Я теряю память (Глава 1)

На выходе из метро меня окликнули.
Я обернулся.
Сидящая на скамейке у фонтана рыжеволосая девушка в белой блузке помахала рукой:
– Привет, Василий!
Незнакомка с зелеными глазами улыбалась так, будто мы с ней были близки.
– А разве мы знакомы? – я стоял и смотрел на нее.
– Не узнаешь?
Ее улыбка мне ничего не говорила.
Я подошел и сел рядом.
– Так и не вспомнил?– она прикоснулась к моему плечу.
– Нет, – сухо ответил я.
– Форос, июль девяносто пятого, Василий!
– Но я никогда не был в Форосе, – возразил я.
– Этого не может быть! — заявила она. – У меня прекрасная память на лица.
– И все же я вас не помню, – твердо сказал я.
Эта веселая красивая девушка начинала меня раздражать.
Она вдруг вспыхнула и разозлилась.
– Я Дэзи! Теперь ты вспомнил?!
– Нет, не вспомнил! Вы меня дурачите! Я ухожу!
Я поднялся со скамейки и повернулся, чтобы уйти.
Она схватила меня за руку и крикнула:
– Погоди! Посмотри на меня! Ты видишь это?
И она показала мне амулет, висевший у нее на шее.
Это был ярко красный камешек с оранжевыми и желтыми вкраплениями на тонкой серебряной цепочке.
– Вижу. И что дальше?
– Не помнишь его?
– Мне надоел этот цирк!
Как ты говоришь тебя зовут?
–Дэзи, как у Грина, которую полюбил Томас Гарвей. Ты же любишь Грина, я знаю.
– Люблю. Но это еще не значит, что мы с тобой знакомы.
– Сожми этот амулет, я прошу тебя!
Она сняла амулет и передала его мне в руки.
Я машинально его сжал и тут же почувствовал странное.
Когда мои пальцы сомкнулись, он стал горячим.

Из камешка исходила какая-то очень мощная энергия, которая одновременно и успокаивала и внушала уверенность, и бодрила, сердце радостно забилось, а окружающий мир вдруг потерял привычные очертания, стал расплываться и сквозь эту дымку я узнал все сразу: и галечный пляж в Форосе, и спокойное июльское море, безмятежно лежащее в каменистой бухточке, словно в оправе, и прекрасную девушку в голубом открытом купальнике, с улыбкой показывающую мне этот амулет, и раскрытую книгу Александра Грина “Бегущую по волнам”, которую я в тот день перечитывал под деревянным навесом.
Дымка рассеялась, и я вернулся в мир настоящего, где был тенистый бульвар, журчащий фонтан, выход из метро, прогуливающаяся толпа, играющие дети, мамы с колясками, скамейка и рыжеволосая уже не улыбающаяся девушка.