Амур

— Ave! Мысле-почту вчерашнюю проверял? Я там для тебя парочку новых сообщений оставлял касательно нашей парочки и временно-пространственных координат для их потенциальной встречи.

— Так точно, товарищ сержант, проверял. Только вы же знаете, что у меня ещё мало опыта, боюсь промахнуться. А что бывает с людьми в случаях, когда ты промахиваешься, нам в Академии ещё не успели рассказать, только общий вводный инструктаж дали по технике безопасности при работе с луком.

— Ну, это смотря как промахнуться, — с улыбкой ответил своему кадету его нынешний куратор. — Можно ведь так промахнуться, что всю жизнь потом пристрелянных жалеть будешь, а они тебя и словом или мыслью какой ласковой и не вспомнят ни единожды. Вот, к примеру, ежели ты вместо сердца попадёшь им своей стрелой в голову, то уважать друг друга они будут гарантированно — а вот чтобы, как у нас говорится, пройти вместе через огонь, воду и иерихонские трубы — это вряд ли. Если попадёшь в район живота, то любить они будут всенепременно — но не друг друга, а каждый свой собственный холодильник, особенно по ночам, особенно после шести часов вечера. А ежели тебя угораздит попасть, в общем, ещё ниже, чем у них живот расположен — то пламя страсти в их отношениях будет такое, что живьём сгореть можно, а вот тёплого огонька любви не будет никогда. А наша задача — дарить им именно любовь. Так что тренируйся на фантомах и не промахивайся!» — с этими словами названный сержантом мужчина с белыми крыльями и золотистым пером на голове одобрительно похлопал своего напарника в новой, данной им свыше миссии, и встал рядом с ним у стрелковой бойницы крепости, с улыбкой наблюдая, как где-то внизу под ними проплывают кучеряво-розовые утренние облака.

— Спасибо за разъяснения, товарищ сержант. Обязательно учту на тренировках!

— И когда тетиву лука натягивать будешь, крылья назад отводи, чтобы натяжение сильнее получалось, а импульс Амура превышал при попадании сто духовных единиц. Если получится меньше сотни — могут мимо друг друга пройти как ни в чём не бывало, и вряд ли у них что уже после этого будет. А если больше сотни — то всегда срабатывает, опытом проверено.

— Товарищ сержант, а почему именно на автобусной остановке? Ну, вы мне в мыслепочте вчера писали. Я, конечно же, ему сегодня путь туда проложил, с коллегами договорился, время рассчитал, парочку нужных мыслей закинул, даже сон об этой встрече показал. Но вот одного я не пойму — почему там, а не в соседнем парке, он же совсем рядышком расположен, да и народу меньше, им бы удобнее общаться друг с дружкой было бы потом.

— А это, малец, уже не моя воля была — а та, что свыше. Слишком мал я ещё такие задачи, как управление судьбами, решать! — рассмеялся сержант. — Мне из Отдела Контроля Судеб информацию спустили, когда на задание назначали. А там, сам знаешь, ребята серьёзные работают, и всё у них заранее просчитано и выверено бывает. Это вас, мальцов, всему учить надо — даже тому, как лук держать так, чтобы слёзы из глаз не брызгали. Ну что, показать тебе на фантоме, как в сердце людей попадать надо, чтобы душа их потом пела от счастья?

— Так точно, товарищ сержант, продемонстрируйте!

— Ну, малец, гляди в оба! — ответил кадету опытный Ангел-куратор, снимая с пояса свой лук. — Видишь вон на том облаке созданные мной фантомы двух людей? А теперь как р-р-р-р-а-з! — и звонко запевшая в небе стрела аккуратно пронзила сердца сразу двух стоящих друг за другом мишеней.

— Ничего себе! — поражённо воскликнул кадет. — Два в одном! Импульс Амура в две тысячи духовных единиц!

— Учись, малец! Только так их и можно вдвоём за раз уложить! — весело хохотнул сержант.

* * *

Сегодня — если такое понятие может быть применимо к мирам, где время идёт совершенно нелинейно — в Академии было необычайно оживлённо. Ещё бы! Первый духовно-боевой опыт — это вам не шутки, особенно если на твоих крыльях висит груз ответственности за вверенную тебе парочку будущих влюблённых.

Ангелы-кадеты, которым сегодня предстоял первый настоящий боевой опыт, аккуратно парили над землёй, держа в своих руках золотистого цвета луки. Луки эти вместе с выкованными для них стрелами были хорошо известным изобретением легендарного инженера Амура, вот уже много эонов как с отличием закончившего Ангельскую Военную Академию, а их самым ценным свойством была способность разить людей насмерть — в том смысле, что после прямого попадания этих стрел в людские сердца в них постепенно умирали все негативные, созданные демоническими оппонентами Ангелов, чувства, повинуясь властному зову заживо рождённой искренней любви. Собственно, именно по имени своего изобретателя многие из людей обычно и называли этих мастеров лука и стрел, хоть это и было неправильно, ведь каждый из них носил своё уникальное, дарованное свыше и трудно произносимое на привычном для людей языке имя.

Академия эта была хорошо известна в Семи Мирах. Напоминающая неприступную крепость, парящую в воздухе над застилающими небо облаками, она была домом для лучших военных инженеров и кузницей бойцов высочайшего класса — а одним из классов таких бойцов как раз и были названные так людьми Ангелы-Амуры.

— Равняйся! Смирно! По ширине крыла, в воздухе рядом друг с другом, над землёй становись! — раздавал команды прибывшим на стрельбу кадетам пожилой, повидавший в битвах с демонами и лишённый ими половины крыла полковник, шагая по созданному из светящихся камней плацу. — Для тренировочных стрельб по парам рассчитаться! К бойницам разойтись!

Полковник ходил взад и вперёд от одной бойницы к другой, проверяя боеготовность своих будущих солдат и время от времени поправляя их боевую стойку, отвод крыльев, правильность выбранных целей, натяжение стрел и множество других крайне важных аспектов в жизни каждого настоящего Амура.

— Все готовы? — наконец спросил он.

— Так точно, товарищ полковник! — ангельским хором ответили ему сотни стоящих возле бойниц замка лучников.

— Огонь!

30.08.2017