Книга «Под наклоном.»
Исследование "объектов". (Глава 2)
Оглавление
Возрастные ограничения 16+
Пока сверло вгрызалось в металл, Крамер только вздыхал, да переминался с ноги на ногу. Майк и Бенни, косясь на начальство, предпочитали помалкивать.
– Внимание, группа Крамера! Почему замолчали? Как у вас дела? – тон координатора Проекта, генерал-полковника Саммерса, был спокоен, и, как всегда, деловит.
Понимая, что и правда, их молчание подзатянулось, Крамер «доложил»:
– Докладывать пока не о чем, сэр. Всё ещё не просверлили внешний слой. Глубина отверстия уже два дюйма. Согласно инструкциям, всё ещё охлаждаем через каждые полдюйма.
– Вас понял. Продолжайте.
Бригада Крамера «продолжила». Однако почти сразу сверление пришлось закончить: обороты резко подскочили, и Майк поторопился вынуть из отверстия дюймового дивметра сверло.
– Сэр! Похоже, мы преодолели первый слой! Внутри – темно… Вводим камеру!
Миниатюрная камера на гибком шланге с мощным прожектором пролезла в дыру легко.
– Ого! Похоже, мы попали во что-то вроде самогерметизирующейся прокладки! Эта штука уже почти затянула наше отверстие, и сейчас выталкивает оттуда и камеру! Вот, – вам видно?.. – действительно, чёрный пенистый материал вроде резины, или пластмассы, заполнил пробурённое отверстие, и, вспухнув бугорком, почти мгновенно застыл в монолитную, похожую на пемзу, пробку.
– Полковник! – Крамер всегда чихать хотел на весь этот официоз, и теперь, когда работа пошла, обращался к координатору, опуская, как всегда, именно первую часть его чина (генерал вначале, конечно, дулся. Потом – плюнул.), – У нас есть первые образцы. Можем передать на анализ стружку от верхнего слоя, и кусочки той пенистой дряни, что находилась за ним, и сейчас заткнула нашу дырку. Но – вам же и так всё видно?
Действительно, Саммерсу всё было прекрасно видно – камеры снимали всё с двенадцати точек, и во всех возможных диапазонах, с увеличением и без…
– Присылайте. – Координатор сопел в микрофон весьма сердито, но тон его не изменился.
Майк занёс контейнер с обозначенными «образцами № 1 и 2» в шлюзовую, и вышел.
Все известные земной науке бактерицидные и обезвреживающие реагенты в аэрозольном, жидком, и прочих вариантах, не говоря уже о стерилизующих излучениях, сейчас же были обрушены на вожделенные кусочки «чужого».
Пока длилась эта процедура, Крамер вяло переругивался с генералом: он считал, что можно бурить прямо по старым следам – пенистый материал уже затвердел, и создал вокруг их дыры жёсткую пробку. Так что больше ничего им пока не угрожает.
Как раз к моменту окончания процедуры обеззараживания был достигнут компромисс: Крамеру разрешили бурить, но – при условии мгновенного прекращения, «если что-то пойдёт не так!» На что он, вполне в соответствии с традициями, только пофыркал.
На преодоление чёрной пенистой пробки и слоя чего-то вроде алюминия толщиной в полдюйма, что оказался в полуфуте под ней, ушло всего пять минут.
После чего чёртов пенистый материал полез снова.
Ещё пятнадцать минут ушло на переругивание, предположения, и ожидание, пока и эта пробка застынет. И ещё пять – снова на бурение.
Ещё полфута после алюминия занимала прочнейшая пластмасса. Крупицы её, вынесенные сверлом на поверхность, вместе с алюминиевой стружкой, составили, соответственно, Образцы 3 и 4. На отбор и передачу их снова ушло время.
После пластмассы снова пошёл цементированный металл, но куда тоньше – всего несколько миллиметров. Так что ещё минут через пять после очередной остановки на охлаждение, сверло снова завращалось легко, а по краям его зашипел, конденсируясь в тугие струи и туман, воздух изнутри.
– Внимание! Группа Крамера! – Саммерс отреагировал традиционно – то есть, так, как считал наиболее безопасным для людей, – Отойдите все подальше!..
– Ура, – вяло констатировал Крамер, не спеша, впрочем, сдвинуться и на дюйм, – Наши выкладки оказались верны. Внутри, действительно, сохранился их воздух… Правда, не знаю, насколько он соответствует тому, чем был первоначально!
– Вы это о чём, профессор? – поскольку Крамер звал его полковником, то и генерал-полковник считал своим долгом отвечать взаимностью, не упоминая всех заумных титулов и званий маститого Лауреата Нобелевских… и т.д. – Почему бы это он стал отличен от… э-э… исходного?
– Ну, это просто. Возможно, этой махине миллион лет. Ну ладно – десять тысяч. Вот представьте: вы берёте большую прозрачную банку. Помещаете туда комок земли, червей, семена, мышей, мушек дрозофиллов (это вообще любимые существа всех учёных!), наливаете немного воды, – и ставите у яркой лампы.
Пока лампа горит – всё хорошо. Растения растут, дают кислород, мышки кушают семена, и… э-э… какают, удобряя… Хм. А теперь – выключите свет. Всё погибнет, загниёт, и разложится: бактериям и грибам, обитающим в почве, кислород не так нужен, и они полностью изменят всё, что мы заложили в банку изначально.
– Большое спасибо за лекцию по популярной экологии… – яда в тоне «полковника» не заметили бы только мушки-дрозофилы. Ну, или «бактерии с грибами»… – Я впечатлён. А теперь – конкретно. Что там у вас за состав?
– Хм… – профессор просмотрел данные анализатора, засунутого им прямо в поток воздуха, всё ещё бьющего струёй из глубин Корабля. – Не так плохо, как ожидалось.
– В-смысле – не так плохо?
– Ну… Мы рассчитали, что це-о-два будет куда выше… Вероятно, внутри всё ещё работают какие-то лампы… или поглотители: кислород есть. И углекислый газ ещё на таком уровне, что хоть кто-то смог бы выжить! Его всего ноль один процент. Це-о-два, то есть. Кислорода – семнадцать. Азот – семьдесят три. Аргон – доли процента, довольно много метана, следы аммиака…
А знаете, Координатор – мы сможем там дышать, при крайней необходимости! – бровь профессора приподнялась. – То есть, если не найдём никого смертельного или вредоносного, атмосфера вполне… пригодная!
Теперь фыркнул уже Саммерс:
– Великолепно! – впрочем, тон его нисколько не подтверждал смысла этого слова, – Что там, кстати, с этими самыми… Бациллами и ядами?
– Сейчас, – Крамер сделал жест, и лаборанты, уже убравшие бур и задвинувшие его в «угол», если так можно сказать о круглом пространстве, подкатили другую неуклюжую конструкцию на колёсах к скважине. – Вводите.
Приёмник ввели в скважину и опустили на три фута – глубже Крамер побоялся.
На экранах перед авангардом науки и Координатором высветились цифры, и изображения – это автоматически отсканировалось пространство вокруг головки объёмом в один кубический фут…
Ого! Плохо. Пусть состав атмосферы и не представлял опасности, зато вот местные микроорганизмы, снимки спор которых сделал окуляр электронного микроскопа через световод, здорово пугали. Уж больно жутко выглядели их шипы, псевдоподии и всё остальное. Всё казалось… Чужим!
Нет, входить к таким тварям, пусть и – микро, даже в скафандрах, как-то не хочется…
– Так… Ладно, профессор. Что делать, вам известно.
– Точно. – профессор снова сделал знак, и скомандовал, – Вперёд, ребята! Автоклав!
Не прошло и десяти минут, а они уже знали главное – все микробы и бактерии из Чужого корабля прекрасно убиваются земными антибактериальными средствами! Ура.
Значит, можно сверлить дырку побольше, и лезть внутрь!
Мысль о том, что они сами – буквально ломятся в Ящик Пандоры, всё ещё грызла Крамера…
Тонку не давала покоя пугающая мысль. И ещё – какое-то странное чувство.
Словно их стабильному веками и поколениями обществу грозит смертельная опасность! Причём – всем им! Включая и Армовиков, и даже сримам, с леггами и жюсами…
В чём именно опасность – он пока не знал. Но она – есть!
И скоро все они погибнут!
На чём было основано это смутное ощущение, эта заноза, сидящая где-то глубоко в подсознании, он не понимал. Да и вряд ли это можно было понять Разумом.
Но точно знал одно – своим инстинктам надо доверять!
А вот спорить по этому поводу с Вождём – искать неприятностей на свою шкуру уже вполне известных и конкретных!..
Поэтому ночью он пробрался в отсек со стариками, и растолкал Тарпона.
Показав тому отличный кусок мяса, и сделав жест, призывающий к молчанию, Тонк вывел новоявленного «Жреца» в пещеру, и они спустились по новому склону на гладкий пол – туда, где их разговор уж точно никто не услышал бы.
Жадное и неаппетитно выглядевшее поглощение пищи стариком много времени не заняло. Облизав пальцы, и поковыряв когтем в зубах, Тарпон грозно рыгнул. После чего соизволил разрешить:
– Ну, спрашивай – чего там у тебя?..
– Тарпон, – Тонк не стал ходить вокруг да около, а сразу задал вопрос в лоб, – Мы умрём?
Тарпон поднял на него взгляд.
И там вовсе не оказалось привычного старческого маразма, злобы на всех, или равнодушия, как бывало у пожилых женщин племени. Зато там светился ясный ум и трезвый расчёт. Ответ же прозвучал категорично:
– Да!
– Да нет, ты, наверное, не понял – я имел в виду не то, что рано или поздно все мы отправимся в Рапирлу – кого убьют, кто помрёт от старости, или…
– Всё я понял. Нет, мы умрём не от этого. Я, наверное, единственный у нас в Племени, кто точно знает, что мы умрём. И очень скоро… И – не от старости, или в драке.
Теперь уже Тонку пришлось опустить глаза. Но удержаться он не мог:
– Скажи тогда – почему ты?..
– Отчего же не сказать… Я уверен – даже если я скажу то, что помню и знаю, Зор-Зору, или другим – они не поймут. Или – не поверят. А вот ты, – он ещё раз оглядел Тонка с головы до пят, – поверишь, и, возможно, даже попытаешься спастись. Сам, или с… – он хитро подмигнул, – подругой!
Тонк покраснел, но Тарпона не перебил.
– Ну так вот. Я просто перескажу тебе своими словами кусок из древнего наследия. Точный текст я не помню, а общий смысл – отлично. Его передал мне мой отец. А ему – его отец… И так далее – до тысяча триста восемьдесят четвёртого пра-отца. Видишь – я ещё не сбился со счёта. А уж теперь считать – твоя очередь. Если придётся!
Тонк молчал, только ощущая, как где-то глубоко внутри трепещет сердце – трепещет в ожидании проблем и опасностей.
Тарпон оглядел жилую пещеру, покачав головой: нависающее над ними Небо пугало необычной горизонтальностью. И не было больше столь привычного с детства наклона.
Это казалось странным, и раздражало. Но – уже не так, как сразу после Катастрофы. А тусклый свет, идущий сверху, вроде бы даже стал чуть ярче.
– Пра-пра-дед завещал передавать вот что: «Раньше мы жили при ярком свете. Раньше земля была землёй, а Небо – Небом. И можно было везде ходить, не цепляясь когтями.
И хозяевами нашего Мира были большие и сильные Боги… (ну, ты с детства знаешь их имена: Катотан и Больцан) Ну так вот. Они все ходили на двух ногах, а не на четырёх, как мы, и роста в них было больше тридцати шагов. Нет, не перебивай! Спрашивать будешь потом – а то я собьюсь.
Словом, эти Боги, как передал дед, разругались, и передрались между собой. А с каждым был свой отряд, своё Племя – ну, как у нас с Армовиками… И они воевали. И что-то очень важное они нарушили в Глубинной Сущности нашего Мира. И Небо упало на наш Мир! Это была Первая Катастрофа.
Мы еле выжили: там был Удар, а Небо навалилось на наш Мир всей своей тяжестью, так, как никогда прежде! Наверное, это было наказание. Но не для нас, а для самих Богов! Во-всяком случае, именно после этого Богов не стало. Свет померк, и навсегда воцарился полумрак – вот как сейчас. И ещё – освободились и разлились все Воды! И вот поэтому весь Нижний Уровень нашего Мира затоплен – ну, ты сам глядел с края земли.
Точно. Тонк помнил это жуткое ощущение, когда видишь далеко-далеко внизу, в сотнях шагов, медленно перекатывающиеся бархатисто-чёрные волны подземного Океана… Поэтому больше он в Пещеру Океана не ходил. Да и никто больше одного раза не ходил – слишком… Страшно!
– Вот тогда пра-пра-дед и велел запомнить и передавать всем мужчинам Рода его слова: «Когда Катастрофа повторится – наступит Судный день для всех людей! И будут Катотан и Больцан решать, кто достоин попасть на Небо, а кто за свои дела должен отправиться в Океан. И все люди умрут».
Тонк молчал, придавленный ужасом нарисованной стариком картины. Значит, они все?!.. Но неужели нет способа избежать Кары Богов – спрятаться, убежать?..
– Я догадываюсь, о чём ты сейчас думаешь. – усмехнулся Тарпон, и Тонк вновь поразился силе духа и уму, которые сквозили в его взгляде и голосе. – И хотел бы помочь тебе. Именно – тебе.
И знаешь, почему? Ты – единственный, кого не устроила глупая сказочка Зор-Зора. Меня она тоже не устраивает. Нет, я не считаю, что все наши Боги – выдумка, или попытка объяснить существование окружающего нас Мира тем, что его сделал кто-то более сильный и умный, чем мы…
Но Боги, судя по их поступкам – никакие не Боги! А просто – чуждые нам существа. Навроде сримов. Или мранов. И они – тоже из плоти и крови. И знаешь, почему я так думаю? – сделав зловещую паузу, он прошипел, прищурившись, и проведя когтем по горлу, так, словно отделял её от тела. – Мы съели их всех!
Когда пра-предки выбрались сюда, на жилой Уровень Мира, везде лежали трупы наших «Богов». И мы съели их! И только когда они… закончились – стали охотиться и есть друг друга.
Вот поэтому я и не верю, что нашим Миром до сих пор правят «Боги»!
Нет, Миром правят не какие-то другие существа… А – Законы!
И если бы мы старались, то могли бы со временем их понять. Чтобы жить лучше…
Вот – видишь? Когда на старости лет появляется свободное время, и человек начинает думать не только о том, как бы набить брюхо, и потрахаться, в голову приходят Большие Мысли!.. Ну а теперь – к делу.
Вторая Катастрофа – вероятнее всего, дело рук каких-то других, уже не наших, Богов. Или – вовсе не Богов, а тех, других… – Тарпон кивнул куда-то вверх, – Но не в этом дело. Я уверен: наш Мир погибнет. Спастись… трудно, но, как мне кажется, возможно. Поэтому никого не жди, и никому ничего не объясняй: дорога каждая минута.
Возьми свою девчонку, напейтесь и наешьтесь, как сможете – про запас. Прихватите мяса, если найдёте…
И – никому ничего не говоря, бегите! Бегите Вверх! Ваша цель – вершина, верхний Уровень нашего Мира!
Там – никакое не «Небо»… Там – «Выход». Не знаю, что это такое, но если и есть спасенье для людей – то только там. И помни главное: границы нашего Мира – это не границы МИРА!
Тонк не выдержал, чтобы не уточнить:
– Что это значит, Тарпон?
– Не знаю, мальчик… Но ты, когда доберёшься до Верха – надеюсь, узнаешь!..
Световод изогнулся, и приблизился к потолку камеры.
– Так. Похоже, световые панели ещё излучают немного света, – буркнул Крамер, взглянув на показания датчиков здоровенного и жутко неаккуратного переносного пульта, собранного наспех.
– То есть, на борту какая-то энергия ещё есть? – поспешил уточнить Саммерс.
– Похоже, да. Нет, ну правильно: передатчик же ещё работает.
Майк, осторожно двигая джойстик, направил головку гибкого щупа ближе к стене, и провёл вдоль угла книзу, добравшись до пола.
Картину, которую они уже с полчаса наблюдали на всех экранах, собственно, можно было предвидеть. Это действительно оказалась шлюзовая камера. Большая, с металлическими стенами. И абсолютно пустая.
– Ладно, начинайте вскрытие. – смилостивился Саммерс.
Лаборанты, давно ждавшие этого приказа, и уже установившие станок, включили двигатель.
Колонковое сверло диаметром в два с лишним фута, медленно вначале, но затем всё быстрее, стало выбирать канавку по периметру намеченного входа. Учёные, как и вначале, делали паузы для охлаждения.
Затем пришлось делать паузы и для застывания снова выступившего герметика.
Но за час шахта оказалась закончена. С грохотом последний слой пластика и металла упал на пол вскрытой шлюзовой. Ничего не случилось.
Билли размотал и закрепил лестницу на цепях. Майк, как самый худой, спустился.
Ему передали видеокамеру, газоанализатор, магнитометр и прочую научную требуху, как непочтительно называл её Крамер.
Камеру Майк установил на треноге, и операторы Саммерса сразу стали вращать ею, пытаясь запечатлеть всё в подробностях. Впрочем, кроме невероятной гладкости отполированных стальных стен, таковых не нашлось.
– Майк! Подойди-ка к стене, у которой ты сейчас! – потребовал Крамер. – Да, к этой самой. Снимай периметр двери… Ты же видишь дверь?
Теперь дверь видели все. Только тонкая щель в десятую долю дюйма выделяла её на фоне стены. И они бы не обнаружили её так быстро, если бы не здоровенное колесо, очень похожее на штурвал, в её центре. Рядом с дверью имелся шкафчик, примерно на уровне груди Майка.
– С кем спорим, что в шкафчике – ручное управление второй дверью? – спорить с Майком никто не стал. Зато все наперебой стали предлагать, что сделать, чтобы открыть немаленькую дверь.
Действительно, размер её превышал семь на семь футов, и, похоже, она сдвигалась вбок – сверху и снизу обнаружились направляющие желобки для роликов.
– Тишина! – Саммерс не любил «научных дискуссий», – «Открывать» дверь мы не будем. Наша главная задача: попасть из шлюза – вовнутрь. Причём так, чтобы не навредить ничему ни на Корабле, ни у нас! Так что спускайте туда малый бур. Оператор! Давление уравняли?
– Так точно, сэр! Соответствует тому, что стояло в шлюзовой!
Крамер подумал, что идея закачать к ним в «палатку» инертного азота… В-прин-ципе, верна. Если там остались какие-либо действующие датчики разгерметизации, как, например, на земных кораблях, они могут автоматически перекрыть все ближайшие коридоры аварийными переборками… Сверли потом каждую!
Медленно и осторожно Бенни и Крамер спустили Майку портативный бур. Больше всего он напоминал обычную переносную дрель. Только очень большую.
Установив его и закрепив магнитными захватами в соответствии с «ценными» указаниями, к полу, лаборант включил подачу и вращение. Профессор и Бенни неторопливо спустились вниз, к запыхавшемуся Майку. Теперь даже было слышно звук мотора бура – ещё бы, с воздухом-то!..
Герметик оказался и здесь. Но через полчаса дюймовое отверстие было готово.
Струя ударившего из него газа оказалась уже совсем не так сильна, а вернее – практически неощутима: словно отверстие просто тяжко вздохнуло, сожалея, что теперь придётся открыть свои «тайны»!..
Вот теперь газоанализатор показал любимого Це-о-два в полтора раза больше. То есть те, кто жил здесь (или то, что жило) дышали, и какое-то время точно – жили!
– Ну, если принять за аксиому то, что состав воздуха в шлюзе – первичен, и никто его не открывал после крушения… Так. Всё то же самое… Кислород – шестнадцать. Хм… Получается, внутри – была жизнь. А может – и сейчас существует! Ну, а с микробами – нормально. Всё те же самые уродливые монстрики.
– Интересная теория, профессор. Насчёт жизни. Вот и приступим к её проверке. Запускайте. – Саммерс устал, но деловой тон сохранял.
Профессор тоже устал. Их вахта продолжалась уже больше семи напряжённых часов, и скоро можно будет отдохнуть… Вот только Разведчиков надо запустить.
Он кивнул Бенни.
Бенни открыл герметичный ящик с продезинфицированными роботами. В мягких гнёздах лежали три тускло-серых стальных тела. С виду они напоминали простые куски трубы, или кабеля – по футу длиной, и почти дюйм в диаметре.
Взяв первого Разведчика, Бенни просунул его передний конец в дыру, и сильно наподдал по заднему.
«Кабель» влетел в неизвестность. Так же лаборант поступил со вторым и третьим роботом.
– Операторы готовы? – теперь в голосе Саммерса всё же проступила усталость.
– Да, всё в порядке.
– Запускайте.
Крамер сделал знак, Бенни открыл три прозрачных щитка, и щёлкнул тремя переключателями.
С тремя железками, влетевшими в неизвестные пространства, стали происходить любопытные изменения. От боков отлипли прижатые до этого сотни механических лапок, и спереди выдвинулись головки – с тепло-, видео- и аудиосенсорами и камерами.
Шесть небольших экранов на портативном пульте перед Крамером и ассистентами ожили. Но те, что сейчас находились перед Саммерсом, показывали всё куда чётче.
Большое помещение. Потолки, правда, на такой же высоте, что и у шлюзовой. Приборы с циферблатами, встроенные в стены. И – три открытых огромных люка! В трёх разных стенах. За ними – коридоры, уходящие в темноту.
– Как знали… – буркнул профессор.
– Внимание, операторы! – Саммерс явно тоже оживился, – Первый – в левый люк, второй – в центр, третий – направо. Скорость движения – не больше метра в минуту! Мне нужна круговая панорама всего, мимо чего… – привычные слова команд наполнили эфир.
– Пошли, ребята. – Крамер сделал жест, и ассистенты выбрались в купол. Сам он поднялся последним, кинув взгляд на отверстие в «Ящике Пандоры». Вроде, маленькое. Откуда же странные мысли о том, что и этого может хватить для…
Э-э, довольно! Прямо паранойя какая-то! Ксеноморфная. Есть же пушки!
Но на всякий случай наверх из шлюзовой корабля втащили и лестницу…
– Полковник, мы готовы. – вся троица пионеров новых Миров вошла в шлюз. Охранять опустевший купол остались только автопушки, излучатели, и прочие роботизированные часовые.
– Вахтенный! Включить отсос.
Воздух из шлюзовой откачивали обратно в купол – от греха подальше, как говорится.
После чего профессор и помощники добрых десять минут «нежились» в потоках жёсткого рентгеновского облучения, ультрафиолета, и в струях антибактериальных аэрозолей, ядов и инсектицидов.
Затем с другой стороны впустили обычный (тоже, впрочем, продизенфицированный!) воздух, и открылась дверь в мир людей…
Профессор непримянул поиронизировать:
– Трое посланцев от земной Науки вернулись снова в твоё материнское лоно, о, Земля!.. Но они не знали, что уже несут в себе споры новой, чуждой жизни, которая, таясь и готовясь, веками ждала возможности…
– Профессор, если вы не прекратите балаган, я прикажу обработать ваши скафандры повторно! – Саммерс вовсе не шутил, и Крамер знал это. Поэтому сдался:
– Пардон. Больше не буду. Это была «невинная» шутка… Ладно, мы пошли кушать и спать.
Здесь, наверху, можно было почти не скрываться.
Потому что ни Армовики, ни звери в верхних, пустынных, гулких, и лишённых пищи Уровнях не жили.
В узких и длинных коробах, по которым они с Ри неуклонно поднимались, передвигаясь осторожными перебежками, явно сотни лет никто не ходил. Да и не было смысла: кроме толстых длинных круглых труб, прицепленных к стенам и потолку, здесь не имелось ничего сколько-нибудь полезного – ни добычи, ни еды, ни воды… Только пыль и древняя паутина. Вот только пауки все вымерли ещё при тех самых, пра-пра-дедах…
Тонк вёл их вперёд, целиком полагаясь на своё чувство направления. Он словно – не то – помнил, не то – знал, куда надо попасть…
Снова они пришли к перекрёстку. Тонк, не раздумывая, выбрал самый толстый проход.
Теперь решётки, через которые становились видны пещеры, мимо которых они пробирались, шли чаще. Внизу было всё то же: вздыбленные кучи земли у одной из стен, странные громоздкие конструкции из трубок или панелей, непонятные предметы и коробки – по всему пространству.
Тонк знал по опыту, передаваемому старшими, что есть здесь уже давно нечего.
Поэтому они терпели. Голод – не помеха! Куда хуже было отсутствие воды…
Наконец проход, по которому они пробирались, круто изогнулся кверху, и идти стало невозможно. Пришлось поработать зубами и когтями, чтобы раздвинуть прутья ближайшей решётки.
После чего они спрыгнули на огромную кучу земли, громоздившуюся в углу этой пещеры.
Выход нашёлся не сразу – здесь соединительная дыра была перегорожена прочной переборкой. Но Тонку удалось разгрызть сравнительно мягкий материал, прикрывавший вход в отверстие у стены, где проходили ещё трубки – уже тонкие и не столь ровные, как наверху. Он пробирался, ругаясь на паутину, впереди, Ри молча двигалась за ним.
Через квадратную коробку они попали в длинную, даже чересчур, и довольно узкую – всего метров пятьдесят – пещеру. Пройдя по ней с километр, они вышли к совсем непонятной пещере. Пустой. Разделённой стеной как бы надвое. В одной половине имелся крутой спуск, в другой – подъём.
Эта, вроде, вела куда надо – наверх. Но пол состоял, как и в другой половине, из огромных уступов: как раз в рост Тонка.
Принюхавшись, он решился.
– Будем подниматься здесь!
Однако на этот раз его спутница решила возразить:
– Милый! Как же мы будем здесь подниматься? Ведь тут – высоко! Смотри: уступы – метра по два. Выше моего роста. Здесь и пахнет… странно.
С последним замечанием он не мог не согласиться – такого запаха никто из людей раньше точно не встречал. Но вести осторожную разведку и таиться некогда. Чёрт с ним, запахом – проход вёл наверх!
Тонк, подойдя к основанию уступа, прилёг на пол перед ним:
– Залезай мне на спину, и – прыгай!
А молодец его женщина – не стала возражать и капризничать. Так и должно быть. Она свои сомнения высказала, на его решение это не повлияло: значит, нужно слушаться своего мужчину и не перечить! Ого! Чёрт, а когти-то у неё на ногах – ничего себе!..
Сам Тонк преодолел первый уступ легко. Снова подставил спину.
Впереди ещё по-крайней мере двадцать уступов. А потом поворот пещеры. Что за ним?..
За ним оказались ещё уступы, и к тому моменту, когда они одолели и их, Тонк еле двигался, а Ри так сильно вспотела, что они постоянно крутили головами – не унюхает ли кто их присутствия? Сражаться или бежать сил могло и не хватить…
Но здесь не было никого. Ну и правильно: ещё предки говорили, что Небо не достать, а пещеры выше его – бесполезны и необитаемы.
Так что, отдышавшись, они двинулись дальше – туда, куда Тонка вёл инстинкт, и где (как по крайней мере Ри надеялась) их ждали пища и вода…
Здесь, наверху, было намного светлее, чем в жилых пещерах.
Так что теперь Тонк не столько угадывал и унюхивал, что было впереди, но мог и глазами видеть гораздо дальше, чем обычно. Громадные пещеры со странным и пугающим содержимым внутри, продолжали регулярно попадаться по обеим сторонам длинного широкого прохода, по которому они теперь двигались.
В одну такую они даже зашли, чтобы наконец выспаться и отдохнуть. Странно – но земли здесь уже не попадалось. Только ящики, коробки, непонятные нагромождения из трубок и реек… Для чего всё это могло служить? И – главное! – кому?
Запах… здесь тоже стоял. Но они уже начали к нему привыкать.
Двинувшись влево, в поисках санитарного отверстия, Тонк замер на полпути.
Его остановил дикий визг его женщины.
Выспался Крамер неплохо. Почистив зубы и позавтракав в офицерской столовой, он прошёл на мостик, откуда дежурный старший офицер традиционно руководил работами.
Поздоровавшись с Кейном Маркоффером за руку, и с остальными – поклонами, он спросил:
– Ну, как там наше сканирование?
– Не так хорошо, как мы надеялись, сэр. – вахта Кейна заканчивалась, и он был явно утомлён: хотя бы ответственностью за непривычную работу, – Конечно, если бы Червей было не три, а тридцать три, всё шло бы куда быстрей и проще… А так – буквально разрываемся на части, чтобы осмотреть хоть в общих чертах! Мебель (если это мебель!), приборы, вещи (опять-таки: если это – вещи!) – всё непонятное, чужое…
– Ну а как с планом помещений?
– Вон, на вспомогательном компьютере. Да вы посмотрите сами – вдруг что-нибудь пригодится на будущее.
Крамер с удовольствием воспользовался любезным приглашением, и сел в кресло за пультом. Одел визуализационный шлем. Мысленно двинулся вперёд от входного отверстия. Воссозданный компьютером интерьер с виртуальным пространством, но с натурными съёмками, заскользил мимо. Нет, ну-ка, помедленней! Ага. Коридор, …рен с ним, – это только коридор. А комната? Вот – дверь в эту открыта.
Хм-м-м… Да, Кейн прав. Здесь сидели явно не человеческие зады… Если, конечно сидели. А то – может, это подставки для компьютеров! А это – что? Книжные шкафы?.. (?!) А это? Горшки для цветов? Вряд ли.
Поскольку съёмки велись с крайне неудобной точки – в дюйме от пола – сказать, что именно проплывает мимо видеокамер, было чертовски сложно. Вот: не то столы, не то – тумбы… Кровать?!.. Едва ли: всё идёт странными ступенями. И вообще – похоже на гигантскую гармошку.
Ладно, лучше посмотрим общий план обследованных помещений.
Он снял шлем. Сердито поджал губы – словно побывал в парке абсурда…
План, выведенный на большой монитор в виде объёмной модели, намечал контуры кают и коридоров тонкими синими линиями голограмм. Пока было чётко видно радиальный коридор, и два полукруглых – которые явно шли к другим шлюзовым. В оба коридора выходили двери кают.
Ну, хоть их размеры позволяли надеяться на то, что бывшие обитатели хотя бы размером – с людей.
На сводной схеме оказалось видно, что обследованные помещения составляют не более пяти процентов от площади этого уровня. Программа же моделирования предполагала по крайней мере ещё пятнадцать таких уровней. Причём нижние – куда обширней.
Н-да…
Эта работёнка, как говаривал Гекльберри Финн, не на тридцать семь лет, а, пожалуй, на все тридцать восемь…
– Что там с датчиками движения? Хоть что-то есть?
– Нет, сэр. Только обычные помехи – внутри небольшой сквознячок.
– Ах, сквознячок… А что там с освещением?
– Панели на потолке, стандартные, всё ещё излучают – в видимом диапазоне.
Бегло росмотрев ещё раз собранный материал – нет, ничего понятней не стало! – Крамер со вздохом вылез из кресла.
Буркнув «Я – к Координатору!», вышел из рубки.
Бросившись на крик, Тонк даже не понял сразу – почему же Ри кричит.
Автоматически он занял позицию впереди неё, ощетинившись для драки. Но – никто и ничто на них не нападал! Нигде – ни следа движения! Но что… Он пригляделся.
Да, это проняло и его.
Древний бог лежал на спине.
Он был серебристо-белый, огромный, устрашающий в своей монументальной неподвижности. На месте головы находился огромный шар чёрного цвета. Передние конечности оказались непривычно коротки – сразу вспомнились слова Тарпона о том, что Боги передвигались только на двух ногах. Задних.
Похоже на правду – нижние конечности Бога были колоссальной длины, и заканчивались плоскими площадками. Когтей там не имелось. Так же как и пальцев.
Пальцы имелись на передних конечностях. Но когтей не было и здесь. Только гладкие обрубки – словно костяные. И каждый палец размером чуть не с самого Тонка…
Когда приступ первого ужаса прошёл, Тонк хмыкнул. Похоже, Тарпон прав – Боги мертвы. Причём – все. Иначе их с Ри давно бы убили. Ведь они – на ЗАПРЕТНОЙ территории.
Осмотр Бога, впрочем, он произвёл тщательный.
Вот теперь стало ясно, что это за странный запах стоял здесь почти везде.
Пахла кожа Бога. Но пахла она вовсе не кожей…
Осмотр возле пояса внезапно насторожил Тонка – он что-то учуял.
Да, вот здесь!
Забравшись в узкую щель у спины, он стал принюхиваться, перебирая руками тонкие трубки, находившиеся внутри. Да! Да! Инстинкт и обоняние не должны подвести – он чуял!..
Изловчившись, он боковой частью челюстей начал методично прогрызать дыру. Трубка упруго пружинила, но щели-разрезы в ней постепенно углублялись.
И – свершилось! Прямо в его пересохший рот потекла струйка живительной Воды!..
Обхватив трубку всем ртом, чтоб не дать пропасть и капле, он жадно глотал. Затем позвал Ри. Та просто легла на пол, буквально присосавшись к чудесному источнику.
Когда внутрь больше не влезало ни капли, Тонку пришла в голову странная мысль – что если им больше не встретится ни одного Бога? Где им тогда брать воду?
Он, в спешке покидая родное и привычное Логово, которое теперь казалось лишь туманным воспоминанием, даже и не подумал, что доступная вода имелась только на их уровнях. И что им может не встретиться на пути никаких водоёмов. Теперь же находка мёртвого Божества, столь чудесно напоившего их, заставила его сделать то, чем он иногда гордился – поработать мозгами.
Велев Ри зажать дыру рукой, он кинулся со всех ног назад – в одну из пещер, где он видел…
Вернулся он быстро – и подставил под струю воды небольшую, всего с его голову размером, прозрачную ёмкость. Словно почувствовав, что они подготовились, вода наполнила посудину до половины, и… Иссякла. Тонк и Ри переглянулись.
– Воду понесёшь ты. – скомандовал мужчина. Женщина молча кивнула.
– Нет, господин профессор! Я считаю такие действия преждевременными! – Саммерс старался сдерживаться, но чёртов Лауреат всех этих дурацких Премий, Заслуженный и Уважаемый «член» чего-то там, словом, «мировое Светило номер один», уже достало его.
– Ну почему же – преждевременными? Все наши детекторы показывают, что внутри – ни следа движения! Разве это не доказывает, что живых внутри не осталось? Да и двадцать три «Ж» однозначно… – Крамер уже забыл, в который раз он повторял все «железные» аргументы.
И в который раз они, словно лёгкие волны, отскакивали от неколебимого утёса генеральской осторожности.
– Довольно. – Координатор предостерегающе поднял руку. – Вы, конечно, можете подать на меня рапорт Совету, и изложить там всё это… И многое другое. Но!
Пока меня не снимут с этой должности, я не разрешу входить в Корабль. Не разрешу до тех пор, пока не буду убеждён в полной его безопасности для Человечества!
Да, я понимаю – звучит напыщенно и консервативно…
Но поймите хоть чуть-чуть мою позицию и вы! Да, двигать вперёд Науку надо. Но – не подвергая риску существование всех остальных Людей!
Некоторое время оба, стоя напротив друг друга с опёртыми на крышку стола ладонями, буравили друг друга глазами.
Профессор сдался первым.
Его усмешка вышла кривой, но не была сердитой:
– Полковник. Приношу свои извинения за резкий тон. Наверное, я немного погорячился…
Саммерс, ноздри которого всё ещё раздувались, склонил голову набок, и буркнул:
– Принято. Я тоже извиняюсь – за недопустимую несдержанность. Ну, – и пафос…
Теперь оба похмыкали, затем уже свободно рассмеялись. Пожали друг другу руки.
– Знаете что, господин профессор… Если бы за умение выводить начальство из себя тоже давали Премии, вы были бы обладателем самой престижной. И большой!
Очередную пещеру с уступами преодолели уже куда быстрей, несмотря даже на то, что теперь передавали друг другу драгоценную ёмкость.
Обстановка вокруг почти не изменилась. Всё те же огромные пещеры, открытые или закрытые проходы, странные предметы…
Тонк настолько привык, что почти не останавливался рассмотреть или обнюхать что-либо новое. Оно не таило опасности! А он чувствовал, что надо спешить.
Ри теперь, когда он добыл воду в безвыходной, казалось, ситуации, готова была следовать за ним хоть в Океан… Если бы он сказал, что так надо.
Свет, исходящий от местного Неба, был уже столь ярок, что приходилось щуриться.
Запахи стали почти привычными – они без труда могли сказать, что ждёт в той, или иной пещере, будь то странные коробки с тонкими листками, или металлические трубки, выгнутые и переплетённые между собой, или объёмистые свёртки из материала, напоминавшего кожу Бога… Назначение всего этого и многого другого оставалось тайной.
Ну, на то и Боги – их пути и жизнь неисповедимы.
Зато Тонк отлично знал, что нужно делать им.
– Запускайте! – Крамер уже не входил в купол, предпочитая теперь руководить действиями лаборантов из рубки. Благо, экраны там превосходны, – По одному.
Майк подавал, Бенни вбрасывал дополнительных роботов-червей в отверстие.
– Готово. – можно было и не докладывать, Крамер прекрасно видел, как стальной хвост последней из многоножек скрылся из виду, и его помощники щёлкнули всеми семью тумблерами.
Семеро новых операторов, в тесноте сидевшие за поставленными у дальней стены пультами, начали продвигать своих «подопечных» в указанные секторы.
Крамер откинулся на спинку. Особых новостей, тем более в ближайшие часы, он не ждал. Ну что могут найти черви в ещё необследованных каютах и коридорах этого Уровня? Мебель? Книги? (Если, конечно, странные прямоугольники с пластиковыми листами внутри – книги! А сказать точно, пока хоть одна не попадёт в их руки – невозможно!) Одежду?.. Вот найти бы хоть одну лестницу – чтобы спуститься, или подняться!
– Вижу лестницу! – вдруг, словно по заказу, сказал один из старых операторов, – Червь номер три. Сектор С-31. Похоже, ведёт только вниз.
Пощёлкав переключателями селектора, Крамер вывел себе на центральный монитор изображение, передаваемое третьим червём. Да, это лестница, сомнений нет. И ведёт на нижний Уровень – это однозначно. Но где же тогда – ступени вверх?.. Ага. Вот они: червь чуть отполз, и появились и ступени, ведущие вверх. Всего – двадцать две. А далее – пролёт заворачивает. Хм.
– Полковник, – Крамер продолжал называть его так, – Я считаю, что нужно послать сюда хотя бы двух червей: одного – вверх, другого – вниз.
Ощутив в наушнике традиционное сердитое сопение, Крамер вдруг услышал:
– Поддерживаю. Однако – считаю, что вниз нужно послать трёх червей, а вверх – достаточно и одного. Там уровень должен быть гораздо меньше – и по размеру, и по значимости.
– Да, пожалуй…- Крамер был приятно удивлён. Координатор-то – прав! Важнейшее навигационное и двигательное оборудование наверняка спрятано в сердце звездолёта. – Приступим?
– Да. Внимание. Операторам червей четыре, пять и семь – вывести свои машины в сектор С-31, и начать спуск. Оператор восьмого – туда же, и – вверх по лестнице. Приступить.
Тонк вдруг замер прямо посреди очередной длинной пещеры.
Ри мгновенно застыла за его спиной, даже единым звуком не выдав удивления, и быстро осмотрев тыл.
Молодец. Настоящая боевая подруга. Понимает, что от скрытности и слаженности действий зависят их жизни.
Тонк сделал знак, и они скрылись в ближайшем соединительном отверстии, в боковой пещере. Теперь странный звук услышала и Ри – ну и слух у её Героя!
Что-то шелестящее и побрякивающее приближалось к ним. Выглянув из-за выступа порога, Тонк замер. Шерсть на загривке встала дыбом. Мускулы напряглись, и он принял стойку.
Ри всё ещё ничего не видела, но боялась вылезать вперёд: она не должна мешать. Если что-то нужно будет сделать – её мужчина скажет!
Но он ничего не сказал. Зато вдруг бросился через отверстие: с его когтями и зубами он мог никакого врага не бояться! Он уже – вполне зрелый мужчина.
Высунув голову из-за выступа порога, Ри поспешила отступить, так, чтобы только видеть схватку. Зато теперь она знала, что испытал её возлюбленный при встрече со своим первым сримом!
Этот – второй. Но от этого он не становится менее страшным и опасным.
Тонк напал, используя схему предыдущей атаки. Он чувствовал прилив сил и ненависть – сейчас он дрался за свою женщину, за свою еду, и за своё будущее Племя. Он не сомневался в себе.
Однако всё пошло не так!..
Срим уж слишком отличался от тех, водящихся внизу!
Он был не крупнее – скорей, наоборот. Но тело оказалось из другого материала!
Попытки прокусить шейный сегмент закончились тем, что Тонк чуть не остался без зубов! Пришлось срочно втянуть челюсти, и соскочить на пол.
Да и голова у этой многоножки оказалась какая-то странная – куда больше, чем у обычного срима, и с разными глазами. Нет, правда – один глаз был большим и чёрным, другой же – меньше, и словно сидел на стебельке, как у улиток. Попытка отгрызть, или выцарапать провалилась – когти, лязгнув, просто отскочили.
Однако Тонк и не подумал сдаться, или отступить.
Рывком схватив замершего почему-то на месте врага за сегментированные ножки с одной стороны, он опрокинул многоножку на спину. Нет, будь оно неладно, не прокусить: брюшко тоже бронированное!.. Он отскочил, пытаясь понять – что же делать теперь?!
Удивительно! Тварь замерла, и зашевелилась только спустя несколько секунд.
Ножки стали опускаться, пока не достигли пола. Затем, как ни в чём не бывало, странный срим двинулся вперёд – уже на спине. К Тонку он повернулся уже на ходу: скользнул по нему своими странными глазами, и спокойно, словно никакой атаки и не было, пополз дальше по коридору. Ну и дела – похоже, его не собираются есть…
– Ри, иди сюда. – обескураженный охотник тихо подозвал свою женщину. Она мгновенно и бесшумно возникла рядом.
– Это – не срим! – в голосе Тонка слышался неподдельный страх. – Эта тварь только похожа! Но она абсолютно неуязвима. Тело – словно сделано из камня. Не прокусить! Я чуть без зубов не остался… И когти не берут! Да и пахнет она… странно. И она меня… проигнорировала.
– Может, не голодна?.. – неуверенно спросила Ри.
– Нет, не думаю. То есть, я не думаю, что эта штука вообще ест! Пищей от неё даже не пахнет! Говорю же – словно сделана из камня!.. И – ты же видела? Она спокойно ползает на спине! Ни один срим так не может!
– Так что, мы не будем его преследовать?
– Нет! Съесть мы такого всё равно не сможем. Мы поступим по-другому. Идём по его следам туда, откуда он пришёл! Я знаю, я чувствую – нам нужно добраться до его Логова!
– Ты действительно этого хочешь? Ну… А может, его родственники нас всё же съедят?!
– Нет, похоже это нам не грозит. Иначе в столь безнадёжной ситуации меня бы прикончил и съел и этот… Поэтому я и считаю, что это – не срим. Да и вообще – не живое существо…
– Что?! Как это – не живое? Но… Оно же двигается, охотится…
– Нет. Оно – не охотится. Оно – раб Новых Богов. Оно как бы их… Ну, разведчик, что ли. Я чую, что они как бы… Ну, могут смотреть его глазами! Для этого и послали сюда – чтоб самим не канителиться. И я думаю, если мы пройдём к его гнезду, мы этих Новых Богов там и встретим!
– Нет!!! Тонк, ты что?! Эти, Боги… Они же… Сразу убьют нас!
– Вот уж нет! Наоборот – они будут удивлены нашему появлению. И обрадованы. И, скорее всего, захотят нас изучить поближе… Я так думаю, эти Новые Боги и захватили наш Мир для того, чтобы сделать своим. И для этого они и послали сюда своих слуг – изучить здесь всё… И всех.
– И… Они не убьют нас?
– Нет. Готов поспорить на свою жизнь. Мы будем им интересны. Как первые.
Жители нашего Мира.
Ну-ка, бежим скорей – я чую след этого слуги. Он ведёт оттуда!
– Да, сэр, напал, действительно напал!.. И ещё как быстро и умело – словно всю жизнь убивал роботов-червей! Нет, ничего не испортил, конечно. Но – перевернул на спину. Явно хотел вспороть живот. Не удалось, понятное дело…
Да нет, всё уже в порядке. Червь номер пять движется по намеченному маршруту, видеозапись мы обрабатываем. Что? Да… Хорошо. Слушаюсь, сэр. – Координатор, убедившись, что в ухо уже пикает отбой, отключил связь.
Крамер буркнул весьма сердито:
– Ну и какие ещё «ценные» указания дало Многомудрое Высокое Начальство?
Саммерс невесело усмехнулся:
– Велело любой ценой поймать хотя бы парочку таких крыс!
Они допили всю воду, и теперь, без ёмкости, двигались куда быстрей. Не прошло и получаса, как они преодолели очередной каскад из уступов, и теперь стояли перед явно свежей круглой дырой в перегородке, закрывавшей очередное соединительное отверстие.
– Я здесь не пролезу. – Ри сердилась. Да Тонк и сам видел, что отверстие слишком мало.
– Хорошо, попробуем сделать как всегда.
Он нашёл мягкую вставку внизу одной из стен, и с помощью зубов за каких-то пять минут раскрошил одну из его сторон.
После чего вставка легко выдернулась из стены. Тонкие шнуры и трубки, тянущиеся от неё, как Тонк знал по опыту, лучше было не трогать – они больно кусались….
Зато в образовавшуюся дыру они с Ри очень даже свободно вползли. В межстенном пространстве оказалось как всегда темно, хоть глаз выколи, но Тонк уже отлично ориентировался в таких местах.
На поиск и устранение ещё одной вставки, уже во второй стене, ушло ещё пять минут. И вот они внутри пещеры, откуда прибыли рабы Новых Богов.
– Господин Генерал, сэр!..- голос Бенни заставил всех оторваться от работы. И глянуть на камеры, установленные в шлюзовой, где сейчас и работали лаборанты.
– Если я не ошибаюсь, вы приказывали добыть двух крыс… Ну так вот, похоже, – мы их добыли!
Бенни говорил правду: две солидного размера крысы, замерев, лежали прямо у стены.
– Бенни! – Крамер оказался в шоке, – Откуда они взялись?!
– Будете смеяться, сэр… Они пришли сами – прогрызли себе ход через туннели и коробку электропроводки. И вот – нате вам. Сами пришли, сами легли. Вроде, как предлагают: забирайте нас с потрохами! Уму непостижимо! Так что, сэр? Прикажете забрать?..
Координатор переглянулся с Крамером. Тот кивнул.
– Забирайте! Но – осторожней! Работайте только в мейларовых перчатках!
– Есть, сэр! Сейчас я… – Майк подал коллеге странное сооружение из армированной толстой проволоки, и Бенни поставил её на пол возле всё ещё неподвижно застывших крыс. Те продолжали неподвижно лежать, распластавшись по полу.
– Перекладываю! – Бенни, окончив возиться с неподатливыми перчатками, со всеми возможными предосторожностями взял под брюшко сначала одну крысу, затем другую, и перенёс в транспортную клетку, – Готово, сэр! Вот уж – если гора не идёт к Магомету, то…
– Да, странно… – Саммерс пошкреб подбородок. После чего ещё раз переглянулся с Крамером, – Что скажете, профессор? Почему они пришли к нам сами?
– Затрудняюсь вот так, сходу, предложить хотя бы одну разумную теорию… Ну, разве что неразумную… Например – что люди для них – Боги, и они пришли почтить нас, и поклоняться нам.
– Очень смешно. – Саммерс фыркнул, – Ну а если серьёзно?
– А если серьёзно – то однозначно ясно, что они не в первый раз видят людей! Они нас абсолютно не боятся, и очевидно, приучены так вести себя… Рефлексы, знаете ли… Так что похоже, мы (ну, вернее – я!) ошиблись – люди внутри всё же есть! И как же я рад теперь, что вы не разрешили вскрыть переборку!..
Саммерс победно зыркнул соколиным оком из-под седой и кустистой приподнявшейся брови, но тон остался спокойным:
– Очень похоже, что у нас прибавится сложностей – если и правда, кого-то найдём! А то наши «контактёры» заскучали совсем.
И, щёлкнув селектором не без злорадства объявил:
– Группа контакта! Готовность номер один!
– Внимание, группа Крамера! Почему замолчали? Как у вас дела? – тон координатора Проекта, генерал-полковника Саммерса, был спокоен, и, как всегда, деловит.
Понимая, что и правда, их молчание подзатянулось, Крамер «доложил»:
– Докладывать пока не о чем, сэр. Всё ещё не просверлили внешний слой. Глубина отверстия уже два дюйма. Согласно инструкциям, всё ещё охлаждаем через каждые полдюйма.
– Вас понял. Продолжайте.
Бригада Крамера «продолжила». Однако почти сразу сверление пришлось закончить: обороты резко подскочили, и Майк поторопился вынуть из отверстия дюймового дивметра сверло.
– Сэр! Похоже, мы преодолели первый слой! Внутри – темно… Вводим камеру!
Миниатюрная камера на гибком шланге с мощным прожектором пролезла в дыру легко.
– Ого! Похоже, мы попали во что-то вроде самогерметизирующейся прокладки! Эта штука уже почти затянула наше отверстие, и сейчас выталкивает оттуда и камеру! Вот, – вам видно?.. – действительно, чёрный пенистый материал вроде резины, или пластмассы, заполнил пробурённое отверстие, и, вспухнув бугорком, почти мгновенно застыл в монолитную, похожую на пемзу, пробку.
– Полковник! – Крамер всегда чихать хотел на весь этот официоз, и теперь, когда работа пошла, обращался к координатору, опуская, как всегда, именно первую часть его чина (генерал вначале, конечно, дулся. Потом – плюнул.), – У нас есть первые образцы. Можем передать на анализ стружку от верхнего слоя, и кусочки той пенистой дряни, что находилась за ним, и сейчас заткнула нашу дырку. Но – вам же и так всё видно?
Действительно, Саммерсу всё было прекрасно видно – камеры снимали всё с двенадцати точек, и во всех возможных диапазонах, с увеличением и без…
– Присылайте. – Координатор сопел в микрофон весьма сердито, но тон его не изменился.
Майк занёс контейнер с обозначенными «образцами № 1 и 2» в шлюзовую, и вышел.
Все известные земной науке бактерицидные и обезвреживающие реагенты в аэрозольном, жидком, и прочих вариантах, не говоря уже о стерилизующих излучениях, сейчас же были обрушены на вожделенные кусочки «чужого».
Пока длилась эта процедура, Крамер вяло переругивался с генералом: он считал, что можно бурить прямо по старым следам – пенистый материал уже затвердел, и создал вокруг их дыры жёсткую пробку. Так что больше ничего им пока не угрожает.
Как раз к моменту окончания процедуры обеззараживания был достигнут компромисс: Крамеру разрешили бурить, но – при условии мгновенного прекращения, «если что-то пойдёт не так!» На что он, вполне в соответствии с традициями, только пофыркал.
На преодоление чёрной пенистой пробки и слоя чего-то вроде алюминия толщиной в полдюйма, что оказался в полуфуте под ней, ушло всего пять минут.
После чего чёртов пенистый материал полез снова.
Ещё пятнадцать минут ушло на переругивание, предположения, и ожидание, пока и эта пробка застынет. И ещё пять – снова на бурение.
Ещё полфута после алюминия занимала прочнейшая пластмасса. Крупицы её, вынесенные сверлом на поверхность, вместе с алюминиевой стружкой, составили, соответственно, Образцы 3 и 4. На отбор и передачу их снова ушло время.
После пластмассы снова пошёл цементированный металл, но куда тоньше – всего несколько миллиметров. Так что ещё минут через пять после очередной остановки на охлаждение, сверло снова завращалось легко, а по краям его зашипел, конденсируясь в тугие струи и туман, воздух изнутри.
– Внимание! Группа Крамера! – Саммерс отреагировал традиционно – то есть, так, как считал наиболее безопасным для людей, – Отойдите все подальше!..
– Ура, – вяло констатировал Крамер, не спеша, впрочем, сдвинуться и на дюйм, – Наши выкладки оказались верны. Внутри, действительно, сохранился их воздух… Правда, не знаю, насколько он соответствует тому, чем был первоначально!
– Вы это о чём, профессор? – поскольку Крамер звал его полковником, то и генерал-полковник считал своим долгом отвечать взаимностью, не упоминая всех заумных титулов и званий маститого Лауреата Нобелевских… и т.д. – Почему бы это он стал отличен от… э-э… исходного?
– Ну, это просто. Возможно, этой махине миллион лет. Ну ладно – десять тысяч. Вот представьте: вы берёте большую прозрачную банку. Помещаете туда комок земли, червей, семена, мышей, мушек дрозофиллов (это вообще любимые существа всех учёных!), наливаете немного воды, – и ставите у яркой лампы.
Пока лампа горит – всё хорошо. Растения растут, дают кислород, мышки кушают семена, и… э-э… какают, удобряя… Хм. А теперь – выключите свет. Всё погибнет, загниёт, и разложится: бактериям и грибам, обитающим в почве, кислород не так нужен, и они полностью изменят всё, что мы заложили в банку изначально.
– Большое спасибо за лекцию по популярной экологии… – яда в тоне «полковника» не заметили бы только мушки-дрозофилы. Ну, или «бактерии с грибами»… – Я впечатлён. А теперь – конкретно. Что там у вас за состав?
– Хм… – профессор просмотрел данные анализатора, засунутого им прямо в поток воздуха, всё ещё бьющего струёй из глубин Корабля. – Не так плохо, как ожидалось.
– В-смысле – не так плохо?
– Ну… Мы рассчитали, что це-о-два будет куда выше… Вероятно, внутри всё ещё работают какие-то лампы… или поглотители: кислород есть. И углекислый газ ещё на таком уровне, что хоть кто-то смог бы выжить! Его всего ноль один процент. Це-о-два, то есть. Кислорода – семнадцать. Азот – семьдесят три. Аргон – доли процента, довольно много метана, следы аммиака…
А знаете, Координатор – мы сможем там дышать, при крайней необходимости! – бровь профессора приподнялась. – То есть, если не найдём никого смертельного или вредоносного, атмосфера вполне… пригодная!
Теперь фыркнул уже Саммерс:
– Великолепно! – впрочем, тон его нисколько не подтверждал смысла этого слова, – Что там, кстати, с этими самыми… Бациллами и ядами?
– Сейчас, – Крамер сделал жест, и лаборанты, уже убравшие бур и задвинувшие его в «угол», если так можно сказать о круглом пространстве, подкатили другую неуклюжую конструкцию на колёсах к скважине. – Вводите.
Приёмник ввели в скважину и опустили на три фута – глубже Крамер побоялся.
На экранах перед авангардом науки и Координатором высветились цифры, и изображения – это автоматически отсканировалось пространство вокруг головки объёмом в один кубический фут…
Ого! Плохо. Пусть состав атмосферы и не представлял опасности, зато вот местные микроорганизмы, снимки спор которых сделал окуляр электронного микроскопа через световод, здорово пугали. Уж больно жутко выглядели их шипы, псевдоподии и всё остальное. Всё казалось… Чужим!
Нет, входить к таким тварям, пусть и – микро, даже в скафандрах, как-то не хочется…
– Так… Ладно, профессор. Что делать, вам известно.
– Точно. – профессор снова сделал знак, и скомандовал, – Вперёд, ребята! Автоклав!
Не прошло и десяти минут, а они уже знали главное – все микробы и бактерии из Чужого корабля прекрасно убиваются земными антибактериальными средствами! Ура.
Значит, можно сверлить дырку побольше, и лезть внутрь!
Мысль о том, что они сами – буквально ломятся в Ящик Пандоры, всё ещё грызла Крамера…
Тонку не давала покоя пугающая мысль. И ещё – какое-то странное чувство.
Словно их стабильному веками и поколениями обществу грозит смертельная опасность! Причём – всем им! Включая и Армовиков, и даже сримам, с леггами и жюсами…
В чём именно опасность – он пока не знал. Но она – есть!
И скоро все они погибнут!
На чём было основано это смутное ощущение, эта заноза, сидящая где-то глубоко в подсознании, он не понимал. Да и вряд ли это можно было понять Разумом.
Но точно знал одно – своим инстинктам надо доверять!
А вот спорить по этому поводу с Вождём – искать неприятностей на свою шкуру уже вполне известных и конкретных!..
Поэтому ночью он пробрался в отсек со стариками, и растолкал Тарпона.
Показав тому отличный кусок мяса, и сделав жест, призывающий к молчанию, Тонк вывел новоявленного «Жреца» в пещеру, и они спустились по новому склону на гладкий пол – туда, где их разговор уж точно никто не услышал бы.
Жадное и неаппетитно выглядевшее поглощение пищи стариком много времени не заняло. Облизав пальцы, и поковыряв когтем в зубах, Тарпон грозно рыгнул. После чего соизволил разрешить:
– Ну, спрашивай – чего там у тебя?..
– Тарпон, – Тонк не стал ходить вокруг да около, а сразу задал вопрос в лоб, – Мы умрём?
Тарпон поднял на него взгляд.
И там вовсе не оказалось привычного старческого маразма, злобы на всех, или равнодушия, как бывало у пожилых женщин племени. Зато там светился ясный ум и трезвый расчёт. Ответ же прозвучал категорично:
– Да!
– Да нет, ты, наверное, не понял – я имел в виду не то, что рано или поздно все мы отправимся в Рапирлу – кого убьют, кто помрёт от старости, или…
– Всё я понял. Нет, мы умрём не от этого. Я, наверное, единственный у нас в Племени, кто точно знает, что мы умрём. И очень скоро… И – не от старости, или в драке.
Теперь уже Тонку пришлось опустить глаза. Но удержаться он не мог:
– Скажи тогда – почему ты?..
– Отчего же не сказать… Я уверен – даже если я скажу то, что помню и знаю, Зор-Зору, или другим – они не поймут. Или – не поверят. А вот ты, – он ещё раз оглядел Тонка с головы до пят, – поверишь, и, возможно, даже попытаешься спастись. Сам, или с… – он хитро подмигнул, – подругой!
Тонк покраснел, но Тарпона не перебил.
– Ну так вот. Я просто перескажу тебе своими словами кусок из древнего наследия. Точный текст я не помню, а общий смысл – отлично. Его передал мне мой отец. А ему – его отец… И так далее – до тысяча триста восемьдесят четвёртого пра-отца. Видишь – я ещё не сбился со счёта. А уж теперь считать – твоя очередь. Если придётся!
Тонк молчал, только ощущая, как где-то глубоко внутри трепещет сердце – трепещет в ожидании проблем и опасностей.
Тарпон оглядел жилую пещеру, покачав головой: нависающее над ними Небо пугало необычной горизонтальностью. И не было больше столь привычного с детства наклона.
Это казалось странным, и раздражало. Но – уже не так, как сразу после Катастрофы. А тусклый свет, идущий сверху, вроде бы даже стал чуть ярче.
– Пра-пра-дед завещал передавать вот что: «Раньше мы жили при ярком свете. Раньше земля была землёй, а Небо – Небом. И можно было везде ходить, не цепляясь когтями.
И хозяевами нашего Мира были большие и сильные Боги… (ну, ты с детства знаешь их имена: Катотан и Больцан) Ну так вот. Они все ходили на двух ногах, а не на четырёх, как мы, и роста в них было больше тридцати шагов. Нет, не перебивай! Спрашивать будешь потом – а то я собьюсь.
Словом, эти Боги, как передал дед, разругались, и передрались между собой. А с каждым был свой отряд, своё Племя – ну, как у нас с Армовиками… И они воевали. И что-то очень важное они нарушили в Глубинной Сущности нашего Мира. И Небо упало на наш Мир! Это была Первая Катастрофа.
Мы еле выжили: там был Удар, а Небо навалилось на наш Мир всей своей тяжестью, так, как никогда прежде! Наверное, это было наказание. Но не для нас, а для самих Богов! Во-всяком случае, именно после этого Богов не стало. Свет померк, и навсегда воцарился полумрак – вот как сейчас. И ещё – освободились и разлились все Воды! И вот поэтому весь Нижний Уровень нашего Мира затоплен – ну, ты сам глядел с края земли.
Точно. Тонк помнил это жуткое ощущение, когда видишь далеко-далеко внизу, в сотнях шагов, медленно перекатывающиеся бархатисто-чёрные волны подземного Океана… Поэтому больше он в Пещеру Океана не ходил. Да и никто больше одного раза не ходил – слишком… Страшно!
– Вот тогда пра-пра-дед и велел запомнить и передавать всем мужчинам Рода его слова: «Когда Катастрофа повторится – наступит Судный день для всех людей! И будут Катотан и Больцан решать, кто достоин попасть на Небо, а кто за свои дела должен отправиться в Океан. И все люди умрут».
Тонк молчал, придавленный ужасом нарисованной стариком картины. Значит, они все?!.. Но неужели нет способа избежать Кары Богов – спрятаться, убежать?..
– Я догадываюсь, о чём ты сейчас думаешь. – усмехнулся Тарпон, и Тонк вновь поразился силе духа и уму, которые сквозили в его взгляде и голосе. – И хотел бы помочь тебе. Именно – тебе.
И знаешь, почему? Ты – единственный, кого не устроила глупая сказочка Зор-Зора. Меня она тоже не устраивает. Нет, я не считаю, что все наши Боги – выдумка, или попытка объяснить существование окружающего нас Мира тем, что его сделал кто-то более сильный и умный, чем мы…
Но Боги, судя по их поступкам – никакие не Боги! А просто – чуждые нам существа. Навроде сримов. Или мранов. И они – тоже из плоти и крови. И знаешь, почему я так думаю? – сделав зловещую паузу, он прошипел, прищурившись, и проведя когтем по горлу, так, словно отделял её от тела. – Мы съели их всех!
Когда пра-предки выбрались сюда, на жилой Уровень Мира, везде лежали трупы наших «Богов». И мы съели их! И только когда они… закончились – стали охотиться и есть друг друга.
Вот поэтому я и не верю, что нашим Миром до сих пор правят «Боги»!
Нет, Миром правят не какие-то другие существа… А – Законы!
И если бы мы старались, то могли бы со временем их понять. Чтобы жить лучше…
Вот – видишь? Когда на старости лет появляется свободное время, и человек начинает думать не только о том, как бы набить брюхо, и потрахаться, в голову приходят Большие Мысли!.. Ну а теперь – к делу.
Вторая Катастрофа – вероятнее всего, дело рук каких-то других, уже не наших, Богов. Или – вовсе не Богов, а тех, других… – Тарпон кивнул куда-то вверх, – Но не в этом дело. Я уверен: наш Мир погибнет. Спастись… трудно, но, как мне кажется, возможно. Поэтому никого не жди, и никому ничего не объясняй: дорога каждая минута.
Возьми свою девчонку, напейтесь и наешьтесь, как сможете – про запас. Прихватите мяса, если найдёте…
И – никому ничего не говоря, бегите! Бегите Вверх! Ваша цель – вершина, верхний Уровень нашего Мира!
Там – никакое не «Небо»… Там – «Выход». Не знаю, что это такое, но если и есть спасенье для людей – то только там. И помни главное: границы нашего Мира – это не границы МИРА!
Тонк не выдержал, чтобы не уточнить:
– Что это значит, Тарпон?
– Не знаю, мальчик… Но ты, когда доберёшься до Верха – надеюсь, узнаешь!..
Световод изогнулся, и приблизился к потолку камеры.
– Так. Похоже, световые панели ещё излучают немного света, – буркнул Крамер, взглянув на показания датчиков здоровенного и жутко неаккуратного переносного пульта, собранного наспех.
– То есть, на борту какая-то энергия ещё есть? – поспешил уточнить Саммерс.
– Похоже, да. Нет, ну правильно: передатчик же ещё работает.
Майк, осторожно двигая джойстик, направил головку гибкого щупа ближе к стене, и провёл вдоль угла книзу, добравшись до пола.
Картину, которую они уже с полчаса наблюдали на всех экранах, собственно, можно было предвидеть. Это действительно оказалась шлюзовая камера. Большая, с металлическими стенами. И абсолютно пустая.
– Ладно, начинайте вскрытие. – смилостивился Саммерс.
Лаборанты, давно ждавшие этого приказа, и уже установившие станок, включили двигатель.
Колонковое сверло диаметром в два с лишним фута, медленно вначале, но затем всё быстрее, стало выбирать канавку по периметру намеченного входа. Учёные, как и вначале, делали паузы для охлаждения.
Затем пришлось делать паузы и для застывания снова выступившего герметика.
Но за час шахта оказалась закончена. С грохотом последний слой пластика и металла упал на пол вскрытой шлюзовой. Ничего не случилось.
Билли размотал и закрепил лестницу на цепях. Майк, как самый худой, спустился.
Ему передали видеокамеру, газоанализатор, магнитометр и прочую научную требуху, как непочтительно называл её Крамер.
Камеру Майк установил на треноге, и операторы Саммерса сразу стали вращать ею, пытаясь запечатлеть всё в подробностях. Впрочем, кроме невероятной гладкости отполированных стальных стен, таковых не нашлось.
– Майк! Подойди-ка к стене, у которой ты сейчас! – потребовал Крамер. – Да, к этой самой. Снимай периметр двери… Ты же видишь дверь?
Теперь дверь видели все. Только тонкая щель в десятую долю дюйма выделяла её на фоне стены. И они бы не обнаружили её так быстро, если бы не здоровенное колесо, очень похожее на штурвал, в её центре. Рядом с дверью имелся шкафчик, примерно на уровне груди Майка.
– С кем спорим, что в шкафчике – ручное управление второй дверью? – спорить с Майком никто не стал. Зато все наперебой стали предлагать, что сделать, чтобы открыть немаленькую дверь.
Действительно, размер её превышал семь на семь футов, и, похоже, она сдвигалась вбок – сверху и снизу обнаружились направляющие желобки для роликов.
– Тишина! – Саммерс не любил «научных дискуссий», – «Открывать» дверь мы не будем. Наша главная задача: попасть из шлюза – вовнутрь. Причём так, чтобы не навредить ничему ни на Корабле, ни у нас! Так что спускайте туда малый бур. Оператор! Давление уравняли?
– Так точно, сэр! Соответствует тому, что стояло в шлюзовой!
Крамер подумал, что идея закачать к ним в «палатку» инертного азота… В-прин-ципе, верна. Если там остались какие-либо действующие датчики разгерметизации, как, например, на земных кораблях, они могут автоматически перекрыть все ближайшие коридоры аварийными переборками… Сверли потом каждую!
Медленно и осторожно Бенни и Крамер спустили Майку портативный бур. Больше всего он напоминал обычную переносную дрель. Только очень большую.
Установив его и закрепив магнитными захватами в соответствии с «ценными» указаниями, к полу, лаборант включил подачу и вращение. Профессор и Бенни неторопливо спустились вниз, к запыхавшемуся Майку. Теперь даже было слышно звук мотора бура – ещё бы, с воздухом-то!..
Герметик оказался и здесь. Но через полчаса дюймовое отверстие было готово.
Струя ударившего из него газа оказалась уже совсем не так сильна, а вернее – практически неощутима: словно отверстие просто тяжко вздохнуло, сожалея, что теперь придётся открыть свои «тайны»!..
Вот теперь газоанализатор показал любимого Це-о-два в полтора раза больше. То есть те, кто жил здесь (или то, что жило) дышали, и какое-то время точно – жили!
– Ну, если принять за аксиому то, что состав воздуха в шлюзе – первичен, и никто его не открывал после крушения… Так. Всё то же самое… Кислород – шестнадцать. Хм… Получается, внутри – была жизнь. А может – и сейчас существует! Ну, а с микробами – нормально. Всё те же самые уродливые монстрики.
– Интересная теория, профессор. Насчёт жизни. Вот и приступим к её проверке. Запускайте. – Саммерс устал, но деловой тон сохранял.
Профессор тоже устал. Их вахта продолжалась уже больше семи напряжённых часов, и скоро можно будет отдохнуть… Вот только Разведчиков надо запустить.
Он кивнул Бенни.
Бенни открыл герметичный ящик с продезинфицированными роботами. В мягких гнёздах лежали три тускло-серых стальных тела. С виду они напоминали простые куски трубы, или кабеля – по футу длиной, и почти дюйм в диаметре.
Взяв первого Разведчика, Бенни просунул его передний конец в дыру, и сильно наподдал по заднему.
«Кабель» влетел в неизвестность. Так же лаборант поступил со вторым и третьим роботом.
– Операторы готовы? – теперь в голосе Саммерса всё же проступила усталость.
– Да, всё в порядке.
– Запускайте.
Крамер сделал знак, Бенни открыл три прозрачных щитка, и щёлкнул тремя переключателями.
С тремя железками, влетевшими в неизвестные пространства, стали происходить любопытные изменения. От боков отлипли прижатые до этого сотни механических лапок, и спереди выдвинулись головки – с тепло-, видео- и аудиосенсорами и камерами.
Шесть небольших экранов на портативном пульте перед Крамером и ассистентами ожили. Но те, что сейчас находились перед Саммерсом, показывали всё куда чётче.
Большое помещение. Потолки, правда, на такой же высоте, что и у шлюзовой. Приборы с циферблатами, встроенные в стены. И – три открытых огромных люка! В трёх разных стенах. За ними – коридоры, уходящие в темноту.
– Как знали… – буркнул профессор.
– Внимание, операторы! – Саммерс явно тоже оживился, – Первый – в левый люк, второй – в центр, третий – направо. Скорость движения – не больше метра в минуту! Мне нужна круговая панорама всего, мимо чего… – привычные слова команд наполнили эфир.
– Пошли, ребята. – Крамер сделал жест, и ассистенты выбрались в купол. Сам он поднялся последним, кинув взгляд на отверстие в «Ящике Пандоры». Вроде, маленькое. Откуда же странные мысли о том, что и этого может хватить для…
Э-э, довольно! Прямо паранойя какая-то! Ксеноморфная. Есть же пушки!
Но на всякий случай наверх из шлюзовой корабля втащили и лестницу…
– Полковник, мы готовы. – вся троица пионеров новых Миров вошла в шлюз. Охранять опустевший купол остались только автопушки, излучатели, и прочие роботизированные часовые.
– Вахтенный! Включить отсос.
Воздух из шлюзовой откачивали обратно в купол – от греха подальше, как говорится.
После чего профессор и помощники добрых десять минут «нежились» в потоках жёсткого рентгеновского облучения, ультрафиолета, и в струях антибактериальных аэрозолей, ядов и инсектицидов.
Затем с другой стороны впустили обычный (тоже, впрочем, продизенфицированный!) воздух, и открылась дверь в мир людей…
Профессор непримянул поиронизировать:
– Трое посланцев от земной Науки вернулись снова в твоё материнское лоно, о, Земля!.. Но они не знали, что уже несут в себе споры новой, чуждой жизни, которая, таясь и готовясь, веками ждала возможности…
– Профессор, если вы не прекратите балаган, я прикажу обработать ваши скафандры повторно! – Саммерс вовсе не шутил, и Крамер знал это. Поэтому сдался:
– Пардон. Больше не буду. Это была «невинная» шутка… Ладно, мы пошли кушать и спать.
Здесь, наверху, можно было почти не скрываться.
Потому что ни Армовики, ни звери в верхних, пустынных, гулких, и лишённых пищи Уровнях не жили.
В узких и длинных коробах, по которым они с Ри неуклонно поднимались, передвигаясь осторожными перебежками, явно сотни лет никто не ходил. Да и не было смысла: кроме толстых длинных круглых труб, прицепленных к стенам и потолку, здесь не имелось ничего сколько-нибудь полезного – ни добычи, ни еды, ни воды… Только пыль и древняя паутина. Вот только пауки все вымерли ещё при тех самых, пра-пра-дедах…
Тонк вёл их вперёд, целиком полагаясь на своё чувство направления. Он словно – не то – помнил, не то – знал, куда надо попасть…
Снова они пришли к перекрёстку. Тонк, не раздумывая, выбрал самый толстый проход.
Теперь решётки, через которые становились видны пещеры, мимо которых они пробирались, шли чаще. Внизу было всё то же: вздыбленные кучи земли у одной из стен, странные громоздкие конструкции из трубок или панелей, непонятные предметы и коробки – по всему пространству.
Тонк знал по опыту, передаваемому старшими, что есть здесь уже давно нечего.
Поэтому они терпели. Голод – не помеха! Куда хуже было отсутствие воды…
Наконец проход, по которому они пробирались, круто изогнулся кверху, и идти стало невозможно. Пришлось поработать зубами и когтями, чтобы раздвинуть прутья ближайшей решётки.
После чего они спрыгнули на огромную кучу земли, громоздившуюся в углу этой пещеры.
Выход нашёлся не сразу – здесь соединительная дыра была перегорожена прочной переборкой. Но Тонку удалось разгрызть сравнительно мягкий материал, прикрывавший вход в отверстие у стены, где проходили ещё трубки – уже тонкие и не столь ровные, как наверху. Он пробирался, ругаясь на паутину, впереди, Ри молча двигалась за ним.
Через квадратную коробку они попали в длинную, даже чересчур, и довольно узкую – всего метров пятьдесят – пещеру. Пройдя по ней с километр, они вышли к совсем непонятной пещере. Пустой. Разделённой стеной как бы надвое. В одной половине имелся крутой спуск, в другой – подъём.
Эта, вроде, вела куда надо – наверх. Но пол состоял, как и в другой половине, из огромных уступов: как раз в рост Тонка.
Принюхавшись, он решился.
– Будем подниматься здесь!
Однако на этот раз его спутница решила возразить:
– Милый! Как же мы будем здесь подниматься? Ведь тут – высоко! Смотри: уступы – метра по два. Выше моего роста. Здесь и пахнет… странно.
С последним замечанием он не мог не согласиться – такого запаха никто из людей раньше точно не встречал. Но вести осторожную разведку и таиться некогда. Чёрт с ним, запахом – проход вёл наверх!
Тонк, подойдя к основанию уступа, прилёг на пол перед ним:
– Залезай мне на спину, и – прыгай!
А молодец его женщина – не стала возражать и капризничать. Так и должно быть. Она свои сомнения высказала, на его решение это не повлияло: значит, нужно слушаться своего мужчину и не перечить! Ого! Чёрт, а когти-то у неё на ногах – ничего себе!..
Сам Тонк преодолел первый уступ легко. Снова подставил спину.
Впереди ещё по-крайней мере двадцать уступов. А потом поворот пещеры. Что за ним?..
За ним оказались ещё уступы, и к тому моменту, когда они одолели и их, Тонк еле двигался, а Ри так сильно вспотела, что они постоянно крутили головами – не унюхает ли кто их присутствия? Сражаться или бежать сил могло и не хватить…
Но здесь не было никого. Ну и правильно: ещё предки говорили, что Небо не достать, а пещеры выше его – бесполезны и необитаемы.
Так что, отдышавшись, они двинулись дальше – туда, куда Тонка вёл инстинкт, и где (как по крайней мере Ри надеялась) их ждали пища и вода…
Здесь, наверху, было намного светлее, чем в жилых пещерах.
Так что теперь Тонк не столько угадывал и унюхивал, что было впереди, но мог и глазами видеть гораздо дальше, чем обычно. Громадные пещеры со странным и пугающим содержимым внутри, продолжали регулярно попадаться по обеим сторонам длинного широкого прохода, по которому они теперь двигались.
В одну такую они даже зашли, чтобы наконец выспаться и отдохнуть. Странно – но земли здесь уже не попадалось. Только ящики, коробки, непонятные нагромождения из трубок и реек… Для чего всё это могло служить? И – главное! – кому?
Запах… здесь тоже стоял. Но они уже начали к нему привыкать.
Двинувшись влево, в поисках санитарного отверстия, Тонк замер на полпути.
Его остановил дикий визг его женщины.
Выспался Крамер неплохо. Почистив зубы и позавтракав в офицерской столовой, он прошёл на мостик, откуда дежурный старший офицер традиционно руководил работами.
Поздоровавшись с Кейном Маркоффером за руку, и с остальными – поклонами, он спросил:
– Ну, как там наше сканирование?
– Не так хорошо, как мы надеялись, сэр. – вахта Кейна заканчивалась, и он был явно утомлён: хотя бы ответственностью за непривычную работу, – Конечно, если бы Червей было не три, а тридцать три, всё шло бы куда быстрей и проще… А так – буквально разрываемся на части, чтобы осмотреть хоть в общих чертах! Мебель (если это мебель!), приборы, вещи (опять-таки: если это – вещи!) – всё непонятное, чужое…
– Ну а как с планом помещений?
– Вон, на вспомогательном компьютере. Да вы посмотрите сами – вдруг что-нибудь пригодится на будущее.
Крамер с удовольствием воспользовался любезным приглашением, и сел в кресло за пультом. Одел визуализационный шлем. Мысленно двинулся вперёд от входного отверстия. Воссозданный компьютером интерьер с виртуальным пространством, но с натурными съёмками, заскользил мимо. Нет, ну-ка, помедленней! Ага. Коридор, …рен с ним, – это только коридор. А комната? Вот – дверь в эту открыта.
Хм-м-м… Да, Кейн прав. Здесь сидели явно не человеческие зады… Если, конечно сидели. А то – может, это подставки для компьютеров! А это – что? Книжные шкафы?.. (?!) А это? Горшки для цветов? Вряд ли.
Поскольку съёмки велись с крайне неудобной точки – в дюйме от пола – сказать, что именно проплывает мимо видеокамер, было чертовски сложно. Вот: не то столы, не то – тумбы… Кровать?!.. Едва ли: всё идёт странными ступенями. И вообще – похоже на гигантскую гармошку.
Ладно, лучше посмотрим общий план обследованных помещений.
Он снял шлем. Сердито поджал губы – словно побывал в парке абсурда…
План, выведенный на большой монитор в виде объёмной модели, намечал контуры кают и коридоров тонкими синими линиями голограмм. Пока было чётко видно радиальный коридор, и два полукруглых – которые явно шли к другим шлюзовым. В оба коридора выходили двери кают.
Ну, хоть их размеры позволяли надеяться на то, что бывшие обитатели хотя бы размером – с людей.
На сводной схеме оказалось видно, что обследованные помещения составляют не более пяти процентов от площади этого уровня. Программа же моделирования предполагала по крайней мере ещё пятнадцать таких уровней. Причём нижние – куда обширней.
Н-да…
Эта работёнка, как говаривал Гекльберри Финн, не на тридцать семь лет, а, пожалуй, на все тридцать восемь…
– Что там с датчиками движения? Хоть что-то есть?
– Нет, сэр. Только обычные помехи – внутри небольшой сквознячок.
– Ах, сквознячок… А что там с освещением?
– Панели на потолке, стандартные, всё ещё излучают – в видимом диапазоне.
Бегло росмотрев ещё раз собранный материал – нет, ничего понятней не стало! – Крамер со вздохом вылез из кресла.
Буркнув «Я – к Координатору!», вышел из рубки.
Бросившись на крик, Тонк даже не понял сразу – почему же Ри кричит.
Автоматически он занял позицию впереди неё, ощетинившись для драки. Но – никто и ничто на них не нападал! Нигде – ни следа движения! Но что… Он пригляделся.
Да, это проняло и его.
Древний бог лежал на спине.
Он был серебристо-белый, огромный, устрашающий в своей монументальной неподвижности. На месте головы находился огромный шар чёрного цвета. Передние конечности оказались непривычно коротки – сразу вспомнились слова Тарпона о том, что Боги передвигались только на двух ногах. Задних.
Похоже на правду – нижние конечности Бога были колоссальной длины, и заканчивались плоскими площадками. Когтей там не имелось. Так же как и пальцев.
Пальцы имелись на передних конечностях. Но когтей не было и здесь. Только гладкие обрубки – словно костяные. И каждый палец размером чуть не с самого Тонка…
Когда приступ первого ужаса прошёл, Тонк хмыкнул. Похоже, Тарпон прав – Боги мертвы. Причём – все. Иначе их с Ри давно бы убили. Ведь они – на ЗАПРЕТНОЙ территории.
Осмотр Бога, впрочем, он произвёл тщательный.
Вот теперь стало ясно, что это за странный запах стоял здесь почти везде.
Пахла кожа Бога. Но пахла она вовсе не кожей…
Осмотр возле пояса внезапно насторожил Тонка – он что-то учуял.
Да, вот здесь!
Забравшись в узкую щель у спины, он стал принюхиваться, перебирая руками тонкие трубки, находившиеся внутри. Да! Да! Инстинкт и обоняние не должны подвести – он чуял!..
Изловчившись, он боковой частью челюстей начал методично прогрызать дыру. Трубка упруго пружинила, но щели-разрезы в ней постепенно углублялись.
И – свершилось! Прямо в его пересохший рот потекла струйка живительной Воды!..
Обхватив трубку всем ртом, чтоб не дать пропасть и капле, он жадно глотал. Затем позвал Ри. Та просто легла на пол, буквально присосавшись к чудесному источнику.
Когда внутрь больше не влезало ни капли, Тонку пришла в голову странная мысль – что если им больше не встретится ни одного Бога? Где им тогда брать воду?
Он, в спешке покидая родное и привычное Логово, которое теперь казалось лишь туманным воспоминанием, даже и не подумал, что доступная вода имелась только на их уровнях. И что им может не встретиться на пути никаких водоёмов. Теперь же находка мёртвого Божества, столь чудесно напоившего их, заставила его сделать то, чем он иногда гордился – поработать мозгами.
Велев Ри зажать дыру рукой, он кинулся со всех ног назад – в одну из пещер, где он видел…
Вернулся он быстро – и подставил под струю воды небольшую, всего с его голову размером, прозрачную ёмкость. Словно почувствовав, что они подготовились, вода наполнила посудину до половины, и… Иссякла. Тонк и Ри переглянулись.
– Воду понесёшь ты. – скомандовал мужчина. Женщина молча кивнула.
– Нет, господин профессор! Я считаю такие действия преждевременными! – Саммерс старался сдерживаться, но чёртов Лауреат всех этих дурацких Премий, Заслуженный и Уважаемый «член» чего-то там, словом, «мировое Светило номер один», уже достало его.
– Ну почему же – преждевременными? Все наши детекторы показывают, что внутри – ни следа движения! Разве это не доказывает, что живых внутри не осталось? Да и двадцать три «Ж» однозначно… – Крамер уже забыл, в который раз он повторял все «железные» аргументы.
И в который раз они, словно лёгкие волны, отскакивали от неколебимого утёса генеральской осторожности.
– Довольно. – Координатор предостерегающе поднял руку. – Вы, конечно, можете подать на меня рапорт Совету, и изложить там всё это… И многое другое. Но!
Пока меня не снимут с этой должности, я не разрешу входить в Корабль. Не разрешу до тех пор, пока не буду убеждён в полной его безопасности для Человечества!
Да, я понимаю – звучит напыщенно и консервативно…
Но поймите хоть чуть-чуть мою позицию и вы! Да, двигать вперёд Науку надо. Но – не подвергая риску существование всех остальных Людей!
Некоторое время оба, стоя напротив друг друга с опёртыми на крышку стола ладонями, буравили друг друга глазами.
Профессор сдался первым.
Его усмешка вышла кривой, но не была сердитой:
– Полковник. Приношу свои извинения за резкий тон. Наверное, я немного погорячился…
Саммерс, ноздри которого всё ещё раздувались, склонил голову набок, и буркнул:
– Принято. Я тоже извиняюсь – за недопустимую несдержанность. Ну, – и пафос…
Теперь оба похмыкали, затем уже свободно рассмеялись. Пожали друг другу руки.
– Знаете что, господин профессор… Если бы за умение выводить начальство из себя тоже давали Премии, вы были бы обладателем самой престижной. И большой!
Очередную пещеру с уступами преодолели уже куда быстрей, несмотря даже на то, что теперь передавали друг другу драгоценную ёмкость.
Обстановка вокруг почти не изменилась. Всё те же огромные пещеры, открытые или закрытые проходы, странные предметы…
Тонк настолько привык, что почти не останавливался рассмотреть или обнюхать что-либо новое. Оно не таило опасности! А он чувствовал, что надо спешить.
Ри теперь, когда он добыл воду в безвыходной, казалось, ситуации, готова была следовать за ним хоть в Океан… Если бы он сказал, что так надо.
Свет, исходящий от местного Неба, был уже столь ярок, что приходилось щуриться.
Запахи стали почти привычными – они без труда могли сказать, что ждёт в той, или иной пещере, будь то странные коробки с тонкими листками, или металлические трубки, выгнутые и переплетённые между собой, или объёмистые свёртки из материала, напоминавшего кожу Бога… Назначение всего этого и многого другого оставалось тайной.
Ну, на то и Боги – их пути и жизнь неисповедимы.
Зато Тонк отлично знал, что нужно делать им.
– Запускайте! – Крамер уже не входил в купол, предпочитая теперь руководить действиями лаборантов из рубки. Благо, экраны там превосходны, – По одному.
Майк подавал, Бенни вбрасывал дополнительных роботов-червей в отверстие.
– Готово. – можно было и не докладывать, Крамер прекрасно видел, как стальной хвост последней из многоножек скрылся из виду, и его помощники щёлкнули всеми семью тумблерами.
Семеро новых операторов, в тесноте сидевшие за поставленными у дальней стены пультами, начали продвигать своих «подопечных» в указанные секторы.
Крамер откинулся на спинку. Особых новостей, тем более в ближайшие часы, он не ждал. Ну что могут найти черви в ещё необследованных каютах и коридорах этого Уровня? Мебель? Книги? (Если, конечно, странные прямоугольники с пластиковыми листами внутри – книги! А сказать точно, пока хоть одна не попадёт в их руки – невозможно!) Одежду?.. Вот найти бы хоть одну лестницу – чтобы спуститься, или подняться!
– Вижу лестницу! – вдруг, словно по заказу, сказал один из старых операторов, – Червь номер три. Сектор С-31. Похоже, ведёт только вниз.
Пощёлкав переключателями селектора, Крамер вывел себе на центральный монитор изображение, передаваемое третьим червём. Да, это лестница, сомнений нет. И ведёт на нижний Уровень – это однозначно. Но где же тогда – ступени вверх?.. Ага. Вот они: червь чуть отполз, и появились и ступени, ведущие вверх. Всего – двадцать две. А далее – пролёт заворачивает. Хм.
– Полковник, – Крамер продолжал называть его так, – Я считаю, что нужно послать сюда хотя бы двух червей: одного – вверх, другого – вниз.
Ощутив в наушнике традиционное сердитое сопение, Крамер вдруг услышал:
– Поддерживаю. Однако – считаю, что вниз нужно послать трёх червей, а вверх – достаточно и одного. Там уровень должен быть гораздо меньше – и по размеру, и по значимости.
– Да, пожалуй…- Крамер был приятно удивлён. Координатор-то – прав! Важнейшее навигационное и двигательное оборудование наверняка спрятано в сердце звездолёта. – Приступим?
– Да. Внимание. Операторам червей четыре, пять и семь – вывести свои машины в сектор С-31, и начать спуск. Оператор восьмого – туда же, и – вверх по лестнице. Приступить.
Тонк вдруг замер прямо посреди очередной длинной пещеры.
Ри мгновенно застыла за его спиной, даже единым звуком не выдав удивления, и быстро осмотрев тыл.
Молодец. Настоящая боевая подруга. Понимает, что от скрытности и слаженности действий зависят их жизни.
Тонк сделал знак, и они скрылись в ближайшем соединительном отверстии, в боковой пещере. Теперь странный звук услышала и Ри – ну и слух у её Героя!
Что-то шелестящее и побрякивающее приближалось к ним. Выглянув из-за выступа порога, Тонк замер. Шерсть на загривке встала дыбом. Мускулы напряглись, и он принял стойку.
Ри всё ещё ничего не видела, но боялась вылезать вперёд: она не должна мешать. Если что-то нужно будет сделать – её мужчина скажет!
Но он ничего не сказал. Зато вдруг бросился через отверстие: с его когтями и зубами он мог никакого врага не бояться! Он уже – вполне зрелый мужчина.
Высунув голову из-за выступа порога, Ри поспешила отступить, так, чтобы только видеть схватку. Зато теперь она знала, что испытал её возлюбленный при встрече со своим первым сримом!
Этот – второй. Но от этого он не становится менее страшным и опасным.
Тонк напал, используя схему предыдущей атаки. Он чувствовал прилив сил и ненависть – сейчас он дрался за свою женщину, за свою еду, и за своё будущее Племя. Он не сомневался в себе.
Однако всё пошло не так!..
Срим уж слишком отличался от тех, водящихся внизу!
Он был не крупнее – скорей, наоборот. Но тело оказалось из другого материала!
Попытки прокусить шейный сегмент закончились тем, что Тонк чуть не остался без зубов! Пришлось срочно втянуть челюсти, и соскочить на пол.
Да и голова у этой многоножки оказалась какая-то странная – куда больше, чем у обычного срима, и с разными глазами. Нет, правда – один глаз был большим и чёрным, другой же – меньше, и словно сидел на стебельке, как у улиток. Попытка отгрызть, или выцарапать провалилась – когти, лязгнув, просто отскочили.
Однако Тонк и не подумал сдаться, или отступить.
Рывком схватив замершего почему-то на месте врага за сегментированные ножки с одной стороны, он опрокинул многоножку на спину. Нет, будь оно неладно, не прокусить: брюшко тоже бронированное!.. Он отскочил, пытаясь понять – что же делать теперь?!
Удивительно! Тварь замерла, и зашевелилась только спустя несколько секунд.
Ножки стали опускаться, пока не достигли пола. Затем, как ни в чём не бывало, странный срим двинулся вперёд – уже на спине. К Тонку он повернулся уже на ходу: скользнул по нему своими странными глазами, и спокойно, словно никакой атаки и не было, пополз дальше по коридору. Ну и дела – похоже, его не собираются есть…
– Ри, иди сюда. – обескураженный охотник тихо подозвал свою женщину. Она мгновенно и бесшумно возникла рядом.
– Это – не срим! – в голосе Тонка слышался неподдельный страх. – Эта тварь только похожа! Но она абсолютно неуязвима. Тело – словно сделано из камня. Не прокусить! Я чуть без зубов не остался… И когти не берут! Да и пахнет она… странно. И она меня… проигнорировала.
– Может, не голодна?.. – неуверенно спросила Ри.
– Нет, не думаю. То есть, я не думаю, что эта штука вообще ест! Пищей от неё даже не пахнет! Говорю же – словно сделана из камня!.. И – ты же видела? Она спокойно ползает на спине! Ни один срим так не может!
– Так что, мы не будем его преследовать?
– Нет! Съесть мы такого всё равно не сможем. Мы поступим по-другому. Идём по его следам туда, откуда он пришёл! Я знаю, я чувствую – нам нужно добраться до его Логова!
– Ты действительно этого хочешь? Ну… А может, его родственники нас всё же съедят?!
– Нет, похоже это нам не грозит. Иначе в столь безнадёжной ситуации меня бы прикончил и съел и этот… Поэтому я и считаю, что это – не срим. Да и вообще – не живое существо…
– Что?! Как это – не живое? Но… Оно же двигается, охотится…
– Нет. Оно – не охотится. Оно – раб Новых Богов. Оно как бы их… Ну, разведчик, что ли. Я чую, что они как бы… Ну, могут смотреть его глазами! Для этого и послали сюда – чтоб самим не канителиться. И я думаю, если мы пройдём к его гнезду, мы этих Новых Богов там и встретим!
– Нет!!! Тонк, ты что?! Эти, Боги… Они же… Сразу убьют нас!
– Вот уж нет! Наоборот – они будут удивлены нашему появлению. И обрадованы. И, скорее всего, захотят нас изучить поближе… Я так думаю, эти Новые Боги и захватили наш Мир для того, чтобы сделать своим. И для этого они и послали сюда своих слуг – изучить здесь всё… И всех.
– И… Они не убьют нас?
– Нет. Готов поспорить на свою жизнь. Мы будем им интересны. Как первые.
Жители нашего Мира.
Ну-ка, бежим скорей – я чую след этого слуги. Он ведёт оттуда!
– Да, сэр, напал, действительно напал!.. И ещё как быстро и умело – словно всю жизнь убивал роботов-червей! Нет, ничего не испортил, конечно. Но – перевернул на спину. Явно хотел вспороть живот. Не удалось, понятное дело…
Да нет, всё уже в порядке. Червь номер пять движется по намеченному маршруту, видеозапись мы обрабатываем. Что? Да… Хорошо. Слушаюсь, сэр. – Координатор, убедившись, что в ухо уже пикает отбой, отключил связь.
Крамер буркнул весьма сердито:
– Ну и какие ещё «ценные» указания дало Многомудрое Высокое Начальство?
Саммерс невесело усмехнулся:
– Велело любой ценой поймать хотя бы парочку таких крыс!
Они допили всю воду, и теперь, без ёмкости, двигались куда быстрей. Не прошло и получаса, как они преодолели очередной каскад из уступов, и теперь стояли перед явно свежей круглой дырой в перегородке, закрывавшей очередное соединительное отверстие.
– Я здесь не пролезу. – Ри сердилась. Да Тонк и сам видел, что отверстие слишком мало.
– Хорошо, попробуем сделать как всегда.
Он нашёл мягкую вставку внизу одной из стен, и с помощью зубов за каких-то пять минут раскрошил одну из его сторон.
После чего вставка легко выдернулась из стены. Тонкие шнуры и трубки, тянущиеся от неё, как Тонк знал по опыту, лучше было не трогать – они больно кусались….
Зато в образовавшуюся дыру они с Ри очень даже свободно вползли. В межстенном пространстве оказалось как всегда темно, хоть глаз выколи, но Тонк уже отлично ориентировался в таких местах.
На поиск и устранение ещё одной вставки, уже во второй стене, ушло ещё пять минут. И вот они внутри пещеры, откуда прибыли рабы Новых Богов.
– Господин Генерал, сэр!..- голос Бенни заставил всех оторваться от работы. И глянуть на камеры, установленные в шлюзовой, где сейчас и работали лаборанты.
– Если я не ошибаюсь, вы приказывали добыть двух крыс… Ну так вот, похоже, – мы их добыли!
Бенни говорил правду: две солидного размера крысы, замерев, лежали прямо у стены.
– Бенни! – Крамер оказался в шоке, – Откуда они взялись?!
– Будете смеяться, сэр… Они пришли сами – прогрызли себе ход через туннели и коробку электропроводки. И вот – нате вам. Сами пришли, сами легли. Вроде, как предлагают: забирайте нас с потрохами! Уму непостижимо! Так что, сэр? Прикажете забрать?..
Координатор переглянулся с Крамером. Тот кивнул.
– Забирайте! Но – осторожней! Работайте только в мейларовых перчатках!
– Есть, сэр! Сейчас я… – Майк подал коллеге странное сооружение из армированной толстой проволоки, и Бенни поставил её на пол возле всё ещё неподвижно застывших крыс. Те продолжали неподвижно лежать, распластавшись по полу.
– Перекладываю! – Бенни, окончив возиться с неподатливыми перчатками, со всеми возможными предосторожностями взял под брюшко сначала одну крысу, затем другую, и перенёс в транспортную клетку, – Готово, сэр! Вот уж – если гора не идёт к Магомету, то…
– Да, странно… – Саммерс пошкреб подбородок. После чего ещё раз переглянулся с Крамером, – Что скажете, профессор? Почему они пришли к нам сами?
– Затрудняюсь вот так, сходу, предложить хотя бы одну разумную теорию… Ну, разве что неразумную… Например – что люди для них – Боги, и они пришли почтить нас, и поклоняться нам.
– Очень смешно. – Саммерс фыркнул, – Ну а если серьёзно?
– А если серьёзно – то однозначно ясно, что они не в первый раз видят людей! Они нас абсолютно не боятся, и очевидно, приучены так вести себя… Рефлексы, знаете ли… Так что похоже, мы (ну, вернее – я!) ошиблись – люди внутри всё же есть! И как же я рад теперь, что вы не разрешили вскрыть переборку!..
Саммерс победно зыркнул соколиным оком из-под седой и кустистой приподнявшейся брови, но тон остался спокойным:
– Очень похоже, что у нас прибавится сложностей – если и правда, кого-то найдём! А то наши «контактёры» заскучали совсем.
И, щёлкнув селектором не без злорадства объявил:
– Группа контакта! Готовность номер один!
Свидетельство о публикации (PSBN) 66854
Все права на произведение принадлежат автору. Опубликовано 10 Февраля 2024 года
![mansurov-andrey](/assets/images/users/35bd4f034ae17bea663fc6aaa5a128cc.jpg)
Автор
Лауреат премии "Полдня" за 2015г. (повесть "Доступная женщина"). Автор 42 книг и нескольких десятков рассказов, опубликованных в десятках журналов, альманахов..
Рецензии и комментарии 0