А что, если... Выпуск 1 (в нескольких частях) (Глава 16)

В то же время в «Жилище №137» к встрече гостей все уже было почти готово. Печь затоплена, в ней часто потрескивает огонь. Стол, выставленный на середину кухни, празднично украшен. Белая скатерть, по краям украшенная узором из красной нити, прятала под собой твердый дуб.

А на самом столе чего только нет. Здесь и высокий, хорошо пропеченный, с хрустящей корочкой капустный пирог, накрытый полотенцем, и толстые, недавно пожаренные сырники. В центре стола бок о бок стоят два одинаковых медных горшка. В одном из них – гороховая похлебка, в другом – щи.

А почему горшки одинаковые? Есть у Джонсонов традиция, но ты, мой дорогой читатель, познакомишься с ней чуть позже.

Клайд и Джон уже заканчивали подготовку к празднику. Отец нашего героя, взяв крупную буханку хлеба, толстыми ломтями резал ее. Клайд, разделав купленную копченую курицу, поставил широкую тарелку с ее мясом на стол.

— Ты все уже? – спросил Джон у друга нашего героя, остановив лезвие ножа в хлебном мякише.

— Почти, — ответил ему Клайд, беря в руки деревянные миски. – Сейчас гостям расставлю, а там еще рыба, капуста квашенная и пряники останутся.

— Хорошо тогда, — проговорил Джон, снова принимаясь за свое дело. – Это хорошо…

На кухне раздавались только топот ног, стук деревянной посуды о дубовый стол да ножа о разделочную доску. Масляная лампа, использовавшаяся в семье Джонсонов только на Новый год, бросала в комнату свой мягкий свет.

— Слушай, Клайд… Ты не говорил с Райаном? – поинтересовался внезапно Джон, остановив работу.

— Говорил, дядь Джон, — выкладывая на тарелку аккуратные кусочки рыбы, ответил Клайд. – Хотя… Как говорил… — пожал он плечами, встретившись взглядом с отцом нашего героя. – Пытался…

— И как оно? – спросил Джон, бегая глазами по кухне.

— Он даже разговаривать со мной не стал… — признался Клайд, слегка наклонив на бок голову. – Я пытался узнать, а Райан: «Не хочу об этом рассказывать!» Только и всего…

— Да уж… — вздохнул Джон, глянув на своего помощника. – Не густо у нас…

— Ага, — согласился Клайд.

— Райан прямо как я, — уверенно произнес отец нашего героя.

— То есть? – не понял этих слов его помощник.

Клайд, смыв с рук весь жир, взял тарелку с аккуратно выложенной рыбой и, сделав полуоборот, поставил ее рядом с кувшинами, полными ягодного компота.

— В его возрасте тоже с отцом ни о чем не хотел разговаривать, — признался Джон. – Я понимал, что он никогда не поймет, и потому ничего не рассказывал. Может, Райан тоже так считает? Что думаешь, Клайд?

— Я?! – удивился тот. – Не знаю даже… Может, все само наладиться?

— Если бы… Если бы, — несколько раз повторил Джон.

Клайд хотел было сказать ему кое-что, но внезапно раздался громкий стук в дверь. Оба наших героя инстинктивно глянули в ту сторону.

— О, дядь Джон, — улыбнувшись, произнес Клайд, — видать, гости пришли.

— Откроешь? – спросил отец нашего героя. – А то у меня… Вон, — головой он указал на хлеб.

— Без проблем, — ответил друг Райана. – Мне вообще не трудно…

Клайд, убрав со стола руки, которыми опирался, выпрямился и спокойным шагом подошел к двери. Скрип.

— О, Саныч!- обрадовался гостю Джон. — Проходи, проходи… Не стесняйся… Я тут немного занят…

Саныч тоскливым взглядом осмотрел и наших знакомых, и их жилище. Незнакомый в лице Клайда человек и непривычная обстановка сразу же породила в нем тревожность.

— Здравствуйте, — поприветствовал гость друг Райана, удивленный появлению того. — Проходите… Чего же это на морозе стоите?

Саныч сделал несколько неуверенных шагов и, очутившись в жилище, закрыл за собой дверь.

— Здравствуй, — слегка поклонившись, обратился он к Клайду подрагивающим голосом. — Как тебя зовут?

Глаза Саныча быстро бегали. В одно мгновение они то глянут прямо в лицо Клайду, то — на стену, немного левее головы нашего знакомого. Но не только Саныч тревожился. Клайд в течении всего вечера часто поглядывал на Джона, следившего за ним, когда легионер обращался к нашему пареньку. Тоже было и сейчас.

— К… Клайд, — еще сильнее заволновался наш знакомый.

— Интересное имя… Александр Г… Григорьев, — представился Саныч, осторожно протягивая свою жилистую руку Клайду. — Приятно познакомиться…

— Вз… Взаимно, — пожал руку легионера наш знакомый и глянул на Джона.
Он не знал что делать дальше.

— Забыл же я, дурак, ребят предупредить, — в своей голове ругал себя Джон. — Моя оплошность, значит, мне и исправлять…

Отец Райана дернул головой немного вперед, указывая тем самым на Саныча. Клайд, заметив этот жест, посмотрел на легионера. И только сейчас он обратил внимание на форму, в которой стоял нежданный гость. Решение само пришло в голову.

— Александр Григорьев, так?- обратился Клайд к гостю. — Вам помочь форму снять?

Саныч, словно забыв, зачем сюда пришел, тут же опомнился и резкими неуверенными движениями начал снимать с себя верхнюю одежду.

— Нет… Я и сам могу, — ответил он на вопрос нашего знакомого. — Еще не совсем старый… А ты, дружок, иди, садись за стол, — ка можно ласковее постарался сказать Саныч.

Клайд, даже не глядя на Джона, пошел и занял свое место, что было ближе всех к двери. Легионер еще какое-то время возился с формой.

— Садись, Саныч, — Джон попросил гостя занять любое свободное место, когда тот повешал одежду. – А что же ты один? Где Прокофьев? — поинтересовался он.

— А он… не придет, — усаживаясь на стул, ответил Саныч. — Не захотел… Я пытался… его уговорить, но… Сам видишь, что вышло, — развел он руками и пожал плечами.

— Вот оно как, — произнес Джон.

— Ага, — устремив глаза куда-то в стол, бросил Саныч. — А где… все гости-то? — вспомнил он внезапно об остальных.- Вроде и время уже… А никого нету…

— Скоро должны подойти, — неуверенно ответил Клайд.

— Что ж… Тогда подождем… — произнес Саныч. — Времени еще много…

Джон как раз закончил резать хлеб. Он положил его аккуратной горкой, а доску и нож положил на шкафчик по соседству. Клайд и Саныч следили за каждым его движением, ведь не знали о чем говорить.

Скрип. Знакомый Джону голос: «Отец, я вернулся…». Все, кроме Саныча (ибо тот и так сидел лицом к двери), обернулись. В дверном проеме стоял Райан с розовыми от мороза щеками и носом.

— Наконец-то ты вернулся, — обрадовался Джон.- Не видел остальных?

Райан, заметив Саныча, поприветствовал его:

— Здравствуйте, Александр Григорьев… Не ожидал Вас.

— Здравствуй, Райан, — увидев знакомого, в ответ поприветствовал его Саныч.

— Сынок, закрывай дверь скорее, — поторопил нашего героя Джон. – Тепло же выходит…

— Пап, тут такое дело… — замялся Райан.

— Здрав-ствуй-те! – разделяя слово на слога, громко поприветствовал всех кто-то.

В жилище вошли Доро. Райану пришлось даже отойти немного в сторону, чтобы у гостей было больше места. Саныч, Клайд, Джон – одним словом, все сильно удивились этому появлению. Никто не ждал Доро.

— Господин Донован! – разом крикнули все трое и, вскочив со своих мест, низко поклонились.

— Да полно Вам, — засмущался Доро. – Я же говорил, что передо мной можно и не кланяться… О, Саныч! –заметил Донован легионера. – Ты тоже тут! Иди-ка сюда! Сколько лет мы с тобой не виделись!

— Два года всего, — произнес Саныч, медленно подходя к Доро. – Это не так уж и много…

Донован по-приятельски обнял своего знакомого, немного похлопал его по спине, рассмеялся:

— Немного?! Да для меня это почти вечность! Ну ты и сказанул, конечно, Саныч!
Джон подошел к Доро.

— Не ждали мы Вас, признаться честно, — произнес он, пожимая руку Доновану. – А Вы еще всей семьей пришли… Да, Лео? – присев и ласково улыбнувшись, обратился он к мальчику.

— Ага, — согласился тот.

— Ого, — рассмеялся Джон, — Лео, так ты уже подрос… Смотри, — гладил он мальчика по голове ладонью, — скоро как папа твой будешь…

— Да чего уж скоро… Годков девять еще, — почему-то засмущался Донован.

— Да ну… Раньше вырастет, — выпрямившись, пошутил отец Райана. – Эрина, и Вы тоже тут! – заметив ее, он широко развел руками, готовясь ее обнимать.

— А как же без меня-то?! – удивилась она, подходя к Джону. – Муж-то в чем попало пришел бы… А так хоть на человека похож…

Донован незаметно для жены, глядя на Саныча, Клайда и Райана, покачал головой из стороны в сторону и скорчил якобы недовольную гримасу. Наши трое знакомых чуть не рассмеялись от этого.

Обнявшись с Эриной, Джон повернулся к Софии и как можно ниже поклонился со словами:

— И Вам здравствовать…

В ответ наш знакомый ничего не получил.

— Ясненько, — думал Джон. – Она, как всегда, в своем репертуаре… Не хочет с такими как мы общаться… И все на этом…

Увидев, как Донован помогает Лео снять верхнюю одежду, Эрина и София тоже решили избавить свои плечи от шуб. Своими нарядами они чуть не ослепили присутствующих: все их драгоценные камни поблескивали на свету, и все эти блики попадали прямо в глаза наших знакомых. Но больше всего все были удивлены, увидев одеяние Донована.

— Вот это да! – воскликнул Клайд, не поверивший своим глазам. – Нечасто Вас увидишь в таком-то наряде, — сказал он Доновану.

— Понравилось?! Да?! – довольным голосом уточняла Эрина. – Видишь, дорогой, всем нравится, — обратилась она к мужу, усаживаясь на отодвинутый Джоном стул. –
А ты еще не хотел одевать этот кафтан.

Донован словно не слушал свою жену. Он уже собирался сесть около Эрины, как вдруг резко кое-что вспомнил, никак не связанное с его нарядом.

— Мы же забыли с собой еды захватить! Вот же дырявые головы!

— Ладно уж, — успокаивал его Джон. – У нас ее и так много… На всех хватит…

— Уверен? – решил уточнить Донован. – Я могу сбегать…

— Не нужно, — отказался наш знакомый.

— Ну… Как скажешь, — сел за стол Доро. – Может быть, Антипка захватит.

— Он тоже придет? – поинтересовался Райан.

— Да, — ответил ему Донован. – А то какой Новый год без песен? – никто ничего не сказал. – Во-о-от, — протянул Доро, поднимая указательный палец вверх. – С песнями сразу станет веселее. А если еще Антипка будет – смело умножайте все это на два…

— Пап, а мы скоро будем кушать? – своим детским голосом поинтересовался Лео.

— Скоро, скоро, — ответил ему Джон. – Сейчас только дождемся оставшихся гостей. Потерпишь, Лео?

— Да, — забавно ответил он и обратился к нашему герою. – Райан, а как того мальчика зовут? – указывал он на Клайда.

Наш герой только сейчас заметил, как его друг глядел на Софию. Такого взгляда он еще никогда не видел у Клайда.

— Неужто он… — думал наш герой, ответив на вопрос Лео. – И в эту, — перевел он взгляд на Софию.

Его предположение подтвердилось совсем скоро. Эрина спросила что-то у Клайда, а тот этого даже и не услышал. Райан толкнул своего друга.

— А?! Что такое?! – перепугался тот, оторвав свой взгляд от Софии.

— Тебя спросили, — ответил ему Райан, головой указав на жену Донована.

— А о чем?! – поинтересовался Клайд.

Эрина повторила свой вопрос.

— Теперь-то я точно уверен, — следя глазами за своим другом, сказал про себя наш герой. – Да уж… Не повезло ему… Она на него даже и не взглянет…

Гости общались друг с другом, хотели поближе познакомиться. Внезапно по кухне пролетел громкий скрип. Все замолчали и посмотрели на дверь. Опираясь на трость, медленно, немного прихрамывая, вошел в жилище дед Микула, укутанный в старый зипун. За ним, повернувшись ко всем спиной, держа в руке небольшую корзинку, прикрытую тканью, появился и Осип.

— А вот и мы! Не ждали?! Боже мой! –даже немного испугался он, обернувшись и увидев всех присутствующих. – Как же Вас тут много…

— Ну, здравствуйте, — произнес Донован, вставая со стула. – Что же… Давайте знакомиться…

И познакомились. И как это бывает всегда, к новым гостям сразу же появилось много вопросов: «Как зовут? Кто таков? Как живешь? Все ли дома благополучно?» И если все прекрасно поняли, кем был дед Микула, с самого его появления, то, узнав, кто Осип по происхождению, Доро и Саныч были приятно удивлены. Больше всех этой новости обрадовалась София.

— Вы что, в самом деле, дворянин?! – спрашивала она.

— Ну… Не то, чтобы прям дворянин… — неуверенно отвечал ей Осип.

— А покажите мне свой дом?

— Да чего у меня там смотреть? – пожимал плечами наш знакомый. – Дом как дом… Ничего особенного…

Когда Райан принес дополнительный стулья, Осип сел около своих друзей. Дед Микула же занял место поближе к Санычу. Просто почувствовал он в нем своего человека. Да и Саныч стал чувствовать себя в разы уверенней.

Принесли недостающую посуду. Сели есть. Вот тут-то и пришел час медных горшков, о которых уже говорилось раньше.

— Прошу минуточку внимания, — громко произнес Джон, поднимаясь со стула.

Все сразу же смолкли и устремили на него взгляд.

— Прежде чем мы приступим к еде, — продолжил наш знакомый, убедившись, что его слушают, — я бы хотел рассказать всем вам о небольшой традиции. Как Вы, Микула Пантелеевич, там говорите?

— К чужим ходи – традиции чти… — был ответ.

— Да… Так вот… — окинув всех взглядом, произнес Джон. – У нас такая традиция… Перед тем, как приступить к еде, все гости должны выбрать один из двух этих медных горшков. В них – два разных супа. Какой попадется гостю, такого миску он и должен съесть…

— Просто выбрать и съесть? – уточнил у Джона Саныч. – И все?

— Конечно, — ответил отец Райана. – Только и всего…

— Тогда играем! – бросил Донован не так давно услышанную в театре фразу. – Я готов…

— В таком случае, прошу всех выбрать горшок, — указывая руками на двух красавцев, произнес Джон.

Никто не остался в стороне. Каждый выбрал тот горшок, который ему больше понравился. Джон принял варианты гостей.

— Мой учитель говорил, что тому, кто сможет угадать, где находятся щи, весь следующий год будет сопутствовать удача, — добавил он. – Готовы узнать, что вам попалось?

— Естественно, — уверенно ответил Донован.

Райан и Клайд застучали пальцами по стулу. К ним тут же присоединились Донован и Лео. Дед Микула, наклонившись слегка в сторону, сказал Санычу:

— Вот сколько я с ними Новый год праздную, еще ни разу не угадал, где щи… Потому и выбрал горшок, где всего три человека было…

— Может, в этот раз повезет, — подбадривал Саныч деда Микулу. – Нет, так вместе щей не поедим…

— Опля! – крикнул Джон и поднял крышки обеих горшков.

Все присутствующие, кроме деда Микулы, вытянули шеи, чтобы поглядеть, что же им попалось. Мгновенье тишины. Радостный крик Лео, Клайда и Саныча.

— Ура! – кричали они.

— Что такое?! – тревожно спросил дед Микула у Саныча.

Тот, обрадованный своим везением, схватил нашего старичка за плечи и ответил ему:

— У нас щи, Микула!

— В самом деле?! – округлив глаза, не поверил тот.

— Да!

— Да ладно! – воскликнул дед Микула. – Ура! Наконец-то! Впервые!

Все проигравшие, так они себя сами называли, дружно похлопали победившим. Сами же они не разочаровались от своего «поражения», а наоборот, с улыбкой на лице шутили.

— Похоже, завтра утром поскользнусь на крыльце, — смеялся Донован.

— А я в сугроб свалюсь, — добавлял Райан. – Зато проснусь…

Смеялись долго и громко. Дошла так очередь и до Джона. Да, мой дорогой читатель, он тоже должен выбрать свой горшок. А для того, чтобы Джон не узнал, где что находиться, ему завязали глаза и «перемешали» посуду. Так и должно быть по традиции. Правда Донован только поднял горшки, а затем поставил их так же, как они и стояли до этого. Но даже так Джону не удалось угадать: ему попалась гороховая похлебка.

— Что ж… Видать, в другой раз повезет, — улыбался он, разводя руками. – Но как бы там не было, нужно отведать угаданное. Подставляйте миски.

Райан и Джон вместе наливали в посуду гостей то, что они отгадали. Когда у всех в мисках оказалась еда, Донован произнес:

— Приятного аппетита!

— Приятного аппетита! – хором повторили за ним все и принялись пировать.

Почти после каждой ложки щей или же гороховой похлебки гости нахваливали Джона за вкус их блюд. Особенно часто это делал Донован.

— Вот это похлебка! – покачивал он головой от удовольствия. – Никогда я такой еще не ел! Вкуснотища!

— А щи, к слову, не хуже! – добавлял Саныч. – Даже лучше наших с Прокофьевым!

— Да ладно уж вам… — смущался Джон. – Похлебка как похлебка… Щи как щи… Ничего особенного…

— Чего ты так смущаешься, Джон? – поддерживал его дед Микула. – Они и вправду хороши…

Отведав похлебки, Донован внимательно осмотрел стол. Он наложил себе в тарелку нарезанную Клайдом рыбу, взял пару кусков хлеба.

— Слушай, Джон, — обратился Донован к нему. – А где же выпить?

— Ах, точно! – вставая из-за стола, прокряхтел дед Микула. – Она у меня в корзинке… Совсем забыл про нее…

Наш старичок подошел к стоящей в углу корзинке, достал из нее деревянную кадушку и, возвратившись к столу, поставил ее перед Донован.

— И что же там? – взявшись за крышку, спросил он.

— Медовуха, — ответил дед Микула. – Собственного производства…

Донован поднял крышку, и по кухне сразу же разнесся легкий аромат меда.

— Кто будет? Подставляйте кружку! – словно генерал приказал он. – Сейчас будем пить!

Кружки подставили почти все, кроме детей и Эрины, решившей воздержаться. Вместо медовухи Клайд налил им всем ягодного компота. Правда, он Софию им чуть не облил: сильно волновался. Только все поднялись из-за стола, чтобы выслушать тост Донована, как вдруг раздался мелодичное звучание лютни. Дверь резко отворилась. В нее, чуть пританцовывая и умело дергая струны, вошел Антипка. За ним – Прокофьев с большой корзиной в руках.

А ну… Вставай народ!
У нас сегодня Новый год!
Будем дружно все плясать,
Песни вместе распевать!

Это пел Антипка своим низким, но звучным голосом. От него исходила такая энергия, что никто не смог сдержаться, все стали подпевать простому кучеру. На кухне — не просто слова, а настоящие эмоции, чувства.

Антипка обходил каждого присутствующего, подзаряжал своей энергией и уходил дальше. А когда песня закончилась, он вместе с лютней в руках отстукивал ногами по полу.

— Эх! – завершил свое выступление Антип.

— Браво! Браво! –дружно хлопали ему все (даже Прокофьев, подпевавший до этого кучеру).

— Ай да молодец! Ай да Антипка! – восхищался Донован. – И это наш кучер!

Антип, переводя дух, улыбнулся, опер лютню о стену. Донован подошел к нему и крепко обнял.

— Тебе нужно выступать! – смеялся он.

— Только для Вас, господин! И Ваших знакомых! – пошутил Антип.

Громкий хохот. Райан и Клайд налили в еще две кружки медовуху и поднесли их к пришедшим гостям.

— Вы как раз вовремя, — обратился наш герой к Прокофьеву.

— Спасибо, Райан, — принимая кружку, поблагодарил его легионер.

— Что же… За всех присутствующих! – громко произнес свой тост Донован.

— За всех присутствующих! – повторили все за ним и дружно выпили.

— Эх! – вытирал рот рукавом зипуна Антип. – Чья медовуха?! – спросил он громким голосом.

— Моя, братейка, — отозвался дед Микула.

— Жди меня в гости! На недельку… другую! – снова пошутил Антип.

— А чего ждать-то?! Пошли хоть сейчас! – пошутил в ответ дед Микула.

Саныч, увидев своего сослуживца, подошел к нему и, пока другие были отвлечены Антипом, по-дружески обнял.

— Ты все-таки пришел…

— Как видишь… — произнес Прокофьев.

— Случилось чего? – поинтересовался Саныч.

— Да нет… Просто… Подумал… И решил… — хотел признаться его сослуживец, да не получилось.

— Ай ладно! – махнул рукой Саныч. – Главное, что ты вернулся! А остальное ерунда!

— Ну что, гости пришедшие, — обратился к Прокофьеву и Антипу Джон. – Давайте-ка и Вы поучаствуете в нашей небольшой традиции.

— Что за традиция?! – подходя к столу, поинтересовался Антип.

Джон рассказал и все то, что ты, мой дорогой читатель, и так уже знаешь. Новые гости решили, что отказываться будет совсем не вежливо, а потому согласились. Выбрали один и тот же горшок, сыграли. Попались щи.

— Вот это я удачно зашел! – обрадовался Антип.

— Везучие же, — хлопнул Донован Прокофьева по спине. – Да, Степка?!

— Ага, — спокойно ответил Прокофьев.

— Так вы уже поели, я погляжу, — заметил остатки супов в чужих мисках Антип. – А мы еще принесли… Степан, где наша корзинка?

— Да вот… вот, — поднося корзину кучеру, повторил Прокофьев.

— Ага, — принимая ее в свои руки, произнес Антип. – А тут у нас… — снял он ткань, прикрывающую содержимое, и сунул руку. – Пирожки с чем-то, — достал кучер из корзины мешочек из расписных полотенец. – Интересно, конечно ж, обмотали… Кхм, кхм, — изобразил кашель Антип. – Продолжим, пожалуй… Господин Донован, — посмотрел он на Доро, — а утка запеченная нам тут зачем?

— Чтобы была, — засмущался немного Донован.

Антип продолжил выкладывать содержимое корзины. Совсем скоро на столе оказались и вино в редких на тот момент стеклянных бутылках, и кабачковая запеканка. Многие из присутствующих впервые услышали и тем более увидели последнюю.

— Берите, пробуйте, — попросила всех Эрина. – У нас это часто на обедах подают… Она, честно признаться, мне даже порядком надоела…

— Посмотрим, посмотрим, — повторил Прокофьев, привставая со стула, чтобы взять кусок этого кулинарного чуда.

Кабачковая запеканка понравилась далеко не всем гостям. Даже Антип, которого все знали как всеядного и непривередливого, назвал ее чем-то средненьким, на любителя.

— Вообще непонятный этот ваш овощ… Как его там? Кабачок… — высказывал свое мнение кучер. – Вообще не ясно, откуда он такой взялся… У нас в Тумеке вон… Ни на одном огороде не сыщешь кабачка. И слава Богу!

— Согласен, Антипка, — обратился к нему Донован. – Мне ни кабачок, ни запеканка тоже не особо нравится… А вот сырники Ваши, — посмотрел он на Джона, — очень хороши. Может, рецептик дадите?

— Да пожалуйста, — ответил ему отец Райана. – Это не секрет все-таки…

— Кто ж знает… — пошутил Доро. – Вдруг тайна…

И как бывает на всех праздниках, во время еды между гостями завязался разговор. Общались на разные темы. Дед Микула раздавал всем советы, как лучше делать то да се, Эрина хвасталась своими поездками по разным городам государства. Антипка вместе с Осипом, Клайдом и Райаном много шутили, Джон просто слушал всех их. Отстранились от остальных уже опьяневшие Донован, Саныч и Прокофьев.

— Ну как вам, мужики, этот год-то? – поинтересовался Доро. – Понравился?

— Неплохой, — ответил ему Саныч, немного покачивающийся на стуле.

— Но вот не во всем! – стукнул по столу толстенным кулаком Прокофьев. – Ей Богу… Не во всем!

— А что же не так? – подперев голову рукой, спросил Донован. – Вроде бы, ничего такого не происходило…

— К семье сильно хочется… А вот отпуску уже второй год нету, — пожаловался Прокофьев.

— В самом деле?! – удивился Доро.

— Конечно, — подтвердил слова своего сослуживца Саныч. – Спросите хоть Джона… Он вам то же самое скажет…

— Так, — слегка разозлившимся голосом произнес Донован. – Кто там у нас за это отвечает? Я ему выговор-то сделаю!

Время неумолимо бежало вперед. Казалось всем, совсем недавно собрались вместе, а до Нового года остался всего лишь час. Каждый, кто пил с остальными, уже давно опьянел и потому громко, иногда даже невнятно разговаривал с другими. Всю приготовленную еду почти полностью доели, осталось только несколько кусков капустного пирога, да немного рыбы.

Осип из всех присутствующих первым вспомнил о подарках.

— Кто-нибудь время подскажет? – спросил он у остальных.

— Время запевать, — промямлил Антип, попытавшись встать из-за стола, но тут же упав на стул. – Подайте мне лютню! — махнул он рукой.

— Одиннадцать часов, — ответил своему другу Райан. – Дядь Антип, да подожди со своей лютней, — обратился он к кучеру. – Ты вон… встать даже не можешь… Повремени хоть чуток…

— Эх ты, Райан! – крикнул Антип. – Зря меня недооцениваешь!

— Так Вы же совсем пьяны, — словно напомнила кучеру София.

— И?! – не понял Антип. – Я даже в таком состоянии могу играть! Только лютню подайте!

— Дядь Антип, — обратился к нему Осип. – В самом деле… Повремените немного… Давайте пока подарки вручим…

Все сразу же заинтересовались.

— Ну-ка, ну-ка, — произнес Донован, оторвавшись от спинки стула. – Вот это уже интересно.

— Осип, а Прохору понравились те гончарные инструменты, что ты подарил? – поинтересовался дед Микула. – А то забыл раньше спросить…

— Инструменты-то? Понравились, — ответил ему Осип. – Да так, что он сразу бросился их испытывать. Я ухожу из дома, а Прохор в своей комнате снова что-то лепит…

— Это хорошо, — смотря Осипу прямо в глаза, спокойно произнес дед Микула. – Когда дело любимое есть…

— Слушайте, — обратился ко всем Прокофьев. – Вы уж простите нас с Санычем сразу, просто мы с собой ничего для вас не принесли… Не знали, кому что нравится…

— Да ничего страшного, дядь Степан, — ответил ему Клайд. – Нам и Вашего присутствия достаточно.

— Во-о-от! – подняв палец вверх и чуть не клюнув носом в стол, протянул Антип. – Золотые слова! Подарки?! К черту их! А вот с человеком побыть… в хорошей компании… Это по-нашему!

Все похлопали кучеру, а тот, словно актер, им покланялся.

— Кто начнет? – спросил Осип, когда вся толпа утихла.

— Давайте я, — поднялся со стула Донован.

— Прошу, — дал добро наш знакомый паренек.

— Значит, своим я подарил все еще утром, — посмотрел Доро на близких, — а потому сразу перейдем к остальным. Джон, скажу честно, из всех учителей ты мой самый любимый, — пошатываясь, говорил Донован. – Вот есть в тебе много хорошего… Человек ты славный, ученики хорошо отзываются… А потому хочу подарить тебе единственную в своем роде форму. Ходи в ней на уроки, показывай всем, кто здесь самый лучший…

Эрина, отошедшая к вешалке во время речи мужа, вернулась с свернутой в рулон одеждой. Джон, немного стесняясь, подошел к ней и принял подарок.

— Благодарю, — поклонившись, произнес он. – Очень неожиданно…

— Чего ж это ты стесняешься? – спросил у отца Райана Антип. – Покажи ее всем. Поглядим хоть что ли…

Джон развернул сверток. Все разом ахнули от удивления. Антип даже закашлял. В руках Джона красовалась полностью белая с красными вставками на воротнике форма. Пуговицы, с помощью которых она застегивалась, были серебряными. На конце рукавов – небольшие складочки. К верхней части, естественно, прилагалась и нижняя, выполненная в таких же цветах.

— Вот это красотища! – восхищался дед Микула. – Ее уж точно можно с гордостью носить…

Все согласились со старичком. Джон свернул форму и унес к себе. Когда он вернулся, Донован продолжил.

— Райан, Клайд… Вы у нас одни из самых молодых легионеров… Защитники наши… А потому, я так посчитал, вам бы не помешала парочка кинжалов… Так, на всякий случай… Глядишь, если, не дай Бог, придется ввязаться в бой, они помогут спасти ваших товарищей.

Эрина подала нашим знакомым два кинжала. Ребята вытащили их из ножен. Кинжалы оказались разными. Тот, что достался Райану, имел довольно агрессивные формы: много зубцов, вырезов, рукоять словно изготовлена из стопки сложенных колец. У Клайда кинжал был более «мягким»: округлый, чуть длиннее, чем у нашего знакомого, рукоять вся в узорах, на лезвии видны какие-то символы.

— Я попросил мастера сделать их под вас двоих, — признался Донован. – Райан – парень с характером, вот и много вырезов, зубцов… Клайд помягче, оттого и кинжал чуть более простой формы…

Нашим знакомым подарок очень понравился. В самом деле, ведь ни у кого больше таких кинжалов нет. Поблагодарив Донована, они пустили свои подарки по рукам, чтобы остальные тоже могли посмотреть на них.

— Хорошая сталь, — похвалил кинжалы Прокофьев. – Такую сейчас мало где сыщешь…

— Раз Степке понравилось, значит, подарок хороший, — подумал Донован. – Антипка, — обратился он к кучеру через мгновение, — ты у нас мужик веселый, всегда можешь настроение поднять. Так давай тогда я тебе тоже подниму… жалование. Что думаешь?

— Да куда же еще?! – удивился Антип. – Оно у меня и так неплохое… Мне хватает…

— Ничего, — сказал ему Доро. – Ты найдешь куда потратить. В хорошем смысле…

— Не знаю, что и сказать, господин Донован, — признался Антип. – Спасибо, наверное… — поклонился он низко, встав со стула.

— Тебе, Микула Пантелеевич, нужно что-нибудь? – поинтересовался Доро у нашего старичка. – Проси, что хочешь!

— Спасибо Вам, конечно, — поблагодарил он Донована. – Но я, пожалуй, откажусь… Мне ничего не нужно…

— Уверен? – уточнил Доро.

— Как никогда, — ответил дед Микула. – Все равно помру скоро…

— Да ты еще меня переживешь! – пошутил Джон. – Чего себя в гроб загоняешь?

— Просто чую… — хотел было ответить наш старичок.

— Так, в Новый год о таком не говорим! – остановил их Антипка, ударив ладонью по столу. – Продолжайте, господин Донован.

— Спасибо, — поблагодарил кучера Доро и обратился к легионерам. – Остались только вы, мужики, — улыбнулся он.

— Да можете нам ничего не дарить, — сказал ему Саныч. – Нам всего хватает…
— Даю вам трехмесячный отпуск! – торжественно произнес Донован. – Поедите к семьям, отдохнете…

Прокофьев и Саныч аж рты от удивления раскрыли: настолько им не верилось в услышанное. Все присутствующие, искренне радуясь за легионеров, дружно похлопали в ладоши.

— Господин Донован, чем же мы такое заслужили? – дрожащим голосом спросил Саныч.

— Да просто так… Мне захотелось, — шуткой ответил Доро. – Я же вижу, как вы по близким скучаете… Да и сами признались…

— Но… Ведь… А… Служба… — забыл все слова Прокофьев.

— Спасибо Вам огромное! – поблагодарили оба легионера Доро. – Мы никогда не забудем Вашей доброты!

— Всегда пожалуйста, — широко улыбаясь, ответил им Донован и сел за стол.

Как же были рады Саныч и Прокофьев. Оба понимали, что скоро увидятся с близкими, обнимут жен и детей, будут рассказывать им истории. И это все на целых три месяца! О таком они никогда и мечтать не могли.

Дальше подарки вручали дед Микула и Осип. Они решили сделать их совместными. Объясняли так: у паренька – деньги, а старичок знает, что нужно. Именно поэтому у Джона появился новый набор инструментов (молоток, зубило, топор), который заменил старые, пришедшие в непригодное состояние, и который наши знакомые собрали собственноручно, у Клайда – сборник произведений какого-то известного автора, написанный от руки, а у Райана – записная книжка, чтобы, как сказал дед Микула, «записывать туда свои стихи». Многие удивились этому занятию нашего героя, попросили прочитать парочку. Райан отказать не смог. Он с выражением, активно жестикулирую руками, прочитал свои «Необычную реку» да «Звезды…». Всем понравилось. Наградили юного поэта бурными аплодисментами…

Никто и не заметил, как полночь уже одной ногой стоит на пороге. На часах без трех минут завтрашний день.

— Чего же это мы сидим?! – испуганно крикнул Антипка. – Наливайте скорее! Сейчас уже январь наступит!

Все тотчас засуетились, застучали о стол кружки, водопадами потекли медовуха да компот. Каждый поднялся со стула.

— Пора и тост сказать, — произнес Донован, поднимая кружку. – Чтоб в Новом году никто не знал горя!

— Чтоб были близкие рядом! – дружно крикнули Саныч с Прокофьевым.

— Здоровья много! – невпопад добавил дед Микула.

— Чтоб работа спорилась! –продолжил Джон.

— За дружбу! За любовь! За правду! – произнесли друг за другом Райан, Клайд и Осип.

— Пусть всем будет весело! – своим забавным голоском радовался Лео.

— За мирное небо! – добавила Эрина.

— За приятные встречи! – улыбнулась искренне София, чего никто не ожидал.

— За все и за всех! – коротко и ясно оформил свою мысль Антип и глянул на часы. – Ну… Пора!

Стук дерева. Дружный крик «С Новым годом!». Все собравшиеся дружно выпили содержимое их кружек.

— А теперь, — вытирая рот рукавом, воскликнул Антип, — все идем на улицу! Плясать будем!

Он резко сорвал свой зипун с вешалки, одел его, схватил лютню и, отворив настежь дверь, выбежал из жилища. Через мгновенье полилась веселая мелодия.

— Где вы там?! – крикнул нашим знакомым кучер.

— Уже идем, Антипка! – ответил ему Донован и, схватив шубу, выбежал следом.

— Дорогой! – вслед ему возмущалась Эрина. – Ты как дите малое! Оделся бы хоть сразу!

— Да ладно тебе, дорогая! – сказал Доро, просовывая руки в рукава. – Что такого будет?!

— Ну-ну, — тихо произнесла Эрина.

Все в скором времени вышли из жилищ. Саныч, Прокофьев, Джон, Клайд и Осип присоединились к Доновану и Антипу. Рядом со своей мамой пританцовывал Лео.
Очень скоро к ним присоединились и кадеты с легионерами, живущие по соседству. Вокруг умело играющего на лютне кучера кольцом плясали все подряд, от мала до велика. В один момент Антипка даже начал танцевать «казачка». Все хлопали ему, свистели.

— Ай Антипка! – кричал Донован. – Молодец! Оп! Оп! Вот так!
Райан стоял в стороне и с радостью в душе глядел на эти пляски.

— Все-таки этот Новый год особенный, — думал он. – Признаю, был не прав…

К нему маленькими шажочками подобралась София. Лицо ее показалось нашему герою смущенным.

— Райан, — обратилась София к нему. – Так ведь?

— Что такое? – спросил он без какой-либо ненависти, словно уже забыл о том, что было.

— Я бы хотела извиниться, — опустив голову и играя пальцами, произнесла она. – За простолюдинов… Не нужно было так говорить… Ваши гулянья даже интереснее наших… И… Веселее…

— Я тебя прощаю, — остановил ее извинения наш герой. – Но больше так словами не бросайся. Хорошо?

София одобрительно кивнула головой.

Гуляли наши знакомые до самого рассвета. Это был лучший Новый год в их жизнях. Надеюсь, мой дорогой читатель, у тебя тоже. Спасибо тебе за то, что выбираешь меня, за твою поддержку. Обещаю в следующем году радовать новыми главами еще больше. С Новым годом! С новым счастьем!