Электронное рабство .

У нас забрали всё.
И в электронный лагерь нас загнали.
Нам потихоньку заливали в уши,
что всё, что делается, — для нас,
для нашей безопасности.
Но это ведь не так.
Нам настойчиво меняли телефоны и улучшали приложения,
чтобы нам всем жилось хорошо.
Еду доставляют прямо домой,
помоют пол и потолок,
но не человеческие души,
которые купили
за жалкие билеты. Ах, они цветные, как в цирке, ведь так красиво.

Со всех сторон твердили, что мы плохо живём, и те времена были позором. Люди от голода умирали в поле, с утра до вечера пахали землю, жали пшеницу, натирали мозоли и забывали о веселье. Зато каждое утро они встречали с молитвой на устах, не забывали о Боге, и в мыслях, и в делах веру не меняли, как норковые шубки.

А мы живём, конечно, хорошо. У нас страну продали, и наших мужчин в родную землю загоняют только не живыми, а в цинковых гробах. Не сеять, не пахать, в сырой земле лежать и душу в небо отпускать.

Другие веры распространены, у нас на родине их много — какую хочешь. Здесь есть мусульмане, буддисты, католики, а также секты, в которые ты можешь войти, но выйти оттуда невозможно. А Православную веру гнобят и презирают, и люди сами распинают Бога. Для них важнее всего их ногти, губы, попы в силиконе и расписанные руки, ноги, повсюду татуировки, даже в интимных местах. Какой позор и стыд! Мы потеряли себя.

Где же наш любимый ГОСТ?
Где красота без штукатурки и ботокса?
Где люди с чистой душой,
где уважение и любовь,
где детский смех на улице и во дворах?
Где игры на футбольном поле без правил и элитных тренеров?
Где старших почитали и уважали,
а маленьким помогали?
Где бабушки, сидящие на лавочках и обсуждающие всех проходящих?
Где всё это? Куда нас привели, или сами мы дошли? Мы искали лучшую жизнь, а то, что было, не ценили, только воротили носами.

Не только это всё забрали, страну продали, землю в дар чужим раздали. Так и мужей мы сами за билеты продали, бездушно демону отдали.
За благо, за долги, за лучшую жизнь – они же ведь у нас козлы, бараны и ослы. Но вот теперь лежат они в земле, а мы с квартирами, машинами, но беззащитные.
А нам хозяин жизни уже других мужей нашел и целую орду пригонит, чтобы нашу православную веру растоптать и нас в вековой плен отдать.
Без права, без выбора сказать.