Товарищи без консенсуса
Возрастные ограничения 18+
Жизнь ускоряется, это видно даже невооружённым глазом. С одной стороны, это удобно, а с другой — не очень. Всё-таки жить лучше не особо торопясь, но дольше.
Поезда в некоторых продвинутых странах уже давно не ползут со средней скоростью 50–60 километров в час, а мчатся — или, правильнее сказать, летят на магнитной подушке со скоростью за 400 километров в час, а новые проекты замахиваются и на все 600. Даже сеющие смерть гиперзвуковые ракеты сегодня развивают скорость, в пять-десять раз превышающую скорость звука. А для чего? Чтобы оппонент, то есть враг, не успел осознать и даже пожалеть о том, с кем и зачем он связался.
Обычных людей понять можно: они хотят на полную катушку насладиться жизнью, особенно в отпуске, а не тратить драгоценные часы на разглядывание проносящихся за окном вагона однообразных пейзажей. Сокращая время на дорогу, мы стремимся выжать максимум удовольствия из нашей короткой жизни и бессознательно пытаемся её удлинить. Но растянуть время, словно резину, не так просто, как нам представляется.
Жизнь человека глупо и смешно сравнивать со спортом вообще и с марафоном в частности. Да и сама по себе она хороша не столько общим числом прожитых кое-как лет, сколько теми редкими, ослепительно яркими мгновениями, которые невозможно забыть…
В 50-х и 60-х годах прошлого века у творческой молодёжи Запада была популярна простая формула: «Живи быстро, умри молодым». Такого, если можно так выразиться, прогресса в мышлении придерживались далеко не все сознательные и не особо сознательные граждане. Подавляющее большинство населения, особенно старше сорока лет, подобный режущий слух фатализм вовсе не одобряло. Во все времена этому большинству хотелось жить долго, сытно и счастливо, хотя точного рецепта такой жизни никто не знал. Да и сегодня, вероятно, не знает.
Это сложно объяснить рационально, но очень многие мечтают дотянуть до трёхзначного числа — хотя бы до ста лет, а то и до ста двадцати. Однако сумбурные желания и сладковатые грёзы — это одно, а мутно-серая реальность за окном — совсем другое. В те далёкие и не особо далёкие годы, уже ушедшие в пыльные чуланы истории, хватало причин, мешавших долголетию граждан независимо от их пола, возраста, политической сознательности и социального статуса. Во-первых, забота о здоровье не была в моде. Во-вторых, медицина оставляла желать лучшего: детская смертность оставалась высокой, а многие болезни, которые сегодня лечатся пачкой таблеток, считались приговором. В-третьих, продукты не отличались качеством, а воздух в промышленных городах — чистотой.
В современном мире, кстати сказать, на смену старым пришли совсем другие вызовы. Часть этих проблем никак не зависит ни от активности трудоголиков, ни от бездеятельности бездельников, другую же часть мы упорно создаём себе сами. Попробуем распутать этот клубок.
Первое, что сразу бросается в глаза, — это энергия. Её человечеству не хватало вчера, катастрофически не хватает сегодня (особенно с появлением прожорливых нейросетей и гигантских дата-центров), и завтра, вероятно, тоже будет не хватать. Это кажется абсурдом, если вспомнить, что на поверхность планеты ежедневно обрушивается настоящий энергетический ураган. Но мы до сих пор не научились собирать его по-настоящему эффективно. Массовые солнечные панели превращают в электричество лишь около 20–25% солнечной энергии — прорывные тандемные и перовскитные технологии с более высоким КПД пока только пробивают себе дорогу из лабораторий на рынок. Даже простые солнечные водонагреватели по-прежнему остаются уделом преимущественно тёплых и не самых бедных стран.
В остальном всё идёт по старинке. Не желающие объединяться для классовой борьбы пролетарии всего мира в поте лица добывают из недр окаменевшие останки древних растений — торф и уголь, а также превратившиеся в нефть и газ следы доисторической жизни. Это расфасованное по цистернам и трубам добро активно продаётся и перепродаётся. Колоссальные доходы от этого круговорота частично осели в частных карманах и с блеском транжирятся, а частично идут на поддержание социального спокойствия.
Многих, как ни странно, такой порядок вполне устраивает. Для них это просто высокодоходный и отлаженный бизнес — сокровища, буквально лежащие под ногами. Те, кто зарабатывает на углеводородах миллиарды, не хотят ничего менять и будут до последнего тормозить любые перемены. Что они могут ответить критикам? Как говорил Генри Торо, тот, кто идёт не в ногу, просто слышит другой барабан. С точки зрения экспортёров сырья всё предельно логично: конвейер работает, запасов хватит на десятилетия, на кону десятки триллионов. Зачем ломать то, что приносит прибыль?
Второе, на что стоит обратить внимание, — это парадокс современной науки и медицины. Всё складывается точь-в-точь как в бессмертной басне Ивана Андреевича Крылова про Лебедя, Рака и Щуку.
С одной стороны, передовая медицина, генная терапия и качественное питание толкают продолжительность жизни вверх. С другой стороны ухудшающаяся экология, локальные и глобальные конфликты, бесконечные пенсионные реформы и рост населения планеты, обостряющий борьбу за чистую воду, еду и энергию, тянут её вниз. Во многих странах стремительно растёт доля пожилых людей. Это глобальное старение неизбежно ложится тяжёлым грузом на здравоохранение, пенсионные фонды и экономику, замедляя рост производительности труда. Свой противоречивый вклад в эту картину вносит и повсеместное внедрение искусственного интеллекта: он одновременно обещает совершить революцию в диагностике болезней и грозит оставить миллионы людей без привычной работы и смысла жизни.
Но главным фактором, способным перечеркнуть мечты о массовом долголетии, остаётся изменение климата и его непредсказуемые последствия.
Настал момент, когда лучшие умы человечества и политики самого высокого ранга, волей случая оказавшиеся товарищами по несчастью, должны срочно найти компромисс. Компромисс между древними инстинктами — стремлением бесконтрольно плодиться, воевать и убивать, — жаждой беззаботного комфорта и мечтой о долголетии. Долголетии, которое будет опираться не только на умные лекарства и раннюю диагностику, но и на биопечать органов, нейроинтерфейсы и кибернетические протезы, управляемые силой мысли.
Пока у человечества ещё есть время и технологии, чтобы избежать катастрофы планетарного масштаба, этим шансом нужно воспользоваться немедленно.
А то ведь можно и опоздать…
Поезда в некоторых продвинутых странах уже давно не ползут со средней скоростью 50–60 километров в час, а мчатся — или, правильнее сказать, летят на магнитной подушке со скоростью за 400 километров в час, а новые проекты замахиваются и на все 600. Даже сеющие смерть гиперзвуковые ракеты сегодня развивают скорость, в пять-десять раз превышающую скорость звука. А для чего? Чтобы оппонент, то есть враг, не успел осознать и даже пожалеть о том, с кем и зачем он связался.
Обычных людей понять можно: они хотят на полную катушку насладиться жизнью, особенно в отпуске, а не тратить драгоценные часы на разглядывание проносящихся за окном вагона однообразных пейзажей. Сокращая время на дорогу, мы стремимся выжать максимум удовольствия из нашей короткой жизни и бессознательно пытаемся её удлинить. Но растянуть время, словно резину, не так просто, как нам представляется.
Жизнь человека глупо и смешно сравнивать со спортом вообще и с марафоном в частности. Да и сама по себе она хороша не столько общим числом прожитых кое-как лет, сколько теми редкими, ослепительно яркими мгновениями, которые невозможно забыть…
В 50-х и 60-х годах прошлого века у творческой молодёжи Запада была популярна простая формула: «Живи быстро, умри молодым». Такого, если можно так выразиться, прогресса в мышлении придерживались далеко не все сознательные и не особо сознательные граждане. Подавляющее большинство населения, особенно старше сорока лет, подобный режущий слух фатализм вовсе не одобряло. Во все времена этому большинству хотелось жить долго, сытно и счастливо, хотя точного рецепта такой жизни никто не знал. Да и сегодня, вероятно, не знает.
Это сложно объяснить рационально, но очень многие мечтают дотянуть до трёхзначного числа — хотя бы до ста лет, а то и до ста двадцати. Однако сумбурные желания и сладковатые грёзы — это одно, а мутно-серая реальность за окном — совсем другое. В те далёкие и не особо далёкие годы, уже ушедшие в пыльные чуланы истории, хватало причин, мешавших долголетию граждан независимо от их пола, возраста, политической сознательности и социального статуса. Во-первых, забота о здоровье не была в моде. Во-вторых, медицина оставляла желать лучшего: детская смертность оставалась высокой, а многие болезни, которые сегодня лечатся пачкой таблеток, считались приговором. В-третьих, продукты не отличались качеством, а воздух в промышленных городах — чистотой.
В современном мире, кстати сказать, на смену старым пришли совсем другие вызовы. Часть этих проблем никак не зависит ни от активности трудоголиков, ни от бездеятельности бездельников, другую же часть мы упорно создаём себе сами. Попробуем распутать этот клубок.
Первое, что сразу бросается в глаза, — это энергия. Её человечеству не хватало вчера, катастрофически не хватает сегодня (особенно с появлением прожорливых нейросетей и гигантских дата-центров), и завтра, вероятно, тоже будет не хватать. Это кажется абсурдом, если вспомнить, что на поверхность планеты ежедневно обрушивается настоящий энергетический ураган. Но мы до сих пор не научились собирать его по-настоящему эффективно. Массовые солнечные панели превращают в электричество лишь около 20–25% солнечной энергии — прорывные тандемные и перовскитные технологии с более высоким КПД пока только пробивают себе дорогу из лабораторий на рынок. Даже простые солнечные водонагреватели по-прежнему остаются уделом преимущественно тёплых и не самых бедных стран.
В остальном всё идёт по старинке. Не желающие объединяться для классовой борьбы пролетарии всего мира в поте лица добывают из недр окаменевшие останки древних растений — торф и уголь, а также превратившиеся в нефть и газ следы доисторической жизни. Это расфасованное по цистернам и трубам добро активно продаётся и перепродаётся. Колоссальные доходы от этого круговорота частично осели в частных карманах и с блеском транжирятся, а частично идут на поддержание социального спокойствия.
Многих, как ни странно, такой порядок вполне устраивает. Для них это просто высокодоходный и отлаженный бизнес — сокровища, буквально лежащие под ногами. Те, кто зарабатывает на углеводородах миллиарды, не хотят ничего менять и будут до последнего тормозить любые перемены. Что они могут ответить критикам? Как говорил Генри Торо, тот, кто идёт не в ногу, просто слышит другой барабан. С точки зрения экспортёров сырья всё предельно логично: конвейер работает, запасов хватит на десятилетия, на кону десятки триллионов. Зачем ломать то, что приносит прибыль?
Второе, на что стоит обратить внимание, — это парадокс современной науки и медицины. Всё складывается точь-в-точь как в бессмертной басне Ивана Андреевича Крылова про Лебедя, Рака и Щуку.
С одной стороны, передовая медицина, генная терапия и качественное питание толкают продолжительность жизни вверх. С другой стороны ухудшающаяся экология, локальные и глобальные конфликты, бесконечные пенсионные реформы и рост населения планеты, обостряющий борьбу за чистую воду, еду и энергию, тянут её вниз. Во многих странах стремительно растёт доля пожилых людей. Это глобальное старение неизбежно ложится тяжёлым грузом на здравоохранение, пенсионные фонды и экономику, замедляя рост производительности труда. Свой противоречивый вклад в эту картину вносит и повсеместное внедрение искусственного интеллекта: он одновременно обещает совершить революцию в диагностике болезней и грозит оставить миллионы людей без привычной работы и смысла жизни.
Но главным фактором, способным перечеркнуть мечты о массовом долголетии, остаётся изменение климата и его непредсказуемые последствия.
Настал момент, когда лучшие умы человечества и политики самого высокого ранга, волей случая оказавшиеся товарищами по несчастью, должны срочно найти компромисс. Компромисс между древними инстинктами — стремлением бесконтрольно плодиться, воевать и убивать, — жаждой беззаботного комфорта и мечтой о долголетии. Долголетии, которое будет опираться не только на умные лекарства и раннюю диагностику, но и на биопечать органов, нейроинтерфейсы и кибернетические протезы, управляемые силой мысли.
Пока у человечества ещё есть время и технологии, чтобы избежать катастрофы планетарного масштаба, этим шансом нужно воспользоваться немедленно.
А то ведь можно и опоздать…
Свидетельство о публикации (PSBN) 123520
Все права на произведение принадлежат автору. Опубликовано 20 Ноября 2026 года
Л
Автор
По профессии я инженер. Литературным творчеством занимаюсь более 10 лет.
Предлагаю услуги писателя и редактора для любых текстов в жанре нон-фикшен.
Опыт..
Рецензии и комментарии 0
Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии.
Войти Зарегистрироваться