Унижение и величие (Глава 14)

14. Унижение и величие

Клемент одарил пленников испепеляющим взглядом.

     Напряжение затянулось на долгие несколько минут. Всё это время Эдмунд и Анжелика игнорировали бандита. Тот в свою очередь прохаживался из стороны в сторону, склонялся перед ними, упирая руки в колени, всматривался, нервно сопя, в их лица точно кобра. Но нахмуренного взгляда вкупе со злобной усмешкой было недостаточно, чтобы пробить брешь в глухой обороне молодых людей. Не сговариваясь, они точно восковые фигуры, без всякой мимики смотрели перед собой, каждый на свой объект наблюдения, непрерывно шлифуя взглядом воображаемые шероховатости. Анжелика следила за мерцающим лучом проектора, что бесшумно транслировал какие-то исторические хроники. Эдмунд рассматривал блики, виднеющиеся в нагрудных пластинах робота, стоящего за спиной Цзяна. Ну а китаец, наполовину откупоренный из своего костюма, словно цепной пёс не спускал глаз с Клемента. Его синие волосы – раннее аккуратно зачесанные назад – беспорядочно прилипли к спотевшему лбу. Он играл желваками и, в отличие от своих друзей, не сглаживал свой объект наблюдения, не полировал, а напротив – избивал и рвал на куски.

Утомившись от бесполезного брождения, бандит уселся перед своими пленниками на пол.
    В комнате стояла полная тишина, если не считать протяжного чуть слышного гула электроприводов. Оглушённые чит-командой, роботы были во власти Клемента. Его взлом блокировал заданный Цзяном алгоритм приоритетных задач. И теперь каждый из них делал то, что велел им бандит: один держал на готове винтовку, другой целился в пленников из пистолета, остальные следили за тем, чтобы те не дали дёру и не отрывали свои пятые точки от кресел без необходимости. Растущее напряжение накаляло не только обстановку, грелись микропроцессоры виндроидов. Механические тела время от времени пробирала едва уловимая дрожь, и их сбой был лишь делом времени.

    # Пять минут, баш, что я вам дал, истекли, – сказал бандит, поднимаясь с пола, – Кто-нибудь вспомнил, куда делись предохранители? Нет? Ну ладно… Пока роботы, баш, притаскивали вас одного за другим, я тут помониторил медиаглазки Зёрен, но так и не смог отследить момент, когда вы извлекли их. Походу, сразу, как прилетели сюда. Жаль бортовые журналы не отображают время их выемки… Гадёныши. Ну так что, баш? Кто из вас меня порадует?..


     Клемент обвёл всех взглядом, раздражённо кивнул и почесал живот.
 # Чёрт, – похлопав по карманам штанов, сказал он, – Сигаретки ни у кого не найдётся? От вида выпущенных, баш, кишок, мне всегда не по себе… Ладно, потом не орите, баш, не зовите мамочку… Винйота!..
Да, ты, почини-ка Цзяну костюм, ему сейчас предстоит кропотливая работёнка.


   Стоявший позади китайца виндроид, в ускоренном темпе принялся перебирать порванные провода, торчащие у того из обесточенного костюма. Прошли земные сутки с того момента, как Цзяна заманили на Зерно Эдмунда. В беспорядочной потасовке роботы повисли на его могучих кибернетических руках. В какой-то момент ему удалось поднять их над землёй, и он силился с размаху треснуть их друг о друга. Но они взяли количеством: успели оборвать ремни, удерживающие его в полости костюма, наперебой стали душить его, вскоре кому-то удалось добраться до пластины, защищавшей провода, питающие от встроенного аккумулятора все конечности. Так Альфа (и основатель охранного агенства «Барракуда») был нейтрализован.
    # Вот так, баш, – сказал Клемент и, наблюдая за восстановлением проводки Цзяна, сложил руки на поясе, – Палач почти готов...
 

Бандит обернулся назад, где за спиной Анжелики стоял другой робот, держащий пистолет у её затылка.
    # Винксилон, – рявкнул он и махнул рукой, подзывая робота, – Тащи девчонку в центр комнаты.
    Едва робот сошёл со своего места, как девушка – к изумлению Клемента – вскочила с кресла и рванула вглубь комнаты, к большому квадратному экрану, где на чёрном фоне продолжали кружится светящиеся рыбы. Скинутые ею наручники остались на кресле, свесившийся браслет покачался из стороны в сторону, сверкнул отблесками ламп.
    # Беги за ней! – толкая робота, злобно вскрикнул Клемент, – Беги! Давай! Ну!


  Глухо прогудев, виндроид в три шага нагнал пленницу – та даже не успела забежать за скрытый оружейный шкаф – схватил её за запястье и грубо потащил за собой.
   

– Нет!.. Отстань! – пытаясь вырваться, кричала девушка, – Пусти меня!
    Она тщетно упиралась, скользила по напольной плитке, но никак не могла отделаться от мёртвой хватки.
    # Дай сюда, баш, – раздражённо произнёс Клемент и выхватил у робота пистолет,

– Держи её двумя руками, не видишь, баш, она брыкается как овца клеймённая… возишься, как с медузой!
   
Оскалившись, Клемент почесал лоб тыльной стороной ладони и, видя, как девушка так и норовит ускользнуть, с опаской отошёл в сторону.
  

  Раздался слабый металлический щелчок и предплечья робота как и его пальцы стали неестественно вытягиваться, превращаясь точно в ветви дерева. Холодные механические щупальца крепко сомкнулись на тонких девичьих запястьях. Анжелика упиралась как могла, но через секунду её ноги оторвались от пола и она беспомощно затрясла ими высоко в воздухе. Девушка повисла на длинющих руках виндроида. Тот нёс её словно невесомую плюшевую игрушку.
   

Тем временем проворные пальцы Винйоты практически соединили содержимое кабель-канала костюма Цзяна. Хмыкнув, бандит вызвал голографическое меню, для наладки удалённого управления. Парящие в воздухе голубоватые строчки символов мутно отразились в белой матовой поверхности протезируемого тела.
    Измотавшись, Анжелика шумно выдохнула, успокоилась на мгновение и, выждав, когда робот стал проносить её рядом с Клементом, быстро подняла колени к груди и с размаху врезала ему ногами.
 

   – Получай, урод! 
    Потеряв равновесие, бандит пошатнулся и свалился на пол. В облаке блефа и спонтанной провокации, Клемент предпочёл проследить за тем, чтобы робот не успел закончить починку проводки, но максимально накалить обстановку, сыграв на нервах пленников до критического пика. Доля правды в его словах несомненно была, ему было под силу взять управление костюмом Цзяна на себя. Но подобной дерзости от Анжелики он никак не ожидал.
 

   # Ах ты, сучка, баш, – поднимаясь с пола, прошипел Клемент и переложил пистолет в правую руку. Объятая чёрными вкраплениями и наростами кисть неуклюже взялась за пистолетную рукоять, а разбухший и, скрывшийся в чёрном хрустале, указательный палец даже не удалось продеть в спусковую скобу, – М-м-м, заебанция!


    Он раздражённо вздохнул, подошёл к девушке и наотмашь ударил её рукоятью пистолета по лицу. Анжелика тихо простонала и обмякла в руках робота точно лапша. Ещё несколько часов назад она полностью наладила печь к работе. По рации с ней связался один из роботов и, подделав голос Эдмунда, сказал ей находиться рядом со своим кораблём и никуда не отлучаться. Трём марионеткам не составило труда – пусть и силком – доставить девушку на Зёрно Эдмунда. Обезвреженная и без сознания она лежала теперь на прохладном полу. Тонкая алая струйка сочилась из её разбитой губы.
   

# Я хочу свалить отсюда! Ясно вам? – сказал Клемент, небрежно махая пистолетом, – Понятное дело, что не на Марс, баш… Да это вас… и не должно касаться, куда. Свалить и всё! И ради этого, баш, я пойду на всё! И сейчас… вы в этом убедитесь! 
    –

Восстановление завершено, – послышался бездушный голос робота.
    Клемент повернулся к Винйоте. Тот опустил руки вдоль тела и замер, глядя перед собой. Китаец смотрел на бандита исподлобья, нервно покусывая нижнюю губу. Голографическое меню продолжало парить над матовой поверхностью костюма.
  

  Едва бандит сделал шаг в сторону китайца, как за его спиной, послышался голос:
   

– Твоё тело поражено вирусом, – тихо произнёс Эдмунд, – Ты знаешь, что это. И это никакой не миф. Эти наросты на твоём теле, это струпина, или как называют её на Андромеде – астромеланома… и… этот самый миф издревне бытует среди людей и имя ему – фиалковая чума. В то время, когда ты жил на Земле она поразила пять процентов жителей планеты. Казалось бы, не так уж и много, да она и не считалась тогда таким уж бедствием… Но в наш век укоренившаяся халатность вынудила признать тот факт, что мы… абсолютно бессильны перед ней. Стали искать укрытия от неё на других планетах. Но вакцины от неё так и не создали, а люди гибли… не то, чтобы гибли...
   

# Да, – перебил француза Клемент и злобно уставился на него, – Убийцы! Я видел тот репортаж в твоём досье. Вместо того, баш, чтобы искать от неё средство, власти потратили уйму денег на изобретение этих печей. Предпочли подчищать за собой, и всё! Лечение оказалось кому-то не выгодным. Всё из-за природных ресурсов. Землю выдоили и такие, – полетим-ка на Марс!
  

  – Согласен, – покачал головой француз, – Человечество заигралось.
    От Клемента ускользнул беглый взгляд Цзяна в глаза Эдмунда.
  

  # Во-о-от, баш, теперь ты соглашаешься...
  

  Эдмунд еле заметно кивнул китайцу.
   

#… я читал о ней ещё в тюрьме, баш, но там было упомянуто о ней как о нечто небывалом, из рубрики контактов с НЛО. Писали, что не помогает никакая ампутация, баш, что хрустальные струпья плавятся при экстремальных температурах...
  

  – Ну, десять тысяч по Цельсию, не так уж экстремально, по сравнению с коллайдерами...
 

   # Что? Какие коллайдеры, баш? Это совсем другое!.. И хватит уже перемигиваться с китаёзой!
  

  Клемент подошёл было к французу и уже занёс над ним руку, сжимающую пистолет, как в эту секунду раздался голос Цзяна:
  

  – Стой! Не трожь его!.. Я скажу, где предохранители.
 

   # Вот как? – обернувшись, сказал Клемент и опустил руку, – Говори...
 

   – Они.., – начал Цзян, видя, как пришла в себя Анжелика, –… в одной из пещер неподалёку отсюда.


    # Координаты, баш, – произнёс бандит и не спеша присел на корточки рядом с девушкой, – Говори...
 

   С этими словами Клемент убрал поражённой рукой прядь волос с лица Анжелики и ласково коснулся тыльной стороной ладони её щеки. Увидев на шее девушки тонкую нить, переливающуюся золотым блеском, он с отвращением отдёрнул руку.
 

   – Навигационный экран. Он на моём корабле, – сказал Цзян и, подавив в себе приступ злобы, добавил, – Пещера подсвечена оранжевым маркером.
    Сплюнув, китаец гордо вскинул голову и, не отводя глаз, смотрел на бандита, пока тот наконец не удостоил его вниманием. Клемент опустил взгляд, но не потерпев поражение в гляделки. Его внимание привлёк бледный неровный шрам у того на шее, практически незаметный среди кровоподтёков, оставленных роботами. Клемент мрачно усмехнулся, открыв для себя некую возможность, поднял глаза и произнёс:
   
# То-то теперь и понятно, баш, за каким хреном ты постоянно рыскал по округе… Винмега! 
    Робот, стоящий за спиной Эдмунда отозвался коротким мелодичным сигналом.
 

   # Слышал, куда нужно идти?
    – Да, хозяин, – ровным голосом произнес робот, – Сперва взять на корабле Альфы...
  

  # Какой нахер Альфа? Посмотри на него! Два, джи, дабл-ю, дефис, пять. Ввожу, баш, корректировки для оставшихся винов, имя Альфа сменить на… хм… ладно, сменить на Цзян. Игрек… Теперь продолжай.
    Анжелика перевела нахмуренный взгляд с бандита на робота и плотно сжала разбитые губы.
 

   – Сперва взять на корабле Цзяна его навигационный экран, считать координаты по оранжевому маркеру, найти в пещере метапредохранители и принести сюда.
  

  # Всё верно. Можешь идти. Вернее – тебе десять минут, ясно? Живее! Баш! Давай!
  

  Послышался слабый электронный гул и робот со всех ног понёсся к выходу. Вот он перепрыгнул через столик, пересёк мерцающий луч проектора и свернул влево. 
 

   # Ну, а сейчас, – сказал Клемент под звук удаляющегося топота Винмеги, – Сейчас мы нашей дружной компанией переместимся, баш, на мостик. 
    Бандит поднялся и подошёл к Цзяну. Девушка проводила его взглядом полным отвращения, затем переглянулась с Эдмундом.
 

   # Винбета! – рявкнул Клемент, затем положил пистолет на широкое кибернетическое плечо Цзяна и, прищурившись, взглянул вправо.
    Стоящий поодаль у стены робот, отозвался электронным гулом, глаза его перелились многоцветной гаммой, а в вытянутой руке он продолжал держать винтовку.
 

   – Да, хозяин, – послышался бархатистый роботизированный голос. На металлическом лице блеснула неровная диагональная линия.
    Озадаченно нахмурившись, Клемент на какой-то момент замешкался, увидев эту блестящую царапину на лице виндроида. Он раньше не замечал её, но знал её происхождение. Помнил. Та бойня с роботами в вытянутом коридоре шлюза. Александр палил по ним из пневмомолота. И этот гул, электронный вой. Один из роботов остался на месте, видя, как гибнут подобные ему, движимые по чьей-то воле. Сбой или нет, но тот робот, проявил подобие чувств, как если бы солдат, осознавший своё бессилие перед противником, видя, как напрасно гибнут его братья по оружию, в яростном рёве поклялся отомстить, связав обещание с отметиной на себе. И это был он.
 

   # Винбета! Если, баш, кто-то из этих двоих за моей спиной дёрнется, приказываю тебе стрелять на поражение. Понятно тебе?
  

  – Понятно, хозяин.
 

   Робот стоял не шевелясь, держа винтовку направленной точно между Анжеликой, лежащей на полу, и Эдмундом, сидевшим в кресле. Клемент ввёл несколько подтверждающих команд, затем свернул голографическое меню. Всё в этот раз шло по иному сценарию. Анжелика продолжала лежать на полу, потому и на лице Эдмунда не было мелких алых брызг. Не сорвался с места и сам француз, в попытке свалить Клемента, надеясь ударить его с разбега корпусом своего тела. На этот раз Клемент закончил с настройкой костюма быстрее, хотя и задумался, увидев её. Всё из-за неё. Из-за диагональной царапины на лице этого робота. А ведь в иных преломлениях временного калейдоскопа этот робот гибнул как и все, от кольев пневмомолота. Случалось и такое, когда заевший в стволе кол был причиной смерти самого Александра. Но об этом мог знать лишь один человек, что был везде, и нигде, был всегда, и не однажды.
  

  # Так, – сказал бандит, отойдя на несколько шагов в сторону, – Два, джи, дабл-ю, дефис, один. Цзян! Встань и иди на мостик.
   

Китаец злобно сверкнул глазами, в этот момент его протезируемое тело поднялось с кресла и направилось к выходу из комнаты. Он практически свесился из своего костюма и чуть было не выпал из него. Клемент ухмыльнулся при виде его побагровевшего от гнева лица, китаец не проронил ни слова, храня гордое молчание, даже видя неизбежную возможность свалиться на пол с высоты собственного роста. Синхронизировав голографическое меню настроек костюма с имплантом в голове, бандит поднял механическую руку протезируемого тела и щёлкнул Цзяна по носу, да так сильно, что вздрогнув от неожиданности, китаец ввалился обратно в предназначенную для него полость.
  

  # Теперь ты, баш! – гаркнул Клемент, повернувшись к Анжелике, – Но прежде… Винксилон, надень на неё наручники. Нет, не за спиной, баш… да, вот так, чтобы были видны её проворные ручонки… и покрепче.
    Следом на мостик пошла Анжелика, а за ней, держа на готове пистолет, Винксилон. 
 

   # Топай за остальными, – обратился бандит к Эдмунду, – И не выпендривайся, баш, даже и не думай. Серебрянная ложка в заднице тебя не спасёт… Приглядывай за ним, Винбета.
   

Вздохнув, француз поднялся и побрёл к выходу. Дуло винтовки проводило его точно примагниченное, затем робот перехватил ружье за цевьё и, уперев приклад в плечо, двинулся вслед за Эдмундом. Так как виндроиды были под началом Цзяна (чьей основной задачей была защита в случае опасности микробиолога и инженера) у них имелся доступ к кораблям Эдмунда и Анжелики. И вот, когда француз мирно спал в своей постели, его разбудила холодная сталь, стиснувшая несколькими парами рук его тело. Против пятерых роботов – пусть даже и с оружейным шкафом под боком – у него не было шансов. Тем не менее он решил воспользоваться запрограммированной неприкосновенностью своей особы, попытылся вырваться, но не ожидал, что их затуманенные алгоритмы поведут с ним настолько жёстко. Сразу несколько механических кулаков обрушилось на его холённое, прежде не знавшее побоев, лицо. Этих аргументов ему было достаточно. И теперь он шлёпал босиком в одной лишь майке, да бледно-зелёных пижамных штанах, подгоняемый, упиравшейся в спину, дулом винтовки.
   

# Пойдём и мы, Винйота, баш?
    Робот, починивший костюм Цзяна, прогудел в ответ и стал догонять Клемента. В комнате не осталось никого. Лишь на полу, посреди просторной, уставленной дизайнерской мебелью, каюты остался лежать Винро. В простреленной голове бедняги трещали мелкие искорки, а от обнажённого плечевого сустава – от которого Клемент с лёгкостью отсоединил руку с шарнира – исходила лёгкая вибрация. Моделям Вин, с их устаревшими установками и гостеприимством к любому системному взломщику, давно уже место на помойке.
   

На мостике стало совсем тесно. Без лишнего пространства, всё здесь было приспособленно для пилотирования одним лишь человеком, и сейчас тут с трудом распологались семеро. Всем приходилось стоять в этом вытянутом, заключённом – как и всё пространство корабля – в матовую белизну, помещении. Плечом к плечу Эдмунда, Цзяна и Анжелику поставили точно напротив огромного экрана, этим практически и ограничивалась ширина, нашпигованного электроникой, закутка. В двух метрах за их спиной стоял Винбета с винтовкой наготове. Винксилон с пистолетом занимал левый угол от экрана. Прямоугольная чернь оффлайна бросала на правую сторону робота зловещую тень. Довольно улыбаясь, в дверном проходе стоял Клемент, позади которого в тени коридора виднелось мерцание глаз Винйоты. 
   

# Ну, что, баш? – хлопнув ладонями, сказал Клемент, – Начнём медиамост?
   

Со стороны казалось, что он на секунду-другую задумался, сосредоточенно глядя перед собой, а меж тем в воздухе появилось голографическое многоточие голубоватых шестигранников. Имплант синхронизировался с бортовым компьютером. Отражающиеся в тёмном экране силуэты пленников пропали. Скопление пикселей сменило чёрный цвет на серый, и после некоторых помех появилась картинка. Неясные очертания какого-то помещения. Посреди экрана отобразилось слово, в стороны от которого горизонтально отплывали скобки, наподобие кавычек, зелёные, как и каждая буква надписи.
   

# Мама, – тень наигранной сентиментальности испарилась, оставив на лице Клемента ехидную ухмылку, – Как трогательно. Сейчас посмотрим, баш, так ли тепло настроена твоя мамаша.
 

   Надпись пропала с экрана. Очертания становились чётче, лишь кое-где замирали сгустки пикселей. Наконец показалось какое-то движение. По ту сторону медиамоста кто-то стоял, объектив не захватывал голову, лица не видно, женская фигура облачённая в облегающий серебристого цвета костюм в нерешительности сцепила пальцы рук. Послышался голос.
  

  – Я приняла вызов, сделала как вы просили, доктор Ким… а там это.
  

  – Спасибо, Джая. А что там?.. О, Господи!
   

С изумлением Бернадетт склонилась перед объективом, её лицо выражало недоуменный испуг. Сейчас она казалась ещё старше, с момента разговора с Александром.
 

   – Что, что случилось, Эдмунд?
  

  При виде трёх пленников по ту сторону медиамоста, в числе которых был её сын, она лишилась слов. Дробь мгновений – падающие капли – тянулись точно мёд. Так прошло несколько минут. Никто не издал ни звука, не приложил усилий к какому-либо действию. Всё застыло по обе стороны медиамоста. Венера вещала трио взглядов: потупленный, гордый, безразличный. С Марса же пара глаз смотрела полная ужаса и непонимания.
   

# То, что вы сейчас видите… Бернадетт, – начал Клемент стоя на своём месте, вне досягаемости объектива, его речь была отрывистой, потому как излюбленное слово так и просилось на свободу, – Результат ваших действий… это ошмётки разбившегося кома, что начал катиться… более тысячи лет назад, накиньте четвертак и получите точную цифру, – Он вышел к медиаглазку и взглянул в морщинистое лицо женщины, – Я призрак вашей резервации.
 

   – Александр?! – её волнение достигло пика, и игра слов ничуть не исказила бы действительность, если представить, как пика волнения настигла её, – Боже мой!..
  

   # Ваш Бог… остался на Земле, Бернадетт, – с этими словами он демонстративно поднял поражённую чёрными вкраплениями руку и почесал покрытое щетиной лицо, – Думаю, пора перейти… к сути нашего разговора.
    – Вы всё знаете, – сказала она, нервно сглотнув, затем медленно села за стол перед объективом.
 

   # То, что гнию заживо? Да… знаю… Его не сожгли, как… остальных заражённых. Не важно, баш. Я хочу свалить отсюда, хочу, чтобы вы отпустили меня.
 

   – Кого чуть не сожгли?
 

   # В смысле… Меня, баш, кого ж ещё?
   
– Но вы сказали...
   

Обронив эти слова, Бернадетт невольно перевела взгляд вправо. Что тут же уловил Клемент.

Он раздражённо повернулся к Эдмунду, стоявшему за его правым плечом. Француз бегло посмотрел на него и потупил взгляд.
  

  # Ещё раз, баш, махнёшь своей гривой… – начал было Клемент и, раздражённо осёкся, чувствуя бесполезность дальнейшего притворства, – Винбета, баш, если кто-нибудь из этой троицы шелохнётся или что-то скажет,  приказываю тебе застрелить его… На чём мы там остановились?
  

  – Вы не Александр, – сказала женщина с экрана, при этом её лицо уже выражало не столько испуг, сколько замешательство, что подчёркивалось сгустившимися морщинками под глазами.
 

   # Верно, – сказал Клемент, наблюдая за Бернадетт, а также за обстановкой, что царила вокруг неё. Она находилась всё в том же просторном помещении, похожем на ангар, края которого не было видно. Свет за спиной женщины – от яркого пятна в котором она сидела – постепенно растворялся в этой бесконечности, от тусклости к густому мраку. Изредка позади неё проходили люди в странной серебристой форме. Служащие Поля, не иначе. – Не важно, кто стоит перед вами, баш, важно то, что если вы не выполните мои условия, мне придётся убить вашего сына и остальных членов этой вашей, хм, экспедиции. 
   

– Что же вы хотите?.. Эмм, позвольте спросить, как я могу к вам обращаться?
   

# Клемент. Меня зовут Клемент, баш. 
  

  – Откуда вам всё известно, Клемент, и что вы сделали с Александром?
  

  # Скажем так, он отошёл в тень… да какая разница, хрен бы его побрал! Мне известно вот ещё что… по орбите Венеры, баш, курсирует боевой корабль, оснащенный сверхчастотными радарами, предназначенный к устранению всяких непрошенных гостей и… тех, кому не был одобрен вылет с планеты. Так происходит не на каждой колонизируемой планете, а лишь там, баш, где обнаружен очаг фиалковой чумы. А очаг здесь, как я понял, это промаринованное сотнями лет тело Александра. Что вы хотели, баш, от него? Мне, плевать, конечно, моя история, так это вообще из раздела научной фантастики. Я выйграл лотерею, а в награду получил гниющее тело. Вот потому-то мне теперь и интересно, потому что отчасти это и моё тело… пока что во всяком случае. Я, знаете ли, привередливая блоха, и мне нужна собака без всяких там лишаев.
  

  – О ситуации вокруг Александра могу сказать не так много, сколько бы вам хотелось, – со сдерживаемой настороженностью сказала Бернадетт, – Это сверхсекретная информация. Скажу лишь то, что он невольно стал самым настоящим, простите за прямоту, подопытным кроликом. Благодаря ему, вернее, наблюдая за ним стало известно, что стресс стимулирует рост кристаллических образований. Первым делом страдают надпочечники. Он стал первым пациентом, кому была проведена удалённая внутриполостная операция, что строжайшим образом было запрещено на Земле. Риск был велик. Представьте себе какое внимание он привлёк со стороны учёных. Он всколыхнул всё Поле настолько...
  

  # Хватит, баш, уже со своими никчёмными дифирамбами. Ради своих экспериментов вы и родню распанахаете, и всё лишь для того, чтобы оставить в истории след… хм, пятна чернил в виде своей фамилии в книгах, которые толком никто не читает.
    

– Вот как? – вскинув брови, сказала Бернадетт. Внезапно её волосы потревожило какое-то дуновение. Пряди на её висках поднялись и со слабым трепетом опустились обратно. Женщина отвлеклась на мгновение и взглянула в сторону. На её лицо упал слабый красноватый отсвет. Она кого-то слушала, слегка приоткрыла губы, готовая что-то произнести и согласно кивнула, – Что вы говорили?
   

Бернадетт перевела взгляд в объектив, и перемена стала очевидна. Клемент подметил, что женщила силилась скрыть внутреннее волнение. Её помрачневшее лицо выдавало сдерживаемую горечь.
   

  Внезапно вдалеке раздался мощный взрыв, эхо которого стихало ещё несколько секунд. Все переглянулись. 
   

  – Вполне ожидаемо, – нервно покачав головой, произнёс Клемент, затем он обратился к стоявшему в дверях роботу, – Винйота, баш, иди и проверь, что там осталось от Винмеги. И принеси мне уже эти долбанные предохранители!
   

  – Слушаюсь, – электронным шелестом отозвался виндроид и скрылся в коридоре.

Отдавая роботу поручение, бандит отвлёкся на мгновение, и вновь взглянув в монитор телемоста, увидел, что Бернадетт выключила свой микрофон. О чем оповестила незатейливая иконка внизу экрана.

# Старой карге, баш, походу нравится получать по лбу одними и теми же граблями, – оскалившись, произнёс Клемент, и чуть подавшись вперёд, будто прислушиваясь к чему-то, что-то негромко пробормотал.

Вслед за этим он увидел, как вокруг рта и носогубной области Бернадетт появились зелёные маркеры. Крохотные точки стали шевелиться и подрагивать в такт произносимым ею словам. Оседлав на изображении каждую мимическую мышцу, алгоритмы импланта тут же воспроизвели речь Бернадетт, считанную с её губ.

–… отчёт в том, что колонистам запрещен отлёт с обрабатываемых ими планет, но сейчас там находятся члены зачищающей экспедиции в числе которых мой единственный сын…

Последовал ответ её визави. Красноватый отсвет на её лице стал насыщенее. Будто кто-то усилил свечение причудливой лампы рядом с нею. Понятное дело, что Клементу была недоступна речь собеседника Бернадетт, но даже без лишних слов была видна нескрываемая реакция женщины. Её губы сжались в тонкую нить, подбородок слегка дрогнул, а крылья носа невольно напряглись, судорожно вбирая воздух. Казалось, что она того и гляди заплачет. Но в следующее мгновение женщина взяла себя в руки, едва заметно кивнула и ответила вновь.

– При всём моём уважении к вам, как бы вы не были могущественны, но вам не дано понять ту боль, что испытываем мы… люди. Поэтому я и прошу вас о возможности временного карантина для моего сына, здесь, на Поле, под моим личным руководством.

Клемент задумчиво нахмурился, почесал беспокоящий подбородок и мысленно воспроизвёл только что услышанные слова.

«Вам не дано понять… что испытываем мы… люди, – подумал он, – Мы. Люди. Напротив неё не человек. Там робот! Что если мне удастся…»

Иконка выключенного микрофона собеседника исчезла, следом послышался шелест костюма Бернадетт, когда она садилась обратно на стул.

– Что вы хотите, Клемент? – сказала она, сложив руки на столе, – Каковы ваши требования? Исходя из того, что вы преступным путём удерживаете членов экспедиции, ещё и перепрограммировали виндроидов Цзяна. Кто вы такой?

# Это долгая история, док, – ответил Клемент и, решив пойти сперва по обдуманному сценарию, добавил, – Я согласен войти в вашу печку, баш. Сжигайте к чертям это тело, оно ведь всё уже изъедено чумой. Но при условии, что мне предоставят возможность перенести моё сознание в другое тело, баш.

Бернадетт вдруг отвлеклась на собеседника, при этом её губы приоткрылись в немом вопросе, а брови, дрогнув, застыли, держа в напряжении морщинистый лоб.

– Thank you. Thank you so much¹, – сказала она, не выключая микрофон, и лицо её озарила искренняя улыбка. Она поднесла руку к груди, перевела дыхание и взглянула в объектив телемоста, – Я не знаю, кто вы, Клемент. Несомненно вы относитесь к преступному миру, неизвестного мне временного периода. Посудите сами, предоставив вам тело клона или же простого робота – не важно в итоге какое, органическое или синтетическое – я навлеку зло на головы людей. Вы ведь не станете жить на берегу озера и мирно удить рыбу… у вас явно недобрые намерения, видя ваши методы, видя избитых людей за вашей спиной. Поэтому я и спрашиваю, кто вы, Клемент?

Бандит покусал нижнюю губу и злобно выдохнул. За спиной послышалось шевеление. Пленники явно нервничали, переминаясь с ноги на ногу.

«План — Б. Нужно действовать, – подумал Клемент, – Сейчас!»

# Я скажу вам кто я, баш. Хотя, нет, – бандит выдержал паузу, подбирая в голове нужную цифровую комбинацию, – Лучше дам ссылку для перехода к моему досье. Но перейти можно лишь по голосовому поисковику. А там уже ознакамливайтесь, хоть до дыр, баш, зачитайте. Итак…

Клемент повернул голову в сторону и через плечо тихо прошипел роботу, стоявшему за спинами пленников:

# Винбета, баш, помнишь, что я сказал тебе сделать, если кто-то из них пикнет или дёрнется?

– Помню, – отозвался робот, держа наготове винтовку, – Застрелить.

– Клемент? – напомнила о себе Бернадетт.

# Да, док, – сказал бандит, переведя взгляд в экран телемоста, – Отправляю вам ссылку, перейти по которой можно лишь прочитав специальную команду, баш. Вот она. И советую читать каждый символ громко, если не хотите впустую тратить время.

Тень сомнения легла на лицо женщины, смешавшись со слабым красноватым свечением. Она не отводила глаз с Клемента. Его поведение заметно отличалось от того, каким оно было в начале телемоста. Из дёргающегося и расхаживающего из стороны в сторону психопата, он превратился в неподвижное изваяние, напоминающее зверя, готовящегося к броску. Затем она взглянула на Эдмунда и что-то кольнуло в её груди. Возможно сыграло давным-давно позабытое чувство материнства, покрывшееся за долгие годы звёздной пылью. Но ещё ни разу в жизни она не видела своего сына таким поникшим. Всё читалось по его глазам. Он прекрасно понимал, что влечёт за собой контакт с поражённым астромеланомой. Ничего не поможет. Свеча жизни сгорит быстрее чем спичка.

Справа неподвижно стояла Анжелика. Бернадетт не обратила бы на девушку внимания, но та, противясь угрозам Клемента, пошевелилась, в попытке почесать плечом свой подбородок. С деланной покорностью девушка держала скованные руки опущенными, то и дело облизывая разбитую губу. Окаймленный пышными ресницами девичий взгляд раз за разом падал куда-то в сторону. Бернадетт не видела куда посматривала Анжелика. Но знай она, что глаза инженера обращены на пистолет в руках Винксилона, в миг бы просчитала задуманное ею. С узкого подбородка к тонкой шее и далее вниз к белой майке протянулась тонкая алая полоса. Кто бы мог подумать, что выпускница технологического университета – в лице этого хрупкого создания – вскоре после введения в эксплуатацию утилизирующих установок Феникс (именуемых в народе – печи) начнёт свою добросовестную карьеру инженера-оператора.

Послышался какой-то шум. Клемент озадаченно прислушался и отошёл в сторону, открывая наблюдающей с Поля женщине нахмуренный взгляд Цзяна, неотрывно сверлящий бандитскую спину. Механические руки китайца безвольно свисали вдоль тела, а над его левым плечом продолжала парить проецируемая в воздухе голубоватая строка для ввода команды. Бернадетт не раз ловила себя на том, что восхищается непоколебимым мужеством этого человека. Пусть его и изувечил случай, но до сегодняшнего дня она была в полной уверенности, что Эдмунд под надёжной защитой. Из уважения к её покойному мужу Цзян согласился лично возглавить этот охранный эскорт, оставив заправлять делами своих заместителей.

# Так, баш, на чём мы там остановились? – вернувшись из коридора, произнёс Клемент и встал на прежнее место у объектива, скрыв за собой Цзяна, – Точно! Моё досье.

Бандит на мгновение замер с видом, вспоминающего вчерашний сон человека. Бернадетт обратила внимание, как его взгляд рассеялся. Он смотрел неизвестно куда, точно сквозь неё или ещё дальше. Глаза Клемента стали бегать из стороны в сторону, а голова стала изредка непроизвольно подёргиваться.

# Всё! – проморгавшись, сказал он и хлопнул ладонями, – Читайте, но только громко, баш.

Женщина озадаченно смотрела в объектив.

– Читать, что? – произнесла она, всплеснув руками, – Тут ничего… Погодите… Вот появилось. Два, джи, дабл-ю… дефис…

# Ну, док, – произнёс Клемент, с трудом сдерживая нарастающее напряжение, – Ещё один символ.

– … семь!

В следующую секунду цифровая лавина сознания Клемента переместилась сквозь миллионы километров вакуума разделяющих Венеру и Марс в то игольное ушко, что так жаждал найти Александр. То, в чём видел цель один, планируя и размышляя об этом годами, другой использовал как возможность, пустившись в бег по тонущим льдинам. Зыбкая беспечность необратимо сотрясла надёжную осмотрительность. И весь этот конфликт бурлил в теле одного человека. Всё произошло мгновенно. Произнесённая Бернадетт команда, открыла Клементу крохотную брешь в системе информационной безопасности Поля. Система разрешила переход по нежелательной ссылке, сжатой и зашифрованной в те самые считанные символы. Поток сознания Клемента, точно сфокусированный луч, пронзил тьму бесконечных информационных залежей. Алгоритмы вели его сквозь миллионы терабайт, открывая рубеж за рубежом. Каждый новый отражался от предыдущего, как свет от зеркала, уходя всё глубже. В какой-то момент, уже ступив на одну из льдин Поля, Клемент тут же переместился в тот сектор, из которого шло соединение телемоста между Полем и Зерном на Венере. Проникнув в систему безопасности, он увидел Бернадетт со стороны, посредством медиаглазков, и теперь мог рассмотреть её с любого угла, благодаря видеонаблюдению. Но его целью был именно её собеседник, что должен был сидеть напротив неё. Проникнуть в его нутро и завладеть сверхмодифицированным телом. Вот, что сейчас поистине было необходимо Клементу. Эта секунда, что охватила расстояние между Венерой и Марсом, близилась к концу, но Клемент так никого и не видел, кто бы мог находиться рядом с доктором. Медиаглазки никого не обнаружили, зелёные маркеры его цифрового восприятия прощупали каждый угол той части ангара, в которой она находилась. Всё бестолку, и в то же время странно. Вплетясь в пласты информации, идущей с объективов медиаглазков, Клемент успел изучить некоторый отрезок времени, запечатлённый перед его вторжением. Женщина сидела в полумраке перед нашпигованной электроникой и всевозможными датчиками стеной. Её фигурку, сидевшую перед огромным экраном телемоста освещал небольшой прожектор, луч которого ограждал от окружавшей темноты. В той стене, где отовсюду, точно виноградные лозы вились электрокабели, работало несколько больших вентиляторов, один прекращал работать, начинал вращаться другой, в какой-то закономерности мигало множество всевозможных индикаторов, тухли здесь, мерцали там. Всё это происходило по определенному паттерну. Пока наконец на предсказуемом фоне мигающих индикаторов и мерцающих панелей не появилось оно. Красное свечение. Светящаяся сфера плавно переместилась сверху – не больше футбольного мяча – и замерла в метре от головы Бернадетт. Параллельно вспыхнул образ женщины в мониторе телемоста на Зерне Эдмунда. Сгустившийся красноватый отсвет на вещающем горечь лице. Лишь увидев гибкий плавно перемещающийся за счёт множества сегментов зонд, Клемент всё понял. Это было блуждающее, вглядывающееся в лицо Бернадетт, око огромной машины. Сложнейший, автоматизированный механизм, в цифровой толще которого и заключалась работа всего Поля. Маркеры восприятия Клемента непроизвольно увеличили обзор, так, что он ощутил на себе взгляд этой сферы. Бордовая сердцевина в розовом ореоле. На последней крупинке секунды, Клемент понял, как сильно просчитался. Что угодил не во взломанную систему безопасности, а в оставленную этой же самой системой ловушку. Местные алгоритмы позволили ступить нарушителю на льдину Поля, просчитали его ход, адаптировались под все возможные сценарии происходящего, зная наперед типичные мотивы киберпреступников. Почувствовав себя тусклым светлячком необратимо летящим к вспыхнувшему, рассыпающему снопы искр пожару, Клемент ощутил его адское пламя. И дальше ничего. Только яркий красный свет и жгучее пекло.

Схватившись за голову Клемент дико закричал. Из обеих ноздрей потекла кровь. Он стал хлопать себя по вискам ладонями, потом свалился на пол и продолжил выть от боли.

# А–а! Горячо! – стуча по полу ногами, не унимался тот, – Как больно! А-а–а!

Пленники переглянулись. В то же время освещение на мостике моргнуло темнотой. В бортовой электронике явно что-то произошло. Экран телемоста погас. Клемент умолк, видимо, потеряв сознание. Исчезла проецируемая над костюмом Цзяна строка ввода команды. Он повёл плечами, и вдруг понял, что к нему вернулась власть над протезируемым телом. Механические руки отозвались непроизвольным подёргиванием.

– Мои руки! – вскрикнул китаец и поёрзался в полости костюма, – Я чувствую их!

Анжелика огляделась. Видя, что оставшиеся роботы оцепенели под действием перезагрузки, она бросилась к лежащему на полу мужчине. Усевшись ему на живот, она стала колотить по его лицу скованными руками, подкрепляя каждый удар проклятиями и ругательствами. Звенья браслетов постепенно обретали черный оттенок.

– Non, Angelica! – склонившись к разъярённой девушке, сказал Эдмунд, – Ne fais pas ça!²

Взмахнув руками, Цзян потоптался на месте, затем подпрыгнул и с довольным видом рассмеялся.

– Ну наконец-то! – воодушевленно произнёс он, разминая по старой привычке запястья, – А то я уже подумал, что червем подохну.

Затем он прошёлся по мостику, поглядывая на тщетные попытки Эдмунда остановить девушку. Руки француза оставались скованными за спиной наручниками.

– Один момент, – сказал китаец и аккуратно сломал браслеты на обеих руках Эдмунда, – Готово.

Сбросив с себя обломки наручников, француз обнял девушку и с силой прижал к себе.

– Inutile. Il a des croûtes sur le visage… Tu ne fais qu'empirer les choses pour toi.³

– Он всё испортил! – злобно прошипела Анжелика, – Он нас просто убил!

Девушка уткнулась в плечо Эдмунда и, тяжело дыша, закрыла повлажневшие глаза. Неожиданно раздался электронный звук, будто оповещение о входящем сообщении, не одиночный – пара невпопад на мостике, и ещё один далеко в коридоре Зерна. Тишина царила недолго. Послышались приближающиеся шаги, а следом монотонный голос:

– Анжелика.

Девушка открыла глаза и подняла голову. В её сторону медленно ступал Винксилон, что ещё пару минут назад стерёг их, держа на мушке. Пистолет выскользнул из объятий механической кисти и грохнулся на пол.

– Твоё состояние не стабильно, – произнёс робот, протягивая девушке руку, – Тебе нужно отдохнуть. Пойдём, я отведу тебя. Но прежде тебе нужно пройти обследование.

Девушка протянула к роботу скованные руки, и тот помог ей подняться с пола. Неожиданно из коридора послышался какой-то скрежет. Протяжный звук приближался, становясь всё громче. Все замерли, стоя на своих местах, прислушиваясь к звуку.

– Смотрите, – сказал китаец, мотнув головой в сторону лежащего на полу мужчины, – Он приходит в себя.

Неизвестно, кто сейчас шевелился и вяло водил головой из стороны в сторону. Александр это был или Клемент, оставалось загадкой. Мужчина поднёс к лицу руки, осторожно коснулся ран на лбу, щеке и подбородке, потом приоткрыл глаза, зажмурился от яркого света и приподнял голову, а спустя мгновение опустил обратно. Эдмунд что-то негромко пробормотал. И его речь явно оживила мужчину. Тот снова распахнул глаза, вскинул голову и вздрогнул всем телом, увидев стоящих вокруг него людей… и роботов. Затем он резко подорвался и, растерянно озираясь по сторонам, стал судорожно перебирать руками и ногами, пятясь назад, пока не уткнулся спиной в стену.

– Как я здесь очутился? – произнёс он.

Затем он вскочил на ноги и, увидев лежащий на полу пистолет, неуверенно потянулся к нему.

В этот момент из дальнего угла послышался бархатистый, сотканный алгоритмом голос виндроида:

– Не позволю!

Разбитое лицо Александра/Клемента вытянулось в немом испуге, стоило ему увидеть блеснувшую в свете ламп диагональную царапину. Незначительная мелочь вернула воспоминания. Винбета приблизился к мужчине в одно мгновение и, с размаха крепко приложился в его грудь кулаком. Удар был такой силы, что Александра/Клемента отнесло в стену точно тряпичную куклу. Раздался грохот и жалобный треск монитора. Мужчина рухнул на пол и затих. Задело экран телемоста, в нижнем углу появилась небольшая паутинка трещин.

Все застыли в безмолвном ошеломлении. Винбета выпрямился и, повернувшись к китайцу, спросил у того:

– Что делать с переносчиком дальше, Цзян?

– С переносчиком? – глупо уставившись на распростёртое у его ног тело, пробормотал Цзян. Он не успел ещё осознать, что тот человек, который каких-то пару минут назад источал смертельную опасность теперь был в отключке или может вообще при смерти.

Тем временем скрежет в коридоре становился всё громче. Что источало это звук неизвестно, но оно приближалось. Неожиданно в дверной наличник вцепилась роботизированная рука, следом в проёме показалась голова виндроида. Это был Винйота. Судя по всему он нашёл Винмегу. Весь корпус вошедшего на мостик робота был покрыт бурой пылью. За собой он волок то, что осталось от его собрата. Опалённые огнём и изодранные взрывной волной останки. Частично сохранилась голова, державшаяся несколькими контактами на одной из разорванных частей его тела. Левая нога оторвана полностью, правая была лишь до колена. В обеих руках, обезображенных и искорёженных, виднелись метапредохранители. В ослепляющей и плавящей сенсоры вспышке, Винмега предпринял последние меры к сохранению этих гаджетов и крепко сжал и в своих ладонях.

Выпустив из рук искрящееся колено собрата, Винйота замер и безразличным тоном спросил у Цзяна:

– Что произошло с Винмегой? Переносчик нейтрализован. Но кто сделал это с Винмегой?

– Произошёл непредвиденный системный сброс, – подойдя к искорёженному телу Винмеги, произнёс Винбета, – Потому ты ничего не помнишь.

– Винбета старший среди вас, – устало произнёс Цзян, – Потому и оснащён специальным модулем, не допускающим подобные сбросы… Хватит болтать. Лучше свяжите переносчика.

_________________________________
¹ – (англ.) Спасибо!.. Огромное вам спасибо!
² – (фран.) Нет, Анжелика!.. Не надо!
³ – (фран.) Не надо. Струпья на его лице… Ты делаешь только хуже себе.