Глава 3. (Глава 3)

Между перекрытием крыши и потолком последнего, третьего, уровня оказался насыпан весьма мощный слой земли – в добрых два фута.
А грамотно, как лорд Дилени уже отмечал – во-первых, так отлично сохраняется внутри, у этого самого потолка, тепло, поднявшееся сюда от печек. А во-вторых – не проникает влага от дождя, что поливают многострадальную Тарсию и её окрестности всю краткосрочную осень. Быстро переходящую в мрачную и тягуче-долгую пасмурную зиму. Впрочем, влага сюда не проникает ещё и потому, что вся внешняя поверхность крыши – она же и помост для часовых и обороняющихся, на случай если такой редут будут штурмовать традиционными способами – покрыта почти футовым слоем отлично выровненного и монолитного известкового раствора.
Вот уж эта штука не горит и не пропускает влагу!
Так что хорошо, что враг не выстроил стены редутов из камней на известковом растворе, как сделано в Милдреде или Клауде, или не облицевал наружные бревенчатые стены хотя бы известковыми плитами. Тогда бы их план не сработал. Правда, враг наверняка тоже думал, что использовать нужно материалы – подоступней, а технологию строительства – попроще. Чтоб даже полуидиоты справились. Ну, вот они и справились.
Хотя нужно отдать строениям должное – «проработали» редуты не одно десятилетие. И, судя по всему, проживать в них, и оборонять, было вполне комфортно. Собственно, даже казармы, и даже в Дробанте, не сильно отличаются в плане удобств…
Лорд Дилени вернулся с крыши вновь на третий ярус. Люк с лестницей, ведущий сюда, оказался достаточно большим: пять на три фута. И лестница широка. Да, всё сделано по уму, и с запасом. Проклятье. Похоже, доступ к древним рукописям, описывающим строительство фортификационных сооружений из доступных подручных средств имелся не только у лорда Юркисса.
Чёртов чёрный Властелин!.. Уж чего-чего, а знаний ему явно хватает.
А не хватает ему пока вероятней всего – ресурсов живой силы. Вопрос был только в том, какая именно живая сила максимально эффективна в войне с людьми.
Он точно рассчитывал отрабатывать на Тарсии каждых своих новых тварей! И разнообразные способы и приёмы нападений! Хорошо хоть, до оккупации не дошло!
Впрочем, поглядев на то, как и что устроено и организовано там, в тридцати милях от границы, так сказать, в достаточно глубоком тылу врага, лорд Дилени почти не сомневался, что оккупацией тут не обошлось бы.
Зачем лорду Хлодгару мыслящие рабы-слуги, если у него полным-полно безмозглых, и готовых слепо выполнять все его приказы?! И эти бессловесные рабы уж точно не поднимут никакой смуты или бунта в самый неподходящий момент. Например, когда их Хозяин будет завоёвывать земли Сапатии, Карпадоса, или Ритонии.
Так что население Тарсии скорее всего было бы попросту вырезано.
Кроме грудничков-младенцев. Мужеского пола. Которых затем… Чёрт!
(С другой стороны, нужно же будет как-то пополнять естественную убыль таких вот выросших, и переделанных менталистов, когда эти, теперешние, состарятся, или по каким-то причинам погибнут. Так что небольшую популяцию людей лорду чёрному Властелину так и так придётся оставить – на развод, так сказать… Но скорее всего это будут – вот именно, тихие и спокойные, не склонные к инициативе или борьбе, «особи». Не говоря уж о том, что для оплодотворения даже сотни женщин вполне достаточно двух-трёх мужчин. Как раз обычно и бунтующих… Вот и получается нечто вроде стада породистых коров – с единственным племенным «быком-осеменителем».)
Лорд подошёл снова к огромной скамье, где сейчас по его приказу лежало, накрытое грязной простынёй, тело бывшего командира этого редута. Снова откинул верхний её край. Нет, всё точно так же и выглядит, как полгода назад, когда на фабрике по производству динозавров они убили одного из контролировавших ход процесса прислужников-пособников лорда Хлодгара. Менталиста.
Изменённая кожа лица, топорщащаяся мелкими переливчатыми чешуйками – словно у рыбы, глаза с вертикальным зрачком: огромные, явно отлично видящие в темноте…
И главное отличие: полное отсутствие половых органов.
Сейчас лорду Дилени не нужно вновь осматривать тело: он сделал это, пока оно ещё было тёплым, и кровь ещё не вся вытекла из ужасного разреза на горле: да, руководивший гарнизоном этого редута ящеро-человек просто перепилил себе горло, поскольку его персональный кинжал оказался туповат, (Похоже, никогда не использовался по прямому назначению – уж в армии Тарсии бы ему такое точно не сошло бы с рук!..) и пришлось проявить недюжинную силу. Как физическую, так и духа.
Вызывает, конечно, уважение…
И свидетельствует о том, что с дисциплиной, и трезвым подходом к ситуации, когда приказ не выполнен, у приспешников лорда Хлодгара всё в порядке. Как и с методами наказания ослушников или глупцов чёрным Властелином. И если правда то, что у него в подвале имеется некая машина, позволяющая воскрешать убитых, и он таким образом может убивать, мучительно и долго, своих провинившихся или нарушителей приказов хоть десятки раз, каждый раз воскрешая, и начиная пытки снова, то, похоже, лорд Хлодгар просто перенял кое-какие приёмы поддержания своего реноме, а заодно, вот именно – дисциплины, у гнусного мерзавца, сидящего сейчас в подвалах Клауда.
Ну, или наоборот.
Лорд Дилени снова накинул простыню на лицо, искажённое предсмертным страшным оскалом: непонятно было, то ли монстр, бывший когда-то обыкновенным человеческим младенцем, так ненавидит своих бывших собратьев, то ли просто – боится Хозяина.
Да и не суть важно. Главное – лорд Дилени теперь уверен, что никто не сдастся!
Даже там, в глубине вражеской территории.
Куда, однако, они двинутся, только основательно отдохнув, выспавшись, отогревшись, и отъевшись!

Отдыхать дольше двух суток, однако, не пришлось.
Вернувшийся к утру третьего дня из Клауда, находящегося от укреплений всего в пяти-шести часах езды галопом, сир Ватель приказал немедленно начать выступление.
По бодрому и весьма довольному, словно отдых прошёл превосходно, виду короля лорд Дилени сделал вывод, что отоспалось, развлеклось, отъелось, и отогрелось его Величество и правда отлично.
Экстренное заседание Штаба, на которое всех высших офицеров собрали в крайней спешке, явилось простой формальностью: его Величество просто потребовал, чтоб войска выдвигались согласно утверждённому стратегическому плану, по намеченным направлениям. И придерживались тактики «выжженной земли», которую первым навязал им враг.
Спорить или возражать никто и не подумал.
Да и смысл? Все высшие командиры армии, кроме разве что лорда Адмирала, галерам которого снова не нашлось дела в кампании, и сами не могли дождаться, когда можно будет осуществить то, о чём мечтали их отцы и деды: беспрепятственно вторгнуться на территорию врага, теперь лишившегося основной защиты, и…
И довершить разгром, убив и остальных слуг и солдат лорда Хлодгара.
Насчёт судьбы самого чёрного Властелина, правда, столь однозначного решения пока не было. И если адмирал, лорд Хьюго Ван Ден Грааф, предлагал немедленно по пленению опасного врага казнить, прямо на месте, без суда и следствия, лорд Говард и лорд Жорес, командир первой дивизии пехотинцев, столь же упрямо желали сохранить ему жизнь до «подробного и детального выяснения всех обстоятельств». А проще говоря – собирались пытать незадачливого северного владыку до тех пор, пока не выложит всех своих секретов! А главное – чтоб ответил на вопрос, как сумел вскрыть подземелье Предтеч, и что нашёл там, в его недрах…
И эту позицию лорд Дилени понимал отлично: каждому ведь хочется, чтоб расшифрованные тайные рецепты, или вскрытые и извлечённые из древних подземелий чудеса военной, или гражданской техники и технологии работали на благо Тарсии!
Ну, или её владыки.
Однако этот вопрос на экстренном заседании Штаба не поднимался, поскольку в ближайшие часы и дни у армии имелась и более актуальная и животрепещущая проблема: захват и зачистка приграничных, а затем – и внутренних земель. Владений лорда Хлодгара, простирающихся, по слухам, до самого ледовитого океана. То есть – на тысячу миль!
Так что ничего удивительного в том, что все офицеры подняли руки «за», и почти тут же разошлись, чтоб начать отдавать нужные приказы и распоряжения, не было.
Лорд Дилени, тоже поднимавший руку, уходить, однако, не спешил. О том, что ему нужно задержаться, ему сказал требовательный и тяжёлый взгляд исподлобья лорда Главнокомандующего.

– Я вас внимательно слушаю, милорд.
– Присядем. – лорд Говард требовательно указал вновь на табуретки, расставленные у походного штабного стола, занимавшего центральную часть огромной, выстуженной насквозь, и сейчас опустевшей, и словно сразу ставшей больше, штабной палатки.
Они так и сделали, пользуясь тем, что поверхности сидений ещё не успели остыть после того, как их нагрели, пусть и не походными печками. Которых, кстати, его Величество во время кампаний не признавал принципиально.
– Как вы, несомненно, уже догадались, милорд полковник, я попросил вас остаться неспроста.
Лорд Дилени кивнул, не спуская взгляда с умных и немного выцветших голубых глаз, окружённых морщинками, выдающими весьма почтенный возраст лорда Главнокомандующего. Тот продолжил:
– И вы наверняка понимаете, что неспроста я приказал именно вашему специальному подразделению, а именно, прикреплённой к вашему полку роте майора Бориса, быть в «моём особом распоряжении», и непосредственного участия в работе по собственно зачистке и уничтожению контингента остальных, находящихся в глубине территории врага, блокпостов, фортов, или редутов, не принимать.
– Да, милорд.
– Так вот. Тяжёлые орудия, так называемые гарпунные арбалеты, подвезут к бараку с динозаврами, (Если только лорд Хлодгар не переместит этих тварей в другие места!) не раньше, чем через три дня. Потому что сами понимаете: по снежной целине нужно вначале проложить дорогу, сквозь двухфутовый слой снега и сугробы, а уж только затем тяжеловозы смогут одолеть целину. Соответственно и… – вновь повисла тягостная пауза.
– Да милорд? – лорд Дилени видел, что лорду Говарду неприятно то наверняка не совсем обычное поручение, которое он собирается возложить на новоиспечённого полковника и его людей. А вернее – на майора Бориса и его людей. Лорд Дилени и сам был не в восторге от того, что тем, похоже, предстояло сделать, но вслух ничего говорить не стал. Хотя, конечно, догадался. Что это за дело.
И почему о нём нельзя было говорить на заседании Штаба. Но!
Одно дело – когда что-либо неприятное и не вяжущееся с честью солдата предлагаешь сделать ты сам. И у подчинённого есть выбор – делать, или отказаться.
И совсем другое – когда это – приказ начальства!
– Боюсь, то, что я собираюсь предложить сделать людям, входящим в состав подразделения диверсантов может показаться не соответствующим Кодексу чести, которым мы, солдаты Тарсии, обычно предпочитаем пользоваться. Но сейчас ситуация – не обычная. Да и кодекс наш, если уж на то пошло, не применим к тварям лорда Хлодлгара. (Они-то нас и наших гражданских убивали без всяких «Кодексов»!) Но всё равно, я понимаю, что задача, что я хочу возложить на них, не совсем соотносится даже с общечеловеческой, так сказать, совестью и моралью. – лорд Говард прикусил губы изнутри, отведя взгляд, но снова взглянул: прямо в глаза лорду Дилени, – Ладно, довольно дурацких предисловий.
Лорд Говард наклонился ближе к лорду Дилени, и заговорил вполголоса:
– Я хочу, чтоб спецрота диверсантов, не ожидая подхода телег с гарпунами, и не сотрудничая с остальными нашими подразделениями, ускоренным маршем отправилась сразу к твердыне чёрного Властелина, и перебила там всех, кто обслуживает чёртов ангар с автоклавами!
Да-да, всех! И менталистов, и простых работников, и вообще, всех, кто окажется поблизости! И ещё… – лорд запнулся, и Дилени понял, что сейчас оно и прозвучит.
Главное.
– И ещё. На самом деле – это задание послужит для вас, то есть – для них! – прикрытием: на случай, если кто-нибудь из наших высших командиров пожелает узнать, для чего я вас здесь оставил. Или – у лорда Бориса, когда они выдвинутся. Настоящее же задание…
На самом деле рота майора Бориса, в которую людей отбирал он сам, и которая сейчас укомплектована только проверенными и надёжнейшими ветеранами, должна постараться ночью, в темноте, пробраться в сам замок лорда Хлодгара. Прикинувшись ящерами. Методы маскировки, думаю, объяснять не нужно? – лорд Дилени кивнул – ещё бы! До сих пор как вспомнишь – мороз по коже!..
– И захватить живым – если, конечно, удастся! – самого чёрного Властелина. Потому что, если не удастся живым – меня его труп, если честно, вполне устроит. Думаю, его Величество в этом случае лейтенанта и вас пожурит… Но особо гневаться не будет. Но даже если с чёрным властелином дело совсем не выгорит – тоже ничего страшного.
Потому что ещё важней, на самом деле, – лорд Говард перешёл на хриплый шёпот, – чтоб наши диверсанты нашли, и не позволили ни в коем случае испортить, ту чёртову машину, что наши легенды называют «воскрешателем».
Вот ради этой цели люди лорда Бориса и не должны щадить. Ни жизни, ни усилий.
И это гораздо, гораздо важней, чем даже жизнь лорда Хлодгара.
Лорд Говард замолчал. Только учащённое дыхание указывало на то, что он взволнован и обеспокоен.
Ну как же! Ведь он посылает людей практически на верную смерть!
Некоторое время лорд Дилени молчал. Смотрел он теперь на носки своих замечательно тёплых зимних сапог. Вернее – унтов, сделанных по образцу обуви чуксемосов. Затем всё же решил глянуть снова в глаза Главнокомандующему. И тихо спросить:
– Так ваша милость действительно считает, что эта машина – не детская сказка?
– Нет, разумеется. Сам я… – лорд Говард хмыкнул, – Не верю в её существование. Хотя и допускаю, что сплетни и слухи могут на чём-то реальном основываться… Но в данном случае то, во что верю или не верю я, или вы, никакого значения не имеет.
Потому что в её существование верит его Величество. А ему о машине рассказал лорд Юркисс. А с мнением этого человека, как вы знаете, приходится считаться.
– Вы правы, милорд. – настал черёд лорда Дилени закусить губу. – Лорд Юркисс такими вещами шутить не стал бы. Да и зачем? Ведь он, похоже, понимает, что для его Величества эта машина… Очень важна?
– Думаю, да. И понимает… И важна. Если легенды не лгут, и она действительно делает то, что делает, молодость и абсолютное здоровье воспользовавшемуся машиной – гарантированы.
Но только – если она будет в рабочем состоянии.
А поскольку она, по тем же легендам, воистину огромна, и очень тяжела, и лорд Хлодгар, разумеется, не сможет захватить её с собой при эвакуации, или просто – бегстве, думаю, он обязательно постарается перед тем, как оставить замок, (Мысли о том, что он сдастся, я не допускаю!) испортить её. Привести в негодность. Чтоб не дать воспользоваться уже нам.
Лорд Дилени хмыкнул. Мысли о «сдаче» врага он и сам не допускал.
– Да, это кажется разумным. Но… Генеральным Планом, насколько я помню, предусматривается достижение нашими частями замка чёрного Властелина лишь через… семь-восемь дней? Ну, после нашего общего выступления и начала захвата земель врага?
– Да, это именно так. Потому что на зачистку и тотальный обыск всей лежащей между нами и твердыней территории, с прочёсыванием, захватом всех ферм, и обнаружением схронов и тайников нашими собаками, уйдёт никак не меньше как раз шести-семи дней. И этот самый План предусматривает начало блокирования и систематической осады оплота лорда именно через неделю.
А теперь – главное. Впрочем, думаю, вы уже и сами догадались. – лорд Говард снова перешёл на еле слышный шёпот:
– Если, как предполагает лорд Юркисс, при нашем Штабе есть осведомитель, или у лорда Хлодгара имеются какие-либо другие способы следить за нашими штабными совещаниями, он так и будет рассчитывать: на то, что минимум пять-шесть дней у него в запасе на эвакуацию, или что там ещё, есть! И именно поэтому я и попросил вас остаться. Потому что о том, что мы сейчас обсуждали, не должен знать больше никто. Ну, кроме лорда Бориса, разумеется. А вот своим людям он сможет рассказать о подлинных целях их похода не раньше, чем на вторые сутки марш-броска! То есть – когда они оставят далеко позади наш авангард и прочёсывающие приграничные земли подразделения нашей армии.
Поэтому. Задача этого спецподразделения не совсем, скажем так, официальна. И Штаб её не утверждал. А утверждаю её – я. Лично. Сам. Будем считать её спецзаданием.
Для спецроты лорда Бориса. Собственно, ничего удивительного в этом нет.
Иначе за каким же …реном мы её создавали?!

Лорд Борис почесал в затылке. Глубоко вдохнул, и снова выдохнул.
Во взгляде его читались и обида, и опасение. Да что там: страх!
Лорд Дилени подумал, что оно и верно: бояться есть чего. Лорд Борис – реалист. И отлично понимает, что задача очень даже может оказаться невыполнимой! Потому что никто ведь не знает, сколько на самом деле тварей охраняет и защищает цитадель главного Врага! И не усилили ли её за эту осень и зиму ещё какими монстрообразными свирепыми тварями. И попытка вломиться туда, а тем более – обнаружить, захватить и окружить надёжной защитой чёртов то ли существующий, то ли – нет, сказочный агрегат, и удерживать оборону до подхода главных сил армии – может стоить им всем, целой роте, жизни! Да и сам агрегат…
Неужели лорд Главнокомандующий и правда – верит, что он есть?!
Лорд Дилени моргнул, явно читая все те мысли, что сейчас проносились под черепом лорда Бориса. Но сам полковник, как подумал лорд Борис, уже наверняка прошёл этот этап, и выработал линию поведения, потому что сказал:
– Да, милорд лейтенант. Я тоже сильно сомневаюсь в существовании чёртовой машины. Но есть два, в нашем случае, решающих, аргумента в поддержку этой гипотезы. А именно – тот факт, что лорд Хлодгар прожил в своём нынешнем теле непозволительно для обычного смертного долго… (Об этом мы уже говорили!) И ещё то, что в её существование верит лорд Юркисс. Рассказавший об этом королю. А уж тот непримянул «озадачить» лорда Говарда. А лорд Говард – меня.
– Ага. А вы, милорд – меня. – лорд Борис, кивнув, криво усмехнулся. И поскольку он уже побывал в окрестностях громадной твердыни, и оценил её размеры, высоту стен, прочность входных ворот, как и прикинул возможное число защищающих такую крепость солдат, он отлично понимал и массу проблем, возникших бы у того, кто попробовал бы «проникнуть туда незамеченным». Или вломиться силой.
А уж тем более – «захватить и удерживать чёртов агрегат».
Однако приказ есть приказ. Ну а, кроме того, возможность получить неплохие премиальные и полугодовой оплачиваемый отпуск, играют отнюдь не второстепенную роль. Собственно, раз его подразделение создавалось как элитное, и – для спецопераций, ничего удивительного в том, что как раз такая им и предстоит. Да ещё секретная. Настолько, что о ней не знает даже Штаб.
– Хорошо, милорд. Задача понятна. Разрешите только…
– Да?
– Разрешите только нам добираться до окрестностей замка верхом. Так будет и быстрее и надёжней. И пусть с нами поедет взвод конюхов – они потом приведут коней назад. А мы уж как-нибудь пройдём пешком те пять-шесть миль, на которые приблизимся к замку.
– Разрешаю. Но только – без конюхов. Армейские кони прекрасно добираются до родных конюшен и сами – нужно только дать им команду «домой!». Вы же помните, как мы отправили назад наших коней, добравшись до Энгаденской трясины?
– Да, милорд. Всё ясно, милорд. Разрешите приступать?
– Разрешаю. Продукты и запас стрел – как всегда получите у интенданта.
– Есть получить, милорд.
– И вот ещё что… Запас стрел возьмите – тройной. Скажите – я приказал!
– Да, милорд.
Глядя в спину уходящего лейтенанта, лорд Дилени чувствовал себя последней свиньёй. Ведь он отправил людей фактически на смерть! Потому что расчет на внезапность, конечно, позволяет надеяться на то, что они в крепость проникнут. Но не позволяет верить в то, что они смогут там продержаться достаточно долго.
Однако насчёт того, как не дать успеть погибнуть отважным (По должности!) бойцам, у него имелись кое-какие мысли. И он собирался, уже ничего не сообщая ни Главнокомандующему, ни Штабу, ни вообще кому бы то ни было, воплотить свои новые планы в жизнь. Но для этого…

Коней не жалели.
Весь короткий зимний день гнали их походной рысью, уже не скрываясь, и – прямо по, как ни странно, неплохо наезженным дорогам. Видать, сообщение и перевозка нужных продуктов и прочих весьма востребованных предметов в зимнее время на землях лорда Хлодгара вовсе не прекращались. Да и правильно: разве может полностью замереть отлично отлаженный механизм из-за такой ерунды, как заснеженные дороги и мороз?
Мясо в виде огромного приплода скота, и корма для войска, и этого самого скота запасались всё лето и осень, и теперь все эти запасы сена и мяса должны как-то перераспределяться между казармами, фермами, и огромными спецхранилищами.
Два раза отряд останавливался. Но не для отдыха людей, а для отдыха как раз коней, и трапезы. Еду взяли точно такую же, как лорд Борис брал в поход по землям Хлодгара, ещё когда не был лордом: сухофрукты, много вяленного и копчёного мяса, и сухари. Вот только вместо воды, которая замерзала, в бурдюках везли водку. А вернее – спирт.
Он, конечно, горло и кишки обжигал, и мозг дурманил и туманил, зато не замерзал. И отлично согревал тела.
А ещё, как с горечью думал лорд Борис, снимал чувство обречённости, и хотя бы частично – страха. Перед неизвестностью. Потому что никто и никогда до них не пытался вот так, нагло и практически без подготовки и разведки, вломиться в святая святых – крепость самого чёрного Властелина!
С другой стороны, именно из-за того, что так никто сделать не пытался, у них могло и получиться! Ведь лорд Хлодгар, что бы там ни говорили о его «волшебных» силах и способностях, как теперь прекрасно понимал лорд Борис – никакой не волшебник! Он, пусть и непонятным образом омолаживаемый и долгоживущий, но – человек!
Следовательно, и мыслить должен как человек.
То есть – считать, что армия Тарсии настолько мала, что на быстрый захват и полную зачистку его приграничных земель рассчитывать не приходится. И, следовательно, пока производящие методичную работу по этой самой зачистке солдаты и их тыловые телеги со всеми необходимыми запасами и осадными орудиями и приспособлениями доберутся до его твердыни, пройдёт, вот именно – не меньше недели.
За это время нужно или стянуть все оставшиеся поблизости силы в один кулак, чтоб фанатично оборонять свой оплот до последнего бойца, или…
Или уж свалить из этой самой твердыни к такой-то матери!
Потому что спрятаться или отсидеться-то – есть где!
Вон: земли лорда Хлодгара простираются к северу до самого Ледовитого океана – почти на тысячу миль! И с востока на запад – миль на семьсот. Огромная территория! (Пусть и потенциально ещё – заражённая и опустошённая войнами Предтеч!) Пойди-ка, найди! Особенно, если у тебя армия – всего на пять тысяч! Это получается – по человеку на сто пятьдесят квадратных миль! Это даже не смешно…
Так что в том, что шансов «захватить» или убить лорда Хлодгара у них маловато, даже с учётом «элемента внезапности», лорд Борис не сомневался. Как, вероятно, не сомневался в этом и лорд Дилени, практически прямо ему об этом сказавший. Что же до захвата таинственной и легендарной машины-«омолаживателя», то тут мнения разделились.
Когда лорд Борис сказал об истинной цели их рейда, на совещании ротного «микроштаба», через сутки после того, как они выступили, ветеран Борде первым высказался в том смысле, что всё это – досужие домыслы, достойные только древних побасенок бабушек-сплетниц, пугающих непослушных внуков. Да маленьких девочек.
– Ну почему же – только девочек и старух? – сержант Пауэрс, весьма желчный и колючий субъект, которого лорд Борис пригласил в свою роту лишь потому, что знал, что всё это – просто маска, чтоб скрыть душу заботливого на самом деле и весьма однозначно находящегося под каблуком у своей жены, которую он имел глупость всё ещё любить, отца, готового буквально пылинки сдувать со своих девочек-двойняшек, семьянина. – Солидные женщины тоже в это верят. Да эти женщины, они же все такие – свято верят в какое-нибудь идиотское чудо, или средство, если оно позволяет стать моложе и красивше!
Сержант Остерманн, почти пятидесятилетний ветеран, переживший и свою жену, и двух сыновей, павших в бою с крысами и летучими мышами, а вернее, от нагноения после полученных в сражении укусов, покачал седой головой, сейчас скрытой под надвинутым до самых кустистых бровей шлемом:
– А я верю в чёртову машину. И если мы её найдём, первым полезу проверять, как она работает! Потому что проклятый радикулит с годами болит всё сильней. Уже даже встать «смирно» – и то проблема!
– Если мы её найдём! Ха! – сержант Пауэрс позволил себе усмехнуться, – Вот именно – если найдём! Замок чёртова лорда Хлодгара, если господин лейтенант правильно оценил его размеры с такого расстояния – не меньше полумили в поперечнике. И в высоту – я ничего не путаю? – как минимум пять этажей! – лорд Борис раздумчиво кивнул, не торопясь перебивать, – Это ж – наверняка несколько тысяч комнат, проходов, переходов, лестниц, уровней, и запутанных коридоров! И если всё там построено так, как в нашем Клауде – можно бегать по проходам и этажам-уровням хоть до второго пришествия, и ничегошеньки не найти! Ведь у нас – всего девяносто бойцов!
– Это верно. Бойцов у нас всего девяносто. Кроме того, думаю, нам не удастся – а вернее – нельзя будет! – распылять силы ещё и на обыск. По-крайней мере в первые несколько минут. Потому что если нам и удастся попасть внутрь, и пройти хотя бы за входной подъёмный мост, то не сражаться нам удастся лишь только до тех пор, пока нас не раскроют! А уж всё остальное время нам, боюсь, предстоит просто отбиваться от толп врагов, в попытках хотя бы сохранить свою драгоценную жизнь! – Пауэрс только что слюной не брызгал из возмущённо кривящегося рта.
– Что ж, сержант Пауэрс, сержант Борде, – лорд Борис по очереди поклонился своим командирам, – в ваших словах есть доля и здравого смысла, и правды. Найти будет трудно. И отбиваться, возможно, предстоит почти сразу. Однако!
У нас есть вот эта штука. В обиходе именуемая мозгом. И нужно постараться воспользоваться его подсказками. Поэтому. Во-он там, видите? – он указал пальцем, – Имеется крупная ферма. Похоже, там содержат коров. Так что сейчас мы заедем туда, убьём, сколько нужно для маскировки хотя бы отделения, ящеров. Наш чучельник сдерёт с них скальп вместе с кожей лица. И мы подготовим хотя бы десять человек для непосредственного проникновения. А проникнуть в замок, думаю, им удастся. Потому что наверняка сейчас все доступные лорду Хлодгару воины стягиваются как раз туда: вовнутрь! На подмогу!
Так вот, когда это отделение попадёт туда, оно должно будет перебить охрану ворот и моста, и спустить его и нам! Спрятавшимся до этого момента в засаде неподалёку.
Решив эту задачу, можно будет приступить и к следующей. Причём мы не будем, подобно взбесившимся курицам, носиться по этажам и переходам. Нет – мы сразу двинемся в подвал! Поскольку если эта машина и вправду так тяжела, и занимает так много места, как предполагается по легенде, только там она не будет угрожать проломить своей тяжестью полы! Ведь в подвалах они – каменные! А самое главное – входов в такое помещение наверняка не так уж много. Сможем сравнительно легко удерживать, отстреливаясь.
Есть желающие что-то добавить, или дополнить наш план?
Желающие если и были, под грозным взором лорда Бориса они попридержали свои возражения и домыслы. Потому что план был и вполне разумным, и простым, и логичным. И, действительно, было похоже, что он имеет определённые шансы на успех.
Хотя бы в той части, что касалась захвата фермы и снятия скальпов. Насчёт «проникновения» уже возникали вопросы…
Ну а что до нахождения и захвата машины, и «выживания» до подхода основных сил – это уж как Бог попустит!

Ящеров из обслуживающего ферму персонала оказалось всего двадцать семь.
Их даже не стали всех убивать, поскольку они и не думали сопротивляться! Когда два десятка несчастных выскочили навстречу въехавшим во внутренний двор бойцам, лорд Борис с трудом удержался, чтоб не рассмеяться: некоторые были вооружены вилами, некоторые – граблями, а большинство – мётлами и лопатами.
– Стрелять только в тех, у кого вилы!
Таких набралось двенадцать, остальных, вдруг замерших, словно в трансе, а затем повыпустившим из рук свои «орудия», просто прогнали, спешившись, со двора назад – загнав в огромный сарай-барак, из которого они все и выбежали, и откуда наносило свежим навозом и молоком. Ворота барака заперли, подперев их брёвнами, нашедшимися поблизости. Как ни странно, ящеры вроде как угомонились и словно потеряли способность реагировать на всё происходящее, даже не пытаясь взломать преграду, или повылазить из небольших окон постройки. Лорд Борис закусил губы: опоздали они, что ли?!
И больше некому отдавать приказы несчастным рабам?
– Ищите. И быстрее! Где-то вон там, думаю, вон в том уютном маленьком домике, должен быть их менталист! Он мне нужен живым!
Живым захватить однако не удалось.
Когда лорд Борис переступил порог маленького, и от души натопленного домика, приписанный к ферме менталист лежал на полу, с окровавленным ножом в руке, извиваясь, хрипя, и пуская изо рта и перерезанного горла красные пузыри, а на полу под ним уже натекла огромная лужа крови. От крови поднимался пар – почему-то именно это поразило лорда Бориса больше всего. Но потом он подумал, что утоптанная почва, которую представлял собой пол дома, точно так же промёрзла, как и в посадах уже их фермеров. Поэтому горячая влага просто топит лёд, покрывающий этот самый пол…
Ведь менталист – не хладнокровный ящер. А человек. Пусть и бывший.
Ладно, они ещё в первую разведку поняли, что никого вернуть назад, в людское общество, не удастся. Лорд Хлодгар постарался. Поработал над младенцами.
Одежда менталиста, если честно, практически не отличалась от одежды его воинов: сапоги-унты, тёплые штаны, рубаха, куртка. Только вместо шлема – шапка. Да вместо кольчуги – серый халат. Наверное, чтоб не пачкаться там, в хлеву…
– Позовите сюда капрала Сепполу. Пусть работает прямо здесь, в тепле. И трупы ящеров перетащите сюда. Коней – в подходящий сарай, наших людей – в барак. – лорд Борис, отдав распоряжения, вышел прочь. На воздух. Почему-то он не мог заставить себя находиться рядом с этим бывшим человеком. И сейчас, пока в их распоряжении было несколько часов, нужных на работу чучельника, просто решил дать людям отдых, и позволить немного согреться в казавшимся подходящим для этого бараке – том, где, похоже, жили и ночевали до этого остальные ящеры.
Здесь и правда, оказались и нары, и огромная натопленная печь, и деревянные полы – всё, как в редутах, уцелевших от сожжения, в которых армия Тарсии отдыхала, после их захвата, и сожжения каменных твердынь, отсыпаясь и согреваясь, два беззаботных дня.
– Обедаем! – лорд Борис отлично представлял, что на работу по сниманию скальпов и кожи лица уйдёт время. Так пусть это время будет потрачено с пользой! – А затем всем – спать! Балаут, Рочестер – на карауле.
Когда капрал справится с задачей, я сам всех разбужу!

Поспать больше трёх часов его людям всё равно не удалось.
Выступили сразу, как только пожилой неулыбчивый мастер буркнул:
– Готово!
Скальпы и кожу бойцы первого отделения первого взвода натянули на голову и лицо сразу: потому что, как сказал, дёргая правой щекой – у него был тик! – Сеппола – «Иначе задубеет на морозе так, что …рен натянете, и просто растрескается!».
Перед тем, как забраться в седло, лорд Борис поколебался, но затем решительно прошёл к бараку, где оставались запертые ящеры. Откинул брёвна, подпирающие ворота. Он почему-то был уверен, что никто на него не нападёт.
И точно. Ящеры внутри так и стояли с отрешённо-равнодушным видом, не делая попыток даже сесть или лечь.
Окинув взглядом тянущиеся вдоль барака ряды стойл с начинавшими проявлять беспокойство коровами, лорд Борис снял шлем. Почесал многострадальный затылок.
Затем закрыл глаза, и изо всех сил подумал:
«- Продолжайте делать всё то, что вы обычно делаете каждый день. Кормите, поите, и ухаживайте за коровами. Выносите навоз. Ешьте и отдыхайте и сами. Когда придут другие люди, такие как мы, просто выйдите к ним, подняв лапы кверху!»
Как ни странно, повторять не пришлось. Кое-кто сразу двинулся к охапкам сена, до этого явно отброшенным в сторону, когда бессловесный персонал фермы их хозяин-менталист выгнал «встречать» солдат, и понёс эти охапки к яслям животных, кто-то схватился за ручки тележек с навозом, ещё кто-то потащил дрова к печам, и вёдра с водой…
Лорд Борис вернулся к своим, и забрался в седло.
– Милорд! Как вы это сделали?!
– Что – сделал?
– Ну… Запустили обратно этот чёртов завод по выращиванию скота! – похоже, сержанта Борде и правда проняло, у него даже глаза до сих пор не вернулись к нормальным размерам. – Они же стояли как каменные истуканы! И даже не сопротивлялись!
– Вот-вот. И я про это подумал. После смерти менталиста не стало управляющих команд. И они превратились в растерянных и ничего не понимающих балбесов, не знающих, что делать. Я, конечно, не хочу показаться слишком уж умным, или похвастаться своими ментальными способностями… Но – сработало же! Я просто мысленно приказал им продолжать делать то, что они тут и делали изо дня в день!
– Ну вы даёте, милорд! – видно было, что Борде, да и помалкивающие Пауэрс и Остерман впечатлились, – Вот уж не подумал бы я «включать» их снова! Пусть бы себе стояли, как надолбы, пока не сдохли бы! Всё нашей пехоте меньше возни по зачистке!
– Это верно, конечно… Только вот думал я не о ящерах. А о тех, за кем они ухаживали. О коровах. Они-то – ни в чём не виноваты. А не будет обслуги – попередохнут от голода и холода. Кто-то же должен топить печи, и приносить воду и сено!
– Проклятье! Об этом я не подумал… Ваша правда, милорд: если удастся сохранить коров, весной и их и приплод можно будет забрать к нам, в Тарсию! Да раздать нашим фермерам! Вот это да! Умно!
Лорд Борис покивал, но поскольку никто из его взводных больше ничего не сказал, и его действия никак не прокомментировал, приказал:
– Выступаем!
Лошади в тёплом стойле неплохо отдохнули. Через пятнадцать миль ускоренного марша по отлично накатанной и утоптанной дороге, ведущей, как он помнил, прямиком к воротам твердыни, лорд Борис решил, что они достаточно близко от замка. И нужно действовать, пока их от наблюдателей в замке скрывает поворот шедшей лесом дороги.
Они спешились. Лошадям приказали идти «домой», от души похлопав на прощанье по покрытым изморозью и корочкой пота крупам…
Лорд Борис подумал, что по-крайней мере среди лошадей потерь не ожидается.
Оставшиеся до замка пять миль преодолели быстро – хотя и шли, а не бежали. Чтоб не потеть. Но и не вызывать подозрения – впереди них, в миле, к замку неторопливой рысцой приближался ещё один отряд ящеров, состоящий по меньшей мере из двухста тварей. Отряд растянулся на добрых сто шагов, и было заметно, что отстают существа поменьше ростом, и явно послабей – видать, идут уже давно. Борис приказал:
– Не спешим. Догонять нельзя ни в коем случае! Если – тьфу ты! – он наверняка с ними! Менталист. И нас может учуять!
Идущий впереди отряд достиг ворот замка через час. Лорд, да и все бойцы его роты со скрываемым, да и не скрываемым волнением смотрели, как произойдёт «встреча».
А нормально она прошла. Никто ничего не кричал, но отряд остановился перед воротами, и буквально через несколько секунд подъёмный мост начал опускаться, а ворота за ним – открылись. Лорд Борис негромко, но так, чтоб все слышали, приказал:
– Первое отделение! Приказываю выдвинуться вперёд. Строй держать запрещаю! В ногу идти запрещаю! Думать о чём-нибудь – запрещаю! Двигайтесь такой же рысцой, нестройной толпой. Остановиться приказываю там, где вставали вон те твари!
Некстати он подумал, что зря отдал такой приказ. Стоит только приказать людям идти не в ногу, как они, словно нарочно, начинают идти чётко. И, как на плацу, печатать шаг! А если прикажешь двигаться толпой – все, словно назло, выстроятся в ровные колонны и шеренги!.. Вот уж странная человеческая натура!
Но через пару сотен шагов всё у них наладилось, и вот перед мостом стоит «толпа» из «подошедших на подмогу подкреплений».
Прошло три, пять, десять секунд.
Он видел направленные на него и его людей в скальпах ящеров, взгляды стражников-ящеров. Но никто там, за бойницами стен, ничего не делал! Прокол?!
Лорд поймал себя на том, что кусает губы.
Затем его осенило: он снял шлем. И снова изо всех сил, как в бараке-сарае, подумал, направив обращение к пялящейся на их подразделение страже на стенах:
«- Спустите мост! Откройте эти чёртовы ворота!»
Мост со скрипом опустился, ворота открылись.
Его люди, он это ощущал затылком, все уставились ему в спину. Но сейчас не время предаваться радости или сомнениям: нужно входить. Всем вместе, а не пустив вперёд, как он первоначально планировал, лишь одно отделение «замаскированных» диверсантов.
Они вошли, ворота за их спинами закрылись, загремели цепи вновь поднимаемого моста. Однако никто и не подумал приблизиться к ним с вопросами типа: «Вы кто? И что здесь делаете?!»
Борис почти не верил в происходящее – он боялся, что хотя бы один менталист, проверяющий состояние входящего в крепость контингента, должен стоять на страже у ворот. Но затем он понял: в этом нет необходимости. Ведь при каждом новоприбывшем подразделении имеется и свой менталист! Уже принявший сигнал от Большого Босса, и точно знающий, куда именно должно направиться его подразделение!
А что – прагматично и без суеты организовано всё у лорда Хлодгара.
Ведь посторонний никогда бы не догадался потребовать открыть им – мысленно!
Если честно, он и сам бы не догадался, если б не судьба злосчастных коров. А заботиться о бессловесных тварях его научила мать. Царствие ей Небесное…
Хорошо, получается, что он «попрактиковался». Потому что не отдай он сейчас «приказа» страже ворот – накрылся бы медным тазом их план «лобового», наглого, и «неожидаемого», проникновения! Потому что о штурме пятидесятифутовых стен, или попытках пробить ворота тараном речи явно не шло…
Внутри, на мощённом брусчаткой внутреннем дворе примерно пятьдесят на сто ярдов они продолжили двигаться «не в ногу», однако, так и возглавляемые лордом Борисом, и направились сразу в самые большие ворота в стене уже собственно замка, оказавшиеся поблизости, слева. Никто им не препятствовал, а во дворе царила атмосфера спокойной деловитости: немногочисленные ящеры сновали туда-сюда, кто – с пуком копий в руках, кто – с арбалетами, а кто – и с дровами для печей. Да, на стенах у ворот лорд Борис увидел и котлы на таганах, явно со смолой, и груды камней, и вязанки хвороста. Похоже, контингент замка всерьёз готовится к штурму и осаде. И уж здесь рассчитывать на то, что не будет града стрел и копий, не приходится.
Ворота, в которые они вошли, открывались в длинный сводчатый коридор. А поскольку спросить было не у кого, и никаких «разъясняющих» табличек-надписей ни над одним боковым проёмом не имелось, а обращаться к попадавшимся навстречу ящерам лорд Борис запретил сам, приходилось рассчитывать лишь на собственные силы, и, вот именно – мозги. Но им повезло: через каких-то двести шагов, заглянув в несчётное количество комнат с нарами, полками с оружием, лавками и столами, и ещё чем-то, да и просто пустых, они обнаружили справа широкий проход на каменную лестницу.
Лестница вела вниз.

«Они продолжают считать, что ничего не изменится.
Что армия Тарсии просто победит армию лорда Хлодгара, убьёт чёрного Властелина, и все заживут спокойно и счастливо.
Наивно? Наивно.
Потому что в этой войне нет, и не может быть простых решений.
Как и «победителей».
И пусть у чёртова Хлодгара и нет в распоряжении настоящего волшебства в том смысле, которое вкладывает в это понятие большинство обывателей, всех его сил, возможностей, и ресурсов мы пока вычислить не можем. Ну, правильней сказать – это я пока их вычислить не могу.
Слишком большая территория. Слишком мало фактов. Слишком много неопределённости в том смысле, что ещё «раскопал» этот беспринципный гад в пещере Кайла!
Но хотя бы с ближайшим будущим всё более-менее ясно. Я представляю, что может ожидать наших бойцов там, в глубине приграничной территории, про которую они думают, что захватить её после вскрытия обороны перешейка проблемы не составит.
Ещё как составит!
Нет, не в том смысле, что там за каждую пядь или дом, или ферму будут драться и зубами и когтями. (Хотя это-то – подразумевается само-собой!) А в том, что даже наше высшее военное руководство привыкло…
Бережно относиться к ресурсам и запасам.
Приучено, так сказать, скудостью наших собственных ресурсов. И запасов.
А что им прикажете делать, перебив, к примеру, обслуживающий персонал какой-нибудь фермы по выращиванию, скажем, свиней?! Они же прекрасно представляют: после того, как солдаты убили всех ящеров, ответственных за нормальное функционирование этой самой фермы, с огромным количеством свиней надо что-то делать!!!
Эвакуировать этих теплолюбивых и медленно движущихся животных в Тарсию – абсолютно нереально! Зима! Все хрюшки замёрзнут, не пройдя и десяти миль.
Бросить погибать от голода и морозов – тоже не вариант.
Потому что жалко! Что столько животных, которых можно было бы отлично пасти и выращивать и у нас, погибнет. И вкуснейшее и нежнейшее мясо, ценнейших бекон, в который очень быстро превратились бы весной и летом крошечные пока поросята, пропадёт. Потому что падаль едят только шакалы и вороны. Очень быстро высмотревшие бы и вынюхавшие такие могильники-фермы.
Значит – нужно постараться спасти.
Спасти для любимой страны и лично его Величества, эти невероятно ценные и желанные ресурсы.
А для этого нужно – что?!
Вот именно: обслуживающий персонал и пищевые ресурсы. Кто-то должен разносить сено, комбикорма, воду. Да и навоз кто-то убирать должен.
И если с запасами сена у лорда Хлодгара, как я не сомневаюсь, всё в порядке, равно как и с дроблёной кукурузой, то вот с новым персоналом для обслуживания таких сельскохозяйственных ферм-предприятий…
Следовательно, часть людей из подразделений нашей доблестной армии придётся выделить для этих целей. То есть – оставить в тылу тех, кто поопытней в плане как раз ухода за скотиной. Кто не даст животным, будь то коровы, свиньи или куры, погибнуть.
А это – распыление сил!
А у армии Тарсии этих самых сил и так не слишком много!
А уж если враг, отлично понимающий стереотипы мышления нашей руководящей верхушки, подготовил свои отряды диверсантов – «разобраться» по одному с такими оставленными гарнизонами труда не составит! И самое страшное, что – даже если перевезти туда, на такие захваченные фермы, часть уже наших фермеров, от уничтожения уже их отрядами диверсантов врага это не спасёт! Вырежут бедолаг до последнего человека. А это лишь усугубит страх тех, кто остался здесь, в тылу. Вызывая вполне законное нежелание ехать «осваивать» отвоёванные и оккупированные нашей доблестной армией земли.
Потому что партизанская война – один из самых подлых и эффективных методов уничтожения оккупантов. Рейды по своим же землям, которые они отлично знают, и нападения ночами на крохотные гарнизончики – вот самое страшное для нашей армии «оккупантов» из того, что я могу себе представить. Примеров такой войны знаю массу, но приводить смысла нет: всё это понятно даже неподготовленному, невоенному, человеку. И, главное: вести такую войну можно даже с помощью плохо обученных солдат. Или, как в нашем случае – ящеров.
А что самое страшное – я и сам пока не знаю, как сделать так, чтоб и волки, как говорится, были сыты, и овцы – целки! Тьфу ты – целы!
Ситуация не то, что заведомо проигрышная… Поскольку ну очень жаль отказываться от всего этого добра. А – патовая. Потому что рано или поздно армия Тарсии не сможет продвигаться дальше, в глубь гигантской территории, подконтрольной Хлодгару, поскольку вся она превратится в крошечные «оккупационные» гарнизончики, а точнее – обслуживающий персонал «отвоёванных» ферм и скотных дворов.
Вот уж воистину – молодец чёрный Властелин! Подстраховался!
Полный захват и оккупация его территории – задача для армии Тарсии – невыполнимая! А «приглашать» поучаствовать соседей, значит – не желать себе добра…
Но есть один вариант, как можно сделать. Правда, он нуждается в «экспериментальной проверке» – я в нём не уверен на все сто.
А попробовать нужно просто «перевербовать» персонал самого лорда чёрного Властелина. Нет, не так: перевербовать их не удастся. А нужно просто пристрелить их менталиста. И перехватить контроль. То есть – приказать им выполнять свои прежние обязанности – приказать мысленно. Правда, я про этот план говорить пока не собираюсь – проблема ещё не проявилась настолько явственно, чтоб лорд мой чёртов любимый племянник пришёл ко мне за её решением.
А я подожду: такие козыри и аргументы как раз нравятся мне.
Это решение – элементарное.
Да, всё верно: нужно на всех таких фермах поубивать только менталистов, отвечающих за нормальную работу этих самых ферм. Да и втюхать, внушить мысленным приказом их ящерам-работягам, (Что наверняка нетрудно, раз уж их мозги «настроены» на получение приказов от людей!) как раз эти самые приказы. А именно: просто продолжать исполнять все те работы, что они и исполняли и производили до сих пор!
Но чтоб додуматься до этого, нужны мозги.
А сейчас они имеются, Божией милостию, только у двоих-троих из всех этих чёртовых высших командиров нашей армии. И это – не генералы и адмирал!