Модзя

Мама не захотела играть. Опять. Макс расстроенно поплелся в свою комнату, раздумывая, чем бы заняться. Без мамы ни игрушки, ни конструктор, ни даже пластилин не вызывали энтузиазма.

Красный мячик одиноко лежал возле кровати. Еще недавно они с мамой так весело его пинали, а потом что-то случилось и мама ушла. И уже целую вечность занимается какими-то глупостями!

Сжав кулачки, Макс изо всех сил пнул мяч. Тот ожидаемо укатился под кровать, но вместо удара об стену оттуда раздалось какое-то страшное сопение.

Максимилиан не был трусом. Опустившись на коленки, мальчик лег щекой на коврик. Тот почему-то был мокрым и холодным, хотя Макс четко помнил, что сегодня на него ничего не проливал. Но и это были не все странности.

Из-под кровати кто-то смотрел. Темная фигура лежала на боку и катала красный мячик сморщенной когтистой рукой. В полумраке были видны очертания длинных волос и платья – наверное, это была девочка. Только какая-то странная. Ее голова подергивалась, как у змеи, носа и вовсе не было, а вместо глаз зияли темные провалы.

Максимилиан был умным мальчиком. Он знал, что никаких девочек в его комнате быть не должно, тем более таких страшных. А значит нужно пойти и позвать маму.

Мама нашлась на кухне. Она нарезала салат и одновременно ловко ела оливки из банки, стараясь не испачкать белое платье.

– Маааааам!
– Макс, замараешь же меня, – женщина решительно перехватила детскую ручку. – Что?
– Там девочка, мам!
– Какая девочка? Где?
– В моей комнате, под кроватью… Страшная!

Женщина устало вздохнула и укоризненно посмотрела на ребенка. Целый день Макс занимался затягиванием мамы в игру. Будто у нее других дел нет.

– Милый, в твоей комнате не может быть никаких ужасов.
– Но она там есть! Есть, есть! Правда есть, посмотри!

Макс затопал ножками и снова потянулся к белоснежному подолу, но мама ловко увернулась и понесла салат в холодильник. Сзади ожидаемо раздались тихие всхлипывания.

Женщина чуть сильнее обычного захлопнула дверцу и пару секунд разглядывала пятна на ней. Всхлипы позади не унимались, однако потворствовать им не хотелось. Сына надо было как-то отвлечь.

– Подойди сюда, пожалуйста, – таинственно прошептала мама. – Я раскрою тебе один секрет. Только надо будет смотреть очень внимательно!

Мальчик тут же перестал выжимать слезы и подбежал. Мама же присела на корточки, положив руку на стену. На обоях тут же начали проступать загадочные символы, горящие нежно-голубым.

– Что это? – восхищенно выдохнул Макс.
– Это защита нашего дома. Благодаря им никакое зло не может сюда проникнуть.
– Это ты сделала? Ты волшебница, мама?!
– Немножко, – женщина убрала руку, чмокнула Макса в щеку и встала.

Теперь у нее есть несколько секунд на побег, пока сын завороженно смотрит на гаснущие огоньки.

– Но… Но мама! А как же девочка? Может… Может она просто не злая?
– Да, так и есть, милый, – женщина замерла на пороге кухни, чуть-чуть не успев завернуть за угол. – Почему бы тебе не рассказать об этом папе? Он уже скоро-скоро придет, а мне правда-правда надо на работу.

И мама поспешила в свою комнату. Кажется, даже бегом.

Максимилиан какое-то время провел на кухне, ожидая папу. Покачался на своем стульчике. Даже попробовал нахмурить бровки и съесть оливку. Он видел, взрослые так делают. Но оливка опять оказалась мерзкой. Пришлось выплевывать и ждать папу еще немного.

Наконец, терпение юного воина окончательно иссякло. Мячик все это время нуждался в помощи. И раз никто не пришел, Макс справится сам! Вооружившись ложкой, мальчик отважно отправился обратно.

Страшная девочка по-прежнему была под кроватью. Кажется, даже приблизилась, катая мячик почти на границе света и тени.

Макс глубоко вздохнул и протянул ложку в направлении чудовища. Однако он забыл, что у девочек обычно бывает две руки.

Вторая рука, рука с когтями, молниеносно схватила Макса и потащила под кровать!

Бросив ложку и отчаянно дернувшись, он вырвался. Из-под кровати тут же хлынула ледяная черная вода, а следом показались когти. Девочка медленно выползала на свет, к Максу.

Зареванный, мокрый и замерзший, мальчик на четвереньках выбрался в коридор, стараясь не оборачиваться. И в этот момент наконец-то спасительно звякнул замок входной двери. Макс со всех ног рванул туда.

– Папа! Папа, там монстр!
– О, привет, Макс, – отец подхватил мальчишку на руки, бросив на пол пустой пластиковый пакет. – Ты чего такой мокрый?
– Д… Девочка. Ч…Чудовище. Она забг… Забграла мяч и… И не отдаееееет, – на этот раз слезы были настоящими.
– Чудовище? Где?
– В мо… Моей коооомнатееее!
– Ну, пойдем разбираться! – отцовские рога успокаивающе потеплели и Макс тут же вцепился в них.

Из детской медленно вытекала черная вода. Свет в комнате больше не горел, на пороге застыла темная фигура. От страха Макс плотнее прижался к папе, но тот только вздохнул и тихо пробормотал слова, которые мама вообще-то запрещает говорить.

– Номер пятьсот восемьдесят три, что это за дела? Ты зачем опять вышла из лаборатории? Быстро включи свет!

В ответ раздалось жуткое шипение, но темная фигура зашаркала к выключателю.

В детской был погром. Ковер, игрушки, даже стены – все было мокрым и грязным. Но вот само чудовище, если не смотреть на лицо, действительно выглядело, как чумазая девочка лет двенадцати.

– Ну, ты тут и устроила… Прибирайся давай, пока Макс не начал ругаться. Да, Макс? – мальчик робко кивнул. – А мы пока переоденемся.

Чертыхаясь мужчина прошелся прямо по луже к большому шкафу. Спустя пару минут на Максе была теплая сухая пижамка, а вот папины брюки снизу окончательно промокли.

– Пожалуй, теперь и мне надо переодеться. Пойду заодно посмотрю, как там мама, ладно?
– Подожди, – Макс дернул отца за штанину и потянулся к его уху. Говорить в полный голос при чудовище он почему-то стеснялся.
– Ах, да, мячик, – мужчина показательно нахмурился. – Номер пятьсот восемьдесят три?

Страшная девочка вынула игрушку из кармана своего серого платьица. Надо сказать, с грязью и водой она справлялась весьма эффективно, просто всасывая все стопами и ладонями, но работы было еще много. Заметив это папа тут же предложил Максу новую игру:

– Кстати, дружок, у меня будет для тебя важное задание. Но не здесь. Давай вынесем тебя отсюда, пока номер пятьсот восемьдесят три прибирается.
– Какое задание, папа? Какое-какое? – Макс чуть ли не выпрыгивал из рук отца.
– Я оставил у двери пустой пакет, помнишь? Принеси его, пожалуйста, на кухню. Только внутрь не заглядывай.

Мальчик важно кивнул и понесся ко входу. Мужчина же, наконец, направился в сторону своей комнаты.

Из гардеробной лился мягкий белый свет – прямо на входе висели огромные белые крылья. Вокруг них порхала жена, смахивая только ей видимый сор.

– О, привет, милый. Прости, не успела тебя встретить.

– Какая-то важная работа? Опять поэты? – мужчина направился к своей части шкафов.

– Лучше! Я сегодня являюсь пророку! – жена хихикнула. – Начитаются всякого, а нам потом амуницию по полдня намывай.

– У нас такой проблемы нет, – мужчина наигранным жестом материализовал огромные черные крылья. Он был бы воистину грозен, если бы в этот момент не менял брюки.

– Я трепещу, о великий демон. С сыном-то поздоровался?

– М… Да, – скрыть от жены смущение не удалось.

– И все в порядке? Я, по-моему, слышала, как он плакал.

– Да-да-да, все хорошо.

– Тогда где он? – вопрос был не праздный. Обычно Макс буквально приклеивался к отцу, стоило тому вернуться с работы.

– На кухне. Понимаешь… Я принес пакет.

– Какой еще пакет? – напряглась жена.

– Обычный пустой пакет. Пластиковый, из супермаркета. Макс его понес на кухню.

– И уже минут десять на этот пакет просто смотрит? Ты точно про нашего сына говоришь?

– Понимаешь, милая, – демон аккуратно присел на пуф, стараясь стать как можно меньше. – В общем… Я тут недавно изучал русские артефакты. И, представляешь, у них столько волшебных свойств в вышивке. Особенно, в скатертях! Было довольно непросто перенести все узоры на пластик, пришлось буквально по миллиметру…

– То есть наш ребенок сейчас на кухне с пакетом, из которого может достать любую еду и игрушки? – оборвала этот поток мыслей жена.

– Ну… Даааа. Но ты не переживай! – мужчина успокаивающе замахал руками. Модзя потом все отмоет.

Женщина медленно повернулась, поудобнее усаживая крылья за спиной. Ярко-голубые глаза потемнели.
– Кто?

– Милая, ты только не нервничай, – демон слишком поздно осознал, что сболтнул лишнего.

– Кто опять в нашем доме? И как?! Я два дня назад обновила защиту!

– Эм… Мне кажется, я ее случайно сломал, когда создавал ту тварь…

– Что такое модзя?! Паук? Трехголовый пес? Опять какие-то слизни?

– Всего лишь небольшое умертвие, способное поглощать души. Дорогая, ты не переживай, оно практически безопасное. Еще и убираться умеет! Понимаешь, изначально они появились в Японии…

– Где. Оно. Сейчас, – очень спокойно прошептала женщина.

Ее глаза, включая белки, стали полностью черными. Демон нервно сглотнул, вспомнив, что до перерождения его жена была сильнейшим архангелом.

– Убирается в комнате Макса. Может, уже на кухне. Милая, он же сын демона, – не дослушав, мама одним движением скинула крылья и бросилась из комнаты.

Тем временем, Макс донес пакет до кухни и обнаружил там только забытую банку оливок. Картофельное пюре с котлеткой он ел на обед довольно давно, поэтому неплохо было бы перекусить.

Первое, о чем Макс подумал, были соленые сухарики с сыром. Мама, конечно, запрещала их кушать, но голодный мальчик своему желудку не хозяин. А еще сухарики неплохо сочетаются с шоколадками.

В пакете что-то громко зашуршало и он ощутимо потяжелел. Макс удивленно заглянул внутрь и обнаружил свои любимые сухарики, шоколадки и маленький паровозик, который так давно хотел. Ура, папа опять принес домой волшебную вещь!

Начались очень важные эксперименты. Измазавшись в шоколаде и раскидав сухарики, Макс опытным путем выяснил, что живых существ из пакета достать нельзя. Зато теперь у него есть маленькая армия плюшевых слонов, жирафов и попугаев.
Также из пакета успешно доставались любые пирамидки, надувные круги и мячи. С едой было немножко сложнее – огромный торт в виде медведя Максу пришлось представлять довольно долго. Все неудавшиеся эксперименты, естественно, тут же отправлялись на пол.

Вооружившись ложкой Макс радостно вкушал плоды своих трудов, как вдруг у входа в кухню раздалось шипение. Модзя замерла на пороге с тряпкой в руках. К такому хаосу ее ни жизнь, ни смерть не готовили.

Теперь чудовище выглядело совсем не страшным. Если бы не темные провалы вместо глаз, Макс мог бы принять ее за дочку папиных друзей. Решившись, мальчик спрыгнул со стула и направился к умертвию:
– Привет, меня зовут Макс! А тебя? – если его голос и подрагивал, то только чуть-чуть.

– Ссссамарррра, – прошипела девочка.

– Самара? Будешь торт? – модзя помотала головой.
Она была монстром всего пару десятков лет, но уже усвоила, что еда не для нее.

– Тогда, – Макс на секунду задумался. – Может поиграем в мяч?

Девочка закивала, а в черных провалах зажглись маленькие розовые огоньки.
– Отлично! – Макс схватил первый попавшийся чистый мяч и сунул в руки умертвию. – Давай вот в этот!

Мяч оказался сдутым и отскакивал как-то неправильно, постоянно улетая в кучи других игрушек и еды. Какое-то время Самара и Макс честно вытаскивали его, пачкаясь в шоколаде, креме и крошках, но потом плюнули и просто сели на пол, катая мяч друг другу. Именно в этот момент в дверях появились родители.

– Мама! – проигнорировав отца, Макс вцепился в белый подол. – Мама, помнишь я тебе говорил про страшную девочку? Познакомься, это Самара!

– Зшдрааашствушште, – прошипела модзя, сжимаясь в комок под взглядом бывшего архангела.

Облегчение на лице женщины сменилось недоумением: с каких пор умертвия могут разговаривать? Обернувшись, она наткнулась на такой же растерянный взгляд мужа.

– А еще у меня теперь много-много мячиков есть! Мы с Самарой будем вместе играть.

– Это здорово, – отец первым взял себя в руки. – Давайте я вам первую игру подскажу? Нужно выбрать из всех-всех игрушек только пять, хорошо? А все остальное сложить обратно в пакет.

– Но папа…

– А потом еще взять тряпочку и протереть все пятна на полу. Понял? Самара тебя научит. Мы с мамой скоро вернемся и проверим.

Макс обиженно надул губы и попытался заплакать, но отец тут же взял маму за руку и повел из кухни. Перед Самарой реветь было как-то стыдно. Тем более, она уже складывала пирамидки в пакет.

Стоило родителям выйти в коридор, архангел шумно выдохнула и села прямо на пол. Кухня превратилась в свинарник, платье испорчено, к пророку она опаздывает, но хотя бы Макс жив и здоров.

– Ничего не понимаю, – прошептал демон. – Это была обычная модзя, я клянусь тебе. Я научил ее всасывать грязь и все!

– А ты не обратил внимание? – женщина усмехнулась. – Ее левая пятка порозовела. Наш сын, сам того не понимая, превращает твоего монстра в обычную девчонку.

– Это же невозможно! Воскрешение доступно только богам, и то не всем!

– Ну, допустим, это не воскрешение, а преобразование. Что до богов… А ты, дорогой, так хорошо знаешь своих родителей?

Демон грустно кивнул. Как главный селекционер Ада, он хорошо знал, что выяснить происхождение древнейших существ практически невозможно. Они с женой называли себя ангелом и демоном, но кем они были на самом деле – сейчас уже никто не мог сказать.

– Так это же сколько можно сделать…

– Даже не думай! – мама не стесняясь шлепнула мужчину по рогам. – Ты не потащишь нашего сына в свой подвал!

– Это вполне себе оборудованная уютная лаборатория. Ему будет полезно.

– Ага, что там сейчас у тебя? Кракен?

– Я лечу ему щупальце! А Макс как раз может…

– Превратить его в плюшевого мишку, – парировала жена. – Ему пять, он не понимает нужности и красивости огромных кальмаров.

– Ладно, – пробурчал демон. – Пойдем посмотрим, как у них дела. И тебе уже давно пора лететь.

Кухня постепенно преображалась. Почти все игрушки исчезли, осталось только три мяча и два плюшевых слона. Самара ползала с тряпкой, оттирая шоколадные пятна от пола. По всей видимости, способность собирать грязь стопами и ладонями она утратила. Макс сопел, но послушно повторял за девочкой.

– Кто бы мог подумать, что нашего сына будет воспитывать умертвие, – тихонько хихикнула жена. – Ну, теперь вы точно справитесь. Я побежала.

– Подожди, – мужчина придержал ее за локоть и указал на спину Макса – Смотри!

Сквозь зеленую футболку с динозавриком пробивались маленькие полупрозрачные крылья, сверкая всеми цветами радуги. С каждым новым всполохом Самара преображалась, переставая быть монстром и становясь кем-то иным. Возможно, новым другом.