Коварная вы, девушка (Глава 27)

Я Вика, небольшое знакомство. Мой телег рам с полным рассказом, жизнью писателя и стихами — martochkinazhiznya.
На лице Арины сейчас можно разглядеть все что угодно. Победу, чувство выполненного долга. Страсть. Ясно одно-она довольна.
Она медленно обнимает плечи Гоши, спуская синие пряди ему на шею, не давая парню шевельнуться.
— Ты так мечтал справить день рождения на лодочке. А я все помню.
— Да ну? — Гоша слабо поднял уголки губ. — Неужели?
— Вечером, при свете фонарей.
— Я выгляжу как девочка-мечтатель?- тут Лохматик рассмеялся.
— Как по мне, очень мило.
Гоша лениво накрыл ладонь Арины своею, а сам нервно похлопывал пальцами по колену.
— А девочки?
— Что-девочки?
— Олимпия и Злата. Они поедут с нами?
— Нет, не поедут, — Арина резко отпустила ладонь парня, — в другой день все вместе посидим в кафе.
— Что мешает провести время вместе сейчас? — не унимался Лохматик.
— Потому что их ты знаешь меньше, чем меня. Особенно Златаславу.
Арина ударила рукой по комоду, изумрудная вазочка упала и разбилась.
— Ну ты даешь, — безэмоционально вздохнул Лохматик. — Арина, я сыт по горло твоей ревностью.
Девушка тоскливо опустила взгляд.
— У меня есть на то основания.
— Я помогаю пятнадцатилетнему подростку адаптироваться на новом месте.
— Ты помогаешь полгода! Почему она ещё не встала на ноги? И под «пятнадцатилетним подростком» ты подразумеваешь симпатичную веселую девчонку. Стыдно должно быть. Мы с тобою не чужие люди…
— Мы лучшие друзья. Разве нет?
Арина разводит руками.
— Последнее время ты так не считал. Точнее, ты считал не так. Или ты ведешь себя так со всеми друзьями? Так пусть твоим лучшим другом будет Златаслава!
Гоша не ответил. Опустив голову и скрестив руки на груди сидел, глядя в одну точку. И думал точно не про неё. Точно не про Арину.
Каждый шорох отзывался эхом. Было слышно, как Арина начала сопеть- на её глазах появились крупные слезы.
— Вот только не истери. Ей богу, неприятно.
— Неприятно… Неприятно — это про разбитую надежду. Неприятно — это про осознание, насколько ты ничтожна по сравнению с сердцем, которому не прикажешь. Неприятно… Да откуда тебе знать, что такое неприятно?
Арина убежала, оставив после себя острые осколки.
***
На берегу тихо и спокойно. Хоть я и обещала себе после сегодняшнего случая не приближаться к воде. Как же здесь уютно!
А ведь правду сказала Олимпия- она получит по заслугам. Вспомнив про Арину, я морщусь. Предатель — он и в прошлом предатель.
— Злата! — мои мысли приводит в порядок Олимпия. Она зовёт меня с гамака. — Тебе что нибудь заказать? Я иду в кафе.
— Можно. Закажи мне рыбу с картошкой.
От одной мысли о еде бегут слюнки.
— Хотя погоди… — я встаю на ноги, оттряхивая босые ноги от речной воды. — Я пойду с тобой.
Олимпия остановилась, дожидаясь меня.
***
Грустно, что день рождения Гоши мы справляем без Гоши. Еда есть, музыка есть, даже солнышко пока есть. А Гоши нет.
Сидя за плетеным столиком, Олимпия щебечет, как птичка, заливается смехом и жестикулирует. Какая она у меня красивая, умная и…
— Гоша! — вскакивая, Олимпия бежит к выходу, где и стоит виновник сегодняшнего торжества. — Гоша! Гоша! С днем рождения!
Парень жмурится, но затем опускает брови и отвечает на объятия. Он явно рад её видеть.
— Что тебе заказать? Я уже взяла кокосовый торт со свечками. С девятнадцатью.
— Спасибо, — тихо отвечает мой друг, не спуская с меня взгляд.
— Садись скорее, будем отмечать! — Олимпия ведёт его к нашему столику, а я не могу спрятать улыбку.
***
Слезы не нужно прятать. Когда это нужно, можно и поплакать. Арина с пакетом на руке собирала осколки, на ощупь находя самые маленькие. Стемнело, а свет не включить. И сколько родители ещё будут пить французское вино? Пора ему попрощаться с обучением в университете…