Судьба в залог (Часть 1, Маленький шаг к большому провалу, гл. 10-20)



Возрастные ограничения 16+



Глава 11

Высветился номер… с Киева. Но это был не папа. Номер неизвестен.
— Не бери трубку, — едва успел выкрикнуть Майкл последние слова, но было поздно.
Абигаль уже привычным речитативом тарахтела слова:
— Боксерский клуб Майкла Чета слушает. Я – его администратор Абигаль Линк.
— Можно мне самого Майкла Чета? — услышал на расстоянии мужской, подозрительно знакомый, голос Майкл.
— Его сейчас нет рядом. Вы можете оставить сообщение мне или на автоответчик… – монотонно и торопливо тарахтела Абигаль, как заведенная. Чувствовалось, она нервничает и делает все невпопад.
Закончить фразу ей не дал Майкл. Он буквально выхватил у нее трубку из рук.
— Я – Майкл Чет. Я вас слушаю, — уверенно произнес он.
— У вас что, там, одни автоответчики работают? – услышал он в ответ веселый голос.
— Что? Я не сплю? – Майкл вмиг забыл про навалившуюся боль, — Я не брежу? Это ты, старина. Алекс!
— Когда это я стал сном для тебя? Я вижу, ты в своей Калифорнии совсем от дома отбился. Как дела у вас?
— Плохо, — выдохнул Майкл.
— Понял. Этого и следовало ожидать. Это ж, брат, Америка. А-ме-ри-ка.
— Ты не понял. Все слишком плохо. Возможно, я завтра буду осужден на пожизненное заключение за долги или отправлюсь собирать бананы на плантацию.
— Так сматывайся, чего ты ждешь? У тебя же есть украинское гражданство.
— Меня подставили. Я не виноват.
— А я не спрашиваю, кто виноват. Завтра хочу видеть тебя здесь. В нашем родном спорт клубе. У меня к тебе дело есть. Серьезное.
— Какое дело? Перспективное? – оживился Майкл.
Абигаль все это время только, молча, наблюдала всю эту сценку, затаив дыхание. Она напряженно ждала рядом, замирая от любопытства. Неужели, это спасение?
— Я разве когда-нибудь тебе предлагал что-то туфтовое? Или я похож на лоха? То-то же… Хочу предложить тебе нового перспективного бойца. Есть смысл в него вкладывать и силы и деньги.
— У меня уже был такой… перспективный… – голос Майкла снова упал.
— Ты эту панику брось. Здесь тебе не Лос-Анджелес твой. Я знаю, что делаю. Послушай. Он ранее работал в команде Климчак. Но там произошло сокращение штата. Оставили только опытных бойцов, а этого по знакомству рекомендовали мне. Он парень талантливый, но не опытный. На ринге пару раз всего стоял. Вот я тебе и предлагаю. Берем себе его и выращиваем… новые перспективные кадры.
Не успел Алекс закончить последнюю фразу, как Майкл уже танцевал по комнатушке, обнимал Абигаль и кричал в трубку:
— Я понял. Я все понял. Это знак свыше. Знак судьбы. Все так и должно было быть. Это все неспроста…
Старый друг всегда звонит вовремя.

Глава 12

Решение было принято Майклом сиюминутно. Абигаль не возражала. Да и другого варианта действий у них не было. Все равно, что бы они ни предприняли, это влекло за собой определенную долю риска. И, если уж рисковать, то с меньшей опасностью для себя и выгодой для противника. Решено было бежать отсюда подальше. Лететь на родную Украину, где все так просто и понятно для них обоих. Пусть, там разруха, война, несправедливость правительства, но это их дом. И быть они обязаны именно там. А что американская мафия? Ее законы на Украине не действуют. В любом случае, там друзья, поддержат. Один Алекс чего стоит. У него «железный удар», во всем. Бьет противника без промаха. И теперь это единственная надежда Майкла.
Решение было принято. Но, конечно же, не без риска. Ведь, надо полагать, мафиози не дурак и так просто их не отпустит. Именно этого и опасался Майкл. Значит, собирать вещи надо немедленно. Пока враги не «проснулись». Майкл с Абигаль, совершенно незаметно, ни с кем не простившись, вышли через черный ход клуба.
На улицах Лос-Анджелеса сейчас было светло. Ярко светило южное Калифорнийское солнце. Самый разгар дня, четыре часа пополудни.
— Сейчас бы на пляж, — мечтательно произнесла Абигаль.
Майкл недоуменно глянул в ее сторону:
— Я, вижу, у тебя от стресса разум помутился. Это бывает. После сильной нагрузки происходит расслабление и торможение мозга.
— Сам ты, торможение, — почти обиделась Абигаль, — То же мне, психолог-физиолог… Мне просто до смерти надоели эти игры. Хочу приезжать сюда только на отдых.
— Боюсь, что отдыхать мы теперь сможем только на Азовском море. И это нас будет радовать.
— А я и на это согласна, — с вызовом кинула ему Абби.
Майкл притормозил возле коттеджа, в котором они проживали. И проживали, надо сказать, очень не дурно. Здесь были, хоть не удобства «люкс», но все, что необходимо, в полном достатке. И кухня хорошая, и душ с ванной прямо в номере. Но теперь…
Едва Майкл припарковал машину, как прямо с ними остановилась другая. Словно следовала за ними по пятам. Это был дорогой «Линкольн». Машина изысканная и не свойственная для людей, проживающих в трехзвездочных коттеджах. Таким под стать только пять звезд. Во всем. Майкл насторожился.
— Что с тобой? – вопросительно глянула на него Абигаль.
— Кажется, ты рано расслабилась. Вставай из машины так, словно ты ничего не знаешь… о мафии. Иди рядом со мной и не отставай. Мы должны быть вместе. Понятно?
— Понятно, — коротко ответила Абигаль, не задавая лишних вопросов. Она уже все поняла. Эта машина ей тоже показалась подозрительно знакомой.
Абигаль инстинктивно взяла Майкла под руку. Тот почувствовал ее дрожь:
— Не трясись так. Даже они это чувствуют. И не оглядывайся. Расслабься и иди быстрее.
Они вместе подошли к конферансье и взяли ключ от своего номера. Отойдя к пустому лифту, Майкл огляделся вокруг, словно спрашивал, не едет ли с ними кто-то еще. Вокруг никого не было. Он с облегчением вздохнул:
— Отстали.
И подтолкнул Абигаль в лифт. Майкл нажал нужную кнопку. Двери мягко закрылись.
— Если они что-нибудь будут спрашивать или требовать, ты – ни при чем. Сделка происходила без твоего ведома, — инструктировал Майкл.
— Что они могут потребовать, кроме денег… — вздохнула Абигаль.
— Ты права. Они могут взять тебя заложницей. Поэтому, тебе лучше вообще отречься от меня, словно ты теперь не со мной. Мне так будет легче с ними «воевать».
— Поздно… они все видели… – опять вздохнула Абби.
— Что ж, будем «держать удар» до конца.
Лифт мягко притормозил на нужном этаже. Двери бесшумно отворились. Майкл вышел первым. Осторожно осмотрелся вокруг. Сделал знак Абигаль, чтоб та выходила. В целях предосторожности прижал ее к себе. Но, едва они хотели подойти к двери своего номера, как из-за цветочной колонны перед ними возникли двое. Их вид был достаточно дипломатичен. Они не были похожи на террористов, вооруженных до зубов. Дорогие рубашки и брюки.
— Хи! – улыбнулся один из них.
— Хеллоу, — дружески ответил Майкл.
— Не переживайте, мы безоружны, — продолжал собеседник, видя ужас в глазах Абигаль, — Стрелять не будем. Но хотим предупредить.
— Я в курсе, — не дожидаясь угроз, ответил Майкл, — Я должен и я отдам.
— На все вам неделя. И не вздумайте удрать. Достанем даже в Гренландии среди белых пингвинов. Там и оставим. Пергамент таких выходок не любит.
— Хорошо, я понял, — спокойно ответил Майкл, — А теперь, дайте пройти. Мы устали.
— Плизз, — улыбаясь, уступил дорогу агент Пергамента, — Хорошего вечера. Пока, пока.
Галантные «террористы» тут же удалились. А Майкл трясущимися руками отворил двери номера.

Глава 13

— Миша, а в Гренландии есть пингвины… белые? – едва пришла в себя Абби за дверями номера.
Здесь она почувствовала себя в относительной безопасности.
— М-м… не знаю… – Майкл наморщил лоб, ему было не до пингвинов, но, все же, он продолжил разговор, — Я знаю, там медведи белые, есть… волки белые, есть… совы и куропатки белые, есть… еще тюлени, моржи и всякие моллюски. Пингвинов белых не знаю, не знакомился…
— А они сказали, что есть, — наивным детским тоном не отставала от Майкла Абигаль, — И они нас оставят среди них. Значит, мы будем первые, кто увидит белых пингвинов… в Гренландии…
— Пингвины в Антарктиде водятся, в Южном полушарии, — уже более собранно и серьезно заверил ее Майкл, — Так, что, не сделают они то, что обещали.
— Значит, они сами не знают, с кем и где нас оставить хотят.
— Они только знают, кого съесть хотят. Калифорния от Гренландии далеко. Отсюда не видать, кого там есть можно… – более живо отвечал Майкл.
— Смешная шутка… над нами, — грустно, но более облегченно вздохнула Абби, — Зато напряжение снялось. Теперь можно переходить к более серьезным вопросам.

Агенты Пергамента вышли на улицу и уселись поудобнее в своем роскошном авто. Один из них прикурил, опустив стекло. Другой, скучая, зевнул:
— Интересно, как долго они будут собираться?
— Ты думаешь, они тут же выбегут и дадут деру в аэропорт?
— Думаю, будут ждать ночи. А мы тоже будем ждать ночи?
— Зачем? Я уже узнал расписание всех самолетов на Киев. На сегодня и на завтра, и, даже, на послезавтра. Эти русские трусливы. Они сюда приезжают разбогатеть. Причем, всем навязывают только свои правила, и ставят выше всего только свои намерения. А, когда, их постигает неудача, сразу же дают деру. И эти поступят так же, вот уведешь.
— Зачем тогда мы их пугали?
— Чтобы взять весь процесс под контроль. У Пергамента по всему свету разведка. А нам нужны не деньги сейчас. Мы хотим знать все об Украине. Если она станет на ноги, как же тогда наш бизнес развиваться дальше будет… А эти у нас на крючке теперь. И дадут нам хорошие сведения в дальнейшем.
— А, если они не собираются уезжать, что будем делать тогда?
Первый агент иронично глянул на второго:
— Готов поставить сумму, большую той, что они проиграли. Они уже складывают чемоданы и решают, каким рейсом им лететь в свою эту… хохлендс. Это ж русские… я их знаю…
Второй только вздохнул в такт первому:
— Это не русские. Это украинцы. Ты их не знаешь.

А в это время, в номере Майкл и Абигаль действительно торопливо собирали чемоданы.
— Ну, мы и влипли, — наконец-то выпрямилась Абби, отодвинув тяжелую сумку и присев на диван.
— Да. Вот только не пойму, почему они ничего не предпринимают? Неужели они так наивны…
— Может, хотят знать наши дальнейшие планы. Где мы возьмем такую сумму?
— Банк ограбим, — грустно пошутил Майкл, осторожно выглядывая в окно, — Сейчас ехать нельзя. Дождемся вечера, когда стемнеет. Билеты я уже заказал по компу на десять двадцать.
— А, что, если они бомбу подкинут в самолет?
— Не думаю. Не успеют.

Глава 14

Самолет медленно шел на посадку. Майкл блаженно потянулся в кресле, когда посадка была объявлена:
— Дома! – выдохнул он.
— Наконец-то… – вздохнула с облегчением Абигаль, — Нет больше Майкла Чета и Абигаль Линк. Есть просто Миша и Аля.
— Сейчас бы по чашечке кофе, — мечтательно произнес Миша, беспечно оглядываясь вокруг, когда они спустились с трапа самолета.
— Давай, в придорожку зайдем, — предложила Аля, — Я со вчерашнего «боя» ничего не ела. Кусок в горло не шел. А теперь, как ты рассказывал? Мозги расслабились… центр голода проснулся… – Аля засмеялась. Засмеялась так искренне и непринужденно с того момента, когда они с Майклом начали заниматься бизнесом в Калифорнии.
Они зашли в дорожное кафе в аэропорту. Кафешка оказалась уютной, хотя, переполненной людьми. И это не настораживало. Никто здесь не мог «подложить бомбу» или ворваться в масках и перестрелять всех отдыхающих, ни в чем не повинных людей только ради того, чтобы взять эти мизерные деньги из кассы. Это не Америка.
Майкл облегченно вздохнул и занял крайний столик возле окна. На нем стояла еще не убранная официантами посуда, но его это мало обеспокоило. Подумаешь, это ж не ресторан для аристократии. Это наш, родной кафетерий. И им двоим он показался милее всех Лос-анджелесских ресторанов и гостиниц. Это у нас дома. Значит, можно расслабиться.
Миша удалился к стойке делать заказ. Аля осталась сидеть за столиком. Но ни он, ни она не заметили, как сзади их за крайний столик присела странная парочка. Блондинка с, почти искусственными, пережженными осветлителями волосами и джентльмен в нарочито потрепанном пиджаке. Они взяли только кофе и медленно пили его, беседуя о своем.
Майкл поставил на стол поднос с завтраком:
— Угощайтесь, уважаемая леди.
— Ух! – потянула Аля аромат кофе, — Почти как в Париже.
— Нас еще в Париже не было.
— Представляешь, а в Париже-то мы и не были. Давай, съездим.
— Когда от мафии избавимся, и долг им отдадим, — строго заверил Майкл.
— И ты собираешься им отдавать свои честно заработанные деньги? – Аля широко открыла глаза и возмущенно глянула на Мишку.
— Я все это время думал в самолете. Мы сбежали, как трусы. Но я не испугался. Я просто решил заработать деньги здесь, у себя дома. А потом их отдать. Я должен. И я отдам.
— За неделю?
— Возможно.
Аля покачала головой:
— Боюсь, за неделю мы не успеем. Может, у моего папы попросим?
— Нет, — твердо ответил Майкл, — Должен я, а не папа. И отдуваться буду я. Но за ними все равно долг остается. Кидалова я не прощу.
Аля с тревогой глянула на Майкла:
— Неужели, ты собираешься с мафией воевать?
— Мы еще посмотрим, кто кого… – Миша дожевывал бутерброд и торопливо прихлебывал кофе, — А, если денег хотят, подождут. Вот увидишь, скоро они будут проситься работать на нас. Они уже на нас работают, хоть не знают об этом. Я с ними контракта не подписывал.
Аля почти рассердилась:
— Мишка! Ты сумасшедший. Нам угрожает реальная опасность, хоть мы и дома. А ты в войнушку поиграть вздумал. Мы связались с крупной американской мафией, неужели ты не понял…
— Я все понял. Но, если ты боишься проблем, то они тебя накроют с головой. Не проще ли смотреть им в глаза. Смеяться над ними. И всегда быть выше их. Не так ли, уважаемый психолог?
При этом Майкл хитро подмигнул оторопевшей от его дерзости Але. Таким она его никогда еще не видела. Похоже, у него пробуждаются новые способности. От опытных ее глаз не смогла бы промелькнуть ни одна их искорка. Но виду она не подала. Так было мудрее.

Глава 15

Не успел Майкл допить свой, уже остывший кофе, как в кармане у него зазвонил телефон. Он поднял трубку, а Аля в этот момент выскочила в дамскую комнату привести себя в порядок.
Звонил Алекс. Он знал, в котором часу прилетает его дражайший друг, от которого, теперь зависит многое. Зависит, можно сказать, вся судьба украинского бокса. Поскольку в планы энергичного Алексея Устича входило поднимать молодые таланты и давать им перспективу в жизни, выводя их на арену мирового бокса. А, если «мировая арена» не получится, то сделать свой украинский бокс и этим прославить страну на весь мир. Пусть знают, Украина способна отразить удар. Так мечтал Алекс, пока дожидался Майкла из Калифорнии.
— Привет, старина! – радостно откликнулся Миша, — Мы уже здесь. Встречай. Где ты будешь нас ждать? Хорошо, будем…
Ничего не подозревающая Аля, кинула косметичку на край умывальника. Комната была пуста, и она могла спокойно заняться своим май капом. Надо было умыться с дороги, ведь впереди еще долгий путь. В ее косметичке находилась не только косметика. Старенькая миниатюрная мобилка, бывавшая с ней рядом долгие годы. С ней никак не хватало сил расстаться, как с памятью о доме.
Аля осторожно наводила стрелки на веках. Они замечательно подчеркивали чистоту ее огромных синих глаз. Увлекшись, она не заметила странную особу, только что вошедшую в комнату и крутившуюся рядом с ней.
— О, какая прелесть, — произнесла та вкрадчивым тоном, когда Аля отвела взгляд от зеркала.
Белокурая и ярко накрашенная дама бесцеремонно протянула руку к украшению на тонкой цепочке, которое Аля всегда носила на шее. От такого похабного поведения Аля резко отпрянула в сторону. Но дама не придала ее реакции никакого значения. Она продолжала «допрос»:
— Это вы в киевском ювелирном брали?
— Нет, это подарок, — резко ответила Аля.
— Счастливая. И где же вы такого ухажера нашли?
— Это подарок моего отца, — недовольно кинула Аля, давая понять, что не желает общаться с дамой такого уровня.
— А прикид ваш… это тоже подарки отца?
— Я в состоянии сама зарабатывать.
Дама бесцеремонно вертелась возле Али, сыпля нетактичными вопросами. Она, наверное, здесь работает официанткой. Но, вот, только странным показался Але ее акцент. Хотя, в пылу негодования она не придала ему значения. А странная особа продолжала:
— И кем же вы так усердно работаете? Одна косметичка чего стоит. Интер-гел…
Тут Аля сорвалась. Она резко повернулась на каблучках к даме, заметно старше ее по возрасту и кинула ей прямо в глаза:
— Спортивный менеджер по боксу. Штат Калифорния. Охрану позвать?
Та, нахально усмехаясь, спокойно и вкрадчиво отнекнулась:
— Ну, что вы, не надо. Мне просто косметичка понравилась.
И, нагло оттолкнув Алю, вышла не спеша за двери. Аля была просто в бешенстве от такого хамского поведения. Она несколько секунд напряженно смотрела ей вслед. Потом, придя в себя, словно во сне повторяла:
— Косметичка ей понравилась… косметичка… где она?
Аля глянула на умывальник, где она оставила косметичку. Потом в сумочку, но предмета ее поиска нигде не оказалось. Догадка молниеносно поразила ее.
— Сто-о-ой! – закричала Аля и кинулась догонять странную особу.
Она выскочила в зал кафе, где Майкл рассчитывался с официантом.
— Миша, у меня косметичку украли. Такая… белая…
Майкл бросил все и устремился вслед за Алей во двор к автостоянке. Но воровки и след простыл.
— Что там было такого ценного? Я тебе лучше куплю.
— Там была… моя мобилка.
— Вот та, которая глючила постоянно? И ты никак не хотела ее выбрасывать. Хорошо, что ее украли. Радуйся, что документы на месте и деньги.
С этими словами Миша вернулся за курточкой. Он не видел, как за соседним столиком странный мужчина, оставшийся без своей спутницы, не спускает с него глаз. Майкл удостоверился, что его кожанка цела, забрал ее и вышел. Он подошел к растерянной Але, стоящей возле его машины:
— Поехали скорее. Нас в Днепре ждут.

Глава 16

И, вот теперь, Майкл с Абигаль спешили навстречу новым приключениям по родным украинским дорогам. И каждый камешек, каждая кочка и каждая ямка им была до боли знакома и дорога.
— А ты веришь, что мы выкрутимся? – голос Майкла был подавленным, хоть он старался не показывать этого.
— А ты разве нет? Если бы не верил, не спешил бы сейчас навстречу новым приключениям вот по этим дорогам.
— Может быть и так… – задумчиво произнес Майкл.
Он не хотел сейчас принимать вызов или раздувать какой либо спор. Ему вспомнился один особенный вечер. Впрочем, каждый вечер у себя дома для него был особенным, но каждый по-разному. А этот, почему-то остался в памяти особенно ярким и светлым. И помнился дольше остальных.
Это был банкет на фирме отца Абигаль по поводу ее окончания Кембриджского университета. Перед глазами у Михаила поплыла разноцветная картинка.
Украшенный цветами и гелиевыми шарами зал. Много людей, они собрались на праздник, разговаривают, смеются и ждут начала банкета. Появляется начальник фирмы в сопровождении своей охраны – отец Абигаль. Сама Абигаль не одна, она рядом со своим верным другом Майклом. Отец Абигаль занимает почетное место за столом, и приглашает всех собравшихся занять места за тем же столом. Рядом с ним садится его любимая и единственная дочь. Рядом с Абигаль – Майкл. Рядом с ней место для него всегда свободно. И оно почетное. Отец Абигаль встает, поднимает бокал шампанского и произносит первый тост:
— Уважаемые господа! Сегодня тот радостный день, когда я собрал вас в связи с окончанием моей любимой Абби Кембриджского университета. Прошло не много, не мало, а двадцать с лишним лет, когда я покинул стены Оксфорда. Но моя непоседливая Абби и тут решила сделать все вопреки моим пожеланиям. Вместо Оксфорда она, в силу своей строптивости, выбрала, конкурирующий с ним, Кембридж. Ну, что ж, я все равно горжусь ее успехами…
Абигаль недовольно посматривает на отца так, словно хочет ему возразить, но сдерживается. Отец продолжал:
— И недолог тот счастливый день, когда я в наследство ее семьи отдам свою лучшую фирму в Калифорнии. Ведь она возвратилась не одна, а со своим другом Майклом, — жестом просит Майкла привстать и дружески хлопает его по плечу, — Он теперь мне как сын. Я полностью доверяю ему и отдаю свою дочь под его защиту.
Абигаль кидает недовольный взгляд в сторону отца, пытается сдержаться. Отец Абигаль, не обращая внимания на недовольство дочери, продолжает свою речь:
— Майкл должен стать хорошим супругом для нее и руководителем фирмы. Я знаю, Абби во всем сможет ему помогать. А когда у них появятся дети…
Абигаль привстает из-за стола. Она не в силах сдержать возмущение и смущение одновременно:
— Папа! Мы собрались здесь, чтобы отметь только окончание университета. Прошу тебя, не опережай события. Майкл – мой хороший друг и не более того… И не называй меня Абби. Я – Аля, я не англичанка…
Отец Абии, вопреки своей строгости многое мог простить своей любимице и позволить любую вольность, любую шалость. Хотя, Аля, не смотря на ожидания окружающих, не всегда пользовалась «вседозволенностью», только когда дело касалось важных вопросов в ее судьбе. Можно сказать, отец ее избаловал. И сейчас на ее гнев отвечал шуткой:
— Прости, дочка, что я не спросил тебя при рождении, какое имя тебе хотелось бы носить. Ты тогда еще не умела говорить…
Вмиг из зала послышались одобрительные смешки и редкие хлопки в ладоши. А говоривший продолжал свою бесконечную речь:
— Шел тысяча девятьсот восемьдесят третий год, время запретов и ограничений со стороны правящих структур. Как сейчас помню себя двадцатилетним студентом Воронежского политехнического института, факультета международных отношений. Там-то я и встретил свою единственную любовь на всю жизнь, которая и стала впоследствии, — он повернулся в сторону Али, — твоей мамой, моя дорогая Абигаль, — отец снова обратился к гостям, — Она сама уроженка Донецкой области, хотя в жилах ее течет кровь настоящей английской леди. Ее предки по отцовской линии жили в Англии. И сейчас у нее сохранились там родственные связи. А мама ее – настоящая украинка, ни дать, ни взять… Позже, мы переехали в Донецк, где в восемьдесят седьмом году появилась на свет наша ненаглядная Абби, — он поднял глаза вверх, вспоминая и улыбаясь. Видно было, что эти годы были лучшими в его жизни, — Приближались сумбурные девяностые… Мне хотелось, чтобы моя семья ни в чем не нуждалась и, когда маленькая Абби пошла в школу, я стал заниматься бизнесом. Моя первая сделка состоялась заграницей, именно в Англии. В том же году я поступил в Оксфордский университет. Моя жена была счастлива такому стечению обстоятельств. В последствии, мой бизнес стал успешно развиваться как заграницей, так и на Украине. Но у меня есть не только бизнес. Я большой поклонник, можно сказать, фанат, бокса.
Да… а все началось с того, что в юности я попросил тренера показать мне несколько приемов… Все мои корпорации, угольная и нефтяная промышленность, чьи вышки и шахты расположены теперь почти по всему свету, не могли сравниться с тем чувством, когда ты стоишь на ринге… Потом я стал тренером… И даже работал в том боксерском клубе в Киеве, где сейчас сосредоточен центр бокса Украины… И теперь этот клуб мой. С того момента, когда я купил дом под Киевом для своей любимой жены и ненаглядной доченьки… И я хочу, чтобы спорт в Украине занимал не последнее место для страны. Хочу, чтобы ваша с Майклом семья…
От последних слов Абигаль опять заметно занервничала:
— Папа! Мы просто хорошие друзья…
В зале опять послышались смешки и редкие хлопки в ладоши. Отец поворачивается к Абигаль и наставительно обращается именно к ней:
— Хороший друг может стать хорошим мужем… Ведь я желаю тебе только хорошего…
На выручку поспешил сам Майкл. Он привстает со своего места.
— Прошу вас, не ссорьтесь. Мне очень нравиться ваша дочь. Но время само должно все поставить на свои места. И, в любом случае, мы будем друзьями и будем помогать друг другу как в жизни, так и в бизнесе. А фирмой, я думаю, пусть руководит пока Аля. Я с удовольствием помогу ей с раскруткой…
Но отец Абигаль был неумолимо настойчив. Он даже не подпускал мысли о том, что кто–то вместо Майкла может руководить его фирмой.
— Нет, нет, что вы, Майкл. Абби слишком, юна, чтобы брать на себя такую ответственность. Руководство над фирмой я поручаю именно вам. Вы, все же, старше ее и внушаете мне доверие…
Тут в спор опять вмешалась Абигаль:
— Папа, я не хочу иметь фирму в Калифорнии. Я возвратилась домой, чтобы здесь жить и работать. Я открою свое дело и начну все с ноля…
— Моя дорогая Абби, — не уступал ей отец, — Зачем тебе начинать все с ноля…
— Папа, я не Абби. Я – Аля. И нам следует помнить, что наша фамилия не Линк, а Линник…
— И сменишь ты ее на фамилию ЧервонИй.
Тут Абигаль не выдерживает и выскакивает за двери зала. За ней, извиняясь перед гостями, выходит Майкл. А в зале слышатся громкие аплодисменты. Кто-то открывает шампанское. Веселье не сорвано. Оно только начинается.

Глава 17

Миша крепко держал руль в своих руках. Уже совсем стемнело.
— Да, знал бы твой отец, как мы в бизнесе раскрутились, — вдруг промычал он, словно себе под нос.
— Он сразу одобрил твой выбор заниматься продвижением бокса, — пыталась утешить его Аля, но настроение Миши заметно упало.
— Именно, продвижением… – Миша угрюмо хмыкнул.
— Это еще что, — оптимистично подбадривала его Аля, — Ты знаешь, сколько раз он сам падал и поднимался, пока не достиг стабильного течения дел.
— Вероятно, это естественный ход событий. Уж ты должна в этом знать толк. Ты не из робкого десятка, верно? — иронично парировал Миша.
Аля замолчала в замешательстве. А Майкл снова вернулся мыслями в тот счастливый вечер, когда ничего тяжелого на душе еще не было.
Снова фирма отца Абигаль. Вестибюль перед банкетным залом. Майкл выходит вслед за, сбежавшей с банкета, Алей. Он застает ее в компании пожилой конферансье. Абигаль неумело пытается курить дешевую сигарету и «вдохновенно» жалуется консьержке на жизнь. Майкл прячется за выступ стены и наблюдает всю эту сценку.
— Вот, все мужчины такие! – вытирая слезы, говорит Абби, — Лишь бы все было, как им хочется. Глядишь, я буду на поводке у них ходить, как собачка комнатная…
— Это хорошо, что комнатная, — успокаивает ее консьержка, — А то, сколько собак бездомных. Ведь, твой отец, сколько дал тебя всего. И учебу, и работу, и живешь ты как королева… Тебе все завидуют!
— А я не хочу, чтобы мне завидовали, — Абби перестает плакать и заявляет с вызовом, — Я хочу сама всего добиться. Я умею! Разве он не видит?!
Майкл не выдерживает, выходит из укрытия и подходит к ним:
— Аля, ты куда пропала? Ты ж не куришь??? Если хочешь, я упрошу твоего отца, и мы останемся здесь. Ты будешь сама вести дела на своей фирме…
Абби резко оборачивается к Майклу, бросает сигарету на пол и тушит ее каблучком:
— С вами закуришь! А подслушивать не хорошо… – она, задев Майкла плечиком, снова убегает в банкетный зал.
Майкл обиженно кричит ей вслед:
— Вот, все женщины такие! Ты им как лучше хочешь, а они все по-своему…
Майклу ничего не остается, как следовать за Абби. А пожилая женщина только вздыхает, любуясь ими:
— Ничего не поделаешь. Молодость… Борьба миров…
Глава 18

Около семи часов вечера Миша уже катил по главной трассе по направлению к Днепропетровску. И асфальт здесь, надо сказать, оказался значительно лучше. Настроение у Майкла немного поправилось. По обе стороны трасы мелькали фонари. Жить стало веселее. Майкл включил радио и стал подпевать под нос какую-то песенку. Абби тоже повеселела. Майкл подмигнул в ее сторону:
— Видно, что-то есть в этом мире. То, что помогает нам. Вот увидишь, выкрутимся…
Тут Аля снова насупилась:
— Я тебе весь день об этом твержу. А ты самонадеянный. Веришь только в себя. Я на тебя обиделась, так и знай.
— Ну, Алик, ты чего, — виновато оправдывался Майкл, — Ведь я только благодаря тебе совсем не упал. Ты есть у меня… Вот, как разбогатеем… Знаешь, какую свадебку справим… Куда там Америке! – Миша совершенно забыл, что перед ним уже не та задиристая девчонка из банкетного зала своего отца. Перед ним теперь сидит состоявшийся менеджер-психолог. И попробуйте, скажите слово неверно. Она все подмечает, знает, и берет на заметку.
— Майкл, опомнись, — сокрушенно оборвала его мысли Абби, — Какая свадьба?! Ты на дорогу лучше смотри.
Майкл смущенно прервал свои радужные речи:
— Я смотрю на дорогу… Не хочешь свадьбы, не надо… Ты мне одно скажи, — категорично кинул он в сторону Али, — Замуж за меня пойдешь?
— Нет! – упрямо и раздраженно кинула Аля в ответ.
— Почему? – не унимался Майкл.
Он никогда не воспринимал ее отказы всерьез, потому, что понятия не имел, как он сможет жить без нее и ее взрывоопасных искорок. И тут, мягкая до сей поры Аля, разозлилась не на шутку. Ей никогда не нравилось, чтобы за нее решали все. А потом только ставили перед фактом. Ведь она не «комнатная собачонка». В гневе она почти закричала:
— Да потому, что вы с моим отцом сговорились! Вам лишь бы дела коммерческие уладить, а как жить
потом, не важно…
И тут стойкая Абигаль расплакалась:
— Как мне это все надоело. Стараешься, делаешь все, чтобы им лучше было. А они – жениться. Еще из долгов не вылез, а уже думает бог знает о чем. Как так жить можно?
Она вытерла слезу рукавом. Ее душистый платочек был украден вместе с косметичкой. Майкл растерялся:
— А как жить? Хорошо жить… Лучше, чем сейчас… – задумчиво пробубнил он, но вовремя спохватился, — Вот, скажу твоему папе, как мы с тобой познакомились, он тебя сразу замуж выдаст. И скажи спасибо, если это буду я! – с вызовом кинул он Але и даже сам загордился своей ловкости «держать удар».
А в голове у Майкла снова поплыли воспоминания о тех счастливых беспечных днях юности.

Глава 19

Когда он учился в Оксфорде, на заочном факультете, пребывая на сессии, вечерами любил захаживать в ночные клубы. Особенно, смотреть на «ночные танцы». Нет, не для разврата. Просто там открывалась настоящая человеческая суть. И происходило это все естественным образом. Он никогда не стремился иметь связь с танцовщицами. Они все были ему глубоко безразличны. А, когда одна из них приближалась к нему особенно близко и предлагала интим, Майкл, всякий раз вежливо отказывал, давая понять, что такой уровень отношений не для него. Но при этом не забывал подарить ей купюру.
И такие походы были его тайной. Не потому, что больше этого никто из студентов не делал. Так вели себя многие. Но Майкл был далеко не таким, как многие. Он не стремился быть похожим на них и никогда не принимал участие в шумных «бумах». Не только по состоянию здоровья. Просто такова была его утонченная натура. А смотреть стрип-данс ему очень нравилось. И это он скрывал от окружающих, как нечто сокровенное. Не хотел, чтобы чистые нотки его души были омрачены чьими-то грубыми басами. И заходил он в такие места на другом конце города, где было менее вероятности столкновений со своими знакомыми.
Вот так происходило и на сей раз. Майкл как сейчас вспомнил. Он решил прогуляться в самый загадочный город Англии – Лондон. Там культура всегда намного выше и интереснее.
Он сидит за столиком возле стойки. Негромко играет музыка. Заведение, надо сказать, не для веселья, для отдыха. Сюда заходят не многие, больше из элиты общества. Или, обычные люди, желающие провести время в одиночестве. И у Майкла для этого хватило деньжат, на сей раз.
Изысканный дизайн, хорошая музыка и вино. На сцене не красотка. Красавица. И в этом есть существенное отличие. Ведь это элитное заведение. Связь клиента с танцовщицей мало вероятна. Но на сей раз Майкла что-то прошибло. Он стал мечтать.
Танцовщица плавно кружилась на сцене. Ее движения были грациозны и пластичны, как у черной пантеры. Ажурное боди скрывало интимные части тела, но располагало к… красоте. Ее волосы… впрочем, это был парик. И он ей шел. Блестящие иссиня черные ровные пряди рассыпались по плечам. Высокие сапоги на шпильках подчеркивали стройность ног и фигуры. Девушка непринужденно исполняла танец. Но она была недоступна. Не только для Майкла. И Майкл мечтал. А в голове зрел план… знакомства.
К Майклу подходит официант и, видя его интерес, задает риторический вопрос:
— Вам нравится?
— Очень, — отвечает очарованный Майкл, — Вот, возьмите, это ей, — он достает купюру и протягивает официанту.
Тот качает головой и с сожалением произносит:
— Нет, я сожалею, это хозяину. А ей – проценты.
— Это не справедливо. Она заслуживает намного большего. Можно к ней подойти?
— Я сожалею, нет, — отвечает официант, как автоответчик.
— И, даже, познакомиться нельзя?
— Я сожалею, нет.
— Она что, в рабстве?
Официант снисходительно улыбается:
— Она на работе. Хозяин может увидеть и взыскать. В нашем заведении контакт танцовщиц с клиентами запрещен.
Майкл достал из кармана еще одну купюру:
— Это тебе. Я хочу с ней поговорить.
Официант, молча, кивает головой и делает знак Майклу, чтобы тот следовал за ним. Он подводит его к «черному выходу» со стороны улицы.
— Они уходят через этот выход, — говорит он Майклу, — Ее смена скоро заканчивается. Вы можете подождать.
— А как ее зовут? Откуда она?
— Не могу знать, господин, — коротко отвечает официант и собирается уходить.
Майкл достает еще одну купюру, официант задерживает на ней взгляд. Майкл вопросительно смотрит на него, официант медлит с ответом. Он не решается. Потом, словно, невзначай, произносит:
— Я не знаю, как ее зовут, но помнится, она из Кембриджа.
Майкл сует ему купюру и тот уходит. А Майкл, спрятавшись за дверями, продолжает следить.
Через некоторое время из выхода появляются две девушки. Они без париков. Одна – темноволосая, с растрепанными локонами до плеч. Другая – шатенка с аккуратно стянутыми в узел на затылке волосами. Темноволосую Майкл узнал сразу. Он видел, как она танцевала, в прошлые разы. А, вот, шатенку, он видел впервые. Ее стройная фигура напоминала ту, что была на сцене сегодня. Но та ли это девушка, которая так понравилась Майклу? Он незаметно крадется за ними по темному подсобному двору бара. Слышит, как темноволосая обращается к той, другой:
— Абби, тебе завтра снова на занятия?
— Да, к десяти утра. Успею даже выспаться. Философию отменили, а вот менеджмент оставили, — отвечает приятным голосом шатенка.
— Тебе еще не надоел этот занудливый Кембридж? Для чего психологу философия и менеджмент?
— Если так подумать, танцовщице бара Кембридж и подавно не нужен. А мне нравится учиться.
— И что ты собираешься делать потом?
— Открыть свое дело, — решительно отвечает шатенка.
Ее собеседница хохочет:
— Для этого необходимо иметь, как минимум начальный капитал. А мы тут копейки получаем.
— Это не важно. Я люблю стрип-данс. И публика здесь не такая похабная.
— С тобой все понятно…
Они расстаются у ворот дворика, а Майкл, узнав все необходимое, скрывается в темноте.
Значит, официант не обманул. Вероятно, ее зовут Абигаль и она из Кембриджского университета. Майкл ее запомнил на веки. И голос, и манеру говорить. Теперь он ее ни за что не упустит.
Следующий день для Майкла начался посещением не своего «любимого» Оксфорда, где он учился. Влюбленный студент решил приехать в гости в Кембридж. Встать ему пришлось рано, в половине шестого утра, чтобы успеть на автобус дальнего следования между городами Англии. В половине десятого утра он уже стоял возле кабинета «менеджмента» Кембриджского университета. Лента еще не началась, но студенты понемногу начинали собираться.
Знакомая ему девушка стоит в одиночестве возле окна. Она с интересом листает учебник. Майкл, набравшись смелости, подходит к ней. Он уверен, что это его знакомая.
— А вы хорошо танцуете, — застенчиво и серьезно произносит он.
Девушка поднимает на него удивленные глаза. Оказывается они сине-зеленые, как море в ненастную погоду. А взгляд глубокий и ясный. И волосы у нее каштановые с золотистым оттенком. Она отстраняется:
— Я не танцую…
Майкл чувствует себя нелепо. Он хочет исправить свою ошибку:
— Я не хотел ничего плохого. Вы мне понравились. Пойдемте вечером куда-нибудь.
Девушка видит растерянный вид парня и уступает:
— Пойдемте. Только не туда, где танцуют…
— Нет, что вы. А почему вы предпочли именно такой вид танцев? Вам нравится?
Тут девушка с нескрываемым раздражением дерзко отвечает:
— Вам честно сказать? Деньги нужны.
Она снова смотрит в учебник, не желая разговаривать на эту тему.
— Вам некому помочь? – не сдается Майкл.
— Нет, просто попрошайничать не люблю. А танцевать мне нравиться, — дерзко отвечает девушка.

Глава 20

Грезы Майкла оборвал возмущенный голос Али:
— Так ты что, всю жизнь вспоминать мне это будешь?! Не пойду за тебя! Никогда не пойду!
— Тихо, тихо… я пошутил… – желая успокоить спутницу, отступает Майкл.
Время близилось к ночи. Встречных машин на дороге становилось все меньше и меньше. Где-то вдалеке замаячили фигуры людей на дороге. Майкл быстро переключил свое внимание в их сторону.
— Неужели, гаишники. В такую темень и в такой глуши. Ну и не спиться же людям!
Абигаль сразу же забыла, о чем велся спор, и тоже глянула на дорогу.
— А чем им еще заниматься? Сейчас самое время «поохотиться».
Майкл недовольно буркнул в ответ на ее слова:
— Этого нам еще не хватало! Я помню, как они года два тому, мне штраф вкатили в размере моей недельной калифорнийской зарплаты. Хорошо живут. Дармоеды!
— Ну, да, — иронично поддержала его Аля, — Это все нормально для наших служб. Я долго жила на Украине до поступления в универ. Помню все встречи с ними. Особенно, когда отец стал поднимать вверх свое материальное положение и уверенно становиться на ноги. Они просто таки зверели, видя номер дорогой машины.
— Хочешь сказать, нам сейчас не поздоровиться? – хмыкнул Миша.
— Ты подготовь несколько сотен долларов, на всякий случай. Иначе, живыми не уйдем.
— Это точно…
Майкл протянул руку к нагрудному карману своего пиджака. Пошарил в нем. Но бумажника там не оказалось. Не было бумажника и в карманах брюк. Наверное, он в кармане куртки. Ну, конечно. Миша вспомнил, что клал его туда, когда выходил из самолета. Он попросил Алю подать ему куртку, которую он впопыхах бросил на заднее сидение, когда они уезжали из Киевского аэропорта. Аля подала Мише куртку.
— Давай, быстрее. Они уже близко, — поторопила при этом она.
Миша обшарил все карманы кожанки, но, увы… они были совершенно пусты. И только один завалившийся чек после кафетерия выпал на колени Майкла. Он побледнел.
— Нас ограбили, — едва смог выговорить он.
Но Аля, как ни странно, сохраняла спокойствие:
— Я так и подумала. Эта мочалка мне так не понравилась с самого начала. Там, наверное, были…
И тут Аля вскрикнула:
— Так, это была не просто кража. За нами следят. Там была их банда. Она только отвлекла тебя. Остальные сделали свою работу. Что будем делать? Сходить с дистанции нельзя. Нашу машину уже заметили.
— Едем дальше, — твердо решил Майкл, крепче сжимая руль.
— Будь осторожнее. Возможно, это не гаишники.
Не успела Аля проговорить последнее слово, как их машину жезлом тормознул человек, вышедший на дорогу. Майкл подчинился и остановил машину. Он приготовил свои документы, лежащие в бардачке, и переложил их в свой карман. Затем, отворил дверцу и вышел наружу. Почти подбежал к полисмену:
— Господин полицейский, — обратился он к гаишнику, прежде, чем тот смог предъявить ему какие-либо обвинения, — Нас ограбили в Киевском аэропорту. Вытащили все деньги и банковские карточки. Помогите нам, пожалуйста.
— Ваши документы, — беспристрастно выдал тот.
Майкл сразу же понял, это не настоящие полисмены. Во-первых, они не в форме. Потом, коп первым должен представиться и показать свои документы.
— Сейчас, господин полицейский, — покладисто откликнулся Миша и отвернулся, чтобы подойти к своей машине.
У себя за спиной он чутким ухом расслышал, как один «полисмен» не громко кинул другому:
— Это они.
— Будем брать, — кинул тот в ответ.
Майкл сделал вид, что роется в бардачке машины. Краем глаза он видел, как один из «копов» приблизился к нему и поднял жезл. Вероятно, должен был нанести удар по голове. В ту же секунду Майкл внезапно выскочил из машины и, увернувшись от удара, со всего маху заехал в челюсть «копу». Тот не ожидал удара и упал в грязь. Второй «коп» кинулся к машине. Майкл, не теряя времени, вскочил за руль и, обдав его грязью из лужи, круто развернулся и был таков. Аля только восхищенно наблюдала за всем, сидя рядом.
— Это вам за грабеж, — произнес Майкл, гоня машину в неизвестном направлении, что было сил.

Свидетельство о публикации (PSBN) 36911

Все права на произведение принадлежат автору. Опубликовано 05 Сентября 2020 года
Каридова Жанна
Автор
Автор не рассказал о себе
0






Рецензии и комментарии 0



    Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии.

    Века поэзии. 1 +1
    На исходе лета 2 +1
    А знаешь... 0 +1
    С одним крылом 0 +1
    Надежность 0 0



    Добавить прозу
    Добавить стихи
    Запись в блог
    Добавить конкурс
    Добавить встречу
    Добавить курсы