Письмо милейшему

Данное послание не следует считать чем-то особенным или раскрывающим меня, как личность или как особенного человека. Личность – это что-то недостижимое – вот так я себе определяю свой уровень готовности к каким-либо кардинальным изменениям. Это небольшое письмо, которое лучше выкинуть сразу после прочтения. Может остаться неприятный осадок. Такая горечь, как после неудачной порции горчицы в суп. Но я отошел от темы, простите. Непостижимого во мне ровно столько, сколько и постижимого. Я какой-то половинный что ли.
Стоит сказать, что никогда еще не писал именно так. Такой стиль не для меня. Если ты не высказал человеку в лицо – тебе остаётся только лишь размышлять о том, как бы закончился спор. Злишься, придумываешь себе ситуацию и разрешаешь её так, как сам хочешь. В своих глазах можно быть безграничным героем. Поэтому писать эти письма для меня какая-то жестокая дикость. Справлюсь я или нет – решать кому-то другому. После отправки письмо будет или стёрто, или сожжено, или разорвано.
Пепел станет заново самим собой.
Хотел я бы написать про природу злых людей, алчных, тщеславных. Но вы-то, вы-то – все сами всех видите на улице. В общественном транспорте, в очереди к дантисту или просто на улице. В мороз, в стужу, в гром и в радости они все равно остаются угрюмы и злы. Не сказать, что и на меня не накатывают подобные настроения, даже больше скажу – я плохой, злой и несчастный человек. Но насчёт последнего я всем нагло вру и говорю, что счастье достижимо.
Враньё.
Но таких угрюмых злодеев можно встретить везде. Чуть-чуть отошёл от темы. Присмотритесь к ним. Хотя лучше не надо. Лица сами за себя говорят: «Я не мёртв, просто я так выгляжу». И им только скажешь: “Привет”. Как они тебе скажут что-то вроде: “Фырк”. И пойдут дальше.
Однажды случился пренеприятный момент, такой, что я сам себя возненавидел. И полюбил одновременно. Как же всё это было? Да, тут все запутано.
Однажды я хотел поехать к своему другу в некий пригород, назовем его В. Друг по телефону сказал, что мне нужно с вокзала ехать на автобусе в В. Что я и вознамерился сделать. Жаркое летнее утро. Я купил газированную водичку и взял продукты в дорогу: парочку яиц, помидоры, соль и хлеб. Мне не хотелось ничего покупать в магазине. Просто не было никакого желания заново видеть различные злые или попросту несчастливые лица. У меня есть мнение на этот счёт: ненависть должна быть чистой, абсолютной. А не из обиды, вот тогда это настоящая злоба, воспеваемая в Аду. Таких людей даже сложно винить. Только если они не задевают ничьё эго. Но их нельзя винить.
Когда я увидел на табличке пути автобуса, вернее, что один из пунктов – это мое место В, то купил билет. В автобусе было много неприятных личностей или, даже сказать, персонажей. Ещё было очень душно. Настолько душно, что я выпил всю минеральную воду только на половине пути. Водитель разговаривал по телефону и матерился на весь салон, словно только что вышедший каторжник. Зато парочка взрослых мужчин с этого лишь ухахатывалась и били себя по животам-бегемотам. Мне же было противно и душно. От их лиц лишь шла какая-то нездоровая энергия. Отвратительно влияет на расстройство нервов.
Пахло перегаром.
Так и прошли часы немыслимого и неутомимого поиска остановки около моего друга в месте под названием В. Кочки и овраги. Так мы правозглашаем дороги. Я же называю всё, да, наоборот, для большей понятности изречений. Хотя всё равно всё сумбурно, не завидую вам. Но читающим письмо советую запастись терпением, дальше будет больше сюрреализма. Возможно, смеха от непонимания происходящего.
Когда открылась дверь автобуса, я поспешил выйти из этого неприятного мне движущегося концлагеря. Никогда не думал, что скажу это – место В, как описывал его мой друг, было обычной деревней. Мне нарассказывали кучу историй в трубку о новостроях, сильной инфраструктуре и желании сделаться городом от имени великолепного губернатора области. Город N. Звучит красиво и гордо. Явно туда приезжают только важные особы.
Но на деле обычная деревня. В этом не вижу никакого злого умысла. Мой язык лишь констатирует факт. Но лично я сам бы не прочь погулять на природе. Нет шума и гама, можно поговорить о чём-то, подумать об пустом. Около дороги я увидел домик с двором: классическая избушка на курьих ножках. На дворике бегают петухи, да курочки. Мне резко захотелось покушать. Но для начала решил сделать свою задачу.
Звонок идёт. Сказал – я тебя встречу. Но никого нет. Только петухи, да курочки. И никакого следа моего друга. Поэтому я и звоню. На улице ещё более жарко, показывают, что плюс двадцать три. Но здесь мне более комфортно, чем в автобусе. Пока я дозвонился, у меня лишь мелькнула мысль: «Все течёт, все движется».
Разговор меня сначала обрадовал, затем поверг в шок, потом настала очередь ноток ужаса и осознания своего положения вместе с непринятием отдельных аспектов. Это я просто услышал голос моего друга, который, смеясь, мне объяснил, что я неправильно услышал. Не N, а M. Что это пригород, а не деревня. Еще добавил, что я оглох на одно ухо и прослушал.
Я лишь желчно прошипел в трубку и обвинил его в том, что меня неправильно направили. Но солнышко ещё стояло. Было около полудня. Автобусов не видать. Классическая русская деревенька N. Даже особо не полюбуешься видами. Как-то бедно и скудно.
Но именно в таких местах и зарождается что-то, достойное уважения. Это некий трамплин для умов, желающих отречься от хвалебных умов и академической тупости. Но у всего есть и минусы. Кроме меня, конечно.
Тут было мало народу, на улице было необычайно свежо. Просмотр через забор не дал никаких результатов. Ни тебе пьяных тел, ни мёртвых цыплят. Нет, к цыплятам я как раз отношусь отлично. Их мясо становится прекрасным десертом в любом ресторане или в мамином бульоне. Всегда обожал его. До тех пор, пока что…
Обожал, да. Неважно. Но пьянство и этот модный звериный подход к жизни, доминирование царства инстинктов, когда «человек равно зверь». Именно этот подход губит сельскую жизнь, как по мне. Но добавлю: присутствует нотка субъективности в моём рассказе.
Одна единственная женщина прошла с сумками около дороги. Мне пришлось ускорить шаг и окликнуть её. На удивление, она не стала убегать или кричать. Меня смело могли принять за маньяка или насильника. Но ничем подобным я не думал даже промышлять. Просто нелюдное время и странный приезжий человек. Всегда чем-то смрадным попахивает.
Она мне сказала, что автобус, на котором и она тоже ехала, только вышла подальше, приедет скоро обратно. Примерно минут сорок ждать, пока транспорт доедет до конечной точки + остановка + путь обратно. Минут сорок-сорок пять. Пока лишь можно изучить ландшафт местности, как принято сейчас говорить.
Когда я учился в педагогическом, то на уроках по географии мы всегда говорили: «ландшафт местности». Несправедливость заключалась в том, что даже неучи и глупцы, заучившие эту фразу и умеющие её, подобно попугайчикам, повторять, смогли также получать зачёт по предмету. Учившим людям, таким как я, поры до времени было всё равно. Пока не начинаешь задумываться о роли действительного знания в системе образования.
Сорок минут, сорок минут. За это время проходит полпары в вузе. Но тем не менее, с этой женщиной я был даже почти вежлив. Всё-таки внутри душил тот факт, что меня обманули. Мой друг решил, что я мелкий дурак, прямо как в школьные годы, когда он надо мной подшучивал. Думал, что я не помню! Моя желчь ни нашла другого выхода, кроме как крика на всю деревню. Домишки стояли на приличной друг от друга расстоянии, создавая некую вереницу цепи. Звенья не подавали никаких признаков жизни. Мой крик не был услышан.
От этого мне стало вдвойне тошно. Но затем пришло некое осознание: меня никто не слышал. Всё-таки меня никто не слышал. Да! Всё-таки это прекрасно! Я был доволен этим обстоятельством.
Это место больше похоже на какую-нибудь Сонную Лощину. С той лишь разницей, что в произведении Вашингтона Ирвинга все персонажи как-то странно смотрят в сторону эзотерики и подобных шарлатанских магических искусств. Но здесь тоже есть знахари и целительницы, которые за определённое количество монет или банковских карт готовы снять обряд порчи, наложенный самим Князем Тьмы. И как же они ещё не наложили на себя заклятие получения быстрых денег из ниоткуда, без всякого вранья? Только дети колдунов могут дать ответ.
Что же до меня: могу ли я верить? Вера – это бездоказательное стремление постичь истину мироздания. Но при этом веруны, начиная со схоластов и заканчивая современными “недоучёнными”, пытались доказать Бога логически. Все последовательные высказывания выдирались из контекста и из Библии. Именно схоластика стала средневековой софистикой в течении реки.
Их доказательства доставят приятные, возможно даже, чувственные наслаждения всем людям, которые следуют пути христианства, и логический коллапс для любого современного учёного или философа, не желающего признавать Бога, как недостающую часть своей системы. Это лишь низость, которую нужно было совершать до определенного момента. Себя же сложно называть философом. Хотя сейчас окружающие меня людишки то и дело называют философом человека, который начинает говорить за жизнь, будучи пьяным. Опьянение может быть любое. Вот она ценность современного философа. Но, пожалуй, да. На этом можно остановиться в познании.
Я тот ещё философ. Если философские умозрения сочетаются с некой прямотой высказывания и ясностью мышления при этом иногда противоречивы – то это ко мне. Можно меня так называть, да. А когда люди говорят подобное – честно скажу, что становится лестно. Не то чтобы краснею, но на душе приятно.
Только потом уже хочется себя проклинать вообще за то, что моё тщеславие берет надо мной вверх. Что же я за мерзкая крыса? Ещё и имею право называть себя философом.
Да, имею. И ещё какое.
Прошло около сорока минут. Автобус стал видным на горизонте. Его крыша стала неким спасительным выстрелом. Когда спасатели стреляют вверх из ракетницы, что показать потерявшимся людям свое местоположение. Это был своего рода выстрел. Но нашим отношениям с другом, которому я смотрел через рот.
Обратный путь был также скучен, как и путь к мнимому месту M, которое оказалось N в итоге. Как и путь к месту M, к настоящему и неподдельному. Его описание лишь заставляет меня размориться перед сном. Я помню всё, что видел. Не всегда, правда.
Но это к делу не относится. Описание лишь вызывает зевоту. Да и кто не ездил в наших русских автобусах на большие расстояния? Разве что богачи на дорогих машинах, которые могут себе всё позволить.
Но как мне сказал один человек, которого я называю нищим, а не бомжом, как это сейчас принято: «Не обращай внимания на что-то отличающееся от себя и, тем более, не смотри на это свысока или с завистью. Тогда ты хотя бы приблизишься к крупице счастья». Повторюсь, бомжи, принцы в лохмотьях. Это был нищий мудрец, поэтому и не буду говорить о богачах.
Настал-таки момент конца моих дум о пустом и о всяком. Мы встретились с моим другом – единственное что, он не врал. Ждал меня и даже купил мне подарок. Это была какая-то подвеска. Объяснение сия было таково, что его матушка работает в ювелирном магазине, а у них, видите ли, акция: скидка на подвески составляет 70%. Вот он и купил в ближайшем магазинчике эту подвеску, чтобы я не сильно злился на него. Вот какой у меня друг!
Не стоит, наверно, говорить о том, что его матушка нигде не работает. Это она мне позже сама сказала в их квартире. В этом нет ничего такого особенного. Как я выяснил – около этого магазинчика, который мы так старательно обходили некими крюками и косинусоидами, раздавали флаеры на подвеску в подарок. Тем не менее, на момент прогулки радость превышала моё сомнение относительно всего. Мы болтали о том, да о сём. Пятое и десятое были лишь нашей системой, объектом которой выступали наши собственные мысли и чувства.
Он показал много красивых мест, том числе лес и речку. Я даже имел глупость искупаться. Обычно, прилюдно я не люблю оголяться. Щуплое и местами желтоватое тело – лишь способ разогнать наиболее верующих людей и наименее лояльных к чужой красоте. Повторюсь, к красоте, которая скрыта от наших глаз в виде моего тела. Но да ни об этом. Мы так мило общались, что я даже простил его, уезжая из важного пункта M. В N я больше не поеду, только если не захочу покупать петухов. О цели данной купли-продажи я ещё не думал, но все возможно.
Да, он обманул меня. Является ли такой подарок истинным подарком? Ведь тогда любой клоп или комар – это дар от самой природы, которому ты должен радоваться, как будто только родился и ничего не знаешь о мире. Раз так, тогда нам не нужно лечить подарки природы – энцефалит и малярию, как пример. Тогда в России столько бы докторов отдохнуло! Но мы избирательны. Хотя и не совсем рациональны.
Но мне не нужен мудрец, чтобы гордо произнести фразу: нужно уметь прощать! Хотя я и являюсь не то, чтобы жестоким, и не то, чтобы милостивым человеком. Жестокость – это антоним сострадания, так и именно так нас учит школьная система обучения. Для меня же скорее скупость – это антоним сострадания. Ибо именно скупой человек, к которому я не могу в полной мере себя отнести, противоположен сострадательному лицу. Просто накапливание ведет и к уменьшению оттока положительной, хотя мне и не нравится это слово, энергии в окружающий мир в виде ласки, тепла и любви. Но всё-таки правда жизни. Даже для меня.
Нужно уметь прощать!
В завершение данного письма хочу сказать ещё раз: извиняюсь за своей корявый почерк и манеру воспроизведения материала. Убедительная просьба: пересмотреть моё дело на предмет ранее обговорённого. Да, признаюсь, моя кредитная история не является образцовой. Но мне жизненно необходим кредит, о котором мы ранее договаривались. Я прошу вас, стоя на коленях и завершая писать это письмо с отмороженными коленными чашечками, при этом несколько об этом не жалея.
Надеюсь, вы услышите мои мольбы о помощи и пойдете мне на встречу.
А подвеску эту я отдал знакомой по работе. У неё случилось горе: скоропостижно умерла мама. Я решил хотя бы как-то поддержать в это непростое время. Сейчас я даже вижу её на рабочем месте. Эта серебряная змея опоясывает коричневую тонкую шею, придавая лишь грациозности. Прошу вас! Дайте мне кредит! Я исправлюсь! Честно-честно! Каждый человек противоречив по-своему. Но это же не значит, что на нём нужно ставить крест, да? Можно поставить бесплатную цепочку.
Прошу уведомить меня о вашем ответе! Жду вас гораздо больше, чем звонок от моего лечащего врача! Слёзно обнимаю вас! Приятного вам дня, мсье!