Полет на Луну


  Для обсуждения
40
45 минут на чтение
0

Возрастные ограничения 18+



Истыканный трубками старик лежал в кровати, стоящей посреди комнаты. Все окна были плотно завешены тяжелыми бордовыми шторами, поддерживающими в помещении состояние постоянной темноты. В комнату вошли двое: Сотрудник №1 и Сотрудник №2. Они медленно сняли верхнюю одежду и принялись раскладывать свои инструменты на маленьком столике с лекарствами.
— Добрый день! – поздоровалась с сотрудниками жена старика. – Мы ждали вас чуть раньше.
Сотрудники переглянулись между собой и, ничего не ответив, продолжили доставать пробирки, шприцы и таблетки из своих желтых чемоданчиков.
— Что, даже слова не скажете?! – возмутилась хозяйка.
— Мы сможем поговорить с вами во время интервью, – сухо ответил Сотрудник №1.
— Интервью? – женщина сложила руки на груди. – Какое еще интервью?!
— Это обычная процедура, не переживайте, – Сотрудник №2 словно смотрел сквозь женщину, произнося эти слова. Видимо, за показное безразличие «Бюро мечты и воспоминаний» премирует своих сотрудников.
— Я и не переживаю, это вам стоит переживать! – жена старика твердым шагом направилась к двери.
— Стойте, – вежливо, будто пытаясь сгладить впечатление от знакомства, сказал Сотрудник №1.
— Что еще?! – женщина явно ждала извинений.
— Скажите родным этого гражданина, – Сотрудник №1 кивнул в сторону лежащего старика, – чтобы они собрались около двери в комнату.
— Зачем?
Вопрос удивил сотрудников, они округлили глаза и громко вздохнули.
— Мы ведь уже говорили – для интервью, нам нужно поговорить с каждым членом семьи этого гражданина.
— Хорошо, – оставшись без извинений, женщина громко хлопнула дверью и спустилась по ступенькам на кухню, где ее ждали сын с дочерью.
— Ну что там, мам? – тихо спросил сын.
— Не знаю, я уже не уверена в нашей идее, – женщина опустила глаза и села за стол. – Какие-то они грубые, эти сотрудники.
— Не обращай внимание, госслужащие всегда ведут себя по-хамски, это, можно сказать, аксиома, – улыбнулся сын.
— Да, да, ты прав, сынок. Но ведь они должны дарить мечты, а не…- старушка запнулась из-за подкатившего к горлу комка. – А не забирать последнюю надежду своим поведением.
— Все будет хорошо, – сын встал из-за стола, чтобы подойти к матери и крепко ее обнять. – Я слышал много положительных отзывов в адрес этого бюро.
Сотрудник №2 подключал старика к специальному аппарату, когда в дверь комнаты постучали.
— Войдите, – ответил сотрудник.
— Простите, что отвлекаю, – сказала из дочерей. – Но мама просила передать, что все родственники собрались в коридоре.
Сотрудник №2 кивнул, набирая в шприц какую-то черную жидкость из маленькой ампулы.
– Родственники гражданина, которые знают его с самого детства, присутствуют?
— Нет, – ответила дочь.
— У него что, нет ни братьев, ни сестер? – словно возмущенный бедностью родословной этой семьи спросил Сотрудник №1, все это время сидевший в углу и изучавший анкету старика под светом настольной лампы.
— Был брат, но он умер много лет назад.
— Почему его нет в анкете?!
— Они с папой не общались.
— И?! – сдвинув очки на нос, чтобы лучше разглядеть дочь старика, спросил Сотрудник №1.
— Извините, мы не думали, что это важно.
— О чем еще вы не думали?! – Сотрудник №1 закатил глаза. – Пусть тогда заходит жена гражданина.
— Минутку, – девушка исчезла за дверью.
— Присаживайтесь, – Сотрудник №1 указал старушке, вошедшей в темную комнату, на стул возле себя. – Вы вообще понимаете, чем мы тут занимаемся?
— Осуществляете мечту моего мужа? – неуверенно ответила старушка.
— Нет. Мы внедряем в мозг вашего мужа ложное воспоминание, буквально гравируем его на подкорке. Это очень трудный и щепетильный процесс, Правительство разрешило проводить такие операции только людям, у которых есть заключение независимого врача о том, что жить пациенту осталось не больше трех суток. Знаете, зачем это делается? Для того чтобы пациент не успел сойти с ума. Только представьте себе: мы внедряем вашему мужу воспоминание о полете на Луну, все проходит успешно, он думает, что побывал на Луне, даже не думает, он будет об этом действительно помнить, он будет в этом абсолютно уверен. А затем ваш муж случайно вспомнит о своем брате…ба-бац…а нашему бюро о брате никто не сообщил, и мы не привязали ложные воспоминания о полете на Луну к брату. Что случится с пациентом? А я вам отвечу: он начнет вспоминать, почему брат не поздравил меня с успешным завершением миссии, почему брата не было в космическом центре, когда нас готовили к полету и еще тысячи таких «почему». Понимаете?
— Да, я вас понимаю, – от нервов у женщины затряслись руки, так сильно, что ей пришлось подложить их под ноги.
— Это хорошо, – улыбнулся Сотрудник №1, – ведь я очень рассчитываю на ваше понимание.
— У меня все готово, – металлическим голосом, без всяких интонаций, произнес Сотрудник №2.
Он ввел в дряхлую, безжизненную, словно сухая ветка мертвого дерева, руку старика черное вещество из шприца.
— Значит, можем начинать, – Сотрудник №1 облизнул алюминиевый кончик ручки и принялся что-то помечать в первой анкете.
— Ваш муж когда-нибудь говорил о том, что хочет полететь на Луну? – начал задавать вопросы сотрудник.
— Нет, – быстро, будто бы играя в блиц, выпалила хозяйка квартиры.
— Тогда почему вы решили, что это его заветная мечта?
— Как-то раз мой муж рассказывал о своем детстве. Его любимым воспоминанием был Хэллоуин 72-ого года. Он говорил, что это его любимый праздник, ведь весь вечер можно было гулять по улицам, есть конфеты и никого не бояться, потому что все были в костюмах. Тогда я спросила его: а в каком костюме был ты? Муж ответил: поскольку жили они не богато, то единственное, что он смог найти – это старые картонные коробки от бытовой техники, пылящиеся в подвале. Именно из этих коробок он и сделал свой первый костюм: выкрашенная в белый цвет коробка от холодильника служила скафандром, торчащие из спины трубки от старого пылесоса стали аппаратом по снабжению кислородом, а упаковка из-под кухонного телевизора превратилась в квадратный шлем, этакий ретро-футуризм.
Сотрудник №1 посмотрел в сторону Сотрудника №2, тот сидел на маленькой табуретке у кровати старика и что-то изучал на мониторе маленького компьютера, в который превратился его желтый чемоданчик.
– Все верно, – кивнул Сотрудник №2. – Я нашел это воспоминание.
— Продолжим, – удовлетворенный ответом своего коллеги Сотрудник №1 перелистнул страницу анкеты.
— Хотя подождите… — сотрудник №2 начал стучать по клавишам своего желтого чемоданчика. – С воспоминанием о Хэллоуине связано что-то еще, что-то закрытое. Видимо гражданин что-то подавил в себе в тот день.
— Вы знаете, о чем может идти речь?! – сотрудник №1 отлистнул страницу анкеты обратно и пристально уставился на женщину.
— Нет, я правда не знаю, – старушка заерзала на своем стуле, и слепой бы заметил, что она нервничает.
— Уверены?
— Да.
— Хорошо, тогда позовите старшего из ваших детей.
— Сейчас, – женщина, разочарованная тем, что не смогла помочь, встала со стула и направилась к двери. Как только она вышла, Сотрудник №1 обратился к своему коллеге. – Ты сможешь достать подавленное воспоминание?
— Уже достаю, – подмигнул Сотрудник №2.
В комнату вошел сын, по растрепанным волосам и наспех заправленной в брюки рубашке нетрудно было сделать вывод, что столь быстрый вызов в комнату застал его врасплох.
— Вы хотели меня видеть? – неуверенно спросил молодой человек.
— Вы старший из детей этого гражданина? – зная ответ, наперед спросил сотрудник с анкетами.
— Да.
— Хорошо, тогда присядьте, – Сотрудник №1 указал душкой очков в сторону стула.
В темной комнате повисла тишина, лишь кислородный аппарат умирающего старика еле слышно шипел в стороне. Молодой человек явно ожидал другого. От неизвестности его буквально коробило, он не мог найти место своим ногам, которые то танцевали чечетку, то отбивали ритм кислородного аппарата. Сотрудник №1 не обращал на это внимание, хотя, безусловно, чувствовал нервозность своего респондента. Вместо того чтобы начать опрос, он медленно, оставаясь на стуле, потянулся к своему плащу, висевшему за его спиной, и достал пачку сигарет и коробок спичек.
— Простите, но здесь нельзя…
— Можем начинать, – стуча сигаретным фильтром об стол, сказал сотрудник. – Вы знаете, почему ваш отец мечтал полететь на Луну?
— Не знаю, наверное, в его возрасте многие об этом мечтали, – сын нервно смотрел на зажженную сигарету в руках сотрудника, но побоялся сделать ему замечание во второй раз.
— Мы отделяем частное от общего, молодой человек. Ответ «Многие об этом мечтали» нас не устроит, – Сотрудник №1 выдохнул тяжелое облако табачного дыма и посмотрел в сторону своего коллеги, тот сидел за компьютером и что-то настраивал.
— Хорошо, – ответил сын старика. – Однажды мы с папой поехали в небольшой городок на юге страны, в котором он вырос. Дом его семьи стоял на отшибе, посреди кукурузного поля. Помню, как папа рассказывал, что ему не нравилось здесь жить, но поскольку его отец работал фермером, другого выбора у них не было. К небольшому дому с облупившейся желтой краской на фасаде вела аллея, вымощенная черным гравием и высаженная высокими кипарисами, а за домом стоял небольшой сарай-мастерская. Папа свернул с аллеи к сараю, объясняя это тем, что с сараем у него связаны намного более теплые воспоминания, нежели с домом. Когда я спросил у него почему, он рассказал мне историю из своей юности: Вечерами, когда солнце скатывалось за горизонт, а небо рассыпало миллионы звезд над землей, папа сбегал из дома через окно в своей спальне и закрывался в мастерской. Он представлял, что этот маленький сарай — его личный космический корабль, шаттл, который способен унести его от всех невзгод, тяжелых мыслей и воспоминаний туда, к звездам. Токарный станок, стоящий в мастерской, служил панелью управления. Щели в гнилых досках, из которых был сбит сарай, становились иллюминаторами. А капли дождя, стучавшие по шиферной крыше, превращались в маленькие метеориты какого-нибудь далекого, неизвестного науке, астероидного пояса. И вот так, лежа на холодном полу и уставившись в космическую темноту, просачивавшуюся сквозь щели, он мог лежать часами, размышляя о будущем и мечтая. А затем, когда первые лучи прохладного утреннего солнца касались его лица, он вставал, запирал сарай на амбарный замок и бежал к себе в комнату босиком по мокрой от росы траве. Вот почему я думаю, что мой папа мечтал стать космонавтом.
— Спасибо, – Сотрудник №1 докурил сигарету, затушил окурок о подошву своего ботинка и вновь взглянул в сторону своего коллеги. Сотрудник №2 молча кивнул на парня, а затем в сторону двери.
— Вы можете быть свободны, – Сотрудник №1 дернул щекой, изображая улыбку.
— Мне позвать кого-нибудь? – спросил парень.
— Нет, сейчас у нас будет перерыв, – указывая на часы, ответил сотрудник.
— Как скажете, – молодой человек исчез за дверью.
— Этот гражданин что-то скрывает, – начал Сотрудник №2.
— Этот?! – Сотрудник №1 недоверчиво указал на дверь.
— Нет, старик.
— С чего ты решил?
— Я нашел это воспоминание, еще до того, как парень начал рассказывать о нем. Это воспоминание связано с предыдущим, о котором рассказывала жена старика, но, как и Хэллоуин 72-ого, оно имеет несколько уровней, которые скрыты и подавлены.
— Ты их открыл?
— Большинство. Мне нужно немного времени, чтобы точно понять, что к чему в голове старика.
— У тебя есть час, справишься?
— Думаю да.
— Хорошо, — Сотрудник №1 встал со стула, накинул свой плащ и вышел из комнаты. Яркий свет коридорных ламп заставил его прищуриться и закрыть лицо ладонью. Когда глаза привыкли к свету и он опустил руку, то заметил, что вся семья старика до сих пор продолжала сидеть у дверей комнаты. От неловкости Сотрудник №1 кивнул им, – почему вы здесь сидите?
— Чтобы не пропустить свою очередь, – ответила дочь старика.
— Здесь же никого нет, кроме вашей семьи, да и вызываю я всех по списку, – удивился Сотрудник.
— Наверное, это привычка, – вступилась за дочку мать. – Каждый из нас по полжизни проводит в очередях, мы и не привыкли по-другому.
Сотрудник №1 уже набрал в легкие воздуха, чтобы ответить гражданке, но сын старушки его опередил. – Моя мама имела в виду, что наша семья часто болеет, и поэтому нам приходиться сидеть в очередях, – парень еле заметно пнул женщину по ноге.
– Да-да, именно это я и имела в виду, – подтвердила слова сына старушка.
— Зато медицина у нас бесплатная, – ответил сотрудник и двинулся в сторону ступенек, чтобы выйти на улицу и отправиться в ближайший магазин для госслужащих за кофе.
— Что правда, то правда, – кивнула женщина, провожая сотрудника взглядом.
Сотрудник №1 был в хорошем расположении духа, ведь больничные очереди его не касались, да и в медцентрах для госслужащих все обслуживание давно перешло на талоны, что казалось ему крайне удобным. Почему бы и гражданским больницам не перейти на талоны, задумался сотрудник, вместо того, чтобы задуматься, почему вообще существует разделение на гражданские и государственные поликлиники и больницы, магазины и рестораны.
Со всех сторон: мостов, фасадов зданий и вывесок — на сотрудника смотрела правительственная реклама. Плакаты с лозунгами «Мы подарим вам мечту», «Государство в силах осчастливить каждого из вас!» и «Ваши желания в надежных руках» призывали граждан к счастливой жизни. «Это ли не верх развития человечества?» — с улыбкой на лице подумал сотрудник. Каждый может осуществить свою мечту с помощью нас, – продолжил он рассуждать.
— Стоит лишь умереть, правда? – сказала проходящая мимо женщина.
— Что, простите?
— Я говорю, – прохожая остановилась, чтобы указать пальцем на государственный плакат, – нужно смертельно заболеть, и тогда правительство осуществит вашу мечту.
— Вы хоть знаете, насколько внедрение ложных воспоминаний трудоемкий процесс? – возмутился сотрудник.
— Не сложнее, чем пересадка печени, которая требовалась моему мужу. Но вместо этого правительство прислало к нам домой Бюро мечты и воспоминаний, напичкало мужа разными препаратами и внушило ему, что он выиграл чемпионат мира по футболу.
— Ваш муж умер счастливым человеком, разве это плохо?
Женщина горько усмехнулась. – Знаете, наверное, это неплохо. Лучше умереть счастливым, чем жить несчастным. Простите, это мой, – прохожая указала на красный электробус, подъехавший к остановке, и запрыгнула в его распахнутые двери.
— Но, что вы хотели этим сказать? – крикнул сотрудник в след.
— Будьте счастливы и осуществите все свои мечты до того, как кто-то придет вживлять их в ваш мозг, – она успела подмигнуть сотруднику перед тем, как двери электробуса закрылись.
В дом старика сотрудник возвращался в растерянности. Мысли о разговоре со случайной прохожей мешали ему сосредоточиться на деле. «Почему некоторые люди недовольны нашим бюро?» — думал сотрудник. «Мы выполняем за них всю работу. Они пропивают свои жизни, прозябают в нищете и страхе, трудясь на ненавистных работах, а затем умирают. И здесь, на пороге никчемной жизни и бесславной смерти, появляется Бюро мечты и воспоминаний и дает за один только день любому гражданину больше, чем он сам смог заработать за 60 или 70 лет – осуществление самой смелой мечты». Эти рассуждения не давали ему покоя. Ведь если твоя работа не приносит пользы, значит, она бессмысленна, а выполнять бессмысленную работу изо дня в день это первый признак безумия, так учили в Институте. Но сотрудник не считал свою работу бессмысленной, по крайней мере не хотел так считать. «Я отправлю этого старика на Луну», — прошептал Сотрудник №1, выбросил картонный стаканчик из-под кофе в мусорку и вошел в дом.
Родственники старика постарались сделать вид, будто только что подошли к комнате, но сотрудник понял: очередь они не покидали, так и торча здесь после его ухода.
— Вы можете заходить через пять минут, – кивнул он дочери старика. – Осталось совсем чуть-чуть.
— Хорошо, – робко ответила девушка.
В комнате все оставалось по-прежнему: тяжелые шторы не пропускали солнечный свет, трубки, воткнутые в старика, не давали ему умереть, а Сотрудник №2, изучая показатели на экране своего компьютера, пытался запустить старика на Луну.
— Как успехи? – поинтересовался Сотрудник №1, вешая плащ на гвоздь.
— Есть кое-что интересное, – Сотрудник №2 хотел подняться со своего стула, чтобы показать результаты анализа воспоминаний своему коллеге, но Сотрудник №1 остановил его. – Давай потом, сейчас сюда зайдет его дочь.
— Хорошо, – повиновался Сотрудник №2.
Девушка постучала в дверь, медленно, будто боясь кого-то спугнуть, зашла в комнату и уселась на стул.
— Рассказывайте, – Сотрудник №1 надел очки, достал следующую анкету и облизнул кончик ручки.
— Что рассказывать?
Сотрудник усмехнулся. – Неужели мать и брат не сказали вам, какие вопросы мы тут задаем?
Девушка смутилась, она не знала правильного ответа на этот вопрос. Можно ли обсуждать свои интервью за дверью и уж тем более рассказывать об этом сотрудникам бюро, ей было неизвестно.
Сотрудник №1 понял это и решил пойти ей навстречу, – хорошо, расскажите нам, пожалуйста, почему вы считаете, что ваш отец мечтал полететь на Луну?
— Он сам мне об этом сказал.
— Можно подробнее, – сотрудник сделал плавный жест рукой, словно наделяя девушку правом говорить.
— Этот разговор состоялся несколько лет назад, – начала дочь старика. Мы с папой гуляли по старому муниципальному парку в центре города, день был прекрасным. Отцу удалось раздобыть настоящий чай, индийский, как в книгах про английских аристократов. Я и чувствовала себя аристократкой в тот день. Вдоль узких тропинок росли могучие липы с пожелтевшей, но еще не опавшей листвой. А сквозь листву пробивалось теплое осеннее солнце, играя зайчиками на наших лицах. И мы бродили, бродили, бродили по этим аллеям весь день. А когда папа устал от прогулки, мы присели на лавку, чтобы немного передохнуть и выпить чай. Кружки с горячим чаем приятно согревали ладони, а пар, исходящий от них, играя на легком ветру, растворялся в воздухе, навевая нам приятные мысли. Вот отец и замечтался в тот день. Он указал мне на небо. Небо было настолько чистым, что можно было увидеть Луну. «Хотел бы я там оказаться», — начал отец. Помню, как усмехнулась и переспросила его: «На Луне?». «Да», — продолжил папа, – «на Луне». В тот день он сказал мне, что ему больно жить здесь, и если бы ему представилась возможность улететь, то он бы с удовольствием ей воспользовался. Я обиделась на него за такие слова, мне было больно слышать то, что папа готов бросить меня, маму и брата ради того, чтобы улететь на Луну, – дочь старика заплакала.
Сотрудник №1 снял очки, отложил анкету с ручкой на стол и прикоснулся своей рукой к руке девушки. Но быстро сообразив, что для государственного служащего такое проявление чувств недопустимо, отпрянул назад.
— Простите, – в голосе сотрудника чувствовалась неловкость.
— Нет, это вы меня простите. Не стоило начинать плакать.
— Все хорошо? – сотрудник протянул девушке бумажную салфетку.
— Да, я могу идти? – дочь старика взяла салфетку, аккуратно вытерла ею глаза, затем скомкала и положила в карман платья.
— Можете, спасибо.
Девушка вышла за дверь. Можно было услышать, как ее брат в коридоре шепотом спрашивал, не обидели ли его сестру сотрудники. Но девушка ответила, что все в порядке, сотрудники здесь ни при чем.
— Что там у тебя? – Сотрудник №1 обратился к Сотруднику №2.
— Вот, смотри, – Сотрудник №2 подошел к своему коллеге, присел на корточки и положил переносной компьютер на колени так, чтобы Сотрудник №1 мог видеть экран. – Все, что сказали эти люди, – правда. Но все они заблуждаются. Этот гражданин никогда не хотел полететь на Луну, он просто хотел сбежать от своей жизни.
— Что ты имеешь в виду?! – Сотрудник №1 придвинулся к экрану компьютера.
— Сейчас покажу, – Сотрудник №2 застучал по клавишам и через минуту вывел на экран несколько спиралей. – Это воспоминание гражданина о Хэллоуине – 72, обычно детская память не может структурировать события, но здесь они выстроены четкими цепочками в виде спиралей. Это говорит о том, что воспоминание ему не принадлежит.
— То есть старик его выдумал?
— В том-то и дело, что нет.
Сотрудник №1 встал со своего стула, подкурил сигарету и направился к кровати со стариком. Он молча стоял, всматриваясь в бледное лицо старика, будто пытаясь в нем что-то разглядеть. Но старик лежал неподвижно, сохраняя тайну внутри себя, так глубоко, что туда не добраться ни черной жидкости из шприцов, ни трубкам медицинских аппаратов.
— Тогда, что все это значит? – спросил Сотрудник №1.
— Это значит, что гражданин присвоил себе чужие воспоминания.
Аппарат искусственной вентиляции легких зашипел сильнее обычного, а грудь старика начала вздыматься чаще. Старик хотел провести государство, хотел унести свою тайну с собой, в могилу. Но Сотрудник №2 оказался не так прост. Ему не понадобились ни черная жидкость, ни медицинские аппараты, чтобы добраться до сути. Все, что ему было нужно, – это внимательно слушать и разбираться в нейронных связях воспоминаний.
— Что с ним такое? – Сотрудник №1 отошел от старика, будто опасаясь, что тот может взорваться.
— Никто не любит, когда копаются в их нижнем белье, даже покойники. – спокойно ответил Сотрудник №2, – обычная реакция на извлечение.
— Ты делаешь извлечение? – Сотрудник №1 напрягся. – Это ведь очень опасно?
— Я практически закончил. Тем более, что без этого извлечения нам бы не удалось узнать мечту старика.
— Как я понимаю, это не полет на Луну?
— Нет.
— Хорошо, – Сотрудник №1 докурил сигарету и вернулся на свое место, дав понять коллеге, что готов продолжить.
— Старик не выдумывал то воспоминание про костюм космонавта, только вот сам он был одет в костюм Тора.
— Кто же тогда был космонавтом?
— Его брат.
— Брат?
— Да. Меня насторожило, что это воспоминание хоть и настоящее, но не принадлежит старику. Тогда я начал копаться в его голове в поисках друзей.
— Почему друзей?
— Ну сам подумай, раз воспоминание о Хэллоуине 72-ого года, значит, его настоящий носитель должен был быть ребенком того времени, а значит, и приблизительным ровесником нашего гражданина.
— Продолжай.
— Друзей с похожими воспоминаниями я найти не смог, зато вспомнил про его брата, и вуаля, он и был тем космонавтом 72.
— Но зачем? Зачем старик заменил воспоминания?
— А это уже интереснее. Изначально его брат должен был пойти на Хэллоуин в костюме Локки. Только вот их папаша фермер-алкоголик жестко избил парнишку накануне праздника. Ему пришлось изобретать себе новый костюм на скорую руку.
— А шлем астронавта скрыл побои, – закончил мысль коллеги Сотрудник №1.
— Все верно.
— И все же, зачем он присвоил воспоминание брата себе?
— Скоро поймешь, – Сотрудник №2 с помощью сенсорной панели убрал с экрана компьютера спирали, заменив их на графики. – Обрати внимание на графики ментальной привязанности. Левый столбик – это воспоминания о сарае, они имеют самый негативный окрас. А правый столбик — это воспоминание о прогулке с дочерью в парке, оно самое сентиментальное. Я решил покопаться в этом и нашел кое-что интересное.
— Я тебя слушаю, – Сотрудник №1 закурил очередную сигарету.
— Начнем с самого начала, – Сотрудник №2 встал с корточек, поставил компьютер на стол и поправил брюки. – Никто из семьи этого гражданина не упомянул его мать, мне показалось это странным. Ты ведь сам знаешь, как часто мама играет главную роль в становлении личности и, как следствие, главной мечты. – Сотрудник №1 кивнул в подтверждение слов коллеги. – Я начал искать мать в голове старика и оказалось, что она умерла в 63-ем году, когда ему было три года. – Продолжил Сотрудник №2. — Она умерла при родах. Именно поэтому их папаша срывался только на младшем сыне, поэтому он избивал только его.
— Он винил его в смерти своей жены.
— Да, верно. А старший сын, наш старик, не мог защитить своего брата. Потому что боялся отца-алкоголика. Он молчал, когда его брат весь в ссадинах и побоях склеивал себе костюм астронавта в сыром подвале. Он молчал, когда его брат, чтобы спастись от разъяренного отца, сбегал из дома по ночам и прятался в сарае. Промолчал он, и когда нашел остывшее тело своего брата в том самом сарае, висящее между полом и потолком на старом отцовском галстуке.
— Его брат покончил с собой?
— Да. И наш старик не может с этим смириться. Именно поэтому он выдает воспоминания своего брата за свои. Он хочет поменяться с братом местами, хочет стать жертвой, чтобы его брат жил. Старик это понимает, и теперь все, что ему остается, это забота о собственных детях и желание исчезнуть, убежать от прошлого.
Сотрудник №1 горько усмехнулся. – Вспомнилась притча про Индру и зайца. Индра много дней скитался по лесу без еды и воды, казалось, еще чуть-чуть и он умрет. Но на пути Индры повстречался заяц, заяц предложил себя в качестве пищи Индре, потому что понимал насколько Индра, в отличие от простого зайца, важен для этого мира. Индра был поражен таким самопожертвованием и решил отблагодарить зайца. Он отправил его душу на Луну, и теперь ты можешь увидеть силуэт лунного зайца на спутнике Земли, просто посмотрев в телескоп или выглянув из своего окна.
— Красиво, – ответил Сотрудник №2. – Жаль, что это всего лишь сказка для детей.
— Это, может быть, и сказка, но теперь мы можем превратить ее в жизнь.
— Как?
— Давай отправим на Луну его брата.
— Это невозможно, воспоминания о смерти слишком сильны, мы не сможем их переписать.
— А нам и не нужно воскрешать брата. Пусть он умрет на Луне во время полета, как тот заяц, принесший себя в жертву.
— Но тогда мы нарушим правило Бюро мечты и воспоминаний № 194, – возмутился Сотрудник №2.
— Правило №194 гласит: «Любой сотрудник Бюро должен четко выполнять указания заказчика при исполнении его мечты», — Сотрудник №1 был спокоен, спокоен как никогда. Только теперь, сидя в этой темной комнате и куря сигарету за сигаретой, он понял: осуществление мечты гражданина неподвластно государству, потому что государство не знает, что такое мечта. А мечта – это чистая метафизика, материя, не регулируемая законами и уставами. Она не может быть просто галочкой в биографии или цифрами на банковском счете. Настоящая мечта не осуществима, в этом ее парадокс. Старик мечтает вернуть брата к жизни, но это невозможно. Бюро не умеет воскрешать людей, по крайней мере, пока что. Но Бюро может попытаться вернуть старику, стоящему на пороге смерти, веру в человечество. – «Осуществите все свои мечты до того, как кто-то придет вживлять их в ваш мозг. Потому что настоящее счастье, чувство абсолютного спокойствия, не вживить, оно не приживется искусственно», — дополнил слова, услышанные от незнакомки, Сотрудник №1.
Сын старика распахнул тяжелые бордовые шторы, пустив в комнату лучи уползающего за крыши домов солнца. А его сестра принесла в комнату огромную стеклянную банку с водой, чтобы поставить туда свежесрезанные тюльпаны, такие красные, что их бутоны напоминали винные бокалы, наполненные до краев. Жена старика отключила своего мужа от аппарата и шепнула ему на ухо: «Вставай, дорогой». Старик проснулся мгновенно, по его лицу то ли от счастья, то ли от яркого света расползлась улыбка.
— Как ты себя чувствуешь, пап? – спросила дочь.
— Потрясающе, не знаю почему, но потрясающе, – с трудом он поднял свою дряхлую руку и провел ею по нежному лицу своей дочери.
— Может, ты чего-нибудь хочешь? – она улыбнулась.
— Да, переставьте мою кровать к окну, когда стемнеет, хочу увидеть Луну.

Свидетельство о публикации (PSBN) 39048

Все права на произведение принадлежат автору. Опубликовано 16 Ноября 2020 года
Н
Автор
Автор не рассказал о себе
0






Рецензии и комментарии 0



    Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии.

    Зеленые долины Парагвая 1 +1
    Ночное такси 1 0

    Тёплые вещи. Шиес.

    На Земле очень много разных интересных мест, да что там думать, она вся состоит из разных интересных мест. Только интерес может быть разный, здесь целая гамма интересов, но об этом чуть позже.
    Россия — огромная страна, просто гигантская, это изв.....
    Читать дальше
    97 0 0

    Божий Одуванчик.

    Человек я городской, родился и вырос в столице бывшей союзной республики. Воспитание, как гражданин СССР, получил соответственно атеистическое. Был октябренком, пионером и комсомольцем. Не верил ни в Бога, ни в черта. О народных целителях представлен..... Читать дальше
    452 0 0

    Педагогическая находка

    В первый класс приходят совершенно разные ребятишки. Есть, конечно, уверенные в себе. Они быстро знакомятся, с удовольствием играют с другими детками…
    А есть такие, что поначалу и руку поднять стесняются… Как же поднять их самооценку? Как помоч.....
    Читать дальше
    60 2 +1





    Добавить прозу
    Добавить стихи
    Запись в блог
    Добавить конкурс
    Добавить встречу
    Добавить курсы