Глава 3. Слуга в ночи. (Глава 4)

На город опустился пасмурный вечер, когда Диана получила странный заказ. Двойной тариф из-за срочности, хотя адрес конечного пункта не был указан. Только «пункт А» — Великая 10. Волкова понимала, что там, где двойной тариф, там тройной штраф, приписка Маши под заказом не повлияла на ее решение.

На решение повлияла пульсация нити, что Диана не снимала с тех пор, как сплела ее сама. Женщина поднесла ладонь к уху, где была моногарнитура и глухо сказала:

— Экипаж B136DV53 приступил к заказу.

К тому моменту, когда Диана приехала к пункту встречи небо стало сплошным монолитом из серых туч без единого просвета. В воздухе пахло сыростью, но дождя не предвиделось. Только тишина, нарушаемая шуршанием шин по асфальту.

Клиент стоял на углу улицы. Без куртки, хотя термометр показывал плюс два. Без зонта. Без страха. Лицо восковое, словно его отлили в гипсе, но забыли вдохнуть жизнь. Глаза странно пустые: зрачки не реагировали на свет фар, а белки были мутными, как у старой куклы. На этом странности не закончились: клиент не моргал совсем.

Охотничий инстинкт Дианы кричал: это не человек. Сосуд. Пустой.

— Куда? – Спросила она, не глядя в зеркало заднего вида.

Голос ровный, холодный как лезвие.

— Туда, где никто не услышит, — ответил пассажир крайне монотонно.

— Точнее, — выдохнула женщина, сжав руль. – Какой адрес вбивать в навигатор?

Мужчина медленно повернул голову как робот, заедающий в шестеренках. А потом протянул руку, в которой была записка.

— Вот адрес, — голос хриплый. Казалось, что горло пересохло от жажды, что не утолить водой.

У любого другого человека от такого бы волосы дыбом встали. Вадим, наверное, бы высадил жутковатого типа, а Игнат бы совсем не пустил его в салон древнего «Форда». Но Диана знала, с чем имеет дело. Женщина молча взяла листок, что оказался кассовым чеком и ввела адрес.

Машина тронулась. Всю дорогу тишина. Только ветер шелестел зеленой листвой, да дворники редко вздрагивали, сглаживая легкую морось.

Через полчаса они приехали на место: заброшенная дорога у старого торфяного карьера. Ни домов, ни фонарей, ни машин вокруг. Только лес, тишина и туман, цепляющийся за кусты.

— Здесь, — прошелестел пассажир, не шевелясь.

Диана заглушила двигатель. Выключила навигатор. Еще раз посмотрела на заявку.

— С вас пятьсот восемьдесят рублей. В заявке сказано – оплата наличными.

Мужчина молча кивнул, но платить не стал. Вместо этого приоткрыл дверь, посмотрел назад и произнес:

— У вас заднее колесо, кажется, спустилось.

Диана нахмурилась. Чутье не обмануло. В заявке не просто так не было указано конечного пункта. Это была ловушка. Тщательно продуманная ловушка. Но Волкова знала – это старый трюк, которым пользовались мелкие бандиты-угонщики в бесславные девяностые годы. На него не попадутся опытные водители.

«Хочешь поиграть? – Подумала она. – Хорошо»

Диана молча открыла дверь и вышла из машины. Обошла машину со всех сторон, притворно осматривая каждое колесо.

— Не вижу ника…

Договорить она не успела. Пассажир моментом выскочил из салона. Его движения слишком быстры для обычного человека.

— Ты чувствуешь, да? – Прошипел он, приближаясь. – Ты не просто девка за рулем, ты охотница. А я… я его слуга.

Волкова не ответила, лишь увернулась от удара. Она знала, что в машине опустошенный ничего не мог сделать. В бардачке, предусмотрительным дедушкой, был положен амулет – маленький мешочек с сосновым пеплом и цветками зверобоя. Оберег создавал защитный круг, слабый, но его хватало, чтобы уберечь Диану от нападения за рулем. Возможно, по ограничению своих сил, пустой и понял, кто она такая.

Да. В салоне она была под защитой, но снаружи – ничем не отличалась от обычного человека. В куртку не вшиты обереги, кофта не защищена вязью и узлами, джинсы с обычным кожаным ремнем, а не домотканым поясом. Элементарного пятка под пяткой в кроссовках не было. Единственная защита – стальной клинок, и тот в машине остался.

Опустошенный бросился на нее.

Первый удар он нанес кулаком, целясь в висок. Женщина ушла в сторону, но не успела контратаковать. Инерция понесла ее вперед. Женщина споткнулась о кочку и упала на колени. Грязь тут же пропитала джинсы. Холод пробрал до костей.

«Вставай. Думай»

Он завис сверху, замахиваясь кулаком. Диана перекатилась в сторону. Удар пришелся в землю, выбив сноп грязи, в которой валялась выпавшая моногарнитура.

Женщина вскочила, но дыхание уже сбилось. Она уставала, он – нет. Его тело не знало усталости. Но Диана помнила главное: тело опустошенного все еще человеческое. Оно может быть одержимо, но не бессмертно.
Он рванул к ней вновь как зверь.

Диана не стала уходить. Приняла удар на предплечье, чувствуя, как кости хрустнули под напряжением, и вложила все тело в ответный удар. Локтем. Ему в солнечное сплетение. Он отшатнулся. В мутных глазах промелькнула ясная эмоция. Удивление.

— Больно? – выдохнула она, вытирая кровь с губы. – Вот именно. Ты еще человек. А значит, тебя еще можно остановить.

— Он дал мне силу! Он сказал, что я могу отомстить… За все… За всех…

— Он дал тебе цепи!

Мужчина зарычал и бросился снова. Диана понимала, что голыми руками она не победит. Её силы были на исходе. Женщина сделала вид, что отходит к зарослям травы, но в последний момент рванула к открытой двери машины. Опустошенный понял маневр и протянул руку, схватив ее за куртку. Ткань треснула. Диана почувствовала, как холод проник сквозь образовавшуюся дыру, но не остановилась.

Рывок — в салон. Рука — на бардачке. Щелчок. Стальной клинок оказался в ее руке.

Женщина выскочила обратно. Теперь их силы были равны. Он вновь замахнулся. Но в этот раз она была первой. Ударила его коленом в живот. И четкий удар рукояткой по сонной артерии. Мужчина рухнул, хрипя как сломанная гармошка.

Охотница опустилась рядом, тяжело дыша и вытирая пот с шеи. Она осмотрела видимые повреждения, полученные в схватке, а потом вытащила из багажника веревку, что носила с собой на всякий случай. Связала опустошенному руки за спиной. Позже, немного отдохнув и приведя дыхание в норму, Диана втащила пассажира обратно в машину.

Счетчик все еще капал. Женщина нажала «стоп» и изменила маршрут. Не в участок с заявлением о нападении, ни в больницу, фиксировать побои, а туда, где с опустошенными умеют общаться.

К Юлиану Старцеву.

«Если ты еще человек, тебя еще можно спасти,» — подумала женщина, пряча клинок обратно в бардачок.