Детство не заканчивается никогда, Два рассказа из детства. День любви

Удивительный сон
Рассказ

Часто бывает так, что в далекие дни детства с нами происходят удивительные, порой мистические случаи. Вначале мы их помним. Но бегут годы, и текущие проблемы вытесняют эти события из памяти.
Однажды, когда я учился в 6 классе на одном из уроков внеклассного чтения мы изучали особенности Русского фольклора, обсуждали образы сказочных богатырей, их любимцев и помощников, говорили и об их врагах: Кощее Бессмертном, Бабе-Яге, леших, ведьмах, кикиморах. В тот день наш преподаватель литературы принес с собой магнитофон, и мы впервые услышали песню Высоцкого о встрече в Муромских лесах нашей нечисти с делегацией заморской нечистой силы. Теплый прием по обмену опытом закончился массовой дракой или сражением, уничтожившим обе стороны. Песня всем ужасно понравилась, и мы долго еще обсуждали ее. Учитель тогда попросил нас написать сочинение на тему — Что вы знаете о героях русских народных сказок? А я шел домой и про себя возмущался, почему же наши не победили?
Ночью я долго не мог заснуть, а потом провалился в какой-то сказочный мир, где старый волхв подозвал меня к себе и сказал:
— Ты спрашиваешь почему в битве между нашей и заморской нечистями наши не победили? Так вот, на самом деле не было массового сражения. Так бывает, когда сойдутся 2 рати друг супротив друга и решат выявить победителя через сражение поединщиков, что и произошло тогда после попойки Соловья-разбойника и Заморского Змея-Горыныча. Когда уже оставались совсем немного до начала битвы, Соловей-разбойник предложил заморскому Змею:
— Давай, — говорит, — решим, чей богатырь сильнее того и победа будет. Тогда проигравшая сторона признает свое поражение и уступит выигравшей все свои земли, реки и озера.
— Давай, согласился Горыныч, только я твоего Кощея не приму, он у тебя бессмертный. А это не по правилам.
— А Баба-Яга подойдет? — спросил Соловей.
— Вот Баба подойдет, — обрадовался Змей, — давай зови.
— А у тебя кто будет? — спросил Соловей-разбойник.
— А у меня всего лишь зверек болотный, правда ужасно кровожадный, уж не обессудь.
— Ладно, черт с тобой, — плюнул Соловей, — давай своего зверя.
и свистнул Бабу-Ягу.
Баба-Яга тут же примчалась в свой ступе и заняла стойку. Приполз и зверюга, весь в чешуе, хвостатый и с огромной зубастой пастью.
— Я тебя съем! — проревел заморский гаденыш.
— Ха! Ящерица поганая, да я тебе морду набью и хвост оторву, — бросила она.
И сошлись они стенка на стенку в честном бою. Юркая Баба-Яга, налетала на него, как стрела, щипала, кусала, била по голове пестом и норовила топором отсечь зверю хвост. Но враг был силен, он огрызался, щелкал пастью и норовил хвостом зацепить противника. В какой-то момент Баба-Яга потеряла бдительность и хвост супостата в щепки разнес ее ступу. Баба-Яга потеряла все преимущество в скорости и маневренности. Как вдруг из ее сарая возле дома на курьих ножках выскочил боров. Баба-Яга тут же оседлала его и с новой силой накинулась на врага. Боров был хитрее ступы и норовил подскочить к зверю с зади. И в какой-то миг он очутился у него за спиной. Тяжелое и неповоротливое чудище не успело обернуться и Баба-Яга, как молния взмахнула топором и отрубила зверю хвост. Чудище с позором отступило.
— Да, — сказал Змей Горыныч, — силен оказался твой воин.
В общем, признало заморское воинство свое поражение. Уползла вся их нечисть за океан домой. А наши разбрелись по лесам и болотам.
Вот как было!
Утром я записал все, что видел и побежал в школу, зашел в учительскую и сдал свое сочинение.
Когда весь класс его слушал, все сидели задумчивые и притихшие. А потом. учитель сказал:
— А теперь посмотрим знаменитую картинку художника Ивана Снегирева 1861 года под названием «Бой Бабы-Яги с Коркодилом» и включил диапроектор.
— Кстати, никто из историков и писателей ничего об этом бое не писал и не знал никаких подробностей. А мы теперь будем знать. Спасибо вашему товарищу!
И все захлопали в ладоши!


_______________

Животных надо любить! Рассказ

Когда мне исполнилось 5 лет я стал замечать за взрослыми одну странную особенность. Они говорят так, учат нас малышей одному, а делают все сами наоборот. Не честно это…
Вот, например, мама. Она никогда не даст мне вечером досмотреть про юных титанов. Гонит меня в кровать и твердит, что спать нужно ложиться пораньше, а сама до полночи смотрит эти дурацкие, скучные сериалы. Там и смотреть то нечего. Бывает за целый час даже не поцелуются…
Или папа! Приходит за мной в садик и учит меня: драться не хорошо! Драчуны – это плохие люди. Кроме драки они ничего не признают и никого не любят. А сам, как уткнется в свой бокс, так его от телика ничем не вытянешь. А бокс – это самая что ни наесть драка!
Раньше я им всегда верил. Пока однажды… В общем такая была история. Я целый месяц просил маму и папу сводить меня в зоопарк. И вот в мой день рождения, когда мне исполнилось 6 лет, наступил тот самый долгожданный день, когда, наконец, папа утром скомандовал:
— Все, завтракаем и едем смотреть диких зверей и животных. Мама немножко поворчала. У нее всегда дома дел полно, но все же согласилась, и мы дружно сели в папину машину и поехали в зоопарк.
— Как там было здорово! Я первый раз увидел толстенного бегемота. Потом смотрел на льва. Правда лев все время зевал и не ревел вовсе. Но я все равно близко к клетке не подходил…
Но больше всего мне понравился жираф, особенно его длиннющая шея.
— Пап, — спросил я у него, — а он до второго этажа достанет?
— Конечно, может и выше, — ответил отец.
— Пап, а скажи, ведь они все в клетках и в загородках живут. Ведь там им так скучно, поиграть не с кем?
— Бедные животные, — сказала мама. – Держать диких зверей в клетках – хуже, чем людей в тюрьме! Поэтому я, когда была маленькая, не ходила ни в зоопарки, ни в зверинцы. Нельзя их мучать в неволе и, вообще – животных надо любить!
Потом мы еще много зверей посмотрели. Видели зайцев, волков, обезьян и даже крокодила, большого и зубастого.
Когда мы пришли домой я еще долго вспоминал зоопарк, особенно бегемота и жирафа.
А вечером родители собрали на мой день рождения гостей. За столом я одним духом погасил все шесть свечей на торте, попробовал этот торт. И, как всегда, меня опять уложили спать слишком рано. При этом плотно закрыли и дверь моей комнаты, и дверь в зале, где был накрыт праздничный стол.
Я лег в постель, но спать не хотелось. А тут еще они включили музыку, и я услышал песню под какую-то модную веселую музыку. И там были слова:
— У бегемота нету талии… Да, подумал я – это плохо, жить без талии! Если бы он носил штаны, их бы пришлось носить на подтяжках, как у дедушки. А потом дальше я услышал … как они решили бить этого доброго, доверчивого бегемота ЧАЙНИКОМ! Ведь это же больно! И потом за что бить? Разве он виноват, что родился таким толстым?
Мне стало очень жалко бедного бегемота. Я встал с постели, открыл свою дверь, подошел к двери зала и немного приоткрыл ее. А там под эту музыку дружно и весело плясали все. И, главное, папа, который учил меня, что драться – это плохо, громко подпевал под музыку: — А мы его по морде чайником,
А мы его по морде чайником…
И потом они дошли до жирафа, и я представил себе, как они бьют этого красавца…
— Ну ладно, бегемот, — думал я. – Может ему и не так больно! Он вон какой толстый! Но жираф, ведь он мне так понравился! Ему-то уж точно очень больно?!
На этом мое терпение лопнуло. Я прошел на кухню и собрал все чайники: заварочный, молочник и электрический на полтора литра. И унес их к себе в комнату на балкон. Потом достал из кладовки папин большой молоток, вышел на балкон и стал крушить все эти чайники молотком.
Я представил себе, как мои папа и мама бьют чайником бегемота и жирафа. Слезы катились у меня из глаз, и я бил и бил молотком по этим чайникам. Бил и думал:
— Я не дам вам никогда больше бить ни бегемота, ни жирафа. Не дам потому, что у нас не останется ни одного чайника.
— А еще говорили, что драться не хорошо!
— А еще говорили, что животных надо любить!
— ОБМАНЩИКИ!
___________

День любви
рассказ

Эта была третья по счету вечеринка в нашей группе на первом курсе института. Первая была у Ленки Солнцевой в начале октября, потом – у Галки Кулеминой в ноябре. А сегодня, 13 февраля – у Инки Лазаревой.
И вот же незадача – опять впустую. В группе было восемь девчонок и нас, парней двенадцать. Все девчонки – ну просто суперские! Одна к одной: и светленькие, и темненькие и даже одна рыженькая. Конечно же девчата были нарасхват, несмотря на то, что двое ребят прийти не смогли. В итоге к концу вечера оказалось, что-нам-то двоим – мне и Борьке Круглосу женской половины как раз и не хватило. Но моему другу было легче. У него была постоянная девочка, тоже студентка из соседней группы, за которой он уже давно и не без успеха ухлестывал. А у меня девчонка была лишь в школе. Мы тоже долго встречались, а летом она уехала поступать в медицинский университет имени Павлова в Питер и скоро обо мне совсем забыла.
С тех пор на женщин мне целый год не везло. В конце концов самооценка у меня упала чуть не до нуля. И я уже решил было прекратить все неуклюжие попытки привлечь своей скромной персоной представительниц слабого пола.
Правда Зойка Павлова мне еще днем на лекциях глазки строила, два раза на переменах подходила и даже в конце занятий как бы между прочим спросила:
— А тебе сегодня не по пути со мной? Ты вроде в наш Универсам зайти хотел.
На самом деле магазины мне были вовсе не нужны. Тем более с моими пустыми карманами. Просто я загадал, что, если и в этот раз не смогу склеить девчонку, брошу совсем это дохлое дело. Поэтому Зойкины слова мне казались чуть ли не спасительной соломинкой. Я с радостью проводил Павлову прямо до подъезда её дома. И мы договорились продолжить нашу встречу на именинах у Лазаревой.
Но на вечеринке она вдруг ни с того, ни с сего просто прилипла к Мишке Томилину и весь вечер не отходила от него. Напоследок меня просто придушила жаба зависти, когда он, а не я взялся провожать Зойку до дома. Настроение упало окончательно, и я тут же согласился уйти домой вместе с Круглосом, который впустую терся весь вечер то возле одной, то возле другой девочки.
Ушли мы вдвоем с вечеринки где-то в половине одиннадцатого, когда она еще была в самом разгаре. Пока шли, больше молчали, переживая каждый по-своему последние неудачи февраля.
Круглос так печально вздыхал, что мог разжалобить своими любовными ранами все бледно светившие фонари, что стояли вдоль сквера по проспекту Металлургов. Я заметил, что редкие снежинки, еще робко летевшие днем отдельными звездочками, постепенно стали все больше и чаще кружиться и падать чуть ли не хлопьями. В свете фонарей, наверное, это было очень красиво и в любой другой вечер можно б было засмотреться на такую красоту.
Тут мои грустные мысли прервал возглас моего не в меру наблюдательного спутника, да еще и фразой из шедевра Ильфа и Петрова:
— О-о! Шура! Гляди, какая Фемида! Я люблю её как дочь!
Впереди метрах в десяти чуть в сторонке от нашего курса возле разложенного мольберта с кисточкой в руке стояла просто сногсшибательная девчонка. В серенькой дубленке, отделанной светлым мехом и в вязанной беленькой шапочке на фоне тихо падающего крупными хлопья снега она была просто бесподобна. Милое личико, красивые темные глазки, нежные, тонко очерченные алые губки …
Я в бессильной тоске отвел взгляд в сторону. Сразу подумалось, такие не для меня или я не для них. В общем полная безысходность.
Круглос же напротив, распустил перья, распушил хвост и ринулся в атаку.
— О, где же вы, великие — Рембрандт, Веласкес или Ван Дейк? Куда вы смотрите? Вы же упустите прекраснейшую модель, чудесную натурщицу, чей портрет мог бы украсить лучшие салоны Лувра, картинные галереи Британского музея или на худой конец Эрмитажа?
Девушка звонко рассмеялась:
— Вы очень сильно ошибаетесь. У меня самая заурядная внешность. Вас просто смутила романтика этого чудного вечера: иней на деревьях, фонари, тихо падающий снег …
— Если говорить о романтике, то вы здесь – самая прекрасная её часть, именно вы, а не иней на деревьях.
А я стоял и молчал. Да и говорить так красиво, как это удавалось Круглосу, я не умел. Сразу подумалось – если правду говорят, что женщины любят ушами, то, наверняка сейчас она влюбится в него.
И я отошел чуть в сторону, чтобы не мешать их диалогу.
— Мальчики! — повернулась девушка к нам. – Я свою работу уже закончила. Но у меня есть план – набросать для выставки этюд на вечную тему. Мне вот для этого как раз и нужен натурщик. Может, кто из вас мне помочь? Это займет максимум минут пятнадцать-двадцать не более.
При это она почему-то посмотрела на меня. Я отвел глаза в сторону. Круглос тут же сделал к ней решительный шаг и с придыханием произнес:
— Богиня! Я готов для вас изобразить любую натуру. Могу даже раздеться если надо. У меня, как у штангиста, самое эстетичное телосложение.
— Нет, нет! – поспешила успокоить его девушка. – У вас достаточно эстетики и в одетом виде.
— Ну тогда позвольте хотя бы узнать ваше драгоценное имя?
Девушка видимо все же немного смутилась.
— Меня зовут Вера. Просто Вера и в этом нет ничего драгоценного. Прошу вас! Встаньте чуть дальше, прямо на фоне фонтана, пусть неработающего … Вас как зовут?
— Борис! – гордо ответил Круглос. – Можно даже просто Боб!
— А как зовут вашего неразговорчивого друга? Он что же всегда такой молчаливый?
— А, это Сашка! Можно просто Шурик. Он вообще слишком стеснительный. Даже краснеет, когда знакомится с девушкой.
— Да-а? Правда? И чем же вас девушки смущают? Она повернула голову ко мне.
Пришлось ответить и кажется, как назло, покраснеть. Хотя я никогда не краснел с девчонками.
— Вера! Я нормальный. Просто сегодня настроение плохое …
— Да, да! — Ехидно подметила эта красавица. – Сегодня, как раз, буря магнитная …
Круглос отошел метров на десять-двенадцать в сторону, ближе к фонтану. Вера убрала готовый рисунок в этюдник и достала чистый лист бумаги и закрепила его на мольберте. Потом закрыла чемоданчик этюдника, повесила себе на плечо и уже хотела переставить мольберт ближе к фонтану.
А я в этот момент оказался между ней и моим приятелем. Тут из-за кустов соседней аллеи, прямо за стоявшим Борькой, раздался глухой собачий лай, и чей-то голос подал громкую команду – «апорт». Потом оттуда вылетел мячик. Он перелетел через моего друга, скользнул по снегу мимо меня и упал к ногам Веры. Мячик был полимерный очень красивого красно-розового цвета, двенадцать-пятнадцать сантиметров в диаметре. Вера нагнулась и подняла его. В это время из кустов выскочил внушительного вида дог. Я не видел, как он сбил с ног Круглоса. Обернувшись назад, я быстро выхватил из рук девушки этот мяч, но бросить не успел. Дог налетел на меня и всей массой свалил на снег. Потом встал передними лапами мне на грудь и попытался отобрать у меня мяч. Я, почему-то, наверное, просто с испуга, мяч этому догу не отдал, а прижал его к телу. Тут вовремя подоспел хозяин собаки, схватил его за ошейник и сдернул дога с меня.
— Все целы? – крикнул он. – Вообще, он не укусит, хоть и без намордника. Умный пес.
— Все! – сказал я, поднимаясь и отряхиваясь от снега. Подскочил мой Круглос:
— Вера! Вы целы?
— Цела. Спасибо вашему другу. Если бы эта псина бросилась на меня — точно умерла б со страху. Я, когда мяч подняла и увидела, как собака вас сбила с ног, то до того испугалась, что забыла про мяч, который в руках держала. А ваш товарищ догадался и вовремя выбил его у меня из рук, вот …
_______
Веру мы проводили вдвоем с другом до самого дома. Пока шли она то и дело бросала на меня искоса взгляды. А я думал, что все пытается спасибо сказать и стесняется. Какая разница! Все равно для нас она недосягаема. У неё парней-то и без нас, наверное, просто хренова туча. Зря Круглос перед ней наизнанку выворачивается …
— Вера! – спросил её Борька, — как же вы теперь свой этюд сделаете, без натурщика?
— Сделаю, как-нибудь. Срисую с кого-либо в интернете или с боевика …
______
Мы с Борькой жили в соседних домах, недалеко друг от друга. Всю дорогу Круглос переживал, что не сделала она его портрет.
— Ничего, — успокаивал я его, — найдут и без тебя кого в Лувре или в Эрмитаже выставить!
— Знаешь, я что думаю? – спросил он у меня в конце нашего пути. – Ты же с Максом Ольховским тоже знаком? Он, похоже, у нас в Микрорайоне всех девчонок красивых знает.
— Знает. Ну и что?
— Давай завтра спросим у него про эту Веру. То да сё … С кем она … В общем, узнать надо. Такие свободными не бывают …
— Все равно, хоть и свободна. К таким, как эта не подступишься.
______
Ольховского мы нашли на другой день. Он уже садился в свою Мазду. Мы поздоровались и в двух словах обрисовали свою ситуацию.
— Так, что за герла, говорите?
— Вера зовут, художница, рисует классно! – сказал я.
— А выглядит – глаз не оторвешь! — добавил Борька. – У нас таких красивых нет и не было никогда.
— А живет в 10-ти этажке на Карла Маркса?
— Да, номер дома не видно было, темно. Спрашивать неудобно.
— Знаю я одну. Это точно она. Верка Темникова –ваще, классная тёлка!
«Классная телка» — это высший эпитет у Макса. Предел красоты, значит.
— Только забудьте вы про неё, о то беды на свои глупые башни натравите.
Друг у неё знаете кто? Это Коля Рачек — финалист первенства России по рукопашному бою, в Туле в этом году. Так что остыньте и скажите спасибо, что не связались с этой Верой …
_______
Борька потом всю неделю вздыхал:
— Нет, не знаю, как ты я все забыть не могу эту Веру. Всю неделю гляжу на свою Надежду, а вижу её с мольбертом …
Через неделю, как-то в конце занятий подошла ко мне Инка Лазарева и выдала:
— Ты слыхал? У нас в Пединституте худграф закрывают. Последний год ребята доучиваются. Вот идиоты, а? Говорят, лучший худграф в стране был. Ту самую огромную настенную роспись в главном холле здания министерства просвещения РСФСР студенты худграфа с нашего МГПИ делали. И это при том, что рядом с Москвой – в Смоленске и Орле такие же факультеты были, но эту ответственную работу доверили лишь нашему худграфу. У меня там сестра училась. Точно видать кому-то в Москве поперек горла студенты наши встали …
— Да, я тоже что-то слышал. Потом в Магнитогорском Металле, помню, про МГПИ писали
А я знаешь, чё к тебе подошла? Сегодня студенты худграфа подарили нашему МГТУ последнюю выставку своих работ. Ребята с пятого курса только что на первом этаже все стенды установили. Я немного глянула. Классные работы. Там у них недавно был конкурс и первое место занял этюд студентки Темниковой Веры. Картинка называется День любви. И время стоит 14.02.2013 г. 00:10 час. А 14 февраля это же День святого Валентина. А мы вечером 13.02. у меня именины справляли. Вы тогда с Круглосом на час раньше нас ушли. Так вот Шурик, самое интересное – на картинке девушка парня в щечку целует. Там ночь, снег хлопьями, фонари горят. А парень уж больно на тебя похож, как будто твой портрет рисовали.
Я сорвался с места и бросился в раздевалку мимо тех самых стендов. И тоже этюд этот успел разглядеть. Значит не зря она в ту ночь на меня взгляды бросала. Запомнить, видно, пыталась.
_______
В МГПИ занятия уже заканчивались. Первая же девчонка, кого я спросил про Темникову, сразу подсказала мне, где сейчас искать последний курс худграфа. Я помчался бегом на второй этаж. Они собирались домой. Вера только что попрощалась с подругой. Увидев меня, удивленно спросила:
— Ты!? Зачем…?
— Да, я! Вот прибежал долг тебе вернуть!
— Какой долг?
— За тот самый поцелуй, что на твоей картине на выставке!
Я обнял её за плечи и долго-долго целовал. Она вначале пыталась чуть-чуть оттолкнуться, но потом прижалась ко мне. А после этого сказала:
— Я знала, чувствовала, что ты меня найдешь! Только, знаешь, что? Прошло уже больше недели. За тот долг проценты наросли …

________________