Старшина без царя в булаве



Возрастные ограничения 18+



Руина. Так украинский народ прозвал эпоху кровавых междоусобиц, растянувшуюся на два с лишним десятилетия.

Эта страшная пора началась сразу после того, как часть казацкой старшины, жаждавшая власти и богатства, перечеркнула волю Переяславской Рады 1654 года о воссоединении с Россией. Отреклась от присяги «Навiки разом!» и начала шаг за шагом возвращать украинскую землю польской короне.

6 августа 1657 года ушел из жизни гетман Богдан Хмельницкий, который поднял украинский народ на освободительную борьбу за выход из рабского подчинения польско-литовскому государству – Речи Посполитой. На смертном одре он вложил гетманскую булаву в руки младшего сына Юрия, которому еще не исполнилось и 16 лет. Ближайшие соратники гетмана на раде в Чигирине признали этот выбор.Опекуном и наставником Юрия, по завещанию Богдана Хмельницкого, был назначен генеральный войсковой писарь Иван Выговский.

«Никакого урядничества и начальства не желаю!»

По происхождению польский шляхтич, он сначала боролся с казаками восставшей Малороссии, а угодив к ним в плен, увы, приглянулся гетману острым умом, ловкостью в устроении дел и прямо-таки собачьей преданностью. Прошло не так уж много времени, и гетман стал ему доверять как ближайшему другу, не ведая, что Выговский втайне установил особые отношения с Москвой и осведомлял Кремль обо всем происходившем в гетманской ставке, в особенности о внешнеполитических замыслах и связях. С иезуитской склонности к интриге и беЗпредельного лукавства этого человека, которому судьба уготовила роль преемника Богдана Хмельницкого, и началась украинская Руина.

Сначала Выговский добился того, чтобы Хмельницкий-младший свою гетманскую булаву вручил ему, генеральному писарю. А дабы в глазах современников и потомков не выглядеть, упаси боже, подлым узурпатором, довольно тонко разыграл комедию собственных колебаний по поводу принятия гетманской власти. Совершенно в духе того, как в конце XVI века Борис Годунов, присмотревший для себя царский трон, но искусно это скрывавший, заставил всю Москву на коленях умолять его принять шапку Мономаха…

Николай Костомаров в обстоятельном труде «Гетманство Выговского» описал ловкие маневры Ивана Евстафьевича на пути к обладанию гетманской булавой. Он ненароком возбуждал между заслуженными казаками неодобрительные разговоры о том, что им предстоит повиноваться мальчику, не нюхавшему пороха. А затем живописал Юрию, что значковые (то есть наделенные должностями) казаки сильно ропщут и не желают повиноваться столь молодому гетману. При этом Выговский искусно притворялся, мол, отнюдь не желает сам становиться гетманом. О чем писал и пограничному русскому воеводе: «После воинских трудов я рад опочить и никакого урядничества и начальства не желаю!».

Конечно, растерявшийся Юрий просил у Выговского, которому доверял как отцу, совета: что делать? «Следует тебе отказаться перед радою от гетманского звания и тем снискать себе расположение и любовь народа», – наставлял генеральный писарь сына Хмельницкого. Дескать, между казаками издавна так повелось: избираемый в начальники несколько раз отнекивается от предлагаемого достоинства и принимает должность тогда, когда казачий круг чуть ли не насильно принуждает к тому…

Одновременно Выговский старался понравиться тем, от кого зависело избрание на гетманство. Он даже выкопал из земли сокровища, некогда спрятанные вместе с Хмельницким-старшим, – свыше миллиона злотых (по тем временам фантастическая сумма!) и начал одаривать ими, угощать питием и яствами встречных и поперечных. «Веселые пирушки несколько недель шли без перерыва, – пишет Костомаров. – Выговский был человек трезвый, но чтобы понравиться толпе, прикидывался пьяным, показывал бурлацкое обращение с обычными казаками, был чрезвычайно обходителен с подчиненными. И люди в восторге кричали: «От щирый, негордый козак!».

«Как возьмут вас царь и Москва в руки…»

Наслушавшись вкрадчивых советов лукавого писаря, Юрий Хмельницкий в конце концов на майдане выложил на стол знаки гетманской власти – бунчук и булаву, присовокупив, что по молодости лет и неопытности не может нести столь важного достоинства. Но казацкая громада, вместо того чтобы его уговаривать, единодушно закричала: гетманские клейноды вручить Выговскому. Искусный лицедей с потупленным взором и слезами на глазах разыгрывал роль человека, не желающего нести бремя власти. Но казаки все громче выражали горячее желание видеть его предводителем своим и всея Украины. В конце концов Иван Евстафьевич «покорился» народному выбору.

События в Малороссии, связанные с избранием преемника Богдана Хмельницкого, поначалу не очень интересовали Москву. Более того, в появлении на украинской авансцене Выговского – своего многолетнего осведомителя, доносившего о каждом шаге гетмана Богдана, царь Алексей Михайлович даже увидел добрый знак. Тем паче что новоизбранный гетман в грамотах царю заверял самодержца в безграничной преданности.

Между тем по всей Украине откуда-то поползли тревожные слухи, изображавшие московскую политику в глазах населения в самых черных тонах. Приспешники Выговского, действуя, очевидно, по единому сценарию, распространяли будоражившие малороссов и «показачившихся» в ходе восстания против власти польских панов слухи о том, что Москва-де резко сократит казачий реестр, превратив большинство вольных людей в холопов и крепостных. На самом деле, свидетельствует украинский историк Владимир Голобуцкий, Москва в те годы отнюдь не форсировала этот процесс. Опасаясь восстановить против себя крестьянство, не желавшее возвращаться под власть феодалов (хоть своих, хоть пришлых), царское правительство вовсе не торопилось составлять списки реестровых казаков, а тем более с ограничением. Но кто об этом знал? В XVII веке печатных газет ни в России, ни на Украине не имелось, зато быстро распространялись любые, даже самые неправдоподобные слухи. В итоге позиция Москвы доходила до простых жителей Малороссии искаженной до неузнаваемости.

Выговский же, едва завладев гетманской булавой, с тайным умыслом попытался побудить царя прислать своих уполномоченных для составления 60-тысячного реестра казацкого войска, чтобы спровоцировать массовое возмущение. В тех же заведомо неблаговидных целях представитель Выговского в Москве настойчиво убеждал царя вместе с уполномоченными прислать на Украину воевод и полки служивых людей. Эти закулисные «антимоскальские» маневры сопровождались тайной агитацией. Недоброжелатели России внушали на майданах и рынках народу: «Как возьмут вас царь и Москва в руки, тогда и кабаки введут, горилки курить и меду варить нельзя будет всякому и суконных кафтанов носить не вольно будет».

«А теперь скажете: москаль еще хуже!»

Старшинскую верхушку Выговский возмущал куда более изощренными «сведениями». Суть их покоилась на том, что царь Алексей Михайлович, заключив перемирие с поляками и договорившись с ними в Вильне в октябре 1656 года о совместных действиях против шведов, теперь метит быть избранным на польский трон. А в виленском трактате, мол, царь пообещал полякам, что обязательно возвратит Речи Посполитой все ее земли, став королем. Это сулило то, что на Украину вскорости снова вернутся полновластными и безраздельными хозяевами польские магнаты и шляхтичи, возвратив в прежнее бесправное состояние только почуявшую вкус свободы казачью старшину. Такое развитие событий, внушали Выговский и его сторонники, можно будет упредить лишь добровольным соединением с Польшей на условиях, которые поставили бы Речь Посполитую перед необходимостью сохранять все завоеванные в кровавой борьбе права казацкой старшины…

Предательское соглашение с ляхами Выговский заключил в своей гетманской ставке в Гадяче в сентябре 1658 года. Малороссия возвращалась обратно в подданство Речи Посполитой, получив название Великого княжества Русского (до объединения с Польшей таково было историческое наименование Литвы). Реестр Запорожского войска устанавливался все в те же 60 тысяч человек (при этом гетман взял секретное обязательство ограничиться на деле вдвое меньшим числом). Зато теперь, по его представлениям, король будет возводить старшину в шляхетское достоинство. Ряд мест в польском сенате отводился православной шляхте, а сам Выговский, помимо гетманства, автоматически приобретал звания первого киевского воеводы и сенатора…

Удивительная легкость, с которой казацкая рада в Гадяче проглотила и одобрила это клятвоотступничество, во многом объясняется ловко проведенной Выговским церемонией, разыгранной как профессиональный спектакль. Введя польских представителей – Беневского и Евлашевского на майдан, где восседали седоусые полковники в праздничных жупанах с перначами в руках, гетман, словно заправский актер, возгласил: «Войско Запорожское изъявляет желание вечного мира и соединения с Речью Посполитой, если только услышит от господ комиссаров милостивое слово его королевского величества!».

И слово прозвучало. Оно было не просто милостивое, а прямо-таки отеческое. «Вот уже десять лет, словно матери за одного ребенка, спорят за Украину два народа: поляки и москали, – витийствовал Беневский. – Поляки называют ее своею собственностью, своим порождением и членом, а москали, пользуясь вашей храбростью и вашим оружием, хотят завладеть чужим… Оттого гибнет край ваш, пустеют поля. Сеет москаль ненависть между вами и нами на плодородных полях Украины, утучняет их кровью христианской… Вы теперь попробовали и польского, и московского правления, отведали и свободы, и неволи. Говорили: не хороши поляки!
А теперь, наверное, скажете: москаль еще хуже! Чего еще медлить?

Отчизна взывает к вам: я вас родила, а не москаль, я вас вскормила, взлелеяла – опомнитесь, будьте истинными детьми моими, а не выродками!».«А що! – вскричал Иван Выговский. – Чи сподобалась вам, панове молодци, рация его милости пана комиссара?». «Горазд говорить!" – наперебой загалдели полковники.

Кремль пребывал в дремотной глухоте

Разумеется, антироссийская демагогия не возымела бы столь разрушительного действия, если бы московская власть и ее ратные люди, увы, сами не дали повод судить о себе далеко не лучшим образом. Прежде всего жалованье на Украину (и пришедшим царским войскам, и казакам) в силу полного истощения государственных финансов России от труднейшей войны сначала с Польшей, затем со Швецией тогда посылалось не серебром, а медными деньгами, день ото дня терявшими в цене. Из-за скудости содержания присланные Москвой стрельцы и наемные солдаты нередко промышляли грабежами и мародерством, массовым было дезертирство. Но Кремль, вместо того чтобы пересмотреть финансовую политику на Украине хотя бы в части обеспечения находившихся в Малороссии регулярных войск и казацких полков, лишь велел русским воеводам, посаженным в Киеве и нескольких других малороссийских городах, беглецов из государева войска излавливать и нещадно развешивать на майданах.

При этом самодержец всероссийский Алексей Михайлович, позволивший Выговскому долго водить себя за нос, как ни удивительно, почти с самого начала был извещен о лукавой изменнической политике гетмана. О ней Алексей Михайлович узнал еще осенью 1657 года от находившейся в Москве депутации запорожцев. Они били челом на старшин, что те разворовывают жалованье, которое царь высылает казачьему войску, а простой народ гнетут непомерными поборами. Прямо было сказано царю и о переговорах Выговского с польским королем об условиях возвращения Малороссии под власть Варшавы…

Тревожные сигналы слал в Москву и полтавский полковник Мартын Пушкарь, который в полный голос назвал Выговского клятвоотступником и поднял против него восстание на Левобережье Днепра. Но Кремль пребывал в дремотной глухоте. И предатель-гетман, уверившись, что по-прежнему пользуется в Москве безграничным доверием, собрался с силами и в мае 1658 года двинулся на восставшую Полтаву. Ему явно хотелось, чтобы кровью малороссов-повстанцев обагрили свои руки русские ратники. Он коварно уверял пришедшего с войском в Переяславль воеводу Григория Ромодановского: восставшие своевольники изменяют России и сами намерены предать украинские земли врагам – польскому королю и крымскому хану. Ромодановский, однако, осторожно уклонился от сомнительной чести проведения карательной экспедиции в интересах Выговского…

Тот, не получив от русского боярина поддержки, сразу договорился с крымским ханом, всегда готовым пограбить соседей. Хан снарядил на Украину многотысячную орду Карач-бея. 18 мая 1658 года разгорелись ожесточенные бои под Полтавой. Захватив ее, гетман жестоко расправился даже с не вовлеченным в восстание населением. Город был дотла сожжен, множество его жителей, включая женщин и детей, перебито. Прощаясь с «союзниками»-крымцами, Выговский расплатился с ними… соотечественниками: татарам было разрешено всех оставшихся в живых полтавчан и жителей окрестных сел угонять в неволю.

Вслед за Полтавой наступил черед расправы над другими городами и весями днепровского Левобережья, осудившими предательскую политику Выговского. Спасаясь от карателей и татар, крестьяне и мещане целыми селами уходили на русские земли, благо, в селениях пограничной Слободской Украины их принимали с добром и лаской…

После конфузии под Конотопом

Когда вся правда о гадячском договоре (включая и секретную статью о казачьем реестре) выплыла наружу, большая часть казачества возмутилась и выступила решительно против разрыва с Москвой. И вероятно, противники Выговского сумели бы быстро соединить силы и свергнуть клятвоотступника, поддержи их Москва сразу и безоговорочно. Но Алексей Михайлович даже после известий о полтавских и гадячских событиях все продолжал тешить себя иллюзиями, что Польша якобы очень слаба и жаждет видеть его (православного!) на своем (сугубо католическом!) престоле, якобы люто ненавидит Швецию, с которой воюет, а значит, ради самосохранения поступится всем потерянным, включая Украину…

Эйфория опасного самообмана начала развеиваться лишь тогда, когда на переговорах в Вильно в конце 1658 года польско-литовские представители вдруг «забыли» прежний медоточивый тон и категорично отказали царю в избрании на польский трон. А вдобавок потребовали вернуть только что отвоеванные Смоленск, другие пограничные города и, разумеется, всю Украину…

Война с Польшей возобновилась. Весной 1659-го большое русское войско под командованием боярина Алексея Трубецкого двинулось из Севска в Малороссию. Ему было предписано «уговаривать черкас, чтобы они в винах своих государю добили челом», и только в противном случае, «если не добьют челом, идти на них войною». Поскольку Выговский продолжал беспрестанно хитрить и юлить, по-прежнему заверять Трубецкого в верности России, боярин пребывал в постоянном сомнении и вместо того, чтобы самому диктовать ход событий, вынужден был все время следовать за ними.

Тем временем Выговский дождался очередного подхода стотысячной крымской орды и обещанных королем польских хоругвей и атаковал московские полки под Конотопом. 27 июня 1659 года в результате примененной гетманом военной хитрости войско Трубецкого постигло тяжкое поражение… После конфузии под Конотопом оно отступило к Путивлю. Однако Выговский торжествовал недолго. Татарская орда производила на украинской земле невероятные опустошения и не спешила возвращаться под Перекоп. Настроение на Украине стало быстро меняться не в пользу Выговского…

Спустя считанные месяцы от него отреклась даже та часть старшины, которая опрометчиво приветствовала гадячский договор. Переяславский полковник Тимофей Цецура повел с русским воеводой Шереметевым переговоры о возвращении в московское подданство.

Один за другим казацкие полки уходили от Выговского к Юрию Хмельницкому, на которого вновь поставила старшина. Ибо одна его фамилия завораживала казаков, став символом прежних удач и могущества. Вчерашние сообщники потребовали от Выговского сложить с себя гетманские клейноды.

Тот согласился (выторговав обговоренное с Варшавой условие, что Запорожское войско останется верным королю) и уехал в Польшу.

Казалось бы, эти события должны были поставить финальную точку в кровавой драме на Украине. Но малороссийская Руина еще только набирала трагические обороты, неокрепшая государственность требовала новых жертв и тяжелых испытаний…

В 1664 году по навету своего очередного ставленника гетмана Тетери польские власти обвинили Выговского в измене и расстреляли…

Свидетельство о публикации (PSBN) 18760

Все права на произведение принадлежат автору. Опубликовано 28 Мая 2019 года
Писатель и историк Е.Ю.Морозов
Автор
Автор не рассказал о себе
0






Рецензии и комментарии 5


  1. Мамука Зельбердойч 28 мая 2019, 21:43 #
    Очень глубокая и интересная работа, ярко высвечивает нашу общую такую непростую историю. А факты просто вызывают удивление, почему всё произошло именно так, почему столько ошибок допустили в те времена. Ну а нам потомкам в назидание. И опять таки историю никто не учит никто не делает выводы. В итоге имеем сейчас почти такую же ситуацию с печальными последствиями и неясным неблизким, невесёлым финалом. Ещё раз спасибо автору за труд.
    1. И Вам огромное спасибо! Вы правы, наша беда в том, что мы не делаем выводов из нашей истории и не применяем их на практике.
    2. LisLis 29 мая 2019, 15:17 #
      Действительно, история никогда никого ничему не учит. Личные интересы, алчность, желания — примерно на это и остальное обращают внимание люди. На самом деле история и не должна ничему учить. История это информация, да и та сомнительного свойства, каждый пишет своё. Сейчас и вовсе безумие твориться, верить истории всё меньше и меньше желания, ведь писали её люди, а людям веры нет. Чтобы что-то узнать, надо лично копаться в истории, постепенно разбираясь в интересующейся теме и сравнивая источники. Сложно делать выводы из прошлого, времена меняются, обстоятельства, люди, хоть и похоже, но отчасти всё иное. А чтобы чему-то научиться, то это только на своей жизни и опыте. Иных вариантов нет, знания это не опыт и тем более не понимание, осознание, а потом и принятие. История была и прошла. И пусть она повториться хоть тысячу раз, людей это не изменит.

      А вот написано конечно замечательно, с интересом читала до конца)))
      1. Мировая масонская власть (закулиса) умно подсадила людей на материальные ценности, отобрав духовные. Но я искренно верю, что Добро победит Зло, иначе мы давно уж погибли бы. Спасибо Вам!
        1. LisLis 29 мая 2019, 16:04 #
          Думаю, никто никого не подсаживал, люди сами с удовольствием вскармливают в себе слабости и пороки. Это удобнее и проще, чем с собой бороться, воспитывая характер, принципы и человечность, по себе знаю))) а ещё удобнее кого-то взять и обвинить в личных слабостях и ошибках. Слабый всегда рад обвинить любого, лишь бы не признавать главным виновником, преступником и глупцом себя, любимого.

          Но и мне хотелось бы верить, что когда-нибудь люди придут к чему-то лучшему, а не будут бегать по колесу истории, раз за разом воюя и мучая друг друга ради корысти и жадности.

          В любом случае, это вам спасибо за написанный текст)))

          Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии.

          Как Александр III с Европой разговаривал 2 +2
          "Только о России, о русском человеке" 2 +1
          Подвиг русских моряков в Мессине 2 +1
          Белый генерал П.К.Писарев 2 +1
          Какое оружие носили при себе казаки на Руси? 2 +1

          Приговоренные ко тьме. Пролог и Эпизод 1.

          Три года, три года преступлений и бесчестья выпали на долю средневековой Италии на исходе девятого века. По истечении этих лет рухнул в пропасть казавшийся незыблемым авторитет Римско-католической церкви, устроившей суд над мертвецом и за три года см..... Читать дальше
          193 0 0

          О некоторых советских и российских актёрах и актри

          В данной работе я кратко расскажу о некоторых советских и российских актёрах театра и кино, у которых была или имеется до сих пор судимость... Читать дальше
          388 0 0

          От стрельцов до казаков. Кто и как охранял русских царей

          100 лет назад миссия по охране главы государства легла на плечи лучших кадров ВЧК.А как была поставлена служба по охране «первых лиц» до революции, рассказывает историк Дмитрий Клочков

          Войти за кавалергардов

          В первые столетия .....
          Читать дальше
          126 2 +1




          Добавить прозу
          Добавить стихи
          Запись в блог
          Добавить конкурс
          Добавить встречу
          Добавить курсы