Дефект

Карта. Это карта. География поражения: красные материки, лунные кратеры, шрамы. Я — атлас, по которому не ходят корабли. Я — территория, обнесенная колючей проволокой чужих взглядов.
Утро. Зеркало — не стекло, а приговор. Я не смотрю в него, я читаю его. Текст на поверхности: 'Ты — дефект'. Я подхожу вплотную, чтобы рассмотреть топографию. Воспаление пульсирует. Это сейсмическая активность. Эпицентр — на левой щеке. Точка невозврата.
Я наношу маскировку, слой за слоем. Это не макияж, это бункерная система, бетонный саркофаг для катастрофы.
Выход из укрытия. Улица — это поток данных. Каждый встречный — сканер. Их взгляды — лазерные лучи, которые считывают мой код ошибки. Они не смотрят в глаза. Глаза — это слишком сложно. Они смотрят в кратер. В него. Я чувствую это физически: щелчок затвора камеры в их мозгу. Сохранение снимка: 'Смотри, какой урод'.
Я иду, опустив голову. Мой подбородок — крепостная стена. В транспорте я ищу место у окна, чтобы свет падал так, чтобы тень скрывала рельеф. Я становлюсь тенью. Моя тень на сиденье выглядит нормально, у неё гладкая кожа. Я завидую своей тени.
Разговор с другом (или тем, кого я считаю другом):
— Забудь.
— Как легко сказано.
— Ну, сходи к врачу.
Врач. Слово из другого мира, мира, где есть 'уход', 'процедуры' и 'результат'. В моём мире есть только 'выдавить' и 'заживет само'. Я киваю. Я говорю: 'Да, наверное', но я знаю, что не пойду. Потому что поход к врачу — это официальное признание дефекта, это поставить печать на пропуске в зону отчуждения.
Ночь. Я один на один с зеркалом-вершителем судеб. Свет выключен. Горит только экран телефона — холодное, безжалостное солнце. Я приближаю изображение. Цифровой зум не знает пощады. Он показывает мне текстуру, которой нет в реальности. Он превращает поры в лунные кратеры, а каждый волосок — в стальной трос. Я вижу не себя. Я вижу текстуру наждачной бумаги.
Палец тянется к экрану, но замирает над кожей. Ритуал саморазрушения. Выдавить — значит выпустить демона наружу. На секунду станет легче, пустота заполнится болью, а потом… Потом придет расплата. Новое созвездие на месте старого. Я отдергиваю руку. В комнате тихо. Слышен только гул системного блока и моё дыхание. Я смотрю на своё размытое отражение в темном экране выключенного монитора. Там нет ни кратеров, ни материков. Там просто темное пятно — силуэт человека. И впервые за день мне кажется, что этот силуэт… он не так уж и плох.