Русская идея: тезисы и толкование (Глава 9)

Теперь, когда читатель знаком с основами моего учения — с тем, как я понимаю человека, его достоинство, честь, славу, с тем, как различаю нравственность, мораль, закон и благодать, — я могу перейти к самому, пожалуй, взрывоопасному понятию. К Русской идее.
Сколько копий сломано вокруг этого словосочетания! Одни видят в нём призыв к национальной исключительности, другие — к имперской экспансии, третьи — к изоляции. Я утверждаю совсем другое. Русская идея — это учение о равнодостоинстве людей, объединённых общей историей, культурой и нравственными ценностями. Вдумайтесь. Русская идея — это учение о равном достоинстве. Не о превосходстве. О равенстве. И это равенство не навязано извне, а открыто в христианском откровении.
Почему же это учение называется «русским»? Не потому, что русские лучше других. А потому, что именно на русской равнине, именно в лоне Русской Православной Церкви эта идея получила своё наиболее полное богословское и философское оформление. Прилагательное «русский» в составе термина «Русская идея» использовано не по национальной или территориальной ассоциации, но по географическому наименованию русской равнины, жителей которой называют русскими. Также справедливо усваивать учению о достоинстве человека термин «русский» по наименованию основного института формулирования этой идеи — Русской Православной Церкви.
Мы с Ниной Леонардовной сформулировали девятнадцать тезисов, которые исчерпывающе раскрывают Русскую идею. Позвольте представить их с необходимыми толкованиями.
Тезис первый. Термин «Русская идея» — это идея равенства людей по достоинству (изначально — божественному). Русская идея является основой системы мировоззрения, называемой «Русским мировоззрением». Ядро здесь — слово «равенство». Не равенство в способностях, не равенство в заслугах, не равенство в богатстве. Равенство в достоинстве. Каждый человек, независимо от того, кто он и откуда, несёт в себе образ Божий. Это не мнение, это аксиома.
Тезис второй. «Русский» — значит, выраженный на русском языке, в его системе терминов и смыслах этих терминов. Это важно для понимания. Русская идея может быть переведена на другие языки, но её полнота раскрывается именно в русском языке, в его уникальной способности выражать тончайшие оттенки нравственных переживаний. Русский язык — это не просто средство общения, это хранилище смыслов, созданных тысячелетней культурой.
Тезис третий. Русская идея заключается в аксиоматическом утверждении высокого, неуничтожимого и несравнимого достоинства каждого человека. Человеческое достоинство утверждается богообразностью человека, созданного Богом для того, чтобы человек стал Богом по благодати. Здесь каждое слово на вес золота. «Аксиоматическое» — не требующее доказательств, принимаемое как данность. «Неуничтожимое» — никакие обстоятельства, никакие преступления, никакое общественное мнение не могут его отнять. «Несравнимое» — достоинство нельзя измерить, нельзя сказать, что у одного оно «больше», у другого «меньше». «Богообразность» — вот источник этого достоинства. Человек ценен не тем, что он может сделать, а тем, кем он призван стать. «Стать Богом по благодати» — не значит занять место Бога. Это значит уподобиться Ему в любви, в милосердии, в творчестве.
Тезис четвёртый. Прилагательное «русский» в составе термина «Русская идея» использовано не по национальной или территориальной ассоциации, но по географическому наименованию русской равнины. Также справедливо усваивать учению о достоинстве человека термин «русский» по наименованию основного института формулирования этой идеи — Русской Православной Церкви. Я повторяю этот тезис, чтобы никто не мог обвинить меня в национализме. Русская идея по своему содержанию универсальна. Она обращена ко всем людям. Но родилась она на русской земле, в русской церковной традиции. Это факт истории, а не претензия на превосходство.
Тезис пятый. Русская Церковь способствовала интеллектуально и институционально формированию единого Русского государства. Идея равнодостоинства людей, различных по религии, национальности, способностям, возможностям и целеустремлениям, сделала возможным центростремительное движение людей и объединение их в русский народ. Многие историки спорят о причинах возникновения русского государства. Я вижу главную причину в идее, которую несла Церковь: все люди — братья, потому что у всех один Отец — Бог. Эта идея оказалась сильнее племенных распрей, сильнее языческих обычаев, сильнее эгоизма местных князей.
Тезис шестой. Великим раскрытием понимания божественного достоинства человека стало пришествие Христа на землю, без искажения описанное и удержанное Русским богословием. Ортодоксальность православия, его неизменчивость в догматических вопросах учения о Богочеловеке является для русского человека и для людей всего мира ценнейшим гуманитарным сокровищем, возможностью восстановления достоинства людей и обществ. В православии, в отличие от многих западных конфессий, сохранилось учение о том, что спасение — это не юридическое оправдание грешника, а реальное обожение человека. Человек призван стать причастником Божеского естества. Не слиться с Богом, не исчезнуть, а стать подобным Ему. Это и есть высшее утверждение человеческого достоинства.
Тезис седьмой. В организации русского общества, государства, мира ключевым учением является учение о благодати, о построении взаимоотношений людей не только на основании законов, но и на основании любви, дружбы, взаимопонимания слабости друг друга. Понятие «благодать» означает сохранение человека от последствий нарушения им закона. Как Адам, вкусив запретного плода, не умер сразу же, по слову Божию, но был сохранён для жизни вечной Его Любовью, так и в жизни русского общества необходимо наличие благодати как социального института в виде амнистий, поручительства, заступничества. Это один из самых важных тезисов для понимания русской социальной этики. На Западе акцент часто делается на праве, на законе, на неотвратимости наказания. В русской традиции — на милосердии, на снисхождении, на возможности исправления. Не потому, что мы «мягкотелые». А потому, что мы понимаем: механическое применение закона не исправляет человека, а ожесточает его.
Тезис восьмой. Благодать и Закон не являются антагонистами и не противоречат друг другу, но первое является необходимым развитием второго. Благодать не может проявиться, если отсутствует законопослушность. Но исключительно законопослушность приводит человека, общество, мир в конечном итоге к нарушению Закона и гибели. Закон без Благодати убивает. Здесь нет противопоставления. Закон нужен. Закон устанавливает границы. Но только границы не делают жизнь человечной. Нужна благодать — дыхание любви, которое согревает холодные нормы.
Тезис девятый. Русская идея принципиально не может быть фашистской! Учение о равнодостоинстве людей по определению не совпадает с идеей о разнодостоинстве людей — фашистской идеей. Но Русская идея не может быть и антифашистской, потому что для этого пришлось бы принять навязанное фашизмом разнодостоинство людей. Однако это не означает непротивления злу насилием. Зло действующее преодолевается насилием, зло душевное, потенциальное — воспитанием через слово и пример. Этот тезис требует особого внимания. Фашизм строится на идее, что одни люди «выше» других по своей природе. Русская идея отрицает это с порога. Но она не может быть и «антифашистской» в том смысле, что принимает фашистскую систему координат, просто меняя знак. Русская идея не отталкивается от фашизма, она отталкивается от правды о человеке. И эта правда не нуждается в том, чтобы её определяли через отрицание. При этом я не пацифист. «Зло действующее преодолевается насилием» — когда агрессия уже совершается, когда гибнут люди, когда попирается достоинство, останавливать зло нужно силой. Но «зло душевное, потенциальное» — то есть злые намерения, злые мысли, злые привычки — преодолевается только воспитанием, словом и личным примером. Пуля не исправляет душу.
Тезис десятый. Русская идея как учение о равнодостоинстве людей не утверждает, при всей своей правоте, равночестия людей, равнославия и равноправия. Честь в рамках Русской идеи понимается как аванс общества человеку, даваемый ему в виде возможности действовать и праве на неосуждаемую ошибку. Честь добывается через воспитание, обучение, служение. Успехи в служении удостаиваются славы. Человек может лишиться чести — обесчестить себя. Но он не может лишиться достоинства. Достоинство — качество, неотделимое от понятия «человек». Повторю, но это важно: равенство в достоинстве не означает равенства в чести и славе. Честь нужно заслужить. Славу нужно заслужить. Но достоинство дано всем. И это снимает вопрос о зависти: ты можешь быть бедным, необразованным, непризнанным — но твоё достоинство ничуть не меньше, чем у президента или гения. Это даёт человеку внутреннюю опору, не зависящую от внешних обстоятельств.
Тезис одиннадцатый. Расчеловечевание — это попытка убедить себя или других в отсутствии достоинства (созданности «по образу Бога») у человека, приравнивание его к животному. Человек не может лишиться славы — но слава его может померкнуть. «Права человека» таким образом разделяются на права, апеллирующие к человеческому достоинству, чести человека и славе человека. И если в части достоинства права людей необходимо должны быть одинаковы, то в части чести и славы они, несомненно, могут различаться без осуждения. Расчеловечевание — это страшный грех против Духа Святого. Это попытка закрыть глаза на образ Божий в другом человеке. Оно начинается с языка: враг — не человек, инакомыслящий — паразит, другой — животное. Как только это произошло, все зверства становятся «оправданными». Противоядие одно — помнить: каждый человек, даже самый падший, несёт в себе образ Божий, и этот образ нельзя уничтожить, можно только осквернить себя отношением к нему.
Тезис двенадцатый. Русское понимание греха как ошибки, проступка имеет аналогию с пониманием болезни. Как любой человек имеет свойство заболевать, будучи смертным, также он имеет свойство ошибаться, не имея полного познания Истины. Это понимание лежит в основе Русской воспитательной и исправительной педагогики. Любое ограничение, налагаемое на грешника, имеет конечной целью научение человека осознанию его человеческого достоинства и не может сочетаться с принижением или оскорблением этого достоинства. Грех — это не уголовное преступление (хотя может им стать), это прежде всего ошибка, заблуждение, болезнь души. И относиться к грешнику нужно не как к врагу, которого следует уничтожить, а как к больному, которого нужно лечить. Наказание не самоцель. Цель — исцеление. Поэтому в русской традиции всегда было место покаянию, исправлению, «второму шансу».
Тезис тринадцатый. Достоинство человека (богообразность) утверждает в человеке творческие способности как онтологическое свойство человека. Человек не может не творить. Качество этого творчества, его благонаправленность определяется нравственными установками каждого отдельного деятеля. Творить — не значит быть художником или поэтом. Творить — значит созидать свою жизнь, свои отношения, свой мир. Каждое наше слово, каждый поступок, даже каждая мысль — это творческий акт. Мы либо творим добро, либо зло. Нейтрального творчества не бывает. Поэтому так важны нравственные установки. Они определяют, на что мы направим свою творческую энергию.
Тезис четырнадцатый. Русская идея, равнодостоинство людей, утверждает возможность и необходимость единодушного сосуществования людей в обществе, невзирая на разность в чести и разность в славе. Никакое общество не может устойчиво существовать как единое целое, если достоинство его членов оценивается как разное. Такого рода общества являются потенциально фашистскими и их саморазрушение — вопрос времени. Социальная гармония возможна только тогда, когда все члены общества признают друг в друге носителя равного достоинства. Можно спорить о заслугах, можно по-разному оценивать вклад в общее дело. Но нельзя ставить под сомнение само право человека на уважение. Как только общество начинает делить людей на «достойных» и «недостойных» по рождению, по богатству, по национальности, оно встаёт на путь самоуничтожения.
Тезис пятнадцатый. Русское общество как результат объединения людей с единым пониманием человеческого достоинства (осознанным или ощутительным) неизбежно является носителем и хранителем самой идеи равнодостоинства людей, Русской идеи. Русское общество — «Русский мир» — существует более 10 веков, по основной своей сути оставаясь неизменным вне зависимости от социально-политического его оформления. Русский мир — это не форма правления, не границы государства, не этнический состав. Это сообщество людей, которые, может быть, не всегда могут сформулировать это словами, но чувствуют: каждый человек — ценность. Это чувство передаётся из поколения в поколение, через сказки, через песни, через отношение к старшим и младшим, через то, как мы помогаем ближнему и как прощаем обидчика.
Тезис шестнадцатый. Несмотря на то, что само равнодостоинство людей ощущалось людьми с самого их рождения, декларируется со времени пришествия Христа на землю, стало возможным оформиться как социально-политическая идея только после событий в России и Европе в период XX–XXI вв. Великая Октябрьская революция, гражданская война и связанная с ней интервенция внешних сил, борьба с религиозностью на полное уничтожение, Великая Отечественная Война — все эти трагические события имели целью уничтожение самого понятия достоинства человека. Они именно показали человечеству неуничтожимость общества людей единого достоинства. Парадокс истории: идея равного достоинства была проверена на прочность в горниле самых страшных испытаний. Её пытались уничтожить вместе с Церковью. Её пытались подменить классовой борьбой. Её пытались растоптать в гражданской войне, где брат шёл на брата. Но она выжила. И в годы Великой Отечественной войны советские люди, в массе своей далёкие от религии, сплотились именно потому, что инстинктивно чувствовали: нельзя допустить, чтобы наше достоинство попрали.
Тезис семнадцатый. И если наступали для Русского мира тяжёлые времена, они становились следствием нарушения равенства людей по достоинству. Все катастрофы русской истории — татаро-монгольское иго, Смутное время, революция, перестройка — имеют одну общую причину: в обществе нарушалось равенство достоинства. Одни начинали считать себя «выше» других, другие — «ниже». И это разъедало общество изнутри быстрее любого внешнего врага.
Тезис восемнадцатый. Достоинство русского человека ощущалось и ощущается им уже, даже без осмысленной апелляции к его божественному достоинству по существу. И мы исторически можем наблюдать идентичность мотивации ополчения Минина и Пожарского, партизанского движения Отечественной войны 1812 года, сплочения советского общества в Великую Отечественную войну (общества, практически безрелигиозного). Здесь важное наблюдение: идея равного достоинства может жить в народе даже тогда, когда она не осмыслена богословски. Она в крови, в культурном коде, в привычке к соборному действию. Поэтому даже атеистическое советское общество смогло сплотиться перед лицом фашизма. Потому что фашизм отрицал само право этих людей быть людьми.
Тезис девятнадцатый. Русское воинство принципиально отлично от иных своим внутренним миролюбием, немстительностью. Это тоже свидетельствует о действии в нём Русской идеи и является «ключом» к непобедимости. Целью Русского воинства всегда была защита от попыток порабощения людей, унижения их достоинства. Не чести, не прав и свобод, а человеческого достоинства и обеспечивающих его прав и свобод. Пока татаро-монгольское иго не покусилось на религиозность Русского мира, пока не стала явной угроза потери достоинства общества, выраженного в то время в его религиозных убеждениях, Русское общество не находило в себе достаточной мотивации к решительному сопротивлению. Русские люди скорее умрут, чем позволят покуситься на их достоинство, их божественное предназначение. Этим тезисом я и завершаю перечень. Русский солдат не ищет чужой крови. Он не воюет ради славы или добычи. Он защищает достоинство — своё, своей семьи, своей веры, своей страны. И когда это достоинство не затронуто, он миролюбив. Но как только появляется угроза его уничтожения — он непобедим, потому что защищает не просто землю, а смысл своей жизни.
Мы с Солодовниковой давным-давно сформулировали концепцию «Русской идеи» — вложили в неё всё, что дорого русскому человеку: память о подвигах предков, силу народного духа, веру, традиции, идею соборности и понимание исторической миссии России. Опубликовали уже давно: 07.03.2021. Дали пищу для размышлений, основу для диалога. И что в ответ? Почти полное молчание. Этот крик души я не могу не повторить здесь. Почему молчим? Почему не спорим? Почему нам всё равно? Ведь речь идёт не об отвлечённых теориях, а о том, кто мы есть, во что верим, чего хотим. Молчание в таком деле — не нейтралитет. Это отказ от свободы. Раб молчит. Свободный человек говорит.