Елена (Глава 40)

Утренний свет проникал сквозь узкие окна-бойницы, вырезанные в красном песчанике, создавая причудливые узоры на полу амфитеатра. Университет Мира песков представлял собой величественное сооружение, высеченное прямо в скале, и чем-то напоминал иорданскую Петру. Даже цвет камня был такой же красновато-желтый. Колонны, поддерживающие сводчатый потолок, были украшены тонкой резьбой, изображающей историю развития цивилизации рептов.
Елена подняла взгляд от записей. Ее огромные зеленые очки сверкнули в лучах солнца, заставив студентов на передних рядах моргнуть от неожиданности. Желтые глаза за стеклами внимательно изучали аудиторию. Длинные ноги профессора легко шагали по подиуму, а четыре отростка на голове грациозно перебирали голографические изображения, парящие над кафедрой.
— Итак, — голос Елены эхом разнесся по амфитеатру, — мы рассмотрели причины Первой мировой войны на Земле. Формальным триггером конфликта послужило убийство эрцгерцога Франца Фердинанда в Сараево. Однако настоящие причины были гораздо глу…
Она внезапно прервалась, наклонив голову вперед.
— А-а-апчхи! Прошу прощения, — Елена поправила очки на длинном носу, — весенняя аллергия… Настоящие причины были гораздо глубже: империалистические амбиции, милитаризм, националистические настроения и система альянсов.
Молодой рептилоид в третьем ряду удивленно спросил:
— Извините, профессор. Я понимаю, что люди разделили планету на… — он замялся, вспоминая термин, — ах да — страны. Несмотря на то, что все принадлежат к одному биологическому виду. Но зачем?
Елена оперлась на кафедру:
— Да, Драго. Мы обсуждали это несколько недель назад, в начале курса. На первый взгляд нелогично, но именно это разделение и постоянная конкуренция подтолкнули людей к развитию с гораздо более высокой скоростью по сравнению с другими мирами, включая наш.
Другая студентка, сидящая рядом с Драго, подняла головной отросток.
— Да, Лора, слушаю.
— Хорошо, профессор, но зачем воевать? Это иррационально — тратить жизни и ресурсы. Это дорого обходится, не говоря о том, что убивать других людей из-за какого-то эрцгерцога… Вы уверены, что люди действительно разумные существа?
Елена улыбнулась во всю пасть, обнажив белые зубы, и неторопливо обошла кафедру, оставляя следы на песчаном полу.
— Да, они разумны, — она остановилась в центре подиума. — Земляне отличаются от нас, но тем не менее чрезвычайно умны, — Елена взглянула на хронометр. — У нас заканчивается время, поэтому два домашних задания. Драго, Лора и остальные: первое — докажите, что люди разумны, используя определение интеллекта, которое мы обсуждали в прошлом году. Помните его?
Студенты недовольно загудели, посматривая на Драго и Лору. Два задания! Ей только дай повод…
— И второе — подумайте о поводе начала войны и объясните, почему война началась бы, даже если бы покушение на Фердинанда провалилось.
Студенты начали собирать записи, их головные отростки работали с удивительной координацией, укладывая голографические заметки в специальные контейнеры.
— Не забудьте забрать предыдущие работы с моими замечаниями. Домашние задания составляют двадцать пять процентов от итоговой оценки.
Один из студентов подошел к ней:
— Профессор, можно сдать предыдущую работу сегодня? Я не смог присутствовать на прошлом занятии, — в его голосе не слышалось особой надежды.
Елена покачала головой:
— Извините, Таддэ, не могу принять вашу работу. Я уже дала вам одну отсрочку в этом семестре.
Елена вернулась к кафедре, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Из окна аудитории открывался захватывающий вид на высеченный в скалах город. Многоуровневые строения уходили вглубь красного песчаника, соединенные сетью мостов и лестниц. Вдалеке пески пустыни мерцали под лучами восходящего солнца, создавая впечатление бескрайнего золотого океана.
Елена была историком. Она изучала всю систему пятидесяти трех миров, но особенно увлекалась Землей. Человеческая история, со всеми ее парадоксами и противоречиями, казалась ей более захватывающей, чем истории других цивилизаций. В то время как рептилоиды развивались плавно и предсказуемо, люди Земли постоянно удивляли внезапными прорывами и катастрофическими падениями.
Апчхи! — Елена потерла глаза. Надо бы наконец выяснить, что это за весенняя аллергия.
Елена собрала бумаги в портфель. У выхода она остановилась — в дверном проеме кто-то стоял, не решаясь войти. Поначалу она приняла гостя за одного из студентов, но тут же поняла свою ошибку — это была фигура в защитном скафандре из светло-серебристого материала с прозрачным шлемом. Через толстое стекло виднелось лицо молодого централа, смотрящего на нее с неподдельным интересом.
Елена замерла: представители Центрального мира нечасто появлялись в университете Песков, а в ее аудитории — почти никогда. Она несколько раз бывала там на научных конференциях, и хотя для нее представители других рас выглядели похожими друг на друга, этого централа она узнала мгновенно.
«Вестник Пятидесяти Трех»… Точно, месяц тому назад!
Иллюстрированный журнал «Вестник Пятидесяти Трех», освещавший важнейшие события в системе миров, часто лежал на ее рабочем столе. И в прошлом номере была большая статья об этом самом юноше… как же его зовут?.. Да, Джейкоб! И о его волке по имени Джейк, и землянине Якове. История о контакте и общей миссии на Земле занимала центральный разворот. Статья не раскрывала всех деталей их миссии «из соображений безопасности», но сообщала, что Яков и Джейк вернулись на Землю для проведения «пилотного проекта».
— Профессор Елена? — немного смущаясь, спросил юноша в скафандре. — Извините за беспокойство. Меня зовут Джейкоб. Я из Центрального мира.
Она постаралась скрыть охватившее ее возбуждение. Централы всегда думают, что знают все лучше остальных! Вот и сейчас они отправили землянина и волка с критической для всех миров миссией, даже не проконсультировавшись с ведущими учеными, изучающими Землю. С такими, как она. Но, видимо, что-то пошло не так.
— Да, это я, — Елена выпрямилась во весь рост, ответив на языке Центрального мира. — Чем обязана?
Джейкоб переступил с ноги на ногу, шелестя защитным костюмом:
— Мне рекомендовали обратиться к вам как к ведущему эксперту по истории Земли. Если у вас есть время, я бы хотел обсудить некоторые вопросы.
— Конечно, — она машинально поправила очки. — Давно интересуюсь вашим проектом. Читала о вас в «Вестнике».
— Вы читали ту статью? Хорошая статья. Хотя там многое… упрощено.
— Да что вы говорите…
Он оглянулся на пустеющую аудиторию:
— Могли бы мы поговорить в более приватной обстановке?
— Разумеется. Пройдемте в мой кабинет.
Они вышли из амфитеатра и направились по длинному коридору, высеченному в красном камне. Студенты, идущие навстречу, с любопытством разглядывали странную пару — высокого рептилоида-профессора и централа в защитном костюме. Некоторые даже останавливались, перешептываясь между собой и провожая их любопытными взглядами.
Кабинет Елены располагался в конце коридора. Она приложила ладонь к каменному блоку в стене, тяжелая дверь медленно отъехала в сторону, открывая вход в ее кабинет. Она жестом пригласила Джейкоба войти первым, наблюдая, как он нерешительно пересекает порог ее святилища.
Джейкоб осмотрелся. Вдоль стен тянулись полки, заставленные свитками, книгами и уникальными артефактами, которые Елена собирала годами, посещая миры паутины. Особое место занимали земные предметы — выцветшие карты, репродукции картин, даже несколько бумажных книг, бережно завернутых в защитную ткань.
В центре кабинета возвышался массивный стол, высеченный из цельного куска камня и покрытый резьбой с древними символами. На нем в идеальном порядке лежали стопки рукописных заметок, чертежи и несколько выпусков «Вестника Пятидесяти Трех», один из которых был открыт на статье о пилотной миссии на Земле. Рядом находился большой глобус самой Земли, весь испещренный метками, отмечающими важнейшие исторические события.
— Присаживайтесь, — Елена указала на странное сооружение напротив своего кресла, которое лишь с большой натяжкой можно было назвать стулом. Это был каменный выступ, изогнутый под углами, идеально подходящими для анатомии рептилоидов.
Джейкоб осторожно опустился на неудобное для человека каменное сиденье.
— Наш мир редко принимает гостей из Центрального, особенно тех, кто связан с такими… интересными проектами.
— Благодарю вас за встречу, профессор. То, что привело меня к вам… Скажем так, некоторые вещи лучше не доверять бумаге.
Елена почувствовала, как внутри расцветает острое, почти электрическое возбуждение — то самое, которое испытывает ученый, стоящий на пороге важного открытия. Сердце забилось чаще, и она порадовалась, что плотные пластины, покрывающие ее тело, надежно скрывали волнение. Годы изучения Земли, бесконечные часы над древними текстами и записями, теоретические модели и гипотезы — и вот перед ней сидит непосредственный участник того, что могло изменить историю целой планеты.
Она медленно сняла очки, которые давно стали частью ее профессорского образа. Ей хотелось засыпать Джейкоба вопросами, выведать каждую деталь, но многолетняя академическая дисциплина взяла верх:
— История редко бывает такой, какой ее описывают в официальных источниках. Я умею хранить тайны.
Джейкоб наконец перестал ерзать на «кресле»:
— Хорошо. Я расскажу вам все. Без купюр.
Елена замерла, не отрывая от него пристального взгляда.
— Начну с самого важного, — он нервно провел рукой по запотевшему от его дыхания шлему. — Яков… Яша разработал теорию о том, что на самом деле влияет на другие миры. Это не перенаселение, как мы всегда считали. Или не только оно. Это то, что Яша назвал «волнами ненависти».
Елена слегка подалась вперед:
— Волны ненависти?
— Да. Он собрал множество данных о смертности в разных мирах и построил модель, которая показывает, что уровень смертности гораздо сильнее коррелирует с уровнем конфликтов и ненависти на Земле, чем с численностью населения.
— Ах, как… неожиданно! — она совсем забыла о своей обычной сдержанности. — Но многое объясняет… Знаете, мне всегда что-то мешало в этой теории перенаселения. Я никак не могла понять, что именно. Действительно если посмотреть на исторические периоды… Но это потом. Продолжайте.
Джейкоб поведал, как Яша и Джейк попытались вмешаться в арабо-израильский конфликт, используя свои ментальные способности. Рассказал о сотрудничестве с Барнеа, о попытках закончить войну, об успешных моментах и грандиозном провале. А также о действиях Синклера и его неоднозначной роли.
— Президент Синклер заигрался в политику, — пробормотала Елена. — Но ведь у него есть серьезная поддержка в правительстве и, возможно, в обществе в целом?
— Не уверен, что у него есть большинство по всем вопросам. Но по поводу Земли — думаю, что да.
— В общем-то, логично. Мало кто понимает землян.
— Я бы даже сказал, большинство видит в них серьезную угрозу.
— Естественно бояться того, чего не понимаешь, — произнесла Елена лекторским тоном. — И что было дальше после того, как они спаслись, телепортировавшись в Зеленый океан?
Пауза затянулась. Джейкоб нервно провел рукой по шлему, затем резко выпрямился с видом человека, переступающего последнюю черту. Потом заговорил сбивчиво, глотая слова:
— Потом мы тайно отправили Яшу и Джейка обратно на Землю. Причем без уничтожения клонов в исходной точке. И никто, кроме нас с Робертом, об этом не знает. Ну и Яши с Джейком. И Юли с детьми. Но это не важно… Там они запустят проект «Остров». Это такой научно-исследовательский центр на острове, где лучшие умы Земли придумают, как устранить волны ненависти.
Глаза Елены расширились, головные отростки замерли в горизонтальном положении:
— Первый зафиксированный случай сознательного сосуществования клонов за последние триста лет. Потрясающе!
— Рискованный ход, конечно, но…
— Но необходимый. Конечно, это нарушает все наши протоколы телепортации. Интересно, какие долгосрочные последствия это может иметь для целостности системы? — она задумчиво прищурилась. — Но сейчас важнее другое: что с проектом «Остров»?
— Он продвигается по плану. Мы уже получили первый отчет, — Джейкоб похлопал рукой по своей сумке. — Но есть еще одна важная деталь… Яша и Джейк смогли значительно развить и даже получить новые уникальные способности.
— Объясните.
— После перехода во сне под воздействием особого чая их способности усилились многократно. Они могут телепортировать более крупные предметы на гораздо бо́льшие расстояния, видеть то, что происходит за тысячи километров. Джейк может улавливать отдельные мысли людей.
— Переход во сне… чай… — она не смогла сдержать восторженного шипения. — Вы понимаете, что это прорыв? Это изменяет все наше понимание природы переходов!
Джейкоб не смог сдержать улыбки, наблюдая трансформацию невозмутимой профессорши во взволнованного ученого:
— Каждые две недели они отправляют нам обновленную информацию через Донну. Не самый удобный канал связи, но пока лучшего у нас нет.
Елена наконец совладала с собой, ее взгляд вновь приобрел академически строгое выражение.
— И все же, почему вы пришли именно ко мне? Уверена, в Центральном мире достаточно специалистов по Земле.
Тишина повисла в воздухе, нарушаемая лишь далеким звоном колокола, оповещающего о завершении занятий. Джейкоб встретился взглядом с пронзительными желтыми глазами профессора:
— Потому что вы понимаете людей. Не как опасную расу, а как существ со всеми их сильными чертами и противоречиями. И потому что вы не боитесь идти против общепринятого мнения.
— Хсс-хсс… — Елена обнажила зубы в подобии улыбки. — Лесть вам идет, молодой человек. Скажите, правильно ли я понимаю суть проблемы: вам нужно не только найти решение, но и убедить централов поддержать его?
— Именно так.
Елена обошла стол и остановилась у глобуса Земли:
— Да, без их поддержки у вас нет шансов на успех. И неважно, насколько блестящим будет ваш план.
Джейкоб молча наблюдал, как ее четыре отростка нежно скользят по контурам материков.
— Я должна сказать, что ваша ситуация… крайне сложная. И в то же время потрясающе интересная. Проблема в том, что Земля — не единый организм, — она постучала когтем по глобусу. — Это сложная система. Множество взаимодействующих частей, каждая со своими интересами. Войны и конфликты там — это не результат злой воли или недопонимания, они часть самой ткани человеческого общества.
— Но должен же быть способ…
— У меня есть идея. Но сначала мне нужен доступ ко всем данным и анализу Яши, а также к последним земным газетам, журнальным статьям, фильмам и телепередачам. Вы можете это организовать?
— У меня есть альтернативное предложение. Присоединяйтесь ко мне. Вы могли бы встретиться с Яшей лично, изучить его теорию и поговорить с ним напрямую.
— Вы имеете в виду — с его клоном?
— Да, с клоном. Но сначала вот это — первый отчет, который прислал Яша. Группа ученых на Земле уже начала работать, и они подготовили предварительные выводы.
Елена взяла папку, ее головные отростки заинтересованно перелистывали страницы:
— Земные ученые… В удивительное время мы живем. Мне нужно время, чтобы изучить этот отчет, — она положила папку на стол. — У меня есть несколько собственных идей, но этот материал вместе с работой Яши о волнах ненависти — критически важное дополнение. Я должна все тщательно проанализировать.
— Сколько времени вам на это потребуется?
— Дня два-три, — Елена задумчиво постучала когтем по столу. — А вы, молодой человек, можете тем временем познакомиться с нашим миром. Это ваш первый визит сюда?
— Да, первый.
— Отлично. Я попрошу моего аспиранта Воава сопровождать вас. Думаю, вам будет интересно.
— Значит, через три дня?
— Через три дня. К тому времени у меня будет полная картина, и мы сможем отправиться к Яше с конкретными предложениями, — она бросила взгляд на стопку незаконченных студенческих работ и равнодушно махнула рукой: — Это может подождать — наука требует жертв. Некоторые получат автоматом проходной балл, а жаль…
Наблюдая за Еленой, Джейкоб осознал, что произошло нечто критически важное: их команда приобрела не просто союзника — они получили ученого, который глубоко понимает земную цивилизацию и не боится бросить вызов политическому истеблишменту Центрального мира. Три дня ожидания того стоили.