Книга «Бункер»
Бунккр (Глава 1)
Александр Костоусов Возрастные ограничения 18+
Над скелетом, что лежал на обочине, кружил чёрный ворон. Он искал, чем поживиться. Но ничего не найдя он поднялся высоко в небо.
По разрушенной улице шёл мальчик.
-Мама! — крикнул он.
Но никто не ответил…
Мальчик продолжил идти и звать свою мать, но никто не ответил, мимо только бегали крысы и шумели листья деревьев, которые росли сквозь асфальт. Вдруг что-то прошмыгнуло за спиной мальчика. Он обернулся. Там никого не было. И как только ребенок повернул голову, на него уже летело в прыжке большое лысое костлявое существо, его рот был набит кучей больших зубов.
— Тимур, вставай! Тебя отец зовёт!
Тимур неохотно открыл глаза.
— Весь потный, опять кошмары?
Он кивнул.
— Давай быстрее, 3 минуты!
Тимур сел на койке, протер глаза и начал одеваться, после 2 минут сборов он последний раз оглядел свои 2 квадратных Валера и вышел из двери.
— Я готов, дядя Валера.
— Тогда пошли.
И они зашагали по длинному коридору. Он был длинной 2 метра. По длинному коридору тянулись линии дверей. Они были встроены в стены. На каждой двери была надпись: «семейная #23», «одноместная #12», «жилая #54». В «одноместной» по названию понятно, что живёт 1 человек. Чаще всего её выдавали каким-то важным людям для работы бункера людям. Она была небольшая, примерно 2 м², тесно, но зато своя. С «семейной» и так всё понятно, выдавали её семьям, была раза в 2-3 больше «одноместной». «Жилая» была самым популярным местом размещения людей в бункере, с ней не стали заморачиваться и давать название, в ней жилой сразу несколько человек (около 4), у каждого была кровать и тумбочка. Стены в каждой комнате были серого цвета, а пол коричневым.
Тимур с дядей Валерой дошли до конца коридора, открыли железную дверь, где с обратной стороны была табличка «жил.блок». Они попали в небольшой коридор с тремя дверьми, на одной написано: «душевая», на второй «туалет», а на третьей ничего не было написано, именно туда они и зашли.
Они попали в большой зал со столиками, лавками, небольшими ларьками, где выдавали книги (на время), одежду и другие вещи. Слева от входа была сцена, на которой либо выступали выжившие музыканты, какие-то спектакли или где говорило начальство. С правой стороны была большая гермодверь, которая вела на поверхность. В зале всегда царила особая атмосфера.
Люди сидели за столами, разговаривали, делились новостями. Кто-то читал книгу, взятую в одном из ларьков, кто-то просто отдыхал.
Ларьки выдавали не только книги, но и одежду, инструменты, иногда даже небольшие подарки, которые помогали поддерживать моральный дух. В углу зала стоял ящик для сбора вещей, которые можно было бы использовать повторно или отремонтировать.
Они свернули налево за сцену, там была дверь тоже из железа, но более крепкая. На ней весела надпись «штаб». Они вошли в неё и пошли по коридору, там было много дверей, но большая часть не использовалась. В конце коридора было две двери, у которых стояло два охранника в старой форме «полиция РФ».
— Проходите. Сказал охранник с погонами сержанта.
Обычно проводится проверка и обыск, но Валерий Анатольевич был очень значимым человеком, а Тимур — сын начальника бункера, так что их пропустили сразу.
Они вошли в тёмный штаб, окрашенный в зелёный цвет. На одной из стен висела большая карта Москвы, России и мира. В сбоку комнаты стоял длинный стол, за которым сидели военные в форме. На столе лежали бумаги, карты и другие документы. На другой стороне комнаты находился большой экран, на котором отображались данные с камер наблюдения и другая важная информация.
По бокам комнаты располагались шкафы с документами.
По центру стоял стол с телефоном, компьютером и стопой бумаг. За ним сидел мужчина лет пятидесяти с небритым седым лицом, в форме подполковника.
-Вызывали Дмитрий Семёнович?
-Да нас ждет серьёзный разговор.
По разрушенной улице шёл мальчик.
-Мама! — крикнул он.
Но никто не ответил…
Мальчик продолжил идти и звать свою мать, но никто не ответил, мимо только бегали крысы и шумели листья деревьев, которые росли сквозь асфальт. Вдруг что-то прошмыгнуло за спиной мальчика. Он обернулся. Там никого не было. И как только ребенок повернул голову, на него уже летело в прыжке большое лысое костлявое существо, его рот был набит кучей больших зубов.
— Тимур, вставай! Тебя отец зовёт!
Тимур неохотно открыл глаза.
— Весь потный, опять кошмары?
Он кивнул.
— Давай быстрее, 3 минуты!
Тимур сел на койке, протер глаза и начал одеваться, после 2 минут сборов он последний раз оглядел свои 2 квадратных Валера и вышел из двери.
— Я готов, дядя Валера.
— Тогда пошли.
И они зашагали по длинному коридору. Он был длинной 2 метра. По длинному коридору тянулись линии дверей. Они были встроены в стены. На каждой двери была надпись: «семейная #23», «одноместная #12», «жилая #54». В «одноместной» по названию понятно, что живёт 1 человек. Чаще всего её выдавали каким-то важным людям для работы бункера людям. Она была небольшая, примерно 2 м², тесно, но зато своя. С «семейной» и так всё понятно, выдавали её семьям, была раза в 2-3 больше «одноместной». «Жилая» была самым популярным местом размещения людей в бункере, с ней не стали заморачиваться и давать название, в ней жилой сразу несколько человек (около 4), у каждого была кровать и тумбочка. Стены в каждой комнате были серого цвета, а пол коричневым.
Тимур с дядей Валерой дошли до конца коридора, открыли железную дверь, где с обратной стороны была табличка «жил.блок». Они попали в небольшой коридор с тремя дверьми, на одной написано: «душевая», на второй «туалет», а на третьей ничего не было написано, именно туда они и зашли.
Они попали в большой зал со столиками, лавками, небольшими ларьками, где выдавали книги (на время), одежду и другие вещи. Слева от входа была сцена, на которой либо выступали выжившие музыканты, какие-то спектакли или где говорило начальство. С правой стороны была большая гермодверь, которая вела на поверхность. В зале всегда царила особая атмосфера.
Люди сидели за столами, разговаривали, делились новостями. Кто-то читал книгу, взятую в одном из ларьков, кто-то просто отдыхал.
Ларьки выдавали не только книги, но и одежду, инструменты, иногда даже небольшие подарки, которые помогали поддерживать моральный дух. В углу зала стоял ящик для сбора вещей, которые можно было бы использовать повторно или отремонтировать.
Они свернули налево за сцену, там была дверь тоже из железа, но более крепкая. На ней весела надпись «штаб». Они вошли в неё и пошли по коридору, там было много дверей, но большая часть не использовалась. В конце коридора было две двери, у которых стояло два охранника в старой форме «полиция РФ».
— Проходите. Сказал охранник с погонами сержанта.
Обычно проводится проверка и обыск, но Валерий Анатольевич был очень значимым человеком, а Тимур — сын начальника бункера, так что их пропустили сразу.
Они вошли в тёмный штаб, окрашенный в зелёный цвет. На одной из стен висела большая карта Москвы, России и мира. В сбоку комнаты стоял длинный стол, за которым сидели военные в форме. На столе лежали бумаги, карты и другие документы. На другой стороне комнаты находился большой экран, на котором отображались данные с камер наблюдения и другая важная информация.
По бокам комнаты располагались шкафы с документами.
По центру стоял стол с телефоном, компьютером и стопой бумаг. За ним сидел мужчина лет пятидесяти с небритым седым лицом, в форме подполковника.
-Вызывали Дмитрий Семёнович?
-Да нас ждет серьёзный разговор.
Рецензии и комментарии 0