Профессионалка
Возрастные ограничения 18+
Он привык ломать женщин, но споткнулся о
профессионалку.
Она уже была с приветом, так что в этот раз кукушка
поплыла у него.
И надо признать, поплыла элегантно: без дешёвой
драмы, битья посуды и пьяных истерик в мессенджерах.
Он просто забанил в голове свой прежний райдер на
удобных женщин — тех, что улыбались по графику и
молчали по этикету.
Эта же выдавала смех вместо слёз и тишину вместо
крика.
Абсолютно не вовремя, но чертовски метко.
Она несла чушь на несуществующих языках, доказывала,
что дождь — это плач безбилетных ангелов, и
конвоировала его в ночной ларёк за пломбиром.
Аргумент?
«Лето сдохнет, а глупости вечны».
В его методичке ловеласа всё шло по пунктам:
ухаживания, дежурные комплименты, ресторан, постель.
Она сожгла его методичку.
Просто хватала за руку:
«Пойдём, покажу бесконечность».
И этот прагматик шёл.
Бесконечность в её версии — это не занудство из
учебника физики.
Это три часа ночи, сырая лавка и последний кусок
пепперони, который она скармливала помоечному коту,
крестя его именем своего бывшего.
Через месяц он забил на бритьё, залип на арт-хаусный
нойз и поймал себя на светской беседе с фикусом.
С подчёркнутым уважением — мало ли, вдруг у растения
тоже депрессия.
— Ты меня сломала, — выдохнул он, валяясь на полу.
— Я перепрошила тебя на счастье, — отозвалась она,
дорисовывая ему маркером усики.
И до него дошло: сойти с ума — лучший апгрейд в его
жизни.
Её дурдом оказался самым трезвым местом на земле.
И если это клиника, он готов остаться здесь на ПМЖ.
Даже если ради этого придётся делить ужин с котами и
отчитываться перед грёбаным цветком.
профессионалку.
Она уже была с приветом, так что в этот раз кукушка
поплыла у него.
И надо признать, поплыла элегантно: без дешёвой
драмы, битья посуды и пьяных истерик в мессенджерах.
Он просто забанил в голове свой прежний райдер на
удобных женщин — тех, что улыбались по графику и
молчали по этикету.
Эта же выдавала смех вместо слёз и тишину вместо
крика.
Абсолютно не вовремя, но чертовски метко.
Она несла чушь на несуществующих языках, доказывала,
что дождь — это плач безбилетных ангелов, и
конвоировала его в ночной ларёк за пломбиром.
Аргумент?
«Лето сдохнет, а глупости вечны».
В его методичке ловеласа всё шло по пунктам:
ухаживания, дежурные комплименты, ресторан, постель.
Она сожгла его методичку.
Просто хватала за руку:
«Пойдём, покажу бесконечность».
И этот прагматик шёл.
Бесконечность в её версии — это не занудство из
учебника физики.
Это три часа ночи, сырая лавка и последний кусок
пепперони, который она скармливала помоечному коту,
крестя его именем своего бывшего.
Через месяц он забил на бритьё, залип на арт-хаусный
нойз и поймал себя на светской беседе с фикусом.
С подчёркнутым уважением — мало ли, вдруг у растения
тоже депрессия.
— Ты меня сломала, — выдохнул он, валяясь на полу.
— Я перепрошила тебя на счастье, — отозвалась она,
дорисовывая ему маркером усики.
И до него дошло: сойти с ума — лучший апгрейд в его
жизни.
Её дурдом оказался самым трезвым местом на земле.
И если это клиника, он готов остаться здесь на ПМЖ.
Даже если ради этого придётся делить ужин с котами и
отчитываться перед грёбаным цветком.
Свидетельство о публикации (PSBN) 91618
Все права на произведение принадлежат автору. Опубликовано 25 Июня 2026 года
Рецензии и комментарии 0