Театр одного актёра 5 (Глава 5)

— Откуда… — маг осёкся, собираясь видимо напасть на меня. Уж больно угрожающий вид он принял.
Плюшка моментально подскочила к незадачливому интригану и угрожающе зарычала. Мне показалось, или она действительно увеличилась в размере в два раза? Так что её немаленькие клыки оказались на уровне того места, что каждый мужчина бережёт пуще глаза.
— Пожалуйста, — взмолился он, вытащив руки из карманов и подняв их в знак полной капитуляции. – Уберите собачку, очень прошу. Это была не моя идея, честно! Кто может спорить с главой клана? Мне приказали…
— Плюшка, иди сюда, девочка, — я погладил по голове мою проказницу и указал магу головой на поваленное дерево у дороги. – Садись, и рассказывай всё по порядку.
— Понимаете, господин Чароит, — маг тяжело вздохнул. – Наш глава любит устраивать всем проверки. Даже своей дочери, как Вы видите. Вот он и послал меня устроить диверсию по дороге и посмотреть кто как себя поведёт.
— То есть, ты хочешь сказать, что Ур велел использовать боевые артефакты на своей карете, понимая, что мы могли и не успеть из неё выскочить?
— Ну… — замялся маг, даже не хочу знать его имя, вот как он меня взбесил. – Господин Анурогнат рассчитывал, что Вы, господин Чароит, если что справитесь с любой проблемой.
— Так, погоди, что-то я не понял. Если он хотел проверить Девору и Лезер, зачем уговорил ехать меня? Тем более знал, что я раскушу ваш план на подлёте?
— Я не знаю, честно, — маг с опаской смотрел на Плюшку, мирно сидевшую между нами. Она смотрела немигающим взглядом на мага, чем нагоняла на него неописуемый ужас. Я прямо чувствовал, как холодок пробегает по его спине.
— Ладно, потом спрошу у режиссёра этого спектакля. О, одна героиня уже очухалась.
Лезер резко вскочила и, встав в боевую стойку, принялась оглядывать округу.
— Красавица, не переживай, угрозы больше нет, как и лошадей с каретой. Лучше буди свою товарку и давайте перекусим что ли. Что-то я проголодался. А в антракте я всегда люблю поесть.
Я повесил свой артефактный фонарь на ветку дерева. «Миленькие декорации к спектаклю», — подумал я, взглянув на раскуроченную карету, поваленные вокруг деревья и фантасмагорические тени, пляшущие вокруг.
Маг так и таращился то на меня, то на собаку. Лезер сначала растерялась, но потом быстро привела в чувства Девору. И они вместе уселись на соседнее бревно.
— Что это было, — Девора явно была дезориентирована. Лицо чумазое, её идеальная вычурная причёска превратилась в воронье гнездо, а вот дорожное платье больше напоминало пожёванную тряпку. Всегда удивлялся девушкам в дорожных платьях. В брюках же удобнее!
Я достал свой рюкзак и начал вытаскивать угощение, раскладывая всё на большой платок. Каравай, сыр, буженина, фрукты, пирожки, сахарная косточка, конечно для Плюшки, и персонально для меня пару бисквитных пирожных. Но первым делом пустил по кругу небольшую флягу с очень крепким алкоголем. Им это сейчас необходимо. А мне – целая бутыль морса. Девора смотрела на меня как на волшебника из детских сказок. Лезер с некоей долей уважения, а маг с отчаянием и благодарностью. Плюшка получила свою порцию мяса и теперь жевала его, продолжая сверлить мага взглядом. Мы ели молча, хотя я читал немой вопрос в глазах каждого.
Съев свои пирожные, чтобы никто и не подумал их утащить из-под моего носа, я принялся за сыр и фрукты.
— Теперь можно обсудить ситуацию, — посмотрел каждому в глаза. – Как вы понимаете, транспорт у нас разрушен, лошади разбежались. У нас есть два варианта.
— Какие? – Лезер быстро перекусила и теперь следила за периметром и разговором одновременно.
— Что мне нравится в боевых магах, так это их вездесущность, — хмыкнул я. – Первый вариант: я посылаю Уру птичку и мы сидим здесь и ждём новый транспорт. Второй вариант: мы идём до ближайшей деревни, я посылаю птичку оттуда, и мы ждём новый транспорт уже там. Да, ещё надо по дороге забрать Фрета.
— Как забрать Фрета? Ты знаешь где он? – Девора непонимающе смотрела на меня.
— А ты разве не знаешь? – ехидно спросил я. – Примени свой дар, ты же вербовщик.
Девора ошалело оглядела нашу компанию и уставилась на Плюшку. Та уже расправилась с мясом и теперь невозмутимо грызла косточку. Собака и правда выросла в два раза и теперь выглядела как мощный бойцовский пёс. Одним словом, теневая гончая. Видно большой выброс магии позволил ей резко прибавить в росте. Надо быть по осторожнее с магией рядом с Плюшкой, а то привезу домой собаку выше Поганки. Старушка этого не переживёт.
— Ты хочешь заболтать собаку? – делано удивился я. – Боюсь, что здесь тебя постигнет неудача, она не умеет говорить…
Я почувствовал, как закипает внутри Девора. Но, молодец, виду не подаёт.
— Просто твоя собачка с таким аппетитом грызёт косточку, что я засмотрелась, — фальшиво улыбнулась девушка, пронзив меня злым взглядом. – Раз ты уже всё выяснил, так зачем мне напрягаться. Давай, рассказывай, что тут произошло?
— И долго я была в отключке? – вдруг подала голос «ящерка».
— Недолго. Минут десять. Как раз за это время не очень уважаемый кучер мне и рассказал сценарий этого спектакля.
— Что? – глаза Деворы казалось сейчас начнут метать молнии. – Борис? Это всё ты подстроил?
— Полагаю с подачи папашшши? – процедила сквозь зубы Лезер и со злости вонзила нож в дерево, на котором сидела.
Маг чуть не подвился пирожком:
— Пожалуйста, я не виноват, мне приказали…
— А ты мог предупредить нас, хотя бы? Мы бы разыграли спектакль по его сценарию, но с большей вероятностью выживания, — наседала на Бориса Девора.
Маг растерянно переводил взгляд с одной магессы на другую.
— Не мог, — выдохнула Лезер, успокаиваясь. – Мой папа всегда знал кому поручать исполнять такие шутки. Не в обиду тебе, Борис, но ты такой прямолинейный, что даже мысли в голову не пришло сделать по-своему.
— Откуда в этой голове могут появиться свои мысли? Что заложили, тем и живёт, я прав? – не смог удержаться. Раздражение лучше выпускать сразу, иначе оно может вырасти до агрессии. А для мага это уже проблема.
— Ладно, шутки в сторону, — посерьёзнел я. – Решаем, что делать. Идём в деревню или ждём здесь?
— Я за деревню, — вскинулась Девора. – Там есть трактир и можно умыться и спокойно выспаться.
— А я думаю, лучше остаться здесь, — Лезер посмотрела немигающим взглядом и глаза сверкнули во тьме, — возможно в деревне нас уже ждут. Папочка ещё тот интриган.
— А… — маг раскрыл рот что-то сказать, но его грубо прервали обе магессы.
— А ты вообще молчи, — огрызнулась Девора.
— Тебе слова не давали, — вторила ей Лезер. – Ларан, что думаешь?
О как, наша «ящерка» интересуется моим мнением. Неужели признала за старшего? Что ж, надо поощрить молодёжь. Не буду её подкалывать… часа два.
— В данной ситуации я думаю, Лезер права. Кто знает, что ждёт нас в деревне. А ещё, — я зловеще заулыбался, — очень хочется разбудить Ура посреди ночи. И, по-моему, сейчас самое время.
Все замерли, а я протянул руку и создал полупрозрачную птичку-послание.
— Ур, мы попали в…
И я отпустил птичку. Золотая россыпь искр от её хвоста заставила всех на мгновение замереть.
— Что это за сообщение? – первой не выдержала Девора. – Смысл был отправлять такое? Почему ты не попросил транспорт?
— А вот Лезер поняла, — я впервые видел, как «ящерка» улыбается. Совсем чуть-чуть, но это дорогого стоит. – Вот представь: Ур довольный своим сценарием ложиться спать. Он знает, что я пришлю ему сообщение. Но как все самонадеянные эгоисты полагает, что это сообщение прибудет к нему утром и с полным отчетом, что всё в порядке.
— А-а… — Девора заулыбалась. – Это мне определённо нравится.
— Так, и последнее, — я посмотрел на Бориса, тот аж съёжился, но взгляд не отвёл, — ты так и не сказал где прячется Фрет Мусанг.
— Так дома он. Сделал вил, что уехал, вернулся задворками и сидит там носа не кажет.
— Ну, конечно! – я хлопнул себя по лбу. – Как же я сам не догадался. Двора, знаешь где его дом?
— Знаю, — глаза Деворы сузились. Похоже сейчас в её голове рождается план маленькой, но болезненной мести.
— Отлично, а теперь, дамы, с вашего позволения и немного посплю, а вы посторожите, — собрал остатки ужина и расстелил у бревна свой плащ. Под голову положил рюкзак, а Плюшка легла рядом, как верный сторож.
— А почему это ты спать, а мы сторожить? – возмутилась Девора.
— А потому что вы были в отключке целых десять минут, отдохнули уже, — я закрыл глаза и погрузился в темноту.
Утро было бы прекрасным, если бы удалось поспать больше трёх часов. Но вербовщику не привыкать. Я поднялся, когда утренний туман клубился по округе, закрывая собой моих попутчиков. Все спали, никто не захотел сторожить наш импровизированный лагерь. Но Плюшка дремала в полглаза. Уверен, она бы разбудила, если бы нам реально угрожала опасность.
Эх, люблю будить молодёжь по утрам, особенно когда спали всего пару часов. Я достал из рюкзака артефакт-хлопушку. Шуму много — опасности никакой. Всегда такие вожу с собой. Мало ли что? Бабах получился не такой громкий, как от кареты, но достаточный, чтобы трое магов подскочили, как ужаленные, с вытаращенными глазами и помятыми моськами.
— Тревога, — крикнула Лезер и встала в стойку. Вот это дрессировка, уважаю.
— А-а-а-а-а-а… – верещала Девора и начала бегать кругами, пытаясь не споткнуться о невидимые в тумане корни деревьев. Естественно, она упала, зацепившись за ближайший.
И только Борис вскочил и молча выставил энергетический щит перед собой, пытаясь понять откуда идёт опасность. Так вот как он пережил взрыв кареты.
— Отбой! – прокричал я в туман. – Это был будильник. Пора собираться и устроить такой же подъём Фрету Мусангу. Кто «за»?
Лезер усмехнулась. О, святые хлопушки, «ящерка» улыбнулась второй раз. Я определённо хороший наставник. Из тумана поднялась рука Деворы, а Борис часто-часто закивал, косясь на Плюшку. А собака за любой кипишь, лишь бы было весело.
— Предлагаю позавтракать в деревне. Фрет, думаю, нас с удовольствием покормит.
— Куда он денется, — Девора уже поднялась и пыталась сделать из вороньего гнезда на голове хотя бы сорочье. Повязала на шее шарфик бантом, одёрнула бывшее дорожное платье и с гордым видом вышла на дорогу. – Я готова.
Лезер всегда готова, она же боевик. Кстати:
— Лезер, организуй нам немного воды, чтобы умыться. А то в деревню могут не пустить вон ту чумазую особу.
— Хорошо, — бросила через плечо Лезер и наполнила водой мою большую бутыль из-под морса.
Девора улыбнулась, но ничего не сказала. Растёт девочка, даже внутри спокойна.
В деревню мы входили с первыми петухами, чем несказанно удивили местных собак. Особенно им не понравилась Плюшка. Ещё бы, ведь моя девочка теперь выглядела как мощный бойцовский пёс. Дымчатая гладкая шерсть переливалась оттенками серого в утренних лучах солнца. Во всём теле чувствовались упругие мышцы, а во взгляде усталое превосходство. Её клыки превосходили размерами даже клыки Ура. Как бы у него не разыгрался комплекс неполноценности!
— А вы кто? – вдруг послышался скрипучий голос, и из-за воротины показался древний старик.
Я сделал шаг назад, уступая разборки Деворе. Она правильно поняла меня и включила свой дар на полную.
— Мы просто проходили мимо, — вкрадчиво произнесла Девора, и я почувствовал, как изменился ритм вибраций её голоса.
Дед похлопал глазами, поозирался и развернувший, потопал назад в дом.
— Неплохо, — демонстративно беззвучно похлопал в ладоши. – Теперь хорошо бы также добраться до дома беглого мага.
Девора выдохнула, поправила волосы и скомандовала:
— Я иду первая, за мной Ларан и Борис, замыкает Лезер. Ну а собачка…
Плюшка повернула голову и слегка рыкнула. Девора вздрогнула:
— Собачка, как хочет, в общем.
Мы шли по улицам просыпающейся деревни. На нас никто не обращал внимания. Только удивлялись, увидев на улице огромного незнакомого пса. Но и про собаку сразу забывали, как только она выпадала из их поля зрения. Через пятнадцать минут блужданий мы уткнулись в слегка покосившийся забор, за которым стоял двухэтажный дом.
— Можешь крикнуть так, чтобы услышали только в этом доме? – обратился я к Деворе.
— Никогда не пробовала, но это интересно, — она задумалась на минуту, а потом кивнула. – Попробую. А что кричать?
Я криво ухмыльнулся.
— Что кричат обычно, чтобы все люди моментально выскочили из дома?
— Поняла, — заулыбалась Девора, прикрыла глаза, сосредоточилась и усиленным магией голос крикнула одно слово. – ПОЖАР!
Внутри дома послышался грохот, возня, а потом и ругань. Через минуту во двор высыпали сонные люди в ночнушках.
— Отлично! Который наш?
— Вот он, прыгает в одном сапоге, — указала Девора на совсем молодого паренька с тонкими усиками и ошалелыми глазами.
— Фрет Мусанг! – я сделал суровое лицо и прогремел на весь двор, — Вы арестованы по приказу главы клана Ирбис магистра магии Ура Анурогната!
Бабы во дворе сразу заголосили, мужики заозирались, а парень так и застыл с сапогом в руке.
— За что? – только и смог выдавить он. Но увидев Девору, кинулся к ней, пытаясь что-то объяснить. В общем гвалте его слов было не слышно. Нужно было прекращать этот фарс, и я поднял руку, посылая волну успокоения всем, находящимся во дворе. А было их без малого человек двенадцать. Через пару минут все замолчали и уставились на нашу компанию. Инициативу опять перехватила Девора.
— Все можете отправляться по своим делам. Нам нужен маг Фрет Мусанг.
Изменённые волны опять подействовали как надо, разогнав всю толпу. Один Фрет так и стоял посреди двора, глупо хлопая глазами.
— Может быть ты всё-таки пустишь путников в дом? – язвительно спросила Девора. – Хотелось бы умыться с дороги, да и позавтракать не помешает.
— Да, сейчас, — закивал парень, открывая калитку и провожая нас в дом.
Плюшка вошла во двор, осматривая всё хозяйским взглядом. Местный дворовый пёсик предусмотрительно залез в конуру и там затих. А девочка села рядом с крыльцом и замерла в ожидании.
— Плюшка, ты в дом не пойдёшь? – спросил я собаку, но, не получив никакой реакции, оставил её охранять вход. – Ну как хочешь. Тогда принесу тебе чего-нибудь вкусного.
Домочадцы мага разбежались кто куда. Остался только его отец, решать вопросы, да мать накрывать на стол.
— А вы, собственно, кто? – мужик с бородой подозрительно разглядывал нашу компанию.
— Вербовщик клана Ирбис, Девора Пауза, — девушка с гордостью посмотрела на мужика и поправила волосы, причёской это назвать нельзя было. – Это — Ларан Чароит, вербовщик из клана Александрит. Это – боевик клана Ирбис Лезер Анурогнат. Это — младший маг клана Ирбис Борис Шпиль.
Мужик ошарашенно присел на лавку, разглядывая нас поочерёдно. Таких высоких гостей он отродясь не принимал в доме.
— Так что натворил мой оболтус? – пробасил он.
— Да ничего особенного, — пожал я плечами. – Всего лишь участвовал в представлении, где нас чуть не убили. Но, как видите, всё обошлось. Так что мы приехали за Фретом. Пора уже ехать в клан на обучение. А то целых пять дней пропустил, нехорошо.
Я улыбался. Мужик всё больше мрачнел, а Фрет бледнел. Правда это нисколько не помешало нам вкусно позавтракать. Я прихватил пару пирожков для Плюшки и пошёл во двор. Там, развлекая местных, я создал ещё одну птичку-послание и попросил Ура прислать за нами экипаж понадёжнее его кареты к дому Фрета Мусанга. Все домочадцы, да и сам маг смотрели на птичку разинув рты. А плюшка тем временем доедала угощение.
Ждать пришлось долго. Только к вечеру за нами приехал тот самый рыдван, который снаряжала для нас Лезер.
— Я же говорила, лучше на этом ехать, — Лезер похлопала по рыдвану, показывая его надёжность.
— Думаешь Ур не взорвал бы и его, чтобы проверить вас? – поинтересовался я.
Лезер задумалась, а мы дружно грузились в очередной гроб на колёсах. Фрет и Борис забились в самый угол и старались лишний раз не обращать на себя внимание. По центру расположились дамы, а мы с Плюшкой залезли в другой угол, чтобы спокойно поспать. С таким транспортом приедем только завтра к обеду.
Проспал до самого обеда. Плюшка теперь дама самостоятельная. Её даже выводить гулять не надо, сама просачивается в любую щель и так же возвращается. Да и кушать ей в принципе не надо, она питается магией. Но от вкусняшки никогда не откажется. Так что переживать мне было не о чем, я отлично отдохнул в дороге.
Как только я вылез во двор, меня тут же пригласили проследовать в кабинет главы клана. Настроение у меня было отличное – предвкушение «битвы». Я помахал ручкой своим спутникам и отправился выяснять отношения с Уром. А плюшка умчалась по своим делам, наверное, будет пугать местных своими новыми габаритами.
Ур сидел в кресле, закинув ноги на каминную решётку, смотрел на огонь и потягивал вино. Его настроение явно было не такое радужное как у меня. Я расплылся в улыбке – ночная пакость удалась.
— Добрый день, господин Анурогнат, — я театрально поклонился и приземлился в соседнее с ним кресло. – Хорошо ли вам спалось сегодня?
Ур покосился на меня и заскрипел зубами. Я чувствовал его злость. Но Ур не был бы главой клана, если бы не умел держать себя в руках.
— Ларан, — он помолчал, отпил из бокала и немного успокоился. – Что это было за послание среди ночи? Я думал вас там всех поубивали!
— О, просто небольшое помутнение рассудка после большого взрыва, — аура ехидства окружала меня, и я её не стал сдерживать, чем злил Ура ещё больше.
— Что с каретой?
— Её больше нет, — я пожал плечами. – А лошадки ещё не вернулись домой?
— Вернулись, — огрызнулся Ур. – Как остальные?
— А почему ты меня пригласил, а остальных нет? – задал я встречный вопрос. – И где, кстати, мой бокал?
— На столе, — не оборачиваясь бросил Ур и опять уставился на огонь. – Так что там с …
— Если тебя интересует твоя дочурка, то с ней всё в порядке. Она даже мне улыбнулась пару раз, — я взял со стола бокал и кувшин с морсом и вернулся к камину.
— Она… улыбнулась? Тебе? – никогда не видел таких больших глаз.
— Да, отличный боец, прекрасный собеседник, очаровательная девушка…
Ур открыл рот, чтобы разразиться очередной тирадой, но не нашёлся что сказать. Так и сидел с поднятой рукой и открытым ртом. Люблю шокировать сильных.
— Ладно, — Ур тряхнул головой. – А что с магом… как его?
Но Деворы тут не было, чтобы подсказывать, а я не стал.
— … не важно. Что с ним?
— Сидит, наверное, в уголочке вместе с Борисом и кусает локти, что ввязался в эту авантюру.
Ур молчал. Только пил вино и смотрел в огонь. Злость бурлила в нём, но формального повода высказать своё недовольство мне у него не было. Миссию мы выполнили, привезли беглого мага.
— Что рассказал маг… ну ты знаешь?
— Ничего, — я скосил глаза на Ура. – Много и долго извинялся, что доставил нам неудобства…
Ур усмехнулся, но глаза остались холодными.
— Ладно, с ним разберусь позже. А ты, Ларан, что-то больно спокоен для того, кто ночью чуть не сгорел в карете.
— Я всегда доволен, когда остаюсь жив, — я откинулся в кресле. — Особенно когда всё, что должно было пойти как надо, пошло не так. Иногда для этого достаточно просто вовремя заметить, что за тобой следят.
Я допил морс, поставил бокал на стол и встал.
— Ур, я ведь приехал в твой клан не только как сопровождающий. Я приехал, чтобы убедиться, что у тебя всё под контролем, — я прошёлся до окна и обратно.
— И что же ты увидел?
— Что у тебя всё под контролем, — я улыбнулся. — Кроме меня. Это, как я понимаю, не входило в твои планы.
Ур медленно перевёл взгляд с огня на меня. В комнате стало тихо — слышно было только, как потрескивают дрова в камине.
— Кроме тебя? – Ур усмехнулся, но в голосе звякнул металл. – Ты прав, я не могу тебя контролировать. Но я могу сделать так, чтобы ты никогда не покинул этот замок. Хамме был моей правой рукой. Ты понимаешь, что я могу потребовать долг прямо сейчас?
— А что насчёт КрисТалла? Твоя дочь была в шаге от того, чтобы начать войну между кланами. Ты правда думаешь, что это сошло бы ей с рук? – я снова сел.
Ур резко вскинулся. В его глазах полыхнуло.
— Но КрисТалл жив, в отличие от Леона.
— Это не заслуга твоего воспитания, Ур. Твоя дочь жива только потому, что Корнелия решила её не топить.
— У Лезер были чёткие инструкции, — прошипел Ур.
— Убивать всех, кто ей не понравиться?
— Она должна была любой ценой добыть информацию…
— Цена оказалась высоковата, ты не находишь? Твоя дочь едва не развязала войну. Хамме напал со спины и получил. И теперь ты сидишь здесь и говоришь мне о долгах. Как будто это я начал, – я посмотрел на Ура. Его эмоциональный фон колебался между: «Убью гада!» и «Отвечать на провокации ниже моего достоинства».
— А тебе, Ларан, не кажется, что ты слишком уверен в своей неуязвимости?
Я встал и направился к двери, у порога обернулся:
— Я не уверен. Просто, я слишком ленив, чтобы умирать. И слишком занят, чтобы бояться. Так что не переживай за меня.
И вышел. Из-за двери послышался звон стекла.
Вот никогда не пойму, чего так злиться? Я махнул рукой на все разборки и отправился к себе в апартаменты. Первым делом я решил принять ванну. Погрузился в горячую, благоухающую ароматами цветов, воду и прикрыл глаза в блаженстве. Мышцы расслаблялись, мысли лениво блуждали по просторам, и я медленно погружался в дрёму. Вдруг что-то холодное коснулось моей руки. Я дёрнулся, поскользнулся и ушёл с головой под воду. Отплёвываясь и смачно ругая всех и вся, я вылез из ванны и открыл глаза. Наконец смог увидеть виновницу моего прерванного отдыха. Плюшка как ни в чём не бывало сидела рядом и ехидно смотрела в глаза.
— Ах, ты проказница! — я расплылся в улыбке и потрепал собаку. – Где ты была, пока я отдувался за всех?
Мне показалось или я отчётливо услышал «На кухне»?
— Серьёзно? Ты была на кухне? Клянчила вкусное?
— Гав, — низким голосом подтвердила мои догадки Плюшка.
— Так мне не показалось. Мы теперь и ментально можем общаться, – обрадовался я и опять нырнул в воду. – Значит ты уже сыта. Теперь дай и мне привести себя в порядок и пойти поесть.
— Гав, — ответила мне довольная собой Плюшка и исчезла туманным облачком в щели под дверью.
— Быстро она доросла до того, чтобы сбегать в туман. И кто теперь за кем присматривает?
Через полчаса я чистый, но голодный шёл в сторону столовой. Надел фиолетовую тунику, лёгкие брюки и сандалии-шлёпанцы. На голову водрузил соломенную шляпу. Подумал, что после обеда можно побродить по территории, а лысину нужно беречь от солнца. В столовой я встретил Девору. Она была в каком-то балахоне и со скромным пучком на голове — на неё совсем не похоже, насколько я успел её узнать.
— Добрый день, давно не виделись, госпожа Пауза, — я пристроился за её столик с самой невинной улыбкой. – Как впечатления от поездки?
— Ты говорил с Уром? – отмахнулась она от моего вопроса. – Как он оправдывался?
— Ур никогда ни перед кем не оправдывается, ты разве не в курсе? – я принялся за ароматный суп.
— Ну, не оправдывался, как объяснил? – пошла на попятную Девора, доедая салат.
— Дорогая, — я слегка наклонился вперёд и перешёл на загадочный шёпот, — мы с ним достаточно умны, чтобы не разжёвывать друг другу причины тех или иных действий. Тут и так всё понятно, — я продолжил есть. Девора недовольно поджала губы и отложила вилку.
— Ну хоть что-то? Он хоть признал, что перегнул?
— Он сказал ровно столько, сколько посчитал нужным, — я пожал плечами.
Девора хотела возразить, но я внимательно посмотрел на неё, и она снова взяла вилку.
Я на мгновение прикрыл глаза, давая себе передышку от Деворы и её бесконечных вопросов. В зале было скучно. Нетерпение, мимолётная радость, усталость… О, а тут зависть вызвала изжогу. Занятно… Заглянул мысленно на кухню и тут же вернулся назад. Там ещё скучнее, работа, ещё раз работа, усталость, и опять работа.
Но девушка не выдержала:
— А что будет с Борисом и Фретом? Он сказал?
— А что с ними будет? Думаешь это Ура волнует? Всё будет… никак. Борис продолжит работу, а Фрет наконец-то начнёт обучение, — я доел суп и откинулся на спинку, наслаждаясь послевкусием.
— Но ведь это покушение на убийство? – она понизила голос. – Если бы не твоя собачка и не ты, мы бы… хорошо если бы выжили…
— А ты ещё не поняла где работаешь? Ур всё делает с размахом. Если проверка, то проверка смертью. Выжил – молодец, не выжил – сам дурак, — я принялся за сочный стейк с салатом, а Девора застыла.
— Но меня никогда так не проверяли раньше, — минут через пять Девора очнулась и выпила компот.
— Либо повезло, либо ты не представляешь интереса для Ура, — пожал я плечами и взял стакан с компотом.
Я чувствовал, как крутятся шестерёнки в мозгу Деворы, как меняются её эмоции. Она даже забыла разыгрывать милую дурочку. Ну, и хорошо. В конце концов, меня же просили ей помочь. Вот я и помогаю ей потихоньку разбираться, как всё на самом деле работает.
Закончив трапезу, я оставил Девору размышлять над смыслом бытия и отправился на прогулку. Первым делом я заглянул в конюшню. Эмоции лошадей многое могут рассказать об этом месте. Первым привлёк моё внимание вороной жеребец, на котором сбегала Лезер. Сильное могучее животное почему-то источало обречённость. Тогда как рядом две кобылки легкомысленно жевали траву, не обращая внимания ни на что. Эти пристяжные, понятно. Чтобы окончательно убедиться в своих наблюдениях, прошёлся вдоль стойл. Так и есть, кони, которых впрягают в экипажи чувствуют себя вполне прекрасно. Тогда как верховые в большинстве своём излучают недовольство, раздражение или безразличие.
— Господин Чароит, что Вы здесь делаете? – ко мне шёл местный старший конюх. Он явно был удивлён.
— Фофан, давно не виделись, — я улыбнулся и похлопал по плечу этого простоватого мужика. – Вот, любуюсь на твоих красавцев. Хороши лошадки, но моя Поганка лучше.
— Так эть Ваша Поганка внучка моей любимицы Авроры, — Фофан расплылся в улыбке. – Как она поживает? Чего с собой не взяли?
— Всем хороша кобылка, да вот плавать не любит, — пожал я плечами. – Передавала привет и сказала, что лучше дома посидит.
— Всё б Вам шутить, господин Чароит, — смеялся Фофан, утирая рукавом слезу.
— Без шуток жизнь становиться пресной, Фофан, — я огляделся и увидел одного грустного коня. – А этот жеребец случайно не верховой Ура?
— А то ж, Алмаз. Господин Анурогнат только на нём и ездит, — Фофан погладил коня по холке, — правда редко.
— Ладно, Фофан, здоровья твоим лошадкам, — я развернулся и вышел на двор.
До сих пор чувствовал горечь и печаль мужика. Что-то здесь на так. И конь этот грустный — не случайно. Может Алмаз так реагирует на звериную составляющую Ура? Кто знает… О, а кто там в беседке? Так и знал, надо было Плюшке разъяснить правила поведения в чужом монастыре. Собака зажала кого-то в беседке и не давала выйти. Сколько времени там просидел бедолага? Я пошёл на помощь.
— Плюшка, ты поймала добычу на ужин? – я уже увидел бледное лицо Бориса, и не мог удержаться.
— Господин Чароит, помогите, — жалобно попросил маг. Он забрался на лавку с ногами и вжался в угол. – Ваша собачка не пускает меня, а у меня ведь работа.
— О, кстати, а где ты работаешь?
— Я маг-смотритель на полигоне.
— Дай угадаю, — я задумался на мгновение, поглаживая Плюшку по голове, — дар – пространственное ориентирование. Да?
Борис кивнул и начал спускать со скамьи одну ногу. Плюшка тихо зарычала, и Борис вернулся назад.
— Господин Чароит, меня же накажут. Я должен сейчас выдавать тренировочные артефакты, — маг жалобно смотрел на меня.
— Ладно, — решился я. – Плюшка, иди погуляй. Если что найдёшь интересное, скажешь мне.
— Гав, — басовито ответила собака и исчезла в тени беседки.
— А ты, отведи меня на полигон, хочу посмотреть, как вы тут тренируетесь.
Борис уже сполз со скамейки и одёргивал свою рубаху. Я почувствовал волну паники.
— Господин Чароит, на полигон запрещено заходить даже своим, кто не записан на тренировки. А гостям нужно специальное разрешение от главы клана…
— Считай, что оно у меня есть, — улыбнулся я, обхватил парня за плечи и повёл его в сторону, где слышались удары и крики. – Да не бойся, я на минутку загляну, никто и не заметит.
Зайдя на полигон, Борис тут же метнулся к кладовке с артефактами, где уже толпились недовольные маги. Я сделал вид, что разглядываю разметку, и на секунду прикрыл глаза, отпуская дар на полную. Эмоции ударили в лицо: азарт, боль, усталость, вспышки злости — обычный фон для тренировочной площадки. Но чем дольше я слушал, тем отчётливее понимал: всё это — фальшь. Маги бились, кричали, падали, поднимались — но внутри у них не было ни огня, ни желания. Только принуждение. Словно каждый знал, что его оценивают, и старался изо всех сил, хотя на самом деле хотел просто уйти.
И среди этого шума — что-то острое, несовместимое с общим ритмом. Я повернул голову в ту сторону, где маг в сером балахоне стоял у стены, скрестив руки на груди. Он не тренировался, не следил за боем, просто стоял и наблюдал. В его эмоциях не было ни азарта, ни усталости, ни раздражения. Только ровное, выжидательное спокойствие — как у человека, который смотрит, но не участвует. И всё вокруг него словно обтекало: никто не подходил, никто не звал в спарринг, никто не обращал внимания. Как будто его там не было.
Я отвернулся и вышел.
Эх, хорошо взял шляпу! Солнце за день нагрело камни, и, если не прятаться по прохладным помещениям с артефактными кондиционерами, или в тени деревьев у фонтана, можно растаять. Решил вернуться к замку через парк. Могучие деревья, лёгкий ветерок, утоптанные дорожки… Красота! Иногда мимо пробегали озабоченные маги или слуги. Но мне это не мешало наслаждаться уникальной природой восточной части материка. У нас не так. Тут я заметил знакомую высокую фигуру в тёмном, целенаправленно идущую в сторону полигона.
— О, прекрасная повелительница воды и мужских сердец, — я снял шляпу и перегородил Лезер дорогу. – Не соизволите ли уделить вашему поклоннику несколько минут драгоценного времени?
Лезер застыла посреди дороги, её зрачки превратились в вертикальные ниточки. Она открыла рот, чтобы очередной раз огрызнуться, но до неё дошёл смысл сказанного, и она потерялась. Тряхнув головой, она вернула себе привычное выражение лица – никакое.
— А Вы, господин Чароит, на солнце перегрелись? – она скрестила руки на груди и выставила правую ногу вперёд. Ну прямо памятник самой себе, уважаю!
— Просто хотел привлечь внимание. Кто этот мужик в сером, что на полигоне пялится на всех и щекочет своим взглядом?
— Ракау Баже, разведка. Правда староват уже…
— Неужели старше Ура?
— Да нет, вроде младше лет на десять, — задумалась Лезер и сменила позу, сунув руки в карманы.
— Тебя послушать, так и Ур староват править кланом? – я подмигнул и ухмыльнулся.
Лезер незаметно, как ей показалось, оглянулась по сторонам. А потом резко выпалила:
— Я такого не говорила. Если что, я буду всё отрицать.
Я впервые почувствовал не злость, и не агрессию, а страх. Она боится своего папочку. Вот так сюрприз.
— Так и что этот Ракау делает на полигоне?
— А я откуда знаю, и вообще, мне пора, — девушка обогнула меня и быстро пошла к выходу из парка.
— Так, — почесал я голову и надвинул шляпу на глаза, — значит появился новый старый игрок. Интересно…
Я уже почти дошёл до выхода из парка, уже были видны башни центральной части замка, когда на меня налетела Плюшка и просто повалила на землю, придавив лапами. В зубах она держала платок, от которого так несло магией, что у меня глаза заслезились.
— Плюшка, фу, плюнь каку! – я попытался скинуть с себя эту тушу, но это оказалось не так-то просто. Похоже девочка ещё чуть-чуть подросла. – Плюшка, сидеть!
Собака, сверкнув глазами (фиолетовым или мне показалось?), села рядом и высунула язык тяжело дыша. Я медленно сел и принялся рассматривать платок. Ничего особенного, обычный белый кусок ткани. Но магия… Откуда такая концентрация? Может он лежал на складе артефактов? Или это любимый платочек Ура? Надо будет изучить повнимательней.
— Плюшка, ты где это нашла? – я пристально посмотрел в глаза собаке. Она просто отвернулась от меня и начала рассматривать соседний куст.
— Что, не хочешь отвечать? Ну и правильно, у всех должны быть свои секреты, — я поднялся на ноги потрепал собаку по холке и протянул ей платок. – Это твой перекус?
— Гав! – ответила Плюшка и, аккуратно прихватив зубами платок, направилась в сторону наших апартаментов.
— А ты права, надо немного отдохнуть перед ужином. Завтра продолжим.
Добравшись до комнат, я рухнул на кровать и не заметил, как задремал. Всё-таки я привык передвигаться либо верхом, либо в экипаже, а тут набегался по территории клана. Разбудил меня стук в дверь. И если бы не Девора, она зашла за мной, чтобы поболтать по дороге, я бы просто проспал. Плюшки в комнате уже не было.
— Что, Ларан, уморился? Да, территория у нас не маленькая, — рассуждала девушка, тащив меня за собой в столовую. – Ты ещё не был на наших полях. Туда вообще пешком идти два дня. Зато небось узнал много интересного.
Я молча плёлся за девушкой. И откуда у неё столько сил? Мне не хотелось есть, мне хотелось спать. Но я шёл, ужин это святое, на ужин дают пирожные!
— А я так не смогла поговорить с Уром, он куда-то уехал, — продолжала тараторить Девора, включив режим умной дурочки. – Сказали вернётся только через пару дней. Представляешь, поехал на Алмазе! Я его видела верхом всего один раз в прошлом году. Зрелище было эпичное. Все свободные маги и слуги сбежались проводить.
Я слушал её болтовню как белый шум, продолжая дремать по дороге. Но как только я присел за столик, до меня дошёл смысл её слов:
— Что? Ур уехал? На Алмазе? – проснулся мгновенно.
— Ну да, я об этом и говорю.
Что ж, профессионал! Бывают, кончено, проколы, но она ещё молодая, наберётся опыта, повзрослеет, будет взрослую дурочку отыгрывать.
— А кто остаётся за него на время отсутствия? Или у вас это не принято?
— Ну почему, — Девора хапнула с блюда пирожное, чем вызвала во мне раздражение. – Остаётся его правая рука магистр Баже Ракау.
— Кстати анекдот, — я подвинул блюдо с пирожными к себе, а тарелку с рыбным суфле к Деворе. — Вчера глава клана вызвал меня к себе и сказал: «Ты — моя правая рука». Я обрадовался, думал, повысят. А он: «Так что иди на кухню, там левая рука одна картошку чистит, ей неудобно».
Девора хрюкнула, зажав рукой рот — чуть не подавилась рыбой. Зато про пирожные забыла!
Дальше поужинали под её болтовню. Я так и не понял, как она умудряется есть и говорить одновременно.
Очередная попытка приручить меня успешно отбита. Пирожные подняли мне настроение, и я решил порыться в местной библиотеке. Надо посмотреть, что у «кошек» есть интересного. Не сворачивая к себе, я сразу направился в библиотечное крыло. Кончено там была не только библиотека. Ещё там были учебные классы, архив, казначейство. Короче вся администрация клана.
В полутёмных коридорах, освещёнными редкими магическими светильниками, я шёл в своих шлёпанцах… Настроение было прекрасное, столько пирожных умял! А когда хорошее настроение, можно немного пошалить. Я взял со стены один из светильников и подсветил своё лицо снизу, чтобы выглядело пострашнее. И поплёлся шаркающей походкой. Кончено вечером встретить кого-нибудь в этих коридорах мало вероятно. Но я и не хотел кого-то пугать. Так… если кто-то случайно окажется здесь. В одном из ответвлений коридора резко хлопнула дверь. Ещё несколько шажков и с другой стороны раздался женский визг. Вечер удался!
Подойдя к большим резным дверям библиотеки, я толкнул одну из створок и тихо вошёл внутрь. Тут уже можно не играть в привидение. Я прошёл вдоль стеллажей, читая названия книг на корешках. И в какой-то момент, услышав приглушённые голоса, я замер:
— … я не говорю, что это правильно. Но выбора у нас всё равно нет.
— Нет. А если он вернётся раньше?
— Тогда пусть сам разбирается. Мы не полезем.
— Ты никогда не лезешь. Но у меня такое чувство…
— Чувства у него, видите ли. Иди, там уже все ушли…
— Ушли… Но я всё равно не понял, зачем это нужно.
— А это не твоя забота.
— Вообще-то обидно. Ладно, пошли.
— Пошли.
Где-то вдали скрипнула дверь, и стало тихо. Я прислушался. Никого, ни единой эмоции. Хорошо, но я так и не понял о чём они говорили. Ладно, я здесь один и могу спокойно поковыряться в книгах. Просмотрев несколько приглянувшихся книг, я заметил в одной из них листок, вставленный как закладка. Я раскрыл книгу и увидел на листке шифр. Это определённо был он. И название книги странное: «О влиянии магических потоков на тонкие структуры сознания в условиях длительной изоляции». Очень интересно, надо попробовать расшифровать. До комнат добрался значительно быстрее. Устроился поудобнее на кровать и принялся изучать зашифрованную записку. Самый известный шифр – ключ-книга. Итак…
Проснулся утром. Книга в одной стороне, записка в другой, а посреди всего этого Плюшка пузом кверху. Теперь она занимает больше половины кровати. Это что же, дальше мне придётся спать на половичке? Шлёпнул по попе нахалку. Она открыла один глаз, посмотрела и снова засопела. Ладно, дома уже займусь воспитанием. Я спрятал записку в книгу, а книгу под подушку. Привёл себя в порядок и пошёл завтракать. Конечно Девора меня уже поджидала, чтобы рассказать последние сплетни. Я слушал её вполуха, а сам думал, что же написано в той записке, куда делся Ур, кто такой Ракау и прочие очень важные мысли бродили в моей лысой голове. После завтрака мне удалось потеряться, и я гулял по дальним рубежам клана вплоть до самого обеда.
А на обеде ко мне подсели Девора и Фрет Мусанг.
— Добрый день, господин вербовщик, — улыбался Фрет усаживаясь за мой столик.
Один минус у тебя уже есть. И похоже я насчитаю их достаточно, чтобы не продолжать с тобой общение.
— Ларан, ты куда убежал после завтрака? – влезла Девора. — Сегодня у Фрета выходной и мы хотели вместе показать тебе наши сады.
— Я осматривал ваши огороды, — ухмыльнулся я, прихлёбывая ароматный супчик. – Это было поучительное зрелище.
— И чему Вас огороды могли научить? – Фрет продолжал глупо улыбаться.
Второй минус, мальчик.
— Что сорняки выживают даже там, где за ними никто не смотрит, — я пристально посмотрел на него.
— У нас нет сорняков, — уверенно сказал Девора.
— А ты давно была на огородах? – я доел суп и отодвинул тарелку.
— Не важно, — отмахнулась та. – Пойдём в сады после обеда?
— Обязательно, — кивнул Фрет. — Господин Чароит, вы расскажете о своей работе? Я тоже хочу стать вербовщиком.
Третий минус.
— О работе не рассказывают, работу работают, — хотелось бы уже уйти, но я не мог оставить недоеденной вкуснейшую котлету.
— Но ты же обучал Эйну, — опять встряла Девора.
Ох, девочка, сейчас и тебе буду минусы ставить. А ведь ты уже действующий вербовщик.
— Ошибаешься, — я строго посмотрел на Девору. – Я её не обучал, я её проверял.
Всё котлета закончилась. Теперь компот и бежать отсюда.
— А как это? – Фрет доел суп, и теперь его любопытство разыгралось с новой силой. – Не обучали, а проверяли?
— Проверял, готова ли она вообще к этой работе. Ты, кстати, ещё не готов. Может лет через пятьдесят…
Я допил компот, встал и не прощаясь ушёл. Решил, что этой компании мне на сегодня хватит. Заперся у себя в комнатах и принялся расшифровывать записку. Плюшки не было, так что я опять развалился на кровати… И проснулся, когда в мою дверь начала стучать Девора. До ужина оставалось ещё часа два.
— Что за записка такая? – я протёр глаза. – Второй раз засыпаю. Ладно, пойду прогуляюсь.
Я спрятал книгу и вышел в коридор. Девора уже ждала меня под дверью.
— А я всё думаю, куда ты подевался? – она шла за мной, болтая без умолку. И я начал замечать, что она периодически пользуется своим даром. Неужели решила заболтать меня?
— Я спал, — пожал я плечами. – А сейчас иду гулять.
— Отлично, я с тобой, — воодушевилась Девора. – А то скоро вы уедете, а мне надо так много у тебя спросить. Например, вот как ты стал вербовщиком? Ты сразу знал, что это твоё? У кого ты учился? А ещё, почему ты не отрастишь волосы? Это же просто, есть артефакты и зелья…
Я резко остановился. Дурочка дурочкой, но надо знать границы.
— Девора, а ты как стала вербовщиком? Сама выбрала или клан назначил? И как поняла, что это твоё? Училась у кого или так, на ходу? И почему ты не уберешь свои волосы, есть ведь артефакты и зелья?
Девора остановилась ошарашенная мои натиском.
— И прежде чем задавать вопрос кому-то, задай его сначала себе. Готова ли ты на него ответить?
Я развернулся и пошёл в парк. А там уже носилась по аллеям Плюшка, пытаясь поймать бабочку. Через несколько минут меня догнала Девора.
— Ларан, не забудь, через час ужин, — девушка холодно посмотрела на меня, развернулась и не спеша ушла.
— Святые тапочки! Ну наконец-то она поняла, что пора менять маску. Умная дурочка не работает, — я почесал за ухом подбежавшую ко мне Плюшку. — Теперь она будет отыгрывать стервочку-профессионала, как думаешь, девочка?
Мы прекрасно погуляли. На ужин я слопал штук шесть пирожных и настроение ещё больше улучшилось. Девору я больше не видел, и спокойно пошёл в свои апартаменты. Спать не хотелось, и я решил, что пора наконец-то попробовать расшифровать эту записку. Я устроился поудобнее на кровати с книгой и запиской и … заснул. Магия какая-то. Следующий день прошёл в прогулках и ожидании. Ур всё ещё не вернулся. Маги клана нервничали, но качественно это скрывали. Мы с Плюшкой гуляли и ели. Я наблюдал за общим настроением в мастерских, где младшие маги практиковались в создании мелких бытовых артефактов. Потом посетил местную винодельню. Вот где царил покой и гармония. Вино на магов определённо действует благоприятно. Особенно когда им не надо применять магию, а просто давить виноград.
К вечеру Плюшка куда-то умчалась, а я после ужина решил посидеть в беседке и посмотреть на разгорающиеся на небе звёзды.
— Добрый вечер, — я слегка удивился, увидев перед собой Орро Корвуса с неизменным пакетиком орешков в руке. — Хочешь орешков?
— Нет, спасибо, предпочитаю пирожные, но с собой не ношу. Присаживайся. Смотрю и лекарям нужно иногда посмотреть на звёзды и подышать свежим воздухом?
— Лекари тоже люди, жаль, что мы вспоминаем об этом редко, — Орро закинул в рот орешек и сел напротив. А тебе что здесь не спится?
— Напротив, — я ухмыльнулся, — нашёл у вас в библиотеке такую волшебную книгу, стоит открыть, и я сразу же засыпаю.
Орро улыбнулся, закинул в рот ещё орешек и посмотрел на звёзды. Мы помолчали какое-то время. Я не решался заговорить о КрисТалле. А Орро видимо не считал нужным в редкие минуты отдыха обсуждать свою работу. Хоть разделение близнецов и крайне необычный случай, и интересен даже с точки зрения науки и магии, но всё равно это работа. Я чувствовал Орро как никто другой. В этом мы были похожи. Орро заговорил первым:
— Ты нашёл то, что искал?
— М?
— Я же видел, как ты ходишь тут, прикидываясь праздно гуляющим, а сам наблюдаешь за нашей жизнью. Так ты нашёл?
— Не то чтобы я что-то искал, — я замялся, подбирая правильную формулировку. – Просто пытался почувствовать, как у вас здесь живётся.
— И как? – Орро опят закинул очередной орешек в рот.
— Мне здесь неуютно, — честно признался я. – Я не смог бы здесь жить. А как ты?
— Мне тоже, — такого признания я не ожидал. – Я приехал сюда ненадолго, по личной просьбе Ура. А потом так и остался. Да, поначалу было некомфортно, поэтому я практически не вылезал из лекарского крыла. Но потом понял, что в моём крыле атмосфера стала подстраиваться под меня. Мне стало намного комфортнее находится на работе, чем в любом другом месте клана.
— Поэтому я тебя ни разу не видел в столовой? – догадался я.
Орро кивнул и опять закинул в рот орешек.
— Сколько лет ты тут сидишь, по сути взаперти?
— Много, — отмахнулся Орро.
— Я так не могу. Через неделю сидения на одном месте у меня начинается чесотка, а через две я ищу любой повод чтобы уехать. Через три готов объявить кому-нибудь войну, лишь бы начать двигаться.
— Зато ты видишь мир, разных людей, открытые пространства.
— Но иногда я закрываюсь в комнате и не выхожу оттуда несколько дней кряду. Я тоже устаю от новых лиц и новых мест. Правда это бывает редко.
Мы опять помолчали, разглядывая звёздное небо. Налетел лёгкий прохладный ветерок, остужая землю от дневного жара.
— Так что ты почувствовал в нашем клане? – вернулся к разговору Орро.
— Я почувствовал, что здесь что-то беспокоит практически всех. Такой напряжённой энергетики я никогда не встречал. Люди здесь очень закрытые, всё держат в себе, вот напряжение и растёт, — пожал я плечами.
— А я чувствую тела. Они тоже закрыты. Многие спят плохо, едят на ходу, улыбаются, когда больно.
— В Александрите эмоции – это валюта. Без них никак.
— А здесь эмоции — это слабость. Ты должен быть как камень, даже когда внутри всё болит.
— Я бы не выжил здесь, — я представил себя вербовщиком в клане Ирбис, и меня передёрнуло от ужаса.
— Потому ты и не здесь, — усмехнулся Орро. – Хочешь орешек?
— А может у тебя в кармане пирожное завалялось? Я бы съел.
Орро тихо засмеялся. Отсмеявшись он снова закинул орешек в рот. Мы опять помолчали каждый о своём. На этот раз тишину нарушил я:
— Орро, я заметил, что у вас иерархия строится на страхе, это тебя как-то касается? Ты ведь целитель, нужен всем. Это даёт тебе свободу.
— В какой-то мере даёт. Но не защищает. Если Ур решит, что я не нужен — я исчезну.
— Ты так спокойно об этом говоришь.
— Я привык. Я не могу изменить это, но я могу не бояться.
— Я тоже не боюсь. Но я устал.
— Это другое. Ты устал от того, что тебя используют как инструмент. А я — от того, что я сам сделал себя инструментом.
— А остальные? Они живут в постоянном страхе?
— Здесь всё держится на страхе.
— У нас на уважении. Хотя иногда это одно и то же.
— Разница есть. Уважение — это когда ты сам выбираешь стоять. Страх — когда тебя заставляют.
— И что ты с этим делаешь?
— Ничего, — Орро пожал плечами, — я лечу людей, я не могу лечить систему.
Мы опять замолчали. Слышалось только шуршание пакетика и хруст разгрызаемых орешков. Я посмотрел на Орро и его орешки с немым вопросом в глазах.
— Сначала я грыз орешки, чтобы не заснуть во время процедур. Потом это стало привычкой. Да и голод утоляет…
— А я ем пирожные и говорю гадости. Немного помогает не сойти с ума.
— Ты не говоришь гадости, ты говоришь правду, которая людям не нравится.
— Почти одно и тоже.
— Нет, гадости, чтобы обидеть. А ты просто называешь вещи своими именами, — Орро посмотрел на меня уставшими глазами.
— И это раздражает больше.
— Потому что это правда.
— А ты всегда говоришь правду?
— Только тому, кто честен со мной.
— Потому тебя все считают самым главным молчуном? — хмыкнул я.
Орро улыбнулся, достал последний орешек из пакетика и встал.
— Ну, мне пора, приятно было поболтать. Приезжай как-нибудь ещё…
— Обязательно приеду, — я улыбнулся в ответ. – А ты главное помни, что целители нужны везде…
Орро ушёл, а я ещё долго сидел в беседке, думая насколько мы разные и в то же время одинаковые. Была уже почти ночь, когда я вернулся в комнату. Плюшка спала на кровати, свернувшись калачиком. Я смыл с себя остатки разговора холодной водой. Очень сильно он меня зацепил. Посмотрел на книгу с запиской как на врага и лёг в кровать. Долго смотрел в потолок и не мог заснуть, перебирая в голове разговор с Орро. Но Плюшка так сладко сопела под боком, что и меня наконец сморило.
На следующий день в клане Ирбис что-то пошло не так. Плюшка не появилась в спальне. Девора меня не встретила за завтраком. Ур так и не вернулся из своей поездки. Никто ничего не мог сказать вразумительного. Я даже зашёл в целительское крыло. Вызвал Орро и поинтересовался как дела у братьев.
— Хочешь орешков? — как всегда он протянул мне пакетик.
— Нет, Орро, какие орешки? Лучше расскажи, что с братьями? Получается?
— Да всё нормально, вроде, — он пожал плечами, — но лучше приходи завтра. Тогда точно скажу.
И ушёл вместе со своими орешками.
Завтра, так завтра. Я вышел во двор. Вроде всё, как всегда. Но атмосфера стала ещё напряжённее. Я решил пойтти в парк. Там по крайней мере не так много чужих эмоций, которые давили на меня всё больше. Может и Плюшка там носится за очередной бабочкой. Собаки я не нашёл, зато встретил Девору.
— Ларан? – она приподняла одну бровь, делая вид, что удивлена нашей встречей. – Что ты тут делаешь?
Она осеклась, поняв, что опять сорвалась на маску дурочки. Но быстро взяла себя в руки и приняла высокомерный вид.
— Я хотела спросить, ты не видел Фрета?
— Нет, — я пожал плечами и хотел пойти дальше, но она остановила меня следующим вопросом.
— И всё? Просто «нет», и никакой иронии или сарказма?
— Мою иронию ещё надо заслужить.
— Хочешь сказать, что Эйна достойна, а я нет? – Девора нахмурилась.
— Для клана Ирбис ты слишком эмоциональная, тебе не кажется?
— Зато ты похож на старика, которому уже давно всё равно, — огрызнулась раскрасневшаяся Девора.
— Это называется профессионализм. Ты попробуй, вдруг получится, — я оставил Девору хватать воздух ртом, а сам направился вглубь парка.
На обеде я Девору не видел, да и вообще народу было не много. Так что я спокойно поел, прихватил с собой пирожное и отправился бродить по территории дальше. День становился всё скучнее. Но, выйдя во двор, я увидел Ракау Баже. Он сидел в беседке в своём сером балахоне и кормил голубей. Я решительно направился к нему.
— Добрый день, магистр Баже, — я сел напротив него. – Меня зовут…
— Я знаю, — проскрипел старик, — вербовщик Александрита. Ларан Чароит. Слышал о тебе много забавного. Кхе-кхе.
— Это конечно очень мило, что Вы обо мне слышали, но скажите, что у вас тут происходит? Куда делся Ур? И почему такая тягостная атмосфера в клане?
— Ох, как много вопросов. — Ракау посмотрел на меня белёсыми глазами. – Ты, мальчик, слишком торопишься. Это неплохо, но иногда бывает очень утомительно. Завтра тебе предстоит тяжёлая работа…
— Какая работа? – не понял я. Вроде со своей работой я неплохо справляюсь.
— Два брата, которые никогда не осознавали себя отдельными личностями. Кхе-кхе. Им потребуется твоё внимание и забота первое время.
— Но Орро сказал завтра прийти спросить… Я думал есть ещё несколько дней.
— Завтра, — старик кивнул своим мыслям. – Ур приедет завтра.
— Так понимаю, куда ездил Ур и что за дела у него возникли мне знать не положено?
— Правильно понимаешь, — Ракау устало посмотрел на меня. – Есть вещи, которые знать не просто не обязательно, но и не нужно. А некоторые ещё и вредно. Так-то. Кхе-кхе.
— А что с атмосферой? Почему такая напряжённость?
— А что не так? – удивился старик. – Ты видно привык у себя в клане к очень спокойным людям. И теперь воспринимаешь обычную жизнь, как что-то негативное. У нас так всегда, больше или меньше. Просто все сейчас ждут возвращения Ура. Поэтому немного напряжены.
— И всё? Получается наши кланы живут на разных частотах? – сделал предположение я.
Ракау улыбнулся краешком губ.
— А Вы…
— А я старый маг, который тянется к молодой энергии. Сам я уже ничего не могу. Разве что стать незаметным, чтобы не смущать своим присутствием молодых магов.
Впервые за долгие годы моей работы вербовщиком я не знал, что сказать. Магистр улыбнулся, похлопал меня по плечу и поплёлся в сторону полигона. А я так и сидел. Получается все странности, которые я наблюдал за эти дни – это просто странности. И платок, возможно просто выбросили, а Плюшка подобрала. И записка в книге – это вовсе не шифр, а просто краткая запись номеров страниц с ценной для кого-то информацией. И Ур решает какие-то бытовые проблемы, если уж Ракау так спокоен. А общее настроение – просто рабочий фон. И лошади грустные, потому что чувствуют настроение хозяев. Эх, Ларан, чуть сам себя не переиграл!
Я ещё долго сидел в беседке. Голуби разлетелись, ветер стих, солнце начало клониться к закату. Встал, отряхнул штаны и пошёл в сторону замка. Плюшка не вернулась. Я заглянул в столовую. Что бы вокруг не происходило, ужин – это святое, особенно когда есть вкуснейшие воздушные пирожные. Поел не торопясь, благо Деворы рядом не было, и поднялся в апартаменты.
Посидел в кресле с книгой, но ни слова не прочитал. Разум был пуст в предвкушении новой интересной задачи. Какие они будут, браться? Как сложатся наши отношения? Как быстро они привыкнут жить раздельно? И как им помочь быстрее привыкнуть к новым условиям? Понял, что занимаюсь ерундой, когда на улице совсем стемнело. Разделся, лёг в кровать. Спать не хотелось, но не успели мысли о завтрашнем дне пойти по второму кругу, как я погрузился в темноту.