Глава десятая. Цирк уехал, клоуны остались (Глава 10)

— Ну что, Алекс, — я посмотрел на карту системы, — нам нужно место для контакта. Такое, где поменьше «Дронов». Чтобы мы и поговорить успели, и Фиво не пришлось отбиваться от целого карнавала.

Басов быстро пробежал пальцами по тактическому экрану, вырисовывая зону патрулирования Умга. Быстрыми уверенными движениями он наполнял карту всё большим и большим количеством важной информации — траектории, скорости, зоны видимости — всё это сливалось в сложный узор, который читать как открытую книгу мог только он.

— Вот неплохое местечко, в секторе S-31. Там всего два «Дрона», — его указательный палец коснулся экрана, очерчивая небольшой участок космоса вдали от основной активности.

— Далековато лететь, да и планета там поблизости, — покачал я головой. — Боюсь, оттуда может прийти подмога. Зачем нам лишний риск?

Его пальцы вновь заскользили по панели, отбрасывая одни варианты и приближая другие. Казалось, он водил не по экрану, а непосредственно по пространству системы, ощущая его пульс и ритм.

— Вот. Сектор R-17, — наконец, произнёс он. — Два «Дрона» копошатся возле крупного астероида. Остальные слишком далеко, чтобы быстро среагировать. Оптимальный баланс дистанции и изоляции.

Я приблизил изображение. Астероид был испещрён кратерами и выглядел безжизненным. Идеальный нейтральный фон для грядущего циркового представления.

— На поверхности точно чисто? Никаких сюрпризов? — уточнил я, понимая, насколько «сюрпризы» Умга могут быть фатальными.

— Ни одного энергетического следа, кроме этих, — он указал на два корабля, танцующих вокруг астероида. — Просто кусок скалы.

— Отлично, — кивнул я. — Вот и давай туда. По краешку, аккуратненько… Остановимся в секторе F-15. Оттуда запустим Фиво. Он подлетит поближе, через него откроем канал связи. А сами пока подождём в сторонке. Вне досягаемости их сенсоров.

***

Медленно, почти стелясь по вакууму, «Арго» начал свой крадущийся путь. Мы были не охотниками, а дичью. Маленькой рыбкой, заплывшей в аквариум к пираньям.

— Фиво, это капитан. Слушай внимательно. Сейчас мы тебя катапультируем…

Из динамиков донеслось лишь тихое сопение.

— Двигайся в сектор R-16. Рядом с тобой в секторе R-17 будут два «Дрона». Как только мы свяжемся с ними через твой канал связи, они сразу отреагируют. Скорее всего, после окончания беседы — придётся с ними э-э-э… разобраться. Так что будь наготове.

— Я… я понял, — его голос был несколько твёрже, чем я ожидал.

— Тогда слушай дальше: первый «Дрон» намного ближе к тебе. Расчёты показывают, что к моменту прибытия второго противника ты уже будешь завершать разборки с первым. В любом случае ты с ними легко справишься. Главное, не паникуй. Ты делал это тысячи раз на симуляторе. Доверься рефлексам. Сделай всё, как Лиза учила.

— «Вираж девяносто… ракеты… не жди», — пробормотал он, и это прозвучало почти как заклинание.

— Именно. А потом — сразу к нам. Мы тебя подбираем и уносим ноги из этой перенаселённой системы.

— Понял… Хоть бы их шутки были смешными.

В его голосе не было надежды. Была лишь горькая, усталая ирония того, кто знает свою участь и ещё не смирился с ней, но всё равно собирается выполнить свой долг до конца.

— Тогда вперёд!

Раздался короткий сухой щелчок катапульты. А мы с Басовым молча смотрели, как наш «Зайчик», воплощающий все наши надежды, поскакал навстречу веселью. Обычный рабочий день: отправляешь одного «бравого» Спасси разбираться с двумя безумными клоунами. Ничего необычного.

Мы замерли, ожидая, когда «Заяц» займёт указанную позицию, в то время как два корабля Умга продолжали свой хаотичный патруль, не подозревая о скором представлении.

Я перевёл взгляд на Басова. Он сидел неподвижно, его лицо было суровым и сосредоточенным, словно высеченным из гранита. Пришло время.

— Ну что, Алекс, — тяжело выдохнул я, чувствуя, как сердце начинает отбивать дробь. — Включай цирк. Давай посмотрим на лицо клоуна.

Басов кивнул и с видом сапёра, перерезающего провод, нажал клавишу, активируя протокол связи через ретранслятор «Зайца».

Внезапно экран просто погас. Наступившая тишина была настолько гулкой, что в ушах начало звенеть. В этой тишине, словно из самой глубины космической бездны, послышались тихие, едва различимые шорохи. Они быстро набирали силу, превращаясь в навязчивый давящий гул. А затем, пройдя через стадию угрожающего шипения, донёсся нарастающий, многослойный, безумный смех. Десятки, сотни голосов, слившихся в жутковатый хор, заполнили мостик. Переборки затрепетали, заставляя инструменты на панелях звенеть в такт этой леденящей душу какофонии.

И в этот момент на чёрном экране возник Умга.

Это было нечто, превосходящее любые архивные описания. Розовато-фиолетовое студенистое существо, больше похожее на амёбу, чем на что-то разумное. И со всех сторон его покрывали десятки глаз разного размера, которые беспорядочно вращались и моргали с разной скоростью, создавая жутковатое ощущение разобщённости. В центре этой мешанины зиял огромный рот, полный мелких зубов, из которого то выпадал, то втягивался обратно длинный розовый язык. Со всех сторон беспокойно извивались короткие цепкие щупальца. А на макушке красовалась маленькая, криво сидящая кепочка с пропеллером, который бешено вращался, разбрасывая во все стороны разноцветные искры.

— Хар! Хар! Хар! Напугал тебя?! — проорал Умга, и его голос буквально ударил по барабанным перепонкам.

Умга замер, а его глаза, как по команде, синхронно остановились и уставились прямо на нас. Рот растянулся в широкой безумной ухмылке.

«Ну, началось», — с горькой иронией подумал я.

— Привет, весёлые комочки! — бодро поприветствовал я… ЭТО.

— Ну, разорвись моё брюхо! Это же человек-Землянин! Хар! Хар! Хар! Знаешь, я как раз думал, что моему дню не хватает острой приправы вроде вида зашоренного примата, а тут — бац! — и ты! Я не видел человека-Землянина с… с… ДА Я В ЖИЗНИ НЕ ВИДЕЛ ЧЕЛОВЕКА-ЗЕМЛЯНИНА! Какое дикое, невероятное, потрясающее совпадение!

Я не стал уточнять, что там у него с чем совпало, резонно рассудив, что лучше потратить время на более актуальные вопросы.

— А вы что тут делаете? Ваша сфера влияния же не распространяется дальше созвездия Ориона.

— Это когда было?! — подпрыгнул Умга, и один из его глаз выкатился из орбиты. — Ты совсем отстал от жизни, дружок-пирожок! Мы немного… расширились. Свободного места в галактике много, а хозяев мало, — он подмигнул всеми глазами сразу. — Вот мы и прибрали ничейное.

— А мы вот как раз мимо пролетали, решили спросить, как у вас дела?

— Дела? — он радостно заколыхался. — Дела — это когда у тебя есть лаборатория, море времени и вселенная, полная существ, которые так и просят, чтобы их «усовершенствовали»! Хар! Хар! Ладно, раз уж ты так вежливо, почти что по-рабски просишь, расскажу тебе кое-что восхитительно мрачное. Например, знаешь ли ты, что прямо сейчас, пока мы тут болтаем, наши лучшие генетики делают операцию на мозге одной Говорящей Зверушки? Да-да! Арилу подобрали её, такую одинокую и умирающую, на месте крушения Дредноута Ур-Куанов. О, это было такое милое место, усыпанное обломками! Они не смогли её вылечить, потому что у них с биологией отношения, как у ВУКСов с хорошими манерами, поэтому притащили это сокровище к нам! И знаешь что? Мы обнаружили, что у этого животного просто ОГРОМНЫЙ потенциал к интеллекту! Нужно лишь сделать парочку незначительных генетических изменений… Ну, мы их поблагодарили, а потом здорово повеселились. Короче, счёт 7:3 в нашу пользу! Хар! Хар! Хар!

— Ну, зверушки меня не особо интересуют, а вот про Арилу и Дредноуты я бы послушал! Так где, ты говоришь, живут Арилу? И… э-э-э… Нас, если что, благодарить не надо.

— Ну как это не надо!? — торжественно возмутился Умга. — Мы не можем быть неблагодарными с нашими гостями! Хар! Хар! Хар!.. А про Арилу, — это же ваши союзники, вам лучше знать, где они живут. Но, если уж на то пошло, к нам они обычно подваливают со стороны созвездий Голубя, Циркуля и того типа — Чандрасекара… который, если верить слухам, был настолько плотным, что провалился сквозь собственную шутку! Хар!

Да вот в том-то и дело, что мы не знали, где они живут. И никто не знал.

Когда началась война с Ур-Куанами, эти полутораметровые зелёные человечки с большими глазами и головами внезапно появились из ниоткуда и вступили в Альянс. И это всё, что мы о них знали. А откуда они прилетают и кто вообще такие, тогда Альянс волновало меньше всего. Главное, что они исправно поставляли корабли, которые благодаря возможности телепортироваться на небольшие расстояния всегда закрывали самые слабые бреши в любом сражении.

— Ну что ж, и на том спасибо, — кивнул я. — Как-нибудь заглянем к ним на чай.

— Обязательно! — ещё больше оживился Умга. — Только предупреди заранее, мы им передадим самонаводящиеся торты! Хар-Хар!

Я глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.

— А вы, совершенно случайно, не слышали что-нибудь о Чёрном Эскадроне Спасси?

— Что? Не слышу! — Умга приставил щупальце к тому, что можно было считать ухом. — Говори громче! Эй! В чём проблема? Человек-Землянин насмехается надо мной? ЭТО КАКОЙ-ТО ДУРАЦКИЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ТРЮК? ПОТОМУ ЧТО, ЕСЛИ ЭТО…

Я тут же посмотрел на Басова, глазами показывая: «Что случилось?!»

Басов недоумённо развёл руками и слегка приподнял плечи, всем своим видом изображая: «Понятия не имею!» На его обычно невозмутимом лице читалась искренняя растерянность.

—… Хар! Хар! Хар!.. Обманул тебя, да?! — рассмеялся Умга, и все его глаза снова забегали. — Ну надо же было посмотреть на твою растерянную рожу! Просто шедевр! Хар! Хар! Хар!

«М-да! Опять эти шутники! — пронеслось у меня в голове. — Опять их дурацкие шуточки!»

— Так что там с Чёрным Эскадроном? — повторил я, стараясь сохранять спокойствие.

— А-а-а… Хар-хар-хар! Это те самые истеричные маньяки, что спёрли нашу любимую игрушку, наш гиперволновой передатчик? — жизнерадостно затараторил Умга, и его щупальца затрепетали в возбуждении.

— Думаю, да, — кивнул я.

— Те самые нервные мешочки с костями, что носятся по галактике и творят такую дичь, что даже Мировое Древо Шрем скукожилось бы от стыда?

— Э-э-э… Вообще не исключаю!

— Те, от кого сами Спасси, эти мастера по закапыванию головы в песок, открещиваются, как от прокажённого астероида?

— Точно!

— Не-а, никогда о них не слышали. Хар! Хар! Хар! — он так развеселился от своей шутки, что едва не рухнул на пол, сдерживая довольный смех.

Я вздохнул, чувствуя, как начинает подёргиваться глаз.

— А можно поточнее? ЧТО ИМЕННО вы о них не слышали?

— Ох, с чего же начать… — Умга приложил щупальца к «вискам», изображая глубокомыслие. — Ну, мы, например, совершенно СЛУЧАЙНО не слышали, как они однажды подарили Ильрафам бомбу замедленного действия, преподнеся её как «Священное Яйцо Паучихи-Матери, которое нужно греть в самом жарком месте их паучьего гнёздышка»! Хар! Хар! Хар! Представляешь? Греют они его, греют, напевая молитвы, а оно — БА-БАХ! Это же чистейший экспрессионизм! И вместо священного благословения — глобальная перепланировка пещеры! Мы бы и сами так пошутили, честное слово!

Что же ещё?.. Ах да, мы ТОЧНО не слышали, как они озлобились на Ммрнмхрм и провели тщательно спланированную операцию по устранению угрозы в их лице. Был шум, гам, пальба… Ой что творилось! Вытащили какой-то там штепсель из их материнского ковчега, и тот — тю-тю. То есть кирдык. Другими словами — каюк… Они даже целую базу построили для этой спецоперации на Бете Геркулеса. Но мы СОВЕРШЕННО ТОЧНО, я бы даже сказал ГАРАНТИРОВАННО ничего такого не слышали.

Не сказать, что информация была прямо-таки бесценной, да и подана в привычном для Умга дурашливом стиле, но теперь мы хотя бы знаем, что они продолжают где-то носиться по галактике и устранять все реальные и мнимые угрозы. Да и про Бету Геркулеса — полезно. Значит база там всё-таки есть!

— Понятно, — кивнул я, мысленно отмечая новые данные. — А вы, случайно, не знаете, что случилось с Ур-Куанами в последнее время? Как-то тихо стало в галактике.

— Так к ним же БРАТАН ПРИЕХАЛ! Хар! — радостно сообщил Умга, и его пропеллер завертелся с такой скоростью, что искры посыпались настоящим фейерверком.

— Что ещё за братан? Откуда? — не понял я.

— Понятно откуда, ИЗ АФРИКИ! Хар!

— Из Африки? — я нервно улыбнулся. Это был какой-то новый уровень абсурда.

— Ну а откуда же ещё? — Умга подмигнул всеми своими левыми глазами. — Такой же большой, злой, глазастый, только ЧЁРНЕНЬКИЙ! Хар! Хар! Хар!

— Про Африку — это шутка такая? — уточнил я.

— БИНГО! Поздравляю, человек, ты только что достиг уровня нашего юмора, обычно доступного лишь амёбам на третий день брожения! Хар-хар-хар! А если серьёзно… — он вдруг сделал серьёзное лицо, что выглядело ещё смешнее. — Хотя кто мы такие, чтобы быть серьёзными? Вот если бы ты прилетел на два часа раньше, когда дежурил наш медик-биолог Флагго, он бы сказал, что братан чёрненький, потому что у него гангрена на всё лицо! А я ксеноисторик, изучаю историю других видов. Ну ты понял… Хар! Хар! Хар!

«Ксеноисторик с пропеллером на макушке, — я с трудом удержался от саркастического комментария. — Солидней только доктор философских наук с клоунским носом».

— Ну и? Что братан?

— А братан… о, это гениально! — Умга снова пришёл в восторг. — Он прилетел на корабле, выточенном из чистого мрака и тишины, представился «Двоюродным Хранителем Бесконечного Цикла», — это мы добавили от себя. Звучит солиднее, правда? И заявил, что у них запланирована ВСЕГАЛАКТИЧЕСКАЯ ВНЕПЛАНОВАЯ ПРОВЕРКА СОБЛЮДЕНИЯ ПРОТОКОЛА ТОТАЛЬНОГО УГНЕТЕНИЯ! Хар! Хар! Хар! И теперь наши дорогие хозяева мечутся, как ошпаренные… Видать, на стол накрывают! Хар! Хар! Хар! По-братски же!

— А если поточнее? — попытался я докопаться до сути.

— А поточнее мы не знаем, — замахал во все стороны щупальцами Умга. — Просто им несколько лет назад резко стало ни до чего. Ни до патрулей, ни до проверок… Вот и к нам совсем не заглядывают. Не сказать, что мы расстроены. Меньше контроля — больше веселья! Вот недавно тюкнули одного Майкона по голове.

«Несколько лет назад… — мысленно прикинул я. — Хейс говорил, что как раз в то время станцию перестали снабжать всем необходимым. Поэтому при нашей первой встрече мы и застали их в таком плачевном состоянии, когда у них уже всё позаканчивалось. Ещё бы несколько месяцев — и все бы вымерли на станции… Значит, не только у нас проблемы. Это хорошо!»

— А зачем вы Майкона-то тюкнули? Я не понял.

— А вот затем! Они — единственная раса с биотехническими знаниями примерно нашего уровня. Но фишка в том, что они всё делают своими телами, без инструментов! Они просто ДУМАЮТ о генетической модификации, и она происходит! Мы сочли это вызовом! Так что, пока никто не видел, оглушили одного и доставили на изучение. И знаешь, что я тебе скажу? Эти ребята — не продукт эволюции. Они роботы! Сложнейший биологический инструмент. Мы не знаем, кто их создал и зачем, но это нечто… запредельное.

— Очень интересно, но ничего не понятно, — честно признался я. — А может, ну их, этих Ур-Куанов? Зачем вам это невольничество? — вкрадчиво начал я, прощупывая почву.

— Хар! Хар! Хар! Да! Свобода — отличная штука! — пропел Умга, и его глаза засияли. — Гораздо легче выдумывать хорошие шутки без скучных невольничьих законов Ур-Куанов! Мы давно хотим провернуть одну действительно грандиозную шутку с теми глупыми провокаторами в созвездии Дракона, но так как они тоже воины-невольники Ур-Куанов, нам не разрешается делать им даже маленькие пакости, как, скажем… сбросить астероид в их океан. Большие волны! Большие волны! Хар! Хар! Хар!

— Так, может, мы сможем договориться? Стать друзьями? Может, даже помогать друг другу? — осторожно предложил я.

— Конечно! Конечно! Конечно, друзья! — заверещал Умга, подпрыгивая на экране. — Кому есть дело до старых скучных Ур-Куанов и их рабских законов? Хар! Хар! Хар! Вот и мы идём сказать привет нашим новым друзьям!

«Эх… А я уже почти поверил...»

На тактическом экране в этот самый момент оба «Дрона» уже разворачивались в сторону «Зайца»…

«Всё. Шутки кончились.»

— Я так понимаю, о союзе не может быть и речи? — спросил я в последний раз, уже зная ответ.

— Хар-хар-хар, человек! Мне нравится твоё чувство юмора!!! — он расплылся в улыбке, а один глаз бодро мне подмигнул. — А теперь… ПОТАНЦУЕМ?!

Связь прервалась. Экран погас. А два красных значка устремились к одинокой зелёной точке.