Отбрось камень

Эдуард Бернгард

ОТБРОСЬ КАМЕНЬ

Войны, увы, органически присущи людской натуре и оттого неизбежны, как видно из Истории. Оно и понятно — мы по сути своей звери, потомки обезьян, конкретно — шимпанзе (в связи с чем я однажды грустно пошутил: мезозой мы уже, конечно, прошли, но шимпанзой у нас всё ещё длится). По этой же причине и деспотия неизбывно свойственна нашему подвиду фауны, равно и культ силы, желание или даже потребность доминировать, властвовать, подавлять, отбирать-присваивать — и прочие животные (хищные) черты и повадки.
Есть и такая функция у означенного фактора: наряду с эпидемиями и разными стихийными бедствиями война, как ни ужасно — необходимый регулятор численности человеческой популяции, жестокое средство против перенаселённости. Таким образом, война неискоренима, ибо отвечает кровным (кровавым) интересам людского сообщества и есть выражение нашей природы.
Естественно, в течение всей истории победители так или иначе ущемляли побеждённых, часто зверствовали, непременно грабили, разоряли поверженные вотчины, причём масштабно, НО: прежде — тысячелетиями — никогда не наблюдалось такого, чтобы какой-либо народ подвергся обвинению-осуждению за войну, буквально предстал перед судом. Ни в античные времена, ни в средневековье, ни в «новую эру», вплоть до 1918 года (окончание Первой Мировой войны), когда «прогрессивные» силы надумали сделать из немцев козлов отпущения (как видите, переход от общего к частному-конкретному получился не столько плавным, сколько скорым).
К слову, на протяжении ряда столетий Франция гораздо чаще нападала на Германию, нежели наоборот. Я насчитал около десятка крупномасштабных агрессий французов против двух немецких. И где, спрашивается, «привлечение к ответу»?

Признаться, меня с давних пор озадачивает и заморачивает термин «денацификация» (означающий некий процесс) в отношении населения Германии после WW-2, словно немцы болели нацизмом много веков и оттого укоренился он у них в генах.
Ан нет ведь. Нацизм германский — явление очень скверное, но в историческом плане и даже по обычным бытийным меркам весьма короткое. Каких-нибудь 12 лет, из коих первые шесть были «вполне себе» безобидными. Ну да, назревало, нагнеталось. А потом спружинило нехило. С катастрофическими последствиями. Но вы же наверняка знаете-понимаете, что если бы не разнузданный версальский грабёж, никакого Гитлера бы не случилось — просто невозможен был бы Гитлер.
Ибо — как никакой другой европейский народ, немцы почти всю свою историю (до Бисмарка) не складывались в единую нацию, не ощущали себя частью одной нации, не желали в нацию объединяться.
А уж какой там нацизм.
Так вот, значительно бОльшую часть своей «биографии» Германия состояла из нескольких десятков разобщённых и порой враждовавших между собой княжеств, с границами и таможнями «на каждом углу», через каждые тридцать-сорок километров. Что нередко, увы, облегчало задачу агрессорам типа централистской Франции утолять свои территориальные аппетиты за счёт немецких земель (кроме того, французы откусили солидный кусок — Фландрию — от и без того маленьких Нидерландов, бОльшую часть Бельгии сделали валлонской, хотя фламандцы там преобладают, а викингов-норманнов, кельтов-бретонцев и вовсе ассимилировали, также и немалую часть басков+каталонцев).
И почему-то не подверглись «дефашизации» итальянцы, хотя фашизм у них цвёл 20 лет (почти вдвое дольше, чем у немцев), и опять же никогда не применялась процедура «дефашизации» к Испании — а уж та являлась фашистской более тридцати лет, как, впрочем, и Португалия Салазара; вспомним и краткий период греческого фашизма (режим «чёрных полковников»), а если перенестись далече — фашизм аргентинский, перонский… Не-а, в случаях с ними как-то обошлось без международно-коалиционных юридических эксцессов, их «миновала чаша сия» — военный разгром и оккупация страны; и да, у них не было концлагерей гитлеровского типа и преследования людей по этническому признаку, что отчасти объясняет сей прецедент (послужило причиной). Их никак не воспитывали, не преображали, ничем не «опрыскивали». Обрабатывали сугубо немцев (как следствие — одержимых ныне чрезвычайным и необычайно идейным самобичеванием).
Или взять (опять) тех же французов, испокон известных своим нарциссизмом, ярым национализмом с изрядным тяготением к шовинизму — никто их от этого не лечил, а ведь была такая возможность, например, после разгрома Наполеона. Англичане тоже отличились алчной многовековой экспансией — имперских интересов ради. А уж загребущая Орда-Мордороссия…
Присмотревшись к истории чуть ли не всякого народа, неизбежно обнаружим там ту или иную степень национал-оппортунизма, зачастую ущемляющего, подрывающего другие народы, чаще всего соседние.
И, совсем уж риторически, «почему-то» никакой десоветизации-дегебнизации не произошло с Россией и прочими постсоветскими вотчинами, хотя у Запада имелась возможность осуществить это в начале 1990-х годов, после крушения совка. Запад «великодушно» предоставил трудное дело морально-этического исцеления россиян самим россиянам. Результат наглядно печален. Удручающ.

И никогда никакой декоммунизации не произойдёт, увы, ни с одной другой страной, изгаженной, прокажённой жуткой мерзостью марксизмого маразма.

* * *
Есть безусловные, причём существенные, различия в степени достоверности между незнанием немцев во время 2-й мировой войны и незнанием россиян сегодня, когда их страна ведёт полномасштабную войну в Украине.
Преступления германских нацистов совершались главным образом в концлагерях, то есть в закрытых системах, по определению труднодоступных или вовсе недоступных для общественности. Немецкая же армия не учиняла злодеяний над населением, сопоставимых со злодеяниями советской/российской армии как во Второй Мировой войне, так и многократно на протяжении десятилетий после неё (примеры широко известны).
У немецкой общественности той поры, понятно, не было возможности обращаться к альтернативным источникам информации по причине их отсутствия, не имелось средств массовой коммуникации типа социальных сетей (и самого интернета), приватных видео- или телекамер, и даже обычными фотоаппаратами мало кто обладал. Если допустить такое весьма маловероятное, что кто-то из антифашистов мог проникнуть на территорию концлагеря и сделать обличающие гитлеровский режим снимки, то широкого распространения эти фотографии получить, разумеется, не могли, да и Гестапо не дремало.
Что касается пресловутого «дыма концлагерных печей», который якобы должны были видеть и нюхать жители немецких городов, то здесь, конечно, явная идеологическая натяжка, выражаясь сдержанно. Концлагерей в Германии было немного (советских насчитывалось в десятки раз больше) и располагались они за пределами населённых пунктов, так что дальнейшие пояснения просто ни к чему.
Российская же армия нынче бесчинствует, само собой, «в открытом пространстве», поэтому имеется неисчислимое множество видео- и фотоматериалов, документирующих зверства путинских вояк. Но, поди ж ты, это никоим образом не корректирует чудовищно искажённого мировидения подавляющего большинства россиян. О них нельзя сказать (как о немцах времён WW-2), что они не ведают о происходящем. Ещё как ведают. Но выводов делать не желают. К тому же в нашу эпоху, по сравнению с тридцатыми-сороковыми годами прошлого века, во всём мире значительно выросло осознание насущности и приоритета ценностей гуманизма, что, видимо, на россиян как-то не распространилось, скорее наоборот. Вектор их поведения и мировоззрения направлен в сторону первобытности — и чем дальше, тем пуще (назад в мезозой). Такое ощущение, что они уже не способны воспринять даже самых элементарных требований этики и морали.

* * *
Прежде мне казалось: если бы Сталин опередил Гитлера с нападением, какого козыря лишились бы соврусские патриоты!.. Не-а. Ничего бы они не лишились. Точно так же верещали бы про вероломство-коварство фашистов и про священную великотечественную — точно так же, как напали на Финляндию и верещали, что Финляндия на них напала, как напали на Грузию и верещали, что Грузия на них напала, как напали на Украину и верещат про напавших на них фашистов-бандеровцев и про защиту родины… Вот так же было бы и с германо-бандеровцами при вышеупомянутом варианте.

Многие историки, в их числе Виктор Суворов, утверждают, что Гитлер опередил Сталина с нападением (на сей счёт есть документы, факты), а кроме того — и это важно! — непомерные территориальные и по части международного идеологического влияния аппетиты кремля вынудили немцев «разрубить гордиев узел».

Нелишне напомнить, что Вторая Мировая война произошла (решающей мотивацией) из-за беспримерного Версальского грабежа. Пуще того, по настоянию французов Германию объявили ЕДИНСТВЕННОЙ ВИНОВНИЦЕЙ войны, что столь же абсурдно, сколь и гнусно — как раз тот случай, когда уместно сказать: вопиющая несправедливость.
Гитлера породили французы, что ещё тогда, по ходу пост-батального третирования немцев, предвосхитили некоторые британские участники переговоров. Кто-то из них изрёк ставшую известной фразу, повторенную многими видными политиками, в том числе президентом США Вудро Вилсоном: «Из этого договора возникнет пожар новой войны» (вариант: «В этом договоре заложены семена будущей войны»).
Стало быть, именно французы спровоцировали, по сути, инициировали следующую, ещё более страшную войну, отчего не пристало им изображать из себя моральную инстанцию.

А вот выдержка из Википедии:
«Сразу после того, как стали известны условия Версальского мирного договора, президент Веймарской республики Фридрих Эберт заявил, что эти условия и репарации, в них оговорённые, не могут быть выполнены немецким народом даже при крайнем напряжении всех его сил. Он подчеркнул, что на таких условиях невозможно обеспечить долгий мир в Европе на базе сотрудничества между народами, и новая кровопролитная война будет неизбежной.»

Итак, Германия отреагировала новой войной на нанесённый ей громадный ущерб. Россию же никто не обижал извне в 1991-м — ни отнятием территорий, ни навязыванием невыгодных условий, ни непосильными репарациями, ни прочими (в том числе моральными) ущемлениями. Напротив — её завалили деньгами, технологиями, товарами, продуктами, похвалами после распада СССР, который распался изнутри, причём распался совершенно логично. Россия не теряла ничего своего кровного, она и сейчас состоит значительно большей частью из чужого, поэтому её претензии (всё равно к кому) очевидно несуразные, попросту подлые.

Небольшого размера агрессор по имени Германия пошёл в 1939-м возвращать своё. В результате стал ещё меньше.
Колоссальных размеров хронический агрессор по имени Россия нынче опять пошёл по чужое. Ему всё мало.
Но сколько верёвочке ни виться…

* * *
В социальных сетях примелькалось бессчётно растиражированное фото народного собрания в Нюрнберге 1937 года, где чествовали Гитлера — предположительно, самый массовый митинг в истории (как гласит текстовое сопровождение снимка; там же и гневный вердикт в отношении всей немецкой нации).
Действительно, размах того митинга впечатляет — огромное скопление людей на сообразном сему скоплению внушительном пространстве; наверное, несколько сот тысяч. И чувствуется единение этой массы, некий коллективный порыв, близкий к экзальтации. Что, по мнению многих комментаторов, очень и очень плохо. Да, пожалуй. Массовость — явление вообще весьма неприятное, чем бы оно ни было обусловлено. Лично мне любое сборище претит — и неважно, какой там у него повод и какая у него «идея».
Давайте, однако, разберёмся в данном конкретном случае. Тогда, в 1937-м году, Гитлер ни на кого (пока ещё) не нападал, никакого террора и геноцида не учинял. О его захватнических планах, если они у него уже были, никто не знал, кроме разве что ближайших сподвижников. В Германии той поры имел место грандиозный научно-технический прогресс, процветала экономика, продукты и товары приличного качества имелись в изобилии — там был, наверное, самый высокий уровень жизни в мире. Подобного благополучия не наблюдалось в других ведущих странах Запада, ещё не оправившихся после Великой Депрессии конца 20-х годов, и уж тем более в таком жутком мордоре как сталинский Советский Союз, с которым гитлеровскую Германию почему-то принято сравнивать, хотя различий между ними было больше, чем сходства (последнее касается главным образом методов пропаганды). Среди главных различий: частная собственность, возможность предпринимательства, конкурентная экономика, свобода перемещений, в том числе эмиграции, функционирующая судебная система (за исключением политически мотивированной — Гитлер и его партия находились над законом, критиковать их было запрещено, оппоненты преследовались) — всё это существовало в нацистской Германии и напрочь отсутствовало в СССР (кроме упомянутых в скобках запретов — как раз в них проявлялось родство означенных систем). К слову, свобода выезда из Германии за рубеж сохранялась даже после начала 2-й мировой войны.
Так вот, попытаемся представить себя на месте обычного немецкого бюргера в том, 1937-м, году. Разве не было у него сугубо житейских, вовсе не идеологических, причин поддерживать Гитлера? Как видим, были. И, как видим, весомые. Ему хорошо жилось в самой передовой на тот момент стране мира — потому он и пришёл на сей пресловутый и уже нарицательный нюрнбергский митинг (кстати, единственный в своём роде — оттого и САМЫЙ массовый, о чём сказано выше). Как знать, живи я там и в то время, может быть, тоже пришёл бы, вопреки моему чуранию всяких собраний. Просто из интереса. И даже из признательности.
А теперь представим себе советских граждан в том же, 1937-м году… Ну, как?
Что касается довольно характерной для тех немцев жестикуляции, то, знаете, это было тогда обычным приветствием. Сегодня нас коробит при виде вскинутой а-ля-наци руки, но в 30-е годы прошлого века сей приветственный жест (перенятый от древних римлян) был попросту принят в общественных учреждениях, в публично-пространственных отношениях между субъектами, более того — вменялся в обязанность (ещё одно проявление нравов ущемлённого в правах социума). Точно так же вменялось в обязанность советских школьников производить пионерское приветствие жестом, напоминающим приветствие нацистское, да-с. И никакой тебе крамолы, хотя этим вот пионерским приветствием выражалась преданность делу партии Ленина-Сталина (людоедов почище Гитлера), заодно и Хрущёва-Брежнева (тоже те ещё монстры)…
Да, между прочим, нацистское приветствие широко практиковалось и среди иностранных политиков, дипломатов, деятелей культуры, приезжавших в Германию — рутинный жест, в коем ничего «такого» (зазорного) не усматривалось. Более того: на Берлинской олимпиаде 1936 года некоторые из зарубежных спортивных делегаций, совершая круг почёта по стадиону, производили нацистское приветствие, в частности, все без исключения французские спортсмены — они так и шли со вздёрнутой правой рукой, к вящей радости фюрера, который взирал на них с трибуны и ёрзал на стуле от удовольствия.
А насчёт ритуальной массовости — вспомните, как нас, баранов советских, вынуждали сплачиваться в отары на майских и ноябрьских шествиях, причём не сгоняли, нет — мы сами знали, что надо идти, иначе ведь неприятности… Но очень многие с великой охотой стаднились сами, их и принуждать не надо было. Убеждённо сОВЕЦкие… И вот, текли мы нескончаемым потоком по улицам, перед трибунами, на коих маячили партийные морды, и послушно одобряли криками «Урра-а!» оглушающие зычные воззвания через микрофон: «Коммунистической партии — слава!»… «Народ и партия едины!»… «Да здравствует наш великий Советский Союз — самое справедливое общество в мире!»
«Урра-а!», «Урря-а!»…
Насколько помню, я не орал «Ура!», но шёл ведь со всеми, являлся частью, элементом того стада (правда, в возрасте тогда ещё юном). И улыбался глуповато, и настроение этакое приподнятое было… А нынче мы, советские ублюди, нравственные инвалиды, с этаким чувством правоты гневно обличаем тех немцев в Нюрнберге 30-х… Словно мы лучше их. Словно мы безгрешны. Конечно, осуждать кого-то гораздо легче, удобнее, приятнее, нежели обратить критический взор на самое себя.
Надо бы знать и понимать, что адекватную оценку какому-либо событию и тем более эпохе, как правило, даёт будущее. Вот как мы в состоянии дать более-менее верную оценку прошлому. Но вряд ли настоящему. Очень вероятно, что через столетие-другое нашему времени вынесут суровый вердикт, обнаружат в нашей формации и наших нравах такие ужасные изъяны, о которых мы даже не подозреваем. Вот как мы клеймим сегодня ужасы Средневековья, которые для тех людей были обычной привычной бытийной и нравственной Нормой.

* * *
ЦЕННОСТЬ ЛИЧНОСТИ

Если и не парадокс, то, во всяком случае, странность мира сего — интровертные нелюдимы-мизантропы, по определению не любящие людей, наяву ничего плохого людям не причиняют (впрочем, не удивительно, коли чураются-избегают), тогда как общительные, компанейские, охотно и страстно коммуницирующие, ищущие и собирающие толпу, льнущие к массе народа коллективисты, зычно-пафосно провозглашающие своей целью благо человека, взаимовыручку там и прочее, постоянно устраивают ад на земле, проливают моря крови, несут людям мучения, беды, горе…
Так-то, не спешите корить и клеймить индивидуалистов-«эгоистов» — далеко не худшие они на планете нашей прекрасно-грустной. А зло мировое исходит не от разумно организованного и нацеленного на созидание людского сообщества, но от коллективизма как идеологической установки, отнимающей у членов общества права, достоинство, свободу… Коллективизм обезличивает, единообразит, стадобаранит, он репрессивен, подавляющ, губителен по природе своей прокрустовой — будь он социалистический-коммунистический, фашистский, сектантский или иных разновидностей; чинят мировое зло именно вот эти всемирнобратские коллективисты, каких бы мастей они ни были, под какими бы знамёнами и в какой униформе ни маршировали бы.

.

Статья опубликована в бостонском интернет-альманахе Лебедь, апрель 2023 г.

.

.

Эдуард Бернгард

ТЕ И ДРУГИЕ

Умиляет, когда перебравшиеся в Германию шаблонные гомункулы с конвейера фабрики Большевичка начинают мне рассказывать-объяснять, как хорошо я жил в Советском Союзе, как там всё было просто и ясно, без всяких финтифлюшек, как все мы были похожи, дружны и сплочённы, какими естественными и тесными были отношения и квартиры, какой прекрасной была нищета, какими приятными — в любую погоду — были длинные долгие очереди за синей курой или засорённой крупой, как славно было не утомляться разнообразием в питании, одеяниях и прочим мучительным выбором, как интересно было шлёпать по чавкающей грязи, окутываться тут же вдыхаемыми клубами пыли и смрада, любоваться густыми разноцветными дымами заводских труб, дегустировать специфические привкусы нередко желтоватой воды из-под крана, каким полезным было отсутствие обременительно-качественной медицины (равно и вообще любого навязчивого сервиса), как мудро и правильно было — в основной массе — не достигать сопряжённой с неудобствами глубокой старости, какой чудесной была забота о нас со стороны партии, начальства, органов, стукачей, повсеместных пришибеев, держиморд, хамов, шпаны, уркаганов и равных нам бесправных, норовящих своё бесправие поставить над твоим.

Послевоенно-стандартно-левая немецкая учительница (отнюдь не в бывшей ГДР, а в самой что ни на есть исконной ФРГ) выдаёт мне однажды, уже давножды: вы так сурово описываете и оцениваете вашу былую советскую жизнь, а вот я знакома с некоторыми вашими соотечественниками и они говорят мне совсем другое: много чего хорошего было в Советском Союзе! Значит, всё зависит от личной призмы, от субъективного восприятия, так? может быть, у вас предвзятое отношение или ваша память выбирает только плохое — вас чем-то обидели, да?
Не сказать чтоб обалдев, но слегка опешив, овладеваю собой и ответствую: вам что-нибудь известно про индоктринацию? и про то, что людьми в колоссальном их большинстве легко манипулировать — они ограниченны и безвольны, тем более в тоталитарных условиях, тем более при длительном и беспрерывном «идейном» воздействии, замутняющем их и без того не шибко крепкий рассудок — а потом уже этих «всегда готовых», выпестованных токсичной системой зомби крайне трудно или вовсе невозможно обратить в разумное состояние… Как вот и эту гомогенную массу гомо советикус, часть которой заполонила пока ещё привлекательные уголки вашей страны… Если завтра рухнет, к примеру, кошмарный режим в Северной Корее, не сомневайтесь — большинство тамошнего населения будет заявлять и даже искренне верить в то, что «жили они хорошо».
Удивлённо-недовольно и этак социалистически взирает на меня типичная немецкая учительница. Набирает воздуха для решительного возражения и — молчит.

Одним из самых печальных и до наваждения затяжных, неизбывных заблуждений лево-ориентированной публики на Западе является отождествление социализма с социальной справедливостью, представление о социализме как обществе социального равенства (рая!), социальной защищённости, социальной гармонии, социального мира… Увы-увы. В слабых умах от-природных (прирождённых) плебеев происходит смешение/замещение понятий, удручающая путаница, отчасти обусловленная коварно сбивающим с толку обманным (лицемерным) корнем СОЦИАЛ. Ибо нет, как показывает вся новейшая история (век с лишним), политического устройства более несправедливого, более тиранического, более иерархически-дифференцированного, нежели пресловутый социализм и его наивысшая наизлейшая модификация — коммунизм, обретший идеальное воплощение в чучхейской Сев. Корее и совсем уж божественного абсолюта достигший в полпотской Кампучии.
Нет, не ценит обывательская среда на Западе очевидных преимуществ своей системы, пуще того — упорно предаёт капитализм анафеме. Оно, конечно, идеализировать капитализм тоже ни к чему — есть в нём червоточинки, изъяны, бывает порой ущемление слабых сильными (кто богаче, у того больше прав и шансов на победу), нередко проявляется вполне легальный принцип локтя (звериные, хищнические атавизмы в человеческой натуре), широко распространено неистребимое мошенничество, свойственное как мелкому арендодателю, так и крупному банкиру… И уж, конечно, далёк от обаяния или вовсе антипатичен капитализм в странах так называемого третьего мира, напоминающего чем-то джунгли… однако даже там общество пытается соблюдать законность и, во всяком случае, там существует свобода.
Так вот, казалось бы, зная вековые реалии, имея, казалось бы, возможность сопоставлять, сравнивать известное-наглядное, разумно ли (простите риторику) делать выбор между несовершенным и гибельным в пользу последнего? выбор между недостатками и ужасом в пользу ужаса? Впрочем, западные медиа и школы (от начальной до высшей) несут за означенное мировоззренческое искажение (перекос общественного сознания) изрядную долю ответственности — злодеяния условно правых режимов традиционно всячески выпячиваются-раздуваются, а куда более масштабные преступления (включая произвол и угнетение) инфернально-левацких молохов радикально приуменьшаются, релятивируются или попросту замалчиваются.

Разумеется, извечно присущая человечеству зависть тоже играет роковую роль: не желает плебейская масса принимать материальное неравенство членов социума как неизбежное, более того, необходимое условие для нормального функционирования общества и, между прочим, для всеобщего благоденствия — ибо только там нижний уровень жизни приемлем, где его приподымают, подтягивают к себе уровни более высокие — благодаря самой возможности, допустимости, невозбранности высокого уровня в «буржуазных» условиях. Причём именно эти «буржуазные» условия как раз и обеспечивают пресловутую социальную справедливость, заодно и социальный мир.
Но ментально-низовому (отчасти и генотипному) плебсу не столько хочется материального достатка себе, сколько хочется лишить всех других этого достатка. Недалёким, «не продвинутым» людям с сообразно плебейской ментальностью неприятно лицезреть вершины, им мила плоскость, без единой кочки… Отсюда и все эти шариковские лозунги, на основе которых сформирована целая — увы, живучая — идеология.

Грустно-забавный момент: взбалмошные, одуревшие от сытости и свободы, вызывающе-экстравагантного облика и поведения анархисты-панки на Западе являются (или считают себя) приверженцами социализма, манифестируют свою ненависть (плод недоразумения) к «проклятому капитализму», тогда как в вожделяемом ими социалистическом парадизе, например, канувшем в лету Советском Союзе, вспомним — этих самых панков разгоняли, лупили, «юридически» преследовали, сажали, объявляли их… носителями буржуазной заразы — то есть воспринимались эти облачённые в нарочито аляповатые тряпки лохматые панки с серьгами как «враждебные элементы», кровно-культурные представители того самого ненавистного им капитализма.
Курьёзен род людской.

В Западной Германии 1960-70-80-х годов очень были популярны марши протеста и песни протеста — энергичного надрывного протеста против размещения американского ядерного оружия на территории ФРГ, вообще против Америки как таковой, объявляемой агрессивной, милитаристской, экспансионистской… А были ли аналогичные марши и песни против агрессивного, милитаристского, экспансионистского СССР? Вопрос звучит издёвкой, не правда ли… Понятно ведь (хотя отчего это так?), что никаких возмущённых шествий с соответствующими транспарантами против одиозного Советского Союза западные немцы не устраивали и никаких исполненных праведного пафоса песен с осуждением многократной советской агрессии в восточной (точнее, центральной) Европе, Афганистане, странах Африки немецкие миролюбцы не сочиняли.
К слову, мой почти ровесник (на пару лет старше меня), с которым я учился в музыкальном училище, будучи призванным в советскую армию (середина 80-х годов), угодил далече, аж в Эфиопию, где и погиб.
А что поделывали, то бишь потеряли в Эфиопии мирные советские вояки, интересно бы знать… Искали Пушкина истоки?

Наверное, нет принципиальных различий между выращенными в СССР гоблинами, прославляющими эпохальных людоедов Ленина, Сталина, Жукова, Брежнева, Путина, гебню, ГУЛАГ, голодомор, репрессии, террор, любую агрессию любимой державы против стремящихся к свободе и независимости соседских (и не только соседских) народов и — столь же любвеобильными к тем же левым людоедам мао-ленинам-фиделям западными гоблинами, заражёнными всемирнобратским общежитским вирусом тотального равенства (одинаковости, обезличивания), воинственно пацифиствующими (в пользу тираний и в ущерб своим вотчинам), размахивающими кровавыми универсально-коммуняцкими (советскими, если хотите — китайскими) знамёнами и яростно шельмующими, а иной раз и избивающими подвернувшихся под руку инакомыслящих «фашистов», которые потому фашисты, что мыслят не по-левому.
Характерно шизоидный симптом: западные и, в частности, немецкие левые с давних пор, постоянно-неутомимо верещат об «искажениях социализма/коммунизма» вследствие якобы «неверного толкования марксизма» (поэтому, дескать, плохо получалось на практике), но при этом (sic!) славят ТЕХ ЖЕ САМЫХ красных вождей-толкователей, кои сей марксизм исказили понимаешь. Краснознамённые мои, вы уж как-нибудь определитесь с означенным антагонизмом.
Не осознаваемое марксистами саморазвенчание проявляется и в том, что при выяснении их намерений (планов) насчёт «справедливого мироустройства» согласно «истинному учению» идола-основоположника они предлагают в точности те же методы, кои неизменно приводят к «искажениям» их любимой общежитской идеологии, воспроизводят ту же самую лучезарную концепцию спасения человечества: отмена частной собственности, обобществление средств производства, ликвидация рыночных (капиталистических) отношений, включая конкуренцию, и при этом — неявно (или невольно) — подразумевают запрет на высокие доходы (на богатство) и — опять же подспудно — внушают идею о необходимости «руководящей и направляющей роли» партии — понятно, какой. В общем, всё то же, что «мы уже проходили».

Занятный феномен в соцсетях: адепты Маркса «подкрепляют», оправдывают его «учение» цитатами из Ленина — собственно, этого уже достаточно для дискредитации «единственно правильного учения». Ну и, конечно, не обходится без назойливых и давно ставших комичными рефренов насчёт неверной интерпретации марксизма… Убогие вы мои, что же это за учение такое, которое — где ни возьми — подвергается жутким искажениям, ну везде его неправильно понимают и оттого возникает кровавый прокрустовый ад. А вообще-то оно очень хорошее, милое, симпатичное, красное и пушистое, как борода основоположника.

Показательно, что оголтелые одномерные марксисты на Западе откровенно благоволят чекистскому мордору (чуют родство) и буйно ратуют за прекращение поставок вооружений Украине — точно так же поступают и многие немецкие праворадикалы, но обратите внимание — многие; а левоэкстремисты — абсолютно поголовно. Тем не менее, этаблированные (официозные) немецкие медиа и полит-истеблишмент редко замечают пророссийскость-запутинскость левых и перманентно акцентируют аналогичную наклонность определённой части ультра-правых. Куплены кремлём обе эти крайности. Серпасто-молоткастая свастика на гебешном щите. Да, там ещё и крест христовый, как же без него.
Содружеству ордынского и западного сброда, совков и леваков, вторит экстазное соитие некогда разобщённых, разлаженных до вражды церквей — московской православной и католической+протестантской. Как и западные ПУцифисты, церковники западные (буквально все!) трагически-патетически глаголят о недопустимости военной помощи Украине (эскалация, мол), о священной необходимости договариваться о мире, при этом апеллируют они (полностью совпадая с кремлёвскими агентами влияния, западными замполитами от разных партий, журналистики, университетской профессуры) сугубо к обороняющейся стороне, к жертве, словно именно от неё зависит мир, в нарушение элементарной логики/этики, напрочь игнорируя абсолютное и официально декларируемое нежелание агрессора прекратить войну. Хотя это даже не игнорирование — это беспардонное требование капитуляции. Что и озвучил предельно откровенно гундяйский Франциск, предлагая украинцам помахать белым флагом, подставить другую щёку.
Противопоставление церковников коммунякам — кардинальное заблуждение. Это одна и та же люмпенско-шарлатанская шваль. С которой нынче конъюнктурно совместились ультра-правые.

Игра в демократию популярна и ритуальна практически везде, независимо от господствующей идеологии и государственного устройства. Понятно, что системные правила игры при этом существенно разнятся, имеют свою специфику.
Издавна генерируемая и нагнетаемая люмпенским мэйнстримом антикапиталистическая, антибюргерская («антиправая») истерия, всё учащающаяся частота массовых демонстраций идейного сброда на немецких улицах и площадях закономерным образом вылилась в их ежедневную ритуальность — свершилось! Толпы левых гегемонов захватили всё обжитое пространство Германии — впрочем, оно принадлежит им очень давно, но теперь их самопровозглашённое право на обладание страной как бы обрело деспотическую юрисдикцию.
С самого начала января и аж до мая 2024 года во многих крупных, средних и малых городах Германии каждый день, КАЖДЫЙ ДЕНЬ происходили хорошо организованные массовые демонстрации против (по сути, абстрактного или мнимого) расизма-нацизма, против правого экстремизма, правого радикализма, правого популизма, правых воззрений, просто правых… Примечательно регулярно и во множестве вздымались над сплочённой идейной толпой красные полотнища и — кубинские флаги, да-да, очень много флагов социалистического государства Кубы, что наводит, так сказать, на определённые ассоциативные раздумья и на вытекающий из них вопрос: а отчего же не видно было флагов Северной Кореи — они бы идеально гармонично вписались в эту идиллическую идеологическую картину. Впрочем, может они там и были, но на телеэкране не запечатлелись или мною не заметились. Изрядно пестрели там и радужные знамёна ЛГБТ, что, в общем, ожидалось, ибо «близнец редко приходит один».
А воззвания! Какие лозунги там фигурировали на внушительных размеров и качественно изготовленных (дорогостоящих) транспарантах — любо-дорого. Смотрите: «Капитализм — гибель человечества!», «Социализм — будущее человечества!», «Справедливость восторжествует только при социализме!», «Распределить блага поровну!», «Отменить частную собственность!», «Запад грабит страны третьего мира!», «Спасти голодающих детей!», «Открыть границы для всех!», «Нелегальных людей нет!», «Все люди легальны!», «Прекратить поставки вооружений Украине!», «Немецкое правительство — разжигатель войны!», «Достичь мира без оружия!», «Договориться с Россией!»…
Дежавю.
Желающие найдут в интернете немецкие оригиналы лозунгов.

И вот, стало быть, инфернальные сии шествия возобновились и сейчас, в начале июня — с тем же адским колоритом, неразлучным спутником люмпенства.

.

Статья опубликована в бостонском интернет-альманахе Лебедь, июнь 2024 г.

.

.

Эдуард Бернгард

А РОЖА НЕ ТРЕСНЕТ?

В Польше вновь, на разных политических и общественных уровнях, раздаются призывы возобновить официальные требования к Германии касательно выплаты 1 триллиона 300 миллиардов евро в качестве репараций за 2-ю мировую войну (это приблизительно четыре годовых бюджета ФРГ)!!!..
Известно, что после бескровной оккупации немцами Чехии в 1939-м году, с чем международное сообщество согласилось, Польша первой из прочих вотчин подверглась нападению со стороны гитлеровской Германии и сталинского СССР. Также известно, что она сильно пострадала в той войне — как, впрочем, и многие другие страны. По масштабам гражданских (цивильных) жертв, разрушений и разграбления больше всех других государств пострадала, в итоге, Германия. Которая не отрицает своей вины, напротив, постоянно её акцентирует. В отличие от других.
Поляки мотивируют своё требование к немцам выплатить им столь невероятную, астрономическую, поистине фантастическую сумму необходимостью компенсации за понесённый восемь десятков лет назад урон. При этом они скромно умалчивают, что Германия уже не раз выплачивала Польше изрядные суммы — речь идёт о миллиардах. Кроме того, ФРГ в конце 70-х — начале 80-х годов, на пике народных волнений, инициированных движением «Солидарность», оказывала Польше крупномасштабную гуманитарную помощь.
Продолжая тему скромного умолчания, столь свойственного полякам — ещё они очень скромно, как и полагается прирождённым скромнягам, умалчивают о том, что в 1938-м году вторглись в Чехословакию внушительными военными силами, аннексировали Тешинский район — сразу вслед за Мюнхенским соглашением и (по сути, одобренной Лигой Наций) передачей Судетской области с преимущественно немецким населением в состав Германии. То есть поляки напали на чехов даже раньше немцев.
Это, значит, ничего. Немцы — агрессоры такие-сякие, поляки — агрессоры белые-пушистые. И почему-то не погнушались поляки отобрать землицу у «братьев-славян» (при всей спорности как братства, так и самого славянства).
Следует осторожно коснуться и такого острого вопроса. Полякам нравится по сей день обвинять немцев в национализме, что заведомо ложно, тогда как сами они весьма и весьма националистичны — за ультра-правую «патриотическую» партию Качиньского на протяжении многих лет и уже десятилетий голосует, как правило (есть пара исключений), большинство польского населения. Как там насчёт соринки и бревна?
Удручает и разгул польского криминала в Германии — постоянно происходят грабежи домов, кражи автомобилей и всевозможного прочего наезжающими из Польши уголовниками, которые к тому же нередко физически травмируют своих жертв. Данная тема стала в Германии уже нарицательной, притчей во языцех, её иногда затрагивают и кабаретисты, хотя смешного тут мало.
Но самое главное, что в данной связи следует упомянуть — дважды, после первой и второй мировых войн, Польше были переданы очень обширные (по европейским меркам) немецкие земли, примерно четверть от всей территории Германии (что не пошло тем — ославяненным — угодьям на пользу). Со всеми, соответственно, городами и сёлами, заводами и фермами, лесами и полями, озёрами и реками, а также длинным морским побережьем… О стоимости всего этого нет смысла говорить — она запредельная.
Поэтому приходится изумляться: неужто Польше мало такой вот — с огромной лихвой — компенсации? Да ещё и спустя чуть ли не век… Здесь польские (и другие) славянофантасты придумали такую хитрость: дескать, отобранное у Германии — бывшие славянские территории, ага! мол, жили там прежде братья-славяне; только вот усердно «забывают» славянофантасты о том, что после нашествия гуннов на Европу, в VI-VII веках, славяне пришли на земли германцев, кои ещё в античной древности включали в себя, наряду с прочим, территории нынешних Польши, Белоруссии, большей части Украины, простирались аж до Азовского моря. Готы и ост-готы жили в тех местах задолго до появления там славян, это была их историческая родина… По большому счёту, не столь важно, кому принадлежали в старину те пространства — важно в данном контексте то, что немцы длительное время обживали и обустраивали тот ареал, вследствие чего он — к моменту утраты (аннексии) — обладал характерной немецкой идентичностью.

И почему, кстати, Польша ничего не требует от России, причинившей ей гораздо больший ущерб? причём не только в советский период (с массовыми убийствами поляков), но и прежде, в эпоху Российской Империи, очень долго угнетавшей польский народ. Понятно, почему — от русских бесполезно-безнадёжно чего-либо требовать, а от немцев очень даже можно. Россия сама чего угодно потребует от своих жертв, изображая жертвой себя, что и происходит в течение всей истории. ЧТО бы ни вытворяли русские/обрусевшие/россияне/советские, какие бы ужасы ни учиняли, они всегда безгрешные святые лучезарные — чем они брутальнее и кровавее, тем они в собственных глазах добрее, милосерднее, чем больше они захватывают и разрушают, тем пуще служат делу мира во всём мире. Поразительная, бесподобная, прямо-таки ангельская ментальность у этих кацап-ордынцев.

Не секрет — Германия до недавнего времени выплачивала гигантские суммы странам победившей коалиции (и не только) по контрибуциям за первую и вторую мировые войны (что десятилетиями напролёт изнуряло её бюджет), а наряду с этим щедро и самозабвенно раздаёт свои деньги направо и налево, поддерживая очень многие (большей частью отсталые, т.н. развивающиеся) страны громадными дотациями. Понятно, что эти средства никогда не будут возвращены, но куда печальнее — означенные затраты в большинстве случаев не оправдываются, проваливаются в прорву ввиду неспособности или нежелания реципиентов использовать эту помощь по назначению, а также зачастую по причине их нечистоплотности, коррумпированности.
Однако, как видите, не только знойные экзоты норовят урвать дармовых немецких денежек побольше, но и вполне, казалось бы, цивилизованные и отнюдь не бедные европейцы, не заморачивающиеся вопросами этики/морали и не заботящиеся о хотя бы минимальной, элементарной пристойности своего поведения.
Между прочим, ФРГ платит в общую кассу Европейского Союза значительно больше других стран, в том числе и самых крупных, причём и пропорции платежей (исходя из количества населения) вопиющим образом нарушены — понятно, отнюдь не в пользу Германии, получающей из кассы ЕС на разные нужды гораздо меньше размеров своих платежей, кои составляют ежегодно примерно 20 миллиардов евро. А вот та же Польша получает от ЕС изрядно больше средств, нежели вкладывает туда, то есть фактически обогащается за счёт немцев.
И ведь, согласитесь, ублажи Польшу удовлетворением её непомерных аппетитов, тут же не преминут возникнуть очередные желающие поживиться за счёт вечно виноватых «фрицев», выдвинут аналогичные сногсшибательные требования. На всех вас не напасёшься — воистину.

.

2022 г.