Глава 6: Возрождение (Глава 6)

Глава 6: Возрождение
Тёмная и мрачная ночь окутала мир. Вдали виднелся величественный замок Змеиной империи, где правили люди с чешуёй и змеиными глазами. Но однажды эта крепость пала под ударами мощного врага. На улицах лежали тела погибших воинов. В тронном зале уже сидел захватчик в короне. Это был Стервятник, который со своей армией завоевал империю. В зале, где стены были украшены мрачными гобеленами, музыканты исполняли музыку, вызывающую тревожное чувство. Звуки инструментов сливались в единый поток, напоминающий шум приближающейся бури. Тёмные аккорды словно окутывали зал, погружая всех присутствующих в атмосферу безысходности и страха. Стервятник, владыка этих земель, поднялся с трона, на котором сидел, словно высеченный из камня. Его фигура была воплощением силы и власти, но сейчас в его глазах читалась лишь холодная жестокость. Он подошёл к окну, и его взгляд устремился вдаль. За окном простирались деревни, охваченные пламенем. Огонь пожирал дома, превращая их в груды пепла. Яркие языки пламени вздымались в небо, окрашивая его в кроваво-красные оттенки. Стервятник не отрывал глаз от этой картины разрушения, его сердце билось в унисон с ритмом музыки. Он медленно поднял руку и прикоснулся к холодному стеклу окна. Его ладонь была покрыта чёрными трещинами, напоминающими те, что покрывали руки Корва — его врага который теперь был мёртв. Эти трещины были не просто физическим повреждением, они несли в себе отпечаток боли и страданий, которые Стервятник пережил. В мыслях владыки мелькали образы прошлого и будущего. Он вспоминал, как долго шёл к этому моменту, как преодолевал препятствия и уничтожал врагов. И вот, наконец, этот день настал. День, когда его власть станет абсолютной. День, когда он покажет всем, кто истинный хозяин этих земель.
— Этот день настал… День моей власти, — прошептал Стервятник, его голос был холодным и безжалостным. Он знал, что впереди его ждут новые завоевания, но был готов к ним. Он был готов к тому, чтобы стать легендой, которую будут помнить вечно.
Стервятник убрал руку от стекла и направился вверх по лестнице, ведущей в высокую башню крепости. Его шаги эхом разносились по каменным коридорам, а взгляд был устремлён вперёд, словно он избегал встречи с прошлым. Достигнув вершины, он открыл деревянную дверь, за которой его ждал мрак комнаты. В углу, свернувшись в жалкий комочек, сидела Тереза. Её лицо было залито слезами, а глаза, полные отчаяния, смотрели на него с безмолвной мольбой. Два дня она провела в плену у Стервятника, и теперь её хрупкое тело было измождено, а воля сломлена. Она больше не могла сопротивляться этому тёмному владыке, который когда-то был для неё совсем другим человеком.
— Тереза, поднимайся, — сказал он мрачным, почти ледяным тоном, не глядя на неё. Его голос звучал как эхо давно забытой боли, которая терзала его изнутри.
Тереза подняла голову и посмотрела на него с жалостью, которая ранила его больше, чем любые слова. Её хриплый голос дрожал, когда она произнесла:
— Ты был другим… Эрик.
Это имя, произнесённое с такой нежностью, словно воспоминание о чём-то прекрасном, заставило его сердце сжаться. Он резко повернулся к ней, его глаза вспыхнули гневом.
— Не называй моё имя! — прорычал он, стараясь скрыть дрожь в голосе. Он отвернулся, чтобы скрыть от неё свои эмоции, но она уже поняла, что за маской жестокости скрывается что-то гораздо более сложное. Её сердце стучало от моральной боли.
Стервятник медленно перевёл взгляд, словно обдумывая что-то важное. Затем он плавно развернулся и, оставив дверь открытой, удалился, оставляя за собой лёгкую завесу тайны. Стражник башни, наблюдавший за этой сценой, едва заметно кивнул, словно подтверждая что-то известное только ему. Прошло несколько минут, и в зал спустилась Тереза, её платье мягко шуршало по каменному полу. Она остановилась напротив Стервятника, который стоял к ней спиной, задумчиво глядя в окно. Её голос прозвучал тихо, но твёрдо:
— К чему всё это? — спросила она, слегка нахмурившись.
Стервятник обернулся, его взгляд был полон меланхолии.
— Мы давно не разговаривали так открыто, — произнёс он, словно вспоминая что-то далёкое и болезненное.
Тереза хотела что-то сказать, но он поднял руку, останавливая её.
— Я разрешаю тебе называть меня просто по имени, Тереза, — произнёс он, его голос звучал мягко, почти нежно.
Девушка подошла к нему ближе и остановилась, внимательно наблюдая за его реакцией. В её глазах читались искреннее беспокойство и желание помочь. Она осторожно спросила, её голос дрожал от волнения:
— Эрик, что с тобой случилось? Я помню тебя добрым и не жестоким человеком.
Стервятник отвернулся, его взгляд устремился вдаль, словно он пытался найти ответы в бесконечной пустоте. Молчание повисло между ними, тяжёлое и гнетущее. Эрик не хотел говорить всю тёмную правду, которая разрушила его изнутри. Он знал, что стоит ей узнать правду, и она больше никогда не сможет смотреть на него так же. Тереза не отводила взгляда, её глаза были полны интриги. Она чувствовала, что Эрик что-то скрывает, и это знание разрывало её сердце.
— Эрик, мы здесь одни. Я очень хочу узнать, что с тобой произошло четыре года назад, — тихо сказала она, её голос был тихим, но в нём звучала твёрдая уверенность. Стервятник молчал, но в его глазах промелькнула тень боли. Он знал, что если расскажет правду, это изменит всё. Но он также понимал, что больше не может скрывать это от неё.
Эрик прошептал:
— Только не уходи, как другие…
Тереза ответила, не отводя взгляда:
— Обещаю.
Его рука медленно поднялась к лицу. Глаза Эрика помутнели, превратившись в два белых омута, лишённых жизни. Кожа на руке стала бледной, как мрамор, но на ней начали проступать чёрные вены, похожие на живые щупальца, которые извивались, словно дышали. Пальцы истончились, став тонкими и хрупкими, но их кончики превратились в длинные, острые когти, напоминающие звериные. Лицо начало искажаться: половина его покрылась страшными ожогами, обнажая кости черепа.
Девушка отшатнулась назад, увидев нечто, что испугало её до глубины души. Эрик мгновенно осознал её состояние и поспешил развеять страхи. Он убрал весь кошмар, оставив лишь иллюзию своего прошлого, которое превратило его в нечто ужасное, лишив всего человеческого.
Тереза отступила назад, её глаза расширились от ужаса. Её голос дрожал, но слова вырвались сами собой:
— Что ты такое?!
Эрик не ответил сразу. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глубине глаз мелькнула тень, которая заставила Терезу почувствовать, как в её сердце пропустил удар.
— Тебе не нужно меня бояться, — произнёс он низким, мрачным голосом, который заставил её вздрогнуть. — Я уже давно не человек. Очень давно.
С каждым словом его голос становился всё более грозным, всё более жутким, словно это был голос демона, вырвавшегося из самых тёмных глубин преисподней.
Эрик медленно шагал вперёд, его фигура казалась размытой, словно сотканной из теней. Его голос звучал как эхо, отскакивая от стен, но не достигая слуха.
— То, что ты видишь, — это иллюзия, — произнёс он, его слова были подобны шёпоту, который проникал в самую душу. — Мой внешний вид — это иллюзия. Мой голос… это иллюзия. Тереза отшатнулась, её глаза расширились от ужаса. Она чувствовала, как реальность вокруг неё рушится, как карточный домик. Стены зала начали трескаться, словно невидимая сила разрывала их на части. Потолок дрожал, угрожая обрушиться. Освещение в зале и на улице стало меняться, приобретая оттенок алой крови. Тени, которые окружали их, начали шевелиться, словно живые существа. Тереза почувствовала, как её сердце колотится в груди, а страх сковывает её тело.
— Не подходи! — закричала она, её голос дрожал. — Это не может быть правдой! Это всё иллюзия! Но Эрик продолжал идти, его шаги были спокойными и уверенными, как будто он знал, что всё идёт по плану. Тереза чувствовала, как её разум начинает плыть, как будто она погружается в бездну. Она больше не была уверена, что происходит на самом деле, и это пугало её ещё больше. Тереза почувствовала, как страх захватывает сердце. Паника овладела ею, лишив способности мыслить ясно. В отчаянной попытке спастись она выбежала на улицу, но её взгляд тут же застыл от ужаса. Перед ней предстала картина, от которой кровь стыла в жилах. Деревья, некогда гордые и величественные, теперь стояли изуродованные, с искривлёнными стволами и ветвями, словно их искалечили невидимые силы. Они были сухими, без единого листочка, и казалось, что они сами стали свидетелями какой-то неведомой трагедии. Земля под ногами была залита густой, алой кровью, которая, казалось, впиталась в почву, окрашивая её в зловещий оттенок. Кровь покрывала всё вокруг: траву, камни, даже воздух, казалось, был пропитан её металлическим запахом. Но самое страшное было в небе. Две огромные луны, окрашенные в кроваво-красный цвет, висели над горизонтом, как два гигантских глаза, следящих за каждым её движением. Они словно предрекали нечто ужасное, что должно было случиться. Тереза обернулась, и её крик разорвал тишину. То, что она увидела, заставило её сердце замереть. Из тени крепости на неё смотрел кто-то или что-то, от чего кровь стыла в жилах. Это был силуэт, окутанный мраком, но в нём было что-то настолько пугающее, что она не могла пошевелиться.

На севере

В сердце суровой крепости, где стены были свидетелями бесчисленных битв, а воздух пропитан духом победы и крови, многие ярлы и лорды собрались за пиршественными столами. Их разговоры были полны хвастовства о трофеях и победах, а кубки звенели, вознося тосты за силу и удачу. Король севера, Алластер, восседал на своём троне, словно древний страж, и потягивал сладкий эль из деревянной кружки, наслаждаясь моментом покоя. Но вдруг тишину разорвал грохот открывающейся двери, и в тронный зал ввели ослабшего Вардена — охотника, измученного и избитого, с цепями, сковывающими его руки. Все лорды, словно по команде, повернули головы к нему, их лица исказила жестокая усмешка. Они начали смеяться над несчастным, чей вид был символом слабости и поражения. Варден опустил голову, его кулаки сжались в бессильной ярости, а цепи звенели, напоминая о его беспомощности. Но в этот момент произошло нечто невероятное. Из глаз всех присутствующих лордов внезапно хлынула кровь, заливая их лица и одежду. Их смех оборвался, сменившись криками ужаса. В этот момент Варден поднял голову, и его глаза, которые до этого были полны боли и страдания, начали светиться белым светом, словно у мертвеца. Его взгляд был ледяным и безжалостным, проникающим в самую душу. Резким движением головы Варден обрушил на них свою ярость. Воздух наполнился грохотом, и все лорды севера, один за другим, рухнули на пол, их тела замерли в предсмертной агонии. Их глаза лопнули, словно стеклянные шары, а кровь продолжала струиться, окрашивая мраморный пол в алый цвет. В зале воцарилась зловещая тишина, нарушаемая лишь эхом их последних криков и тяжёлым дыханием Вардена. Теперь он стоял один среди мёртвых, окружённый своей победой, но в его глазах не было радости. Только холодная уверенность и осознание того, что это только начало.
Алластер поднялся с трона, его глаза, полные страха перед неизбежным, смотрели прямо на Вардена. Варден, чей взгляд оставался неизменным — холодным и белым, как зимний снег, — не отводил глаз от своего противника.
— Чего же ты ждёшь?! — воскликнул Алластер, его голос дрожал.
Варден не ответил. Он лишь молча вытянул руку вперёд, указывая на короля. Время, казалось, замедлилось, и в этом зловещем безмолвии напряжение достигло своего пика. Через несколько секунд, когда молчание стало невыносимым, Варден поднял руку вверх, к самому потолку. Его ладонь сжалась в кулак, и воздух вокруг наполнился зловещей энергией. Затем, с молниеносной скоростью, он опустил руку вниз. Пол содрогнулся. Потолок, словно под натиском невидимой силы, начал медленно, но неумолимо обрушиваться. Огромные каменные плиты, словно гигантские волны, устремились вниз, накрывая короля севера. Раздался оглушительный грохот, и зал погрузился в хаос. Варден, однако, не пострадал. Его сила была настолько велика, что он смог защитить себя от обрушения. Он быстро нашёл свою броню, которую обычно носил под одеждой, и с помощью своей могучей силы надел её на себя. Затем, словно в подтверждение своей власти, он достал плотную чёрную ткань и плотно обмотал её вокруг своих глаз. Этот мрачный ритуал лишил его зрения, но придал ему ещё больше силы и защиты.
В этот миг в голове Вардена раздался пронзительный звон, словно раскат далекого грома. За ним последовал мрачный, как осенняя ночь, голос:
— Возвращайся домой… брат.
Вардена охватило удивление. Он замер, пытаясь понять, кто говорит с ним. Голос был знакомым, но в то же время чужим, словно он звучал из самой глубины тьмы.
— Эрик? Это ты? — с удивлением в голосе спросил Варден, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Ответом ему был зловещий, раскатистый смех, который, казалось, проникал прямо в его разум. Варден знал, что Эрик не может быть рядом. Он был способен общаться на огромных расстояниях, проникая в сознание людей. Но что-то в этом смехе заставило его кровь застыть.
— Уходи из моей головы! — воскликнул Варден, пытаясь избавиться от этого наваждения. Смех прекратился, и наступила оглушительная тишина, как будто сам мир затаил дыхание. Варден остался один в своей голове, пытаясь осознать, что только что произошло. Он вышел из крепости, окружённой тишиной и пустотой. Вокруг лежали тела павших — их лица были спокойны, но в глазах застыла боль. Сила Вардена, как беспощадный вихрь, оставила за собой лишь разрушения и смерть. Он стоял среди этого хаоса, чувствуя, как земля дрожит под его ногами. В его разуме всплывали образы отца, друзей, тех, кто когда-то был рядом. Они смеялись, сражались, делились мечтами. Но теперь их не было. Они были мертвы, и их кровь окрасила землю в красный цвет. Варден упал на колени, его тело дрожало от бессилия. Он не мог больше стоять, не мог больше бороться. В его голове звучали крики, смех, шёпот. Он видел их лица, чувствовал их прикосновения. Он слышал их голоса, но они были далеки, как эхо в бездонной пропасти. Варден сжал кулаки, пытаясь избавиться от этих видений, но они не исчезали. Они преследовали его, как призраки, не давая покоя. Он громко закричал, его голос эхом разнёсся по округе. Это был крик боли, крик отчаяния, крик человека, который потерял всё. Варден был разбит. Разбит не только физически, но и морально. Он чувствовал, как его сердце разрывается на части, как его душа наполняется пустотой.
В тишине, словно приглушённый шёпот, раздались чёткие шаги. Варден не пытался защититься — его состояние было разбитым, а тело обессиленным. Шаги остановились перед ним, и в воздухе повисло напряжение.
— Давно не виделись, старый друг… — раздался мрачный голос, который, казалось, проникал в самую душу. Он звучал как эхо, разносящееся по округе, словно сам ветер шептал эти слова.
— Кто ты такой?! — выкрикнул Варден, его голос дрожал от бессилия. Он тяжело дышал, пытаясь справиться с усталостью и беспомощностью.
— Не удивительно, что ты забыл мой голос, — ответил тёмный силуэт, его слова были холодными, как лёд.
— Маргулис… Слыхал о таком имени? Помню, рассказывал тебе… — добавил он, и в его голосе послышалась нотка насмешки.
Варден приподнял голову, и его слепые глаза, скрытые под толстой чёрной тряпкой, уставились на силуэт. Сердце его забилось быстрее, а внутри зародилось странное чувство — смесь страха и узнавания.
— Херри… Это ты? — прохрипел он, его голос был едва слышен.
Маргулис стоял неподвижно, его взгляд был холодным и безразличным. Он не торопился отвечать, словно наслаждаясь моментом. Варден увидел, как его некогда рыжие волосы стали длинными и теперь были окрашены в белый цвет, контрастируя с бледной, как снег, кожей. Его глаза, наполненные тьмой, казалось, смотрели прямо в душу, проникая в самые тёмные уголки сознания.
— Да, это я, — наконец ответил Маргулис, его голос был лишён эмоций, но в нём звучала угроза.
Варден, окутанный плотной повязкой, стоял в полумраке, словно его тёмная магия давала частичку зрения. Его глаза, скрытые под тканью, светились таинственным светом, проникая сквозь мрак. С первого раза он не смог подняться, его ноги подкашивались, но с третьей попытки он всё же встал, слегка покачиваясь, как дерево на ветру.
— Мой старый друг, как же давно мы не виделись… — прошептал Варден, его голос дрожал, словно эхо воспоминаний. Маргулис, услышав эти слова, подошёл ближе, его шаги были мягкими, но уверенными. Он обнял Вардена, и их тела слились в объятии, наполненном теплом и воспоминанием старых времён. Тёмный эльф закрыл глаза, позволяя себе погрузиться в воспоминания. По его щеке скатилась одинокая слеза, как капля дождя, пробивающаяся сквозь облака. Он вспоминал те времена, когда их дружба была крепче стали, когда каждый день приносил новые приключения и радости. Теперь, стоя здесь, он чувствовал, как прошлое оживает в его сердце, наполняя его и горечью, и счастьем.
— Мне нужно тебе кое-что показать, — произнёс Маргулис, мягко отстраняя Вардена из своих объятий. Парень молча кивнул, и они отправились вглубь леса. Лесные тропинки переплетались, словно древние узоры, и вскоре перед ними предстала небольшая, но уютная лесная лачуга. Варден и Маргулис вошли внутрь, и их встретил полумрак, разбавленный лишь слабым светом, проникающим сквозь узкие окна. На деревянном столе лежало тело. Варден подошёл ближе и замер, узнавая бледное лицо Корва. Его сердце сжалось от боли и утраты.
— Корв… Нет… — прошептал Варден, не в силах сдержать боль утраты. Маргулис, наблюдая за ним с сочувствием, произнёс:
— Я нашёл ещё кое-кого из твоих охотников.
Варден недоумённо посмотрел на эльфа, не понимая, о ком он говорит. Маргулис открыл дверь в соседнюю комнату, и Варден, шагнув внутрь, увидел Элиота. Его друг лежал на кровати, измождённый и покрытый ранами.
— Элиот… — выдохнул Варден, подойдя ближе. — Что с тобой случилось?
Элиот слабо улыбнулся, но в его глазах читалась усталость.
Элиот тяжело вздохнул, его улыбка погасла, словно пламя на ветру. В глазах юноши заблестели слёзы, и он судорожно сглотнул, пытаясь сдержать горе. Варден, почувствовав его состояние, тихо спросил:
— Где остальные?
Юноша поднял взгляд, полный боли и отчаяния. Его голос дрожал, но он всё же ответил:
— Он забрал её… Терезу…
Варден нахмурился, не понимая, о ком идёт речь. Он внимательно посмотрел на Элиота, пытаясь уловить малейший намёк.
— Кто забрал? — повторил Варден, стараясь не выдать своего волнения.
Парень сжал кулаки, его пальцы побелели от напряжения. Он опустил голову, пытаясь собраться с мыслями, но слёзы продолжали течь по его щекам.
— Стервятник… — наконец прошептал он, его голос был едва слышен. — Я пытался сражаться, но он оказался сильнее…
Варден замер, его сердце сжалось от утраты друга. Он не знал, что сказать, чтобы облегчить страдания Элиота, но понимал, что должен быть рядом. Маргулис, с горящими глазами и сосредоточенным выражением лица, внимательно изучал каменную стену, на которой висел старинный пергамент, испещрённый загадочными рунами и символами. Этот древний артефакт, известный как «Алый пергамент», таил в себе невероятную силу и опасность. Только самые могущественные колдуны могли расшифровать его тайны и понять, как вызвать нечто, способное изменить судьбу всего мира — «Алое затмение». Алое затмение было не просто магическим явлением; это было событие, которое погружало мир в кровавую тьму, вызывая орды демонических существ из мрачного и зловещего Багрового мира. Этот мир был населён бесчисленными тварями, жаждущими разрушения и хаоса. Маргулис, одержимый жаждой власти и желанием создать новый, кровавый мир, видел в Алом затмении не просто возможность, а своё предназначение. Его цель была ясна и неумолима: призвать Алое затмение и поработить новый мир, наполненный ужасом и страданиями. Он знал, что это будет нелегко, но его решимость была непоколебима. Маргулис чувствовал, как энергия артефакта вибрирует в воздухе, словно сама вселенная шептала ему, что время пришло.