Пересказки, часть 33-яя, о точке невозврата

из сборника: «Записная книжка» Часть №33:       …      – Да неужто... Пересказки?      – Накопилось, понимаешь, опять пока был занят «Шнуроукладчиком». А что?      – Да, ничего! Слово, говорю, смешное: нет такого слова в русском словаре.       – Конечно, нет, но любое другое не подойдет. Видишь ли, всё новое в нашей жизни есть повторение хорошо забытого старого. Помнишь, как у Екклесиаста?..      – Вот только не надо, не надо: мол, «…что было, то и будет… и всё суета сует и… томленье духа»… Помню, всё, помню! Что с того-то?      – Пересказка – это не просто хорошо забытое старое, это вдруг найденное новое внутри собственного удивления этим старым, а потому и понятое по-новому в своём собственном мироощущении, о котором и пишу…      – И что на этот раз?      – На этот: точка невозврата, подсмотренная вдруг у великолепного Гийом Мюссо в романе «Я возвращаюсь за тобой» и у непримиримого Евгения Евтушенко в его удивительном сборнике (Остобраннике – осторожно отобранных, видимо, им) стихов «Со мною вот что происходит...», проходящих через всю его историческую жизнь и поправленных даже кое-где в конце её…      Эх, а и удивительная всё-таки штука – человеческая мысль! И до каких только глубин способна она дойти, докопаться?! Особенно если мысль эта не ограничена реалиями сегодняшнего понимания Мироздания, ничем, кроме собственных возможностей воспарить над Ним.      …Итак: как обычно, обо всем по порядку:      Во-первых, вновь повторю, что не устаю восхищаться современниками, потому как они близки, понятны и при внимательном распутывании их ускользающих нитей гениальной мысли беспомощно открыты нам, читателям-современникам.       А, во-вторых, при их прочтении в голову вновь лезет простой, в сущности, вывод: мы все до безобразия… одинаковы в своих помыслах и устремлениях, когда не прячемся за пустой мишурой придуманных кем-то догм и правил,  которых в творчестве просто не существует.      Вот почему так приятно цитировать (не в коем случае не оценивая) современников с коими на определенном жизненном этапе довелось быть, что называется, на волне эпохи.      Суди сам!…       У Гийома:      «Господи, дай мне душевный покой, чтобы принимать то, чего я не могу изменить, мужество – изменить то, что могу, и мудрость – всегда отличить одно от другого»;      «…на последнем издыхании я понимаю всё: что времени не существует; что жизнь – это единственное, что у нас есть; что не надо её презирать; что все мы связаны друг с другом; и что самое главное всегда ускользает от нас…;       «Нет случаев, есть только встречи»;      «Вдвоем, возможно, бежать и не так быстро, но дойти можно явно дальше…»;      «А что если настоящая любовь начинается тогда, когда заканчивается страсть?»;      «…зелёный луч –последний луч солнца»;      «Что мы считаем началом, часто – конец. А дойти до конца означает начать с начала – из Т. С. Элиота»;      «Она считала себя неспособной быть хозяйкой собственной судьбы… но она заботилась о других»;       «Что касается будущего, то наша задача не предсказывать его, а помочь ему осуществиться… – из Антуана де Сент-Экзюпери»;      «Нельзя сдаваться… несмотря на то, что исход этой битвы действительно кажется предрешённым»;      «Я бунтую, следовательно, я существую… из Камю»;      «Я научу тебя одной вещи, Сиддхартха: вопреки тому; во что ты веришь, гнев – это жизнь…», но «…гнев – это незнание, а незнание – значит страдание»;       «Кто может быть столь высокомерен, чтобы претендовать на то, что он знает, что действительно происходит после смерти?»;      «Несчастье людей часто проистекает из их отчаянных попыток воздействовать на то, что от них не зависит»;      «Почему всегда приходится дожидаться похорон… чтобы погасить войну?»;      «Ах, как легко играть профессора и выдавать перлы мудрости, и совсем другое дело – жить так самому…», «… видите ли, наша страна потребляет три четверти производимых в мире антидепрессантов…», «…торопитесь жить… в один прекрасный день мы понимаем, что прошли точку невозврата…»;      «Случай – это Бог, который действует инкогнито… – из, возможно, Альберта Эйнштейна».      «Вот и все»;      «Одним словом, жизнь продолжалась».      У Евгения Александровича:      «Когда порою, без толку, стараясь, всё дело, неумелостью губя, идёт на бой за правду бесталанность, талантливость, мне стыдно за тебя»;      «Синева незатроганная. Солнца – хоть завались! И ручьи подсугробные на асфальт прорвались. Парень мчится на гоночном, почка сладко-кисла, и зима уже кончена, но ещё не весна»;      «Люди сутулятся, выпивают. Люди один за другим выбывают, и произносятся для истории нежные речи о них в крематории…»;      «У трусов малые возможности. Молчаньем славы не добыть. И смелыми из осторожности подчас приходится им быть. И лезут в соколы ужи, сменив, с учетом современности, приспособленчество ко лжи приспособленчеством ко смелости»      «Уютно быть не сценой – залом, зевать программку теребя, и называть спокойно «заумь» ту пьесу, что умней тебя»;      «Страшнее, чем принять врага за друга, принять поспешно друга за врага»;      «Неудачи, борьба, непризнанье нас изрядно успели помять, а во взглядах и спинах – сознанье невозможности что-то понять»;      «Не понимать друг друга страшно… но также страшно, также страшно во всём друг друга понимать»;      «И как собой ни рисковали, как ни страдали от врагов, богов людьми мы рисовали, и в людях видели богов!»;      «Одного мне ужасно хочется: написать такое-такое, чтоб спасало людей в одиночестве, будто тронула мама рукой»;      «Спросите вы у матерей. Спросите у жены моей. И вы тогда понять должны, хотят ли русские войны»;      «Не тратьте время, чтобы помнить зло. Мешает это внутренней свободе. Мешает просто – черт возьми! – работе, –  ну, в общем, это хлопотно зело»;      «Под шелест листьев обветшалых, под паровозный хриплый крик пойми: забегавшийся – жалок, остановившийся – велик.»;      «И сумей, если вправду поэт, избегая всех льгот положенья, не унизить себя до побед, а возвыситься до пораженья»;      «Будь при деньгах свободен, словно нищий, не будь без денег нищим никогда!»;      «Завидовать? Что может быть пошлей. Успех другого не сочти обидой. Уму чужому втайне не завидуй, чужую глупость втайне пожалей»;      «…без слова «случайность» нет слова другого – «судьба»…»;      «Яснеет душа, переменами неозлобимая. Друзей, не понявших, и даже предавших, – прости. Прости и пойми, если даже разлюбит любимая, сережкой ольховой с ладони её отпусти. …Когда образуется всё – то и незачем жить»;      «Когда победы удаются, они нас поедом едят. Но если оба вдруг сдаются, то сразу оба победят»;      «Какая низость – самоуваженье… Создатель поднимает до высот лишь тех, кого при крошечном движенье ознобом неуверенность трясет»;       «Лучше, чем беспощадство, сердце к сердцу прижать. Не умею прощаться. Научился прощать»;      «Мне, как видите, надо так много, потому умирать не спешу, но чем больше я верую в Бога, тем всё меньше у Бога прошу».      …Ах!      И нет в них беспощадных аксиом, попыток учительствовать, назидать и пророчить, напротив, есть: бесконечное (и так дорогое и близкое мне) сомнение; гениальный беспрецедентный поиск ухода от безысходности, «беспощадства», названной Гийомом – «точкой невозврата», Евгением Александровичем – «низостью самоуважения».       И, безусловно, в каждой строчке, мысли, букве есть великая Мечта.      Какая?      Ну, как же?.. Всё та же, как никем точно высказанная устами капитана Титаренко в фильме Леонида Быкова «В бой идут одни старики»:       «Будем жить»!       Так будем же жить, нет никакой написанной Кем-то, предначертанной, обозначенной нам точки невозврата, есть лишь понимание того, что она существует, но как же ограничены мы, если не даем себе труда поверить, что она…      …ПРЕОДОЛИМА!  Автор благодарит своего критика и корректора (ЕМЮ) за оказанную помощь.  19.02.2019г. https://proza.ru/2019/02/28/502