меня. Я никогда не понимал её до конца, но был очень счастлив от её слов. А так как, мы достигали совершеннолетия и не старели, то вскоре мы с ней стали ровесниками. Нас мертвых очень мало, потому что мы не должны были вообще существовать, это, как сбой в огромной системе жизни. Мы не можем иметь детей и наша цель помогать функционировать настоящему живому миру, в котором мы сейчас находимся. Но никто не мог и подумать, что светлые и темные мертвые встретятся, а о том, что они полюбят друг друга и будут вместе никто и не помышлял никогда. Так случилось с Иланой и Люцифером, полюбив друг друга, они мертвые смогли дать жизнь вам с Небирой. Кто бы мог подумать, что такое вообще возможно, ведь до них такого никогда не было. Ты хотела знать, почему у меня такая тоска, грусть, вот и ответ – закончил Ропис.
А я не могла поверить в жестокость и дикость людей до такой степени. Ропис остался светлым даже после того, что с ним сделала его мать. Он на самом деле светлый. Я приобняла его и вытерла слезы. Мы смотрели друг другу в глаза. Его голубые глаза, такие прекрасные и такие родные. Ропис закрыл глаза и поцеловал меня. Это был невинный поцелуй, в котором была выражена такая любовь и нежность, что любой на месте Джейн умилился бы и был счастлив.
После этого рассказа мы с Рописом заснули у камина, так и не разжав объятья.
Проснувшись, я впервые почувствовала пробуждение. Я была счастлива и смотрела на спящего Рописа, во сне он был еще прекрасней, потому что не хмурился и лицо его принимало безоблачное выражение лица. Так продлилось не долго, Ропис открыл глаза и с удивлением посмотрел на меня. В его глазах был неописуемый восторг и немой вопрос.
— Я спал? – изумленно произнес он. – Но ведь мертвые не спят, – словно споря с собой, сказал Ропис и посмотрел на меня. – Это все ты, Джейн, – с нежностью сказал он и погладил меня по щеке. — Не могу поверить, что такое возможно, но это так! Я спал впервые за свою мертвую жизнь. Я спал и чувствую радость и восторг, хотя до этого ничего подобного не чувствовал, а лишь тень этих чувств. Я чувствую любовь, – сказав это, Ропис взглянул на меня и обнял.
Я же молча слушала его и удивлялась схожести наших мыслей, до этого я чувствовала лишь тень этих чувств и ничего даже близко похожего. Мо долго молча сидели, обнявшись, и осмысляли новые чувства, которые мы впервые за свою мертвую жизнь приобрели.
Через день мы выдвинулись по настоянию Рописа в путь. Нам предстояло пересечь этот мир с помощью специального заклинания и рун, и встретить Небиру, которая была уже не в силах, как и я, ждать ожидания от встречи с сестрой-близнецом.
Перед этим путешествием, я бы хотела попрощаться со своими друзьями и навестить могилу Эллы. Так как я не знала, вернусь ли я когда-нибудь ещё в этот мир, в котором я провела начало своей жизни.

Мы пришли на могилу Эллы, внутри которой был обезображенный труп. До сих пор я не хотела думать о своей семье, но глядя на могилу невольно вспоминала об этих монстрах. До этого дня мысли мои были не о них, а о своей сестре и нашей ситуации. Но, стоя сейчас над её могилой, я отчетливо вспоминала все те дни, проведенные со своей семьей. Вспоминала язвительные слова своей сестры, ухмылку матери и безразличие отца.
Я положила цветы на могилу и подумала, что Элла была самым дорогим человек в моей жизни. Она была моей семьей, она была моим убежищем. Элла, милая, надеюсь ты сейчас в лучшем месте. Я плакала, плакала так, как никогда не плакала, не сдерживаясь, навзрыд, потому что сил больше не было. В этом мире очень мало людей, которые мне дороги. В людях я часто замечала зависть к себе, но любви или искреннего дружелюбия в их поведении никогда не было.
Сидя так, поддерживаемая Рописом, я и не заметила приближающиеся шаги. Я быстро обернулась и всмотрелась в лица приближающихся. Это были Ханна, Майя, Кирстен и Оливер. Те не многие, кто любил меня. Я улыбнулась, не веря, своим глазам и побежала им навстречу. Все дружно меня обняли и начали расспрашивать о том, где я пропадала, и что случилось с моей семьей. Оказалось, что по официальным сведениям, которые дал мой отец, в доме произошел пожар, в течение которого Элла сгорела, а я без вести пропала. Все были очень счастливы меня видеть, а я благодарила судьбу за предоставленный мне случай. Но все оказалось не так безоблачно, вслед за моими друзьями пришла и моя семья.
Джессика шефствовала впереди, а позади неё по обе стороны шли мои мать с отцом. Глаз у всех были, как и в нашу последнюю встречу черную, а зрачки красные.
— Давненько не виделись! — злобно сказала Джессика и направила в нашу сторону энергетическую волну.
Я вовремя её остановила и заметила, что я почти ничего не почувствовала. Я улыбнулась, но это был скорее оскал. На что Джессика лишь громко фыркнула.
— О, я вижу, ты тоже решила навестить могилу Эллы! – притворно учтиво сказала мать.
На что я лишь огрызнулась. Повернувшись назад, я увидела своих друзей, в их глазах был страх, не только к моей семье, но и ко мне. Они в ужасе отступали передо мной.
— О, боже твои глаза! – испуганно сказала Кирстен.
Что с моими глазами не так. Я искренне не понимала их, до тех пор, пока Ропис не создал маленькое зеркало и я увидела их. Два глаза, я ожидала увидеть свой природный цвет, но увидела две пары налитых, словно кровью глаза. Я в ужасе подалась назад и разбила зеркало. В это время от всего увиденного Джессика громко рассмеялась. В этот раз я не сдерживалась, я выпустила всю свою силу и направила на неё. Она не успела отступить и сжарилась прямо на месте. Я ухмыльнулась, мне не было жаль её. И от увиденного зрелища я получила лишь удовлетворение, и меня не пугал сей факт, что это мое первое убийство. Наоборот я получила незабываемый восторг. Следующую волну я направила на мать с отцом. Отец легко увернулся, а мать горела на моих глазах и в ужасе кричала. Эта картина подействовала на меня, как-то удручающе. Мне было скучно. Я перевела взгляд на отца, тот смотрел на мать не то с тоской, не то с жалостью. Затем наши взгляды встретились, он улыбнулся, прямо как в детстве. Я на секунду поколебалась, и отец нанес мне удар, Ропис закрыл меня собой и принял весь удар на себя. Отец направил энергетическую волну на моих друзей, я вновь замешкала, и Ропис поставил свой щит и вновь отразил атаку отца. Я не понимала, почему он настолько силен, почему я не могу убить его, как сделала это с сестрой и матерью до этого. В силу моих моральных принципов, меня ничуть не волновало, что мы, когда то были семьей. Сейчас я чувствовала лишь маниакальную потребность в убийстве. Я и не заметила, как черная энергия обволокла меня. Но из моих дум, как бы поскорее прикончить отца меня вывел голос Ханны.
— Остановись Джейн! Что ты делаешь? – неистово закричала Ханна.
Впервые вижу, чтобы Ханна так кричала. Я взглянула на подругу и поняла, что та ещё не потеряла веру в меня.
— Берегись! – услышала я голос Майи.
Но, не успев отреагировать, я оказалась в каком-то темном месте. Я чувствовала, что где то рядом отец, но везде была непроглядная тьма, так что я ничего не видела. Наконец он появился, и я хотела направить свою силу на него, но ничего не получалось. Вокруг появился огонь, а я ничего не могла поделать.
— Ты находишься внутри моего барьера, сейчас ты не можешь использовать свою силу, – спокойно сказал отец, смотря прямо мне в глаза. – Успокойся Джейн, я собираюсь просто поговорить.
Чувствуя свою беспомощность, я выжидающе смотрела на него.
— Ну, что ж начнем, думаю, – начал отец – как ты уже заметила я сильнее тебя, подумай о причине Джейн.
Он разговаривает со мной, будто ничего не случилось. Говорит мое имя так, будто я его дочь.
— Я сильнее тебя, потому что знаю исток нашей силы Джейн. Наши потенциалы равные, но из-за того что ты не можешь отпустить дорогих тебе людей, ты слабее. Отпусти всех, так же, как ты отпустила меня в тот день, – вкрадчиво произнес отец.
После этих слов в моей душе пробуждается надежда. Надежда на то, что отец специально это сделал.
— Джейн, когда один из светлых принес тебя в мир людей, я сразу почувствовал эту жажду крови и одновременно грусть и одиночество, которые испускала твоя аура. Я взял тебя к себе, так как я сильнейший из темных, знающих свои истоки, в надежде обучить тебя всему, что сам знаю. Как ты знаешь, в нашей семье никогда не было взаимопонимания и поддержки, то ты познала законы выживания, будучи еще ребенком. Я так запланировал, поэтому взял этих двух пустышек, зная, как они себя поведут. Иными словами я манипулировал ими и твоей жизнью, – спокойно сказал отец.
— Да как ты только мог! – закричала в гневе я.
Я со злостью попыталась ударить его, но он легко перехватил мою руку.
— Пойми Джейн, ты слаба. Ты должна отпустить всех и выпустить свою истинную сущность наружу. Не сдерживай себя.
— Нет! – рыкнула я.
— А что ты будешь делать, когда встретишь свою сестру. Уж она явно не настроена, к тебе дружелюбно. Позволишь ей убить себя или убьешь сама. Что выберешь Джейн?
Что я выберу? Вся моя сущность хочет убить Небиру, но я не хочу убивать сестру.
— Перестань бороться Джейн, ведь ты явно выберешь не первый вариант. А может, существует третий вариант? – с этими словами он отпустил мою руку и исчез.
Я обессилено опустилась на землю и увидела вокруг себя, то злополучное кладбище.
— С тобой все в порядке? – подбежав, спросил Ропис.
— Третий вариант… – только и смогла произнести я.

Глава 7.Третий вариант.
На том месте, где я была, были выжжены слова: «Чем гуще тьма, тем светлее свет. Без друг друга существовать они не могут».
Эти слова оставил отец, он пытается помочь мне. Он говорит, что я и Небира не можем существовать без друг друга. Иными словами если я абсолютная тьма, то без меня и не будет абсолютного света. Кажется, я поняла, что он имел в виду под третьим вариантом. Я вновь посмотрела на его слова и улыбнулась.
Ропис стер память моим друзьям о недавнем происшествии, и мы вновь пустились в путь. Я отпустила своих друзей, отпустила Эллу и отпустила свою семью.
Мы провели ритуал, и перешли в другой мир. Это оказалось очень длительным и утомительным процессом. Перейдя грань, я увидела летящие участки земли. На каждом из них почти ничего не было, а вокруг была обволакивающая тьма, а сверху и снизу проглядывал яркий свет. Ропис сказал, что это места истоков. Это место казалось очень притягательным и не менее удивительным. Затем Ропис взял меня за руку, и мы полетели на другой участок земли. Это было так захватывающе, Ропис летел и держал меня с собою. Мы гармонично двигались, и я то и дело озиралась вокруг. Наконец мы приземлились на огромный участок, где нас уже поджидала группа мертвых. Их было шестеро, и все были в капюшонах, так что их лица оставались незримыми. В центре стояла фигура, а её окружали пятеро. Посмотрев на фигуру, я поняла, что это моя сестра. Она сняла капюшон, а за ней незамедлительно и её свита. Я поразилась, посмотрев на неё, она так сильно была похожа на нашу мать, из воспоминаний Рописа, что складывалось ощущение, что это действительно она. От неё незримо исходил свет, а её глаза излучали жизнь. Вокруг неё стояли парни, каждый обладавший неземной красотой. Небира внимательно посмотрела на меня, а затем остановила взгляд на Рописе. При виде Рописа Небира нахмурилась и вновь посмотрела на меня. Я все также не отводила от неё взгляд, и изучала. В глубине души мне хотелось подойти поближе к сестре, но я понимала, что это будет расценено, как угроза.
— Ну, здравствуй сестра! – высокомерно сказала я.
Небира нахмурилась, а свита еще плотнее окружила её, на что я лишь усмехнулась.
— Почему ты с ней, Ропис? – ласково спросила Небира.
Сейчас в её глазах не было ни капли ненависти, только всепоглощающая любовь. Из этого красноречивого взгляда я поняла, что Небира тоже любит Рописа. Интересно почему являясь полными противоположностями с Небирой, мы влюбились в одного и того же «человека».
— Небира не трать свои силы на расспросы, – лаконично ответил Ропис.
Небира бросила свой взор полный ненависти на меня.
— Всё из-за неё! Чем она тебе угрожает, скажи мне! – властно сказала Небира, при этом я наблюдала резкую перемену в её взгляде, от гнева до любви.
Ропис тяжело вздохнул, казалось, что ему уже порядком надоели её расспросы.
— Она не угрожает. Я просто люблю её, – сказав это, он сократил между нами расстояние, и приобнял меня сзади за плечи.
Ропис впервые сказал эти слова. На коже появились мурашки, а на щеках румянец. Услышав ответ Рописа, Небира пришла в ужас, во взгляде её прослеживалась теперь не только гнев, но и ярость с обидой, направленные на меня. Но мне сейчас было не до неё, я до сих пор прибывала в легком шоке от признания Рописа.
— Ясно, – ответила Небира и устремила свой взор куда-то вдаль. – Схватите её, мы должны уничтожить этого монстра! – жестко сказала моя сестра.
Сердце от её слов легко кольнуло. Я представила, как Небира улыбается и смеётся, ведь это ей подходит намного больше, нежели гнев и ярость.
Они двинулись и напали быстрые, как молнии. Трое окружили Рописа, а остальные набросились на меня. Небира стояла в стороне и наблюдала за происходящем и ей это было не по вкусу, она не любила подобные зрелища, ей казалось, что лучше всегда решать все компромиссом. Но Небира знала, что так не получится сделать с Карой. Ведь Кара – воплощение зла и коварства. Смотря на сестру в драке, Небира не могла не отметить того, что Кара очень быстро и точно наносила удары, и также уходила от них. Вокруг её сестры была манящая, как магнит энергия. Ну а сама она была такая же прекрасная, как и сама Небира. Природа их красоты очень разная. Но эти две девушки обладали непорочной и редкой красотой, которую вряд ли встретишь среди живых.
Эти двое сильны, но меня это точно не остановит. Я сделала энергию в виде молний, и они упали от столь мощной и быстрой атаки.
— Жаль сестра, но твои слуги очень слабы, – спокойно произнесла я.
— Это не все, – ответила Небира.
И сзади неё появились ещё десять парней, столь прекрасных, сколь и сильных. Тех, что Кара поразила, уже успели подняться. Они явно находились в меньшинстве, их было всего двое против пятнадцати воинов и их сильной повелительницей. Пятеро кинулись на Кару, но кто-то отбросил их силовым полем. Обернувшись, она увидела Соломона и своего отца.
— Здравствуй госпожа моя. Почему ты не позвала меня. Мне так обидно, – произнес Соломон, надув губки и сразил двух воинов. – Не смейте прикасаться к моей госпоже! – зарычал он.
Кара перевела взгляд на отца, но тот не смотрел на неё, а лишь сразил еще нескольких воинов. Ропис в это время уже расправлялся с шестым противником, что относило его к сильнейшим из светлых.
Кару окружили с трех сторон и не давали даже к ней подступится. Она недоуменно смотрела на своего отца и не понимала, причины по которой он здесь сражается. Про Соломона, Кара уже давно поняла, что ей этого мертвого никак не понять. Поэтому она не утруждала себя искать причины, по которым он мог здесь находиться.
Взгляды Кары и Небиры встретились, эта схватка между ними была неизбежна. С самого рождения они понимали, что когда-то одна из них должна умереть от рук второй сестры. Их энергии встретились, и произошел взрыв. Ропис и остальные успели защитить себя щитом. Но им было очень тяжело сдерживать эти две столь ужасающие силы. Дым обволок округу, а от участка земли мало, что осталось. Вдруг в дыму показались фигуры двух сестер, одна из них лежала на земле, а другая выжидающе стояла. Вдруг земля под Небирой начала разваливаться и она упала. Она была без сознания, поэтому ничего не могла сделать.
«Вот, значит, как все закончится», — подумал про себя «отец» Джейн.
Но Кара была с этим явно не согласна, она прыгнула и схватила сестру, спасая её тем самым от смерти. Кара положила её, и Небиру окружила её свита. Один из воинов подошел к Каре и улыбнулся. Она была очень тронута этим знаком.
Небира открыла глаза и увидела сестру, она нахмурилась и попыталась встать.
— Сестра, запомни, чем гуще тьма, тем светлее свет и наоборот. Запомни мои слова, до скорой встречи. Выздоравливай или снова проиграешь, и тогда я точно тебя прикончу, – улыбнувшись, сказала Кара и исчезла во тьме.
Небира надулась, но в душе поняла, о чем толкует сестра.
Кара понимала, что её сестра дралась не в полную силу. В тот момент, когда их силы встретились, она поняла, что Небира специально не использует свою силу в полную, просто потому что не хочет причинять боль своей сестре. Все-таки она абсолютный свет, да и просто хорошая сестра.

Уйдя на другую сторону этого мира, Джейн остановилась. За ней остановились и следовавшие за ней три фигуры.
— Почему ты пришел? – сказала она, посмотрев на своего отца.
— Хотел лично лицезреть, что же ты будешь делать, – спокойно ответил он.
— Ну, тогда зачем защищал меня?
— Я скажу тебе свое имя. Запомни его Джейн, мое имя Крон, – серьезно сказал Крон, игнорируя предыдущий вопрос Джейн и растворился.
Повелитель времени Крон, пронеслось в голове Джейн. Но если верить мифологии, то он должен быть в Тартарах.
— Я приду, только позови меня, – сказал Соломон и тоже исчез.
Джейн осталась вместе с Рописом и двое возлюбленных обнялись после нелегкой схватки и ушли так далеко, что кто знает, когда они снова явятся.
А Крон в это время улыбнулся и вспомнил одно из давних воспоминаний. Ему, как повелителю времени доступно видеть многие вещи и мысли, как и мертвых, так и живых.
— Ты должна убить её! – разносились вокруг голоса. – Убей её!
Кара в непонимании смотрела на свою только родившуюся сестру и чувствовала всепоглощающее желание убить Небиру.
— Давай же сделай это! – шептал Аид.
Кара обволокла шею сестры своей энергией и начала душить. Но посмотрев в её глаза, она отпустила энергию. Тогда Кара сама не понимала, что уже сделала роковой выбор. Она улыбнулась и залечила рану сестры.
Илана и Ропис удивленно смотрели на малышку. Темная энергия лечила светлую. Они оба улыбнулись. Илана ласково улыбнулась и взяла Кару на руки.
— Надеюсь, в будущем ты поступишь так же! – нежно изрекла из своих уст Илана и поцеловала малышку.
Крон вспомнив это вновь улыбнулся.
— Нет, все-таки мертвые, как и живые не меняются! – с этими словами, он с громким смехом удалился.
Я не смогла изменить свою природу. Но я поняла, что в мире должно быть и зло. Потому что если не будет зла, то все забудут, что такое добро. Я зло в этом мире. Я не собираюсь уничтожать его. Я просто собираюсь быть злом, которое порождает добро. Чем светлее свет, тем гуще тьма и наоборот. Ведь всякое начало есть конец, а конец это начало. Пойми это и открой новую истину в своем сердце.

Sego Sora
Автор
Автор не рассказал о себе

Свидетельство о публикации (PSBN) 31049

Все права на произведение принадлежат автору. Опубликовано 26 Марта 2020 года

Рейтинг: +1
0








Рецензии и комментарии 2


  1. Мамука Зельбердойч 26 марта 2020, 21:46 #
    Этот рассказ про каждого из нас.
    1. Sego Sora 26 марта 2020, 21:49 #
      В каком-то смысле да

    Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии.

    Сказка о горе, звезде и море 2 +1
    Рождение Йоко 0 0
    Иллюзия обмана 0 0
    Летний сон 0 0

    Ужасные новогодние каникулы

    Фрагмент из книги «Ведьма» Николай Углов ЛитРес, Амазон, Озон и моб. прилож. тел.

    Случилось это давно. Мы с братом учились в Пихтовской средней школы (я — в восьмом классе, он — в девятом) Новосибирской области и жили на квартире. До облас.....
    Читать дальше
    199 1 +1

    Справедливость

    И воздастся каждому по делам его, но не после смерти… В последние минуты жизни к каждому придет своя Смерть, каждый заплатит свою цену, каждый уйдет своей дорогой... Читать дальше
    512 0 +1

    Портрет

    Уже два года Игорь существует на дне озера безысходности, и вроде бы даже привык к мерному течению одинаковых дней. А что тут плохого? Меньше переживаний, меньше волнений. Каждое утро начинается одинаково, переливается в день и заканчивается вечером...... Читать дальше
    71 0 0




    Добавить прозу
    Добавить стихи
    Запись в блог
    Добавить конкурс
    Добавить встречу
    Добавить курсы