Ты к нему живот поправить.

По дороге на озеро, мы столкнулись с компанией мужиков, которые очень громко разговаривали. И при этом обильно использовали нецензурные речевые обороты. Да такие смачные, что даже дед Казимир, человек бывалый, слегка покраснел.
— О, мужики! Вы чего это сквернословите так изощрённо? Кого материте?
— Берковца-молодца. Знаешь, что он разбил в хлам свой «Муравей»? Вот. Попросил нас, бесплатно, между прочим, помочь ему восстановить мотороллер. Сам-то он в технике ни черта не понимает.
— И?
— Мы три дня назад двигатель перебрали, разложили на верстак просушиться. И строго-настрого приказали Вовке ничего не трогать и не перекладывать. Так нет же! — дальше вновь трёхэтажный эпитет. — Она сам с усами. Собрал, ёшкино колено. И ещё утверждает, что слишком много лишних деталей осталось. Вчера опять целый день потратили на разборку того, что он собрал. И ключи от гаража с собой прихватили. Так у него дубликат имеется. И всё сначала. Пенёк с глазами.
— Альтернативно одаренный, — усмехнувшись, я поддержал разговор, и услышал от старика интересную поговорку.

Мораль: Ты к нему живот поправить, а он кишки всё теребит.