Подруга с приветом

Когда надеешься поспать в выходные подольше, желательно до полудня, глаза почему-то открываются сами ранним утром, без капли сна — как перед волнительным путешествием. Например, на белой яхте в интересной компании.
‎Но ни белой, ни серой яхты, разумеется, запланировано не было — и спи себе спокойно.
‎
‎Но нет…
‎
‎Ах, да. Сегодня же Галька нагрянет со своей неуёмной энергией, что было совершенно далеко от романтики. Но не встречать же её сонной курицей у двери.
‎
‎И уже буквально через два часа засвиристел звонок в дверь.
‎
‎- Ну ты подруга и забралась — аж на седьмой этаж! И лифт не работает.
‎
‎Инна проводила взглядом Галины сумки и уже догадывалась: визит будет не из обычных.
‎
‎- Как не работает? Вчера работал, — сказала Инна, впуская запыхавшуюся Галю.
‎
‎- К моему приезду отключили, — шумно выдохнув, засмеялась она.
‎
‎Инна только месяц назад перебралась в новую съёмную квартиру на окраине города. Так было и дешевле, и ближе к работе.
‎
‎Галя тут же изъявила желание приехать — навестить подругу.
‎
‎Она сняла  светлое пальто в клеточку и скинула ботильоны.
‎
‎- Ну ты вырядилась в дорогу. На каблуках! Ноги не отвалятся? — Инна сочувственно посмотрела на её припухшие ступни. — Мой руки и проходи на кухню.
‎
‎- А я тебе привет привезла. Догадываешься от кого?
‎
‎Чего тут гадать? И так ясно. Бывший воздыхатель и Галькин сосед. Восемь лет не виделись. Время летит.
‎
‎- Давай потом. Сначала перекусим, — сказала Инна, раскладывая сосиски со спагетти по тарелкам.
‎
‎- Ну потом так потом. Есть хочу — аж желудок клубком скрутился.
‎
‎Пока Инна искала в холодильнике кетчуп, Галя уже добрых полтарелки накрутила на вилку и отправила в рот.
‎
‎- А где твои родители?
‎
‎- Галя, прожуй. После поговорим. Однако жарко.
‎
‎Инна встала, открыла окно и впустила в кухню прохладный весенний воздух. Ветер шевельнул занавеску.
‎
‎- Мои родители купили небольшой домик в дачном посёлке. Недалеко отсюда.
‎
‎- А какой у вас был дом! Большой...- Галя развела руки в стороны, словно хотела передать его масштаб. -  С видом на пруд.
‎
‎- Там им тоже очень нравится. Дом небольшой, но уютный. Так, а у тебя что? Рассказывай. Вижу же — не терпится.
‎
‎- У меня всё по-старому, а вот у Жоржика…
‎
‎Инна поморщилась.
‎
‎- Давай просто Жора. А то слух режет.
‎
‎- Так вот, он опять развёлся. Ты как уехала покорять столицу, так у него началась полоса неудач…
‎
‎Галя — его соседка, подружка и утешительница — знала о нём всё в деталях. Он женился, потом разводился и снова женился. И так трижды — как по расписанию, раз в два года. После каждого развода он превращался в плакучую иву. Галя подставляла ему жилетку и охотно утешала. Проходило время — и он снова воодушевлялся новой любовью.
‎
‎- Галя, какое там покорять! После института работаю в школе и беру частные уроки. Вот и всё покорение.  А с Жорой мы после школы всего-то три месяца встречались. И то… по-дружески.
‎
‎Галя хохотнула, подпрыгнув на стуле.
‎
‎- Ой, по-дружески! Он же сам мне говорил, что хотел тебе предложение сделать.
‎
‎- Хотел, да не успел, — усмехнулась Инна. — Я в институт поступила, а родители следом продали дом, чтобы ко мне поближе быть. Они так решили. Да и дом был слишком огромный.
‎
‎Галя, однако, продолжала гнуть свою линию.
‎
‎- Он собирался к тебе приехать, а ты не позволила. Только через меня о тебе новости и узнавал.
‎
‎- Ну, как видишь, ему этого было достаточно.
‎
‎- Да, но не совсем. — Галя шумно отхлебнула горячий чай. — Трижды женился! И каждый раз неудачно. Тебя забыть не может.
‎
‎Потом, что-то вспомнив, сорвалась с места. В прихожей зашуршали пакеты.
‎
‎- Он же тебе привет передал!
‎
‎Она вручила Инне коробку конфет, на которой лежала ещё одна — чуть поменьше, с изображением мутной лампочки.
‎
‎- Что это? — удивилась Инна. — Он что, решил, что у меня света нет?
‎
‎Галя сначала тоже удивилась, даже глаза чуть вылезли из орбит, будто на стебельках. Потом вспомнила.
‎
‎- Ах, да. Это я засунула его сувенир в коробку из-под большой лампочки, чтобы довезти.
‎
‎- Даже теряюсь в догадках — что это может быть.
‎
‎- Доставай. Увидишь.
‎
‎Инна аккуратно открыла коробку. Внутри лежала статуэтка: серая фарфоровая кукушка с острым клювом и лапками на ветке. Если бы не блеск фарфора, можно было подумать, что она вот-вот подаст голос.
‎
‎- Помнишь, как она тебе нравилась? Жора говорил, что когда ты бывала у них дома, то подолгу любовалась ею и крутила в руках.
‎
‎- Да, было дело. По-моему, его маме эту кукушку кто-то из Дрездена привёз.
‎
‎Галя взвизгнула и захлопала в ладоши.
‎
‎- Вот! Помнишь, помнишь. Значит, не всё потеряно.
‎
‎У Инны от удивления приоткрылся рот. Тёмно-оливковые глаза вмиг стали почти чёрными.
‎
‎- Ты что плетёшь, Галя? Я в отношениях. Надеюсь — серьёзных. Верни кукушку назад.
‎
‎- И не подумаю.
‎
‎Галя подошла почти вплотную и  обняла Инну двумя руками за шею.
‎
‎- Извини, я пошутила,-  прошептала она. — Так бы хотела, чтобы ты вернулась. Опять бы втроём дружили…
‎
‎Инна на секунду представила эту картину и лишь молча улыбнулась. Такая перспектива её не вдохновляла.
‎Она мягко высвободилась из объятий.
‎
‎- Садись. Чай допьём. С конфетами.
‎
‎Галя с лёгкостью вспорхнула на стул и невинно выдала:
‎
‎- Иннуся, только конфеты я почти половину съела, пока ехала. Не знаю, что на меня нашло.
‎
‎- Галька, угомонись уже. Ничего страшного. Ты же не в музей их везла.
‎
‎- Я тоже так считаю. Но, если честно, я думала — тебе там записка лежит. Не смогла устоять перед соблазном.
‎
‎- Ну и? Была?
‎
‎Инне было безразлично, но иногда Галя поражала своей вездесущностью.
‎Не зря она в школе была активисткой, старостой, и как в известном фильме, просто красавицей — хотя, как говорится, на любителя.
‎
‎- Нет. Записки не было, -  огорчилась она.
‎
‎- Ладно, — сказала Инна спокойно. — Чем займемся? По магазинам, как всегда?
‎
‎- О, да. Неплохо бы. И в сэконды  желательно заглянуть.
‎
‎Инна достала из шкафа кроссовки.
‎
‎- Надевай. Я помню, у нас один размер. Твои шпильки не годятся. Только я тебя в парке на лавочке буду ждать. Магазины меня утомляют.
‎
‎- Не вопрос. Ты только завези меня в гущу шопинга — туда, где сэконд-хенд процветает.
‎
‎Вечером, затаскивая покупки в квартиру, Инна спросила:
‎
‎- Ну и куда тебе столько шмотья? Две полных базарных сумки. Ты всё это будешь носить?
‎
‎- Почему нет? А что не подойдёт — продам. У нас в посёлке на это большой спрос.
‎
‎На диване, на полу и на столе  разложились платья, куртки, брюки и множество всевозможных блузок. Даже нижнее бельё разных размеров.
‎
‎- А стринги кому? Их тут почти двести штук.
‎- Молодёжь за три копейки скупит, а я оптом за бесценок взяла.
‎
‎Инна промолчала, но с опаской посмотрела на красные трусы с кольцами. Даже не стала спрашивать, для кого.
‎Отдельно лежала кучка мужских рубашек.
‎
‎- Жора заказывал. И муж его сестры. Помнишь такого?
‎
‎- Мистер Пудинг? — засмеялась Инна.
‎
‎- Да. Жена — Пудина, а он — Пудинг. Тоже приходит ко мне иногда поплакаться. Так я с ним на крыльце беседую, утешаю. А потом его забирает жена и гонит взашей домой.
‎
‎- Весело у вас, — сказала Инна.
‎
‎Галя примерила сиреневую юбку в оранжевый цветочек и закружилась. Золотистые волосы взметнулись веером, а  юбка широким обручем облетела её немалую талию и опустилась мягкими складками. Когда-то она мечтала о балетной студии, но так и не осуществила свою мечту, ведь в посёлке была лишь школа танцев, весьма далекая от балета.
‎
‎- К лету то, что надо, — сказала она со счастливой улыбкой. — Я давно такую хотела. Тут даже лэйблы есть.
‎
‎Она стянула юбку и вывернула наизнанку.
‎
‎- Вот, смотри. — Галя прилипла к бирке. — Фрай Пёпл. Фирма!
‎
‎- Фри пипл, — поправила Инна. — Free People — американский бренд. Ты же английский в школе учила.
‎
‎- А то ты не знаешь как я его учила. Это не мой язык.
‎
‎И принялась складывать и распихивать по сумкам приобретённый гардероб.
‎
‎Галя уехала в воскресенье. Инна предложила вызвать ей такси, увидев большой рюкзак и сумки.
‎
‎- Нет, что ты. Отсюда идёт автобус до вокзала. Доберусь.
‎
‎И она, ковыляя на шпильках, пошла на остановку.
‎
‎В квартире остался кавардак — будто гончие псы промчались.
‎Сдвинутая в сторону напольная ваза, задёрнутая в угол гардина, съехавший на пол шерстяной плед, неуместившиеся в сумки две стёганых куртки и помятые брюки — ещё хранили Галино присутствие.
‎Инна машинально сложила разбросанные вещи, восстановила прежний порядок и  поставила кукушку в глубину шкафа.
‎
‎- Только не вздумай каркать. А то накукуешь мне…
‎
‎Оставшиеся конфеты она выложила в вазочку. Но одна прилипла к пластиковой ячейке. Инна свернула прозрачную плёнку трубочкой, чтобы выбросить, и вдруг заметила внутри сложенный клочок бумаги.
‎
‎Записка всё-таки была.
‎
‎Она развернула её.
‎
‎«Я развёлся. Приезжай».
‎
‎Точка.
‎И ни здрасьте.
‎Ни пока.
‎
‎Смешной.
‎
‎А ведь можно было её и не увидеть.
‎
‎Скорее всего на это и был расчёт.
‎Или конспирация.
‎Но это только Жоре известно.
‎
‎Инна взглянула на кукушку в шкафу — маленького свидетеля их прошлого, которое вихрем пронеслось по квартире и затихло.
‎Возможно — до следующего приезда Гали.