Устала

Моя белокурая бестия, жена, лежа на диване, мне сообщила:
— Всё, убирай, готовь сам, я устала!
— Но у меня выступления по интернету, мне книгу вечером дописывать по психологии! — воскликнул я. — Мы же договорились, что ты работаешь 4 часа в день, у тебя есть свободное время, ты убираешься, а я обеспечиваю!
— Нет, ну я всю жизнь убираюсь, могу я устать? — спросила она.
— Да, можешь, — погрустнел я.
Сев подумать, я решил зайти в интернет и вызвать из фирмы по клинингу робота-уборщика.
Он позвонил в дверь через полчаса. Худой человекоподобный робот со шляпой на голове. Я впустил его.
— Можно приступать? — спросил он?
— Да, — сказал я.
Железно-пластиковый, так он выглядел.
Пройдя на кухню, он снял шляпу, вытащил из шляпы тряпки и налил туда из крана воды. Капнул что-то из руки и размешал. Потом, вытянув телескопически руку, в углу потолка провел мыльным раствором. Потом из его руки пошла струя воздуха и подула на угол. Высушив, он провел длинной рукой пальцем по углу потолка.
— Что ты делаешь? — поинтересовался я.
— Проверяю, выдержит ли мойку краска.
— Зачем?
— Грязно.
Я вспомнил, что у нас газовая плита, но никогда не думал, что потолок нужно мыть. Никогда не интересовался, что моет жена в доме.
Так, меняя тряпки, телескопической, как удочка рукой, он намывал потолок. Периодически железный опускал руку в шляпу, и вода становилась чистая.
— Как вода становится чистая, что за фокус? — спросил я.
— Просто фильтрую воду.
Жена вошла на кухню и очень удивилась, особенно фильтрации и телескопической руке.
После того, как он помыл потолок и люстру, открутив плафон, он вытянул телескопически голову и посмотрел, что сверху кухонных шкафов.
— Что там? — поинтересовался я.
— Грязно, — вздохнул робот.
Вытянул телескопически ноги, начал мыть шкафы, периодически капая в воду раствор.
Мы с женой следили за ним, как следили за барабаном первой купленной нами стиральной машинки.
Когда он пошел в туалет и пописал, я обалдел.
— Что ты делаешь? — возмутился я.
— Сливаю грязный отфильтрованный раствор, — ответил он.
Чтобы помыть духовку, он добавил не каплю раствора, а струю. Видимо, концентрированней сделал моющую жидкость.
Потом телескопической рукой он пропылесосил и помыл пол. Потом начал обходить углы и мыть.
— Зачем углы моешь?
— Грязно, — ответил он.
— Понимаешь, после того как моют пол, отдельно нужно помыть углы, — сказала жена.
— Ааа.
Мы следили и в ванне. Там он опять использовал телескоп, когда начал мыть стену за ванной.
— Зачем? — спросил я.
— Грязно! — одновременно воскликнули жена и робот.
— Стена грязная? От чего? Я же мылюсь рядом, и душ на нее поливает. Она должна мыться и быть чистой?
— Ржавчина, мыльный налет, — огорошила меня бестия.
В комнате он снимал статуэтки и книги с полок, пылесосил рукой и протирал тряпкой. Картины он вытирал с шести сторон и говорил: «Теперь чисто». Два раза он выкидывал бумажный пылесборник из живота.
Мы ходили периодически за ним до вечера, сталкиваясь лбами в коридоре, и на любой наш вопрос он отвечал: «Грязно» или «Теперь чисто».
Вечером, когда он отчитался и покинул нас, а я сказал жене, что работы у нее очень много с уборкой, и я заработаю на домашнего робота. За это жена меня поцеловала.