Глава 7. Неожиданный союзник (Глава 8)

Через два дня новость взорвала город.

Полиция прочесывала окрестности. Санников с опергруппой проверял каждую подворотню, каждый заброшенный дом. Лисова занималась допросами тех, кто знает семью.

Один из соседей – старушка с тремя кошками сказала:

— Он стал пустым. Как будто внутри ничего нет. Тихий. Странный.

Екатерина пыталась вытянуть информацию из безумца, но ничего кроме бессвязного бреда она вытянуть не смогла. Время играло против них. У них н было ни следа, ни намека, где искать девочку. Родственники не знали, куда могла пойти племянница. А ее отец на вопросы о дочери лишь блаженно улыбался и говорил о великой жертве во имя нового мира.

— Мир сходит с ума, — бросил Борис после очередного обхода.

И в глубине души Екатерина понимала, он прав. Город не станет прежним. И безумные времена требуют иррациональных решений. Следователь Лисова потерла лицо ладонями. На глаза попалась записка с адресом того самого таксопарка.

«А что, если…»

Женщина сорвалась с места и сняла куртку с крючка.

— У тебя есть идея? – спросил уставшим голосом Борис.

— Безумная, но есть…

— Мне с тобой?

— Нет, ищи по камерам и в показаниях свидетелей, соседей, — остановила его Лисова. – Я скоро вернусь.

Санников вернулся к изучению показаний, так и не заметив, что один из вещдоков пропал вместе с Лисовой.

— Почему-то я думала, что именно здесь я Вас и найду, Диана Святославовна, — шагнула в гараж Екатерина Васильевна.

Рыжеволосая женщина, во фланелевой клетчатой рубашке и потертых джинсах, сидела у заднего колеса Subaru, проверяя давление в шинах. В руках ее был старенький пистолетный манометр, циферблат которого отражал бары. Услышав шаги, она положила прибор на капот и обернулась, не вставая с колена.

— А я и не пряталась от нашей доблестной полиции, товарищ следователь. Смотрю, сегодня без вашего цепного пса.

Лисова почесала бровь и подошла ближе.

— Тот оперуполномоченный – мой напарник, а не пес. Надеюсь, мое присутствие не вызовет у вас дискомфорт.

— Я просто не люблю, когда вторгаются в мое пространство, — ответила Волкова, поднимаясь с пола и присаживаясь на капот рядом с манометром. – Но похоже, что у вас еще остались вопросы.

Екатерина не стала отрицать. Она достала из папки распечатку – зернистый снимок, полученный с камеры из салона убитого. На нем запечатлена Диана, что держалась за капот Subaru, а ее взгляд был устремлен на запястье.

— Что это? – Спросила Лисова, указав на руку.

— Отсвет фар, — быстро ответила Волкова.

— Я показывала кадр экспертам. Свет исходит от предмета на вашей руке. Не отражается. А исходит.

Диана молча закатала правый рукав. На запястье была тонкая белая льняная нить. Ничего больше.

Лисова нахмурилась.

— Вы меня за дуру держите?

Диана опустила руку, скрывая нить.

— Вы сами хотели увидеть. Я показала.

— Издеваетесь?

Волкова молча взяла манометр и вернулась к прерванному делу.

— А я еще раз напоминаю, — откручивая клапан колеса, проговорила Диана, – без официального вызова на допрос я не обязана отвечать на ваши вопросы.

Екатерина Васильевна поняла посыл женщины и убрала снимок обратно в папку. Потом отвела взгляд в сторону верстака, над которым дрогнула тень волка. Не от света, не от ветра. Просто шевельнулась и все. Лисова моргнула. Фигурка стала неподвижной.

— Вы странная женщина, — тихо сказала Екатерина.

— Следователь, что нарушает порядок проведения расследования ради своих «хотелок» — тоже, — парировала Волкова, посмотрев на экранчик, где красная стрелка показывала 1,8 бар. Потом женщина закрутила клапан и положила манометр на капот. Следом встала и продолжила будто между прочим: — Свидетели говорят: их сосед изменился незадолго до убийства. Стал пустым. Тихим. Страшным. А еще он сам бормочет о жертве во имя Нового мира.

Диана посмотрела прямо в глаза следователя, в которых застыл немой вопрос «Откуда…»

— Я вижу то, что не видите Вы, — объяснила женщина. – И слышу то, о чем молчат Ваши бумаги.

Лисова насторожилась. Подобные фразы она слышала, но не наяву, а из динамика телевизора. Когда у них с Санниковым выдаются спокойные смены, то Борис любит смотреть одно шоу про людей со сверхспособностями. Сама же Екатерина Васильевна относилась к этому как к развлечению. Или относилась, пока в шоу не начали освещать реальные преступления и истории реальных людей.

— Вы типа экстрасенс? – вырвалось у следователя.

Диана скривилась, будто ее ударили, и сложила руки на груди.

— Не сравнивайте меня с этими пустышками и клоунами. Тот, у кого реально есть сила, не тратит ее на рекламу. Не доказывает ее всей стране.

Женщина помолчала.

— «С большой силой приходит большая ответственность». Это не из фильма. Это закон жизни. И Вам, ка никому другому, понятен смысл этого закона, товарищ следователь.

Тишина, звенящая тишина воцарилась в маленьком прохладном гараже. Ее нарушали лишь стрелки настенных часов, отчитывающих секунды до чего-то ужасного. Лисова вновь взглянула на висячую фигурку совы. Совиные глаза будто бы напоминали за ними.

— Тогда, как мне Вас идентифицировать? – тихо спросила Екатерина.

— Знающая, — выдохнула рыжеволосая, словно это слово взвешивало души на весах. – Или знатка. Выбирайте.

«Она морочит мне голову» — мелькнуло в голове следователя. Но почему-то рука не тянулась к телефону, чтобы вызвать Санникова.

— Хорошо. И что Вы, как знающая, предлагаете?

Диана кивнула на сову. Та едва заметно качнулась, будто одобряя не озвученное предложение.

— Риск. Но оправданный. В похищении есть «золотой час»?

— 24 часа, — кивнула Лисова.

Волкова с капота и открыла заднюю дверь машины. Достала оттуда небольшой рюкзак, из которого вытащила черный ежедневник. Лисова задержала взгляд на фигуре Дианы, когда та открыла блокнот на капоте автомобиля.

— Преступника взяли 16-17 часов назад, — выдала Волкова, рассматривая вырезку из газеты. – У ребенка осталось мало времени.

Екатерина Васильевна подошла к знающей, что уже раскладывала путеводитель по области. На карте было отмечено два места: водохранилище и дом преступника. Диана прижала карандаш к губам и задумалась. Позже поставила кончик графита на точку преступления, отмерила несколько сантиметров от точки и обвела дом.

— Вы думаете, это похищение? – поинтересовалась Лисова.

— Не совсем. Опустошенный причиняет вред тем, кого любит, доказывает верность покровителю. Великая жертва во имя нового мира, помните?

Пока Диана расширяла радиус поисков девочки, повторяя путь полицейского отряда, следователь Лисова обратила внимание на пометы в ежедневнике. Что-то о лунном цикле, о решении и чем-то непонятном.

— Вы думаете, он ее где-то удерживает?

— Или отдал ее другим, — указав на дом, ответила Диана. – Вот наш главный свидетель, которого надо выслушать. Если Вы согласны рискнуть и позволить мне поговорить с ним, мы успеем спасти девочку.

Лисова нахмурилась.

— Что Вы имеет виду под «поговорить с ним»?

— Проведите меня на место.

— Это нарушение протокола!

Диана сложила карту и посмотрела на Екатерину.

— Вы же следователь. Неужели не можете привлекать докторов или психиатров из реабилитационного центра для профайлинга преступника при психическом обследовании? Принцип же простой: вы находитесь на месте, я рядом. Никаких нарушений. Только три минуты.

Лисова молчала. Наемный водитель только что подсказала как обойти систему? Откуда она это знает? Не раз проделывала подобное или что-то другое?

Ветер снаружи шевельнул ветви. Женщина вновь посмотрела на фигурки над верстаком. Волк опустил голову ближе к земле, будто взял чей-то след. Сова чуть приподняла крылья, пикируя на мелкую мышь. А женщина – смотрела прямо на нее.

— Если после этого я узнаю, где удерживают ребенка, — начала она, чуть дрогнувшим голосом.

— Вы узнаете все, — уверила охотница. – Но, если позволите мне войти туда, где он был. Если преступник молчит, то место молчать не будет.

— Ладно. Я что-нибудь придумаю, — выдохнула Лисова. – При одном условии: вы не отходите на меня ни на шаг. И по возможности сегодня. Если вы меня обманите – я посажу вас за препятствие следствию.

Диана кивнула.

— Три минуты. Не больше.

— Три минуты.