Начало Дуэта (Глава 6)

Небольшая поляна на границе с бескрайним лесом. На земле лежали два тела — две противоположности из разных миров.

Одно из них неожиданно дёрнулось и встало на четвереньки. Зелёные глаза, задыхающееся лицо — всё говорило само за себя.

Неуклюже поднявшись на ноги, человек заметил вдали то самое здание. Первый же взгляд на него заставил зрачки сузиться, сердце — бешено заколотиться, а в душе поднялось странное чувство. Руки вспомнили его очертания… Возможно, это была попытка любви?

Он быстро оглянулся и заметил Марка, лежащего без сознания. Бросился к нему, как зверь к добыче. Марк даже не шелохнулся, всё так же спал, посапывая, — спящая принцесса. Когда солдат закинул его на плечо, он почувствовал вибрацию в штанах Марка.

Солдат уже потянул руку к его карману, но вдруг, словно кот, испугавшийся воды, дёрнул её назад. И, подхватив Марка крепче, побежал. Без цели. Главное — подальше от этого дома.

Он не оборачивался, не смотрел назад, только бежал изо всех сил, что есть мочи…

Он нёсся, будто во время блицкрига, только не наступая, а отступая — бегло, панически. В голове крутилась одна фраза: «Тактическое отступление». Так хотелось назвать проигранный в прах бой. Так хотелось в это поверить…

Лес, словно плотная толпа, не давал прохода, не давал дышать. И наконец — маленький уголок чистой поляны.

Солдат замер, как статуя. Грудь ходила ходуном, будто воздушный шар, надуваясь и сдуваясь.

Задыхаясь, он взглянул на спящего Марка, быстрым взглядом нашёл кучу листьев и швырнул его туда.

Марк мягко шлёпнулся на подстилку. Солдат отвернулся, осматриваясь, и заметил детали: топор, застрявший в дереве.

Деревья стояли, будто под копирку, как «модные» женщины — однообразные, серая масса без единой индивидуальности.

Быстрые шаги, хруст грязи и камня под ногами. Подойдя к единственному дереву с топором, он одним резким движением вырвал его.

Повернувшись, его ослепил луч солнца. Глаза сощурились. Дыхание, только что приходившее в норму, снова сорвалось. Там, где только что лежал Марк…

Солдат, почесав голову, поднял камень и швырнул его в кучу листьев. Камень провалился внутрь. Он сел на корточки, раздвинул листья руками и увидел дыру, уходившую вниз.

Тьма висела в воздухе…

— Холодная земля пронизывала тело.

Марк открыл глаза и сразу зажмурился — прекрасное, яркое солнце снова поцеловало его в веки.

Закрыв лицо руками, он пробормотал:
— Господи, неужели опять?..

Се́в, он заметил солдата, костёр и мясо, уже покрытое золотистой корочкой.

Марк сидел с каменным лицом — секунду, минуту, пять минут, пока солдат не повернулся.

Чёрная кровь покрывала его, запах чернил и протухшего трупного яда яростно исходил от всего тела.

— Фу… — невольно вырвалось у Марка.

Солдат держал топор и пристально смотрел на него. Яркий день отлично освещал поляну, окружённую теми же безликими деревьями.

Солдат бросил топор, подошёл к костру и сел. Его зелёные глаза напоминали бескрайний луг. Пустые.

Марк поднял руку ко лбу, сглотнул комок в горле и наконец заговорил.
— Слушай… — его голос прозвучал в беззвучном лесу, нарушая лишь привычное потрескивание костра.

Солдат перевёл взгляд на Марка.
— Кто ты? А то… я не видел людей ни разу за всё время, пока я тут…

Солдат время от времени переворачивал мясо. Жилистый, огромный кусок стейка толщиной в несколько сантиметров жарился на плохо обработанной острой палке, грубо очищенной ножом.

— Я давно не видел людей вживую… Если только… — вибрация снова привлекла внимание солдата, перебив Марка.

Марк, доставая телефон, заметил на нём следы крови. Но не это было важно — на экране горели несколько десятков сообщений от Никиты.

От простых «Как дела?» до «Что случилось, почему не пишешь? Прошло уже много времени!». Марк не стал всё читать и написал коротко:
«Я нашёл солдата. Потом отвечу, пока». Не дожидаясь ответа, он сунул телефон в карман.

— Связь есть? — грубоватый голос сорвался с губ солдата. Его взгляд снова скользнул к карману Марка, но быстро вернулся к мясу.

— Да, но… только с одним человеком.

Услышав это, лицо солдата слегка изменилось — то ли облегчение, то ли настороженность, понять было невозможно.

— Принято. Меня зовут Василий. Старший солдат. Командовал первой группой до того момента… — тяжёлый вздох, будто с этим воздухом уходила часть груза.

Минута молчания… Пока Вася не продолжил:
— Подозрительно тихо тут. Нет никого. Ни ветра, ни птиц, ни шелеста листьев… Не к добру это.

Марк удивился, выпрямился и задал вопрос:
— А разве бывает иначе?

Лицо солдата отразило настоящий страх и сильное беспокойство.
— Что? Для тебя это норма? — поспешно выпалил он, явно ошеломлённый таким вопросом.

Василий вскочил на ноги так быстро, что Марк, моргнув, увидел его уже стоящим.

— Послушай меня, крестьянин. Это ненормально. Мы явно в аномалии. Видимо… — он посмотрел на свою грудь, слегка дотронувшись до неё, и продолжил: — И надо отсюда выбираться. Но… — он цыкнул. — Я не разбирался, не ходил обучаться на офицера, а зря. Знал, что всё важно в бою.

Марк медленно поднялся вслед за Василием.
— Ничего я не понимаю. Я был в доме, какой-то монстр посмотрел на меня, а пока я бежал, ударился о что-то невидимое…

Рука коснулась его плеча. Василий, глядя на Марка с вопросом, продолжил:
— Это я коснулся тебя… Вот почему я здесь. Нет времени разбираться. Нужно выжить, иначе эта тварь, раз ты её видел, всё ещё опасна. Нужно уходить дальше, пока над нами солнце.

Марк почувствовал лёгкий запах гари.
— Слушайте, а мясо?..

Оба повернулись. Мясо уже превратилось в угольки, ярко полыхающие в костре, под душевный подкаст двух мужчин…

— Тем временем…

Мужчина в киоске жарил шашлык, вдруг схватился за сердце и простонал:
— Бож мой, как можно испортить такой вкусный бэляш? Мясо… Сэрдцэ моё, сердцэ, я нэ могу, разрывает!

Падая, он вспоминал, сколько шаурмы накрутил, сколько шашлыка испёк — и ни разу мясо не горело…

Его крик души услышал весь город.