Старт (Глава 1)

Это был кошмарный день, и он был гораздо хуже, чем в фильме " Последний день Помпеи", где режиссер талантливо показал природную катастрофу и ужас людей, погибавших от извержения Везувия. Так вот, этот день сегодня стал реальностью. Это было не извержение вулкана — начался ядерный апокалипсис Воздух над космодромом дрожал и пах озоном, словно перед грозой, но туч не было. Небо окрасилось в неестественный, грязно-розовый цвет. Молодая женщина стояла у края бетонной площадки, вцепившись тонкими пальцами в жесткую ткань своей форменной куртка с эмблемами ВВС. Форма, которой ее так долго попрекал родной дядя — командир этого космодрома, сейчас казалась такой чужой и не нужной. Все кончилось! За нарядным забором космодрома, там, в далеке, где у самого горизонта должна была раскинуться вечерняя столица, беззвучно рос исполинский, ослепительно-белый ядерный гриб. Земля под ногами девушки, а она по-прежнему оставалась офицером, уже не существующей армии, мелко, лихорадочно вибрировала. А выше, в блекнущем зените бесшумно рассекали небо аккуратные тонкие полосы — сотни ракет, идущих на столицу и ее пригороды. Красивое выразительное лицо женщины стало бледным и как-то сразу осунулось. Она вспомнила полузабытую детскую молитву, услышанную когда-то от бабушки:
— Отче наш! Сущий на небесах! Да святится имя Твое, да прийдет Царствие Твое… Дальше она не помнила и с помутневшим взглядом прошептала: — Боже! Возьми мою Душу! Но если сегодня Бог и услышал эту молитву, то у него явно на эту молодую женщину были свои планы… Неожиданно на дороге, в метрах ста от распахнутых ворот КПП, жалобно взвизгнув тормозами, встала какая-то машина. Женщина вышла из ступора и, гулко топая армейскими берцами, выбежала на улицу. Там на трассе стояла серая легковушка. Ее капот был сильно помят, обе фары разбиты. Из салона на асфальт буквально вывалился молодой растрепанный мужчина в грязной штормовке. Его лицо было бледным, а правый глаз подергивался от нервного тика. Заметив бегущую к нему женщину в форме- представительницу пусть рушащейся, но какой-то власти,- он безумно уставился на нее и тихо спросил: — У вас бункер или какое-то убежище здесь есть? Где у вас тут можно спрятаться? Вдруг ее затрясло. Она беспомощно развела руками, чувствуя, как к горлу подступает тошнота: — Я… я не знаю… Нет здесь бункера для гражданских. Мужчина зло скрипнул зубами, но промолчал. Зато в его взгляде мелькнула едкая мысль: «Ну конечно, баба при погонах, чего же от нее ждать?»
Глянув вскользь на распахнутые ворота космодрома, мужчина оценивающе посмотрел на маячивший в глубине серебристый силуэт готового к старту тяжелого космического корабля.
— Эта штука летает?- спросил он, кивая на стоящий на стартовой площадке корабль. Она проследила за его взглядом и кивнула. Их разговор прервал раздавшийся возле обочины шоссе негромкий стон и чей-то призыв о помощи: — Помогите!..
— Что?- растерянно спросила военная. -Цыц! Молчи!- прижал палец к губам мужчина. — Слушай! Она хотела возмутиться, но повторно послышался призыв о помощи:
— Люди, помогите!..
— За мной!- скомандовал он и пошел, сжимая пальцами виски и пытаясь унять пульсирующую боль в голове, к тому месту, откуда слышался крик. Зло сверкнув глазами, женщина все же пошла за гражданским. Пройдя немного, они увидели, что на обочине в придорожной пыли лежал разбитый велосипед с немыслимо изогнутым передним колесом. А рядом, сжавшись в комочек, сидел мальчишка. Он тихо, надрывно стонал. Мужчина склонился над мальчиком. Внимательно посмотрев на него, спросил:
— Говорить можешь? Где болит? Мальчик, перестав стонать, взглянул на гражданского большими карими глазами: — Могу! Нога!
— Стоять можешь? До корабля дойдешь?- Мужчина наклонился, аккуратно поднял мальчишку и поставил на ноги. Малыш покачнулся, его лицо исказилось от резкой боли, но он упрямо кивнул и уверенно сказал:
— Дойду! Гражданский одобрительно кивнул и спросил у военной:
— Ты этой штукой управлять умеешь? Тут у кареглазой военной началась сильная икота. На непрерывно икающую военную девушку было жалко смотреть. Из ее горла вырывались лишь бессвязные звуки:
— П… Поп… попр… по… Мужчина молча чертыхнулся. Он понял без слов: она не гарантирует успех, но она попробует. А это уже шанс. Единственный шанс. Теперь все решала быстрота. Время стремительно утекало. От эпицентра взрыва их разделяло сто километров, а значит ударная волна дойдет до космодрома минуты через четыре-пять. Земля под ногами уже не просто вибрировала, она ходила ходуном. Подсчитав оставшиеся им жить минуты, почувствовав под ногами вибрацию земли мужчина закричал:
— Бегом на корабль! Все трое, если эти движения можно было назвать бегом, побежали. Но едва они преодолели КПП, как им в спину прилетел дикий полный ужаса старческий голос:
— Помогите! Эй, вы!.. Подождите!
Они обернулись. В проеме ворот к ним семенил старичок в выцвевшей футболке с надписью CCCР, обутый в незашнурованные кеды на босую ногу. В руках у него был разорванный кулек сети магазинов Фора, из которого выглядывали беспорядочно сложенные альбомы с семейными фотографиями. Рядом с ним стараясь не отставать широким шагом шла худенькая старушка, везущая тележку- кравчучку. Мужчина моргнул раз-другой, прогоняя наваждение. Характерным жестом поднес щепоть ко лбу, начав креститься. Где-то на подсознании поняв, что это не мираж, он хрипло прокричал:
— Быстрее за мной! Подхватив хромающего мальчишку на руки, он напрягая последние силы побежал к кораблю. Привыкшая за свою недолгую службу к командам и еще до конца не осознав что делает, девушка бросилась вслед за гражданским. Сзади на одном упрямстве, превозмогая слабость, рывками бежали задыхающиеся старички. Это было нечто. Первым к открытый люк шлюзовой камеры влетел готовый свалиться с ног от нервного перенапряжения мужчина. Пошатнувшись, он аккуратно пустил на пол шлюза охающего от боли мальчишку и обернулся. Старички были чудовищно далеко. — Беги к пульту управления и включай протокол аварийного запуска!- хрипло бросил он военной. Девушка закусила губу, пытаясь сдержать переполняющее ее недовольство. Она открыла рот, пытаясь сказать что-то резкое в ответ, но он не дал ей вставить ни слова. — Быстрей, клуша!- заорал он на весь шлюз. — Шевелись, иначе сдохнем! Не обращая внимания на застывшую от возмущения девушку, он развернулся и побежал обратно. Напрягая остатки сил, тяжело дыша, он мчался к старушке, которая замерла посреди дорожки, пытаясь судорожно вдохнуть побольше воздуха.
— Твою ж...- сквозь зубы выругался он, глядя на нее и понимая, что время полностью истекло. Он никогда не подозревал, что способен так бегать. Давно, еще в прошлой жизни, когда ему пришлось служить на границе и сдавая нормативы всегда экономил силы во время бега. Сейчас же он бежал на одном бешеном всплеске ненависти к этому миру, который рушился на его глазах, и ненавидел его за свои разрушенные мечты, за растоптанную любовь, за уничтоженную семью. Он ненавидел его и отчаянно не хотел уходить с этим миром в небытие. Именно эта ненависть помогла ему добежать до старушки и одним рывком взвалить ее себе на плечо. Старушка громко ахнула и из ее ослабевших пальцев на взлетную полосу выпала тележка, из сумки которой со звоном выпали и раскатились пустые бутылки.
Где-то на подсознании мужчина подумал какая-же бабулька легкая, почти невесомая. Человек молча развернулся и побежал к космическому кораблю. Дедуля в футболке с надписью СССР оказался молодцом — он бежал в двух шагах позади хрипло дыша, и по-прежнему, как огромную ценность крепко держал в руке разорванный пакет с семейными альбомами.
— Моя тачка!- придя в себя пронзительно закричала бабуля. Мужчина бежал молча, не тратя сил на пререкания. А в это время на шоссе с ужасающим грохотом столкнулись две легковые машины. И буквально секунд через пять в проем распахнутых ворот ККП вбежал высокий окровавленный мужчина. Затравленным диким взглядом незнакомец взглянул на стоящий вдалеке корабль. Зарычав, высокий мужчина отбросил в сторону мальчика, висевшего у него на руке. Мальчик отлетел в сторону, больно ударился о взлетную полосу и закричал:" Ира!" Молоденькая белокурая девушка, бежавшая за окровавленным мужчиной дико ему заорала: — Пес! Грязный пес! Высокий окровавленный мужчина, не останавливаясь, пренебрежительно отмахнулся. Девушка разулась, отбросила в сторону туфли на высоком каблуке и побежала босиком к маленькому мальчику, протягивающему к ней руки. Всего этого не видел бегущий со старушкой на плече молодой мужчина, который с охающей бабулей ворвался в шлюзовую камеру. Почти вместе с ним вбежал хрипло дышащий старичок. И тут неожиданно туда же как вихрь ворвались окровавленный мужчина, молоденькая девушка с растрепанными русыми волосами, крепко прижимающая к себе маленького мальчика. Внешний люк шлюзовой камеры беззвучно захлопнулся. Взгляды мужчин, узнавших друг друга, схлестнулись как клинки, высекая снопы искр.
— Ты животное!- завизжала девушка бросившись на залитого кровью мужчину. — Не сейчас!- остановил девушку мужчина со старушкой на плече. По изменившемуся гулу систем корабля он понял, что автоматика запустила предстартовый отчет.
— Бегите!- рявкнул мужчина деду и вбежавшим, рванув в глубь коридора, так и не выпустив из рук охающей старушки. Через десять секунд пот ручьями заливал глаза, когда человек наконец плюхнулся в свободное кресло, успев перед этим намертво пристегнуть полубессознательную старушку в соседнем ложементе. В крайнем, судя по всему штурманском кресле, устраивался дедуля, с изумлением оглядываясь по сторонам. — Взлетаем?- выдохнул мужчина. Офицер кивнула. — Успел в последнюю минуту. Счастливчик!- процедила она сквозь зубы.- У тебя почти нет времени! Быстро тех троих усади в медотсеке и пристегни их. Быстрее! — Отсек где?- на бегу спросил мужчина у военной. — Прямо и налево! Мчись! — прокричала она. Успев рассадить троицу в медицинском отсеке измученный бегун, прихрамывая вернулся к пульту управления. Упав без сил в ложемент, он пристегнулся. В тот миг, когда он пристегивался, офицер вдавила до отказа массивный рычаг. Тяжелый корабль, словно дикий необъезженный конь, рванул ввысь, с диким ревом рассекая плотную атмосферу.
— Держитесь!- закричала девушка-военная. Скорость стремительно росла, вдавливая выживших в кресла. А внизу, на покинутом ими космодроме, начался настоящий атомный ад.