Двадцать первая волна. Мечта об общей свободе (Глава 12)

Меня доводили до крика иногда люди своей тупостью и покорностью системе манипуляции, построенной на наших псилоцибиновых экспериментах, ведь для меня столько значит моя мечта об общей свободе, и поэтому свойства псилоцибиновых элементов химически и биологически должны быть осознаны, но все мои неприятности личной жизни вытекают причиной в эти Псилоцибиновые грибы Блядь. Я смотрел на пациентку, посетив психиатрическую частную клинику.
— Я тебе ничего не скажу. – кричала она мне истерично, привязанная к койке и изгибалась в вязках.
— Какой у неё дефект? – спросил я врача.
Он спокойно пояснил:
— Гнобила родных. Опасность материальной среды ей кажется в галлюцинациях.
— Да блядь! –кричала она на койке. Когда покидал зону наблюдения за отравленными.
Ну… Это общие слова… Это общий ход моих мыслей… Привязанная к койке женщина плакала нам с врачами вслед.
Я был дома и размышлял над сложившейся ситуацией. Люди заболевали от псилоцибиновых веществ. Я должен был что-то с этим сделать. Моя машина превращалась в ненужный инструмент для распространения химиката, который легко заменить любым химическим агрегатом, распыляющим газ на большие расстояния с содержанием частиц. И мой коллега подтвердил на работе мне мои опасения:
— Таких как ты море. Ты ничего не знаешь. Я больше не прикоснусь к твоим работам! Да для нас хватит до конца твоей жизни тобой сделанного. Столько математики с твоей стороны на нас потрачено, не так ли? Тобой хоть осознаны последствия долгосрочного восприятия?
— Да, блядь!
— Пиздишь! Нет! Ты видел же ту пациентку? Она всё равно вот так делает. – орал он истошно.
Меня уволили и мою машину перевезли в мой гараж, который к счастью был большим. Мои проблемы теперь были иными. Стоит в жизни человека что-то отметить по двадцать первой волне важным для его жизни, и популяция пресекает его развитие за счёт виденного, в форме безвозвратной потери Блядь. Я ревел один дома и не знал, что теперь делать.
На следующий день я обнаружил, что мне по проводке спускают газообразные наркотики. Меня долбанули по башке давлением газа в темя и начали зомбировать. Я почти без сознания добежал до гаража и не смотря на все траты коммуналки врубил машину. Что представлено в этой для меня ситуации мне неведомо и ладно хоть столько у меня оставалось сил мышления на реактиве, что я фокус машины настроил, в итоге мои мысли всё равно были осознаны буквенной символикой человека. Я зазомбировал себя на компенсацию дефекта и ныне не знал, когда умру от шизофрении. Диагностировал я травму у себя как непрерывную сам, так как мне теперь было тяжело ходить. Я знал эту болезнь и даже не боялся её. Но вот убийцы уже ждали у гаража и долбились, а на дворе ночь и дом у меня частный. Соседи далеко. Я заправил в рассеиватель грибы из запасов. Те опьянели и долбились слабее. У меня появился шанс избежать убийство. Это грибы в двадцать первой волне системы нанесли смуту оказавшим безвозвратной для меня милость людей. Я понимал, что теперь моя прежняя жизнь от их травмы подошла к концу. Это я изворачивался в этом колесе, когда вокруг столько возможности жить иначе, но встречающим действительность необходимо старую систему в городе.
Я взял нож и открыл гараж. Один из убийц быстро выбил у меня его из рук, но я схватил его за горло и продавил кость. Другие двое ударили меня в затылок. Но я не мог от травмы отключиться и в агонии будучи от боли даже не помню, как смог разорвать их кожу и мышцы до костей берсеркером. Я просто очнулся и весь в крови осматривал останки выдранных с кожей мышц и даже оторванные конечности, выдавленные пальцами у них глаза. Я даже не сожалел – меня дикая боли и смерть тоже благодаря им настигнут теперь. Я успокоился и быстро собрал всю кровь и останки в большие мешки. Вывез далеко в лес и на открытом поле закопал очень глубоко, выбрав место, где нескоро может быть разрешена стройка. Меня не мучила совесть – они бы просто убили так ещё за деньги. Меня мучали сожаления. Но необходимо идти дальше.
Столько вопросов навалилось разом — как будто грибы после дождя: откуда брать силы, где искать опору, как не потерять себя в череде неудач? Информации вокруг море, но истина прячется где‑то между строк. Я решил: хватит копаться в прошлом — пора смотреть вперёд и учиться на ошибках, а не тонуть в них. Мы не просто наблюдатели, а активные участники, художники своей судьбы. Философы античности утверждали, что истинное знание приобретается через личный опыт и рефлексию. Платон говорил о необходимости исследования феноменов души, рисковал Аристотель изучать природу вещей, выходя за пределы знакомостей. Их философия подчёркивала, что каждый должен совершить свою собственную двадцатую и двадцать первую экспедицию в глубины бытия, чтобы познать себя и окружающий мир.
Стоило мне выйти из дома, оставив позади гараж с машиной для психических манипуляций, как я почувствовал, словно груз спал с плеч. Город, некогда казавшийся таким знакомым и уютным, теперь выглядел чуждым и пустым. Улицы были заполнены шумом машин, гулом кондиционеров и звоном строительных инструментов. Казалось, всё вокруг говорило одно: «Ищи своё место, двигайся дальше».
Здания возвышались над головой, создавая ощущение тесноты и давления. Светофор мерцал красным светом, останавливая поток автомобилей, и в этот момент тишины я услышал голос внутри себя: «Двадцать первая волна уже близко». Это была метафора моего внутреннего путешествия, моей личной экспедиции в глубины собственного сознания.
Решив оставить прошлое позади, я направился прочь от города, навстречу неизвестному. Каждый шаг отдавался эхом в сердце, наполняя меня болью и агонией головного мозга от травмы, но я всё равно шёл вперёд. Я знал, что впереди ждёт нечто большее, чем просто физическое перемещение. Меня ждало путешествие внутрь самого себя, где каждая мысль и чувство станут частью большой картины понимания мира и своего места в нём.
Город остался далеко позади, растворившись в тумане воспоминаний. Теперь передо мной лежала дорога, полная возможностей и открытий. Двигаясь вперёд, я чувствовал, как ветер ласково касается лица, освобождая разум от оков прошлого. Перед глазами открывалась новая перспектива, где каждое мгновение было наполнено смыслом и значением. Эта дорога вела меня туда, куда раньше я боялся ступить, но теперь, осознавая важность личного опыта и рефлексии, я шёл уверенно и смело.
Отрешённый от суеты городских улиц, я покинул дом, отправляясь в путь по бескрайним степям, стремясь обрести утраченную гармонию. Мой первый шаг прозвучал глухо среди широкой равнины, покрытой мягкой травой и колышущимися полевыми цветами. Шаги становились тише, постепенно сливаясь с ритмом ветра, дующего свободно и спокойно. Небо раскинулось бесконечно высоко, позволяя Солнцу согревать моё лицо нежным теплом, и воздух наполнялся ароматами травы и свободы.
За спиной осталась машина для психических манипуляций, оставленная в гараже. Она больше не имела власти надо мной. Теперь мои мысли принадлежали только мне самому, и моя душа жаждала новых впечатлений и открытий. Каждое движение тела сопровождалось глубокими вдохами свежего воздуха, восстанавливающего жизненную энергию и очищающего сознание.
Моя экспедиция проходила вдали от цивилизации, там, где природа диктовала правила существования. Иногда приходилось устраивать ночлег под открытым небом, укрывшись лишь одеялом и слушая завывание ветра ночью. Сон приходил легко, ибо усталость становилась моим другом, дающим отдых телу и душе. Утром просыпался освежённым, готовый идти дальше.
Поиски пищи стали важной частью моих приключений. Мне пришлось научиться распознавать съедобные растения и ягоды, ловить рыбу в речках и ручьях, протекающих через степи. Этот процесс стал ещё одним уроком выживания, раскрывающим глубинные знания предков, живших в гармонии с природой много веков назад.
Каждый новый день приносил новые открытия и испытания. Но я понял главное: важно двигаться вперёд, преодолевая трудности и учась на собственных ошибках. Именно так обретается мудрость, которую невозможно купить или украсть — её можно только пережить лично. Подобно героям русской истории, совершавшим великие походы и завоевания, я искал свою дорогу, полагаясь на внутренний компас и силу духа.
Подобно философам древности, исследовавшим душу и природу вещей, я стремился выйти за пределы привычных знакомостей, познавая мир глубже и шире. Моя экспедиция стала символом поиска истины, которая скрывается не в книгах и знаниях, полученных извне, а в личном опыте и внутреннем мире каждого человека. Дорога продолжалась, и я верил, что рано или поздно найду ответы на свои вопросы, ощутив единение с миром природы и своим внутренним «я».
Здесь же, посреди необозримых просторов, я слышал тихий шелест травы под ногами, лёгкий свист ветра, смешанный с отдалёнными звуками проезжающих поездов и самолётов, едва различимых среди бесконечной широты пространства. Эти звуки служили фоном моему путешествию, напоминая о связи времен и поколений, связывая мой путь с историей России, где дух первопроходцев и исследователей всегда жил в сердцах людей, готовых выйти за рамки знакомых дорог и обыденной для меня знакомости, чтобы раскрыть тайны собственной души и вселенной вокруг.
Подобно русским землепроходцам, отважившимся покорять неизведанные земли Сибири и Дальнего Востока, я рисковал отправиться в собственное внутреннее путешествие, став художником своей судьбы, творцом своей истории. Путешествие это стало похожим на путь первых русских исследователей, изучавших таинственные феномены природы и культуры, расширяя границы познания и укрепляя связь с вечностью. Моя двадцать первая попытка создать абсолютный предсказательный механизм была не просто ошибкой, а необходимым уроком.
Двадцать первая ночь принесла эффект, которого я не ожидал: поднявшись над прошлым, я нашел время спокойно взглянуть вперед и сделать первый шаг к переменам. Я продолжил путь по степи поздним вечером в поисках ближайшего леса, вдохнув свежий ночной воздух. Звезды ярко мерцали на небе, словно приглашая к чему-то большему. Медленно прогуливаясь по пустынным улицам, я поднял голову вверх и заметил луну, светящую мягким светом. Эта прогулка помогла мне подняться над повседневными заботами и сомнениями, подняв глаза к небу, я снова поверил в свои силы и мечты. Поднимал взгляд вновь и вновь, стараясь запомнить каждую деталь ночи, которая подарила мне новый старт. Продолжая путь, я натолкнулся на небольшую реку, чьи воды мягко журчали в темноте. Останавливаюсь возле берега, смотрю на отражение луны в воде, ощущаю спокойствие и уверенность, которую даёт природа. Стоя у реки, я чувствую глубокий эффект, который произвела на меня та самая ночь. Она позволила мне пересмотреть взгляды на прошлое и будущее, принять ошибки и уверенно идти дальше. Медленно присел на камень рядом с водой, закрыв глаза и впитывая звуки природы. Тишина вечера успокаивала душу, давая надежду на новую жизнь, полную ярких моментов и побед. След этого эффекта сохранится навсегда, напоминая о силе веры в себя и стремлении к лучшему будущему. Оно заведомо показало мне, что даже самые изощренные алгоритмы бессильны перед лицом живой, дышащей реальности. Это вообще интригует. Столько человека я читал вопрос. Человека, как олицетворения всех людей. Столько материала психической символики Выращивал Блядь. Столько восприятия должно вследствие моих усилий проявляться у человека. И ничего подобного. Столько по утрам решается развитие людей в тесноте их биологической конкуренции. Я помню, как старый профессор исторического факультета университета, где я учился, мой наставник по выпускной квалификационной работе, однажды показал мне древний свиток. Философия Сократа призывает нас к исследованию собственной души, считая это важнейшей задачей человеческого существования. Подобно тому, как ученики записывали его рассуждения, мы можем отметить значимые моменты нашей жизни, ведущие к самосовершенствованию. Наша личность состоит из множества областей, каждая из которых требует внимания и изучения. Только поняв себя, мы сможем построить гармоничную и полноценную жизнь. Двадцать первая страница дневника должна содержать запись о нашем внутреннем поиске, обозначающем точку отсчета для дальнейшего пути к счастью и благополучию. Я сидел на берегу озера ранним утром, записывая свои мысли в старый кожаный дневник. Солнечные лучи нежно касаются поверхности воды, создавая игру света и тени. Я был погружен в воспоминания детства, вспоминая, как впервые осознал свою индивидуальность и стремление к поиску смысла жизни. Рядом лежит книга древнего философа, страницы которой перелистываются легким ветерком. Записи в дневнике становятся частью моего духовного наследия, напоминая о пройденном пути и целях, к которым стремится моя душа. Каждая строчка отражает личные достижения и поражения, оставляя следы для будущего поколения, желающих исследовать глубины собственного сознания.
Философия учит нас видеть реальность глубже поверхностных явлений. Это важно для любого человека. Человек — существо сложное, и его внутренний мир подобен густому лесу, где растут грибы истины, от которых он триповал. Иногда, как в стародавние времена, человек триповал в таинственных лесах, исследуя собственное бессознательное, открывая забытые тропинки своей души. Столько раз человечество пыталось разгадать секреты подсознания, изучая сновидения, мифологию и символы. Важно помнить, что поиск ответов — это не бегство от реальности, а возвращение к себе настоящему, свободному от иллюзий и страхов.
Я снова вспоминал профессора: он рассказывал, что они достигли такого уровня предвидения, что могли видеть все возможные варианты будущего. Каждый рассвет приносил новые испытания, напоминая о неизбежности перемен и необходимости адаптации. Философия древних времен учила жить настоящим моментом, сосредотачиваясь на действии, а не на сожалениях о прошлом.
Столько раз философы искали способы управления жизнью, применяя разные приемы для достижения внутренней гармонии. Но в конечном счете важно помнить, что никакая техника не заменит искреннего желания изменить ситуацию. Если вопросы похожи на грибы, прорывающиеся сквозь толщу сомнений, то ответственность за принятие решений остается на плечах человека. Даже блядь, столкнувшись с неудачей, важно сохранять веру в себя и продолжать поиски путей к успеху. Но, как оказалось, это стало моей погибелью.
Степь сурова и равнодушна ко всему человеческому, она учит смирению и терпению. Идти по ней нелегко, особенно когда солнце палит беспощадно, а вода закончилась ещё накануне. Я вспомнил, сколько раз мечтал встретить мудрого наставника, который откроет мне путь, но хранителя пришлось придумать самому. Но вот пришла усталость, ноги отказывались слушаться, жажда и голод грызли изнутри. Здесь я понял, что хранить и защищать себя может только сам человек. Никто не придёт на помощь, если не сможешь справиться с болью и страхом. Столько раз я представлял себе хранителя, но теперь вижу, что единственным хранителем является собственная воля и решительность.
Я остановился посреди бескрайней равнины, осмотрелся вокруг и почувствовал, как земля под ногами слегка дрожит от жары. Ветер принес запах полыни, напомнивший о детстве и свободе. Перед глазами предстал образ старого учителя, который рассказывал о стойкости духа и силе воли. Я улыбнулся, вспомнив, как много раз придумывал себе защитника, способного защитить от невзгод. Но теперь понял, что защитник — это я сам, и именно от меня зависит, выдержу ли испытание или сломаюсь.
Пришёл вечер, опустились сумерки, звезды зажглись на чёрном полотне неба. Сидя у небольшого костра, я пил чай, приготовленный на травах, и смотрел вдаль, думая о будущем. Придумывал образы спасителей и защитников, но теперь осознал простую истину: спасение приходит изнутри, и только сильный духом сможет выдержать любые жизненные бури. Всё же нелегко быть человеком.
Столько образов хранителя я придумывал в голове — то наставника, то ангела‑хранителя, то магическую силу. Но человек должен научиться быть опорой самому себе. Когда иллюзии рухнули, я наконец увидел правду: моя сила — в принятии неопределённости. Я перестал действовать, потому что любое действие казалось мне предопределенным, лишенным смысла.
Двадцать первая ночь похода оказалась испытанием. Я шёл по сухой степи, утопая в песке, сражаясь с жарой и усталостью. Мой разум изворачивался, пытаясь избежать неудобных мыслей, но реальность оставалась неумолимой: дорога вела только вперёд, и возврата не было. Фотографию старого друга, найденную в кармане куртки, я рассматривал долго, пытаясь вспомнить его советы и мудрость. Люди всегда ищут защиты и поддержки, создают воображаемых помощников, чтобы облегчить груз ответственности. Человечество тысячелетиями изобретало боги и героев, но, в конце концов, единственное надёжное убежище — это наша внутренняя сила и готовность к борьбе. Я сидел у костра, уставший и измотанный долгим днём пути. Огонь потрескивал, согревая тело и душу. Ночь окутывала степь плотной тьмой, лишь редкие звёзды сверкали наверху. Вдруг рука коснулась фотографии в кармане куртки — это был снимок старого друга, оставленного мне на память.
Я посмотрел на огонь и подумал о судьбе человечества. Сколько раз мы пытались создать иллюзию защищённости, строить воздушные замки надежд и верить в чудеса. Но правда проста: каждый из нас несёт ответственность за свою судьбу. Никакие боги и герои не придут на помощь, если мы сами не сделаем шаг вперёд. Лишь вера в себя и твёрдость характера помогают выжить в самых тяжёлых условиях.
Двадцать первая ночь в степи стала особенной. Я шел долго, борясь с ветром и песком, заблудившийся и потерянный. Моя задача состояла в том, чтобы найти путь домой, но я обнаружил нечто большее — внутреннюю силу, которую раньше игнорировал. За годы странствий я прочитал немало книг по психологии и философии, изучал труды учёных и мудрецов. Науки говорили о силе воли и самоконтроле, но только в пустыне я понял, что никакой учитель не заменит личного опыта. Нужно самому прожить свою историю, научиться справляться с проблемами и развивать стойкость. Только преодолев одиночество и хаос, человек становится зрелым и самостоятельным. Вот почему древние философы считали, что подлинная мудрость приходит через страдания и испытания. Стояла глубокая ночь, луна сияла ярко, освещая песчаные дюны. Я сел отдохнуть, прислонившись спиной к одинокому камню, и достал старый потертый дневник, исписанный цитатами из книг, которые я читал в молодости. Листая страницы, я вспоминал слова великих философов и психологов, размышлял о вечных проблемах человека.
Читал я и задумывался: действительно ли знание из книг способно заменить реальный опыт? Или же жизнь сама диктует правила игры, а книжные рекомендации лишь подтверждают то, что мы уже знаем сердцем?
Наконец, отложив дневник, я поднялся и пошел дальше, чувствуя, как внутренняя сила постепенно возвращается. Эта ночь стала поворотным моментом, когда я осознал ценность личной борьбы и самостоятельного выбора.
Устремившись через очередное степное, полное длинной травы, пространство, я вспоминал свою былую организацию, увольнение из которой вынудило меня бежать из города, так как они бы так и посылали мне убийц или доводителей до сумасшествия. Их жизнь ныне вероятно превратилась в пассивное наблюдение за разворачивающимся сценарием, и скоро реальность преподнесёт им нечто совершенно неожиданное, и они окажутся к этому не готовы.
Настоящее обучение начинается там, где заканчиваются иллюзии. Я усвоил урок: создание иллюзорных хранителей — это побег от реальности, отвлекающий от настоящего роста. Настоящая сила — в понимании, что ответ всегда внутри нас, и только через осознанность и принятие ответственности мы можем реализовать свой потенциал.
Психическое здоровье — это баланс между сознанием и бессознательным, умение распознавать знаки и сигналы, которые посылает нам наше внутреннее «я». Сознательно принимая решения, мы развиваем личную волю и укрепляем связь с реальным миром.
Человек, полагающийся на фантазию, утрачивает контакт с настоящей жизнью. Иллюзии не сравнятся с живым опытом, который дарит реальные ощущения и эмоции. Только приняв этот принцип, можно обрести свободу и независимость от ложных ориентиров.
Я предугадать все свои будущие приключения и просто шёл по степи дальше, делая привалы в деревнях, чтобы на подработках там пополнить запасы качественной еды. Воспроизведения информации по ним становятся всё более узнаваемыми мной с каждым новым опытом. В одной из деревень пасший коров старичок сказал мне: «Просто живи, дыши полной грудью, и будь готов к тому, что жизнь всегда преподнесет тебе что-то больше, чем ты мог себе представить». Сегодня продолжается мой путь по степи. Города на пути мне не встречались, но встречались скитающиеся по похожей причине из деревни в деревню знаковые математики, лишённые рабочих мест из-за цифровизации в стране. Расчёты автоматизированы, и они стали не нужны наряду с программистами. Знаковые математики помогают понять, что именно изучение совершаемых шагов ведёт к устойчивому результату и это крайне важно. Истинная магия жизни заключается в ее непредсказуемости. Земля под ногами мягкая, покрытая густой травой, словно ковёр, расстелённый специально для меня. Не сравнимое в обычных состояниях озарение приходит тогда, когда я открыт новому и связан с процессом целиком. Это не значит, что нужно полностью отказаться от планирования. Нет, конечно. Но важно понимать, что план – это лишь ориентир, а не жесткая колея, по которой ты обязан двигаться. Он должен быть гибким, способным адаптироваться к меняющимся обстоятельствам, как парус, который ловит ветер, но при этом позволяет кораблю маневрировать. Мой наставник, этот мудрый хранитель, часто повторял: «Лучший план – это тот, который ты готов изменить в любой момент». И я, после многих лет проб и ошибок, наконец-то осознал глубину этой простой истины. Солнце поднимается медленно, окрашивая горизонт нежными красками рассвета. Человеческие приёмы я использую только проверенные временем, так как они остаются узнаваемыми даже в меняющемся мире. Я вспоминаю, как однажды, в поисках новых знаний о свойствах времени и пространства, я отправился в отдаленные уголки этих степей. Настоящее «пиздец» — это осознание масштаба того, что я уже видел, и понимание, насколько это изменило меня, понимание ранее виденного психически. Моё сердце наполняется радостью, предвкушая предстоящие приключения. Но даже в таких условиях постижения самое загадочное существо природы – это женщина. Психическое сознание её действий проясняется, когда совершаемые шаги основаны на честности перед собой. Это основа сохранения оптимального психического равновесия, если ты женат, чтобы держалось ровно сознание при концентрации контроля совершаемых действий. Сознательная память её уроков должна быть осознана, чтобы не повторять ошибок. Сознательным её поступком по памяти все действия были осознаны. Часы дороги пролетели быстро. И вот я сбился с ориентира и заплутал. Должна была быть деревня, а на месте лес стоит. Вместо того чтобы паниковать и пытаться следовать первоначальному плану, я доверился интуиции, позволил себе отклониться от запланированного пути. Бессознательные реакции постепенно становятся осознаны в условиях движения действительности, если ты внимательно наблюдаешь за ней. Местность казалась незнакомой, но я ловил себя на мысли, что некоторые пейзажи напоминают мне рассказы дедушки, поведавшего о древних обычаях наших предков. Однако вскоре я столкнулся с настоящей опасностью. Когда солнце начало садиться, тени удлинились, и пространство вокруг приобрело загадочный оттенок. Становилось прохладнее, и вдруг я заметил, что земля под ногами начала немного колебаться. Сначала я подумал, что это игра воображения, вызванная усталостью и тревогой, но вскоре увидел странные следы, ведущие вглубь степи. Крупная опасность, которую я однажды пережил, осталась в памяти как самое запомнившееся предупреждение. Эта атмосфера вызывала у меня дежавю. И именно это отклонение привело меня к открытию, которое перевернуло все мои представления о вселенной. Следуя инстинкту самосохранения, я остановился и прислушался. Где-то неподалеку раздался негромкий треск ветвей, а потом послышался приглушенный ропот голосов. Сердце забилось быстрее, адреналин начал пульсировать в венах. Меня возвращала к реальности ломка по телевизору. Бессознательным ТНТ не подменить реальность — важно, чтобы то, что я видел, стало частью моего понимания виденного. Я осторожно двинулся вперед, стараясь ступать тихо и незаметно. Вскоре я оказался на краю небольшого оврага, откуда отчетливо слышались голоса. Жирные приёмы, которые работают, со временем становятся мне всё более узнаваемыми. Я и сам жирный. Пока путешествую даже похудел. Оказалось, что группа местных жителей проводила какой-то ритуал. Они стояли в кругу, держа факелы, и произносили древние заклинания на непонятном языке. Среди них выделялся пожилой мужчина с длинной седой бородой, который держал в руках древнюю книгу. Я замер на месте, понимая, что вторжение в их церемонию может привести к непредсказуемым последствиям. Настоящее начало хранителя во мне — это способность принимать решения, которые уже осознаны и выверены. Я, наблюдая за ритуалом деревенских, понимал в чём их падение. Сравнимое в разных восприятиях помогает мне понять, какие именно действия были совершаемы не зря. Сравнимое в условиях же восприятия только моего «я» даёт понимание мной совершаемых действий. Пожилой мужчина показывал множество возможных путей, оставляя выбор за остальными участками ритуала. Это было не предсказание, а скорее карта потенциалов. Меня начинало от них зомбировать и плюс моя травма, оставленная убийцами. Выбрав подходящий момент, я медленно отступил обратно в заросли кустарника, стараясь оставаться незамеченным. Психических реакций и степени их знакомости порой достаточно, чтобы понять, чем оказанное влияние запомнится надолго. Спасибо всем оказавшим аналитическое мне ещё в период работы обслуживание. Именно тогда я понял, что истинная безопасность заключается не в знании всех будущих событий, а в способности адаптироваться к ним, в готовности к неожиданностям. В этом и заключается настоящая деятельность, а не в пассивном ожидании предначертанного. Мы не можем контролировать все, что происходит вокруг нас, но мы можем контролировать свою реакцию на это. И это, пожалуй, самое важное свойство, которое мы можем развить в себе. Только спустя некоторое время, убедившись, что опасности миновали, я продолжил свое путешествие, чувствуя облегчение и одновременно восхищение перед древней культурой и традициями, сохранившимися вопреки времени. Казалось, я возвращаюсь к истокам, идя по стопам легендарных воинов и охотников. Материалистических доказательств мало — важнее влияние, которое всё запомнившееся направляет на мой выбор. К обеду следующего дня местность изменилась. Зрительные образы прошлого стимулируют развитие, если они остаются в памяти как запомнившееся. Развития генетических веток людей всегда будет разным. Зелень отступила, оставив голую землю, покрытую редкими кустарниками. Ветер, вечный странник степей, трепал полы моей поношенной одежды, унося вдаль обрывки мыслей, что роились в голове. Психическое начало всего — в понимании, какие шаги действительно совершаемы мной с полной ответственностью. Все для людей состоит из совершаемых ими действий. Город остался позади, лишь смутным воспоминанием, окутанным дымкой пыли и предательства. Знаковые свойства решений проявляются тогда, когда их последствия становятся узнаваемыми спустя время. Теперь моим домом стала бескрайняя степь, ее горизонты, что манили и пугали одновременно. Крупная оценка мне нужна, чтобы понять, какие связи были действительно связаны с моим ростом. Оценку для меня дать было непросто для связанных с моим ростом процессов психики. Это равносильно выворачиванию себя наизнанку. Я, некогда инженер чужих мыслей, кукловод невидимых нитей, теперь сам был марионеткой в руках судьбы, гонимый ветром и собственными демонами. Крупные возможности открываются тем, кто остаётся встречающим каждое испытание с открытым сердцем. Те истины и встречающим действительность актуальны. Травма, нанесенная теми, кто должен был стать моими палачами, оставила не только шрам на виске, но и глубокую трещину в сознании. Образы психического, рожденные опытами, по ним становятся осознаны — и именно это даёт мне силу идти дальше.
Чувствовал себя немного растерянным, но тут заметил небольшой холмик. Я бежал на восток — туда, где степь сливается с небом, а ветер шепчет древние тайны, неведомые городским мудрецам. Мир вокруг меня стал зыбким, реальность переплеталась с призраками прошлого, а голоса, некогда управлявшие массами, теперь шептали ему одному, искажая восприятие. Знаковые математики для меня — это эталон совершаемых великих дел. О них я думал, однако, совсем не долго. Лошадь, добытая не то обменом, не то хитростью у какого‑то кочевника, несла меня прочь от проклятого города, где вместо науки — интриги, вместо открытий — доносы, а вместо коллег — шакалы в сюртуках. Я спешился. Решил подойти ближе и осмотреться. Я был шизофреником, но не безумцем. В кармане трепетали листы с расчётами — последние крохи моей работы над машиной контроля поведения социальных масс. Оказалось, это старая могильная насыпь, украшенная остатками деревянного креста. В глубине моей души теплилась искра разума, стремление понять, что есть истина, а что – лишь игра моего больного воображения. Я понимал: если эти чертежи попадут не в те руки, они станут оружием страшнее пушек. Сердце сжалось от волнения — впервые соприкоснулся с исторической памятью края. Да и взглянув на чертежи, я испытывал не меньший восторг от собственного труда. Я даже сомневался в том, смогу ли снова такое провернуть. Мой путь был полон опасностей. Потому и жёг часть записей на привалах, запоминая главное, а остальное доверяя памяти — той самой, что не подведёт, пока в груди бьётся сердце. Вечером устроился на ночлег около небольшого родничка. Вода чистая, холодная, освежающая. Вспоминая рассказы отца, провёл рукой по гладкому камню и почувствовал тепло, исходящее от него. Простая вещь, обычный камень, но он сохранил энергию времён, прошедших столетий. Степь учила простоте. Утром — роса на траве и холодный чай из фляги. Днём — солнце, выжигающее сомнения. Вечером — костёр и звёзды, которые, казалось, слушали мои бормотания о волновых резонансах и психологии толпы. Я раскладывал на земле камешки, выстраивая схемы: вот так работает внушение, вот так — страх, а вот тут, на стыке частот, рождается воля к действию. Не только дикие звери и суровый климат степи угрожали мне. Ночи были долгими. Я доставал блокнот — тот самый, с двадцатью одной задачей — и вписывал двадцать вторую: «Выжить». Рядом — расчёты дозировок хинина против лихорадки, горсть сушёных трав от кашля, щепотка соли для сил. Наука здесь, в глуши, превращалась в ремесло: не формулы на доске, а пульс на запястье, не графики — а цвет неба перед бурей. Просыпаюсь рано, едва заметив первые лучи солнца. Тени прошлого, посланные моим бывшим коллегой, не оставляли меня в покое. Встречные путники косились на меня: чудак в потрёпанном пальто, что бормочет о «резонансных полях» и рисует пальцем круги на песке. Но кое‑кто прислушивался. Старик-чабан однажды сказал: «Ты говоришь, как шаман, только с цифрами». И правда — я объяснял, как ритм копыт табуна задаёт направление всей степи, как песня у костра сплачивает людей, как даже молчание может вести за собой. Это и была моя машина — не из шестерёнок, а из живых связей. Легкий туман стелется по земле, придавая пейзажу загадочность и волшебство. Тени моего прошлого веяли повсюду, в шелесте травы, в крике хищной птицы, в каждом незнакомце, что встречался на его пути. Однажды на рассвете я встал, глядя на горизонт, где алое солнце поднималось над ковылём. В голове щёлкнуло: я искал рычаги управления толпой, а ответ был в каждом шаге, в каждом вдохе. Не нужно подчинять — нужно вести. Не нужно пугать — нужно вдохновлять. Не нужно формул — нужно действовать. Сегодня я намерен изучить окрестности подробнее. Я научился жить на грани, доверять интуиции, которая, несмотря на болезнь, оставалась моим верным проводником. Понятно, что не в иллюзиях сила, а в реальных шагах, которые я предпринимаю здесь и сейчас.
Однажды, на закате, когда небо окрасилось в багровые тона, я столкнулся с ними лицом к лицу. Шагая вдоль невысоких холмов, замечаю остатки старой тропы. Сворачиваю быстро туда – их трое