Вероятность

Молодой подающий надежды Ангел ходил по крыше девятиэтажки и считал пролетающих над ним голубей, щурясь на полуденном зимнем солнце. Несмотря на полный иммунитет к природному холоду, крылья его время от времени слегка подрагивали, а глаза то и дело сужались, точно он пытался где-то там, вдали городских улиц, разглядеть знакомое ему с рождения лицо. Не с рождения Ангела, конечно — ибо они, бессмертные, давно не ведут счёт своим иномировым годам — а с рождения на Земле вверенной ему человеческой души.

Ангел действительно слегка дрожал — но не от холода, как мог бы подумать какой-нибудь случайный прохожий, ненароком взглянувший в этот момент в небо и узревший его слегка видимый в лучах солнца силуэт — а от собственного волнения. Да-да, даже ангелам было свойственно волноваться — особенно в день прохождения своего испытания, определяющего их дальнейшую небесную судьбу! Вот и пытался он хоть как-то отвлечься от этого разлившегося в его крыльях волнительного ощущения, следя между делом за пролетающими небесными птицами.

Птицы, надо отдать им должное, хорошо чувствовали присутствие своего собрата по небу, но как и люди не могли увидеть его обычным, невооружённым должным вниманием и сосредоточенностью взглядом, и потому аккуратно порхали над ним, не опускаясь слишком уж низко. Ну, а вечно спешащие по своим, разумеется, крайне важным делам люди даже и не думали поднимать головы вверх и всматриваться в небесную синеву — и потому-то наш Ангел совершенно не боялся быть ими обнаруженным. Собственно говоря, ему был по-настоящему интересен только один человек, которого он хранил и оберегал с самого её рождения, и девушка эта должна была появиться на перекрёстке двух дорог с минуты на минуту.

«Только бы её не задержали!» — мысленно уповал на ещё более высшие силы Ангел. «А то ведь пройдёт мимо — и поминай как звали. И ни тебе долгожданной встречи, ни счастливых свиданий, ни дружной семьи… Как же всё-таки важно порой оказаться в нужном месте и в нужное время…» — размышлял он, аккуратно, словно кошка и совершенно без страха падения, ходя взад и вперёд по скользкому заледенелому карнизу.

Все мыслимые и замысленные приготовления уже были сделаны. Сны, советы, предчувствия, договорённости со своим коллегой, даже нужные тёплые и подбадривающие душу мысли, которые он нашёптывал ей время от времени… И всё же крылья Ангела дрожали, и он никак не мог найти себе успокоения. И всё же он не терял надежды, а любовь к своему создателю и людям жила в нём с самого момента его сотворения.

В этот день ему специально пришлось ненадолго отлучиться, чтобы успеть завершить все требуемые приготовления. Ангел очень хотел, чтобы всё получилось. Вот только свободная воля людей — такая капризная штука…

И потому-то Ангел то и дело пытался ещё и ещё раз мысленно просчитать доступные ему для вычисления вероятности различных событий и множества их комбинаций, включая финальную вероятность встречи двух будущих возлюбленных. Как ни лети, а высшая математика — это совсем не то, что учат студенты начальных курсов.

Светящиеся в лучиках солнца снежинки всё падали и падали Ангелу на его ещё более белоснежные крылья, Земля продолжала свой вечный ход в космическом пространстве, а девушки всё так и не было видно.

«Не случилось ли с ней чего?» — раз за разом мысленно вопрошал себя Ангел, но сердце и чувства раз за разом же говорили ему о том, что в этом плане беспокоиться не о чём.

Его напарник — Хранитель, приставленный к молодому человеку, с которым-то и должна была сегодня встретиться девушка — тоже куда-то запропастился. Точь в снег с головой канул. Вот и пойди найди белокрылого ангела в белом же снегу! И почему же всё-таки сегодня так холодно?

Продолжая вышагивать взад и вперёд по крыше дома и время от времени смахивать прилипавший к крыльям снежок, Ангел-Хранитель девушки так и не успел заметить, как в один прекрасный момент позади него в ослепительной световой вспышке материализовался его небесный напарник.

— Мороз и солнце… день… чудесный! — проговорил он, склонившись лицом вниз и всё ещё пытаясь отдышаться после долгого и по всей видимости очень быстрокрылого полёта.

— Ну наконец-то! А то я уж думаю — на каком же небе ты запропастился? Заждался уже тебя. Всех голубей за последние полчаса пересчитал — ровно сто двадцать одна птица получилась! Ты как там — устал?

— Ты не поверишь… — всё ещё пытаясь отдышаться, проговорил его напарник. На седьмом небе я был, в буквальном смысле. На аудиенции… у самого Верховного.

— У Верховного? — глаза Ангела-Хранителя девушки расширились от удивления, а крылья самопроизвольно затрепетали от волнения. — Ну и ну! Нас же туда вообще практически не допускают. Только в исключительных случаях.

— Ну вот… допустили… в рамках плана. Где там… твоя пассия? Ещё не появлялась?

— Ещё не по…

— Вот она, внизу идёт. Наконец-то! — и зоркий напарник указал крылом на один из тротуаров.

— А твой где? Сейчас же она пройдёт мимо — и поминай как звали! Все приготовления — пегасу под крыло, а вероятности — в ноль.

— За углом он уже. Видишь, в-о-о-н там? Ну что, готов? Снега в крылья набрал, мысленно прокричать «стой!» приготовился? Действуем строго по команде свыше!

— По какой ещё команде? Мы же только с тобой этот план и обсуждали!

— Смешной ты, всё о вероятностях беспокоишься. Я же тебе только что втолковывал — на аудиенции я был, планы обсуждали. Знаешь, какая у них вероятность встретиться друг с другом сегодня, дружище?

— Какая? Неужели не встретятся после всего того, что между ними было в их прошлом рождении?

— Неизбежность, вот какая! — засмеялся Ангел-Хранитель молодого человека и ободряюще похлопал своего напарника по крылу. — Ну, на счёт «три» — снегом с крыши пли!

08.02.2020