МЕЖДУ МНОЙ И БОГОМ

В общем-то, не самая лучшая и светлая жизнь была у меня. Ничему в целом не радовался, не ставил перед собой никаких целей. Вот кому они нужны? И я так думал. Работаю я в маленьком офисе, старом здании, обычная долгая и скучная возня с документами и отчётами, почти нет выходных. Там была хоть какая-то капля интереса: в офисе работает одна коллега – прекрасная особа! Занудный день не проходил даром, увидев я её. А в жизни? Я пропивал все полученные деньги и, в общем-то, мило флиртовал не только с той девушкой. Живу я с моей младшей сестрой, Ниной. Ей двадцать шесть лет и она… Верующая… Немного трудновато с ней жить: утром не достучаться – молитва, перед завтраком – снова молитва. А чуть ли ни весь выходной день – в церкви. Даже знать не хочу, что она там делает. А зовут меня Владислав, мне тридцать с половиной лет (день рождения в октябре).
Уже сколько раз пыталась меня Нина в церковь затащить: прям вцепится да тянет (это конечно если не соглашаюсь). Говорит:
«Ну ничего такого, если один раз сходишь. Никто там не укусит». Да знаю я, что не укусит. Хотя… Лица у них бывают ещё те… Так у неё и не получалось меня затащить.
Но один раз, накануне Пасхи, она сильно засуетилась, потому что опаздывала на церковную службу. К тому моменту у неё сломался телефон и она не могла вызвать такси. Поэтому попросила меня. Но для этого нужна была долгая возня: ведь у меня совсем не было вызова такси. Зато, была машина. Мне какой-то чудной человек на рынке, за десять тысяч её, я бы сказал, «отдал». Водить я умел, четыре месяца учился. И да, не подумайте, что я всегда отлынивал от этой учёбы или от какой другой. Я всегда учился на «нормально» (хотя такой отметки сроду в школе не видел. Это где-то между тройкой и четвёркой).
Вот и пришлось мне её подвезти, ну что поделать. Правда вечер был поздний, после работы очень хотелось спать. Но я не закрывал глаза ни на секунду, чтобы не напугать сестричку.
Вот, мы поехали. Это было очень странно: в прошлом году в этот день шёл дождь. Но именно на Пасху – никогда. Да и утром, сегодня в субботу, шёл. Но только не ночью. Подъехал к церкви, стал ждать когда же сестра выйдет из машины. Говорю ей:
– Иди уже с Богом! – только лишь бы ушла! А то знаю я её, вон уже как глаза светятся! Но нет, сунула мне этот проклятый мешок с куличом! – Нин, я спать хочу! – капризно сказал я ей. А она радостно ответила:
– Вот сейчас и проснёшься!
Внутри я кричал: «только не это!», а снаружи пытался улыбаться.
В ЦЕРКВИ
Было до тошноты душно, я не мог и шагу проделать. Была огромная толпа.
«Вот зачем ей сюда надо? В эту толпищу!» – подумал я. Я думал, что многие скоро разойдутся из этого душного здания, но все продолжали стоять. За всю службу, может, ушло только пару человек. Я услышал какой-то странный звук, откуда-то пошёл острый запах. Но его перебивал мой «благовонный аромат сигарет». Ещё я заметил, что большая часть людей здесь были женщины и стало немного не по себе. Может, за церковью слишком много таких как я? Разумных… Или может наоборот, неразумных?
Свет церковных свечей уже достаточно ослепил меня, и поэтому я прикрыл глаза. Я уже долго слышал какое-то тихое шептание за алтарём, но сейчас, словно запели. Очень громко. Все заулыбались, а я ничего не разбирал.
Внезапно что-то зазвенело в ушах. Или не зазвенело? Это был пронзительный звон большого церковного колокола. Он словно ударил по голове. Все начали уходить на улицу. Толпа стремительно и ловко выходила, что я остался почти последним. Сестру я не видел совсем. Народ начал обходить храм вокруг. Мне это показалось бессмысленно: также, как обойти вокруг свой старый офис. Все остановились перед главным входом, держа в руках зажжённые свечи. Только у меня ничего не было. Ах да, был мешок в руках. Я будто хранил его как саму руку.
Я услышал впереди счастливых людишек энергичный, живой, громкий и чёткий голос:
– Христос воскресе!
Все отвечали:
– Воистину воскресе!
Так он сказал ещё два раза. Потом я ещё долго замечал этот голос: он словно прорывался, вставлялся когда ему только вздумается, вовремя любых слов. Даже когда все уже и без этого пели. Он был настойчив, в то же время будто просив об ответе. Я видел, что все вокруг кроме меня очень радостны. Я, честно говоря, в целом и не знал что это за праздник. Пасха и Пасха… Ну Бог воскрес, и что? Но одна девочка быстро подбежала ко мне, точно целенаправленно, и подарила мне бумажный цветок. Я был немного растроган. Даже это неразумное дитя уже знало о радости праздника.
Спустя время ноги начали ужасно болеть и их начало сводить, я уже почти не мог стоять и еле терпел. Я уже было хотел уйти, но только сестра начала поворачиваться, решил остаться на своём очень тесном месте. Мне было так скучно, от этой скуки я решил тихо залезть в пакет и поискать там изюм от кулича. Но не нашёл, он был спрятан в упаковке.
Я, правда, вышел лишь подышать, отдохнуть от большого количества народа. Но подумал, что могу уехать. Да, не оставлять же сестру тут? Но я подумал, что её обязательно кто-то подвезёт. Эти прихожане же «добрые».
Когда я ехал домой, в голове остались лишь одни поющие слова:
«Поклонимся Святому Господу Иисусу»
«Но кто же это?» – спрашивал я мысленно.
Во время езды из-за этой колыбельной я чуть не заснул. Или, заснул? Что помню: я проснулся также в машине, никуда не врезавшись, ни на что не наехав; а также, внезапно осознав, что мне нужно вернуться обратно.
Но тут же я увидел, что стою около дома. Совсем не помню, как я заснул, как доехал. Совсем ничего, только тут песню, только это «Христос воскресе!» и только их радостный ответ…
Весь следующий день (воскресенье) до четырёх я просто не выходил из своей комнаты. Никуда и ни зачем. Лишь бы не попадаться ей на её большие, уж точно обиженные глаза. А в четыре она постучалась и предложила перекусить. Я вышел и вовсе не нашёл её обиженной. Она лишь извинялись за то, что затащила и заставила стоять так долго. Мне впервые было так стыдно, но я ничего не сказал. Потом я снова ушёл в комнату и лёг спать.
На следующий день мне нужно было идти в офис. Ноги продолжали болеть. Во время обеда ко мне подошла Вероника, та самая коллега. Она предложила мне провести вечер с ней. Но мне в первый раз я совсем этого не захотел.
Придя домой я открываю комп, захожу в интернет и задаю вопросы такие как: «Почему тронуло?», «Что такое христианство?», «Какие праздники?», «Что за жизнь?», «Что за история?» и получаю множество ответов решив, что это может помочь моей жизни улучшиться и стать краше.
Утром я встаю довольно рано, сам не понимая, зачем всё это затеял. Я встаю раньше сестры, беру её молитвенник и начинаю читать:
«Во имя Отца и Сына и Святаго духа. Аминь». Я уже даже знаю, что в этот момент нужно креститься.
Я прочитал несколько молитв и решил передохнуть, для меня это было очень тяжело. И не потому, что моя скорость чтения очень медленна, а, мне конечно же было лень. Дальше молитвы к Ангелу хранителю я ничего не смог осилить. Сестра открыла дверь в кухню и застала меня с книжкой. Её глаза светились, она широко улыбалась, обнажив все тридцать два зуба. И я не стал ничего скрывать. Да и говорить почти тоже.

На работе ко мне подходит начальник (крупный, раздражительный человек) и жалуется на неправильно распечатанные документы. Ожидая моего грубого ответа, он раньше времени начал злиться и, вроде как, уже готовил свой ответ. Но я извинился и сразу же начал переделывать. А начальник был ошеломлён и лишь назвал меня молодцом, каким никогда не называл.
В миг, вся моя жизнь меняется. Каждую ночь я начал вспоминать тот пронзительный звон колокола, загадочный поющий голос за алтарём. То живое «Христос воскресе», как ярко, тепло и светло становилось от свечей.
В воскресенье с Ниной я снова пошёл в церковь, отстоял всю службу и вовсе для меня это не было скукой, но радостью, какую можно получить только в эти моменты… Теперь я хожу сюда каждое воскресенье. А утром, вместе с сестрой читаю молитвы. Я благодарен Богу за всё, ведь именно меня Он связал с этим, меня Он приютил к себе. Как договор: я Ему службу, а Он мне – радость в жизнь.
Меня уже многие спрашивали:
«Как ты изменился?». Я только улыбался, проговаривая в мыслях:
«Это только между только между мной и Богом».