Глава 7 (Глава 7)

Восемнадцатичасовой путь, который он преодолел от Катманду до Кесон-Сити, очень сильно отразился на нем. У него не оставалось сил, и усталость была единственной причиной продолжать поиски, чтобы хоть где-нибудь остановиться. Последние полтора часа не привели его к успеху: они прошли очень быстро и безрезультатно. Каждый хостел, который он находил и обзванивал, был забит битком. Ни одного свободного места. И только на окраине, в нескольких милях от города, был один старый мотель, основанный приблизительно в конце девятнадцатого века. Забронировав номер небольшого размера, где были лишь двуспальная кровать, стул и санузел, он отправился к нему.
Подъезжая к мотелю, он тщательно обдумывал, какие трудности возникнут при поездках в город. К счастью, его средства позволяли такие разъезды и путешествия в целом, но единственной проблемой было расстояние. Все эти неудобства с дорогой были для него настоящей пыткой. Казалось, это не должно составлять большого труда, но сил не оставалось — все это отнимало очень много энергии.
Финансовая грамотность всегда была его коньком. Впоследствии накопленные и заработанные суммы, отложенные до лучших времен, стали лучшим способом инвестиций.
Все свои давние сбережения он, как правило, тратил по минимуму.
Неподалеку от мотеля, расположенного в четырех-пяти милях от Кесон-Сити, находился бар «Былые времена». Зайдя внутрь и внимательно осмотрев помещение, он сразу заметил выделявшуюся фигуру пожилого человека лет семидесяти. В какой-то момент, всего на три секунды, старик повернул голову на девяносто градусов влево, позволив Константину узнать его, сам того не подозревая. Черты лица мужчины были смазаны из-за тусклого света лампы, но этого было более чем достаточно. Константин едва держался на ногах, но жажда узнать правду оказалась сильнее усталости. Стоило ему сделать шаг, как он вдруг остановился и задумался.
— Не могло ли это быть очередным видением, как в случае с Мирой? — вглядываясь в престарелого человека, задавался он вопросом. — Может, я снова все это выдумал?
Сделав ровно десять шагов до стойки, где сидел его «воображаемый» знакомый, и аккуратно прикоснувшись к нему, он резко изменился. С большим удивлением, уверенностью и легкостью положив руку ему на плечо, он понял, что его представление о собственном воображении не оправдалось.
— Кристиан! Дед! — с открытым настежь ртом повторил он снова. — Дед! Неужто… — резко прервался.
Он был ошеломлен. Кристианом звали его погибшего деда. Он было начал думать, что его, Лауру и Дойну где-то одурачили. Еще тогда, когда впервые открыл дверь в бар и увидел его, он сразу принялся отрицать увиденное своими глазами.
— Кристиан? Какой еще Кристиан? — повторил тот.
Он подумал о том, что мог спутать, но незнакомец был так похож на его усопшего деда.
— Ты меня не узнаешь? — спросил он.
— А должен?
Бесчисленное количество людей, которые могут быть похожи на него, всё равно должны чем-то отличаться. Должны быть какие-то недостатки. Не может быть так, чтобы сходство было стопроцентным, как две капли воды.
— С кем меня только не путали, но чтобы назвали Кристианом — впервые. Вы ошиблись!
— Похоже на то. Простите.
Развернувшись, он почувствовал, как тот схватил его за кисть правой руки, и сказал:
— Ты ведь не местный? Откуда?
— А… я… я из Румынии. Путешествую, — неуверенно и сбивчиво ответил он, с каплей страха глядя прямо в глаза, и замер на месте.
— Я знаю каждого в этих местах. И ни один подобный тебе приезжий так просто сюда бы не вошел.
— Почему бы не вошел? Разве так трудно открыть дверь и войти?
— Повторите, и моему другу, — хмуро выразив свое недовольство и нахмурив густые темные брови, он повторил:
— Эй, да кто-нибудь повторит? Любишь крепкое?
— Нет, не особо. Не стоит, спасибо. Мне кажется, пора. Всего хорошего.
— Убийства, насилие, драки, потасовки. Все это описывает эти места.
— Не слушайте его, он преувеличивает, — вмешалась дама, стоявшая за стойкой и разливавшая шоты, пытаясь ненароком не спугнуть. — Я Марта, кстати.
— Константин!
— По правде говоря, именно в наших краях это большая редкость. Если и случалось, то очень давно. Сейчас же все иначе.
— А почему сюда так трудно попасть? — заинтересованно спросил ее Константин.
— Взгляните на него, он едва языком ворочает. К тому же вы ведь попали.
— Да уж, дела.
— У вас кто-то пропал? Вы кого-то разыскиваете?
— Нет-нет. Этот человек похож на моего покойного родственника. Я принял его за него, просто обознался.
Последний час Марта рассказывала ему об этих местах, в то время как Кристиан постепенно отключался, осушив еще пару рюмок. Через некоторое время, прервав разговор, он, оперевшись о стойку и положив свою большую голову на скрещенные руки, окончательно потух.
Пятнадцатью минутами позже в баре уже никого не оставалось, кроме Константина и спящего за стойкой Кристиана. Она все говорила и говорила, не зная слова «стоп» и не прекращая своей речи. Тут до Константина дошла мысль о том, что и она, быть может, лишь плод его воображения, а все вокруг — несуществующая реальность. Он странно ощутил все окружавшее его и между ее словами про себя вставлял свои:
— Неужто всё повторяется, как с Мирой?
Он стал так странно вглядываться в неё, что она даже не заподозрила подвоха, а лишь была занята своей болтовнёй. Тогда он твёрдо решил проверить один способ и убедиться. Медленно приподняв из-под стойки руку, он стал протягивать её ей. Она отвлеклась и глянула на него с непониманием, но в ответ протянула свою, и их руки сомкнулись. Они улыбнулись друг другу и в шутку поздоровались, выговорив:
«Привет». Она приняла это за шутку, а он убедился в том, что это не очередная иллюзия.
Она продолжала говорить, а он смотрел, улыбаясь, и был рад тому, что всё такое настоящее и живое, что этот всерьёз кошмарный сон отступил. Между тем, хотя она два или три раза подряд задала ему вопрос, он совершенно не вслушивался. Он был погружён в свои раздумья, и в его ушах её голос был едва заметным. Скоро тембр её голоса усилился, и он пришёл в себя. Очнувшись, он переспросил.
— Я спрашиваю: что вас привело к нам?
— Простите, отвлекся. Я путешествую. — отвечал он вяло.
Он оторвался от стула так резко и быстро, что она вздрогнула, будто он сам чего-то испугался. Ее взгляд, устремленный на него, напоминал взгляд испуганного и ни в чем не повинного ребенка.
— Рад знакомству, Марта. Мне нужно идти.
— Конечно!
Открыв дверь, он вышел из бара и машинально потянулся к карману. Вид у него был уставший, но этого было достаточно, чтобы задуматься.
Тлеющей сигарете вдобавок мешал ветер, так что он даже не понял, как она погасла.