Очень дикий и странноватый запад.

По бескрайней прерии на рыжей лошади с белой кудрявой гривой скакал одинокий ковбой. Лицо его скрывал платок, защищающий от ветра и пыли, на голове была одета шляпа, надвинутая почти на глаза. Два огромных кольта висели в кабурах на поясе, а на ногах были сапоги из змеиной кожи. Солнце, начавшее клониться к закату, сверкало маленькими огоньками в змеиных чешуйках сапог, а впереди лежал очередной городишко старателей, деревянный и двухэтажный. - Гарри! К нам скачет пляшущий Гарри!- заорал смотрящий с колокольни наблюдатель. Негритёнок, сидевший внизу тут же соскочил и побежал в салун, находящийся неподалёку. С разбегу он влетел внутрь, сквозь открывшиеся двери и закричал. - Масса Билли увидел скачущего пляшущего Гарри! - Беда!- заорал тапёр, бросил играть и спрятался на пианино. - Беда!- заорали ковбои и принялись заказывать виски с ромом. Дело в том, что пляшущего Гарри не брали пули, он так лихо отплясывал, что успевал уворачиваться от них, при этом очень метко стрелял. Лабухи и тапёры, играющие в салунах боялись его больше всех. Ведь все дуэли и перестрелки сопровождались их аккомпаниментом. Бывали случаи, что у них синели пальцы на руках, когда они пытались звуками догнать движения пляшущего Гарри. Бывали случаи, когда в пианино и редких уже клавесинах рвались струны. В округе давно уже извели все банджо, лишь бы не подыгрывать пляшущему Гарри во время его пляски смерти, рождающей вихри и торнадо. Сидевший в углу шериф приподнял поля шляпы длинным стволом Смитта энд Вессона и покашлял. - И чего вы разнылись, как бабы?- заявил он, вставая из-за стола,- испугались пустынного плясуна? - Да как же! - орали и выли старатели и ковбои,- он же непобедимый! Его пули не берут! - Да успокойтесь!- продолжил шериф,- я знаю его секрет... Тишина повисла в салуне, никто не поверил шерифу. Тем временем негритёнок-посыльный снова вернулся в салун. - Масса Билли говорит, что пляшущий Гарри всего в миле от города,- объявил он,- с минуты на минуту будет здесь. Толпа загалдела и высыпала на улицу, несколько старателей выкатили вслед за вышедшими пианино и поставили его на крыльце. Следом выволокли бледного и перепуганного тапёра. Что бы тот не сбежал, рядом поставили ковбоя с кольтом, он держал голову музыканта под прицелом, для надёжности. - Ну и что, шериф, в чём тайна пляшущего Гарри?- заверещал один из ковбоев, с жидкой растрёпанной бородёнкой,- в чём? - Всему своё время,- ответил шериф,- скоро узнаете. Толпа разбрелась по площади перед салуном, лошади ржали, дети плакали. Проститутки, чьи лица торчали из окон второго этажа, в панике спрятались и не высовывались. Наконец появился сам долгожданный и наверное очень опасный пляшущий Гарри, на рыжей лошади с белой гривой. Лошадь встала в дыбы в центре площади, которую тут же освободили. Гарри оказался невысокого роста. Он спрыгнул с лошади и через платок на лице заявил подвизгивающим голосом. - Наконец-то и до вашего городишки дошла очередь! Толпа вздохнула. Шериф вышел вперёд, навстречу пляшущему Гарри. - По какой это такой милости божией, ты решил посетить нас, пляшущий Гарри? Уж не беду ли ты принёс в наш славный городок? - Нет,- ответил пляшущий Гарри,- в рамках гастрольного тура по дикому западу. Маэстро, музыку! Тапёр услышал, как возле его виска щёлкнул взведённый спусковой механизм револьвера, и побледнев ещё больше отчаянно замолотил по клавишам инструмента. Тем временем пляшущий Гарри встал на цыпочки, вытянулся и подняв руки вверх изобразил ими какую-то странную фигуру. Затем он начал кружиться на одной ноге, вытягивая вперёд другую. Скорость вращение после третьего или четвёртого оборота разогналась до таких пределов, что с ковбоев и старателей тут же сорвало шляпы и унесло в прерию. Толпа ахнула. С головы осмелевшей проститутки в окне второго этажа сорвало перо и оно тоже улетело прочь. Тем временем пляшущий Гарри перешёл к танцу вприсядку, он накручивал круги по площади и в окнах домов звенели стёкла, так же звенела и посуда в салуне. Толпа, заворожённая этим дивным зрелищем безмолвствовала... Затем пляшущий Гарри плавно перешёл к балетным па и следом за ними изобразил несколько танцев народов мира. Тапёр, в кровь разбивший пальцы, рыдал за инструментом, не в силах угнаться за пляшущим Гарри. Ковбои и старатели словно окаменели, с открытыми ртами и вытаращенными глазами, боясь пропустить хоть одно движение. Когда солнце почти достигло горизонта и сумерки начали сгущаться над городком, пляшущий Гарри вдруг остановился, снял шляпу и поклонился изумлённой публике. - Концерт окончен!- сказал Гарри, запрыгнул на вдруг появившуюся рядом рыжую белогривую лошадь и умчался в закат, как и положено на диком западе. По прерии ещё очень долго разносились раскаты апплодисментов, старатели и ковбои оказались очень благодарной публикой. Они неистовствовали в непривычных для них рукоплесканиях, восторженные и изумлённые пока солнце не село окончательно. Наконец большинство из них собралось в салуне. Само собой и шериф оказался там же, для осуществления порядка и противодействия беззаконию, если таковое могло произойти. - Ну и в чём тайна пляшущего Гарри, шериф?- гундосил жидкобородый ковбой,- в чём его секрет? Толпа замолчала, осмелевшие проститутки притаились на лестнице, боясь проронить хоть слово и старающиеся не упустить не звука. Тишину лишь разбавляли всхлипывания тапёра, который сидел в углу и плакал, глядя на кровоточащие подушечки своих пальцев. - Стрелять в него не за что,- объявил шериф,- нет причин, никаких. Ничего плохого никому не делает. Прискачет, попляшет и ускачет. Даже денег не берёт. Одно слово - дурачок. Толпа с облегчением выдохнула. Ведь когда тайное становится явным, каким бы странным оно не было и как глупо бы не звучало, всем становится легче и спокойнее. Даже на диком и странноватом западе.