Куда делся неандерталец

Эволюция на этот раз коснулась всех. Особенно — десятого«А».
‎
‎Новый учебный год начался не слишком радужно. Любимая учительница географии, Инга Игнатьевна,  ушла в декрет.
‎С шестого класса она водила их по странам и континентам, ныряла вместе с ними в океаны и моря, покоряла пустыни и Антарктиду.  Это было увлекательное четырёхлетнее путешествие. Все награды и призы на олимпиадах жадно захватывались представителями этого неугомонного класса. Мэрия города однажды даже подарила им огромный светящийся глобус, возле которого произошло столько споров и диспутов: каждый тыкал в него пальцем, доказывая свою правоту.
‎
‎Теперь глобус был задвинут в угол, а на его месте громоздился безликий шкаф с открытыми полками, многие из которых зияли пустотой. На некоторых стройным рядом выстроились книги. А в самом центре шкафа стояли глиняные коричневые фигуры, символизирующие эволюцию человека, начиная с примата.
‎
‎Новый учитель вошёл в класс сразу после звонка в сопровождении директора школы Майи Филипповны. Зная этот своенравный и остроумный 10«А», она не стала долго задерживаться и лишь коротко объявила:
‎
‎- Ваш новый учитель географии — Иннокентий Илларионович. Просьба — уважать и жаловать!
‎
‎В классе поднялся гул и топот, сопровождаемый громким смехом.
‎
‎- Зовите меня просто Кеша, — крикнул Мотин с задней парты.
‎
‎Смех прокатился эхом по коридору. Майя Филипповна подняла руку, призывая к тишине.
‎
‎- Всем успокоиться. Идёт урок. Начинайте, Иннокентий Илларионович.
‎
‎Запнувшись на слове «Илларионович», она быстро вышла.
‎
‎- А при чём здесь глиняные приматы? — спросила Сонечка Перчик.
‎(ремарка: Перчик — это фамилия)
‎
‎Иннокентий Илларионович — небольшого роста, плотного телосложения, с большими круглыми глазами, больше похожий на завхоза, чем на учителя, — спокойно и невозмутимо открыл классный журнал.
‎
‎- Будем знакомиться, — сказал он громким баритоном, совершенно не соответствующим его внешности. -  Поднимайте руку и говорите «я». Алексеев Антон…
‎- Я
‎- Аксенов Максим…
‎- Ну, я.
‎- Брылин Александр
‎…
‎В классе установилась относительная тишина, пока он не дошёл до Мотина.
‎
‎- Мотин Константин.
‎
‎Все повернулись к задней парте, ожидая прикола.
‎Мотин встал, театрально поклонился, разведя руки в стороны.
‎
‎- Буду звать вас просто Котя, — с улыбкой сказал учитель.
‎- Почему?
‎Класс заинтересованно затих.
‎- Так короче.
‎
‎Девочки захихикали. Пацаны дружно промолчали. Мотин шумно рухнул обратно за парту, раскрыл рюкзак и с грохотом высыпал всё его содержимое на стол, демонстрируя протест.
‎
‎- Орехова Анастасия.
‎
‎- Я.
‎
‎ — Пончик София.
‎
‎Смех, словно с треском лопнувшая шаровая молния, прокатился по школе.
‎
‎С горящими глазами и пунцовыми щёчками  Сонечка вскочила.
‎
‎- Я Перчик! Понимаете — Пер-чик!  А пончик у нас Зинка Смирнова.
‎
‎Класс оживился ещё больше. Все взгляды устремились на Смирнову — пышнощёкую, бойкую, давно привыкшую к подшучиваниям.
‎
‎- Перчик, ты спрашивала у учителя про приматов? Так вот, он их для тебя принёс! — Зинка подтянула резинку высокого хвоста, отчего её лицо стало ещё круглее и упрямее.
‎
‎- Не волнуйтесь, София. Я запомнил — Пер-чик. — Иннокентий Илларионович надел очки и стал более внимательно всматриваться в журнал, стараясь избегать дальнейших ошибок.
‎
‎Прозвенел звонок, и гул класса потонул в общем школьном шуме.
‎
‎- Ну как он тебе? — спросил Максим Аксёнов, подсаживаясь к Сонечке и кладя перед ней шоколадку.
‎
‎- Кто? Кеша?
‎
‎- Да.
‎
‎Сонечка фыркнула.
‎
‎- А мне-то что? Я же не замуж за него собираюсь. Чел как чел. Мне по барабану.
‎
‎Она отодвинула шоколадку.
‎
‎- Забери. Я молочный не ем — он как глина. Вон Зинке лучше отдай — она будет рада.
‎
‎Максим помедлил, но шоколадку всё же забрал и молча ушёл. Перчик и есть перчик. В детстве, когда их родители жили рядом, с ней было гораздо проще. А теперь, кажется, произошла… эволюция.
‎
‎
‎Следующий урок географии Иннокентий Илларионович начал с вопроса, указывая на глиняные фигуры:
‎
‎- Куда делся неандерталец?
‎
‎Вопрос, конечно, интересный.
‎И действительно — в очереди к человеку разумному не хватало одной фигуры, словно эволюция решила перешагнуть этот этап.
‎
‎Тишину пронзил голос Антона Алексеева:
‎
‎- Так вот же он!
‎
‎Все обернулись. Алексеев показывал пальцем на  Мотина.
‎
‎Урок оказался на грани срыва.
‎
‎На задней парте завязалась потасовка. Алексеев ловко уворачивался от большого лохматого Мотина, который пытался ударить его скрученным в трубку географическим атласом. Алексеев, выскочил в проход и едва не грохнулся, запнувшись о рюкзак Мотина. Кто-то помогал Антону, подставляя подножку Косте, а кто-то, кажется, уже делал ставки.
‎
‎Громкий окрик учителя мгновенно остановил эти бои без правил.
‎
‎- Тихо всем! Алексеев — к доске. Мотину приготовиться.
‎
‎Класс понемногу угомонился, даже можно сказать, затаился. Ведь вопрос «кто кого» будет сейчас стоять определённо остро. Антон — как-никак победитель множества олимпиад.
‎
‎- Расскажите-ка нам, Алексеев, где и когда жили неандертальцы?
‎
‎- Так это же ещё в ледниковую эпоху было, Иннокентий Илларионович, — начал Антон. — Современная наука считает, что неандертальцы возникли в Европе и Западной Азии, примерно 400–450 тысяч лет назад. Их предки расселились из Африки в Европу. Там, в условиях холодного климата, ледниковых периодов и суровой среды, постепенно сформировались неандертальцы:
‎коренастые, мощные, с широкими грудными клетками — идеально приспособленные к холоду.
‎
‎Учитель стоял возле стены и слушал, не перебивая, но в глазах уже подмигивал огонёк.
‎
‎- География, — завершил Антон, — определяет само существование видов.
‎
‎- Достаточно. Спасибо. Дальше — Мотин.
‎
‎Антон, с довольным видом усаживаясь зв парту, подпихнул Мотина. Тот лишь отмахнулся. Он вышел к доске, всем своим видом демонстрируя, как дОроги ему неандертальцы.
‎
‎- Константин, так куда же они делись и почему исчезли? — Иннокентий Илларионович сел за стол, вероятно, чтобы чувствовать себя уверенней.
‎
‎- Неандертальцы исчезли около 40 тысяч лет назад, — Мотин указал на пустующее место в очереди приматов. Потом взял в руки человека разумного, который, по-видимому, его подбадривал. -  И одна из главных причин этого связана с изменением природно-климатических условий и географической среды их обитания. Неандертальцы были хорошо приспособлены к холодному климату, но плохо адаптировались к быстрым изменениям окружающей среды.
‎В это же время в Европу из Африки пришёл человек разумный (Homo sapiens), — Мотин с нескрываемым почтением посмотрел на глиняную фигурку в руке, — который имел более развитые технологии, речь, социальную организацию и гибкость мышления.Таким образом, географические факторы — климат, миграции и конкуренция за ресурсы — сыграли ключевую роль в исчезновении неандертальцев.
‎
‎Иннокентий Илларионович несколько раз за время его рассказа менял выражение лица — от откровенно удивлённого, до одобрительно — восхищённого.
‎
‎- Спасибо, — сказал он, когда прозвенел звонок.
‎
‎Задвигались столы, забурлил класс.
‎
‎- Что ты здесь делаешь? — спросил Мотин Смирнову, копошившуюся возле его парты.
‎
‎- Твои вещи повсюду. Помогаю собрать.
‎
‎Он резко выдернул у неё из рук карандаши и фломастеры:
‎
‎- Дай сюда!
‎
‎Зинка замерла. Несколько секунд просто смотрела на него, не мигая.
‎
‎- Ты знаешь, Костя… — тихо сказала она. — Я никогда не думала, что ты так про приматов всё знаешь.
‎
‎Мотин усмехнулся, собирая тетради, и вдруг почувствовал её взгляд. Поднял голову.
‎Её глаза — цвета грозового неба — смотрели прямо на него. В них не было ни насмешки, ни привычной дерзости. Только искреннее уважение. И что-то ещё — тёплое, осторожное.
‎
‎Он неожиданно смутился.
‎
‎- Всё знать никто не может… — буркнул он, опуская глаза.
‎
‎- Всё равно… круто, — добавила Зинка и вдруг улыбнулась.
‎ Эта улыбка была другой. Не бойкой. Не защитной. Настоящей.
‎Мотин почувствовал, как внутри что-то странно щёлкнуло — словно сдвинулось с места.
‎
‎
‎В этот момент в класс вошла женщина в синем халате и подошла к учителю. Он что-то отмечал в журнале и, казалось, никуда не спешил.
‎
‎- Здравствуйте, Иннокентий…
‎
‎- Илларионович, — подсказал он и поднялся к ней навстречу.
‎
‎- Да. Я вчера убиралась в кабинете и протирала фигуры. Одна упала и… — она достала из кармана расколовшуюся статуэтку. — Простите.
‎
‎- Ничего страшного, Нина Степановна. Мы сегодня как раз выяснили куда делся неандерталец.
‎
‎И, увидев её испуганные глаза, тут же добавил:
‎
‎- Не волнуйтесь, всё в порядке. Эта была тема сегодняшнего урока.
‎
‎Он аккуратно положил фигурку в ящик стола.
‎Нина Степановна вышла так же тихо, как и вошла.
‎
‎- Хороших выходных, — сказал он оставшимся в классе ученикам.
‎
‎- И Вам!
‎
‎Получилось хором. В унисон.
‎