Мне плохо (Глава 2)

Мы пошли на кухню. Мама налила суп в тарелку. Когда я уже съела половину, Ася протянула руку за хлебом и вдруг сказала:
— Яся… А можешь еще спеть ту песню «Спи, сыночек мой!» и «Прощай!»…
Я громко вздохнула.
— Ась, ну может быть ты перестанешь сходить с ума по этим песням? Может лучше сонная, «Love will find a way»?
— Ее тоже я хотела бы послушать. Но спой первыми эти. Ну пожалуйста…
Я тяжело вздохнула. И запела:
-Тише, мой маленький,
ты наверняка ужасно устал
Спи, мой милый Кову,
День пройдет за днем,
Станешь сильным и большим —
Будешь королём.
Доброй ночи.
Доброй ночи, мой принц.
С завтрашнего дня ты начнёшь
усиленно готовиться…
Он сослал меня в изгнание,
Симба в подлости мастак.
Он получит воздаяние:
Я все устрою ТАК!
Знают все, что я не трушу,
Кроткой тоже не слыву,
И мечта мне греет душу,
Только ею я живу.
Хочу повергнуть Симбу в прах!
Киару сжать в своих когтях!
А львиц его последний стон —
Мне так сладок он!
Что прощать врагов — отрада, —
Эта мысль мне сродни.
Только мне сначала надо,
Чтобы умерли они!
А боец у нас найдётся,
Полный силы и огня?
Если кровь рекой прольётся —
Это радость для меня!
Под хрип и стон моих врагов,
Под их детей предсмертный рёв,
Под их подруг ужасный вой
Спи, сыночек мой!
Шрам погиб, но Зира-то жива!
И сын её растёт.
Станет мой малыш убийцей!
Много крови он прольёт!
Спи, наш забияка,
Знай, что ждёт тебя потом.
Станешь сильным и большим…
Будешь королём!
Под гром войны и стон врагов
Раздастся Кову грозный рёв!
И вот — отмщение!
Чей-то вой!
Крики восхищения?
Кову, ты герой!
Падают в сражениях
правители порой.
Он грянет, этот бой!
Спи, сыночек мой!
Зовёшь ты себя королём, но ты лишь
Лежал, набив брюхо и спал!
Луна в Небе ночью и днём, ей всё нипочём,
Вот также и мне, не писан закон!?
Ведь сын мой пал!
Ты зря не сбежал!
Поскольку теперь, настал час потерь, пришла пора, прощай, пришла пора, прощай! Поздно молить, на жалость давить, пришла пора, прощай, стоп Игра, прощай! Сгинешь ты в моей Пасти, ха-хах, прощай! Всё теперь в Моей власти! Круг жизни забудь, это Ложь, а истина проста: кто не хищник, Тот еда! Стервятникам уж не втерпёж: Кружат они свои танцы, плохие твои Шансы, и ты не уйдёшь! Я здесь Король! Поскольку теперь, настал час Потерь, пришла пора, прощай, пришла Пора, прощай! Поздно молить, на жалость давить, пришла пора, прощай, Пришла пора, прощай! Всё, прощай!
Я не снесу боль!
Прощай! Свершиться здесь месть! СемьЯ, мне выпала честь! Если лё-ё-ё-ё-ё—ё-ё-ё-ё—ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё—ё—ё-ё-ё—ё-! Все,
Прощай, стоп игра, прощай!
Идеальный мир
Он большой такой,
В нём нам все сулят
И радость и покой…
Но хотим мы мир
Не чужой, а свой!
Пусть не всё пока понятно мне,
Я знаю в сердца глубине — Всегда
У любви свой путь!
Радость и покой с тобой…
На смену темноте ночной придёт
Свет когда-нибудь!
Счастье мы найдём,
Раз уж мы вдвоём!
У любви свой путь…
Может мысль моя
Вовсе не нова…
Вопреки всему,
Любовь всегда права…
И твердит твой взгляд
Что она жива!
Ведь среди любых земных дорог
Никто как мы любить не мог
Для нас — У любви свой путь!
Радость и покой с тобой…
На смену темноте ночной придёт
Свет когда-нибудь!
Раз уж мы вдвоём
Счастье мы найдём…
У любви свой путь…
Знаем — У любви свой путь…
Ася радостно выкрикнула:
— Прощай! Спи, сыночек мой!
Я покачала головой. Мама, Саша, Ясь, Люся и папа громко вздохнули. Ася стала доедать суп и хлеб, и когда осталось совсем немного супа, она потянула меня за рукав.
— Яся… — сказала она тихонько, но все услышали. – А та песня… Ну, «Not One of Us»?
Я посмотрела на сестру.
— Ася, пожалуйста… Больше не упоминай эту песню… Мне от нее плохо становится…
Да, когда кто-то упоминал эту песню, мне делалось плохо. Я сразу покрывалась холодным потом, меня била дрожь и по мне бежали мурашки. Мне было даже холодно, когда жарко. Могли потечь сопли и слёзы. Я могла кашлять и чихать. Когда холодный пот градом скатывался с меня, образовав целую лужу, а дрожь унималась, мне хотелось бежать на всех, кто попадётся на моём пути с кулаками. И кричать. Я, вся в ярости и пышущая гневом, бросалась в атаку. В общем, у меня была болезненная реакция. Мне даже приходилось пить таблетку от аллергии. Ася грустно покачала головой и стала приставать к маме. С той самой песней. От нее мне даже плакать хотелось. И именно сейчас меня тоже бросило в дрожь. Саша схватил таблетку и я ее выпила. Я вся дрожала.
Вечером, когда мы попили чай (Ася пила чай с мёдом, я выпила еще раз две таблетки, села на диван и включила мультик. Чумви устроился на моих коленях. Кира спала на диване. Наконец я досмотрела до момента той самой колыбельной. Мне стало жутко холодно. Пот катился с меня градом. По мне побежали мурашки. Звук казался слишком громким, хотя был нормальным. Я укаталась в плед. И тут прибежала моя сестра и плюхнулась на подушку. Она стала громко подпевать. Каждый куплет бил по мне.
— Ты чего?! – вдруг спросила Ася, наклонившись ко мне.
— Ничего… — хрипло ответила я.
Я сильнее закуталась в плед. Мне становилось всё холоднее и холоднее, хотя на улице было жарко. Я закашлялась. Затем – чихнула. Из глаз потекли слёзы, а из носа – сопли. Холодный пот катился градом. Каждый куплет бил по барабанным перепонкам, хотя звук был нормальным. Я думала, я оглохну. По мне бежали мурашки. Сердце сжималось и что-то жгло изнутри. Мне хотелось кричать. Плед весь промок и больше не спасал. Я сжалась в комочек. Глаза стали красными. В горле появился комок, который я не могла проглотить. Мои руки и ноги посинели, а лицо побледнело. Подступила тошнота. Чумви слез с меня и пошёл лизать Киру. Он отряхнулся, потому что промок от меня и забрызгал весь диван. Я схватила градусник и положила рядом. Когда колыбельная закончилась, не помогло. Но хоть одна песня была нормальная… Юпенди… А Ася на ней сморщилась, как будто ей дали лимон. И вот началась другая песня. Та самая… Предатель… И она звучала так, как будто кто-то полоснул меня когтём и рана кровоточила.
— Вот! Ты мне про нее не сказала, теперь я послушаю! – крикнула Ася.
Мне стало сильнее холодно – очень жутко холодно. Пот катился с меня градом, не просто градом, а целым ливнем, как будто лился самый сильный дождь на свете. Теперь я вся была в мурашках. Звук теперь казался невыносимо громким, хотя был нормальным. Я укаталась в другой плед сверху. Чумви снова пришёл. Каждый куплет ударял по ране слишком больно. Я сильнее закуталась в новый сухой плед. Мне становилось всё холоднее и холоднее, хотя на улице стало еще жарче. Я закашлялась сильнее. Затем – снова чихнула, но очень громко. Из глаз потекли градом, ливнем слёзы, а из носа – сопли, тоже ливнем. Холодный пот катился по мне, как самый сильный дождь на свете. Каждый куплет бил по барабанным перепонкам невообразимо сильно, хотя звук все еще был нормальным. Я думала, я точно оглохну. Я вся была в мурашках. Сердце сжималось все сильнее и что-то сильно жгло изнутри. Мне хотелось громко кричать. Плед весь промок и больше не спасал. Я была в двух мокрых пледах. Я сжалась в комочек так сильно, как только могла. Глаза стали краснючими. Комок в горле как будто заполнил все горло, его я не могла проглотить. Мои руки и ноги стали все синими, а лицо было очень бледное. Подступила тошнота. И вот меня вырвало на диван. Чумви соскочил с меня как ошпаренный и пошёл лизать Киру. Он отряхнулся, потому что промок от меня и был частично в моей рвоте и забрызгал весь диван. Я схватила градусник и сунула себе под мышку.
— Что с тобой? Ты что ревешь? – отскочила от меня Ася.
Я кашляла.
— Разве можно так реагировать на песню? – не понимала сестра.
— Его… Его жалко… А ты что ревела из-за Нуки?- хрипло проговорила я.
— Безумно влюблённая… — фыркнула Ася и толкнула меня локтем в синюю руку. — Вот кого действительно жалко, так это Нуку. Он мне нравится больше. Он вообще погиб… — заплакала Ася.
Я заметила, что она громко ревела на это моменте.
— Это ты в него влюбилась… Он ничем не примечателен. Кову пришлось пережить больше… — хрипло вскрикнула я. На громкий звук прибежала мама. Она схватила пульт и выключила телевизор.
— Не надо больше… Не смотри… — Она наклонилась ко мне.
Меня всю колотила дрожь. Прибежали папа, Саша и Ясь.
— Кого вам там жалко? – с любопытством спросил Ясь. – Вот кого-кого, так это Витани жалко!
— Ты давно в нее влюблен? Нет, Нуку! –сказала Ася.
— Нет, Кову! – прохрипела я.
И тут вошла Люся.
— Нет, ни Нука, ни Кову, ни Витани! Копа из шести новых приключений!
— Влюблённая! – сказала Ася.
— Кову… — повторила я.
— Успокойтесь! – тихо сказал Саша. – Жалко Киару! Ей столько всего пришлось пережить, чтобы быть вместе с Кову!
— Киару меньше всего! – крикнули мы.
— Влюблённый! – пропела Ася.
— Тише! – прикрикнула мама, гладя меня по голове. – Оставьте споры, кого больше всех жалко! Жалейте и любите кого хотите! Но только не делайте так, чтобы Ясе было плохо.
Кира потерлась об мою руку, подойдя ко мне. Я благодарно улыбнулась. Саша принес теплый чай с лимоном и ложечку мёда. Я присела и выпила это. Я согрелась. А Ясь присел рядом со мной. И запел:
— Среди многих-многих дел
Ты предвидеть хотел
Свой каждый шаг
Все не сбудутся мечты,
И почувствуешь ты,
Что всё не так.
Только ты не унывай
И всегда ты твёрдо знай,
Будет небо светло иль темно, —
Мы на помощь придём,
Вместе выход мы найдём
Не забудь, что с тобой
Мы одно!
Очень трудно объяснить,
Как мне хочется быть
Самой собой
Что-то выбрать мне дано
Или всё решено
Моей судьбой?
Те, кого уже нет,
Часто нам дают ответ
Про путь, что начать суждено
Ты и радость и боль
В этот путь возьмёшь с собой
И душою, и телом
Мы одно!
Мы одно — ты и я,
Словно небо и земля
Нам это судьбою дано
Мудрость ты обретёшь
И весь прайд ты поведёшь
Вот тогда ты поймёшь:
Мы — одно!
Идеальный мир –
Он большой токой,
В нём нам все сулят
И радость, и покой,
Но хотим мы мир
Не чужой, а свой,
Пусть не всё пока понятно мне,
Я знаю в сердца глубине –
Всегда
У любви свой путь!
Радость и покой с тобой…
На смену темноте ночной
Придёт
Свет когда-нибудь,
Счастье мы найдём,
Раз уж мы вдвоем –
У любви свой путь!
Может, мысль моя
Вовсе не нова:
Вопреки всему,
Любовь всегда права,
И твердит твой взгляд,
Что она жива!
Ведь среди любых земных дорог
Никто, как мы, любить не мог –
Для нас
У любви свой путь!
Радость и покой с тобой…
На смену темноте ночной
Придёт
Свет когда-нибудь,
Раз уж мы вдвоем –
Счастье мы найдём,
У любви свой путь!
Знаем – у любви свой путь!
— Ты… когда это выучил? – спросила я.
— Пока ты смотрела много раз. – сказал брат.
— Спасибо… — прошептала я.
Я встала с дивана. Первый эффект от песен, когда мне было плохо, прошёл. Но я немного шаталась. И вот я заорала во все горло:
— Лапы прочь от моего Кову, а не то я… А не то вам не поздоровится! Занят Ясей! Не подходить! Всем, кто причинит ему хоть каплю вреда, придёт страшный кирдык! Ковочка! Ковушонок, Ковусёнок, Ковуша, Ковуся, Ковушка, Ковуська, Ковушоночек, Ковусёночек, Ковик, Ковёнок, Ковусик, Ковушик, Ковёнушонок, Ковёнушоночек, Ковёнусёнок, Ковёнусёночек, милый, сладкий, любимый, чудесный, прекрасный, красивый, бедненький, я так тебя люблю!
Из меня лилась ярость и любовь одновременно. Я побежала по квартире, разбрасывая игрушки, ударяя кулаками двери. Хотела налететь на телевизор и на постеры на стене в спальне Аси, где были изображены все, кто его обижал, но мама меня остановила. Она протянула мне две таблетки и кружку с водой.
— Ясечка, не надо так. Вот, выпей.
Я проглотила сразу две капсулы остановив себя. Моя восьмилетняя кошка Кула потерлась об ноги, рядом сели мои кошки, которым по пять лет: рыжий мейн-кун Симба и абиссинская кошка Нала. И еще прибежали трехмесячные котята: тайский котёнок Витани, британский котёнок Копа, котёнок бурмы Кову, абиссинский котёнок Кайон, бенгальский котёнок Киара, снежный бенгальский котёнок Буся, котёнок тойгера Кися, бурманский котёнок Рани. И мой бенгальский трёхлетний кот Яша тоже пришёл. Я села обратно на диван.
— Простите, что кричала… — сказала я.
— Ты не виновата, что эта песня на тебя так действует. – сказала мама.
Я прижала к себе котёнка Кову.
Все мои кошки расположились на диване рядом со мной и мурчали. Брат Саша сел рядом. Люся и Ясь были внешне похожи, они близнецы. У Яся были светлые волосы и голубые глаза, и у Люси были тоже светлые волосы и голубые глаза. Они сели с другой стороны. Рыжеволосая Ася оттолкнула Яся, и присела поближе ко мне. Рядом с нами сидели мама и папа. Было уютно. Наконец я прошептала:
— Я готова посмотреть заново… Только если все вы будете рядом.
Мама кивнула. Все мы уселись. Кошки и котята окружили меня. Мама обнимала. Люся, Ясь и Ася сидели рядом со мной. Саша и папа сидели рядом. Мы включили. Мама вовремя приносила еще таблетки и тёплый чай. К песне « У любви свой путь» у меня просто катились слёзы и я засыпала. К концу мультика я прижала к себе котёнка Кову.