Глава 3 (Глава 3)

Проснулся я глубокой ночью. Не знаю, что именно вытолкнуло меня из липкого, тяжелого сна — звук или просто инстинкт существа, которое чувствует приближение финала. Некоторое время я лежал неподвижно, вслушиваясь в гулкую пустоту квартиры. В какой-то момент из кухни донесся шорох. Я замер. «Иллюзия», — услужливо подсказал разум. Остатки сна, скрип старой половицы от перепада температуры... В старых домах всегда что-то скрипит, это физика, не более. Я нащупал на тумбочке мобильник. Пальцы были холодными и непослушными. Не разблокируя экран, я просто нажал кнопку включения. Вспыхнувшие цифры резанули по глазам: 3:07. Снова звук. Скрип. Четкий, ритмичный, словно кто-то переступил с ноги на ногу. Страх — странная штука, когда тебе уже подписан приговор. Казалось бы, чего бояться тому, кто и так уходит? Но тело живет по своим законам. Я встал, стараясь не шуметь, и двинулся на звук. Коридор казался бесконечным, а темнота в нем — слишком плотной. У стола кто-то стоял. Темный силуэт на фоне окна. Сердце влетело в горло, выбивая бешеный ритм. Я инстинктивно ударил ладонью по выключателю. Резкий, хирургический свет залил кухню, на мгновение ослепив меня. Дальше всё было как в тумане. У стола стоял мальчик. Лет десяти на вид, с копной темных длинных волос и карими глазами, наполненными странным, недетским спокойствием. На нем была простая зеленая футболка и джинсовые шорты. Обычный пацан из соседнего двора, если бы не одно «но». Он не должен был здесь находиться. Наступила тишина. Разум уже успел обработать картинку: гость не вооружен, не прячется, не нападает. Но щитовидка, игнорируя логику, продолжала впрыскивать в кровь адовы порции адреналина. Меня начало трясти. Мальчик смотрел на меня с любопытством, склонив голову набок. В правой руке он сжимал тубу моих любимых чипсов Pringles с беконом. Совершенно не смущаясь, он вытянул одну пластинку, отправил её в рот и громко, с аппетитом захрустел. — В следующий раз купи со сметаной и луком, ладно? — попросил он так обыденно, будто мы обсуждали список покупок в субботний полдень. Шок начал медленно отступать, оставляя после себя звенящую пустоту. — Непременно, — выдохнул я, сам удивляясь тому, как покорно это прозвучало. — Обожаю эти штуки, — добавил мальчик и улыбнулся. Просто и открыто, как ребенок, который стащил лакомство и уверен, что его не будут ругать. Я остался стоять, прислонившись плечом к дверному косяку. Ноги держали, хотя в коленях поселилась странная дрожь. Мальчик не обратил на это никакого внимания. Он вел себя так, будто мы были старыми приятелями, засидевшимися за полночь. Он начал говорить. Сначала тихо, а потом всё более увлеченно, перескакивая с темы на тему. Словно в трансе я слушал этот странный рассказ о Вселенной, о каких-то немыслимых галактиках, похожих на разлитую тушь, о множественных реальностях, которые накладываются друг на друга, как слои в пироге. Его голос звучал звонко, по-детски, но слова... слова, что он произносил, звучали пугающе взросло для детских уст. «Вот фантазия у мальчишки», — пронеслось в голове. Мозг отчаянно цеплялся за спасительную мысль: он просто врет. Талантливый маленький социопат, пробрался в дом и теперь заговаривает мне зубы, чтобы я не набрал полицию. Типичный защитный механизм. Он ждет, что я рассмеюсь или выгоню его, и тогда он просто исчезнет в ночи. А тот всё рассказывал и рассказывал. Он жестикулировал рукой, в которой сжимал тубу, и иногда крошки от чипсов падали на стол, но он их не замечал. В какой-то момент он так разошелся, что стал говорить о планетах не как о точках в небе, а как о своих личных поделках. — Понимаешь, — говорил он, облизывая пальцы, испачканные в специях, — звезды — это легко. Это просто физика. Ткнул, поджег, и оно горит миллионы лет. Скукотища. Самое сложное началось, когда я решил, что мне нужен кто-то... ну, настоящий. Не такой, как я, а другой. Он замолчал на секунду, глядя куда-то сквозь стену моей кухни, в ту самую вечность, о которой только что болтал. — Я ведь долго тренировался. Сначала были кролики, лошади... Но это всё было не то. И тогда я решил: сделаю Мальчика.