Пиши .про для писателей

Новый поворот

Автор: Алексей Yakut

Новый поворот
Пролог
Наступило утро, за окном после ночного дождя, было еще мокро, но нежное, новое солнце начало греть черный асфальт.
Птицы давно уже не спали. Не спала и одна женщина, в белой палате она всю ночь не могла уснуть.
Она чувствовала, что близок тот миг, когда на свет появится еще одно, но только ею любимое создание. Сознание помутилось,
вот начались те ужасные, и столь желанные минуты… он идет.
Спустя пару часов все кончилось, она обняла всего измазанного ее кровью, маленького и ревущего малыша.
Тогда-то я и родился. Я был маленьким, лысым, с большой головой, непонятно зачем плачущим комочком. У меня были зеленые глаза.
Как ни странно цвет их не изменился, только стал более глубоким, да и голос из ревущего и визжащего превратился в четкий, ровный тенор. Мне 20.

До этого дня я не раз задавал себе вопрос: зачем мы здесь, для чего и почему? Но так и не находил ответ.
«Прекрасный день»- подумал я.
Мне никогда не приходило в голову, что в 20 лет, именно в первые часы этого числа, в голову приходят многие мысли. Мысли о прошлой жизни,
о том многом что сделано, и как много еще осталось сделать. Вот ты только делаешь свой первый шаг, а вот тебе уже 20.
Не у многих, получается, осознать ошибки, совершенные в юности, да и я врать не буду — многого не понял.
Ты просто идешь вперед, идешь и не замечаешь тех лет, потраченных зря.
Сколько было моментов, когда я тратил время на пустые обиды, сгоряча брошенные слова, и любовные огорчения.
А ведь, оглядываясь назад, я вижу, что многое и многие были так глупо потеряны мной.
«Пришло время все менять»- стучалось мне в затылок…

Прошел день рождения, и все потекло по-прежнему: те же обиды, те же друзья, тоже непонимание мира.
Все было плохо. Я каждый день ссорился с девушкой, у меня не было работы, я устал от нехватки денег. В общем, все как у всех в моем возрасте.

Новый год.
Денег по-прежнему нет, работы тоже не нашлось, не то чтобы я не искал ее, ее действительно не было – в стран экономический кризис.
Да, по поводу девушки… Праздник встречал я с ней, хотя терпеть ее сил не было. Я напился и заснул, когда я
очнулся от чьих-то поглаживаний, я допил коньяк и снова лег в постель. Так я перешел в следующий 2009 год.
Год, который сильно изменял меня.

2009.
Год не обещал быть легким… Радует одно: я так или иначе разошелся с той девушкой. Да, пустота окружила меня…
Но я быстро нашел выход, я переехал к другу на квартиру. Мы убивали время пивом, музыкой, девушками, мир начал приобретать краски…
Через некоторое время меня начало не устраивать такое существование… Я начал снова писать стихи…

хочу тебя я проклинать
хочу тебя любить
хочу рукой тебя обнять
другой хочу убить

мой ум одну благословляет
а тело хочет всех любить
мой грех тебя одну желает
что ж сердцу трудно запретить

Один я и глаза ослепли
с тобою рай лишь вижу я
и звезды как-то вмиг поблекли
и в пропасть бросил я себя

теперь свободным духом рьяно
ищу тебя за той чертой
и мне плевать, что слишком рано

расстался так вот я с тобой

И еще несколько.

***
Я рос без отца, в том смысле, что я не знал своего биологического родного папу. В нашем мире часто бывает, что женщина рожает от одного, а живет с другим, и ребенок лишь в зрелости узнает об этом. Со мной была другая история, я знал правду, но меньше от этого я не стал любить отчима. Бывало, часто закрывался в комнате, или ночью на кухне писал свои стихи, ходил во многие спортивные секции, гонял мяч с пацанами во дворе, в общем, рос, как и все в моем предместье Москвы.
Пусть город был маленький, но дружный, жаль, что в 2002 году нам пришлось переехать в Москву, в город пробок, где небо и земля были одним, серым цветом от количества заводов и машин его загрязняющими. Но так уж вышло, маме предложили хорошую должность в одной из развивающихся фирм, и она согласилась. Тем не менее с институтом не заладилось, в Москве учиться было тяжело и я бросил учиться, и пошел работать на стройку, вовремя кризиса потерял работу, маме пришлось оплачивать мои расходы. Потом появился Андрей с Маринкой, и настроение у меня улучшилось.
Жизнь потихоньку начала обретать краски, но работу я найти пока не мог, так что продолжал заниматься поисками, повсеместно заполняя анкеты, звонил по объявлениям, да, и друзья помогали мне в поисках.

Как вдруг мне позвонили и предложили работу…

«1»
В одиннадцать утра я приехал к старому зданию в центре города. Обшарпанные стены, несколько забитых окон, подумал — " Опять кидалово какое-то", но делать было не чего…
Я позвонил и мне окрыли, я услышал свои шаги по старому паркету, эхо отражалось от старых, ветхих, в который раз перебеленных стен. Куда идти я не знал, я просто брел по длинному коридору.
Двери, двери, двери…
Я шел на ощупь, как будто меня что-то вело, я повернул направо и уткнулся в дверь с табличкой, на которой была эта надпись: “Работа, и ниже: Виктор Андреевич”. Постучал три раза.
Мне ни кто не ответил, я повторил попытку. И вдруг, когда я уже собирался уходить, за дверью послышался шум: не то шаги, не то, кто-то полз, «что ж поживем, увидим „- подумал я.
Дверь тихонько приоткрылась, я медленно, даже нерешительно прошел внутрь комнаты.
Волнение нахлынуло на меня. Ни с того ни с чего, сердце начало биться чаще. Со мной бывает такое в некоторые решающие, напряженные моменты. Сделав шаг внутрь помещения, я остановился.
Комната: свет поступает только из одного маленького окошка, старый, дубовый стол, заваленный какими-то кипами бумаг, чернильницей, три гусиных пера, и одинокий подсвечник.
У стен стояло по одному стеллажу, на том, что слева, с грубым переплетом ветхие книги с красными и синими закладками, а на правом, свитки пергамента, и зеленые бутылочки.
Больше в комнате ни чего не было.
Закрылась дверь, и за моей спиной очутился старичок, лет шестидесяти, в сером балахоне, лаптях. Лицо выражало приязнь, доброту, может даже доверие.
Старые уставшие, голубые глаза, выжидали моих действий.
-Добрый день, — только и смог выдавить я.
-Будь здрав, коль не шутишь, — улыбнулся старик. — Проходи, присаживайся, — он указал мне на стул, которого я, наверное, просто не увидел, когда вошел, странно…
-Спасибо, — я сел.
-И я присяду, не в ногах правды, — и сев напротив, уткнулся в меня изучающим взглядом.
Я смотрелся в этом месте чересчур нелепо, на мне были черные туфли, темно синяя рубашка, любимая, между прочим, и простые, хоть и дырявые джинсы, а и чуть не забыл, я вечно таскал на голове черную бейсболку с эмблемой американского виски» Джек Дениэлс “, то есть видок совсем не подходил к обстановке.
Какие только мысли не проносились у меня в голове.
Они были и о древних колдунах, драконах, битвах и праздничных турнирах в недалеком средневековье, еще там крутилось, что-то об инквизиции, а что мне есть чего бояться, я в церкви и то был всего раза три-четыре на Пасху.
В общем, мне было чем создать на лице преглупую гримасу.
-Ни чего так интерьерчик, — чуть не рассмеялся старик, как будто читая мои мысли.
-Да, и предположить не могу, что за работу вы можете предложить, я пытался поддержать беседу, скрывая свои догадки, и страхи. «Вот так и в погребах „СС“ начиналось с приятной беседы» — пришла в голову шутливая мысль.
-Ну что давай заполним анкету, и продолжим. Хорошо? — выдал древень, с улыбкой потянувшись к ящику под столом. Какой-то ситуация казалась комичной.
Передо мной упала бумажка, он протянул мне ручку и отвернулся к окну, с любопытством вглядываясь в проезжающие автомобили. Лист был пустым, не таким как во всех других местах, где я заполнял анкеты,
где работодатель записывал все интересующие его вопросы, оставляя место для ответов, это меня немного озадачило, и я обратился к собеседнику:
-Виктор Андреевич, А что конкретно вас интересует? Места работы, образование-это понятно, а что-то может о личности, увлечениях? — вопросительный взгляд.
-Молодой человек, — не прекращая своего занятия, вымолвил он, — мне принципе все это не нужно, хотя для отчетности начальству, конечно, пригодится, давайте так: коротко о работе, курю — не курю, и поспешите мне с вами еще нужно поговорить, я скоро заканчиваю, — и он замолчал, впивая взгляды уже в прохожих.
„Вот этот человек интересуется мной, как личностью, а не смотрит на меня через бумажки трудовой книги,- подумал я,-
Мне нравится такое отношение, так как я всегда искал себя, и свое место в жизни, а все видели во мне способ выгодно зарабатывать, но не мою сущность, желания. Ну, посмотрим, что же будет дальше?“
Я быстро закончил писанину, и положил ручку на листок, Виктор оглянулся на меня, забрал анкету, бросил ее обратно в стол.
-Знаете, уже поздно. Вы напишите, а лучше подумаете вот над чем: Чего вы хотите от жизни, зачем вам работа, и кто вы вообще такой, кем хотелось бы вам быть? И давайте встретимся во вторник в двенадцать часов. Ах да „парк Шевченко“ знаете? — я кивнул, — Вот около мяча в беседке я буду вас ждать. А теперь извините мне пора. Он протянул мне руку, всю изъеденную пигментными пятнами, подтверждавшими, что он действительно стар.
Мы пожали друг другу руку, я с вопрошающим и удивленным, он с любопытным взглядом, и расстались.
Выйдя на улицу, я достал из кармана пачку „Мальборо“, сделал пару хороших вдохов и побрел домой. По дороге я рассуждал, и поражался произошедшей со мной истории, хотя она, судя по всему, только начиналась…



»2"
По дороге я заскочил к другу, зовут его Андрей, он бармен и гитарист, а еще иногда пишет стихи.
Постояли, потрещали о новостях, главной из которых было рождение у Руслана сына на прошлой неделе. Я попросил у Андрюхи книжку Мураками" К югу от границы, на запад от солнца", пообещав занести через несколько дней.
Что самое странное, я даже и не вспомнил о моей попытке устроиться на работу, странно. Было двадцать минут четвертого, мы договорились, вечером встретимся сходить в бар с девчонками, или повисеть с гитарой во дворе.
И я, не прощаясь, сел на троллейбус, который шел в мою сторону. Приехав домой, я сразу уснул. Все-таки переживания после встречи с Виктором Андреевичем выбили меня из колеи.
Проснулся в седьмом часу от надрывающегося телефона, взял трубку:
-Да, Зай.
-Привет, где ты пропал? Значит, я звоню тебе, звоню, хочу тебя увидеть, обнять…
-Послушай, Зайка, я только проснулся, давай через часик у метро встретимся?
-Нет через часик это поздно, я с Кариной, сейчас идем к Андрею, ждем тебя, целую, жду, — и повесила трубку. Вот люблю решительных девушек, нет тебе вот этого, а когда мы увидимся? а мы пойдем в кино? а ты меня любишь?
Тут все понятно и ясно, я там то и там-то хочешь, приходи, жду, люблю ее.
Бросившись в ванну, я быстро по сухому сбрил что смог с лица, принял душ, и сунув в рот жвачку полетел к Маринке.
Вечер пятницы, как прекрасно, все выглядят довольными, хоть и уставшими за рабочую неделю, но полными сил на выходные, летят кто с цветами и шампанским, кто за мясом завтра на шашлыки, кто, просто купив конфет, довольный домой к детям.
Добравшись до места, я обнаружил их смеющимися на лавочке около Андрея подъезда. Подкравшись сзади, обнял Маринку:
-Угадай кто? — она перекрутилась в моих руках и чмокнула в щеку.
-Пупсик, ты быстро! — и принялась дослушивать анекдот.
-… и он говорит: я ж не знал! — и все залились хохотом, кроме меня, я стоял в недоумении, улыбаясь.
-Здоров, Лех! — пожал мне руку друг, — Ну что катим уже в клубец? Я как раз успел забрать недельную зарплату? — и показал мне приличную пачку денег.
-Ого, — Карина игриво усмехнулась, прижавшись к нему.
-Ты же знаешь, я потом рассчитаюсь, подмигнул я Андре.
-Да забудь, поехали уже, Маришь, у тебя бесплатный? Вызови машину.
Мы дождались такси, и понеслись навстречу ночной столице. Уже в клубе я вспомнил о утренней встрече, странно а стула ведь не было…
Я быстро заставил себя забыть об этом, и отдался веселью, и окружавшим меня запахам джина, виски, кальянов, и самбуки, перемешанном с синим туманом сигарет.
Утро было тяжелым, поправив одеяло на моей Маришке, я, пошатываясь, добрался до холодильника, в поисках холодной «Колы». Девушка пролетела в ванную:
-Блин, мне же сегодня к бабушке, на картошку ехать надо, чуть не проспали!
-Мась, а тебе обязательно нужно ехать? — прохрипел, я из кухни.
-Ну а как же, она же там одна живет. Сейчас наберу папика, он меня заберет, и поеду, на пару дней. Ты будешь скучать?
-А как же каждые пять минут буду звонить,- мелькнула веселая усмешка, я открыл окно, закурил первую самую не вкусную сигарету.
-Эх ты, ничего в тебе святого, прижавшись еще мокрым телом ко мне, сказала Марина. С холодильника схватила телефон, и дозвонилась отцу.
Побежала краситься, раздался звонок, и она, одевшись, вылетела на улицу.
-Все до вторника, — чмок, и я остался один вдыхая запах любимых духов.
-Ку-ку, папик, — донеслось со двора. Взмахнув рукой на прощание, Маринка прыгнула в папину ауди. Будущий тесть кивнул мне в знак приветствия, увозя мою любимую на каторгу к бабушке в деревню.
Субботу и воскресенье я провел, валяясь в постели, смотрел кинопремьеры, пил пиво, спал, то есть всячески убивал время. В понедельник, как бы первый рабочий день, я прозвонил несколько объявлений в поисках работы, ведь на Бога надейся, а сам не плошай, у меня не было особенной надежды на Виктора Андреевича, и ничего не найдя, решил прогуляться по парку. Я вышел из бурлящего людьми подземного перехода на станции «парк Шевченко», Вокруг меня в бестолковом ритме сновали как зачарованные, о чем-то мечтающие студенты, на лавочках заметил сидящими несколько парочек стариков. Прогуливаясь, я неспешно добрел до «мяча» — памятника всем погибшим во Второй Мировой футболистам, в частности «Динамо», в том историческом матче с немцами, в оккупированном городе Киеве, их расстреляли после матча. Я присел на лавку около него, и мне вспомнились слова Виктора Андреевича: «Чего вы хотите от жизни, зачем вам работа, и кто вы вообще такой, кем хотелось бы вам быть? И давайте встретимся во вторник в двенадцать часов. Ах да парк Шевченко знаете? «И отчего-то мне стало дурно, а чего же я на самом деле хочу?
По большому счету над этим вопросом бились многие, далеко не глупые философы, психологи, физики я уже молчу про религию, те вообще рассорились на мелкие касты и ответвления, так как же я могу ответить на этот вопрос за один день? Правда у меня было больше времени, только я как-то прожив двадцать лет, так ни разу над этим и не задумался, странно… Неужели многие люди так ни когда и не зададут себе этот вопрос — кто я, и зачем? Мы тратим столько времени на преодоление материальных проблем, что совсем забываем о своем призвании, об окружающей нас природе, с каждым поколением у людей умирает сознание личности, борьба за идеалы, искусство становится менее изящным, все превращается в коммерцию. А вот когда начинаешь над этим задумываться, то либо гонишь эти мыли прочь, либо спиваешься. Я иногда просто поражаюсь своим мыслям, еще не спился, не гоню прочь, как же я такой умный и только третий месяц без работы.
Так все же надо ответить на этот вопрос для начала себе, и каким-то образом попытаться передать его Андреичу. Так, что я хочу от жизни? Наверное, как и все финансовой независимости, счастья, здоровья, ну ни знаю детей там красивых… Ну вот, с первым разобрались, кажется. Зачем мне работа, ну тут смотря что понимать под работой, если способ зарабатывать деньги, то с минимальными физическими затратами делать это — на завод я не пойду, а если смотреть как на самовыражение, то тут деньги не главное, как говориться: главное чтоб человек был хороший. Вообще хочется себя найти в чем то — полезном, и мне и людям, что бы работа, которую я делаю, была видна, не хочу считать пуговицы на компьютере, и чтоб она была связана с людьми, вот как у Андрюхи, например, сплошное общение. На работу я готов тратить почти все свое время, если она мне будет платить за это позитивными эмоциями, радостью. Вот, пожалуй, самое трудное — кто я такой? Да откуда ж я знаю, я со всеми веду себя по разному, но не скажу, что я двуличен, я могу грустить или смеяться невпопад, но психом меня никто в глаза не назовет, люблю животных — чужих, детей тоже люблю, люблю, когда вокруг меня всем, хорошо, и помогаю, когда плохо. Я общительный и дружелюбный, а вот еще главное я же пишу стихи, пусть и не гожусь в подметки Великим поэтом прошлого века, но и на современном фоне даже не плохо, все всегда удивляются — как ты можешь писать? когда, ты ведь всегда чем-то занят? да и не похож ты на поэта — высокий, сильный, красивый, а кто сказал что, поэты маленькие и страшненькие в очках „биноклях“? Вот ничего плохого про себя не скажу, да и кто скажет, для этого, наверное, и нужны анкеты — чтоб позвонить, спросить, что да как. Кем мне хотелось бы быть...? Футболистом, но только не в „Динамо“, не люблю их, очень много деньги там решают — я за талант.
Можно сказать что, подготовившись, со спокойной душой пошел в ближайший к дому киоск еще за бутылочкой пивка. Прогулявшись еще немного, я поехал домой.
Никто не звонил до вечера, потом набрала меня Маришка: как дела? Туда-сюда, в общем, стандартная процедура. Проговорив еще раз ответы для Виктора Андреевича, я отправился в постель.

»3"
Проснулся я в начале девятого, за окном моросил грибной дождик, но погода была ясная и теплая. Неспешно собравшись, я в десять с мелочью выбрался на улицу, дождь к тому времени уже прекратился. Денег было мало, поэтому я не стал ловить такси, и подался в метро, пока я ехал меня одолевали волнение и интерес, как же кончится моя встреча с Виктором Андреевичем? Выбравшись из подземки, я с мыслью — будь что будет, уверенным шагом направился к месту встречи.
Вот я и на месте, приехал я немного раньше, так что, расслабившись, забрался в беседку и стал вспоминать наш поход в клуб в пятницу вечером, Маринка так танцевала, что я только и успевал отбивать от нее парней, слава Богу, до драки не дошло. Андрюха с Каришей всю ночь провисели у бара, о чем то, увлеченно общаясь с нашим кентом Димоном, Андрей с ним вместе когда-то работал, там и познакомился с Каринкой. В общем гулянье удалось, все были довольны. Точно, чуть не забыл, мне ж Андрей дал книжку, и я углубился в чтение Мураками. Присев на лавочку близ детской площадки под “грибочком” напротив офиса будущего работодателя, я пропал в книге.
Из чужого мира меня вытащил голос:
-Добрый день, Алексей,- это был Виктор Андреевич, только выглядел он по другому, чистенький такой, аккуратный, приятно пахнущий человек, в пиджаке черного цвета на белую рубашку, прям депутат какой.
-Здравствуйте, — я подал ему руку, — Извините, не заметил, увлекательнейшая книга попалась.
-Понимаю, молодость, стремление к новому, читать никому не мешало бы, да побольше, приятно подмигнул мне он, и присел рядышком.- А то сейчас молодежь все по интернету шастает, да пиво по дворам пьет, куда мир катится? Ну что как провели выходные?
-Да, знаете, не плохо, отдохнул, девушка в деревне, так что я один дома хозяйничал, благодать!
-Понятно, давайте проедемся в кафе и там продолжим, а то смотрю дождь вот-вот продолжиться.
-Ничего не имею против, — встали, и он повел меня к черной «чайке», был такой ВИП транспорт еще в советском союзе, потом все на волги пересели.
Мы сели на переднее сидение, шафера не было.
-О, увлекаетесь, ретро автомобилями,- попытался я завязать беседу.
-Да есть грешок, люблю, знаете ли, поразмяться на старости лет, — и надавил на газ. Остановились мы около приличного заведения, «Акрополь» кажется, там я ни когда не был. Швейцар открыл нам двери, и мы вошли в большой зал на 30 столиков, но каким бы ни был он большим, всюду казалось уютно и комфортно, все столики в бежевых тонах, как бы отделены друг от друга светом, и мне сразу тут понравилось.
Впервые минут пятнадцать, пока нам несли обед, а для кое-кого и завтрак, речь шла ни о чем, о политике, последних новостях с востока, гражданской войне в Ливане, Виктор Андреевич был удивлен моими познаниями во всех темах, чему не раз уделил внимание. Нам принесли консоме и перепелов, и чуть позже вынесли страчетти из телятины, мне очень понравилось, передо мной поставили красивый бокал красного вина, как потом пояснил Виктор Андреевич-это было Мерло 1974 года, удачный урожай, вино было кроваво красным, и имело ярко выраженный запах розы.
-Ну что ж, думаю можно приступить собственно предмету нашей встречи. — Вы ведь, наверное, и историю неплохо знаете? Значит должны помнить, что во все времена, в разных странах существовали тайные ордены, секты, спецслужбы, культы запрещенных богов и так далее. Вы ведь не глупый мальчик, должны понимать, что они не могли ни куда исчезнуть, хотя есть и такие случаи,- он сделал паузу, давая мне время, как бы это и не казалось немного смешным, в наше- то время, время высоких технологий и интернета, говорить о каких-то культах и ведьмах смешно, но все же когда перед тобой сидит почтительный гражданин и с таким серьезным видом про все это говорит, то поневоле по телу пробегает дрожь.
Я кивнул, завороженный, так как передо мной материализовывались мои догадки и домыслы, в моей и без того замороченной голове рисовались сами собой всякие картинки возможного будущего, да что говорить и настоящего тоже, мне даже захотелось улизнуть от туда побыстрее. Вот только когда я глянул по сторонам, то, ни какого бара, официанток и тем более столиков поблизости не обнаружил, вокруг меня сновали люди одетые почем — зря, кто в разноцветных ливреях, кто в лохмотья, в пример тех, что был Виктор Андреевич в пятницу. Все казалось каким-то уже не шуточным, а мистическим. Все было похоже на сказки про колдунов, живущих в средневековых замках при королях или герцогах, на стенах в этом помещении висели большие красивые гобелены, изображающие какие то битвы, праздники мужчины на них в блестящих доспехах с плащами всех цветов радуги, прекрасные дамы в пышных нарядах, и самое странное много священников.
По-видимому, на картинах изображены были времена инквизиции, ищущей повсюду еретиков и ведьм.
Виктор Андреевич все так же сидел напротив меня и внимательно смотрел на меня, по видимому ожидал, что я упаду в обморок или заплачу. Но я спину не показал, я ведь собаку съел в компьютерных играх, начитался фантастики, в общем, меня это, по крайней мере, внешне, ни чем не удивило.
-Что это за место?- смог сказать я короткую фразу, ибо длинная выдала бы мое удивление.
-Это очень хорошо что вы спросили, я как раз собирался вам все объяснить — это замок Четырех стихий, в нем нет ничего необычного… для этого мира, — он сделал паузу, и продолжал,- Его построили наши предки для защиты ордена от святых отцов в одиннадцатом веке, он и еще несколько служат вратами, построенными в местах слияния наших миров, их всего семь, как и чудес света, правда, шесть из них с вашей стороны были разрушены, но как ты заметил, мы перенеслись не из Египетской пирамиды Хеопса, а из Центра Москвы. Как видишь не все тайны еще раскрыты, мы нашли еще несколько порталов, точек соприкосновения и возвели там новые переходы. Но оставим историю на потом… Тебя наверно интересует от чего ты здесь, зачем я тебя сюда привел?
-Да, знаете, есть такие мысли, я всегда рад приключениям, вот помню, однажды я подрался с парнями из соседнего двора…
-Оставим это для потомков, хорошо? Есть намного серьезнее проблемы сейчас, вы помните своего отца?
-А почему вы о нем в прошедшем времени говорите, насколько я знаю с ним все в порядке, он сейчас на севере поехал на вахту, с ним, что-то случилось?- я вперился в него испуганным взглядом.
-Нет, я говорю о Вашем настоящем отце. Мать что ни будь, говорила вам о нем?- отрицательный кивок, — Молодец она, сдержала клятву все- таки, Ваш отец не совсем тот человек, с которым вы провели жизнь — это был специальный фантом, вызванный, что бы охранять вас и оберегать от не нужной информации, и от святых отцов естественно. Сколько раз вы говорите, были в церкви?
-Дайте мне минутку,- я опустил глаза в пол, пытаясь осмыслить новую информацию, спустя пару минут я готов был снова говорить, — В церкви? да раза три четыре, а что?
-Простите, может я слишком резко начал, мы можем продолжить и в другой раз.
-Нет, что Вы, продолжайте.
-Так вот, что из-за его промашек Вас чуть не раскрыли, а тогда войны было бы не миновать.
-Какой войны, о чем вы говорите!? Да что во мне такого, какой-то фантом, какие-то святые отцы, какие-то пирамиды, порталы? Вы можете говорить откровенно? А?!
-Молодой человек, давайте вы отдохнете, и мы обязательно продолжим!
-Да что прод...!!!
«4»
Все кругом потемнело, и я потерял сознание. Пробуждение было ужасным, мне даже не хотелось «Колы», я просто открыл глаза, боясь, что этот кошмар не закончился, но я увидел свой родной потолок съемной квартиры и улыбнулся. Во рту пересохло, поэтому все же пришлось вставать за холодным напитком. Но состояние в течении дня было прескверным, я себя так не чувствовал после выпускного, хотя тогда то я оторвался по полной. Пошатавшись по квартире, я снова лег в кровать, Маринки почему-то не было. И видимо проспал я долго, проснулся утром следующего дня.
На следующий день, я сразу набрал Марину.
-Алло, привет, где ты пропала? Ты говорила, что будешь во вторник.
-Да, привет, Коть, извини, я, наверное, еще задержусь на несколько дней. Бабушке, нехорошо, не скучай без меня, а я тебе вчера звонила, а ты все сети был.
-Малыш, я по работе ездил, наверно не успел телефон зарядить. Ладно, бабульке привет, давай, целую.
-И я тебя люблю, цем.
Вот еще и ее не будет, а тут такие ужасы творятся. К Андрею не пойду, он меня на смех поднимет, скажет что псих, так что даже не знаю чем заняться. А может ничего, и не было? Может, приснилось все? Бог его знает, лучше перестраховаться, съезжу ка я к Виктору Андреевичу. И собравшись, я поехал в тот зашарпанный офис. Добравшись до места, я обнаружил там жилое здание девяти этажей, с ухоженным двориком, стоянкой, около дверей вечные бабушки.
-Доброго вам дня, обратился я к старушкам.
-И Вам и Вам доброго, а Вы к кому это идете?- хором спросили меня. Вот и все им надо, оно и понятно — днями на лавочке, вечером сериалы сопливые смотрят, вот и лезут во все новое, что бы потом обсуждать это по двадцать раз.
-А я сюда приезжал во вторник к Виктору Андреевичу, на первый этаж, не знаете, он дома? сказал я наобум, с надеждой, что какая ни будь из них связана с дедом.
-Не, не живет тут никаких Андреичей, сынок, домом, видать, ты ошибся,- понимающе закивали старушки, и потеряли ко мне интерес.
Ладненько, может и вправду ошибся. И я решил прогуляться поблизости, но ничего не найдя подумал — может и правда ничего не было, надо с пивом завязывать, да и курить бросить не мешало бы. И так неожиданно зазвонил телефон, я аж сигарету уронил, передернуло всего. Номер не высветился, а мало ли сейчас покупают таких номеров друзей подкалывать.
-Да, я слушаю!- крикнул я в телефон, в надежде, что это кто-то из знакомых.
-Как Вы себя чувствуете Алексей?- блин это же… знакомый голос. Немного помедлив, я ответил:
-Не плохо, а с кем имею честь?- может не он, его же не может быть.
-Как, не узнали разве? Виктор Андреевич, помните, мы с вами обедали недавно?- Вот это я попал, крутилось в голове. И что-то стал похуже соображать, — Нет, а когда?- да действительно, он вроде даже хихикнул в трубку.
-Во вторник ресторан «Акрополь», вы не могли забыть то чудесное вино, Мерло, кажется 74-го, Вам оно очень пришлось по вкусу,- Так это он меня отравил тогда, да так оно и было, а потом что-то внушал мне про параллельные миры, пирамиды…
-Так, послушайте, как вас там? Виктор Андреевич, я не знаю что вам от меня нужно, но давайте-ка прекратим на этом нашу беседу!- а самому — как, же интересно, что, же ему от меня надо? Если он меня замочить хочет или в секту там, какую запрудить, то у меня друг есть в прокуратуре, он вытащит из него все на свете, а если и на самом деле я ему не за этим нужен и он правду говорит про магию…
-Как знаете, Алеша, но мне хотелось бы вам как аванс за работу сделать некоторый подарок, он вас ожидает около стоянки за 8-ым домом, он за вами. Как Вы поняли — вы приняты на работу, хотите вы того или нет.
-А… спасибо, конечно, у меня есть время подумать?- я ошарашено озирался по сторонам.
-Да, безусловно, до понедельника у вас есть время, я позвоню Вам утром, и приступим, я думаю. До свидания, Алеша. Пип – пип — пип. Я медленно положил телефон в карман, и застыл. Ну, вот точно вляпался. Да, а еще этот подарок, небось, бомба, хотя я же ему нужен еще, тогда надо пойти посмотреть. Обогнув детскую площадку и дом, я увидел только стоящие пять машин, одинаковой модели, но разных цветов — «Мазды Х3», красивые тачки. Вот стою я как идиот и гадаю где же мой подарок? Я обошел их вокруг — нету, Даже под машину заглядывал — нету, разводит меня старик — подумал я. Как неожиданно на заднем стекле красной мазды увидел записку, в которой говорилось:
«Вот, Леша, выбери свой цвет, ключи в замке зажигания, и помни — до понедельника» И подпись В.А.
Так отлично получается, и как это понимать? Ну ладно, а документов на машину та нету… Я полез за сигаретами, а вместо них пластиковые права и тех паспорт. Чудеса… странно…
Я сел в желтую красавицу, открыл бардачок, обнаружил там пачку денег — зеленого происхождения, «Ого, вот это дедушка, а страшно та как, ну ничего, дед уверен, что я справлюсь, так что возьму, а там будь, что будет”
Мотор взревел, и моя новая, да что там новая, «ПЕРВАЯ» машина понесла меня по проспекту. Я включил радио «Rocks», и набрал Андрюху, пофигу как я ему это объясню, скажу, папа нашелся! Так и сделал. Я подобрал его около клуба, в котором он работает. Есть, знаете ли, у работников общепита такая привычка, где работаем там и тратим, ну в очень редких случаях, где нибуть по-соседству. С веселой недоумевающей миной, мой друг запрыгнул на кресло около меня.
-ОООО, крутой у тебя папулек, Лех!!! – выдал незамысловатую фразу мой гениальный друг, через несколько секунд рассматривания салона моей «троечки».
-А-то! Неслуху не духу двадцать лет, а ту на тебе подарочек какой подогнал,- я сильнее нажал на педаль. Не правильно было его обманывать, но так я считал, будет лучше – пока.
-Братан, так теперь заживешь как человек, хату нормальную купишь, Маринку порадуешь — наконец-то деньги на свадьбу есть. — Подмигнул Андре, со знанием вопроса. У него-то всегда, что нибуть притаилось в кармане сотенными купюрами, бармен как-никак. А я работу найти не мог никак, ну как не мог, не хотел, все искал что-то, где деньги сами на мой счет в банке потекут, вот беда только – счет в банке я так и не открыл – лень.
-Да, дурак я, надо было сразу соглашаться, что бы папа ее денег на свадьбу дал, а я нет, я сам, вот второй год сам да сам, как он вообще ей жить со мной позволяет.
-Та не парься ты так, все хорошо у вас будет. А отца ты своего видел?- Вот тут-то я и оторопел не по-детски. Как Андреевич там говорил — »Есть намного серьезнее проблемы сейчас, вы помните своего отца". Что он имел ввиду? С ним, что-то случилось? Хоть он и мой отец — биологический, это же не значит, что я должен его любить и заботиться о нем. По ночам, там, как к Святому Духу обращаться с просьбами: защити и помилуй и так далее. Нет, я не такой, конечно Андреевич меня заинтересовал, но так чтоб у меня жизнь и мировоззрение перевернулось, я б не сказал. Если он связан с отцом, то это наводит только на одну мысль, теперь-то счет в банке пора бы и завести. Одолевали меня приятные мысли.
-Леш, что с тобой, ты на дорогу то не смотришь совсем?
-А? Да, все в порядке. Задумался об отце.
-Клева что он нашел тебя! Да? – Спустя несколько пробок мы таки добрались до знакомого КРЦ. Нам ведь, двум взрослым парням надо было обмыть мою новую тачку, и неожиданный поворот судьбы.
И там за приятными беседами, виски, и сигарами мы проторчали в казино до утра. На большее фантазии у нас не хватило. Так что мы и так провели время отлично. Позже нас отвезли по домам, Каринке пришлось звонить, ох, Андрей от нее получил, хорошо хоть не при всех, потом бы ему сюда не приехать — стыдно.

***

Просторы воздуха,
Блестящие потоки,
Нормандских ветров,
Обретают мощь.

Тем временем в Крепости
В просторном помещении, сделанном под кабинет скорее министра иностранных дел древней Греции, чем под офис Главы Совета Магнии – целой планеты, который был практически всевластным, да к тому же его считали самым сильным магом Вне Категорий. Владимир действительно был могущественным человеком, ему было подвластно все в рамках этого мира, но на Земле, как и у всех магов, ему удавались лишь самые простые заклинания. Он сегодня был не в духе.
-Володя, Вы не должны так сокрушаться. Да он ваш сын, но Вы же прекрасно понимаете, что так для него будет лучше.
-Эх, Витя, если бы вы только знали, на какие муки мне приходиться идти, чтобы, не вскочить и не броситься обнимать моего сынишку. Я позволил забрать у меня его, что бы он вырос в этом треклятом мире, как того хотели вы и Совет. – На миг почудилось, что у мужчины блеснула слезинка, но нет, показалось, — Знаете, мне иногда чудится, будто я вижу сны о Земле. Огни наших городов видно много столетий над полюсами их планеты, да пока удается заставлять их верить, что – это лишь северное сияние, а ведь с каждым годом все отчетливее проглядываются дома и башни. И не только эти, еще я вижу мой счастливый домик у реки с прозрачной чистейшей водой, мы с Лешкой стоим в ней, в руках удочки, а не мечи, и просто радуемся тому, что все прекрасно. Кончились войны и поплыли столетия мира и созидания.
-Да, ваша светлость, Вы безоговорочно правы. – «Сколько можно с ним спорить? Который год бьюсь как рыба об лед, и что толку? – Давай не будем, он слишком слаб! » — Господи милостивый! Володя, ждать больше нельзя!
-И ты прав, Витя, пусть будет так…
Выйдя из комнаты, Виктор Андреевич подозвал сержанта:
-Срочно сообщить всем секретным агентам: «Операция началась! Всем быть наготове! Да здравствует Повелитель!»
-Есть, Главный Советник! – и солдат мигом исчез. Виктор Андреевич еще долго не находил себе места от нахлынувшей на него радости и тревоги, ведь этого дня ждали долгие четыреста двадцать лет.
Два мира волею Богов или неволею, милостью или же в наказание, были связаны между собой, словно швом от нити. То тут — то там, люди и маги находили врата, строя повсеместно крепости или магические преграды — дабы ни одна из сторон не могла без ведома иной проникнуть в чужой мир. В самом начале, когда в обоих мирах только начинали возникать государства, постоянно происходили стычки между людьми и магами. Спасением людей было то, что маги не могли, использовать всю свою мощь, на самой границе между мирами маги утрачивали силу заклинаний. И дабы избежать кровопролитных Войн, изматывающих оба мира, маги предложили заключить Договор, и главным пунктом оного был запрет на Разглашение, и с тех пор о проходах между мирами знали, лишь только Посвященные. Со стороны людей – это были священники, монахи, инквизиция, а у магов – Гильдия Иноверцев, которые несли в мир людей иные религии, новые идеалы, всячески ссоря между собой, пока Империя не распалась на мелкие страны. И теперь в войне участвовали не миллионы, а лишь сотни иногда тысячи с обеих сторон, никто не знал об этой «холодной» войне, и в обоих мира воцарился «видимый мир и порядок». Но, ни те, ни другие так и не смогли одержать победу, и вот четыреста двадцать лет назад, когда уже кто-то, лелеял мечту на полное перемирие – случилось ужасное – на мир магов напали. В сто тысяч пятьсот четырнадцатом году по колдовскому радио передали о начале войны: «Жители Магнии, С вами говорит Глава Совета Владимир, на юге обнаружены и были убиты сотни полупрозрачных существ, мы потеряли убитыми Более двух тысяч военнослужащих, и с этого момента Я и Мы находимся в Войне».
После этого дня, маги сражались на два фронта, с Эфирами и людьми. Владимир осуществлял несколько попыток захватить власть на Земле, что бы переселить туда свой народ, но ему ничего не удалось. Как вот он узнал о пророчествах Ванги и Нострадамуса, путем сложных вычислений маги смогли вычислить дату и имя человека который переведет их на Землю. Имя его Алексей, а год этот 2012…

***
-Люди, планеты, утренние звезды, кружащие вокруг солнца, да и само солнце, бороздящее ночное небо, в поисках лучшего места в галактике Млечный Путь, все это лишь воображение господа нашего, коим он дал нам жизнь, счастье, доброту, любовь и врагов, побеждая которых, мы учимся ценить нашу жизнь и Господа нашего. – Он выглянул в окно, на миг запнувшись. – Ну, вот на этом мы и закончим сегодняшнюю лекцию, всем спасибо, жду вас завтра в девять, с Богом дети мои.
К вратам церкви в Калужской области, города Выземск, подъехал черный джип «Prado». Из машины потянулась грозная процессия из трех здоровенных мужчин в камуфляже и черных очках с автоматами АК-74, позади неспешна, будто парила, девушка в коктельном платье черного цвета. Священник выбежал из дверей, быстрее своих прихожан, ей на встречу.
-Доброго вечера, Екатерина Сергеевна. – В поклоне приветствован он девушку. – Чем я, такой неприметный божий человек могу служить Вам?
-Не стоит так нервничать, — она достала I-pod, посмотрев в него, продолжила, — отец Аким. Я все вам сейчас объясню, позволите нам войти?
-Да, конечно проходите, только вот оружие попрошу оставить, обратился он к парням. – Двери церкви открыты для вас всегда, Екатерина Сергеевна, проходите, прошу.
Они вдвоем направились в кабинет отца Акима. Церковь была маленькой, поэтому кроме священника и мальчика-послушника в ней никто не жил. Жили они в основном на те гроши, которые им оставляли после лекций прихожане, люди не грамотные, а Аким, в прошлом Майор КГБ, был человеком образованным, и начитанным. Вот и учил людей, как мог, в силу своих возможностей.
-Вы прекрасно знаете кто я, отец. Я помощник губернатора по делам религии, и всегда готова помочь вам, и пойти на встречу. Но наступило такое время, когда нам всем придется, бороться за свое существование.
-Да, да понимаю Вас, дочь моя. Времена настали тяжелые, в стране кризис, люди все больше верят в Господа нашего, им нужна надежда, да и на селе сейчас туго с техникой, посевную вот на лошадях проводили.
-Это все так, отец, но я не поэтому лично приехала к Вам. Вы ведь прекрасно знаете, что сейчас с миром Магнии у нас вроде как перемирие.
-Я слышал об этом.
-Но все, же по возможности мы проникаем на их территорию, и вот последние новости. Владимир, Великий Правитель магов двадцать лет назад отослал на Землю своего сына, дабы уберечь его от войны, но главным его заданием стало изучение Москвы, наших укладов, он вырос в простой семье, ни чего не зная о своем настоящем отце и мире Магнии. Сейчас его готовят к войне с нами, в пророчествах Нострадамуса и Ванги есть указания на дату Конца Света, но мы пропустили, что- то там, а маги нашли в них имя Мессии, который погубит наш мир – это сын Владимира.
-Господи, храни наши души, это же конец всему, Господи. И зачем же понадобился я?
-А вот зачем, вы в прошлом офицер КГБ, вы участвовали в различных спецоперациях в Америке, Афгане и Ираке, вы хорошо обученный агент, вы нам нужны для блага всего христианского мира.
-Если по-другому нельзя, то просто скажите что мне нужно делать. – Он с готовностью взирал на девушку.
-План Церкви такой: вы собираете себе группу из проверенных вами людей, и пока Сын Владимира еще не встал на ноги, должны его обезвредить. Взять только живым, так у нас будет гарантия. Все нужное, в том числе фотографию я вам передам в Москве, собирайтесь, Антон Георгиевич.

«5»
Господи, до чего же тяжко мне последние несколько дней по утрам приходиться! За что мне твоя кара, Господи? На такой позитивной ноте я свалился с постели и пополз в туалет. Надо позвонить Маришке, что-то я соскучился.
-Алло, Малыш?
-Да, Котик, как ты там?
-Все, Марина, больше так нельзя, пожалей мой бедный организм от накатившей русской тоски, приезжай, спасай меня!
-Опять эти твои шуточки, я же сказала, что не могу, я скоро приеду, цемки тебя.
— И тебя, вот так помирать буду, тоже не поверишь, — пип – пип — пип, — а еще замуж хочет. Ну ладно, сколько там времени? Да пора уже готовить себе еду и самому это вкуснятину есть.
Зайдя на кухню, я проигнорировал готовку в микроволновке, открыл холодильник и достал яйца, молоко и специи. А не приготовить ли мне омлет? Все-таки без Маринки готовить приходиться самому, а изобретать колесо не хотелось, либо картошку жарить, либо омлет, все, на большее меня не хватит. Взяв ароматно пахнущее блюдо, я направился в комнату.
И только я собрался включить комп, пошариться по инету, как в домофоне под аккомпанемент противной мелодии возник улыбающийся облик Виктора Андреевича. Пришлось все бросить и открывать дверь. Он поднялся и стал ожидать в прихожей, пока я соберусь. Закидав в рот вкуснятину, не жуя, проглотил, на вопрос, куда мы собираемся он естественно не ответил. Да и вообще он был весь такой таинственный. Как бы там ни было, но мне пришлось выдвигаться, неудовлетворенный я всегда агрессивный, я имею ввиду интерес мой. Мы сели в мою новенькую машину, слава богам в такси существует услуга вызов водителя, иначе пришлось бы ехать за авто на такси, и направились к центру города. День был солнечный, всюду мелькали красочные яркие витрины и памятники труду и Ленину, мне аж зябко стало, как будто я попал во времена перестройки, надо чаще посещать город, пришла мне как обычно гениальная мысль. Сейчас бы с удовольствием надел на себя красный галстук пионера и носился по аллейкам с красивой одноклассницей в большущих голубых бантах.
Мы доехали до уже знакомого ресторана, присели за «наш» столик и перенеслись в замок.
Только это была уже маленькая комната, типа той, где я проходил собеседование. Она не походила на прекрасные палаты дворянина, или офисы средневековых адвокатов. Больше было похоже на простую комнату в трехзвездочном отеле города Мухосранска. Ничего лишнего, да что там мелочиться, вообще ничего, две стула, табуретка, на которой аккуратно сложено, лежали какие-то шмотки, неброская кровать, да бойница вместо окна. Келья прям,.
-А что это? Все, кончились большие залы, теперь принимают гостей в номерах для влюбленных? Правда, кровать здесь слишком мала, а так не отличить.- улыбнулся я.
— Если вы закончили рассматривать мою комнату при дворце, послушайте меня. Алексей, твоя работа будет заключаться в очень сложных и опасных испытаниях. Ты готов пойти на риск быть убитым или же обрести славу и власть?
-Виктор Андреевич, мне не совсем понятна наша беседа. Вы, еще ни чего не объяснив, предлагаете мне смерть или все, и какой вы ждете от меня реакции? Давайте все с самого начала и по полочкам, что там было про магию? – мне показалась, что меня тянет к приключениям, недаром мне всю жизнь казалось, что я не такой как все. Обычно у людей более взрослых проходит этот синдром всезначимости, но я видимо его еще не перерос, или просто люди не найдя своего великого призвания, забывают о нем? Да, коль по всему не проста моя судьба, буду ее творить по моему сценарию.
-Помните, вы в детстве начинали писать стихи?
-Конечно, помню я и сейчас их пишу, вот послушайте, я прочитаю:
Безумен ли я? Застенчив ли?
Как отразить пером биение сердец?
Что отвечать на замыслы икон, пророков?
И плыть ли по течению замеленной реки?

Сквозь крики скал, молчание глубин,
Бреду степенно, выходы ища,
Либо курю, скосившись на камин,
Время с икрой на скатерти кроша.

Нет, покаяние не выход из пещеры,
Струна свободы, из меня звучит,
Нет притязаний в безнадежье веры,
Молитва выдумке в полуночи молчит.

Я Прометей, только один лишь в поле,
Все жгу себя, кричу безликим дням,
Мечты о равенстве, любви и воле,
Рождаются и корчатся во мне.
Я спустился со стула, радостно взмахнул руками, поклонился:
-Ну, разве плохие?
-Нет, что вы, более того я не удивлен, что вы их и сейчас пишите, просто я не знал об этом.
-Вот видите, вы еще многое обо мне не знаете, — и на моем лице заиграла детская ухмылка.
-Нет, тут дело в том, что фантом, который присматривал за вами, упустил видимо некоторые детали. Но тем лучше. Когда Вы пишите стихи, не кажется ли Вам, что происходит что-то не обычное, что Вы делаете что-то более значимое, чем столяр или геолог, Вы чувствуете, что обладаете чем-то не подвластным кому-то другому?
-А можно я буду называть Вас Виктором? Мы же уже похожи на хороших знакомых, общаемся о каких-то тайнах, Вы вон мне машины дарите, тут, между прочим, и свиданьицами попахивает.
-Ах, этот Земной юмор, — маг закачал головой и продолжил, — Можете называть меня Виктором. Теперь меня послушаете, хорошо? Так вот стихи или магия слов, это первая ступенька в волшебстве, так сложилось, что только слова и в некоторой степени жесты могут использоваться на «твоей планете», — сказав это, он сделал ударение на «твоей», — но об этом позже. Ты маг, Алексей Владимирович, и я буду тебя учить.
Я на радостях и свалился со стула.

«6»
Быть мне сильным или слабым,
Гордым быть или слепым,
Это лишь для смертных знаки,
Я могу быть Сверхлюбым!

На рассвете тысяча семьсот воинов и пять сотен магов в полном вооружении строились у ворот замка Главных Сил. Глава Совета, сидя на своем изумительного цвета драконе взлетел над городом, за ним были еще двое – это Рамез, правая рука Владимира по военным делам, и Лилит – Прекрасная, зеленоглазая дева, она не была его левой рукой, она просто была при нем всегда, у каждого великого мужчины была великая женщина.
Владимир был мало того, что наследником своего отца – Эльдара Проникновенного, он еще в молодости смог отстоять свое право на правление Магнией, забрав трон у отца. Он в те годы был не только поистине выдающийся, талантливый руководитель, но и исключительно быстрый и ловкий маг.
Отец Владимира, собравшись после такого удара, возглавил одну из вылазок на Землю, и героически пал от рук инквизиции, в Мельбурне в марте 1689 года.
-Друзья мои, сегодня трудный, но счастливый день! – так начал свое обращение Владимир, усиливая голос заклинанием, — Нам предстоит страшная битва, мы идем на юг, где нас уже ждут наши братья. Это почему он трудный, а вот счастливый он от того, что сегодня мы погубим множество захватчиков, мы обратим их в бегство, и они покинут наш мир!!!
Все задумались на мгновенье, и, набравшись веры в победу, зашумели.
-Вперед к победе! – крикнул он в строи храбрых своих воинов, и направил зверя вверх и на юг.
Путь пролегал не долгий, основная часть отряда, а это пятьсот магов верхом на летающих драконах, или как их еще любят называть – вивернах, могли проделать его за один день, но из-за пехоты были вынуждены останавливаться и готовить лагерь для ночевки, идущей следом колоны. В итоге путь занимал три четыре дня.
Вот на одной из ночевок к Володе подошел Рамез. Это был сильный, высокий мужчина около сорока лет, превосходный маг, но не меньше он любил меч. Родившись в семье барона, он не знал что такое колдовство, отец не обладал ни какими способностями, и обучал его поединкам в зале для мечников. К совершеннолетию парень решил идти в столичную гвардию на должность лейтенанта, и командовать взводом охраны дворца, спасибо отцу, который купил ему место на службе.
Спустя несколько лет начались походы, у Рамеза в ходе сражения начали проявляться магические способности, и парня перевели в отряд магов, где он прошел обучение и стал настоящим уникумом.
Не каждый воин решал сразиться с ним в тренировочных боях, карьера пошла вверх, и к тридцати годам он стал начальником замковой стражи, объединив под своим командованием, как магов, так и простых солдат.
Показал себя на службе очень хорошо, в чем и был замечен Владимиром, командующим армией и Советником он стал уже на общем собрании Совета Магнии. Так началась их дружба, бесконечные походы и стычки на границе с Землей. А вот спустя годы, Глава Совета Владимир, уже не представлял себя без Рамеза, казалось не заменимого союзника и друга.
— Вова, как думаешь, мы успеем в форт? И вообще с чего ты решил, что там. Именно с юга нам стоит ждать прорыва эфиров?- Рамез не был напуган, он был уверен в себе и своих воинах, но вот поверить в то, что вот так, вдруг, Владимир почувствовал место и время прорыва врагов он не мог.
— Знаешь, Рам, я еще никогда не был так уверен как сейчас. – Он протянул руку, и положил ее на плече товарища, — Все будет в порядке, главное успеть, и задержать их, иначе у Магнии нет шансов.
Оставив Рамеза одного наблюдать закат звезды, как ни странно, тоже названой Солнце, маг пошел к палатке около костра, и сев на бревно ушел в свои мысли. Костер горел, пеший отряд уже разместился вокруг магов с их драконами, и готовился отойти ко сну, предварительно выставив часовых.
— Ну что ж, ты знаешь я всегда готов биться рядом с тобой, друг. – Рамез сел рядом, подбросив по-простому, без всякого колдовства ветку в огонь. Та затрещала, придавая костру новее силы. Наступила ночь, ночь, которая мешая уснуть, заполняла разум тревогами и волнениями.
И вот, наконец, отряд Владимира добрался до леса, у которого уже вторую неделю инженеры строили форт. Сейчас он напоминал взорванную сотни лет назад башню с диаметром сто пятьдесят метров.
-Да здравствует Магния! – Приветствовали воины Владимира и отряд. «Еще бы хорошее пополнение для форта на двести человек, только боюсь, всего этого мало будет »подумалось ему. Когда он забрался в уже начавшую обретать законченную форму смотровую вышку.
Приняв командование фортом, Володя с Рамезом решали, как можно будет его оборонять, и какие пути отступления лучше продумать. Но дни сменялись, а врага все не было, не перепутали ли мы место, все чаще задавал себе этот вопрос правитель. Но вот когда уже боевой дух у людей начал падать, появились они.
С горизонта потянулась тонкая струйка почти прозрачных теней с горящими неистовым светом мечами. Их было не много, меньше, чем ожидал Глава Совета. Возможно – это лишь разведка, тогда не понятно чего они тянут, они уже давно увидели нас, знают, сколько нас, но не спешат наступать? Странно…
Воины, маги не спешили действовать, ждали, чего же на самом деле хотят эфиры.
— Вова, я думаю нужно прекратить это, пошлем туда людей. – Рамез так и рвался в бой.
— Не знаю, брат, возможно, это западня. Давай подождем, не горячись. – Он похлопал друга по плечу, делая вид, что все под его контролем. Хотя душа Володи билась из угла в угол, пытаясь найти объяснения действиям противника. Он был человеком смелым, даже отчаянным, но сегодня его что-то пугало. А тревожило его не столько предстоящее сражение и возможная гибель, как то что его сын – Лешка сейчас в Магнии, в Замке Четырех Стихий. А он здесь, двадцать лет, пусть и не большой срок для магов, но Владимир видел сына всего один раз в жизни.
Как же хочется сейчас очутиться в моем сне, забыть обо всем, просто ловить рыбу и не думать о войне, этих проклятых мирах, эфирах, интригах при дворе. Из этих мыслей его выдернул крик Рамеза:
-Смотрите, сир, там что-то происходит. – Он указал на то место, где собрались в кучу их враги. Над ними начали собираться тучи, казалось, что на небе днем загораются звезды. Из середины сгрудившихся существ к небу, загораясь зеленым пламенем, потянулась воронка, сначала одна потом несколько. Они рассредоточились по всему полю и туда дальше к границе обозримого пространства. Все небо впереди крепости заволокли кружащиеся смерчи. На земле, у основания воронки в так называемом “глазе” смерча, появлялись зеркала похожие на блюдца.
— Пошли людей за подкреплением, это порталы. – Чуть слышно прокричал Владимир, гул доходил уже до немыслимых пределов. Рамез быстро передал сигналы, но люди так и не смогли предпринять нужных действий. – Что там с порталами, Рамез?
— Повелитель, воины не могут открыть ни одного, пути перегружены. Что будем делать? – Он выхватил меч, и сжал его так, что побелели костяшки пальцев.
-Что делать? Драться!!! Вперед, за мной господа! – Ринувшись в бой верхом на верном драконе, и уже приближаясь к первой воронке, он увидел, как из нее вырвались первые эфиры. Направив дракона к ним на встречу, Владимир бросил в них несколько огненных шаров, заполонив дымом путь впереди себя.
Пока решился исход первой схватки, пока Володя сумел закрыть портал, на поле появлялось все больше и больше белых теней с кривыми мечами наперевес.
Добравшись до второго вихря, у него уже не стало половины отряда, но как и должен истинный воин, он шел вперед, одолевая все более возрастающее войско.
-Друг, вы себя совсем не бережете. – Это Рамез появился немного позади и выше предводителя.
-И что же это вы и про меня забыли, дорогой мой? – Лилит, стоя на земле, видно спешилась, помогая пехотинцам, которых повела в решительную атаку, держала меч в левой руке, правой сражаясь с двумя тенями.
-Теперь, когда вы со мной, мне вдвое легче убивать их, спасибо вам. – Он увернулся от только что появившегося эфира, и сумел закрыть второй портал.
Тем временем полчища добрались до форта, в нем отбиваясь всеми силами, защищались несколько сотен бойцов. Большая часть пехоты гибла под началом Лилит, прикрывая воздушную атаку магов во главе с Владимиром. У Рамеза за спиной парили от силы пара десятков воздушных всадников, все, что осталось от короткой схватки. Вихрей ставало все меньше, но количество явившихся существ подсчитать уже было невозможно.
-Мы отступаем к крепости! – пронеслось над полем, и все трое повернули драконов к форту. После посадки, Лилит забрала весь транспорт, посадив на драконов Володи и Рамеза других магов, полетела в битву.
-Боже, мы сумели закрыть только половину проходов, Рамез. Что будет, когда они все вырвутся наружу? Сила храни Магнию. – Руки правителя опустились. А сердце начало ускорено биться.
-Мы можем пустить в ход магию крови, но ты же знаешь, что нам вдвоем, без остальных архимагов, не справиться с атакой эфиров.
-Да, ты прав, но мы воюем не с людьми, где мы возьмем добровольцев в жертву? Тем более своих солдат я убивать не смогу.
Реки крови, измазанные клинки солдат, дым над всем, что поддавалось взгляду, и горстка людей в форте, вот что осталось после получаса сражения.
— Что ж, наверное, это и есть конец, мы не успели уйти на Землю, Нострадамус ошибался.
-Вова, уходим, их слишком много!
-Нет, нам нужно продержаться. Всем стоять, пока я здесь никто не покинет форт!!! – эти слова усиленные заклинанием пронеслись над всем полем битвы, — Держитесь ребята.
-За Совет, За Правителя!!! – прокатилось в ответ.
-Вот, слышал, Рамез, мы еще в седле, как говорят на Диком Западе! – Глава Совета без тени старческих лет запрыгнул на пролетающего ледяного дракона, и помчался в центр свалки.
Поле боя просто поражало, Справа около леса стоял небольшой замок, скорее форт, сделанный из дерева и камня, поэтому не предвещал продержаться долго. В лесу стояли в ожидании резервные сто пятьдесят человек, из Динской области, эти парни могли обычно изменить ход сражения, их с детства обучали для службы на Земле, поэтому они прекрасно обладали не сильной, но очень быстрой и действенной магией. У горизонта все еще тянулись потоки блестящих полупрозрачных теней. Которые вливались в светящуюся всеми цветами, дымящуюся и периодически пылающую синим огнем прилегающею к форту территорию, уничтожали смелых бойцов на земле бывшую когда-то плодородным виноградником. Над полем так и кружили, три синих дракона, этих огромных волшебных существ созданных природой, картина завораживала.
Рамез стоял на стене крепости, когда отдавая приказы, увидел пылающего человека бегущего к нему.
-Великий Рамез, Член Совета…
-Давай без этого всего, что случилось? – спрашивая это, он уже лечил раны воина, приложив к этому все усилия, и способности, а этого у него хватало.
-Там, там, они прорвались… — глаза закрылись, и голова смело упала на колени Рамеза. Одна из стен с грохотом рухнула на тела, защищавших ее воинов. И лавина кривых клинков хлынула в крепость, круша ее и людей, которым уже не было куда убежать. Последние надежды рухнули, и Рамез опустил солдата на деревянный настил. Он ждал эфиров, в надежде продать свою жизнь как можно дороже. В этом и была все сложность войны с Эфирами, раны, нанесенные горящими кривыми кинжалами, не поддавались лечению.
-Все, Друг мой, пора уходить, они узнали про резерв, и его больше нет. – В следующий миг Рамез очутился верхом на драконе, рядом с Вовой.
-Но куда, Правитель? Мы окружены. – оглядываясь по сторонам, спросил маг.
-Ты помнишь, где мы сейчас? Здесь есть Проход, правда мы его еще не пробовали, но плевать, у нас нет выбора.

“7”
На следующее утро, когда я только смог нормально заснуть, перестал думать и фантазировать, в который раз мять вдоль и поперек подушку, уже не пытался закрыть окно простыней. Как можно спать в таких условиях, из окна постоянно доносился лай каких-то четвероногих животных, издали напоминающих собак, то на меня светила луна. Радует одно, из окна тянуло приятными запахами расцветших деревьев в саду. Пока я не мог уснуть, пытаясь разрешить эти и многие не устраивающие меня вопросы, я даже накарябал стих на стенке над кроватью.
Мир без сна умрет лишь только,
К нему прейдет луна без звезд,
И обращая взгляд к светилу,
Ты просишь, чтоб пришла весна.

Но нет судьбы, которой ты покорен,
Как нету сна, в котором ты живешь,
Приснись тебе безоблачное небо,
Ты обратишь все золото во ртуть,

Ты не такой, ты знаешь, мир не вечен,
Ведь нету мира вечного с тобой.

Вот зря я вчера шутил по поводу комнаты Андреевича, он специально мне эту подсунул, Гад Андреевич. Первые уроки что ли? Нет, надо обязательно с ним поговорить по поводу комнаты.
Дверь распахнулась. В нее влетел мне сейчас очень нужный человек, Виктор Андреевич.
-Как спалось, Виктор? – я думаю надо начать из далека, сейчас он мне предоставит хорошие апартаменты.
-Нет времени, Алексей. Случилась ужасная беда, наш Повелитель Владимир пропал на поле битвы, его уже одиннадцать часов ищут все жители Магнии. Магния это наша планета, что б ты знал.
-И что? Я тут, каким местом? Ты знаешь, как я спал? Я думаю, знаешь, если не спрашиваешь, да?
-Алексей, на это нет времени, мы начнем наше обучение прямо сейчас.
-Нет, мне нужно время для того что бы привести себя в порядок.
-Владимир – твой отец.
-Как мой отец? Кто мой отец? — Вот тут-то я и ощутил себя если не импотентом, который мало того что ничего не понимает, так еще и сделать ничего не может, то безруким точно.
-Вот так, так теперь ты готов? Бегом одевайся, нам нужно уехать ко мне на дачу, там мы поживем некоторое время, пока здесь все не уляжется.
-А что может случиться, я же, как оказалось, сын самого главного тут у вас?
-Не у вас, а у нас. И теперь тебе лучше спрятаться, тебя могут убить, для того чтобы забрать трон. Сын Главы Совета должен первым пройти испытание на Силу. И пока ты жив, никто не посмеет занять это место.
-Хорошо, Виктор Андреевич.
-Я снова на Вы и по отчеству? – меня это радует, жаль, что к этому привели такие события.
Мы сели на лошадей через десять минут, так что кофе наколдованное Виктором, мне пришлось пить на ходу, мало того, на спине лошади. Я никогда до этого не ездил на лошадях, и видимо именно по причине этого Виктор ехал и хихикал, все время, вспоминая мои попытки забраться на спину гнедой кобыле.
Заночевали мы в лесу. Я уже сам мог разжечь костер, все-таки мне двадцать лет и я курю, поэтому зажигалка «Zippo» смогла мне в этом помочь. Андреевич наколдовал нам по яичнице с кефиром, говорит новая диета, на днях по телику видел.
-Блин, а я всю сознательную жизнь думал, что помешанные на диетах только толстые тетки, кому за тридцать? – размышлял я вслух, запивая очередной кусок. Мне ничего не ответили. Зато утром жуя грейпфрут с апельсиной, я понял, что чем-то обижен дедушка-маг. Но прошения просить не стал, все-таки я сын САМОГО ГЛАВЫ СОВЕТА!
Вот на такой веселой ноте и началось мое обучение магии, и жизни в этом прекрасном волшебном мире.

!!!
(Подумать над главой про Владимира!)!!!
!!! «8»
Друзей приходиться оставить,
Со смертью биться вновь и вновь,
Рожденный для того чтоб править,
Не осквернит он предков кровь.
-Рассвет, гремучие воздушные просторы,
Мне крылья наполняют, я лечу. – Я в сотый раз пытался взлететь, но в который раз у меня ничего не выходило. – Как же оно действует? Витя! Мы тут уже третий месяц торчим на твоих яичницах и апельсинах с кефиром, почему у меня не получается, даже в прыжке?
-Леш, когда ты уже поймешь, магия слов не такая сильная для того чтобы взлететь. – Учитель вышел и сел рядом со мной на ступени крыльца. С этого места была прекрасно видна тихая, прозрачная речушка, которая несла свои воды в Крепетское море. Сад, в котором по воле Виктора, росли грейпфруты и апельсины, дополнял эту чудесную картину. Я бы даже не удивился, если бы на деревьях, вон тех, что у самой воды, начали расти яйца или пакеты с кефиром.
-Я за эти три месяца успел изучить в общих чертах, основы чародейства, базовый курс по истории страны. И сделал вывод: что как ни крути, но магом может стать далеко не каждый человек, и что магия – это в какой-то степени преобразование материи. А с другой стороны – это еще и подчинение четырех стихий воздуха, земли, воды и огня. Я сделал некоторые предположения, что словом тоже можно взывать к любым преобразованиям, как, то будет костер, или даже сотворение дракона.
-Сынок, это не возможно, еще никто не сумел этого сделать. – Твердил в который раз Виктор.
-Но, еще не один маг не вырос на земле. И с этим ты не можешь спорить.
-Ладно, пошли я тебя покормлю, тебе же надоела та еда, которая нужна моей диете, мы ведь еще не разбирали с тобой кухонное волшебство?
-Нет, но неужели ты научишь меня создавать нормальную еду?
-Я думаю, ты готов к этому, тем более моя диета кончилась давно, — он мне подмигнул и направился в дом.
Моя первая попытка завершилась полуживой курицей, она даже еще бегала по столу, и огромными селедками в бутылках пива. Было бы странно, если бы у меня все сразу получилось, поэтому я продолжал издеваться над продуктами.
Вереницы мыслей, идей кружились у меня в голове. Я маг, настоящий колдун, умею зажигать огонь, почти выучил лечебную ворожбу, скоро начну изучать боевые чары. Да в Москве мне бы цены не было. Открыл бы себе шоу программу, стал на ноги. Да и в этом мире у меня просматривалось не бедное будущее, все-таки сын главного. Вот только папку найти пока никто не может.
Мы сидели в этом домике, не высовываясь, однообразие жизненного пространства угнетает развивающуюся молодую личность, сказал я как-то Виктору. После чего мне неделю пришлось изучать книги о флоре страны. Более нудного занятия трудно было придумать, так он после еще и спрашивал.

***
Мир Магнии раскрывал для меня свои тайны, Виктор был очень талантливым учителем, ему удавалось за короткое время вбить в мою голову огромные запасы знания. Не знаю, как это у него получалось, может с помощью специфической манеры преподавания, а может просто при помощи волшебства.
В общем, мир имел что-то схожее со средневековой Европой, замки башни, балы, придворные, лошади, куры. Отличали оба мира, я думаю, только две вещи, здесь не было феодального строя, в замках жили зажиточные капиталисты, или сильные маги, которые кормили окружающие деревни. А вторым различием – и самым главным было, конечно же, обилие разнообразных мистических животных. И я, наконец, понял откуда в нашей мифологии повсеместно встречаются всякие монстры, феи – помощники колдунов, грифоны – большие крылатые львы, драконы, нимфы и прочее.
Мне приходилось подолгу не спать, изучая различные заклинания, лечебные эликсиры. Но все же мне начинало тут нравиться, я все время думал об отце и родных, но больше об отце.
Каждое мое утро начиналось с уроков по фехтованию, и начальным боевым заклинаниям, совмещенных с боем на мечах. Потом я плавал. Обед. И снова учеба.
Однажды, я попросил учителя рассказать мне для чего все это вокруг меня, и он ответил:
-Для того, сынок, чтобы жить, и помогать жить своим близким, ибо жизнь дается одна, а в прошлое вернуться невозможно. Жизнь наполняет каждый уголок, каждый жучек хочет жить, каждая травинка, пусть они не знают зачем, но инстинкты дают знать как. Инстинкты, помноженные на разум, дают цель и возможности, и тогда путь каждого человека лежит от цели к цели, делая его все более счастливее. А общей цели или смысла жизни нет, если только локальные мелкие прыжки по дороге Жизнь.
-Ты прав, наверное.
-Нет, Алексей, прав ты, сказав, наверное, ты засомневался, а это и есть разум. Осталось выбрать цель, и ты будешь счастлив.
-Спасибо за урок. – Сказал я, удаляясь к реке. Выбравшись из воды, я лег на теплую летнюю траву, и задумался.
Я пытался полюбить этот, хоть и не мой, но родной мир, и людей, близких и не очень. Ведь разве жизнь, не есть любовь?

***
Спустя еще много месяцев я был похож уже на приличного колдуна. Знал несколько сотен боевых заклинаний, умел сообразить поесть. Да и вообще стал приличным гражданином, с которым стоило считаться, у меня, оказывается, обнаружился талант к волшебству.
Но не все было так гладко, я все еще пытался найти проблему в органичности словесной магии. Вите я это объяснил тем, что решение этой проблемы сможет принести неимоверную пользу в войне с Землей.
-Ты знаешь, может так и есть, ты откроешь эту тайну, и этим выполнишь пророчество.
На этом и порешили, теперь он помогал мне, и половину занятий мы посвящали, изучению магии слов. Но пока никаких великих открытий нам сделать не удалось.
А вот однажды…
Виктор разбудил меня рано утром, и велел собираться в дорогу. Меня это и встревожило и очень обрадовало. Я засобирался. Мы сели на коней, и направились к замку Главных Сил. Это место было обителью знати, Главного Совета, и папы. На вопросы Виктор, по привычке, не отвечал, я уже готовил себя встречи с отцом.
Нас встречали фанфарами и даже салютом. Но как выяснилось потом, встречали, то меня.
Перед замком в два ряда нас встречали городские стражники, и дворовая стража, маги элитных войск, мы проехали сквозь них, и отдали лошадей пажам.
Повсюду сновали празднично разодетые люди, дамы в вечерних платьях, мужчины кто во фраках, а кто в маниях волшебников, но большинство в красивых блестящих доспехах.
Все радушно приняли во дворце, эскорт из вооруженных солдат проводил нас в тронный зал замка. Все меня приветствовали аплодисментами, и улыбками. Кроме нескольких человек в мантиях поблизости папиного трона, они лишь лукаво усмехнулись моему рукопожатию.
-Виктор, а где же папа? – шепотом поинтересовался я у учителя.
-Его еще не нашли, ты разве еще не понял, что я вывел тебя в свет дабы показать тебя, а тебе твоих врагов. Ты заметил этих людей рядом с троном? – я кивнул. — Это приближенные твоего отца, генералы и Члены Совета. Правда, как ты мог заметить, большинство на твоей стороне.
-Что-то меня это не очень радует. – Так же в самое ухо ответил я Виктору.
-Это ничего, я пока с тобой. – Когда мы развернулись к залу, там уже образовался громадный стол, стулья, и официанты накрывали стол многими изысканными яствами.
-Господа, прошу к столу. – По наитию Андреевича, произнес я на правах хозяина мероприятия. И конечно, я не мог не блеснуть своими познаниями в колдовстве, усиливая свое голос. Все принялись кушать. Те, кто сидел ко мне поближе, а это были Члены Совета, по правую руку сидели те, кто мне повсеместно мило улыбался, ловя каждое мое слово. А слева те самые невежи сидели, казалось, в наглую таращась, и изучая меня.
-А как это вырасти на земле врагов?
-Как они себя вели с тобой?
-Хочешь ли ты вернуться на Землю, в поисках отца?
-Когда же состоятся испытания? Готовы ли Вы к ним?
Целый поток расспросов чуть ли не сбил меня с ног, то есть со стула, когда я только присел покушать. После торжественного обеда, начался вечерний бал. Вот тут-то мне более всего пришлось туго. Я, безусловно, люблю женское внимание, даже грущу без такового, но когда заиграла музыка, на меня прямо таки набросились десятка два девушек, а что в этой ситуации самое страшное, так это, то, что они все были либо из модельного агентства, или из самого Голливуда. Всячески подчеркивая свою красоту, эти дамочки, своими прекрасными телами, просто закрыли мне все путик отступлению, и мне пришлось до утра ублажать желания своего народа. Да, если бы я в эту ночь ублажал свои желания, Маринка мне бы этого не простила.
Часов в девять утра, когда на горизонте уже не было желающих попасть в мое личное пространство, я засобирался в поисках Виктора.
-Доброго утра, мой Господин, — о, эта девушка, явно прячущаяся всю ночь от меня, была неимоверно красива, платье, настолько облегающее легкой ярко голубой тканью, столь изящное и чувствительное молодое тело, так и приковало мой взгляд.
-И вам, сударыня. – Я, наконец, смог оторвать глаза от этих изгибов, — С кем, простите, имею честь познакомиться?
-Я, Лолита, дочь графини Умбре, мой отец погиб, давно. – Ее глазки опустились, и снова продолжили свою, на мой взгляд, несправедливую стрельбу. Я был безоружен. – А вы как я понимаю, тоже потеряли отца?
-Знаете, мне иногда кажется, что у меня их целых три, может, выпьем ирландского виски со льдом? Так сказать, за знакомство.
-Ох, нет, простите меня, но мы с маменькой уже уезжаем, я подошла только познакомиться с человеком, который поведет нас к победе и свободе. Вы будете очень влиятельным и богатым человеком, я знаю это, у меня дар предвидения. Прощайте, Алексей Владимирович.
-Нет. До встречи! – и я восхищенный ее красотой, поцеловал, протянутую руку.
-Здравствуйте!- парень немного старше меня, в доспехах рыцаря подошел ко мне практически вплотную, — Не Вы ли тот человек, о котором сегодня гудит вся столица?
-Не понимаю о чем вы? – я скорчил самое удивленное лицо, на которое был способен.
-Ну как же? Алексей Владимирович? – очень уж сильно он постарался выделить это «Владимирович». — Будущий хозяин престола.
-Ах, вот о чем речь? – Разговору я внимание решил не придавать, думая о новой знакомой.
-Да, да. А вы не находите, что дама, с которой вы только что имели честь познакомиться, достаточно привлекательна?- Вот уж не думал, что кого-то так заинтересует мое новое знакомство.
-Вообще-то, очень даже. Я нахожу ее не столько привлекательной, сколько заслуживающей моего непосредственного внимания, девушкой.
-К сожалению, так считают многие, кто впервые видит ее. – Ударение на слове «впервые». – И я, как и много раз до этого, сочту за честь быть представлен самолично. Граф Приморья Дарлик Китобой. – Парень выдал учтивый поклон, правда, не настолько учтивый, как мне показалось. Мог бы, и постараться, не перед крестьянином кланяется. Нет, конечно, у меня еще «звездная болезнь» в острую фазу не вошла, но все же.
Хотя постойте, что-то мне про это графство рассказывал Виктор Андреевич. Кажется, не самая бедная семья, впрочем, есть и богаче, как то граф Черной Долины, где открытым способом уже веками добывали уголь. Или барон Донован, чьи шахты пополняли казну золотом и бриллиантами.
Дом же графа Дарлика, оставшись без старого графа, расширял свои морские владения, и занимался промыслом охоты на китов. А молодой наследник в десятки раз превысил количество судов, и взял под опеку большую часть побережья, защищая мирных рыболовов и крестьян от пиратов и разбойников. В общем, парень хоть куда, от невест, наверное, отбоя нет.
— О, конечно, Дарлик! Я много слышал о вас. – Я протянул по землянски руку этому парню. – Я рад приветствовать вас на празднике в мою честь.
И что вы думаете? Он снял кожаную перчатку и швырнул ею мне в лицо.
Я, как и положено, по чину ловко увернулся, чем неприятно удивил молодого графа.
— И как мне на это реагировать? – Я отступил на полшага назад, занял, так сказать, обороно — атакующую позицию.
— Я вызываю Вас на дуэль, Алешка! – И был таков. Вот, вот и началась моя дворцовая жизнь, подумал я. Не успел я, как следует проводить взглядом удаляющуюся красотку, ну естественно ниже пояса провожал, как меня уже ревнивец мелкий на ринг вызвал.
— Ну что ж, хоть вины я своей не ощущаю, но вероятно предстоит мне удовлетворить ваше желание. Когда соизволите начать? – Я ждал, я надеялся, что мне хоть поспать после пиршества удастся. Все-таки я и поел хорошо и выпил достаточно, чтоб заслужить восемь часов спокойного, мягкого сна в нормальной кровати.
— Так как я вас вызываю, то мне и предстоит выбор места и времени, а вам выбор оружия для поединка. – Он сделал театральную паузу, и продолжил, — Местом будет тренировочная арена во дворе казарм стражы, а встретимся мы там через тридцать минут. Вас устроит?
Черт, ну почему всегда так? Все стараются надо мной поиздеваться, нет чтоб завтра на свежую голову решать такие важные вопросы. Как ни крути и кому из нас жить дальше, а для меня это ОЧЕНЬ важный вопрос, необходимо выяснять здесь и сейчас. Но у меня есть пока время попрощаться с учителем и накропать записку Лолите, о том, что нам не суждено больше увидеться, как бы мне этого не хотелось. Мне отчего-то не сильно верилось в мою сокрушительную победу с мечником, дворянином, который путь не каждый день, но много чаще меня практикуется во владении оружием, и которого учили с ним обращаться с пеленок.
— Вы не оставляете мне выбора. – Я перебирал в голове все виды средневекового оружия, которые хотя бы, если и не держал в руках, то хоть раз в жизни видел по телевизору. Ни чего в голову не приходило. Так, оружие, а оружие означает поединок, а поединок, значит соревнование в силе хитрости ловкости, какие у меня дома в Москве были соревнования, в которых я мог иметь шансы выиграть у Дарлика? В футбол один на один особо не поиграешь, в метании ядра я не силен, да и не смогу я победить его в этом. Может на шпагах, да не вариант, от меча разница не велика. Вот если бы на картингах погонять, так это скажет не оружие, хотя в этом я его порвал бы, не глядя, благо почти каждые выходные с Андрюхой или с Маринкой ездили покататься.
О, давным-давно, конечно по меркам моей не очень долгой жизни, я довольно неплохо играл в настольный теннис. Все выбор сделан, пусть будет теннис.
— Оружием будет пинг-понг! – Сказал как отрезал, пусть теперь голову ломает что это и как с эти бороться.
— Ну что ж, теннис так теннис, хоть и настольный. – Вот тут-то я и осел, в буквальном смысле, прямо попой на стул, спасибо доброму человеку, которые его тут поставил. – Леша, а ты не удивляйся так искренне, не знал, что я тоже был на Земле? Вообще у Нас нет постоянных агентов, которые работают в твоем мире. Каждый раз в жизни побывал на Земле, это правило ввел твой отец, Великий Владимир очень не глупый человек, все должны быть готовы к вторжению, и большинство дворян уже прошли обязательную вылазку на территорию врага.
— Ух, ты, тем интереснее будет наш поединок! – Не вставая со стула, ответил я. Шок умеет припечатать к устойчивой поверхности, даже если она находиться снизу. – Тогда не будем тратить время на диалоги, встретимся на арене.
Я собрал все, что осталось от моей гордости и самомнения, и направился искать Виктора Андреевича.
Так и быть, признаю, я очень не прав в отношении Дарлика, надо было биться на мечах, в крайнем случае, на луках, в дуэли на луках я мог дать деру в лес и больше от туда не вылизать, пока мой позор не смоют за тысячелетия проливные дожди со снегом. Но мой ум не так прост и не признает поражений, поэтому обмануть, или, по крайней мере, обхитрить своего соперника я попытался. Не вышло.
— Дядя Витя, я устал бегать по дворцу, и убил десять минут своей жизни перед дуэлью на ваши поиски. – Виктора я обнаружил в некоем закутке между колонн невдалеке от моего разговора с графом. Правда невдалеке, это мягко сказано, я оббежал зал, в котором проводилось пиршество, а это как минимум пол квадратного километра, да не удивляйтесь, в мире где население не превышал и трехсот миллионов человек, есть место где разгуляться архитекторам, к тому же не обремененным строительным материалам и раб силой, это не много. Маги-архитекторы, они же и единственные строители, нуждались только в доставке стройматериалов и времени для возведения любого проекта, их не заботила стоимость строительных работ, они брали нужные камни, творили из них необходимые элементы и силой мысли возводили нужный участок здания. Так что на поиски учителя я потратил столько времени, сколько для этого требовалось. А обнаружил я его, занимающегося беседой с приятной дамой лет тридцати, в самом соку.
И если бы не мое замечание насчет дуэли, не думаю, что смог бы его оторвать от этой пассии.
— Какой, твою мать, еще дуэлью???- Столько негодования, наравне с убийственным взглядом, правда я пока не понял из-за чего такой напор, толи из-за меня, толи по вполне понятной причине, которая мило улыбаясь, подалась за спину Виктора.
— Обычной такой. – Что я такого сверхъестественного сказал? – Меня вызвал Граф Китобой на смертный бой. – Невинное лицо может обезоружить кого угодно. Но это был не мой день.
— И ты так просто об этом говоришь? Да ты хоть представляешь себе с кем ты, связался? – Ударение на «с кем». Ух, ты, я таким его еще не видел. Толи волнуется за меня, толи готов сам решить дуэль раньше срока?
— Понятия не имею, так что теперь мне надо было отказаться? Прослыть трусом и умереть от стыда? – Нападения, лучшая зашита.
— Да что мне с тобой делать, олух небесный. – Вот если бы он сейчас схватился за голову, обнял меня и плакал, я решил бы что мама где-то рядом.
— Понять и простить. – Шутка не шутка, а напряжение надо было сбросить, чего бы это ни стоило.
— Ну да бог с ним, надо теперь что-то делать. – Почесал затылок мой добрый учитель. – Когда поединок?
— Уже через пятнадцать минут. – Не стал врать я.
— За что мне это? Ну, вот что я плохого сделал в жизни? Володьки нет, и я должен выполнять его работу, давая тебе подзатыльники. – Дело за словом не стало. Болит сильно, но больше не голова, от тяжелой руки дяди Вити, а от стыда перед собой и тетенькой за спиной Виктора, которая и не подумала скрыться в тумане наступающего утра, дабы не присутствовать при воспитательном процессе горе наследника.
— Зачем же так сильно, а? – Теперь уже я чесал голову, чтоб снять массажем саднящее место.
— А за тем. – Аргумент, не поспоришь. – Чтобы, когда я отменю дуэль, тебе больше неповадно было заниматься ерундой.
— Ну почему ерундой, это же не насмерть. Мы будем сражаться в настольном теннисе. И проигравший, кроме чести ничего не потеряет. – Сделал я предположение.
— Нет, друг мой, у нас в мире так не бывает. Когда заключается дуэль, мир подтверждает ее, и в итоге, кто бы ни проиграл, оставшись в живых, через время, или прямо на ратном моле, умрет все равно.
— Я не знал, прости меня. – Что я еще должен был сказать ему.
— Уже ничего нельзя изменить, если это судьба. Пойдем со мной.
И мы пошли. Не далеко, правда, во двор, где полукругом стояли казармы, и уже собирался народ на зрелище, и когда он только успел всем растрепать о нашей дуэли.
— Ладно, вот он уже идет, я стану твоим секундантом, если ты не против. – На арену выбрался граф, в сопровождении смуглого мужчины в мантии волшебника, он был старше сорока, точнее сказать не могу, ему могло был и триста и тридцать пять. Маги способны править свое здоровье, поэтому говорить о возрасте колдуна было сложно.
Сам же Дарлик, разминал правую руку, в которой уже была ракетка для пинг-понга. А что я хотел увидеть, что он ее не видел никогда? Нет, такой халявы не бывает, по крайней мере, вокруг меня.
На площадке, в центре арены появился стол с сеткой, будто из воздуха. Сейчас на Земле кто-то так и не смог доиграть партию, ввиду пропавшего стола, который растворился в воздухе и примчался к нам по воле кого-то из волшебников, окружающих нас. Я же попросил Витю наворожить мне мою ракетку, оставленную дома на шкафу. Я, конечно, мог бы играть любой другой, хоть в моей не был встроен усилитель удара или турбодвигатель на ядерной энергии, увеличивая скорость движений, даже серводвигателя в ней не было, но она была МОЯ. Да, я не суеверный, просто у каждого получается лучше играть своей потертой, грязной, годной только на растопку печи, ракеткой, чем новой с завода самой современной новой разработкой олимпийского комитета.
Ну, что, пришло время испытать удачу. Толпа подалась в стороны, образовав вокруг нас небольшую арену. Песок под ногами был, конечно, утрамбован постоянными тренировками солдат, но играть на нем будет сложно. Асфальт или на худой конец паркетное покрытие, как в спортзале, подошло бы намного лучше, способствуя игре хорошим сцеплением с полом, но выбирать, не приходилось, не в бальном зале же проводить смертельные схватки в настольный теннис.
Мы стали друг напротив друга по разные стороны стола, ожидая команды судьи. Прозвучал свисток, дав начало поединку.
Подавать выпала учесть мне, я решил проверить сноровку соперника, подавая мяч открытым способом, чтоб он увидел момент подачи. Мяч, отскочив от моей половины стола, неспешно вылетел на середину поля Дарлика, отскочив, столь же неспешно, был отбит довольно легко и непринужденно. Так, он таки имел дело с этой игрой, значит пришло время усложнить ему задачу. Немного повернув ракетку к столу сверху, я запустил свой любимый крученый удар в угол стола.
И о чудо, он взял его так же просто, как и первую подачу. Правда, в меня летел не закрученный, а легкий шарик. Я повторил удар, придав ему большую скорость. Черт, а он не так прост, как мог я себе представить, взял и этот выпад. В общем, первая раздача длилась еще несколько завораживающих минут, арена притихла, и в итоге я пропустил полет шарика под левую руку почти по центру стола. Итак, один ноль не в мою пользу, но матч только начался, и унывать не стоит.
Вторую подачу я выиграл сразу, когда запустил очень быстрый шар в дальний для его левой руки угол стола. Счет выровнялся, наступила его очередь подавать.
Ракетка кружилась в его руке свободно и непринужденно, подачи были такими, будто я играл с КМС по пинг-понгу. Удары завораживали публику, но кроме ахов и охов от них не было слышно, на арене царила понимающая тишина, ведь не каждый день наследник трона играет в теннис не на жизнь, а насмерть. Тем ни менее игра продолжала быть насыщенной и интересной.
Удар за ударом не мог найти цели на стороне стола соперника, минуты шли и шли, и после десяти подач, счет выровнялся пять: пять. Дарлик не выглядит уставшим, я тоже, можно продолжать, и он подает шарик по витиеватой траектории еще и закрутил не слабо, так что мне приходиться ловко извернуться, чтобы отбить подачу. Я справился с этим, но нанести удачный удар не смог, и вынужден отбивать снова. Шесть: пять, и я на коне, принимать подачи сильного игрока, и зарабатывать очки это очень не плохо в этой ситуации, на своих я не сомневался, что отобьюсь.
Еще одна подача графа и счет равный. Моя очередь, подача и заработанное очко, второй бросок отбит, шар перекочевывает туда суда, и счет снова равный. Да, так можно и проиграть сегодня. Вот только не надо чтоб мне в голову еще упаднические мысли начали подкрадываться.
Спустя каких-то пол часика, снова очки поровну десять: десять. Больше — меньше. Это когда необходимо заработать перевес в два очка, чтобы выиграть партию. Но, с такой игрой это может растянуться на долго, и решено сделать перерыв в пять минут, дабы придумать стратегию и собраться с силами.
— Ну как ты? – Виктор подошел ко мне на скамью, и сел рядом, приобняв меня одной рукой, другую протянул со стаканом воды. — Поединок кажется равным, что думаешь делать?
— Да сам не знаю, он сильный боец, я уже все испробовал, не пойму как бороться с ним. Предлагаю предоставить выбор Судьбе. – Я опустил голову, не думал я, что выбор пинг-понга сделает дуэль столь непредсказуемой.
— Не печалься, главное не падать духом, а там жизнь сделает правильный выбор.
По выражению лица Виктора Андреевича было столь заметно его переживание, что скрывать он ничего не собирался, было в его состоянии что-то страшное, но я предпочел не показывать, что понимаю его настроение.
— Я сделаю все, что в моих силах, что бы победить. – И направился к центру арены доигрывать матч, который решит все, жить мне дальше или ждать смерти от Бога дуэлей мира Магнии.
— Алексей, начнем? Я готов играть столько, сколько потребуется, чтоб ты, наконец, понял, нельзя посягать на то, что принадлежит мне. – А Дарлик не теряет силы духа, рвется в бой.
— Да, давай начнем. Раньше сядешь, раньше выйдешь. Знаком с такой поговоркой?
Ответа я не услышал, а может, его и не было, вовсе. Начали с моей подачи.
Подача, удар отбит, дуэль на ракетках. Счет никак не мог выйти за пределы один: один, или два: один. Как вдруг, ракетка графа, в попытке подхватить шарик, летящий по низкой траектории, в самом углу, ударяется о край поверхности покрытия стола, резко ломается, и часть ее отрывается и бьет Дарлика по лицу.
Лицо Китобоя покрывает лужа крови и не сразу становиться ясным, что же произошло. Секунданты подбежали к графу, какими-то тряпками вытерли кровь, и Виктор принялся ворожить над раной моего соперника. Все произошло так внезапно, что я не сразу сообразил, что же мне делать. Но вот ступор сошел, и я бросился, если не помогать, так хоть поглазеть, что же случилось.
А произошло вот что, щепка, отколовшись от ракетки, впилась в участок лица Дарлика между носом и правым глазом, пробив какую-то артерию, из которой мигом брызнула кровь, залив от всего народа, причину столь резкого прекращения матча.
— Ну, ты как? Не сильно болит? – Поинтересовался и подойдя вплотную.
— А как ты думаешь? У меня из головы торчит палка, и хлыщет кровь, нет, я себя отлично чувствую. Погоди пять минут, и мы продолжим.
— Ничего вы не продолжите. Во-первых, после медицинского осмотра, тебе придется отлежаться пару дней дома, чтобы срощеные сосуды не порвались, и ты не затопил тут все кровью.
— А еще если бы ты отбил удар Алексея, неизвестно как бы завершилась дуэль, а так, как ты получил травму можно считать поединок не завершенным, и ВАМ, двум молодым и перспективным ребятам, придется еще пожить на этом свете, а не помереть в самом расцвете сил. Как вы считаете? – Это судья, родил гениальный выход из ситуации, меня, впрочем, он вполне устраивал.
— Я не против продолжить матч спустя лет пятьдесят, или позже, если конечно граф не против. И соответственно я готов принести извинения, за оскорбленную честь графа.
— Я тоже не откажусь от такого решения, я принимаю ваши извинения, и обязуюсь прибыть сюда в назначенный вами срок, через пятьдесят лет. – Он высвободился из рук Виктора и остальных, оказывающих ему первую помощь. Протянул мне руку, и я с радостью ее пожал, улыбнувшись, новому другу, ну я, по крайней мере, надеялся на это.
— Ну, тогда до встречи, Алексей, вы отличный противник, и нам обязательно нужно будет посоревноваться в будущем.
— Конечно, конечно, но боюсь не в пинг-понг! Нам нельзя допустить завершить поединок.
Мы весело засмеялись, и в будущем обязательно встретимся и сразимся во что-либо еще.


Сам себе, не веря, я в тот же день после дуэли, познакомился с еще более привлекательной девушкой. Она оказалась дочерью той самой дамы, с которой я поймал Виктора. Облегающее платьице с большим декольте, груди третьего размера на столь хрупкой и невысокой девушке, действительно выглядело завораживающе. Туфли, явно купленные в Москве, на высоком каблуке, делали ее фигуру столь стройной и грациозной, что я и позабыл про какую-то Лолиту, из-за которой чуть не влип в большие неприятности.
Блондинка подошла ко мне и с любопытством уставилась на мою ракетку, которую я так и не выпустил из руки. А дальше слово за слово, мне она очень понравилась, да и взаимности в ее взглядах и почувствовал. Виктор не был против нашего общения, наверно подумал, что я, увлекшись новой знакомой, уж точно от него ни куда не денусь, и со спокойной душой занимался своими делами.
Я думаю, нет надобности, говорить, что я после навещал ее несколько раз, пока Виктор, уже позволяющий себе удаляться из дому на пару дней, уезжал по делам.
Но ничего серьезного из этого так и не вышло, она все время твердила мне о деньгах, пирах в мою честь, великих победах, и снова о деньгах. Так через несколько недель она мне наскучила.
Еще через некоторое время, у меня началась депрессия. Я заскучал по Москве, как бы мне того не хотелось, но привыкнуть к мысли, что Магния мой дом, я не смог. Думал постоянно о Маринке, Андрюхе, Эдике, Руслане, Каринке. Как там моя мама, наверно уже вся извилась. А вот выбраться из этого мира я пока не мог. Виктор Андреевич постоянно уверял меня в том, что еще рано, что я не готов. Но не могу же я сидеть тут целую вечность? И вот с такими мыслями, я снова начал старый разговор.
-Жаль, что пришлось с Маринкой расстаться. Мы пожениться собирались. – На меня в очередной пасмурный день нахлынули воспоминания, когда мы с Виктором разбирали современную историю России.
-Алеш, прошло уже больше года, нет больше у нее той любви к тебе, и не чему тебе так убиваться по ней. Ты же знаешь, как к тебе относиться дочь моей подруги Анна.
-Что мне Анна, да хорошенькая, но мне кажется, что она хочет за меня только для того чтобы ее семья стала во главе Совета. А Маришка любила меня таким, какой я есть. Вот бы съездить к ней, хоть на денек, поговорить, узнать как она там, с кем, как там мои друзья.
-Пойми, Леш, тебе там опасно, ты еще много не знаешь, тебя там ищут. – Начал как всегда одно и то же Виктор Андреевич.
-Но я должен туда попасть. Тем более там папа, я его так и не увидел, не поговорил с ним. Как продвигаются поиски, Витя?
-К сожалению, я не могу сказать ни чего уверенно, его видели с Рамезом, когда на крепость сорвались Эфиры, и растоптали ее. Видели открывающийся портал и все, лучшие ученые до сих пор не могут найти точное место соприкосновения с Землей. А экспедиции все еще рыщут по Африке и Новой Зеландии. Кстати ты не забывай, что нам мешают святые отцы, нельзя так, просто, бродить из мира в мир.
-Так и быть, ты снова меня переубедил. – А в нутрии меня уже начал загораться план поездки в Москву.

«8»
Дожди, как неистовые дикие звери, набросились на Москву. Вторую неделю улицы не просыхали, навевая на горожан странную тоску. Шел октябрь две тысячи десятого года, страна только начала вставать с колен, собирая в могучий кулак экономику.
Марина, после института сидела одна в парке, лавочки были мокрые, но ее грусть скрывало пальто из клеенки, одетое на модный свитер и джинсы. Больше года она не слышала ничего об Алеше, друзья, как могли, помогали ей выбраться из депрессии.
Два месяца назад она переехала к папе, трудно жить без него в пустой квартире. Марина сидела здесь уже около часа, перечитывая, в который раз, его стихи. Леша написал Маринке много красивых любовных стихов. А вот это стихотворение она в десятый раз перечитывала вслух сегодня.
Ты есть сомнения и мысли,
Ты есть слова мои мечты,
Ты есть кусочек моей жизни,
Тебе хочу дарить всегда цветы.

Ты есть, и нет тебя дороже,
Ты есть, и утро настает,
Ты есть, любить тебя? О Боже!
Мне просто время не дает.

Ты есть, возьму тебя за руки,
Ты есть, и гаснет все вокруг,
Ты есть, ты сладостные муки,
Ты есть единственный мой друг.

Как же ей сейчас его не хватало. Карина с Ленкой, однокурсницей, смогли за все время лишь четыре раза вытащить девушку сходить в клуб, но каждый раз она уезжала от туда в слезах, как только к ней подходили парни познакомиться.
-Добрый день, девушка. Вас зовут Марина Геннадиевна Соболева? – Мужчина средних лет, с строгом костюме, под зонтом, любезно поделился им с Мариной, присев рядом.
-Да, а зачем вы интересуетесь? Что вам нужно? – Интерес пересилил осторожность девушки.
-Я знаю, где ваш Леша. – И он встал, направившись к машине.
-Ну, где же? Скажите мне, пожалуйста, я себе места не нахожу. Подождите же! – Марина, вскочив со скамьи, подалась за таинственным мужчиной.
Он галантно приоткрыл дверцу машины, приглашая ее внутрь.
-Прошу, вас, поедемте в более сухое место, и я вам все расскажу. – Она села в машину, и они понеслись навстречу начавшемуся ливню.

***
-Господа, пусть не прошло еще и двух лет, с момента пропажи, Великого Владимира, нашего Правителя, и Рамеза, Члена Совета, я хочу заявить о том, что мы временно прекращаем наши поиски. В наш мир, с каждым днем, прибывают все большие количество врагов, а в поисках заняты наши лучшие люди. Мы призываем их назад, они нужны в поле, в крепостях, на линии фронта.
-Ты прав, Ехан, после битвы при Короде, мы понесли огромные потери при Нанинге и Гольге. У нас катастрофическая нехватка опытных офицеров. Я поддерживаю решение.
-Я тоже.
-И Я.
-Вы не можете сделать этого. Он сильнее вас всех, он опытный и смелый волшебник. Вы не можете его бросить. – Лилит пыталась бороться за Владимира на Совете, в который раз.
-Послушаете, Лилит, мы бросаем его? А разве не он нас бросил? Разве не он убежал на Землю, когда на нас обрушились орды эфиров? – это звучало очень жестоко, но девушка нашла в себе силы, что бы ответить.
-Я может, и отношусь к нему иначе, чем вы, но разве кому-то из вас он сделал плохое? Разве он не спасал вам жизни в бою? Сколько побед вы одержали под его знаменем? Я вас спрашиваю!
-Вы правы, Лилит, он был с нами в трудные минуты, но сейчас его нет, а люди нам нужны не меньше его самого. Я думаю, он принял бы такое решение, случись это с любым из нас. Я предлагаю голосовать.
Многие подняли руки, и Лилит заплакала. Решение было принято.
-Очень жаль, что он не снами, дочь моя. – Герам подошел и обнял ее, девушка сразу заплакала.
-Герам, ты всегда поддерживал Вову. Очень жаль, жаль, что он не с нами, и не слышит, что творится в стране.
-Пойдем, я знаю, что нужно делать…
Через час они уже скакали по направлению замка Четырех Стихий.

***
Сердце просит, скажи и послушай,
Сказку будней, реальность мечты.
Слово рвёт границы незнанья,
Выбивает шаги на пути.

-Витя, учитель, у меня получилось!
Виктор Андреевич выскочил на крыльцо в одном халате, шел седьмой час утра. С пронося, он, еще туго соображая не понял, что у меня получилось, поэтому закричал с порога.
-А ну, слазь с дерева, что ты как маленький, в самом деле.
-Вы не поняли, у меня получилось! – я висел высоко над землей, барахтая, от радости ногами, в листьях.
-Что я не понял? Занятия через час, а ты будишь старого человека. – Стоит и ворчит, да как он не поймет?
-У меня взлететь вышло! С помощью стихов! – я потихоньку начал спускаться.
-Как тебе удалось? Великая Сила, что ты сделал не так? – у него аж ноги затряслись, присев на крыльце, он обнял голову руками. Я подумал, что он плачет. Зато когда я подошел поближе, и он поднял голову, я увидел самое счастливое лицо в мире.
-Молодец, умничка, — он встал и пустился меня обнимать. – Но что ты сделал не так? Я ни как не пойму.
-Да наоборот, Виктор, Я все сделал, так как надо, концептуально изменив теорию сотворения заклинания, взяв за основу не силу слова, а обращение к другой сфере, используя слова как рычаг. Это же просто, как и все гениальное. – Тут и ко мне от Вити перелезла эта глупая улыбка.
-Тут, скорее всего не в этом дело, многие из нас, в том числе и я, пробовали это делать, но, ни у кого, ни чего не получилось. – Он грустно посмотрел на свои руки, — Знаешь, это дар. Где же он был, когда нам так нужна была помощь, в битвах на Земле.
Тут он засуетился, поднялся, и направился в дом, оставив меня наедине с моим триумфом. Из дома послышались голоса.
— Послушай, Витя, мы должны объединится. Сейчас на Совете было принято решение отменить поисковую компанию.
-Герам, это опять старые заговорщики?
-Да, они словно сума сошли, они наплевали на наше мнение, — это был женский голос. – Что мы будем делать, Витя?
-Послушай, я все понял, пора начинать действовать, я думаю, их следующим шагом будет нейтрализовать Алешу.
-Да, — снова мужчина, — Ты должен приехать в Замок Стихий, Витя, ты нужен нам, а мальчишку нужно спрятать.
-Я тоже так думаю, я позабочусь о нем, конец связи, до встречи, друзья.
У меня вдруг закружилась голова, что теперь будет? Отца не ищут, мне грозит ссылка, в лучшем случае. А если я все правильно понял, то в стане будет переворот, если папа не вернется вовремя. Мне необходимо что-то предпринять. А первое, что я сделаю, это попаду в Замок, поближе к проходу.
На двор вышел Виктор Андреевич, выражение его лица было даже слишком пасмурным:
-Леш, я не ожидал этого так рано, но может начаться гражданская война, Советники разделились. Тебе нужно спрятаться.
-Где, учитель?
-Есть у меня одно место, севернее Отрада, там ты будешь в безопасности. А я направлюсь в Замок Стихий, необходимо приготовиться, может случиться все что угодно. Давай собирайся, мы выезжаем сейчас же.
-А я так не думаю, — мой голос прозвучал очень даже твердо и убедительно. – Я должен ехать с тобой. Ты ведь знаешь, что рядом с тобой мне безопаснее. И плевать, что там, рядом враги, их лучше видеть и держать под прицелом, чем прятаться по кустам.
-А ты стал смелым. Но я не хочу тащить тебя силой, поэтому мы поедем вместе в Замок.
-Отлично. – Что не могло меня не радовать.
Виктор призвал драконов, и всего через два часа перелета над моей прекрасной страной, мы добрались до места. Нас встречали, но только двое. Визит был инкогнито.
-Это Алексей Владимирович, это Лилит – первая дама, негласно, Герам – один из Советников, друг твоего отца, — Так меня представили властям, оппозицию я не встретил, а оно и к лучшему.
-Я предлагаю перейти к делам, как можно быстрее, Герам. – Виктор повернулся ко мне, — А вам покажут вашу комнату. Или вы хотите присутствовать при совещании?
-Нет, учитель, я устал после перелета, я подойду позже.
-Хорошо, — услышал я в спину, направляясь за девушкой-служанкой. – Лилит, все уже собрались?
-Да, Первый Советник, пройдемте.
Что происходило на совещании, мне было интересно, но не настолько, что бы я потерял такую возможность, мне предстояло еще выбраться из Магнии. Девушка, которая провожала меня, постелила мне постель, спросила, остаться ли ей, я ответил, что в этом нет необходимости, и она оставила меня наедине с моим планом.
Так как я еще ни разу не преодолевал проход, у меня возникли некоторые трудности с созданием портала. Для этого мне нужно было точно представить себе место, в которое я хочу попасть. Этим местом был ресторан «Акрополь», но проблема в том, что я не смог запомнить его так досконально, и портал в самый последний момент закрывался. Для устойчивости я решил начертить на полу пентаграмму, она должна стабилизировать проход. Рисунок имел вид пятиконечной звезды, она являет собой средоточие магической энергии, и служит чем-то вроде огромного колодца, из которого а, не тратя свои силы, я мог черпать энергию. Мне показалось, что в дверь кто-то стучит, и мне пришлось ускориться.
-Откройте, мой Повелитель, — видимо уже почувствовали ворожбу, надо торопиться, — Это я Жаннин, откройте, пожалуйста.
Тут мне удалось открыть портал, и я прыгнул в него, в тот самый миг, когда в комнату ворвался Виктор.

Очнувшись на полу ресторана, я не удивил никого из погони. Это место было «нашим», так что моему такому появлению никто не удивился.
Понимая, что за мной гоняться, я выскочил на улицу, завалился в первое же такси, и направился прочь от центра. Теперь им меня долго придется искать, подумал я и заснул, ехать было еще около часа.
Москва радовала жителей, стояла приятная, пусть и холодная, погода, снег ровным покрывалом улегся на улицы родной столицы. В воздухе стояла предновогодняя атмосфера, сновали туда суда снегоуборочные машины. Дворники лопатами гребли снег по тротуарам. Казалось, что никто даже не подозревает, что миллионы людей и магов скоро сойдутся в смертном бою за выживание. Мне снилась мама.
-Аэровокзал, парень! Вы встречаете кого-то, мне подождать Вас? – таксист сидел ко мне в пол-оборота, толкая меня в плече. Я открыл глаза, я был в той же машине, значит, еще не нашли, хорошо.
-Нет спасибо. Мне лететь нужно, к друзьям в Ригу. – Дезинформация не была никогда лишней, я заплатил ему нужную сумму, и вышел из такси.
Передо мной красовался новенький, в этом году отстроенный аэропорт «Домодедово». По всей территории, от Питера до Сочи стоились и обновлялись дороги и инфраструктура, страна готовилась к зимней олимпиаде в Сочи 2014 года.
Как только я получил деньги от Виктора, я положил их в 364 ячейку камеры хранения аэропорта, на всякий случай. И как показывает жизнь, я не прогадал.
Я забрал деньги, как мне показалась, без приключений, никто ко мне не подходил, я не вызывал подозрений.
Добравшись до стоянки, взял машину до города. Домой мне было нельзя, да и друзей они моих знали. Я даже не мог забрать свою машину, около «Акрополя» меня тоже ждали, и хорошо, если люди Виктора, там могли быть еще и папины враги. На меня вдруг навалилось одиночество, как, оказывается, бывает трудно и страшно остаться одному.
Мне не на кого было положиться, даже позвонить было опасно, я остался один.
Я решил остановиться в пригодном отеле, и там взять машину на прокат, паспорт, как и ключ от ячейки, тоже был со мной.
-Остановите около магазина, да около «Техники», спасибо, — я вышел.- Я сейчас.
Я купил себе новый мобильник, набрал Маринку. Ее-то номер я знал на память.
-Нет связи, странно. – Сказал я шепотом, и сел обратно в машину, к горлу подступил комок страха.


***

Через пять часов, я уже мчался по кольцевой в направлении парка « им. Т. Г. Шевченко», меня преследовали страхи, фантазия не давала мне спокойно заснуть, поэтому я поехал в город искать Маришку.
Поселился я, как и планировал в забытом богом номере, в спартанских условиях, без телевизора, холодильника, да и окно выходило на старый дом. В общем как раз то, что было нужно, меня не особо расспрашивали, кто я, от куда, просто записали в журнал адрес и фамилию. То, что в гостинице не было интернета, меня только порадовало, значит, дольше будут искать меня.
Приехав на место, начинало уже темнеть, да и голод подбирался все ближе к мозгу. Я зашел поужинать в маленькую кафешку, уровень заведения вряд ли радовал глаз. Здесь сидели, насколько я смог понять, завсегдатаи, мужчины старше среднего возраста, судя по всему после работы, в грязных спецовках, пили водку, запивая ее пивом, и громко обсуждали вчерашний матч «Спартака» против извечного противника питерского «Зенита».
Но, к моему удивлению, здесь была неплохая кухня. Девушка, приятно сложенная, официантка принесла мне стэйк из говядины, кофе, и «старопрамен». Я кушал и смотрел в окно, я думал о всем, что со мной произошло. Я только сейчас, оставшись наедине с самим собой, смог осознать, что остался один на один со своей судьбой. Нет тебе преподавателей, друзей, девушки, матери и отца, да вообще нет никого. Теперь я сам творил свою судьбу. Только вот в такие моменты понимаешь, что ты сам должен бороться за свою жизнь, и за своих близких, один.
Когда я уже допивал свое пиво, я заметил, что на столе перед мужиком, сидящим за соседним столиком, лежит завернутая в старую газету копченая вобла. Но это не было странным, меня удивило лицо Марины, изображенное на странице.
-Простите, можно вашу газету? – я обратился к нему.
-Да она же старая, и воняет от нее к тому же. – Ох, это было правдой, но не больше чем от него. – Но если очень надо, то за стаканчик пивка я отдам ее.
И здесь капитализм проклятый. Я заказал ему пиво, он дождался, пока ему его принесут, и лишь потом отдал мне бумажку.
-Спасибо, — и я стал пристально всматриваться в страницу. Газета была выпушена два месяца назад.
Криминальная хроника. Пропала девушка, рост 178, вес 51 кг, на вид 19-22 года. Зовут Марина. Всем кто владеет, какой либо информацией, обращается в милицию по телефону.… И так далее. А еще в статью помещалось интервью девушки, подруги Марины.
-Пропала прямо среди бела дня, в парке Горького, — говорила ее однокурсница Лена, — я только вышла и института, и пошла к ней навстречу, как к ней подошел мужчина, и она почти сразу села с ним в машину, я даже не успела добежать до нее, телефон у нее не отвечал.
Все.
Вот это новости, и как же мне ее искать теперь, кому она может быть нужна, зачем? Может это все из-за меня? А может, не дай Бог, это банальное похищение, раз про выкуп ничего не пишут. Ведь газету могли напечатать только через сорок восемь часов после похищения, сразу после подачи заявления в милицию.
Нужно срочно разыскать ее папика. Как там его зовут, Геннадий Палыч, кажется.

«9»
Марина лежала на холодном полу в сыром помещении, она не могла вспомнить, сколько прошло времени со дня ее заточения. Голый стены освещал слабый солнечный свет, пробиваясь сквозь маленькое окошко под потолком. Ее кормили два раза в день, или в какой-то другой временной отрезок, точно она не могла сказать, но ей казалось, что все-таки два раза в день.
Снова и снова, меряя комнату шагами, она пыталась вспомнить. В голову пробивались отрывки памяти, она садится в машину, счастливая, забыв об опасности. И неописуемую радость, от ожидавшего ее известия об Алексее, и все, тут память изменяла ей, она так и не смогла вспомнить, что же произошло дальше.
-Ваша еда, — голос из-за двери протолкнул в щелочку миску с гречневой кашей, как и всякий раз сразу ушел. Марина кричала ему вслед, но результатов это ей не приносило, так она и ожидала своего часа. Иногда, ее сознание помутнялось, она бросалась на двери, что-то громко кричала, звала на помощь, или молилась, а бывало, что просто часами, сидя на ледяном полу, плакала.
-Поднимайтесь, Марина, пойдем, нам нужно поговорить. – Ее вырвали из сна чьи-то грубые руки, мужчина поднял ее под руки, и помог пройти несколько десятков шагов.
-Все, все я могу дальше идти сама, — Марина, опираясь о стены, продолжила путь в неизвестность.
-Ну что же, я не против. — Он опустил свои руки и направился впереди, показывая дорогу. Широкие плечи, прямая осанка, большие грубые руки, это было единственное, что могла видеть девушка. Темные коридоры тянулись и тянулись, тусклый свет от ламп, не давал возможности, как следует разглядеть тюремщика. Дорога вела вниз.
Наконец он открыл двери в освещенное помещение, пропуская ее вперед. Дверь закрылась, глаза еще не привыкли к свету, но она поняла, что он остался снаружи.
-Добрый вечер, Мария Геннадиевна. – Знакомый голос, думала она, пытаясь сквозь белое пятно искаженного зрения, разглядеть хоть что-нибудь.
Он подошел ближе, придвинул стул
-Присаживайтесь, Марина Геннадиевна, пожалуйста. – Взяв ее за руку, он усадил девушку на мягкий стул. Марина, за время, проведенное в камере, потеряла всякий интерес к окружающему миру, она еще вспоминала Лешу, но это были лишь мысли о каком-то человеке, которого она когда-то любила. Потеряв счет времени, забыв свои привычки, в голову лезли только те мысли, с помощью которых, можно было дождаться конца ее мучений. Вспоминаю библию, она говорила себе, что это ее испытания, успокаивала себя, читая стихи, автора которых не могла вспомнить – это были его стихи. Марина стала безвольной и подавленной.
-Для начала я хотел бы представиться, майор КГБ, в отставке, ты можешь звать меня Отец Аким.
В ответ она лишь безучастно мотнула головой.
-Хочешь пить, девочка? – тот же жест в ответ и на эти его слова. Он взял со стола бутылку с красным вином и, наполнив чашку, подал его ей.
Мелкими, но быстрыми, а скорее жадными глотками она осушила ее. Через еще некоторое время, Марина жестом попросила еще одну. Мужчина выполнил просьбу, и стал наблюдать за ней. Подогретое вино несколько привело девушку в чувства. Где-то в глубине начало просыпаться сознание, взгляд ее стал чуть более осмысленным.
Прочистив горло, она произнесла первые, хриплые тихие слова.
-Так вы священник?
-Вот, это интересный вопрос. В принципе, да. Я уже много лет живу в монастыре, у меня есть небольшой приход, человек двести. Это в глубинке, люди там необразованные, и я учу их, прихожане рады моим лекциям.
-А-а, ясно. Что вам от меня надо? – Все еще голову трудно было держать прямо, свет слепил ее.
-Как вам сказать? Ничего конкретного, мы просто ждем одного человека.
-Я знаю его?
-Конечно, знаете, вы должны помнить, его зовут Алексей. Ну как вспоминаете?
Марина покачала головой, воспоминания начали медленно пробиваться сквозь завесу забытья. И она ВСПОМНИЛА!
-Скажите, сколько я здесь?
-Третий месяц, я подумал, что вам скучно там одной сидеть, и решил вызвать вас ко мне. Разнообразить, так сказать, тоску.
-Можно еще выпить? – Ей вдруг стало так больно, страшно за себя, за Лешу, за папку. Господи сколько всего произошло за это время, они, наверное, ищут меня, места себе не находят.
-Вот возьмите. – Аким протянул ей чашку с вином. – Только не пейте его сразу, вам станет плохо. Сейчас принесут ужин, и тогда мы продолжим. Хорошо? – Отец Аким старался придать беседе светский характер, создавая дружескую обстановку. Так учили его в спец отделе, когда хочешь что-то узнать, притворись другом. Что и делал майор.
-Нет, я хочу знать, — силы потихоньку возвращались к ней. – Что вам от меня нужно?
-Хорошо, я скажу вам, вы приманка. Когда Алексей узнает, что вас похитили, он разыщет нас.
-Зачем он вам, что он может для вас сделать?
-О, вы многое о нем не знаете, девушка, он стал серьезным противников, он может погубить Землю.
-Господи, что вы такое говорите? Он очень хороший человек, он даже драться не любит!
-Скажем так, человек он хороший, просто родился в плохой семье, поэтому действия, совершенный во благо семьи, для нас и есть зло. И для вас тоже, дитя мое.
-Нет, я не верю вам. – И пока Маринка плакала, отец Аким начал свое рассказ об Алексее, и мире Магнии. Можно было подумать, что этот разговор не имеет никакого смысла, но для Марины он был первый за два месяца. А майор сказал правду, о том что ему хотелось разогнать тоску, он проделал большую работу, давая косвенные намеки в милицию, теленовости, газеты для того чтобы за девушкой скорее пришли. Он со своими агентами обыскал всю Москву, в поисках следов. На него работали две с четвертью тысячи человек, за подозрительными событиями в городе неусыпно следили его люди. Но прошел первый месяц, второй, уже начался третий, а результатов никаких. Вот уже несколько дней он просто сидел и ждал, смотрел новости, читал сводки агентов, пил водку, иногда, как сегодня вино.
-Знаете, вы очень симпатичная девушка, — выдал уже подвыпивший священник. Марина плюнула ему в лицо. – Да вы правы, я ведь святой отец, Господи, прости меня грешника твоего.
-Товарищ майор, срочное донесений, разрешите доложить!? – голос молодого человека, а это был именно голос такого офицера, донесся из-за дверей.
-Да, можете войти, лейтенант.
В комнату ворвался, одетый в форму милиции человек, лет двадцати пяти, выпрямился, и, отдав честь командиру, начал доклад.
-Товарищ майор, сегодня в двенадцать часов утра в центре города, был замечен человек похожий на нашего клиента. Его заметили около ресторана «Акрополь», после чего он взял такси и направился за город.
-А где же он сейчас, Серов?
-Дальнейшие поиски ведутся, товарищ майор. Мы пока не определили место назначения, но к нам уже везут того таксиста, он будет через десять минут. Какие будут указания?
-Таксиста сразу ко мне. Да и позовите сержанта, необходимо девушку отвезти в ее новый номер.
-Есть! – и солдат покинул помещение.
-Вот, дорогая моя, кажется, мы его нашли.
-Не нашли. — Марина пыталась убедить себя, что с ним все в порядке, и верила, что они его не найдут, — И не найдете, я его хорошо знаю, он умный парень.
-А вот по этому поводу, мы с вами обязательно поговорим, у нас будет на это время.
В помещение вошел громила, забрал девушку, оставив самого отца Акима.
-Ты еще пожалеешь, если мы не наедем его, а даже если и найдем, тебе все одно не жить, ты много знаешь теперь.

***
Машина подъехала к дому Марины, я отпустил такси, и направился к подъезду. По привычке взглянул на ее окна, свет горел на кухне и в спальне, значит родители дома. Подойдя к подъезду, я обратил внимание на дверь, тут был магнитный замок, но дверь была открыта, значит, сломался, подумал я. Вошел и побежал на шестой этаж.
Не знаю почему, но меня что-то остановило около дверей Марины, как будто предостерегало. Я осмотрелся, и не найдя ничего подозрительного, нажал на кнопку звонка. Бух, и померк свет.
Сказать, что меня ударило током, значит, ничего не сказать. Я со всей силы моей массы умноженной на переданное ей ускорения, а весил я добрых девяносто пять кило, стукнулся о противоположную стену, в двери соседей.
Спасло мое несчастное тело только неудачная покупка. Виктор Андреевич, как то перемещался в Москву, и я попросил его купить мне кроссовки, желательно не на рынке, сказал я ему, а купил он мне подрезанный адидас с резиновой подошвой. Если бы не это, разряд прошел бы через меня в железобетонное перекрытие, и тогда мне точно конец. Видно электрики, которые это подстроили, не учли, какие могут быть красавцы китайцы.
Пока я собирал свое тело на место, двери открылись, и на меня уставилось два дула автомата Калашникова с глушителем.
-Добрый вечер, пройдемте. – Добрый парень ростом около двух метров, ласково взял меня за плече, поставив на ноги. – Ну, раз ты жив, тогда придется тебя везти в центр.
-Да, Глеб, вызывай наших, это он, я его посторожу. – Они затащили меня в квартиру Соболевых, бросили на диван в гостиной, и Глеб это тот который побольше, пошел вызывать «наших». Наконец, меня перестало трясти, я смог собраться с мыслями. Так один, стоит прямо передо мной, и тычет в меня автоматом, напарник в другой комнате, но пробудет там еще не долго, значит нужно действовать немедленно.
Так, теперь подумаем, что я могу предпринять, действует здесь только магия слов и ворожба с травами, на травы времени, понятно, нет, значит, слова. Сильнее действуют стихи, так, так, что я реально помню? Пока я думал об этом, прошло не более трех долей секунды, это еще одно преимущество магов, они могут, невольно, вокруг себя замедлять время на несколько мгновений. Шуметь нельзя, заклинание «сон» долго действует, и внезапно пришла гениальная мысль. И я сказал:
-Мгновение продлится вечно,
И тишина покроет мир. – Говоря это, я передал заклинанию немного силы, так, что оно действовало только в этой комнате, и начал действовать.
Схватив дуло автомата, я подставил ему подножку, использовав выхваченный из-за пазухи гориллы нож, я опустил его на пол уже мертвым.
И откуда во мне столь прыти? Вот это был мой первый боевой опыт. Остался еще один, сняв заклинание с комнаты, я спрятался за дверью, оставив лежать на полу автоматчика.
-Эй, Ром, я вызвал, осталось дождаться их, и домой, впереди нас ждут выходные. – Но обратно в сторону кухни ничего не сказали. – Ром, как ты там, все в порядке?
Я услышал шаги, прижимаясь к стене еще плотнее, я одними губами читал «сон». Вот, у двери показалась плечо с АК-74м, он зашел весь в комнату, осторожно поглядывая то на тело товарища, то на окно. Я дочитал и стал ждать, стараясь совсем не дышать. Да, я мог бы его оглушить, это было бы намного проще, но тогда бы я ничего не узнал.
Все шло хорошо, как вдруг он начал поворачиваться к двери, сердце мое забилось в четыре раза быстрее, пот проступил на лбу. А потом по телу прошла волна эйфории, в комнату ворвался громкий вздох облегчения. Он упал к моим ногам, и захрапел как медведь, думаю и весил он не меньше.
Я закрыл дверь в квартиру, перетащил мертвого на кухню, а сам принялся будить связанного убийцу. Все в квартире было в полном порядке, конечно, если не брать в расчет труп на кухне и дорожку крови в нее. Следов взлома не было, все вещи стояли на своих местах, даже чувствовался уют. Как-то мне все это показалось странным. Куда же пропал Соболев? Может, уехал на дачу, но тогда бы эти парни не попали в квартиру без взлома, странно, но я доберусь до правды.
Я вылил в лицо Глебу второй кувшин воды, и он зашевелился.
-Проснулся, гад? Кто ж вас надоумил ток к звонку проводить, а если б я умер?
-Да пошел ты? – Он пытался сесть, но ремни ему помешали, и он бухнулся обратно на ковер.
-Фу, как некрасиво. Давай рассказывай мне кто ты, что тут делаешь, хотя это понятно и без тебя, меня ищите? Кто за этим стоит?
-С какой радости мне говорить тебе это? – опять попытки подняться, на которые я ответил ему ударом колена в грудь, он закашлялся. Но отвечать не стал.
-Ты знаешь, кто я? – начал я из далека, проверяя его сговорчивость.
-Конечно, знаю.
-Кто?
-Алексей, мы тебя здесь ждали?
-Долго? Куда делся хозяин квартиры, что вы с ним сделали? – я опять сел ему на грудь.
-Второй месяц, ждем, только не мы, мы с братом здесь неделю только.
-Смотри ка, начал говорить, жить, наверное, хочешь? – еще одно усилие коленом.
-А кто ж не хочет. Хозяин, понятия не имею где он, мы пришли сюда сменять других. – Он опять закашлялся. — Я больше ни чего не знаю, отвали от меня. – Тут уже не коленом, мне пришлось применить более действенную штуку. Я создал скарабея, и запустил ему в штаны. Жук начал что-то там кусать и мужик закричал.
-Говори быстрее все, что я спрошу, или останешься без достоинства. Кто тебя послал?
-Майор послал, — он уже плакал, но отвечал.
-Какой майор, как с ним связаться?
-По рации связь с центром, на прямую нет. – он весь как-то странно сжался, и я убрал скарабея обратно в его мир.
-Спасибо. – Он тяжело дышал, но дышал, а больше мне от него ничего и не надо было.
-Ты вызвал их, через сколько они тут будут? Они знают тебя в лицо?
-Нет, никто меня не знает, мы наемники, работаем на КГБ, связь только по телефону и рации ведем.
-Отлично, будем ждать их. А пока поспи. – Я снова усыпил его, и начал ворожить, меняя наши облики местами. Ну, не совсем местами, просто забрал его одежду, поменял голоса, и мое лицо стало более жестким и грубым, так что я себя не узнал, а ему придал более молодой вид, и стал ждать. Если они его не знают, значит, прокатит, поеду с ними в центр и поищу там информацию. А для убедительности, разукрасил кровью ему лицо, чтобы не сразу определили, не схожесть с искомым ими человеком. А на месте спустят на тормозах, мало ли похожих людей в Москве, тем более он залез в квартиру, где его ждали.
Подъехали три черных джипа, ко мне поднялись семеро мужчин в камуфляже, забрали тело убитого наемника, псевдо меня, и мы поехали в ночь. Ни в квартире, ни в машине никто не спрашивал меня, что произошло, да и вообще никто не разговаривал. Оно и к лучшему, подумал я, больше шансов на успех моего плана. А на месте я что-нибудь придумаю.
Мы так и ехали, молча, «я» в сознание не приходил, труп мы сбросили по дороге с моста в пригороде, и, судя по направлению, ехали мы в район Таганки.
Машина резко дернулась и остановилась.
-Выходим, приехали. – Скомандовал парень на переднем пассажирском сидении.
Все вышли из авто, я взял «меня» с каким-то солдатом за руки и понесли мы его внутрь здания. Около лифта, где-то на подземных этажах нас ожидало пятеро мужчин и только один без формы. Врач или тот самый майор, пришло мне в голову. Они забрали спящего служивого, меня провели в комнату отдыха, как я бы ее назвал, и оставили одного. Здесь был длинный стол, окруженный неудобными железными стульями, и шкафчик-холодильник с напитками и полуфабрикатами, еще была микроволновка, а под ней ящик со столовыми приборами и стаканами.
Я не так давно поел, так что я налил себе «Коллы» и стал, а вернее сел, ждать развивающихся событий.
-Вот он, товарищ майор, — донеслось из открытой двери. Вошли двое, один был тот самый врач-майор, а рядом с ним один из тех ребят, с которыми я приехал.
-Доброй ночи, солдат. – Он протянул мне руку, я уже стоял напротив него, всем видом показывая свое признание оказанной мне чести.
-Здравия желаю, товарищ майор.
-Спасибо за службу, Глеб, но не того вы парня взяли, не смогли меня порадовать. Но, ничего деньги свои ты все равно заработал, и свои и брата получишь.
-Спасибо, майор, только можно мне немного водки, и побыть здесь до утра? – Я пытался войти в роль убитого горем рубаки.
-Нет проблем, пройди с сержантом, он все тебе покажет.
Меня провели в другую комнату, но на том, же этаже. Она была меньше той, и на много приятней себя в ней чувствовалось. В комнате была и кровать, и стол, стул, правда, был такой же неудобный, но это была не беда. Было даже радио, я включил его, и заметит в углу потолка, над столом камеру, стало неловко. Блин, да я же никогда еще не сидел так вот под камерой в пустой комнате. Фильмы смотрел, там заключенных допрашивали в таких вот комнатушках с прозрачным зеркалом, за которым стояли дядьки в погонах. Зеркала видно не было, поэтому я, немного расслабился, и принялся мешать водку с водой, и видимость и не так пьянею. Просидел я так достаточно, что бы, не вызывая подозрения, отправиться на поиски туалета.

***
Майор, после тога как опросил таксиста, уже знал, где остановился Леша. На его лице появилась давно уже забытая улыбка. Через несколько минут, в гостиницу мчались лучшие агенты подразделения.
В дверь постучали, и вошел священник, Марине даже показалось, что Аким счастлив, хотя в этом было что-то зловещее.
-Знаете, девушка, мы скоро обнаружим вашего любимого, и предотвратим опасность, грозящую нам всем. Я надеюсь, вы рады этому? – С лица все еще не сходила эта улыбка.
-Я ненавижу вас? – Она снова принялась плакать. Упав на кровать лицом вниз, она старалась заглушить слезы, чтобы не показывать их своему тюремщику. — Уходите, прошу вас, уходите немедленно, умоляю.
-Пусть так, но я вернусь, когда мы поймаем его.
Дверь закрылась, и Марина снова осталась наедине со своими слезами. Ее перевели в чистую комнату, здесь была чистая кровать, но заснуть на белых простынях ей все-таки не удавалось. Окон не было, так что считать время было невозможно, свет горел постоянно, давая возможность камере неусыпно наблюдать за ней. Она пролежала так довольно долго, и внезапно заснула, усталость взяла свое.
Ей снилось, как они с Лешкой гуляли в парке за неделю до того как она уехала к бабушке, он подарил ей самую необыкновенную розу, подобно которой раньше Марина еще не видела. Он был такой хороший, держал ее за ручку, и говорил о том как ему с ней чудесно, какая она красивая и нежная, он любил ее. В тот день она действительно поверила в это. Потом они пошли в кино, последние места были свободны, так что никто не мешал ему целовать ее, и мечтать о будущем. События в фильме были в самом разгаре, как ее разбудили звуки за дверью.
Она слышала голоса, и топот десятков ног, люди пробегали мимо ее комнаты в оде стороны, там что-то произошло, пришло ей в голову, может они схватили его?

***
-Говори, я тебя спрашиваю, Марина у вас? Где она? – Но солдат лежал, с трудом дыша, двигая рукой, давая понять, что не может произнести, ни звука. Черт, снова не хватило времени безвредно это сделать. Это уже четвертый, который заходит в туалет, и держат в руках нож или пистолет, что же там происходит, похоже, меня вычислили.
Я положил его к остальным в кабинку и стал думать, как мне выбраться из всего этого, ведь если меня ищут, значит, меня узнает каждый на этой базе. Так что же делать? Тем более я не знаю где искать Марину и ее отца, если они здесь, я помню, как выйти отсюда, но мне необходимо убедиться, что их здесь нет.
Ну что ж сделаем как и в прошлый раз только с некоторыми добавлениями, должно получиться. И я принялся придумывать заклинание, закончив, я выглядел, как только что взятый мною человек, и вокруг меня витала аура «незаметности». Да меня люди видели, но не обращали на меня внимания, считая, что я чем-то очень занят, и меня не нужно беспокоить.
Обезопасив себя, я выбрался из туалета, и направился на поиски, я заглядывал во все двери, которые попадались мне на пути, мимо меня пробегали вооруженные люди, совершенно меня не замечая, только шарахались в стороны, если я стоял прямо и них на пути. Я зашел в лифт и спустился на этаж ниже, в лифте на клавиатуре я увидел, сколько здесь этажей, и меня кинуло в пот. Господи, их тут 14! Я был на седьмом, надо мной было три этажа под землей, и три над ней. Ну что ж, у меня было еще около часа действия заклинания, и я начал прочесывать помещения. Мне пришлось даже убить двоих парней, которые врезались в меня когда, я открывал очередную дверь, паника возрастала, и это я чувствовал на себе, когда заглядывая в одну из дверей, служивый открыл по ней огонь из пистолета, меня спас бронежилет, одна пуля попала мне в грудь. Он стал третьим.
Я бежал по коридору минус восьмого этажа, над головой мигали красным лампочки, и гудела противная сирена. Дверь номер пять не поддавалась, я не мог пропускать комнаты, поэтому пришлось прострелить в ней замок, вызывая к себе внимание. Но когда я открыл ее, мне на это было плевать, я увидел сидящую, с кранными от слез глазами, перепуганную Марину. Я подбежал к ней, взял за руку, но она потеряла сознание. Вот дурак, я же на себя не похож, испугал еще больше девочку. Времени было мало, и делать что либо, приводя ее в чувства, я не стал, забросил бесчувственную Маринку на плечо, побежал к лифту.
-Вот он, держите его! – Сзади донеслись шаги, и очередь автомата по-над моей головой предупреждающий выстрел, понял я. – Стой, тебе некуда бежать!
А он был недалек от правды, впереди открылись дверцы подъемника, а от туда с оружием наперевес вышли пятеро. Меня охватила паника, до них оставалось еще метров пятнадцать-двадцать, я завалился в последнюю перед ними дверь, и запер ее. Марину опустил на пол, подальше от входа, и старался восстановить дыхание и привести голову в порядок. Первым делом я снял с себя чары. За дверью копошились солдаты, но войти не решались, все-таки страшно было, похоже они были осведомлены, о том, что я опасен, и на рожон никто из них лезть не собирался.
Я стоял лицом к дверям, сочиняя стихи для защиты дверей, когда позади я услышал:
-Что вы от меня хотите, где отец Аким? – Я, дочитав, повернулся к ней.
— Как ты, рыба? – Присел, и обнял ее расслабленное тело.
-Ты, ты жив, любимый, мне сказали, что схватят тебя, а ты пришел и унес меня. Где мы? Мы уже в безопасности? – Она крепко прижалась ко мне, целуя в губы. – Ты спас меня.
-Знаешь, Мариш, рано еще пить шампанское, кстати, если хочешь, могу наколдовать?
-Нет спасибо, так, где мы?
-Мы? Да, там же, на том же этаже, где тебя держали. Они за дверью, нам некуда бежать, так что если ты не против, поговорим с тобой чуть позже, а пока давай выпьем действительно шампанского. Может оно последнее в нашей жизни. – Я снова поцеловал ее, и подал бутылку «Кристалла».
-Что ты такое говоришь, я боюсь. – Она сделала глоток, и отдала ее мне. – Я знаю, ты что-нибудь придумаешь.
-Только вот я почему-то этого не знаю. – Я поставил перед Мариной шампанское, и отошел к дверям. – Жизнь хорошо, когда пьешь не спеша. Больше мы с ней уже не говорили, она пила, а я смотрел на железо двери, и пытался что-то придумать.
В дверь тихонько постучали, я невольно дернулся.
-Эй, Леш, открой, пожалуйста, я заберу Марину. – Голос показался крайне знакомым. – Мы тебя не тронем, не бойся. Просто медленно открой ее.
-Это же папа! Что он здесь делает? – Марина поперхнулась пузырьками. – Он спасет нас, солнышко, открой ему дверь. – Она подалась вперед.
-Сядь, тут что-то не так, как он мог здесь очутиться? Либо он с ними заодно, или они схватили его. В любом из этих случаев он нам не помощник. Ты понимаешь это? – Я повернулся к ней, и вопросительно смотрел ей в глаза, в них сочетался страх с удивлением. Как будто она не могла собрать в кучу, отца, КГБ, меня — колдуна, и то место, в котором мы застряли.
-Но, это же, папа мой. Он не может быть с ними. Дай я поговорю с ними. Можно? – Она подошла в упор, ожидая ответа.
-Давай, только близко не подходи, мало ли что.
-Пап, со мной все в порядке, что ты здесь делаешь? – На лице Марины было натянутая улыбка, и нескрываемая надежда.
-Доченька, я вытащу тебя от туда. Не бойся.
-Я и не боюсь, пап, почему ты здесь? – Надежда быстро сползала с ее лица.
-Я пришел за тобой, доченька. Открой мне дверь. Я не знал, что ты здесь, мне только вчера сказали это, поэтому тебя и перевели в приличную комнату. А за все, что они с тобой сделали, они получат свое.
-Вот, слышал, он хочет забрать меня.
-Да, видимо это так и есть, только, до сих пор он не ответил, как он с ними связан. – Я подошел к дверям. – Здравствуйте, Геннадий Палыч, так как вы тут оказались, это ведь какой-то секретный военный объект.
-У меня друзья в высшем офицерском составе, еще с армии, вот они мне и сказали, что Марина здесь. Теперь ты откроешь?
-Нет. Марина, нам нужно выбираться отсюда. Только как, мы глубоко под землей, лифт охраняют, мы заперты. Дай мне минутку подумать. В голову ничего не лезло, что же делать, да и магия слишком слаба на Земле. Но должна быть лазейка, недаром говорят, что из каждой ситуации есть как минимум три выхода. Первый – это отдать им Маринку, но я этого не сделаю. Второй, сдаться, тоже не выход. А вот где же третий?
-Жаль, что мы не можем поменяться телами, я мог бы выбраться, и придумать, как спасти тебя.
-Очень здорово, ты просто гений, а если они убьют меня? Ты подумал об этом?
Время шло, Маринка, уже изрядно опьяневшая, читала по памяти мой любимый стих.
Вся жизнь игра сказал поэт когда-то,
Но я не в силах свою роль сыграть,
Тебя увидеть оказаться рядом,
Хочу уста твои без памяти ласкать,

Приди в мой сон и нежно прикоснись,
Разбей тревогу горькою слезой,
Прими меня таким и обернись,
Когда был глуп и молод я с тобой.

Закрой глаза слова, чтоб все увидеть,
Нечаянно коснусь своей рукой тебя,
Я так устал любить и ненавидеть,
Прошу верни меня из небытия.

Согрей меня от бурь зимы холодной,
И огради от глупости людской,
Тебя все дам и будешь ты свободной,
Ты только дай минутку быть с тобой.

Вернись, прошу, побудь еще со мной,
И обними могучею рукой.
Я тебя обнял, и исчезла боль,
Найду я счастье лишь с тобой.

Кричи, кричи, ругай меня что мочи,
Все протерплю и вынесу от Вас,
Я так устал не спать все эти ночи,
Я так устал без тех любимых глаз…

Вернись, прошу, побудь еще со мной,
И обними могучею рукой.
Да я поэт я вовсе не герой,
Но ты не бойся, если я с тобой…
Я, молча, слушал ее, мне вдруг так захотелось жить, так захотелось счастья, чтобы закончились это проблемы. Просто убежать куда-то, забыться с ней наедине, и чтобы нам никто не посмел мешать, пока нам не надоест любить друг друга.
И как часто бывает в критической ситуации, помощь пришла, откуда ее не ждали.
За дверью все смолкло, несколько таких тяжелых минут, продолжалась тишина. Я взял бутылку, и, сделав несколько больших глотков, хотел поставить ее на пол, но не удержал в дрогнувшей руке. Я, буквально забыл все свои боевые магические наработки, когда дверь с грохотом исчезла.
-Привет, сынок, бери девушку, и быстро уходим, сматываем удочки. – В проеме возник, будто ангел, в сером плаще, с мечем в руке, весь окутанный белым облаком пыли мужчина. Он был сильный, стройный, от него прямо веяло силой и уверенностью.
-Давайте поторапливаетесь, они скоро проснуться, Володя, забирай их. – За спиной первого мужчины появился второй, немного меньше его, но в плечах намного шире, он имел азиатскую внешность.
-Ну, что встали, как вкопанные, бегом за мной! Рамез, а ты оказался прав, это они. Повтори «сон», и догоняй нас. – Отец схватил мою Марину, и потащил нас к подъемнику. Сказать, что-либо у меня не было ни сил, ни возможности, мы стремительно двигались, обходя, а иногда и наступая на лежащих под ногами людей. Их было много, Марина шла задом на перед, пристально смотря, на лежащего около проема нашего временного убежища, отца, рядом распростерся майор. Надо было покончить с ним сейчас, иначе от него будет много неприятностей, но мы были уже в лифте, и двигались навстречу солнцу.
Рамез, как его назвал Владимир, тяжело дышал, видимо колдовать на Земле ему дается с большим трудом. Папа пристально смотрел на меня, поддерживая уставшую от заточения и «Кристалла» девушку, даже не могу сказать от чего больше, зря я, наверное, так с шампанским. Я же, глупо улыбаясь, молча, разглядывал наших спасителей, то отца, то Рамеза. Но больше, конечно, Владимира. Имя ему подходило, как нельзя лучше.
Гордо поднятый подбородок, победный, взволновано-довольный взгляд, прочесывал меня с ног до головы. Прям таки Владимир Великий, подумал я, вспомнив его положение на другой планете. И сразу вспомнил о том, что там сейчас происходит. Нужно было ему срочно все рассказать, да слишком много надо было рассказать и спросить, но я решил просто крепко обнять его. Так мы проехали последние этажи, и выбрались на улицу, кругом лежали, и похрапывали вооруженные люди.
Тут я уже забрал свою девушку у отца, залез, в ожидавший нас черный «хаммер» и принялся, не делая промежутков для вдоха, говорить с отцом.
Время в такие минуты летит незаметно. Когда мы вышли из центра, было около полудня, а сейчас была уже глубокая ночь. Выйдя из машины, мы отнесли спящую Марину в домик, загородом, после подземелья, воздух был просто чудесным. Силы покидали нас, и мы легли спать.

***
-Витя, сколько можно продолжать поиски? Мы уже выбились из сил, сутки без отдыха и остановок мы прочесываем город. – Лилит выглядела действительно уставшей, время, проведенное на ногах, плюс, нервное напряжение последних недель истощали ее.
-Дорогая Лилит, мы почти у цели, мы скоро найдем их, осталось несколько мест, где нам необходимо побывать. – Он по-отцовски обнял ее за плечи, — Потерпи еще немного.
После побега Алексея, Виктор взял две дюжины людей, и отправился на писки парня. Они разделились на группы, погружаясь в городские джунгли. Герам, учитель и спутница Владимира пробивались по следу главного направления, в то время как остальные проверяли все возможные варианты.
Приближалось утро, первые проблески рассвета уже царапали крыши домов и ветви высоких деревьев, когда пара магов добралась до гостиницы, где остановился Леша.
-И это все, что вы можете мне сказать? Его паспортные данные и время его ухода? Может он говорил, куда хотел отправиться, что было у него на уме. – Герам по четвертому кругу задавал вопросы перепуганному работнику вестибюля, который уже давно пожалел, что взял пятьдесят долларов за парочку вопросов.
-Сколько я могу повторять вам, одно и то же, нет, он мне ничего не говорил, просто снял номер, вызвал такси и уехал. – Он устало опустился на стул за стойкой, и умоляюще смотрел на троих мучителей.
-Ладно, Вить, он, похоже, правда ничего не знает, тем более он устал от нас, в таком состоянии мы из него ничего не вытащим, он сильно напуган, и если что-то вспомнит то не сейчас. – Он повернулся к Виктору и Лилит, та в свою очередь, умостилась на диван для гостей и тихонько похрапывала.
-Да, наверное, ты прав, да и некоторые из нас изрядно подустали. Предлагаю снять здесь номер и перенести туда Лилит, а самим дежурить по очереди на этом диване. Я буду первым, как ты к этому относишься, друг?
-Так и сделаем, друг. – Обменявшись одобрительными взглядами, Герам в последний, на сегодня раз побеспокоил беднягу за стойкой, попросив номер и бутылку виски с бара, взял девушку и поднялся на второй этаж. Виктор остался внизу с парнем, парень скоро уснул, давая Виктору возможность порыться в регистрационных бумагах гостей.
Через пять часов, к нему спустился Герам и виски, с легким привкусом ванили, полилось в оба желудка. Советник поднялся в комнату спящей Лилит, и захрапел, как ни в чем, ни бывало.
Просыпаться было тяжело, так как прошло еще мало времени, с того момента как он заснул, но голос говорившей по телефону соседки по комнате, вывел его из сна.
-… да, хорошо, мы скоро будем на месте, не лезьте туда сами, дождитесь там нас. Конец связи. – Она повернулась к уже сидевшему рядом мужчине. – Они нашли что-то, нужно ехать скорее.
-Ну, я надеюсь, по дороге ты мне все подробно объяснишь. – Сказал, и начал вставать с постели, и собираться в путь Виктор.
-Да что я расскажу, я сама толком ничего не поняла, там что-то про секретную базу, про людей в форме, у которых утром были какие-то неприятности, надо на месте разбираться.
-Хорошо, поехали. Где Гер?
-Внизу, где и положено, вы готовы?
-Давай спускайся, вызывай такси, я через минуту буду. – Он закрыл двери в ванной комнате, и включил воду.
Страна трещала по швам, а основные узелки, если так назвать людей, которые были сейчас в гостинице, находились в другом мире, в поисках двадцати двух летнего парня, со скрытыми талантами, который к тому же был наследником, рушащегося трона. Как в такой ситуации не принять холодный душ, приводя мозги в порядок?
Выйдя на улицу, он застал двух своих товарищей сидящими в машине, ожидая его. Он достал трубку, забил ее вишневым табаком, и первый раз за много лет закурил ее. Слишком много навалилось на его старые плечи. Плюнуть бы на все это, поехать на рыбалку в его старый домик на берегу реки, где они с Лехой провели много месяцев. Докурив, выбил табак сапогом, и пошел к машине. Вот, в очередной раз, долг и дружба, для него, были важнее минутной слабости, и он сел в такси, досыпать свои пять часов.

***
-Вот они, огни просыпающегося города, заливают горизонт манящим светом. – Так сейчас выглядела Москва, наступил вечер, кружащая синева смога над городом стала не видна, и небо на горизонте обретало оттенки оранжевого, желтого и кое-где красного цветов. В небо, то тут, то там вырывались столбы света от прожекторов над супермаркетами, или, кружась вокруг своей оси, призывая, маня к себе, светили над ночными клубами.
-Да, сынок, Москва. Город, который оживает ночью, поглощая свет вокруг себя, он будто рождается другим. Совсем не таким как днем, нет больше серых домов, с обшарпанными крышами, исчезают грязные улицы, превращая город в сказочную страну, побывав в которой однажды, ты стремишься к новому свиданию. Знаешь, я столько раз бывал в этом странном городе, который менялся каждый раз, когда в него приходила новая власть, или новое поколение, но до сих пор не могу привыкнуть к нему, для меня Москва всегда была и остается разной. Закуришь?
-Не откажусь, благодарю, пап. Я так рад, что именно ты спас меня с Маринкой от туда, так рад, что ты нашел меня. – Я подкурил, протянутую мне сигарету, и задумчиво уставился на небо над Москвой. – Скажи, мы теперь вернемся домой, заберем маму, и направимся наводить порядок в нашем мире?
-Нет, как ты думаешь, если я так быстро нашел тебя, я мог вернуться в Магнию раньше?
-Я думаю, что смог бы конечно. Что ты хочешь этим сказать?
-А то, Леш, что у нас здесь слишком много работы, чтобы заботится о троне, и борьбе за власть там. Та прекрасно понимаешь, что нас в этом мире никто не ждет, мы лишние в нем, и нам крайне необходимо добиться места под этим солнцем, иначе мы все погибнем.
-Да, пап, но у меня, кажется, есть другой план, только я его еще не придумал. Как только я сделаю это, я скажу тебе, как решить все наши проблемы, и война с людьми здесь не нужна, я верю в это.
-Ты стал мужчиной, Алеша, но ты еще мало знаешь людей и магов, чтоб так опрометчиво говорить о решении вопроса без войны. Но, время покажет, как говорят на Земле – тише едешь, дальше будешь. Так что давай пока ты побудешь здесь пару дней, а я переговорю с монахами в городе Белгороде, там у меня есть несколько людей, которым я доверяю.
-Да, хорошо, только держи со мной связь, отец, я не хочу тебя снова потерять.
-Слушай, а ты, правда, хочешь жениться на Марине? Она же, как то связана с нашим врагом, ты уверен в ней? – Он подкурил еще одну сигарету, и мне протянул тоже, я взял. – Правда, курю только на Земле. – Он заулыбался, как маленький, как будто провинился, и я буду ругать его за курение.
-Да я женюсь на ней, когда все это кончится, я полностью верю ей, она удивилась больше меня, едва услышав голос Геннадия. Вот с ним, похоже, действительно что-то не чисто, но я думаю мое знакомство с Мариной, чистой воды совпадение.
-Я был бы очень рад этому, но проверить не мешало бы ее. Но давай об этом потом, расскажи как там мама…
Прошло не меньше часа, когда отец согласился отпустить меня в дом, сам он остался сидеть, о чем-то размышляя. Я зашел в домик, и застал Маринку спящей, у окна, сидя на стуле, храпел Рамез, хороший мужик, мне он понравился, знает много неплохих анекдотов. Нет, Марина не проспала сутки, хотя ей этого очень хотелось, она несколько раз, просыпаясь, выходила со мной на улицу, мы прогуливались. Она все расспрашивала меня, пыталась сверить то, что говорил ей Аким, и мою историю. Оказалось, со слов священника, я страшный человек, просто ужасный, мы много смеялись, Аким наговорил про меня столько выдумок, фантазия у этого человека прекрасно развита. Но этот образ, созданный людьми обо мне, меня устраивал гораздо больше, чем мой собственный.
Так вот, я зашел в комнату, лег рядом с любимой, нежно обнял ее и заснул. Сон был чудесным, мне снилось, что мы с папой и Виктором Андреевичем, сидим на берегу реки, позади маленький домик, окруженный садом, мы пьем пиво и ловим рыбу. Уединение с природой очень благоприятно влияет на наши организмы, нас не заботят государственные перевороты, войны с людьми и эфирами, мы счастливы. Такой маленький островок свободы, как вдруг, меня накрывает набежавшая, неизвестно от куда, волна и забирает с собой в омут зеленых вод. Я кричу и пытаюсь плыть, но у меня ничего не выходит, вода попадает в легкие, вот я уже не могу шевельнуть, ни руками, ни ногами, приходит осознание того, что я погиб. Я закрываю, в последний раз глаза, и вижу перед собой перепуганное лицо Марины.
-Проснись, тебе что-то плохое сниться, проснись. – Она брызгает на меня водой из баклажки, треплет за плечи, ожидая моей реакции.
-Да, все, все проснулся, что ты со мной творишь? Лучше поцелуй, мне такое снилось. – Я сел на мокрую постель и старался снова дышать ровно, пока это слабо удавалось.
-Ты кричал, потом дергался весь, что тебе такое снилось? – Она еще раз брызнула мне в лицо водой. Я не успел отвернуться, так как мне вода уже была не нужна, но не успел, и уставился на нее с вопросительной миной. – Это я так, для профилактики. – Марина приходила в себя после заточения, она хорошо кушала, перестала вести себя как маленькая, да и вообще стала похожей на себя. На уверенную в себе взрослую девушку.
Я рассказал ей сон, и она от меня отвернулась. Я обошел ее, и увидел слезы.
-Что такое, почему ты плачешь? – я не понимал ее, что могло ее расстроить.
-Знаешь, а я думала, что все уже в прошлом.
-Что в прошлом? Говори яснее.
-Тебе приснилась твоя желанная идиллия, которая рушиться в самый счастливый момент, ты стал магом, значит твои сны, это не игры разума, не фантазии, как у детей, я думаю, что твои сны стали пророческими.
-А я не хочу так думать, даже если это так и есть! Ты знаешь, что будущее – это то, что мы делаем, мы можем его изменить, в любую секунду произойдет что-то, и оно изменится.
-Может и так, тогда скажи мне, где твой отец с Рамезом? Когда я проснулась от твоих криков, их уже не было.
Я окинул взглядом комнату, да, действительно, в ней кроме нас никого не было. За окном был день, а может утро, мне было все равно. Но Маринке я не стал показывать своего шока, я вышел на крыльцо, сел в кресло, кресло, в котором вчера я сидел с отцом. На улице, к тому времени, пока мы спали, выпал чистый, новый снег. Тут ко мне пришла глупая мысль, а как же нам праздновать Новый Год, ведь до праздника осталось совсем не много, каких-то три недели.
Марина вышла ко мне, заранее одевшись, и забросив мне на плечи плед.
-Ой, смотри что здесь. – Она наклонилась, и взяла какой-то конвертик с папиного кресла. Я его не заметил, видно был очень погружен в свои мысли.
-Что он пишет? Читай скорее. – Я, пока она копошилась с конвертом, закурил.
-Дорогой сын, ты уже взрослый, и вправе делать все, что подскажет тебе сердце, но я хочу, чтоб ты знал – я люблю тебя, и сделаю счастливым. В гараже стоит твоя «мазда», в ней лежат деньги и теплая одежда. Нас не стоит искать, мы сами тебя наедем, когда придет время. Не нарывайся на неприятности, Марине привет, она мне понравилась, хоть я с ней мало общался, но у нас будет еще время, после победы. До свидания, сынок. И подпись, Владимир.

***
-Господа, у меня срочное донесение! – Голос доносился из-за дверей тронного зала Главных Сил, — У меня приказ, я должен доставить сообщение лично! Да пустите же меня, черт возьми!
Все, сидевшие, в помещении люди замолчали, прислушиваясь, к шуму снаружи. Шел военный совет, уже несколько дней временно исполняющие обязанности правительство, не покидало зал. Наконец дверь открылась, и внутрь, вбежал взъерошенный молодой парень, в форме капрала.
-Я приветствую Верховный Совет! Капрал Вильхорст, со срочным донесением. – Он быстро поправлял камзол, и больше не оглядывался на вошедших вслед за ним солдат. Те, с виноватым видом терлись около входа.
-Вы свободны, спасибо за службу. – Ехан встал со своего места, и пригласил подойти Вильхорста. Все, сидевшие за столом, подались вперед, стремясь лучше расслышать вошедшего, который так старался пробиться к ним.
-Слушаюсь! Генерал Родгель сообщает Верховному Совету: Мы не можем более сдерживать противника, город Торен сдан. – По залу пронеслось что-то похожее на удивление, а где-то на и разочарование. – Прошу поддержки. Связь прервана. Единственным вариантом остаются посланники, пешие! Драконы, на оккупированных территориях не хотят взлетать. Мы с каждым днем теряем позиции, нужны новые средства борьбы. Жду помощи!
-Это все, сынок? – Взгляд Ехана остался прежним, никто не мог прочитать, то, что в его голове сейчас творилось. Последнее известие говорило о том, что за последние дни эфиры пробились вглубь обороны на триста километров. И если так будет продолжаться, то через неделю они будут у стен замка Четырех Стихий. А это уже центр империи, и тут отступать уже некуда.
-Да, господин Ехан, Член Совета.
-Тогда вы свободны, можете отдохнуть, и ожидаете, мы вас вызовем. – Капрал мгновенно исчез за дверью. В зале остались только Члены Совета. Одиннадцать человек, одиннадцать магов, что остались без правителя, готовили переворот, и почти добились его, но совсем забыли про войну. Как жаль, что иногда бывает так, что из-за кучки привластных людей, в который раз перераспределяющих сферы влияния, страны и империи превращаются в руины.
Ехан повернулся к столу, грузно опустился на стул, и заметил на столе старую надпись, давно забытую и им самим и многими кто сидел здесь. А надпись, выгравированная тысячи лет назад, гласила: СТРАНА И ВЛАСТЬ НЕРАЗРУШИМЫ, КОГДА НАРОД И ЦАРЬ ЕДИНЫ! Эти слова, которые читали многие его предки, долгие годы были главным законом для всех жителей Магнии.
-Мы народ! Оставим пока склоки, победит врага должны мы. А уж потом и к власти мы прейдем!
-Ты прав Ехан, у нас есть общий враг, враг внутренний. Я предлагаю изолировать Замок Четырех Стихий, вынести его вне времени. Так мы сможем в ходе битвы менять условия, и победить эфиров.
-Хорошая мысль, Польке! Есть еще идеи, господа?

***
-Маришь, теперь ты знаешь, что происходит, ты готова идти со мной до конца? – Мы сидели у камина, слушали приятные мелодии из мюзикла «Щелкунчик», аккумулятор был новым, так что меня не беспокоило, что он может разрядиться. За окном была ночь, опять я выдел, как и прежде, горящую всеми цветами радуги Москву, шел крупный, медленный снег, погода просто умиротворяла.
-А ты мне как будто оставляешь выбор, отдаться в руки майору, или быть с любимым. Дашь мне подумать? – Она прижалась ко мне, улыбнулась и ответила, — Конечно, до конца с тобой, милый.
-Вот и замечательно, теперь нам нудно выспаться, а завтра начнем искать Виктора.
Оставив ее лежать на кровати, я оделся и вышел во двор. Подкурив, и дослушав произведение Чайковского, я выключил машину, и вернулся к моей девушке.

Я, едва проснувшись, заварил две чашки кофе, поцеловал любимую, и направился греть машину. Она, к моему удивлению, не заставила себя долго ждать. Красилась она по дороге в город. Я подогнал «мазду» к ресторану «Акрополь».
Нас довольно приятно встретили, как я и ожидал, это был один из лучших заведений Москвы, с хорошим сервисом, а персонал меня каждый раз радовал своим отношением.
-Я буду, какой ни будь легенький салатик из фруктов, на ваше усмотрение, и грейпфрутовый фреш, а ты Леш? – Она передала мне меню, — Ты ведь голоден.
-Да, Зай, я пожалуй тоже закажу себе поесть. Можно мне консоме из перепелов, мне очень понравилось, в прошлый раз, и новенького что ни будь, а вот это, «грибной суп» можно?
-Сию минуту, даме хочу предложить красное вино, грузинское сухое должно подойти к фруктам «Саперави» 1985 года, не пожалеете, а вам, молодой человек, итальянское белое вино «Боливье» 2007 года, удачный урожай.
-Да, мы согласны, спасибо. А пока можно нам по порции «Бехеровки» с апельсинной?
-Конечно, сейчас все вам принесу.
-Эта чешская настойка на тридцати восьми травах, на мой взгляд, лучший аперитив, ты не находишь, Марин?
-Если честно, то тут кто-то за рулем, — Она опять заулыбалась, ей явно здесь нравилось. – Милый, а мне надо в туалет, ты меня не проводишь?
-Ну, пойдем, только потом мы будем сидеть и ждать Виктора Андреича, и выходить не будем, мало ли что. – Я отодвинул ее стул, и мы поплелись в дамскую комнату.
-Ты не против, если подожду тебя здесь? – Я не успел закончить, как оказался в одной из кабинок. – Господи, Марин, что ты делаешь?
Когда мы вернулись за стол, на нем уже подали мой суп, вина, фруктовый салат, и две рюмки настойки.
-Бон аппетит, дорогая. – Рюмки стукнулись, и обжигающее тепло прокатилось к низу живота.
-Леш, а как ты нашел этот ресторанчик, тут так хорошо, такие большие кабинки в туалетах? – Она лукаво подмигнула. У меня от этого даже выступил румянец, кажется.
-Это меня как-то Виктор притащил, на собеседование, мне, наверное, повезло, что я тогда не узнал какие тут кабинки. Хотя собеседование в ресторане наводила меня на такие мысли. – Мы весело засмеялись. И выпели за это вина.
Мы позавтракали, ну как позавтракали, был то уже вечер, когда мы доехали. Короче, и поужинали заодно, а нас никто из магов так и не заметил. Странно.… Пришла мне в голову забытая мысль. Если меня ищут, то здесь, по-любому меня должны ждать, и сообщить, что я здесь. Так, либо меня не ищут, хотя я сам видел, точнее, слышал, как Андреич ворвался в мою комнату, перед тем как я очутился тут, либо у них ТАМ большие проблемы. Без Вити мой план не сработает, черт, что же теперь делать? Сам я буду очень долго пробиваться к цели.
-Маришь, а ты не помнишь, случайно, кем папа Андрюхи работает? – я отвлек малютку от созерцания бармена.
-Что? А, папа Андрея? Да вроде на радио, директором по звуку, а что?
-Давай еще по пятьдесят, только на этот раз «Егермейстера» с апельсинной, и в путь, а ты набери Каришку, может она знает, где он.
Мы подошли к бару, Марина увидела у Кости, так зовут бармена, страшную родинку на шее, и больше на него не пялилась, выпели по два раза «Егеря» с апельсинной, и потопали к машине.
Москва, в который раз, завораживала своей ночной жизнью. Столько людей, как ночью бывает только в утренний час пик. По главным улицам, которые мы проезжали, сновали бомжи, и нефоры, радом с богато одетыми бизнесменами, выходившими из дорогих авто, направляясь в клубы и бары. Столь много контрастов можно встретить только в больших мегаполисах.
-Алло, Карин, привет, не спишь, — Марина только дозвонилась подруге. – Нет? А ты не хочешь встретиться? Да, тогда мы к тебе скоро заедим. С кем, ну с кем же еще, с Лешкой.… Да-да я нашла его, или он меня, мне все равно, главное, что мы вместе сейчас… Хорошо, давай, поговорим при встречи, мы так давно не виделись.… Да… Цем тебя жди, мы скоро. Она дома, Лель, помнишь, как ехать?
-Да, Зай, конечно помню, через пятнадцать минут будем у нее, а где Андрей? Ты спрашивала? – Я старался удержать управление, поэтому сильно не вслушивался в их разговор. Дороги были хоть и убраны, посыпаны солью, но, однако алкоголь во мне не давал расслабиться.
-Да, она его ждет с работы, он сегодня до последнего работает, скоро уже едет домой. Мы одновременно должны подъехать.
-Это замечательно, но сначала дело, давай заедим в маркет по дороге, возьмем бутылочку «Джемесона», сока, колы, поесть там, вы посидите с Каришей поворкуете, а мы встретимся с папой Андрея.
-Тогда нужно будет взять еще и «Бехеровки», мне что-то сегодня ее опять хочется, хорошо?
-Да не вопрос, Мася, возьмем все, что нужно. – Я обогнал «Пежо», и впереди остался только асфальт дороги, и я поддал газу.

После того как закончились, сопли, визг, обнимашки, мы с Андреем пошли звонить отцу.
-Алло, пап, привет, спишь? Нет, мне с Лехой нужна твоя помощь.… Куда приехать? А ты на работе еще?.. Все, скоро будем. – Он положил трубку, — Леш, на «Бот. Сад» ехать надо.
-Надо, так надо, ну что поехали? Спасибо те за помощь, друг.
-А ты обращайся, если что, — Мы еще раз обнялись, и, попрощавшись с девчонками, помчались, на «Бот. Сад»

***
-Виктор Андреевич, мне кажется, что тут был Леша, — Лилит, воодушевленно просматривала отрывки записей камеры наблюдения, которые Герам стащил, с базы.
-Да ты права, очень похоже на работу магов. Но давай еще посмотрим, мне нужно убедиться, кто это был. – Он еще пристальнее уставился в экран монитора, встроенного в заднее сидение, новенького «Субару», купленного… да сейчас, только что угнанного со стоянки, около МХАТа. Они просматривали диски видеонаблюдения не первый час, глаза у всех устали, когда Лилит заметила Лешку, когда он выбегал из туалета, в который зашло не меньше трех человек. Она узнала его.
-Вот, Витя, это он! Мы нашли его, он был здесь.
-Или все еще здесь. Давай следить за его передвижениями. Потом сделаем выводы, мне интересно, какие он использовал трюки, и к чему это его привело. И, Герамчик, сделай радио погромче, песня хорошая, трудно уже в тишине сидеть, мозгу необходим стресс.
-Будет сделано, мой генерал! – Он улыбнулся и навалил громкости, — А как давно тебе, Витя, техно-минимал нравиться?
-Да, вот с молодежью пообщаешься, и не такое понравиться. – Он продолжил смотреть видео, слегка постукивая пальцами по спинке переднего кресла, чем невольно забавлял Герама.
-А, СЕЙЧАС, МЫ ПРЕРЫВАЕМ НАШУ МУЗЫКАЛЬНУЮ КОМПОЗИЦИЮ, ДЛЯ ВАЖНОГО СООБЩЕНИЯ: ПРОПАЛ РЕБЕНОК, ЗОВУТ ВИКТОР АНДРЕЕВИЧ, ПАПА ЛЕША БУДЕТ ЖДАТЬ ЕГО ОКОЛО ПЕРВОГО СВИДАНИЯ, ЧЕРЕЗ ТРИ ЧАСА, ЕСЛИ КТО ЗНАЕТ О МЕСТЕ НАХОЖДЕНИЯ РЕБЕНКА, ПРОСЬБА ДОСТАВИТЬ ЕГО К ОТЦУ. СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ, СЛУШАЕТЕ ПРОДОЛЖЕНИЕ ПЕРЕДАЧИ…
По радио снова заиграла музыка. Виктор осматривал ошарашенные лица товарищей, а в голове крутились странные мысли. Зачем он меня зовет? Он в беде, или хочет подстроить мне ловушку? Не-ет, это маловероятно, ему нужно встретиться со мной.
-Ну, что поехали? Вперед к месту встречи, господа, вот он нас сам нашел.
-А куда ехать то, Вить? – Герам, правда, не понимал в какую сторону направляться.
-Я покажу дорогу, друг, это раньше был мой Кабинет-По-Земным-Делам. Там я и познакомился с Лешкой. Он в подпространстве, но адрес у него есть. Поехали к центру.
Пока Виктор Андреевич, со своими друзьями ехал к месту встречи, я с Андреем вернулся к девочкам, и мы выпили за встречу, мне пришлось еще раз пересказать, все, что со мной происходило за последнее время, в сокращенном варианте. Карина с Мариной удивлялись, чуть ли не каждому моему слову, Марине похоже было интересно, как будто она этого раньше никогда не слышала, а друг, молча, сидел и вникал в мои слова, пытаясь представить себе настоящую историю, и подругому посмотреть на произошедшие в мире события.
К концу рассказа, я понял, что вести машину сегодня я уже не смогу, так что пришлось вызывать такси, охмелев, я не думал об опасности.
-Мы поехали, встретимся утром, в парке им. Шевченко. – Я поцеловал сначала Марину, потом подругу, и мы с Андреем сели в волгу, поданную таксопарком.
Открытые окна в авто, загоняя внутрь холодный воздух, немного привели нас в чувства. На меня нахлынуло чувство опасности. Я стал внимательнее присматриваться к водителю, но ничего кроме каменного лица в нем меня не удивляло, как это таксист, и не хочет общаться? Вот это-то меня и настораживало. Да, ладно, ехать оставалось не много, поэтому я, немного успокоился. Начал общаться с другом, чтоб отвлечься от не нужных мыслей.
Мы подъехали на стоянку, на которой когда-то меня ожидала моя «мазда», знакомый пейзаж еще больше ослеплял мои рецепторы опасности. Мы вышли из авто, и решили зайти в кафешку, через дорогу. Маленькое, с четырьмя столиками помещение мне понравилось, за баром стояла женщина лет сорока, с измученными глазами, она встретила нас натянутой улыбкой.
-Что вам, молодые люди, в столь поздний час? – За ее спиной, на полках, стояли бутылки с дешевой водкой, и бренди отечественного производства еще вина и автомат кофе.
-Два крепких кофе, одно с молоком, пожалуйста. – Я положил на бар триста рублей, и присел за ближайший столик.
-И если можно, туалет у вас есть? – Это Андрей, никак в кучу не соберется.
-Нет, туалета нет, на улицу под кустик все ходим, уж извольте. – Какая грубиянка, подумал я, есть же туалет для персонала, да пусти, денег дали бы, вот коммунистка, а пацану идти на мороз детородный орган морозить.
-Леш, кофе приготовиться, я как раз подойду.
-Давай, только не долго, сам знаешь, что твориться.
Я уделил все мое внимание чашке кофе, даже сделал пару маленьких глотков, люблю все пить горячим. К дому подъехала машина, и я вышел на улицу.
-Андрюх! Где ты делся? – Озираясь по сторонам, я не заметил, как ко мне подошли вплотную.
-Добрый вечер, Алексей. Давно мы с вами не виделись. – Я аж подпрыгнул от знакомого голоса. Но оглядываться не стал, высматривая друга.
-Да где ж он добрый, вон холод, какой. – Я повернулся к собеседнику. – Да, отец Аким?
-О, вы помните меня? А где же Мариночка? – Ехидная улыбка не сходила с лица КГБешника. – Или она не пожелала с вами общаться больше. Много же ей пришлось вытерпеть из-за вас.
-А вы за нее не переживайте, с ней все хорошо, она в безопасности. – Я все пытался рассмотреть за спиной Акима пропавшего Андре. – А вы по какому-то делу ко мне, или тоже кофейку попить? Он здесь не из дорогих, но в такую погоду не стоит и им брезговать.
-Уж простите, но мне сейчас не до кофе, я хотел бы вас пригласить ко мне в машину, Алексей. – Он подался вперед. Я сделал выпад рукой, целясь ему в грудь, но, как и ожидалось, не поимел успеха. Что ж, жаль, придется искать пути к отступлению.
Из машины мне навстречу уже бежали три, как всегда здоровых крепких парня, ничего нового я от майора не увидел. Банальная погоня, убегающих меньше, догоняли большим числом, все как в хороших фильмах, вот только догоняли меня, и быстро. Я направил свой галоп в сторону стоянки, они методично следовали за мной, как вдруг, оглянувшись, я заметил, что на одного парня стало меньше. Это Андрюха за друга переживает, пришла мысль. Вот и хорошо, шансы сравниваются. Теперь можно так не бояться. Еще и Виктор должен подъехать, тогда то и мы за ними побегаем. У меня на лице просто заиграла улыбка, как у охотника, на которого бежит загнанный волк, и остается нажать на курок, и эйфория заполнит легкие.
Вот только… Отец Аким не оказался дураком, за стоянкой находилось несколько частных гаражей, а из-за них, с наглыми рожами, ребятки бросились меня обнимать, вот они, я подумал, настоящие родственники: ночь, зима, холодно, бегаю, чтоб согреться, а они подошли, обняли, согрели. Русская душа, даже не били меня, так легли на мои плечи нежные, да руки беленьки, и греют, пока командир не сменит.
-Ну, все, словили, словили, не побегу я больше, встаньте наконец с меня. – Я уже вспотел от их любви, — Вон ваш начальник идет, негоже на снегу перед начальством лежать.
-Все, добегался? – Перед моими глазами возникли два армейских ботинка, хороших таких, размера где-то 45-46-ого, как раз мой с носком теплым. – Поднимите его, и сами в порядок, и чтоб быстро потом в машину, и за нами в центр. – Он повернулся ко мне,- Так, ты я смотрю меня совсем за глупого держишь?
-Откуда у вас, отец Аким, такие прескверные мысли, да я по делам хотел отойти, по нужде, так сказать. У кафе то денег на туалет нету, вот я под кустик и собирался, стоял себе, никого не трогал. Дай, думаю, кустик побольше найду, а вы ко мне с разговорами всякими. Вот я и подумал, что на полный пузырь говорить со святым отцом не принято, мало ли какая глупость с языка сорвется, не приведи Господи. – И перекрестился, слева на право, тщательно так, чтоб меня все, таки отвели под кустик.
-Вы перестали ерничать, молодой человек? – Оп-па, это он уже как Андреич заговорил. Не к добру это. – От церкви я так думаю, вас отлучать не надо? Вы ведь в нее и так не верите. А вот разговор на тему имеется, я хочу, что б вы проехали со мной в церковную библиотеку, и я вам расскажу нашу историю Земли и Магнии. – Он взял себя в руки, и теперь говорил спокойно, и вежливо.
-Вы действительно думаете, что я с вами поеду? – Я косился в кустик за ним, там что-то шевелилось, надежда, подумал я. Или собака замерзла, и вертится в снегу.
-А я вам не оставлю выбора, пойдемте в авто. – Он выжидающе посмотрел на подъехавший «Prado», — Там сидит человек, который давно хотел с вами познакомиться.
-Опять мой отец? Еще один? – Да сколько же у меня их, — Не, давайте завтра с утра, у меня много дел сегодня еще.
Головорезы стояли около машины, метрах в десяти, готовые либо сесть в нее и убраться с мороза, либо броситься снова, катать меня по снегу. «Prado», остановилось в нескольких шагах от нас, окна были опушены, но я не сомневаюсь, что наш разговор, сидящие в ней, слышали отчетливо. За углом дома показался капот машины, «Субару», кажется, еще подкрепление?
-Отец Аким, правда, давайте завтра, созвонимся, я сегодня устал. – Я хотел потянуть время, и отвлечь его внимание от машины, может это Андреич на подмогу приехал. Должен же он был появиться.
Пока я продолжал знакомство с майором, авто стояло неподвижно.
-Товарищ майор, мы потеряли одного человека, и не можем его найти, он не отвечает по рации. – Громила, подошедший слева, говорил внятно и громко, так что я все хорошо услышал.
-Отправьте две группы по двое, обыскать территорию за гаражами, и около подъездов, трупов оставлять, еще не хватало.
«Алеш, Андрей у нас, он чуть не попался. Ты нас заметил, мы в «Субару», ждем твоих действий. Главное не вздумай садиться к ним в машину. Видишь за Акимом кусты, там сидел Андрей, прорвись к ним, дальше мы все сделаем». Вот гад, а меня не научил телепатии, говорил только в мире Магнии действует, так обманывать молодой организм.
Значит, не собака грелась в кустах, что ж попробую выполнить просьбу Андреича.
-Хорошо, Аким, я пойду с вами, куда идти? – Он повелся, и повернулся, показывая мне на машину. Я быстрым движением бросил легкий туман, сочинял стих не долго, и проговорив его в уме, не получил нужного результата. Так что вышло в стиле Коперфилда, легкий дымок на долю секунды закрыл меня, а когда он рассеялся, меня уже не было.
-Где он, найти его немедленно, он где-то здесь еще. – Майор запрыгал на месте в бешенстве, как маленького обманули. Он раздавал приказы, в то время как я, прижавшись спиной, за ближайшим гаражом, слушал план моих действий.
Солдафоны бросились врассыпную, когда на стоянку вылетел угнанный «Субару», пока он проезжал мимо растерянных наемников, из него выпали три фигуры, и открыли огонь, по «Prado», и бегущим, в разные стороны, людям. К тому времени, как машина проезжала около гаражей, я успел прочитать еще неиспользуемое на Земле заклинание полета, и приземлился точнехонько в люк авто.
-Прет, друг! Как ты пьяный и так ехать смог? – Я очень обрадовался Андрею за рулем машины, он трезвый, и то ездил не очень, а тут прям Шумахер.
-Лех, это мне Виктор Андреевич дал пару уроков по вождению, и ужасно больно по голове, когда, как он сказал, вытаскивал из меня остатки алкоголя.
-А, это он любит, сначала поболит, потом, как рукой снимает, он мне так у себя на даче делал, пили мы с ним как-то до утра, потом дал мне по макушке, и все, через час как стеклышко, и голова не болит.
-Да, прям доктор Костюк: Лечу от алко, нарко-зависимости за один сеанс по голове. Ставлю мозги на место, возвращаю мужа в семью. Народный целитель.
-Ладно, не обижай мне его, — Мы развернулись, увидели, как за поворотом мелькнул боковой сигнал «Prado», и как Андреич, Герам и Лилит собирали в кучу тела убитых и раненых. Мы забрали их в машину, мне пришлось уступить место Гераму на переднем сидении, и я оказался между двух моих спасителей.

***
-Алло, Солнце, а у вас все в порядке? – Голос из трубки был слабо разборчивым. – Карин, ты как? Мы уже едим к вам, вы дома?
-Андрюх, ладно, давай приедем и на месте разберемся, а то сейчас зря будем нервничать, может со связью что-то, мало ли что, главное трубку взяла.
-Да, та прав, поехали домой.
-Через маркет, я надеюсь, день и ночь были тяжелыми. – Я посмотрел на Андреича, — Я надеюсь никто не против?
-Через маркет, так через маркет. Только я ваш «Джемесон» пить не стану, мне поярче вкус нужен, «Джека» мне купим. – На этой позитивной ноте мы и понеслись к ночному магазину. – Жаль, только, что Аким не попался, я бы ему задал пару вопросов.
«Я бы тоже задал, только не пару, какую это он мне историю свою рассказать хотел? Интересно. Всю ли я правду знаю о Земле и Магнии, и правду ли я знаю». Но Андреичу я не показал своего недоверия.
Когда мы добрались до дома Каришки, мы застали их спящими, обнимающими друг друга, перегар в квартире, не смотря на открытое окно, стоял просто убийственный.
-И как в них столько влезло, господи, — Лилит, выглядела удивленной. – Витя, можно я приведу их в порядок, и объясню, что негоже так вести себя девушкам в столь раннем возрасте.
-Нет, оставь их. А в каком возрасте, для них, ты забыла, это именно тот возраст, когда такое проходит без осложнений. Без видимых осложнений, тем более они давно не виделись, пусть спят.
-И я так думаю, пусть спят, а мы пойдем на кухню, и приведем себя в такое же состояние. Ага? – Никто не оказался против, и Андрюха налил по первой.
-Витя, скажи, а как на Магнии действует земное оружие? – Я, наконец, перешел к теме нашей беседы, после первого литра «Джека».
-Да, как действует, как рогатки. Без видимого эффекта, ты думаешь, ты тут такой один умный? Никто до тебя не пробовал протащить к нам автоматы? – Он налил еще по одной, Андрюха уже не мог в этом учувствовать. То есть руководить разливом.
-Да, я говорю не про автоматы, а про бомбы. Как они работают на Магнии? – Я последовал его примеру, и смешал виски с соком.
-Бомбы, как бомбы, только срок годности у них несколько секунд, они почему-то разлагаются быстро. Может у нашего мира такие условия жизни, что мы если бы даже захотели, то не смогли бы создать столь смертоносное оружие, как ядерная бомба.
-И сколько времени нужно, чтоб бомба обезвредилась? – Еще глоток виски, я подкурил сигарету, и отвалился на спинку стула.
-Алеша, последняя попытка внести бомбу на Магнию, закончилась ядерным взрывом в обоих мирах, помнишь российские испытания на Новой Земле? Вот это и была попытка пронести оружие в наш мир.
-Герам, но бомба находилась уже на Магнии?
-Да, Леш, но не более пяти секунд, ты же знаешь, что за полярными кругами наши миры начали сливаться, вот видимо, поэтому взрыв и зацепил Землю.
-Мне все ясно, нам нужно вывести эфиров в нужное нам место, и переправить бомбу.
-Давай об этом на трезвую голову, хорошо? Я пошел спать. – Виктор встал из-за стола и направился спать в коридор. Андрей уже спал за столом.
-А мы с Герамом и Лилит еще поговорим на эту тему. – Я налил, всем троим еще по одной, как Лилит поднялась и пошла, спать к девочкам.
-Ну что ж, у меня много вопросов, Герам, где хранятся архивы Магнии?

***
-Ну вот, что случилось опять, майор? – Отец Аким стоял, будто опушенный в воду. Еще один прокол подкосил его репутацию до очень опасного уровня. – Я устала вытаскивать вас, постоянные проблемы с полицией, они этого не стоят, нет результатов!
Она ходила по кабинету, теребя в руках бокал с «Курвуазье», коньяк не пился, нервы были не пределе. Давление «сверху» превращалось в кузнечные удары молота, верхушка церкви теряла к ней доверие, она не могла этого допустить. (Анна Сергеевна) очень долго добивалась своего поста начальника безопасности РПЦ (Российской Православной церкви). Окончив школу почти без четверок, она поступила в МГУ, проучилась шесть лет, не без помощи отца, который занимал ректорское кресло, но все же нельзя было ее назвать не способной студенткой. Диплом по генной инженерии красиво пылился дома, а девушка работала на кафедре родного универа.
Через три года отец погиб в автокатастрофе и у нее внутри, что-то сломалось, на работе не клеилось, друзья были заняты семьей, у кого-то из них уже появились дети. А она все еще оставалась одна.
И однажды, сидя в баре, девушка скучала одна, к ней подошел молодой человек и решил с ней познакомиться. Этот парень в то время капитан КГБ занимал должность руководителя отдела по вопросам церкви. У них завязались отношения, продолжалось неожиданное счастье всего пару лет, но за это время Анна с помощью капитана устроилась к нему на работу, лестница пошла вверх. Вдруг они расстались, он бросил работу и ушел в церковь, а девушка продолжила строить свое светлое будущее.
Вот теперь они снова работали вместе, только начальником теперь была она, но в ней не проснулось, то забытое чувство как у отца Акима. Ей было жаль его, но работа есть работа.
-Что будешь делать? – Она села на краюшек дубового стола, закинув ногу на ногу, так что бы поникший майор смог разглядеть ее все еще стройные бедра, когда-то любимой женщины, во всей красе.
-Что делать, что делать, будем искать. – И он, повинуясь ее движению, проследил глазами за тем, как она поменяла позу.

***
Утро, что и говорить, как обычно не радовало, пора бы привыкнуть к этому ужасному чувству, когда голова разрывается изнутри, во рту привкус куриного помета, да и говорить приходиться тяжко, так как образовалась засушливая пустыня во рту.
-Всем доброе утро! – Виктор Андреич, проснувшись, и шатаясь без дела по квартире, заскучал. Он приоткрыл замершие окна, и закурив трубку, принялся привлекать к себе внимание спящих собратьев. Но в видимости мага никто не отреагировал на приветствие, или как им могло, сквозь сон показаться, гром среди ясного зимнего неба.
-Да что ж ты так кричишь, Вить? – из комнаты девочек, пошатываясь, перебирая по стенке руками, выбралось что-то как-то напоминающее Лилит, — Ты проснулся? Так мы ж в этом не виновны? Сидишь тут дымишь, стучишь чем-то, да и окна открыл, холодно, Лилит поежилась.
— Солнышко, сейчас уже половина четвертого, пора бы и подниматься. – Он неуловимым движением пронесся к ней и в стиле доктора Костюка, быстренько так привел ее в чувства, протягивая, как знать, откуда взявшуюся чашку с таном. Этот напиток изобрели на Кавказе, очень крепко помогает по утрам незадачливым алкоголикам.
— Блин, предупреждать же надо, — Лилит выхватила из рук ухмыляющегося друга чашку, и, глотая божественный молочный напиток, возмущалась, — ДА, и вообще, буль-буль, не меня приводить в порядок надо, а вон этих на стульях.
Бросив взгляд на кухню, можно было заметить Герама, попой на стуле, а всем остальным своим телом почти что в «салате», то есть в том ужасе из бычков от сигарет и пакетиков в которых еще вчера были крабовые палочки, кстати, при изготовлении которых ни один краб не пострадал, что и представляли собой, сейчас, верхнюю поверхность стола. Ну и, конечно, Андрюха, оперев свою голову в плечо вяло храпящего мужчины, сидел рядом с ним на стуле, повсеместно создавая вихри из пепла, вдыхая и выдыхая ноздрями воздух и пепел. Картина маслом «охотники на привале»
— Пусть поспят еще, они вчера малость засиделись, — он кивнул в угол под раковиной, в нем, занятно обнявшись, то ли стояли, то ли лежали или некоторые даже висели несколько бутылок виски вперемешку с продолговатыми пакетами из-под сока, и пара двухлитровых бутылки коллы. – Пару часиков глубокого сна им не повредит.
— Да, ты прав, наверное, Андрюха хоть и бармен, но он тоже человек, ничто людское ему не чуждо — они засмеялись, Андреич уступил женщине свое место, и только сейчас заметил нестыковочку. – Слушай, а где это наш герой спасатель? – спросил Виктор, имея ввиду Лешу, — И дама его тоже где? Они же с тобой в комнате спать ложились.
— Ой, ты знаешь, сама только заметила, понятия не имею, где они могли подеваться, но в комнате их нет.
— Неужели он опять за старое взялся? Вот юнец, сколько можно? – Андреич сказав это, он двумя быстрыми подзатыльниками привел в чувства остальных кухонных жителей, имеются ввиду не тараканы, и направился к Карине в комнату.

***
— А что мне осталась делать, он бы не дал времени, чтоб развернуться, я принял такое решение, и прошу тебя не отговаривать. – Сказав это, я потянулся к Марине и чмокнул в щеку, — Папа опять сбежал куда-то. Пойми, просто мне одному проще решать проблемы, когда приходиться рассчитывать только на себя, а не на Андреича.
Я проснулся в одиннадцать утра, и, не приходя в осмысленное состояние, во-первых, привел себя и Маришку в чувства, способом Андреич, слава Богу, поделился. Мы тихонечко выбрались из квартиры, стараясь никого не разбудить, направились в кафе позавтракать.
— Так что ты планируешь сделать? Я ничего не понимаю, давай ставь меня в известность или я тебя точно покусаю. – Девушка принялась кушать окрошку, и казалось, перестала на меня вообще обращать внимание.
— Что? Да пока никакого конкретного плана мероприятий в голову не приходит. Есть мысли одна, только нам нужно еще денег и вернуться на Магнию.
Деньги, ну деньги и у Андреича есть, и папика Марининого, только вот с ним что-то не чисто. Надо ему позвонить сегодня и выяснить как там у него дела.
Подошел официант, поменял нам пепельницу, в которой к тому моменту скопилось всего два бычка.
— Молодой человек, — я присмотрелся к табличке на груди парня. – Антон, можете узнать как там наш заказ?
— Да, конечно, я вам его сейчас вынесу, Вас посчитать сразу? – Он вежливо выпрямился, ожидая ответа.
— Если можно. Только принесите еще бутылочку «Хугардена» с собой, хорошо? – Марина вспомнила о любви Андрюхи к не фильтрованному пиву, и заочно позаботилась о нем.
— Конечно, сейчас все будет, — Он положил на стол счет, — Ваш счет, — Он глянул Марине в глаза так, что ей стало не по себе, и направился на кухню, за нашим заказом.
— Зай, а он не показался тебе странным? – Она уставилась в свою пустую тарелку.
— Знаешь, я как бы, и не заметил ничего странного, — Я опустил в тарелку грязную ложку, и уставился на любимую. — Слишком много событий навалилось в последнее время, ты не переживай так, — Я взял ее за руку, холодную такую, не теплую как всегда, — Вот он возвращается, успокойся, сейчас поедем в безопасное место, к Андреичу под крылышко, и все будет хорошо. И еще одно, надо будет сегодня позвонить твоему отцу, хочется понять все же, что он делал в том здании, где тебя держали.
Рассчитавшись с официантом, я оставил ему двести рублей чаевых. Мы вышли на зимний воздух, пока я запихивал пакеты с едой в багажник моей желтой мазды, Марина забралась в машину и нажимала на кнопки CD-плеера, музыки я не слышал.
«Стою, не вижу в поле снега,
Стою, не слышу ветра зов,
Мой смех все ожидает лета,
Веселых будней, озорных деньков.

Ты есть, но где искать не знаю,
Стою, кружась метелью снов,
Придумал я тебя как будто,
А все найти мираж я не могу.

Капелью в голову стучишь,
Ты просишь, оглянулся чтоб,
Я оглянусь, а ты молчишь,
Слепой, не вижу, дальше жду».
Вот такие слова звучали сейчас из динамиков моей машины, такая вот почти пророческая песня лилась из уст популярной поп группы. Такая простая песенка, так неожиданно услышанная Мариной, заставила ее ум задуматься и взгрустнуть, ведь не тоже ли самое происходит сейчас с Алешей, не те же мысли струятся у него в голове? Он стремиться так же как в песне найти свой мираж, воплотить свою мечту, пусть только обретенную, пусть он никогда бы сам не додумался до нее, но все же его, только его мечту – завершить войну между двумя большими и прекрасными мирами, чьей-то злой волей столкнувшихся в смертельном бою.
— Ну что поехали? – Я забрался в машину, спасибо Марине она ее прогрела, когда слушала музыку. – Небось, нас уже заждались там, набери подругу, скажи, что мы скоро будем.

***

По видимому, мы немного засиделись с любимой в кафе, в уголке монитора, около спидометра, электронными цифрами показывало половину седьмого вечера. Солнце шло к закату, длинная тягучая пробка тянулась из центра в сторону карининого дома.
Во всем этом скоплении легковушек, грузовиков, проносящихся сквозь долгие ряды машин, мопедов и мотоциклов, только у нас, и может еще у кого-то из машины звучала приятные мелодии «Русского радио». Настроение мое не могли испортить тучи дыма, исходящего из грязных выхлопных труб, ни монотонное бибиканье на дороге, спешащих домой водителей. Я был счастлив, рядом со мной, улыбаясь, и чуть-чуть хмурясь от светящего в глаза солнца, сидела моя Маринка, и мне ничего больше не было нужно, в голову мою не лезли страшные картины войны на Магнии, мысли о погоне Святых отцов тоже не умещались сейчас во мне, мне было хорошо.
Я поддал газу, когда пробка в очередной раз продвинулась вперед на пару метров, и ощутил легкий толчок в задний бампер «Мазды». Оглядываясь назад, я увидел перепуганную Марину, смотрящую в зеркало заднего вида. Мне стало не по себе, я увидел капот черного «Прадо», и номера, знакомые до боли. Быстро придумать ничего не получилось, вокруг нас слишком тесно стояли автомобили, сзади подпирал джип, выехать из тянучки не было возможным, тогда я начал действовать скорее на инстинктах, чем здравым рассудком.
Маринка застыла в немом вопросе: что делать, двери «Прадо» открылись, и к моей машине начали приближаться трое. Майор КГБ шел в форме первым, за ним шла высокая девушка в черном платье с симпатичным вырезом, и парень в форме рядового времен Че Ге Вары.
Я ударил по газам, начав читать не опробованное заклятье полета, и въехал в стоящий впереди «Део Ланос», сильно помяв ему бампер и часть багажника. Когда из помятой машины выбирался перепуганный мужик в полосатой майке ВДВ-ешника, я сдал назад и снова вдавил педаль газа, закончив стих «полета», «Мазда» прошла над головами моих пригнувшихся преследователей, скользнув по крыше черного джипа.
Ну, хоть машину им попортил, подумал я, глядя, как подо мной проплывают, стоящие в пробке автомобилисты.
И только тут я заметил Марину, девушка в ужасе вцепилась в торпеду левой рукой, а правой пыталась вогнать в замок ремень безопасности.
— Любимая, ты что? — я тронул ее по плечу, от чего она казалось, несколько пришла в себя.
— Я что??? — завопила она, бросив тщетные попытки попасть в щель, обратила на меня взгляд, — Б… я, ты, что творишь вообще? я тут сижу, боюсь этого изверга, подходившего сзади, с какой-то бабой, а ты разбиваешь чужую машину, а потом мы летим над городом!!! Как на это реагировать должна двадцати однолетняя девушка, из богатой семьи, а??
— Кись, прости, просто… — я и, правда растерялся, не зная, что ей ответить, сам я даже и не надеялся, что у меня получиться что-то подобное, думал, максимум, что смогу сделать — это перепрыгнуть несколько машин, и по встречке дать по газам от туда. А оно вон как вышло, — Марин, ну… я больше так не буду. — Я сделал самое невинное лицо, на которое был способен наследник престола планеты магов.
— Тотажа! Предупреждать надо, я иногда забываю кто ты у меня такой. — она прижалась ко мне плечом, и я почувствовал ее нежность и любовь ко мне, и понял: ситуация исчерпана… пока.
Теперь о главном, черт! Как так произошло? От куда в пробке, длинной в несколько километров, в центре Москвы, в которой мы провели не меньше двадцати минут, прямо за нами взялся этот джип? Где вообще «Божья Справедливость», где то время, когда главный герой может спокойно не только выпить накануне, но и следующий тяжелый день провести более или менее спокойно, а? Я вас спрашиваю.
Это ж надо так все испортить? Никого ж не трогал, а тут на тебе, приехали, еще и машину испортил. Надо связаться с Виктором, узнать как там остальные «Мазды» поживают, может пора на «тазике» цвет сменить?
— Зайка, а набери Карину, пожалуйста, узнай как они, только ничего не рассказывай. Скажи, что скоро будем, пусть ждут нас дома. Привезем кофе, и выпить чего не будь, мне надо, ты понимаешь. — Дал задание любимой, а сам занялся высшим пилотажем, лавируя между высоток в сторону нужного адреса.
Что странно, так это то, что нас с земли никто не замечал, или же я в заклинание чего- то напутал, или так и должно быть. А может мы вообще лежим сейчас на асфальте без сознания, вокруг столпились случайные свидетели, водители пропускают гудящую сиренами скорую помощь, мчащую к нам по свободной полосе для спец машин, а не вдалеке с молчаливой радостью стоят те трое: майор КГБ, девушка в черном эротичном платье и парень из документальных хроник шестидесятых.
— Они ждут нас, и… Андреич очень злой, — Марина улыбнулась, — он до сих пор не нашел натуральный кофе, который вы с Андрюхой вчера весь выдули. — Сказала, и чмокнула меня в довольную ухмылку.
***

Приземляться было куда как проще, чем взлетать. Не нужны мне были КГБешники и пробки на дорогах, стрессовые ситуации и так далее. Я просто направил руль влево, взглядом потянулся к земле, и машина начала плавно спускаться к нужной мне точке.
К моему великому разочарованию, около посадочной полосы, меня не ждала радостная процессия, машущая флажками и букетами. Все выглядело довольно таки тривиально, тихий дворик, даже ни одной бабульки около подъезда. Машина плавно скользнула передними, а потом и задними колесами по замерзшему асфальту, и застыла на месте.
Я, и моя любимая женщина, посмотрели друг на друга несколько задумчиво, видно у нас обоих в голове прокручивались картинки прогулок под луной, паря на мазде над Москвой.


Свидетельство о публикации №7160

Все права на произведение принадлежат автору. Алексей Yakut, 10 Января 2018 ©

10 Января 2018    Алексей Yakut 0    96 Рейтинг: 0

Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии и оценивать публикации:

Войти или зарегистрироваться


Чтобы общаться и делиться идеями, заходите в чат Telegram для писателей.

Комментарии (0)

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.


    + -