Хроники семи королевств: Древняя кровь



Возрастные ограничения 18+



Правление огня и меча, четыре столетия властвовавшего над миром после эпохи Великого Раздора, подошло к концу. Искра исчезнувшей магии пробудила силы, долгое время дремавшие во мраке забвения, и на земли семи королевств ступила нога того, кто не боялся ни поющих стрел, ни звонкой стали, ни самой смерти. Тонкая грань между реальностью и вымыслом дала трещину. Человечество оказалось на пороге новой эры, будучи совершенно не готовым к безумной и опасной игре, кем-то наречённой жизнью.

Но лишь в сгущающейся Тьме можно познать истинную цену Света. Древнее пророчество выбрало героев ещё задолго до их рождения. Отвергнув чистых помыслами, луч надежды заглянул в тёмные заблудшие души, а вольный ветер бесповоротно спутал нити судьбы. Не ведая своего предназначения, избранные слепо бегут по лезвию клинка, даже не предполагая, что каждый неосторожный шаг осыпается пеплом на могилу мироздания. Начнём же историю с самого начала…

ГЛАВА 1

Хмурое полуденное небо угрюмо смотрело на длинную дорогу, извивавшуюся змеёй и прорезавшую путь через бескрайний дремучий лес. Мелкий дождь уже успел превратить твёрдую землю в вязкую грязь, изрядно мешавшую движению старой скрипучей телеги. Щуплая лошадь, медленно переставляя ноги в чавкающем месиве, с трудом тащила за собой повозку, колёса которой то и дело утопали в глубоких лужах. В телеге ехало два человека, укрывшихся от непогоды под концом большого плотного полотна, застилавшего находящийся за их спинами груз. Вожжи держал мужчина средних лет в бежевой холщовой рубахе, коричневых кожаных штанах и высоких потёртых сапогах. Рядом с ним сидела юная девушка, одетая в простенькое серое платьице и скромные башмачки. Намотав на палец светлую прядь, она без умолку щебетала о завтрашнем дне:

– Я так рада! Наконец-то мы получили разрешение от «Гильдии купцов» участвовать в ежегодной ярмарке Басторга. Там будет тьма народу и мы сможем продать все товары!

– Было бы неплохо, – устало протянул торговец, почесав щетинистую щёку. – На местных рынках торговать нынче сложно. Люд бедный пошёл. Да и сами мы не лучше, Рози. Если бы не займ у зажиточных соседей, то так бы и сидели без товара да с пустыми карманами.

– Я знаю, отец. Надеюсь, судьба смилостивится над нами и там, – девушка щурясь посмотрела на серое небо. – Этот дождь когда-нибудь прекратится?

– Пущай сегодня весь выльется. Ежели завтра будет сухо, то и горожан на ярмарке будет прорва. Худо, коли не сможем распродать всё за первый день. Места для ночлега в большом городе весьма дорогие. Не хотелось бы задерживаться дольше, чем на одну ночь.

– Жаль… Вдруг бы мы застали там «Театр теней Лаверта». Говорят, они путешествуют по Эльтарону и выступают в крупных городах.

– Это ещё кто такие?

– Как? Ты не слышал?! – Рози округлила глаза. – Все только и твердят о диковинном представлении странствующего театра…

– Некогда мне уши развешивать, да на всякую чепуху отвлекаться, – проворчал мужчина. – Без того дел невпроворот.

– Это не чепуха, – Рози обиженно надула губы и отвернулась.

– Ну ладно, – немного смягчился торговец. – И что же это за действо?

– Не скажу…

– Да будет тебе. Не вредничай, – мужчина нарочито слегка толкнул её локтем в бок. – А то начну тебя щекотать. Что? Не веришь? – он взял вожжи в левую руку, освободив правую.

– Не надо, – девушка тут же повернулась и заулыбалась.

– То-то же. Рассказывай давай.

– Ну хорошо… Ходят слухи, что по Эльтарону путешествует бродячий театр. Они показывают историю появления королевства, используя тени, отбрасываемые на тонкое белое полотно…

– Эка невидаль, – отмахнулся торговец. – Тоже мне новость… Кого сейчас удивишь куклами…

– В том-то и дело. У них вместо кукол – люди.

– Живые актёры? Хм…

– Да! И размер полотна, говорят, огромедный, – девушка восторженно развела руки в стороны, словно видела его собственными глазами.

– Судя по размаху, и со зрителей они дерут три шкуры. Нужна ты им задаром. Хочешь, я тебе за так поведаю всё, что знаю о королевстве? – усмехнулся торговец.

– Отец! Ты ничего не смыслишь в искусстве! – возмутилась Рози.

– Куда уж мне… Понахваталась всякого…

Внезапно мужчина положил руку на висевший на поясе кинжал, устремив взор куда-то вдаль. Девушка испуганно посмотрела вперёд и непроизвольно поправила деревянные бусы на шее. Пелена тумана окутывала дорогу сырыми объятиями, но даже сквозь неё вдалеке был различим тёмный расплывчатый силуэт. Незнакомец двигался в том же направлении, что и они.

– Что-то не так? – растерянно пролепетала Рози.

– Всё хорошо, – буркнул торговец.

Скрипучая телега постепенно нагоняла идущего впереди человека. Девушка чувствовала нарастающее волнение отца, хоть он и пытался его скрыть. Купец переживал неспроста. Древний непроходимый лес, раскинувшийся по обеим сторонам дороги, всегда считался проклятым. Каждый год в этих краях бесследно пропадали люди. В тавернах частенько поговаривали о мистических лесных чудовищах, похищавших неосторожных путников. Будучи несуеверным, торговец связывал дурную славу здешних мест с засильем разбойников. Успокаивала лишь мысль, что не каждый проходимец в такую непогоду станет мокнуть на дороге по пояс в грязи.

– Дождь ослаб, – девушка посмотрела на отца, но он ничего не ответил, а лишь вскинул вожжи и цокнул языком, подгоняя лошадь.

Телега поравнялась с неспешно бредущим по обочине незнакомцем, и Рози украдкой взглянула в его сторону. Капюшон скрывал лицо странника, на спине висел круглый щит, а под тёмным плащом угадывались очертания доспехов. Таинственный воин был высок и широкоплеч. Он шёл вперёд и даже не повернул головы на проезжавшую мимо повозку. У девушки по спине пробежали мурашки, но она не подала виду – лишь сильнее впилась пальцами в служившую сиденьем деревянную доску, лежавшую на бортах телеги. На душе стало немного спокойнее, только когда незнакомец остался позади. Спустя минуту он превратился в размытое тёмное пятнышко в тумане, а потом и вовсе скрылся из виду после очередного изгиба дороги. Проехав ещё немного, торговец чуть натянул вожжи, чтобы кобыла сбавила ход:

– Тише едешь – дальше будешь. Пущай бережёт силы, и так успеем.

– Отец, – вдруг вкрадчиво заговорила Рози, – если в Басторге всё же окажется этот театр теней, то можно я схожу на их представление?

– У тебя есть лишние деньги? У меня – нет, – развёл руками купец.

Девушка достала из-под сиденья объёмный кулёк из рогожи:

– Будут…

– Что это? – покосился на мешочек торговец.

– Мои поделки из дерева. В основном браслеты и бусы, но есть и парочка колец. Я продам их завтра на ярмарке. Спорим, их расхватают ещё до обеда? – с шутливым вызовом бросила Рози.

– Ишь какая хитрая… И когда только успела? Ты ж всё время мне помогала, – купец почесал лысоватую макушку. – Ладно… Если так, то я не в праве что-то тебе воспрещать.

– Спасибо! – радостно воскликнула Рози и крепко обняла отца.

– Ну всё, всё, не то задушишь, – с улыбкой поморщился торговец.

Хоть от дождя и остались лишь одинокие капли, серое небо по-прежнему простиралось до самого горизонта. Дорога поднялась на поросший травами холм и запетляла рядом с обрывом. Журчащие ручьи, сбегая по неглубоким промоинам, срывались в пропасть, рассеиваясь над бескрайним полотном из верхушек деревьев. Открывавшийся с возвышенности пейзаж завораживал, но сильный ветер не давал наслаждаться прекрасными видами без прищура. Потом дорога спустилась с холма и вновь устремилась в лес. С высоты птичьего полёта повозка казалась маленьким корабликом, плывущим по тонкой полоске средь зелёного океана.

– Свистящий Холм позади, – устало вздохнул торговец, смотря на развёрнутую на коленях карту. – Через часа три будем уже в городе.

– Кто это? – осторожно спросила Рози, кивая на выходящих из леса людей.

Купец, увидев остановившихся на дороге воинов, сначала встревожился, но, узнав кожаные доспехи городской стражи, расслабился.

– Это стражники Басторга, – убирая карту, сказал он. – Но что они делают здесь, вдали от города…

Один из блюстителей закона был внушительных размеров с огромной булавой за спиной. Второй – поменьше, с арбалетом в руках.

– Именем короля, остановитесь! – грубо проговорил лысый громила, когда повозка приблизилась.

Купец натянул вожжи, и телега, замедлившись, увязла в грязи.

– Кто вы и что здесь делаете? – спросил второй стражник хриплым голосом.

– Я Эдгар, – дружелюбно представился купец. – Торговец из деревни Чёрная Река. А это моя дочь Рози, – он указал рукой на девушку. – Мы едем в Басторг на ежегодную ярмарку. Чем можем помочь?

– Мы ищем беглого преступника, – сказал амбал, обходя повозку по кругу. – Что вы везёте?

– Четыре бочки эля, мясо, овощи и выделанные шкуры. Можете проверить, – Эдгар стянул тяжёлое мокрое полотно, укрывавшее груз в повозке.

– Так и сделаем, мы же ответственные стражники, – бугай переглянулся с напарником, залез в телегу и постучал по одной из бочек. – Нам нужно убедиться, что в них никто не прячется.

– Да, пожалуйста, – улыбнулся торговец. – Мы люди простые, нам скрывать нечего. Однако сегодня вот проезжали мимо подозрительного путника. Кругом глушь, а он один, да ещё и пешком. Поди, в город навострился – через часок сюда доберётся…

– Обязательно проверим, – хриплый стражник подошёл к лошади, чтобы придержать её. – Не просто же так мы несём дозор, – сказал он, взяв кобылу под уздцы.

Громила с помощью ножа снял крышку с одной из бочек, окунул палец в содержимое и поднёс его к носу.

– Эль говоришь? – он подозрительно посмотрел на Эдгара. – А почему у него такой странный запах?

– Странный запах? – торговец растерялся, не зная, что ответить.

– Что-то с ним не так, – амбал почесал шрамированное лицо. – Ну-ка, купец, подойди, понюхай.

Эдгар встал с сиденья, аккуратно пробрался через поклажу и приблизился к открытой бочке.

– Я ничего не чувствую, – раздосадованно сказал он после глубокого вдоха. – Пахнет элем.

– Нюхай лучше! – приказал здоровяк.

Эдгар наклонился над бочкой, увидев своё отражение на тёмной поблёскивавшей поверхности. Кончик носа торговца едва не коснулся хмельного напитка.

– Всё равно ничего не… – фраза оборвалась вышедшими изо рта пузырями, и Эдгар понял, что его голова оказалась резко опущенной в эль.

Он рефлекторно схватился за края бочки, пытаясь вынырнуть из неожиданной западни. Но дрожащие руки купца не могли тягаться со стальной хваткой громилы. Больно сдавившая затылок, могучая пятерня не давала сделать даже глотка воздуха. Второй рукой стражник-переросток вынул кинжал из-за пояса торговца и отбросил его в сторону.

– Что вы делаете?! – вскочив с сиденья, в ужасе закричала Рози. – Немедленно прекратите!

– А иначе что, детка? – прохрипел голос за её спиной.

Девушка схватила хлыст, намереваясь ударить им бугая, но второй стражник быстро стащил её с повозки за ногу. Упав в грязь, Рози тут же попыталась встать. Сильный удар сапогом в подбородок заставил её вновь потерять равновесие.

– Ишь, какая боевая! – мерзкий голос арбалетчика перешёл в хриплый смех.

Остатки воздуха вырвались на поверхность булькающим криком. Осознав всю слабость своих рук, захлёбывающийся Эдгар принялся отбиваться ногами. Поочерёдно лягаясь, он пытался вслепую оттолкнуть амбала, но каждый раз сапоги ударялись лишь о ящики с товарами. Ему было невдомёк, что верзила, провернув ладонь у него на затылке, обошёл бочку с другой стороны. Глядя на бессмысленные брыкания полноватого мужичка, громила расплылся в кривой ухмылке. Собравшись с силами, девушка вновь постаралась подняться, но мощный удар ногой под дых обрёк дочь купца крючиться в грязи, изредка постанывая.

– Остановитесь, – с трудом выдавила из себя Рози, и из уголка её дрожавших губ стекла струйка крови.

Впервые она ощущала первобытный ужас, подгоняемый своим полным бессилием: отца убивали на глазах, а она ничего не могла с этим поделать.

– Прекратите, – прошептала девушка, сжимая в ладони комья грязи. – За что?

С трудом перевернувшись и оторвав подбородок от сырой дороги, она подняла заплаканные глаза к повозке. Эдгар уже не шевелился. Его руки подобно верёвкам висели вдоль туловища.

– Вот это я понимаю – напиться до смерти, – широко улыбаясь, проговорил амбал.

Он извлёк голову купца из бочки и сбросил его с телеги. Эдгар упал навзничь, не подавая признаков жизни.

– Отец! Отец!!! – давясь всхлипами, Рози поползла в сторону бездыханного тела торговца, но арбалетчик придавил её, наступив на спину. Девушка отчаянно закричала, заколотив кулаками по грязевой каше: – Пусти меня, ублюдок!

Вдруг рука Эдгара зашевелилась. Он закашлялся, отплёвывая эль из лёгких. Лёжа на спине, это получалось плохо. Купец попытался перевернуться на бок, но руки и ноги отказывались слушаться.

– Стареешь, Билл, – усмехнулся стражник с арбалетом. – Совсем разучился убивать.

Бугай недобро посмотрел сначала на него, потом на Эдгара и внезапно спрыгнул с повозки прямо на грудь своей жертвы. Вырвавшийся изо рта торговца фонтан крови оросил дорогу багровыми каплями. Неприятное бульканье окровавленного рта заглушил пронзительный душераздирающий крик, что вспугнул несколько ворон, устремившихся вдаль с недовольным карканьем. Эдгар ещё немного подёргался и, впившись пальцами в грязь, затих. Арбалетчик одобрительно кивнул. Билл подошёл к бившейся в истерике девушке, наклонился и зловеще произнёс:

– Сегодня не твой день, Рози.

Амбал схватил её за волосы и поволок к густым зарослям. Крича от боли и отчаянья, девушка вцепилась в придорожные кусты. Даже не оглянувшись, верзила грубо дёрнул её на себя, едва не сломав Рози шею. Выскользнувшие из рук ветки обожгли ладони царапинами. Громила неумолимо тащил дочь купца в тёмный лес. Лицезрея мерзкую улыбку идущего за ними арбалетчика, девушка поняла всю гнусность складывавшейся ситуации. Она извернулась и обхватила ноги бугая руками, напрочь сковав его уверенный шаг. Обрушившаяся сверху тяжёлая оплеуха завалила Рози набок. Отдаваясь расплывающемуся по голове звону, она почувствовала, как мир вокруг проваливается во тьму.

* * *

Сознание девушки медленно прояснялось. Судя по удалённости потолка с покачивавшимся светильником, тусклый свет которого собрал рой мошкары и мотыльков, она лежала на полу какой-то захудалой лачуги. Услышав скрип, девушка повернула голову. Замученный взгляд с трудом сфокусировался на приближающихся сапогах.

– Отец, – не до конца придя в себя, пробормотала Рози.

– Не угадала, – недобро пробасил некто.

Словно ошпаренная кипятком, девушка подняла взор, встретившись глазами с ухмыляющимся бугаем.

– Нет, – испуганно пролепетала девушка, вспомнив всё, что случилось на дороге.

– Да, – довольно изрёк Билл и сел ей на ноги.

Он начал бесцеремонно срывать с неё остатки того, что когда-то было платьем. Сейчас же оно напоминало лишь перепачканную драную простыню. Рози истошно кричала и отбивалась руками, но жалкие отмашки только забавили бугая. Лоскуты одежды продолжали разлетаться по комнате. С треском разорвав тонкую камизу, амбал замер, жадно пожирая взглядом обнажённое женское тело. Пользуясь случаем, девушка нащупала на полу пустой глиняный кувшин и с размаху саданула им обидчика по голове. Однако верзила словно не почувствовал удара. Смахнув с плеча черепки, он грубо перевернул Рози на живот и, взяв её за волосы, с силой приложил лбом о деревянный пол. Заскакавшие в глазах девушки искры отбили всякое желание сопротивляться.

Последующие десять минут дочь купца ощущала лишь нарастающую боль внизу живота и резкие толчки. Постепенно они становились всё быстрее и агрессивнее, только усиливая её страдания. Гнилостное дыхание насильника вместе с ужасно кружившейся головой вызывали тошноту, и Рози закрыла глаза, чтобы не видеть ходившую ходуном комнату. Разум вновь призывал её бороться, но ослабевшее тело уже приняло свою печальную участь, став живой игрушкой для шрамированного урода. Девушка думала, что этот кошмар никогда не закончится, но внезапно толчки прекратились и она почувствовала разливающееся внутри тепло. Билл встал, натянул поблёскивавшие кольчужным полотном штаны и крикнул:

– Хэнк, твоя очередь!

В хижину вошел второй стражник. Рози попыталась приподняться, но ей удалось лишь с трудом перевернуться на бок. Медленно приоткрыв глаза, она обнаружила себя лежавшей в луже собственной крови. Смотря на тяжело дышавшую девушку, громила усмехнулся:

– По-моему, она заскучала…

– Не волнуйся, – с хрипотцой изрёк Хэнк. – Я знаю, как её взбодрить, – он небрежным движением ноги перевернул её на живот и, расстегнув ремень, приспустил штаны.

Рози попыталась отползти, но арбалетчик навалился на неё всем своим весом. Ещё через мгновение девушка ощутила резкую вспышку боли, настолько сильную, что даже не заметила, как ломаются впившиеся в пол ногти.

* * *

Человек в тёмном плаще неторопливо шёл по извилистой дороге. Дождь давно закончился, и отброшенный назад капюшон позволял ветру играть его чёрными волнистыми волосами, непослушно спускавшимися чуть ниже плеч. Лёгкая небритость, вкупе со строгой двойной морщинкой между бровями, добавляла приятным мужественным чертам оттенок суровости. Туман неспешно рассеивался, и в молочной пелене уже различались силуэты дальних деревьев. Подсохшую дорогу рассекал устремлявшийся в бесконечность зеркальный след: тяжелогружёная телега оставила после себя две глубокие борозды – последнее пристанище дождевой воды. Заметив игру света на длинной луже, странник откинул с лица сырые пряди и поднял глаза к небу. Сквозь бескрайние седые облака лениво пробивалось тусклое солнце – слабая надежда на тёплый вечер осталась в прошлом. Устало вздохнув, путник опустил взор на землю и моментально насторожился. На грязной дороге отчётливо прослеживались следы какой-то возни и размытое багровое пятно. Свежая колея, вдоль которой он шёл всё это время, резко сворачивала в глухой лес. Возникшие в голове вопросы тотчас же переросли в неприятные опасения: налётчики. Услышав хруст ветки, странник откинул плащ со стороны висевших на поясе ножен. Однако вместо разбойников из кустов вышли двое стражников.

– Эй, ты! Именем короля, стой на месте! – грубо бросил лысый бугай, направляясь прямо к нему. Стражник с арбалетом остановился у края дороги, нервно перебирая в руках деревянные бусы.

Путник отметил на редкость потрёпанный вид солдат: словно они дольше месяца не приводили себя в порядок. Подобные вольности были недопустимы в рядах городской стражи. Не менее странно смотрелся и нагрудник массивного воина: он приходился ему явно не по размеру, слегка сковывая движения рук. Выводы напрашивались сами собой: либо в Басторге глобальные проблемы с дисциплиной и экипировкой, либо вышедшая из леса пара не имела никакого отношения к блюстителям закона.

– Что-то случилось? – сухо спросил странник, глядя в шрамированное лицо остановившегося рядом верзилы.

– Пока не знаю, – не отводя глаз от незнакомца, пробасил амбал. – Наш патруль заметил следы крови на дороге, – он кивнул на багровые лужи. – Ты что-нибудь об этом знаешь?

– Абсолютно ничего, – пожав плечами, изрёк путник.

– Другого ответа мы и не ожидали, – донёсся голос арбалетчика. – Однако, кроме тебя, здесь больше никого нет…

– Кто ты и куда путь держишь? – продолжил допрос громила.

– Меня зовут Джон, и я направляюсь в город.

– Значит, в Басторг собрался, – оценивающе рассматривая его железную броню, заключил бугай. – И что у тебя там за дела? – поинтересовался он, почесав костяшками пальцев широкую челюсть.

Черноволосый воин заметил на шоссах стражника запёкшуюся кровь. Без единого намёка на последождевую грязь, что обязательно осталась бы на коленях, если бы тот детально изучал следы крови на дороге. Не подав виду, странник спешно прервал напряжённую паузу:

– Я Джон Скалингер, первый советник короля Альрика, да хранят боги Его Величество!

– Придворный советник? Здесь? Без сопровождения и пешком?! – хрипло усмехнулся арбалетчик.

– Моя карета подверглась нападению разбойников. Охрана убита, а мне чудом удалось избежать их участи, – пронзив его твёрдым взором, ответил странник. – Могу я рассчитывать на ваше содействие в выполнении королевского поручения? – он вновь посмотрел на верзилу.

Стражники переглянулись.

– Конечно… Вот только что-то не похож ты на советника, – громила покосился на торчавший из-за спины Джона щит. – Чем можешь подтвердить свои слова? – проговорил он, угрожающе расправив плечи.

– Мой меч с печатью самого короля, – странник потянулся к клинку, но через секунду уже находился на прицеле у арбалетчика.

– Убери руку от оружия! – гневно прохрипел Хэнк, и Джон отвёл ладонь в сторону.

– Сейчас посмотрим, какой ты советник, – сказал бугай, вытягивая меч из его ножен.

В прорезавшихся сквозь облака солнечных лучах засиял добротно выполненный стальной клинок. Билл деловито покрутил его в руках, обратив внимание на большое количество царапин:

– Для советника ты слишком много сражаешься…

– Ты лучше на рукоять посмотри, – спокойно ответил странник.

На круглом навершии и правда прослеживался необычный остроугольный узор. Задумчиво хмыкнув, верзила взял меч за лезвие и поднёс рукоять к лицу, чтобы получше рассмотреть гравировку. В этот момент Джон резко толкнул клинок вперёд и тяжёлое навершие больно ударило разбойника по лбу. Над ухом воина просвистел арбалетный болт. Не отвлекаясь на стрелка, которому требовалось время на перезарядку, странник ударил громилу в челюсть. Не ожидавший такого напора Билл рухнул в грязь, ошарашенно выкатив глаза. Едва Джон сорвал со спины щит, как следующий болт вонзился прямо в него, в паре дюймов от обитого железом края, наполовину закрывшего сосредоточенное лицо воина. Арбалетчик оказался довольно ловким, но перезарядить оружие и сделать третий выстрел он так и не успел. Меткий бросок выхваченного из сапога ножа застал Хэнка врасплох. Хрипя и плюясь кровью, стрелок упал с торчавшей из горла рукоятью. Разъярённый верзила уже поднимался с земли, попутно снимая со спины булаву:

– Советник ты или нет, но ты покойник!!!

Джон увернулся от пролетевших рядом острых лопастей и выполнил перекат к поблёскивавшему в грязи клинку, который громила отбросил в сторону во время падения. Через секунду странник стоял в полной боевой готовности: с щитом и мечом в руках. Билл посмотрел в серьёзное лицо своего противника, и его злая гримаса сменилась самодовольным оскалом.

– Думаешь, у тебя есть шансы? – процедил сквозь кривые зубы амбал. – Ты хоть знаешь, сколько черепов я расколол вот этой красавицей? – он крепко сжал оружие обеими руками. – Нечего сказать?! Тогда сдохни!

Бугай ринулся в бой. Стремительно приблизившуюся булаву встретил щит, а меч, описав дугу, устремился к ногам Билла. Верзила отскочил назад, но выпад оказался ложным. Продолжая движение клинка, странник выполнил пируэт, превращая обманный манёвр в усиленную атаку. Рубящий удар дополнился шагом вперёд, и молниеносное лезвие поразило бедро амбала, выбив несколько колец из его кольчужных шоссов. Вновь отбив свистящую булаву щитом, Джон занял оборонительную стойку:

– Сдавайся или закончишь, как твой приятель…

Билл покосился на лежавшего на обочине арбалетчика. Лицезрея его разинутый рот и немигающий, потерявшийся в облаках взгляд, громила свирепо заскрипел зубами:

– Сукин сын… За это я размажу твои мозги по всей дороге… Твой жалкий котелок разлетится как гнилая тыква…

Не обращая внимания на текущую по ноге кровь, разъярённый амбал с рёвом бросился на врага. Щит скрыл безумные выпученные глаза здоровяка и принял на себя тяжёлый удар булавы. Отведя дробящее оружие в сторону, Джон ответил прицельным колющим выпадом. Однако Билл, несмотря на допущенные ранее оплошности, оказался совсем не промах: на секунду отпустив рукоять, он ловко сбил атаку звякнувшим наручем. Глядя, как вторая рука верзилы продолжает замах, мечник признал, что недооценил врага: подобным умением мог похвастаться далеко не каждый воин. Свист булавы заставил странника вновь укрыться за щитом. Вложенная в удар звериная силища бугая отозвалась неприятной тяжестью в державшей оборону руке. Едва Джон хотел открыться для ответного выпада, как щит закачался от новой сокрушительной атаки. Мощь и скорость ударов громилы заметно возросла. Будучи незрячим, мечник решил бы, что сражается с бешеным медведем: амбал, упиваясь пылающим гневом, превратил размеренное наступление в лютый безостановочный натиск. Странник решил, что разумнее всего держать оборону. К чему лезть на рожон, если можно просто подождать, когда противник израсходует большую часть сил? Вот только неожиданный предательский треск щита совсем не вписывался в намеченный план. Видя, как на обитой железом древесине растёт продольная трещина, Джон отбросил его в сторону:

– Проклятье…

– Проблемы, советничек?! – захохотал громила, размахиваясь для очередного сокрушительного удара.

Минуя железные пластины на бёдрах противника, Билл вознамерился раздробить ничем не защищённое колено мечника. И у него бы это получилось, если бы странник в последний момент не отскочил назад. Джон никогда не относил себя к робкому десятку и вполне мог похвастаться крепким телосложением, однако биться лоб в лоб с разъярённой горой мышц он находил глупым. Тем более что двуручная булава могла легко сломать клинок, в одночасье положив его голову на эшафот. Нужна была другая, совершенно непредсказуемая тактика. Отпрыгнув от очередной атаки, странник сделал перекат в сторону мёртвого арбалетчика.

– Иди сюда, трус! – заорал бугай, предвкушая победу.

Воин вытащил нож из шеи стрелка и приготовился встречать врага: теперь вместо щита в его левой руке сверкало острое лезвие.

– Судя по шрамам, тебе довольно часто бьют морду, – спокойно сказал Джон. – Совсем не умеешь драться?

Билл с криком взмахнул булавой, но воин вовремя пригнулся. Оружие со свистом рассекло воздух, где только что чернела голова мечника.

– М-да… Кажется, ты ни на что не годен без своего приятеля, – проговорил Джон, откидывая с лица волосы.

Взревевший громила сделал ещё несколько тяжёлых выпадов, но ни один из них так и не достиг цели. Воин всячески уходил от ударов и даже не пытался атаковать, чем ещё больше бесил бугая.

– Это всё, на что ты способен? Давай, удиви меня! – рассмеялся Джон, осторожно обходя противника по кругу.

Амбал снова перешёл в наступление, но массивное оружие и узкий нагрудник делали его неповоротливым, позволяя проворному мечнику безнаказанно выматывать врага. Когда свистящая булава очередной раз разорвала пустоту, тяжело дышавший Билл агрессивно сплюнул в сторону и остановился. Наблюдая, как по красной оскаленной морде бугая градом катится пот, Джон скучающе зевнул:

– Запыхался, образина? А я-то думал, мы только начали, – воин опустил клинок и щурясь посмотрел на солнце.

Увидев хорошую возможность для атаки, амбал сделал резкий подлый выпад. Однако ловко выставленный меч странника стал для него неожиданностью. Нацеленная в голову булава проскользила по клинку и ударилась о плечо воина, оставив небольшую вмятину на округлом наплечнике. Билл едва успел заметить блеснувшее лезвие, как острая боль пронзила его бок.

– Ну что, тупица, тебе больше не весело? – сказал Джон, проворачивая нож.

Верзила выронил булаву и рухнул на колени. Несмотря на застывшее в глазах удивление, он попытался подняться, но от тщетных усилий сквозь стиснутые зубы лишь проступила кровь.

– Твоё последнее слово, – воин вознёс меч над поверженным разбойником.

– Будь ты проклят… – сплюнув кровь, прошипел Билл прежде, чем взмах клинка оборвал его жизнь. Отрубленная голова покатилась по грязной дороге, щедро орошая её багровыми каплями.

Едва всё закончилось, Джон почувствовал тянущую боль в плече и поморщился. В пылу схватки жажда жизни порою затмевает даже тяжёлые ранения, что уж говорить о менее значимых. Воин протёр свой охотничий нож, сунул его обратно в сапог и покосился в сторону примятых украденной телегой кустов. В плену налётчиков могли оказаться ни в чём не повинные люди. Но стоило ли идти на осознанный риск на пределе своих возможностей? Бой отнял немало сил, да и треснувший щит был больше не пригоден для использования. Джон постарался думать логически: если бы в злосчастном лесу скрывались и другие бандиты, то они уже давно бы сбежались на звон стали. Вряд ли он чем-то рисковал, в отличие от людей, что могли оставаться связанными и погибнуть от голода или стаи волков.

Воин прошёл через заросли и остановился. Парная колея, разрезая густой ковёр из листьев кислицы, устремлялась в глубь леса. Бесшумно двигаясь по петлявшему меж деревьями следу телеги, Джон вышел к поросшей плющом, обветшалой лачуге. Ядовитое растение почти поглотило трухлявые бревенчатые стены, и лишь покосившаяся мшистая крыша выдавала в зелёном бугре заброшенное жилище. Не опуская окровавленного меча, воин осторожно обошёл вокруг хижины. Внезапно боковое зрение уловило движение, и он моментально развернулся в полной готовности принять бой. Увидев привязанную к дереву лошадь, Джон опустил клинок и огляделся. Из соседних кустов торчали оглобли телеги, судя по выступавшим из зарослей бочкам, той самой, что сегодня проезжала мимо. Но где же ехавшие на ней грузный мужичок и русая девица? Проверив повозку, странник вернулся к лачуге и остановился перед растрескавшимся порогом. В нос сразу же ударил доносившийся изнутри приторный запах эля. На первый взгляд открывавшееся взору квадратное помещение казалось безлюдным. Но за ближайшей, недоступной для обзора, стеной его вполне могла поджидать засада. Взяв во вторую руку манёвренный нож, Джон бесшумно вошёл в хижину. Никого. Единственным обитателем тускло освещённой комнаты был царивший в ней беспорядок. Два расположившихся по бокам спальных места, из грязных тряпок и подгнившей соломы, больше походили на лежанки нищих из городских трущоб и не вызывали ничего, кроме отвращения. У дальней стены возвышалась полуразвалившаяся каменная печь, служившая подставкой для пустой птичьей клетки. Пол посередине и вовсе напоминал багровую мозаику из глиняных осколков, размазанной лужи крови и пропитавшихся ею клочков ткани. Неужели разбойники успели избавиться от ненужных свидетелей? Или же раненые и напуганные люди прозябают в неволе?

– Погреб, – удивившись внезапному озарению, прошептал Джон.

Он сдвинул остриём клинка сальные лежаки, но потайного люка под ними не оказалось. Разочарованно вздохнув, воин покинул лачугу, вновь оказавшись в объятьях леса. Хоть в прошлом Джон и считался одним из лучших военных следопытов, сейчас он явно что-то упускал: нечто очевидное и в то же время незримое. Возможно, стоило взглянуть на всё под другим углом. Мечник присел на корточки и обвёл внимательным взором окружавшие его заросли. Неожиданно глаз зацепился за примятую траву, малозаметную деталь, что ускользала от него ранее. От вытоптанного перед хижиной пятачка в глубь чащи шла тонкая, почти не различимая тропинка. Интуиция подсказывала следопыту, что не стоит ходить туда, но это был единственный способ получить ответы на свои вопросы.

Чем дальше шёл следопыт, тем сильнее становился витающий в воздухе запах. Его сложно было с чем-то перепутать: запах смерти – смрад разлагающихся трупов, коему вторило приближавшееся жужжание мух. Тропа вывела воина к обросшему высоким папоротником оврагу. Его болотистое дно устилала гора изуродованных человеческих тел. Отвратнее всего выглядели самые нижние: объеденные зверями и насекомыми, разбухшие от постоянных дождей. Они смешивались в единую зловонную массу из склизкой плоти и торчащих костей, в которой лишь по частям истлевшей одежды угадывались люди. Возможно, среди них были и настоящие хозяева того злосчастного домика. Чуть выше гнили зеленоватые мертвецы с давно выклеванными глазами. У большинства в неестественно искривлённых ртах, пустых глазницах и расползшихся ранах копошились опарыши. Но две жертвы казались совсем свежими: окровавленный мужчина и обнажённая девушка, на лице которой застыла гримаса боли и отчаянья. Её мёртвые глаза смотрели прямо на следопыта.

Шок Джона сменился гневной дрожью. За свою жизнь ему довелось лицезреть немало ужасов войны, но видеть подобное безумие в мирное время – совсем другое. Поставив окончательную точку в истории налётчиков, следопыт решил сжечь проклятую лачугу вместе с телами разбойников, чтобы она больше никогда не стала пристанищем потерявших человечность ублюдков.

Воин вернулся в хижину. Он отчётливо помнил, что во время первого визита ему на глаза попадалось огниво. На полу его не оказалось, и Джон перевёл взор на печку, обнаружив искомое приспособление, торчавшим из топки. Засунув огниво за пояс, следопыт направился к дороге, чтобы оттащить убитых подонков к месту сожжения.

* * *

Вечерело. Красные лучи солнца падали на верхушки деревьев беспробудно тёмного леса. Повсюду стоял запах сырости. Мёртвую тишину периодически нарушал тревожный крик одинокой птицы, навевавший упадническое настроение в и без того мрачном месте. Со стороны оврага иногда доносились неясные шорохи: скорее всего, какой-нибудь чащобный зверь пришёл проведать свою «кормушку» на предмет новой еды.

Когда оба мёртвых разбойника лежали в лачуге, утомившийся Джон понял, что где-то обронил огниво. Он уже дважды пожалел, что взял его с собой. Поиски снова привели его к дороге. Разжигательное приспособление валялось на грязной обочине. Вновь заткнув его за кожаный ремень и заодно захватив с собой булаву с арбалетом, странник пошёл обратно. Но едва он вошёл в лес, как до его уха долетел топот копыт.

Всадник приближался к месту побоища. Завидев пятна крови и огромное количество следов на грязной дороге, любой опасающийся за свою жизнь человек дал бы дёру. Вопреки ожиданиям Джона, подъехавший на саврасой лошади коротко стриженный паренёк натянул поводья и покосился в сторону леса. Болтавшийся за его спиной лук, неброская кожаная броня и притороченные к седлу птичьи тушки выдавали в нём охотника. Ещё одна неравнодушная к чужой беде душа? В таком случае страннику следовало побыстрее убраться прочь, пока его самого не приняли за разбойника. Но, стоя в тени деревьев, он решил ещё немного понаблюдать за незваным гостем.

Всадник спешился и, ведя за собой лошадь, подошёл к краю дороги. Складывалось впечатление, что паренёк ожидал здесь кого-то встретить, но этого не произошло, и теперь на его лице читалось недоумение.

– Эй, ну вы где?! – звонко крикнул новоприбывший в сторону леса.

Из-под сени деревьев вышел человек в грязных железных доспехах и тёмном плаще. Юноша потянулся за луком, но направленный на него арбалет заставил его передумать.

– Ты кто такой? – без намёка на испуг или удивление проговорил парнишка.

– Кто ты и что здесь делаешь? – игнорируя его вопрос и приближаясь, холодно спросил Джон.

– Я охотник. Привёз людям дичь.

– Вот так, по доброте душевной решил кого-нибудь покормить? – Джон приподнял бровь.

– Нет, – покачал головой паренёк. – Они просили три раза в неделю привозить птицу и щедро платили за неё.

– Ну ещё бы, – следопыт по-прежнему держал юнца на прицеле. – Ты знаешь, чем они тут занимались?

– Нет… Я дальше этой дороги никогда не ходил. Они расплачивались со мной у опушки, и я уезжал обратно, – посмотрев в серые глаза воина, юный охотник добавил: – У меня тяжело больная мать… Я просто пытаюсь заработать денег на лекарства…

– Как тебя зовут? – Джон опустил арбалет.

– Торин…

– Так вот, Торин, ты привозил дичь очень плохим людям – разбойникам, поселившимся на окраине леса. Но это уже не важно. Я убил их и теперь хочу сжечь тела ублюдков вместе с ветхой лачугой. Поможешь с дровами – подкину тебе пару медяков. Идёт?

– Ну… А это далеко? – подумав, спросил парнишка. – Не хотелось бы по темноте возвращаться…

– Недалеко, – Джон положил арбалет на плечо. – Да и работы тебе там на полчаса.

– Что ж… По рукам, – кивнул Торин и взял лошадь под уздцы. – Веди…

– Да чего здесь вести, – следопыт махнул рукой в сторону опушки. – Полсотни метров по прямой. Иди, здесь никак не заплутаешь.

– А ты? – с подозрением взглянул на него юноша.

– Захвачу кое-что и сразу за тобой, – видя сомнение на лице парнишки, Джон с улыбкой добавил: – Был бы я бандитом, ты был бы уже мёртв.

– Убедил, – ответил охотник и направился к лесу.

Забрав лежавшую под деревом булаву и не выпуская Торина из виду, следопыт направился за ним. Немного не доходя до хижины, юноша привязал лошадь к молодой сосне.

– Ну и что от меня требуется? – оглянулся он.

– Собери хворост, а я пока срублю вот это дерево, – Джон кивнул на сухую берёзу. Едва парнишка сделал шаг к валявшейся ветке, воин спросил: – Здесь топор-то есть?

– Да, – обронил Торин, и на его лице застыл неподдельный ужас.

– Ты же сказал, что дальше дороги никогда не ходил, – улыбнулся следопыт.

Торин сорвал с плеча лук, одновременно выхватывая из колчана стрелу, но взведённый арбалет был наготове. Вонзившийся в грудь болт поставил окончательную точку в жизни охотника. Несколько секунд парнишка ещё дрыгался в конвульсиях, прежде чем замер с крепко сжатым луком в руке.

– Не всем волчатам суждено стать волками, – сказал Джон, подходя к убитому стрелку. – Твоим друзьям в хижине будет не так скучно.

Ночью средь глухих бескрайних лесов ярко горел огромный костёр. В языках пламени промелькивали искры возмездия и скорби. А дым разносил по округе очередную историю о чудовищах, обитающих в этих дремучих лесах.

ГЛАВА 2

Блики утреннего солнца игриво сверкали на лёгкой ряби небольшого озера, затерявшегося среди густой рощи. Радостное пение птиц становилось всё громче, и Джон проснулся. Он лежал на песчаном берегу, покрытом редкими пучками травы, что еле заметно покачивались от неуловимого ветерка. Около давно истлевшего кострища валялись птичьи кости. Добыча Торина оказалась весьма кстати, как и ещё некоторые припасы, захваченные из повозки, ставшей ничьей по печальному стечению обстоятельств.

Если бы Джон и правда являлся советником короля, то вряд ли бы днём раньше месил грязь на размытой дороге. Даже за один перстень, подаренный правителем, можно было выручить целое состояние и уж тем более найти способ быстро и комфортно добраться до города. Но не все слова воина были ложью. Он действительно угодил в засаду разбойников при переправе через бурную реку Шаль. Следопыт передвигался верхом по узкому бревенчатому мосту, когда подлая стрела, предназначенная ему, вонзилась в шею коня. От испуга и боли животное прыгнуло вниз, утаскивая всадника за собой и делая его заложником бурлящего потока. Сильное течение било Джона о камни, железные доспехи неумолимо тянули ко дну, а перекинутый через грудь ремень щита не позволял сбросить с себя распластавшийся под водой плащ. Когда надежда и силы почти покинули следопыта, ему чудом удалось зацепиться за скользкое упавшее дерево и выбраться на берег. Так он остался без лошади и сумки с провиантом. Напоясный кожаный мешочек с монетами порвался о подводную корягу и заметно исхудал. Сохранив из всей поклажи лишь меч, щит и горстку медяков, странствующий воин отправился в ближайший город за припасами. И по насмешке судьбы столкнулся с другими бандитами. Однако последнее злоключение было ему даже на руку.

Судя по количеству жертв в овраге, убийцы уже долгое время совершали налёты на одиноких путников. Немало торговцев должно было пропасть бесследно. Бандиты на единственной ведущей к городу дороге наносили существенный вред его экономике. В таких случаях стражники с гончими обычно прочёсывали лес, и, скорее всего, один из отрядов так и не вернулся с задания. Это вполне объясняло, как разбойники смогли разжиться усыплявшей бдительность бронёй городской стражи. Столь вопиющая проблема не могла остаться незамеченной местными властями, а значит, за их головы уже давно назначена награда. Ею Джон и планировал откормить свой сдувшийся кошель.

Воин привстал и осмотрелся. Немного поодаль лениво пощипывала траву пара лошадей, крепко привязанных к стройному клёну. На сучке висел облюбованный мухами бугроватый мешок. Настало время наведаться в город, до которого, по расчётам Джона, оставался час езды. Следопыт опустил взгляд на свои доспехи, сплошь покрытые слоем засохшей грязи и крови. Кому-то явно стоило привести себя в порядок. Чистить железо золой и прибрежным песком – то ещё «удовольствие», и перед предстоявшей рутиной воин решил освежиться: холодная озёрная вода бодрила не хуже тонизирующих эликсиров травников. Смыв с себя остатки вчерашнего дня, воин уселся на тёплый камень и принялся за дело.

Спустя полтора часа Джон, поблёскивая бронёй, уже рысил в сторону Басторга на саврасом мерине. Следом за ним на привязи бежала гнедая кобыла, за которую он также намеревался выручить немного золотых.

* * *

Уже много веков главным городом королевства Эльтарон являлся портовый град Энсиль. Но спроси любого встречного, что он думает о столице, и тот уточнит: «О какой именно?». Басторг, небольшой потерявшийся в лесах городишко, люди уважительно называли Дикой столицей страны. Несмотря на свою удалённость от других поселений и тесное соседство с непроходимыми чащобами, он сумел добиться больших успехов. По уровню развития и мастерству ремесленников Басторг ничуть не отставал от крупных городов, имевших прямой выход к морю или стоявших на торговых путях. Для зелёного океана лесов с мелкими кораблями-деревушками он стал настоящей жемчужиной, островом, державшим на себе всю экономику Западного Побережья.

Солнце было уже в зените, когда Джону из-за деревьев показались серые каменные стены Басторга. Выехав из-за поворота, следопыт был неприятно удивлён закрытыми воротами арки и стоявшей у них парой стражников: складывалось впечатление, что в город ему так просто не попасть. Глядя, как дозорный на башне снимает со спины арбалет, Джон пустил коня шагом. Ему было невдомёк, что здесь не очень любили чужаков, особенно если их внешний вид хотя бы намекал на опасность. Засилье воров и убийц, паразитировавших на Западном Побережье, вынудило власти держать ворота запертыми и досматривать каждого путника, что стремился попасть внутрь. Следопыт спешился и взглянул на пристально наблюдавших за ним стражей:

– Почему ворота закрыты?

– Тёмные времена. Мы не пускаем в город абы кого, – ответил усатый стражник, опираясь на алебарду.

– И как я могу попасть внутрь? – Джон миролюбиво улыбнулся.

– По пропуску местного жителя или разрешению на торговлю, – алебардист окинул его оценивающим взором. – Но сдаётся мне, ни того, ни другого у тебя нет, поэтому можешь разворачиваться и ехать обратно.

Следопыт видел какие-то разбросанные по телеге бумаги, которые ковырявшиеся в ней разбойники, видимо, сочли за бесполезный мусор. Наверняка там нашёлся бы подходящий документ, но возвращаться к мрачному пепелищу совсем не хотелось. Впрочем, как и выдавать себя за другого человека.

– Позовите капитана, – твёрдым голосом сказал Джон.

– С чего бы это? – недовольно изрёк усач. – Особенный, что ли? Показывай пропуск или проваливай…

– Эй, не горячись, – с улыбкой проговорил следопыт. – Полагаю, я решил часть ваших проблем, и хотел бы получить за это награду, – он указал рукой на притороченный к седлу окровавленный мешок, от которого уже исходил неприятный запашок. – Вам, часом, разбойники не докучали?

– И кто же там у тебя? – со скукой в голосе поинтересовался копейщик. – Наказал воришку кур или менялу-обманщика? За такой самосуд можешь и сам в петлю пойти…

Когда на землю упали три отрубленные головы, стражники на какое-то время потеряли дар речи.

– Ну и дела… – наконец выдавил из себя алебардист, растерянно почесав затылок.

– Я за капитаном, – пробормотал другой солдат и, приоткрыв тяжёлые ворота, проскользнул в город.

– Ты хоть понимаешь, чьи головы принёс? – на лице усача появилась довольная ухмылка. – Эти твари полгода терроризировали наши земли, и всякий раз им удавалось уйти от правосудия. Где ты с ними столкнулся?

Джон рассказал ему все подробности неприятной встречи. Едва он закончил историю, как алебардист с негодованием сжал древко обеими руками, словно пытался кого-то задушить:

– Сукины дети… За стражников, значит, себя выдавали… Вот же твари…

– Да… И, судя по количеству трупов в той яме, они в этом весьма преуспели, – мрачно заметил следопыт.

Услышав заскрипевшие ворота и шум города, алебардист перестал опираться на своё оружие и встал, как и подобает стражнику. За стены Басторга вышел седой мужчина в начищенных сапогах, сверкающих золочёных доспехах и перекинутом через плечо бордовом плаще – капитан городской стражи Люций Дорвертан. Сцепив руки за спиной, он неторопливо подошёл к валявшимся головам и удивлённо произнёс:

– Кто бы мог подумать… Скрипучий Хэнк и Билли Бешеный шрам. Приговорены к смерти за неоднократные изнасилования, грабежи и убийства, но за день до казни бежали. Не без посторонней помощи, конечно. Да, немало моей крови они попили, – капитан брезгливо перевернул последнюю голову мыском сапога. – Кто третий?

– Был с ними заодно…

– Можешь не продолжать. Туда ему и дорога… Но ты же не просто так принёс их сюда, правда? – Люций Дорвертан снял с пояса звенящий мешочек и кинул его Джону. – От лица всех жителей Басторга выражаю тебе благодарность за свершившееся правосудие.

– Я весьма польщён, – поймав награду, сказал следопыт. – А если пустите в город, буду и вовсе рад без памяти.

– У него нет ни пропуска, ни торгового разрешения, – сконфуженно проговорил алебардист.

– Вот его пропуск, – кивнул на головы Люций Дорвертан. – Басторгу нужны такие люди. Впусти его.

– Слушаюсь, – стражник спешно направился к воротам и с усилием распахнул их правую половину.

– Благодарю, – взяв мерина под уздцы и убедившись, что кобыла не отвязалась, Джон двинулся вперёд.

Когда он проходил мимо капитана, тот осторожно придержал его за руку, вынудив остановиться.

– Судя по всему, ты неплохой воин, – не поворачивая головы к собеседнику, негромко произнёс командующий стражей. – И всё же… Береги себя.

Немного удивлённый странным напутствием, следопыт ответил коротким кивком и вошёл город. Его взору открылась широкая брусчатая площадь, сплошь заполненная людьми и повозками с товаром – ежегодная ярмарка Басторга!

Грандиозное мероприятие уже давно стало доброй традицией и в первый свой день всегда собирало толпы горожан. Всем было любопытно, что привезли съехавшиеся со всей округи купцы и каким диковинным товаром могли порадовать местные ремесленники, которые всегда готовились к ярмарке заранее. Торговля превращалась в негласное соревнование, и уже за сегодня появились первые фавориты: гурманы из числа праздных гуляк восхваляли земляничное вино, в то время как сердца девушек всецело покорили полупрозрачные бусы из голубого кварца. Однако мероприятие славилось не только изысканными и необычными товарами. Здесь можно было найти всё: и свежий провиант, и недорогую одежду, и неплохие целебные снадобья.

Джон поставил лошадей в ближайшую конюшню и с сомнением посмотрел на заполонившую всю площадь ярмарку. В шумной толпе, пестрившей яркими нарядами купцов, наверняка работали карманники. Сходить за припасами можно было и позже, когда большая часть народа разойдётся, но путь к улицам города всё равно пролегал через торговые ряды. Прикрыв ладонью висевший на поясе мешочек, следопыт стал протискиваться через хаотично бредущий люд, с каждой секундой всё больше погружаясь в царившую вокруг какофонию. Все голоса сливались в непрерывный монотонный гул, из которого изредка проступали призывные крики торговцев, звон подков и скрипы тяжело нагруженных телег. В центре ярмарки звучала задорная мелодия флейты. Там под восторженные охи толпы показывали своё представление шпагоглотатели, факиры и заклинатели змей. Засмотревшись на изрыгавшего пламя смуглого мужчину в шароварах и чалме, идущий Джон чуть не врезался в женщину с грудным ребёнком.

– Осторожнее, – прижимая к себе дитя, возмущённо вымолвила горожанка.

– Простите, – виновато сказал следопыт и поспешил удалиться с ярмарки.

За площадью раскинулась огромная гряда деревянных строений, создававших лабиринт из узких улочек. Здесь было тихо и безлюдно – отрада для души, давно отвыкшей от громких празднеств. Идиллию нарушал лишь одинокий металлический стук, что доносился откуда-то с соседней улицы. Джон надеялся найти гостиницу, но раз уж первым попался кузнец, то сначала можно было поправить пострадавший от булавы наплечник. А заодно и разу ...

(дальнейший текст произведения автоматически обрезан; попросите автора разбить длинный текст на несколько глав)

Свидетельство о публикации (PSBN) 17564

Все права на произведение принадлежат автору. Опубликовано 12 Апреля 2019 года
Ярослав Заболотников
Автор
Автор не рассказал о себе
0






Рецензии и комментарии 0



    Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии.



    У автора опубликовано только одно произведение. Если вам понравилась публикация - оставьте рецензию.


    ДЕКАДЫ НОЧЬ МЕЖДУ ДНЯМИ 7 И 8 Мистерия 30 (часть 1)

    ДЕКАДЫ НОЧЬ
    МЕЖДУ ДНЯМИ СЕДЬМЫМ И ВОСЬМЫМ

    И в эту Ночь почти все Реципиенты спали отвратительно. На них произвела гнетущее впечатление и «Вечная Жизнь» в исполнении Сократа Фригодного, и дурацкая сцена с Кураторозаврихой-Хаживупой, и .....
    Читать дальше
    44 0 0

    Эльф Люмбер

    Начало.

    Рождён был 22 мая 1328 года от сотворения Мира. Сколько лет ему сейчас – не помнит никто, даже он сам. Ибо жизнь эльфа бесконечна. Бесконечна, полна смыслом она! Ведь эльфы несут свет в этот грешный мир. Люмбер – не святой, конечно.....
    Читать дальше
    99 0 0

    Атлантида. Вниз, чтобы наверх...

    Г Л А В А 6

    На утро следующего дня; лишь только первый луч солнца, едва коснулся земли, Алчер потянулся в постели; встал, и дойдя до бассейна; с разбега — прыгнул в него. Там окунулся пару раз, окончательно тем самым, согнав с себя остатки.....
    Читать дальше
    93 0 0




    Добавить прозу
    Добавить стихи
    Запись в блог
    Добавить конкурс
    Добавить встречу
    Добавить курсы