Святая тема


03 Ноября 2018
Олег Скрынник
14 минут на чтение

Возрастные ограничения 18+



Однажды в одном посёлке избирали председателя общества охотников и рыболовов. Требование к кандидатам было одно: надо было соврать так, чтобы даже охотники не поверили.
Начал рассказывать первый кандидат.
— Иду это я, братцы, по лесу. Вдруг навстречу мне медведица. Я хвать за ружьё, а она встала на задние лапы и говорит мне человеческим голосом…
— Э-э-э! Не пойдёт! – прерывает его из задних рядов один охотник. — Подумаешь, удивил! Знаю я эту медведицу. Её Машка зовут. В прошлом сезоне она у меня неделю жила, от браконьеров пряталась. Весь огород потоптала. С женой моей песни горланили — аж завклуб прибегал слушать. А теперь как в лес пойду — в гости зовёт, мёдом угощает, с медвежатами познакомила. Скажите, мужики!
Мужики одобрительно загудели. Единогласно кандидатура была забаллотирована.
Вышел второй кандидат.
— Сидел я, братцы, с удочкой целый день — и хоть бы одна клюнула. Уже смеркаться стало. Развёл я костерок, воду в котелке над огнём повесил… Батюшки-светы! И тут…
— Рыба как начала прыгать одна за другой, да прямо в котёл, прямо в котёл! — закончил за него мужчина, что сидел в третьем ряду, сбоку.
— Откуда ты знаешь? — изумился кандидат.
Вопрос был встречен громовым ржанием.
— Да ты что, брат! Ты спроси тут у любого — каждый скажет, что таких случАев у него было больше, чем спичек у тебя в коробке. А мне однажды щука вообще двух окуньков под мышками принесла. На, говорит, Гриша. Хороший ты человек, мы решили тебе жертву принести. Да ещё кое-как доковыляла, сердешная. Старенькая уж, одышка у неё. Дай, говорю, донесу тебя до воды. Нет, говорит, милок, я уж сама потихоньку. Так по песку и зашуршала.
Завалили, в общем, и этого кандидата.
Третьего, начавшего было рассказывать, как в Зелёной Пади зайцы переходили через речку по старенькому мосту, да так его расшатали, что ему пришлось подлезть и держать наподобие атланта, пока они все до одного не переправились, а они даже спасибо не сказали, — просто высмеяли и обвинили в том, что он, наверное, сам их чем-то обидел, потому что всегда — скажите, мужики, — не только спасибо говорят, но и капустой норовят угостить. Правда, она у них вялая всегда. Хорошую, гады, сами трескают.
В общем, беда. Третий час заседают, а достойной кандидатуры нет.
И тут выходит один мужичонка, сам из себя такой невзрачный, из новеньких. Мужикам почти что незнакомый. Выходит он, это, и опустив голову, в пол смотря, вроде как сам себе, начинает говорить.
— Пошли с другом на охоту… Два дурака. Два дня собирались. Два дня! Тьфу! Надо же: ДВА ДНЯ!!! А бутылку-то и забыли.
— Врёшь, плюгавый!
— Быть такого не может!
— Да он нас за дураков держит
Зашумела охотничья братия.
А рассказчик, не обращая никакого внимания на возгласы, всё стоял, уставившись в пол, и качал головой, совершенно не давая ума тому, как же это они с другом смогли так обмишулиться.
Наконец, вскинул голову куда-то к потолку и потеплевшим голосом продолжал: — Что бы и делали, если бы не жена.
В воцарившейся тишине тот, который рассказывал про медведицу Машку, таинственным шёпотом произнёс:
— А что… Жена?
— Жена?
При этом слове рассказчик улыбнулся какой-то особенно тёплой улыбкой, и у его глаз залучились добрые морщинки.
— Жена… — Повторил он с чувством. — Уж метров сто от дома отошли. Выбежала на крыльцо, да как зашумит: «Коля! Ко-о-оля!» Я уж подумал: пожар какой. Бросил всё на землю, бегу к ней. А она — мне навстречу и из-под фартучка-то достаёт…
— Коля. Что ж ты, родной, бутылку-то ведь забыли. Э-эх! — И мне её протягивает.
— Врёшь, — выдохнули одновременно все присутствующие. Они уже не кричали, а шипели зловещим шёпотом, как говорят с подлецами, предателями и прочими отбросами рода человеческого.
А он улыбался тепло и благодарно, как могут улыбаться только очень счастливые люди, не слыша ни зловещего шёпота, ни последовавшего за ним скрежетанья зубов, напоминавшего работу поселковой пилорамы, завезённой из Германии и смонтированной в 1909 году купцом Залихваткиным.
Наконец, словно вспомнив, где находится, он поднял голову, обвёл уважаемое собрание потеплевшим взглядом и, махнув рукой, сообщил.
— А всё равно она нам не пригодилась.
— Жена? — испуганно встрепенулись коллеги, не смея и в мысли впустить то, ЧТО собирался сказать кандидат.
— Нет, бутылка, — просто ответил он.
Эта простота была сродни деловитости гестаповского чиновника, выписывающего семье повешенного счёт за израсходованную верёвку, амортизацию виселицы и зарплату палача, включая имперский сбор и налог на добавленную стоимость.
В зале воцарилась напряжённая тишина, по которой кандидат в председатели общества безошибочно почувствовал, что теперь уже без толковых объяснений ему отсюда не выбраться. Во всяком случае, живым. Он старался сохранить тон спокойной деловитости, но это удавалось всё хуже.
— А инструмента не взяли. Открыть было нечем. Так, покрутили её в руках, покрутили — да и назад в рюкзак засунули.
Реакция зала напомнила рёв начинающегося камнепада, случившегося однажды на Военно-Грузинской дороге. Треск отламываемых подлокотников нарастал, как звук камней, катящихся по почти вертикальным склонам. Рассказчик понял, что не прими он экстренных мер — и эта лавина сметёт и его, и клуб, и чёрт его знает, что ещё.
— Ну-ну! — Успокаивающе поднял он обе руки. — Ну, пошутил. Пошутил. Открыли мы бутылку. Конечно же, открыли.
Услышав, едва ли не впервые за выступление этого чудика, то, что вполне укладывалось в их головы, закалённые частыми ночёвками у затухающих костров, они доброжелательно заулыбались, а некоторые, молодые и не очень предусмотрительные, даже попытались вновь приделать к креслам отломанные подлокотники.
— Вы-ыпили! — прошёл по залу добродушный шумок, полный дружеского сочувствия и взаимопонимания.
Но рассказчик не зря носил гордое звание охотника, охотившегося, как выяснилось позже, преимущественно на крупную дичь, как-то: медведей, кабанов, рысей и даже одного леопарда. Не теряя самообладания, он продолжил рассказ.
— Открыли, значит. Разлили…
— Вы-ы-ыпили!-- рокотали голоса охотников, совсем было расслабившихся от рассказа, на их глазах принимающего самый приятный оборот.
Рассказчик продолжал неторопливо и со вкусом.
— Разлили, значит, сразу всю. По котелкам.
— Правильно! — зарокотали голоса охотников.
— А чего мелочиться!
— Вот это по-нашему, по-охотничьему!
— И по-мужицки!
— Молодцы, ребята!
А кандидат продолжал спокойно, обыденно и даже монотонно.
— Разлили, значит. Да…
Он помолчал, и все присутствующие истолковали паузу, которую он сделал именно в этом месте, по-своему правильно. До того правильно, что ещё в течение нескольких последующих минут не могли понять, насколько оказались неправы. Уже когда воображаемая водка текла у них по пищеводам, согревая и веселя, он неожиданной скороговоркой закончил свой рассказ.
— А тут дождь. Ка-ак лупанёт! Мгновенно котелки наполнил. Посидели мы, как дураки, посмотрели на то, как он нашу водку разбавил. И так противно стало! До того противно, что взяли мы всё это дело — да и на землю вылили.
— Врёёоошь! — заорали бедные разочарованные люди. Молодые и недальновидные принялись снова отламывать подлокотники от кресел, а из первых рядов уже неслась, засучая рукава, разъярённая толпа, страшная словно стадо подраненных кабанов.
— Врёшь, падло! — орали они, взбираясь на сцену.
Встреча с ними не сулила рассказчику ничего хорошего.
— Стойте! — раздался вдруг зычный голос. — Остановитесь, мужики!
Толпа обернулась и увидела стоящего на сиденье кресла мужчину в козьем свитере.
— Вы что же, мужики, — густым басом сказал он. — Этот человек только что соврал нам так, что мы ему не поверили аж четыре раза. Четыре раза!
Он поднял над головой руку с вытянутыми четырьмя пальцами.
— Братцы, да на наших же глазах появился новый председатель общества охотников и рыболовов. Качать его!
— Качать его! — зашумела толпа. — Родимый ты наш!
И только мужчина, скрывавший от браконьеров медведицу Машку, не принимал участия в общих торжествах. Угрюмо смотрел он на то, как новоиспечённый председатель, качаясь в волнах энтузиазма масс, обивает побелку с потолка и, укоризненно поводя головой, повторял:
— Ловкач. Ах, ловка-ач! Непорядочно это. Подтасовка фактов. Спекуляция. На святой теме спекулирует! Ни стыда ни совести у людей. Тьфу!
Но никто к нему не прислушивался. Всем было сладко до глубины души, сладко думать, что леденящий душу рассказ нового председателя в конце концов оказался просто выдумкой.

Олег Скрынник
Автор
Являюсь пенсионером, в меру сил и способностей занимаюсь литературным творчеством. Закончил Курсы литературного мастерства А.В. Воронцова, сертификат № 124.

Свидетельство о публикации (PSBN) 13872

Все права на произведение принадлежат автору. Опубликовано 03 Ноября 2018 года

Рейтинг: +2
1








Вопросы и комментарии 2


  1. Алекс Коста 03 ноября 2018, 13:55 #
    Браво, Олег Николаевич! И свежо и весело. И не затянуто, и без использования «реквизита ради реквизита». Водка — она же сама по себе — ДЕЛО — и реквизитом быть никак не может.
    1. Дмитрий Кош 05 ноября 2018, 13:58 #
      Приветствую, Олег Николаевич. Начало было настораживающее. Опасно брать в основу рассказа общеизвестный сюжет, да еще про рыбалку, да еще про охоту… Риск повтора о-очень велик. Потому первые «враки» читались с небольшим скепсисом, не скрою. Хотя зная Олега Николаевича не допускал мысли, что в «булке нет изюма». И — не ошибся. Последний оратор заставил его слушать и испытать те же эмоции, что и у людей в зале. Замечательно! я тоже словно кричал «не верю!». Особенно понравилось усиление эффекта, когда выбежала жена. Тут я уже просто подпрыгнул на месте… В общем, здорово.
      Некие стилистические замечания позволю: почистить все же чуть треба. «А он улыбался тепло и благодарно, как могут улыбаться только...» В таком духе пройтись еще пару раз, исправить и будет шедеврально. Успехов!

      Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии.

      Рейтинг
      Раздельное 8 +2
      XXI век 0 +2
      Затмение 0 +1
      У зеркала 0 +1
      Шум, жена и скатерть 0 +1


      Кавказские дела

      Кавказ, как много в этом слове слилось горя и радости, любви и разочарований, жизни и смерти….. Читать дальше
      60 0 0

      Laderana

      Дорогая Laderana!
      Не смейте грустить.Неужели вы не должны быть счастливы в эту самую секунду?)Должны, я бы даже сказала что обязаны.Пожалуйста не грустите, прошу вас! Я уверена что вы заслуживаете только хорошего, ведь каждый из нас имеет право ..
      Читать дальше
      400 0 0

      А.Посохов "ЛЕНИН... ПУТИН... МЫ" (книга)

      Александр Посохов

      ЛЕНИН… ПУТИН… МЫ
      (сборник статей)

      Москва
      2019

      С о д е р ж а н и е

      1. Ленин и мы
      2. Дзержинский и мы
      3. Сталин и мы
      4. Зюганов и мы
      5. Жириновский и мы
      6...
      Читать дальше
      26 0 0